61
Первое утро в моей новой квартире было прекрасным. По крайней мере, до тех пор, пока не поняла, что у меня нет кофеварки. И это несколько убавило мое прекрасное настроение. Вместо этого я попыталась снять усталость с помощью душа, но мне не хватило смелости использовать ледяную воду. Поэтому затея не возымела успеха.
Пэйтон вернулся домой прошлой ночью. Это казалось правильным для нас обоих. С одной стороны, мне хотелось, чтобы он остался навсегда. Но его недавнее поведение все еще причиняло боль. Это и наша нынешняя ситуация определенно провели четкую линию в наших отношениях. Я знала, что мы справимся, но нам обоим нужно было время.
Я как раз взяла подводку для глаз, когда услышала звонок в дверь. Удивившись, взглянула на свой мобильный, чтобы проверить сообщения, — может, это Амира решила зайти ко мне, чтобы вместе отправиться в кампус. Но на дисплее не было новых уведомлений. Тогда я подбежала к домофону и подняла трубку, хотя на том конце был только шум. Через дверной глазок я тоже никого не увидела. Поэтому осторожно приоткрыла дверь и громко взвизгнула. На коврике стояла кофеварка. И когда я присела на корточки, чтобы рассмотреть ее поближе, поняла, что это не просто какая-то кофеварка. Это была кофеварка Пэйтона. Сломанный угол на поддоне был явным признаком того, что я права. Вскоре после того, как переехала к Пэйтону, мне захотелось почистить ее, но я случайно ее уронила. Вот почему в течение недели Пэйтон каждое утро ворчал на меня. В то время это сводило меня с ума. Теперь же, глядя на нее, я почувствовала покалывание в животе.
Рядом с кофеваркой была голубая коробка. Нахмурившись, я открыла ее и не смогла сдержать радостного крика. Внутри обнаружилось множество бутылочек со сливками для кофе различных вкусов. От мяты до ванили и кокоса, все было там. Этого мне хватит на несколько месяцев.
Я обняла кофеварку и коробку как старых добрых друзей и прижалась к ним щекой. Затем отнесла их на кухню и стала искать свободную розетку. Чуть позже я наполнила одну из новых чашек восхитительно ароматным свежим кофе, и поскольку не смогла определиться, добавила сразу два вкуса сливок. Сделала селфи
и улыбаясь, отправила.
Ответ пришел через минуту.
Пэйтон: Какой аромат?- Я улыбалась, попивая кофе, и одной рукой набирала ответ.
Я: Кокос и карамель.
Пэйтон: Не часто услышишь нечто столь отвратительное.- Широкая ухмылка на моем лице, вероятно, поселилась там на весь день.
(одета была в это)
Второй сюрприз ожидал меня, когда я добралась до машины. Последние несколько дней температура воздуха была ниже нуля, поэтому мысленно я уже готовилась к тому, что придется отскребать стекло, когда увидела, что кто-то уже сделал это за меня. Я смущено уставилась на машину. Лишь мгновение спустя у меня возникла мысль, что просто, должно быть, Пэйтон пришел раньше меня. И моя догадка подтвердилась, когда я обнаружила квадратный пакет на капоте.
Сев в машину, нетерпеливо сорвала немного коряво завязанный бант с упаковки и разорвала бумагу. И оторопела. У меня на коленях лежали компакт диски. Бесчисленное количество дисков, и все из машины Пэйтона. Я знала, как много они значили для него. Однажды он признался, что никому не одалживал их. Один за другим я поднимала их и рассматривала. С некоторыми группами я познакомилась (и полюбила) благодаря Пэйтону, другие нам обоим были известны давно, и мы были их фанатами.
Я с трудом сглотнула. На каждом диске были одна-две песни, соединивших нас с Пэйтоном. Пересмотрев все, обнаружила на дне записку с перечнем этих самых песен. Но в конце списка он добавил несколько новых, и я слушала их по пути в кампус.
Однако вскоре стало понятно, что это была не совсем удачная мысль. Когда я, наконец, свернула на стоянку, то была близка к тому, чтобы разрыдаться. Текст был трогательно-прекрасным, и мне хотелось немедленно развернуться и поехать к Пэйтону. Я не знала, стоит ли написать ему.
Ведь мы... так и не разобрались, кем были сейчас друг для друга. Собственно, вся эта обстановка окончательно запутала меня. Хотя, как ни странно, чувствовала я себя спокойно и уверенно, как никогда. Просто с Пэйтоном я ощущала себя цельной, и когда задумалась над текстами песен из списка, снова поверила в то, что мы с ним похожи.
