Искорка понимания
Когда коллеги в полной мере осознали услышанное, радость на их лицах уступила место смятению.
—Тридцать шесть убийств?
Первым нарушил молчание Куромаку.
—А этот образец из вашей базы случайно не связан с производителем бойцовской одежды "Опасная зона"?
—Связан.
Подтвердила Клео.
—Это запатентованная технология, которую больше никто не использовал. Она – как отпечаток пальца.
—Не может быть!
Переглянувшись с Пиком, воскликнула Эмма.
Куромаку непонимающе смотрел то на одного, то на другую. Вроде новость обнадёживающая – что же их беспокоит?
Федя не отрываясь глядел на телефон.
—А среди дел, связанных с этим образцом, есть убийство Мэри Кари?
Куромаку впервые услышал это имя ещё до поступления на службу в ВСР – когда патрулировал улицы. В те дни все копы Москвы и её окрестностях мечтали поймать так называемого Маньяка с окружной дороги. Когда убийства прекратились, вся столица, казалось, выдохнула с облегчением. Куромаку попытался понять, к чему ведут коллеги, но не смог: в мозаике не хватало деталей.
—Да.
Отвлёк его от размышлений голос Клео.
—Мы хотим перепроверить всё, что связано с недавними убийствами в Москве и Архангельске. Теперь, когда мы знаем, какую именно иголку искать в стоге сена, возможно, обнаружим уже знакомый материал. Впрочем, не буду заранее обнадеживать: в обоих случаях имеется сильное перекрестное загрязнение.
—А что насчёт Петербургской жертвы?
Спросил Федя.
—У него на шее микроскопические частицы той же ткани. Похоже, на этот раз убийца не успел тщательно вымыть труп,прежде чем от него избавиться.
—Держите меня в курсе.
Попросил Фёдор.
—Как только подготовите отчёт – присылайте. Спасибо,что сразу нам сообщили.
Закончив разговор, шеф обратился к команде:
—Как думаете, это может быть простым совпадением?
—Что именно?
Вырвалось у Куромаку.
—Что два серийных убийцы с похожим мотивом и действующие примерно в одно время носят перчатки одной и той же маленькой фирмы, производившей одежду для бойцов ММА.
Ответила Эмма хриплым от волнения голосом.
—Если только они подельники.
Сказал Пик.
—Порой серийные убийцы орудуют сообща.
Он взлохматил пальцами волосы.
—Но случаи с Шифром все указывает на маньяка-одиночку. Лично я уверен на все сто.
—Я тоже в этом не сомневалась.
Заметила Эмма.
—Пока не позвонила Клео Энси.
—Наверное, я чего-то не понимаю.
Сказал Куромаку.
—Можете ввести меня в курс дела?
—Что вам известно о Маньяке с окружной дороги?
Спросил Фёдор.
Куромаку вспомнил, как напугал горожан беспощадный убийца, охотившийся на молоденьких парней и девушек.
—Его разыскивали, когда я работал в полиции Московского округа. Поскольку маньяк орудовал не только в Москве, но и в других двух городах – Питере и Мышкине, – мы не догадывались,что случаи взаимосвязанны,пока программа-помощник по розыску опасных преступников не выявила закономерности.
Куромаку не стал упоминать,что в жертвы убийца выбирал только тех парней и девушек, судьба которых мало кого волновало.
—За два-три года он совершил порядка двадцати убийств,прежде чем полиция связала ниточки воедино и его персоной заинтересовалась пресса. Когда он убил ещё десять, началась настоящая паника.
—Помните, чем всё закончилось?
—Маньяк с окружной дорого покончил с собой.
Ответил Куро.
—Его труп нашли рядом с телом последней жертвы, которую звали..
Куромаку взглянул на побледневшего Пика, и тот закончил за него:
—Хволес Ирина.
Они долго глядели друг на друга. Куромаку пытался понять, о чем думает коллега. Дело Хволес Ирины почти на год выбило его из колеи. Теперь то понятно, почему Фёдор заговорил о совпадениях.
—Если это не пара преступников со схожим почерком..
Обратился Куро к шефу.
—То остаётся одно из двух: либо у Маньяка с окружной дороги был подельник, либо труп принадлежал постороннему мужчине, а настоящий убийца уже два года разгуливает на свободе.
—Есть кое-что ещё.
Тихо продолжил Фёдор.
—Родители Хволес Ирины подали в суд на Пика и бюро.
—Помню эту историю.
Николь нахмурила рыжие брови.
—Работники службы опеки забрали Иру от родителей и устроили в приемную семью, потому что родные родители избивали девочку и плохо заботились о ней. За семь лет они ни разу ей не позвонили, не спросили, как ей живётся.
—Зато когда дочь умерла, сразу вскочили, как чертики из табакерки.
Фыркнул Федя.
—Их адвокат обвинил органы опеки и всех, кто там работает. А ещё эти мамаша с папашей подали в суд на власти области за то, что их дочке не обеспечили надлежащий надзор...
—Агенту Райту тоже досталось.
Добавил Куромаку, тем самым защищая напарника.