Обедая во время перерыва вместе с Амирой и Скоттом, я рассказала им о вчерашнем ночном визите Пэйтона, утаив слишком личные подробности. Просто объяснила им, что он извинился передо мной и сообщил о своем намерении исправить нашу ситуацию.
— Хм, — выдал Скотт, когда я закончила.
— Звучит как-то слишком романтично и совсем не похоже на Пэйтона, — задумчиво произнесла Амира. Казалось, будто ей трудно сопоставить Пэйтона из моего рассказа с Пэйтоном, которого знала она.
— Он подарил мне свою кофеварку. Когда я собиралась уходить утром, она стояла возле моей двери. К тому же, он очистил мою машину ото льда. И оставил для меня на капоте свои компакт-диски. В подарочной упаковке. С бантиком, — выпалила я.
Амира подперла подбородок рукой и мечтательно вздохнула.
— Так мило. Как в кино.
— Не думаю, что тебе стоит так сразу сдаваться, — посоветовал Скотт, размахивая вилкой у меня перед носом. — Если бы Мика учудил такую фигню, он бы не отделался просто музыкой и кофе.- Это разрушило мой восторг. Получалось, что в жестах Пэйтона не было ничего особенного. По моей спине пробежали мурашки, и в тот же миг Амира сказала:
— Не оборачивайся, Элли.
— Ты не можешь постоянно говорить это и верить, что я послушаюсь. В следующий раз лучше указывай на свою еду или на Скотта, потому что я, конечно же...- Две руки опустились на мои плечи, и я застыла. Осторожно откинув голову назад, я посмотрела на довольное лицо Пэйтона.
— Как я слышу, ты снова дуешься, — усмехаясь, заметил он.
— Что ты здесь делаешь? Разве у тебя сейчас не теория коммуникации? — выпалила я и сразу же устыдилась. Прозвучало так, словно я какой-то сталкер. Или всё контролирующая девушка. Или бывшая девушка. Или кто я там для него сейчас.
Пэйтон потер шею.
— У меня была встреча с моим тату мастером.
— Ты набил что-то новое?- Он кивнул, на его лице была все та же кривоватая ухмылка.
— Где? И что? — спросила я. Мое сердце неистово заколотилось, как и всегда, когда я думала о его татуировках.
— Так не терпится узнать, да? — Его глаза светились весельем.
— Это портрет Элли на твоей заднице? — спросил Скотт, и мы с Амирой поперхнулись.
— Нет. Хотя это неплохая идея...
— Не подкидывай ему глупые мысли, — велела я Скотту. Пэйтон тихо рассмеялся и снова наклонился ко мне.
— Мне пора идти. Я всего лишь хотел быстро занести десерт.- Он поставил передо мной маленькую дымящуюся миску, из которой поднимался шоколадный аромат. Я наклонилась и понюхала. Пэйтон действительно принес мне теплое пирожное. Приподняв бровь, я посмотрела на Скотта, но ему было не до меня. Вместо этого он удивленно уставился на коробку, которую ему протянул Пэйтон. Наконец, он нерешительно принял ее, открыл и заглянул внутрь.
— Ты купил мне пончик? — в замешательстве спросил Скотт.
— Да. И для Амиры, — ответил Пэйтон, толкая вторую коробочку через стол. — Маффин с черникой.
— Я не люблю...
— Я знаю. Он с шоколадом. Ну, мне пора, — прервал он ее. Затем наклонился вперед, и я напряглась. На секунду мне подумалось, что он меня поцелует. Но Пэйтон наклонился так, что его губы коснулись моего уха, и прошептал:
— Я никогда не устану любоваться твоим сиянием, Элли. Ты прекрасна.- Он выпрямился и кивнул Скотту и Амире, прежде чем покинуть кафетерий.
— Что ж, я его прощаю, — сказала Амира, с наслаждением кусая маффин. Шоколадные крошки прилипли к ее губам. Скотт уставился на свой пончик, как будто обнаружил новое существо.
— Я действительно хочу ненавидеть его, но не думаю, что смогу делать это после того, как он принес мне пончик.- Я разделила с помощью кофейной ложечки пирожное на маленькие кусочки и положила один в рот. Затем указала ложечкой на Скотта.
— Теперь ты знаешь, как я себя чувствую.
— И что мы теперь будем делать? — спросила Амира.
— Есть наш десерт?- У пирожного была жидкая серединка. Я вздохнула в экстазе. Кофе, музыка, шоколад. Нужно отдать Пэйтону должное: он знал, как покорить сердце девушки и ее друзей.
— Но это не значит, что охота на соседа по комнате остановлена, не так ли? — спросила Амира. — Я имею в виду, мы уже везде дали объявления. Это точно. И мы запланировали на конец недели день открытых дверей, чтобы любой мог прийти и посмотреть комнату в моей квартире.
— Первое никак не связано со вторым. — Скотт одним пальцем вынул начинку из пончика, это было завораживающе отвратительно и мило одновременно. Облизав палец, он махнул рукой.
— Только потому, что они оба высказались, не значит, что им нужно снова жить вместе. Может быть, эта независимость вполне их устраивает.-
Скотт был совершенно прав. То, что происходило между мной и Пэйтоном, никак не касалось наших квартир. Несмотря на то что я не пользовалась одной комнатой, арендная плата превышала мой бюджет. Поэтому я продолжу поиски соседа или соседки, независимо от того, насколько вкусным был наш десерт.
Остальная часть недели прошла так же. Утром я находила небольшие сюрпризы на коврике, моя машина была почищена, а Пэйтон приносил десерты мне и моим друзьям. Вечером он звонил и спрашивал, как мои дела и как прошел мой день. Он сдержал свое обещание и заставлял меня улыбаться каждый день.
Он не целовал меня и не прикасался ко мне интимно, что уже после второго дня начало приводить меня в бешенство. Мне так не хватало его близости, но ведь я сама попросила о времени. Я все еще была уверена, что нам не нужно торопить события, но каждый его жест был настолько наполнен любовью, что я уже не знала, куда деваться со своими чувствами. Всякий раз, когда он уходил после коротких визитов во время перерывов, мне приходилось сдерживать себя, чтобы не последовать за ним.
Когда в четверг я вернулась домой, то снова обнаружила посылку на коврике. Коробка была большой и тяжелой, и я с трудом подняла ее на стол в гостиной. Я небрежно сбросила куртку в коридоре, затем потянулась к посылке, пальцы покалывало от предвкушения. Мне так хотелось посмотреть, что Пэйтон придумал на этот раз.
И я не была разочарована. Мои поспешные движения замедлились, когда я поняла, что внутри. Очень осторожно протянула руку и откинула кусочки пенопласта в сторону.
Это были фоторамки. Фоторамки разных размеров и цветов, с разноцветными узорами и из разных материалов. Но не рамки были самыми прекрасными, а фотографии в них.
Было несколько маленьких рамок с селфи, которые я сделала с Амирой
также фото Амиры, Скотта и меня
Еще были три рамки среднего размера. На первой была черно-белая фотография Дилана, Пэйтона и меня, которую сделала Авани.
На второй фотографии был Пэйтон и я.
В третьей рамке была фотография нас с Пэйтоном
Этот подарок был настолько невероятно внимательным и продуманным, милым и замечательным, что я не могла не пересмотреть все фотографии еще раз. Я погладила одиночные рамки, и мне захотелось тут же развесить их.
Но сначала хотела позвонить Пэйтону. Поэтому инстинктивно потянулась за мобильным и набрала номер.
— Пузырек.- Мне нравилось, когда он меня так называл. Хотя это прозвище было совершенно глупым, оно заставляло меня улыбаться каждый раз и вызывало трепет в животе.
— Спасибо за фотографии. Они прекрасны. — Мой голос звучал именно так, как я себя чувствовала. Растроганно. Взволнованно. Счастливо.
— Ты плачешь, — сказал Пэйтон, и я поняла, что он улыбается. — Но я хотел заставить тебя улыбаться. Это плохой или хороший знак?-
Теперь рассмеялась я.
— Сто процентов хороший. Но ты ведь не мог подарить мне столько рамок и позволить самой выполнить всю работу. Что думаешь?-
Я услышала шорох, затем что-то шумно грохнулось, и Пэйтон громко выругался.
— Я так быстро встал, что споткнулся.- Смеясь, я вытерла влажные уголки глаз.— Мне здесь больно, а ты смеешься, — проворчал Пэйтон, но я слышала, что он рад моему смеху. — Я буду у тебя через десять минут?
Прозвучало как вопрос, и я несколько раз кивнула, пока не поняла, что он меня не видит.
— С нетерпением буду ждать встречи с тобой, — от всего сердца ответила я.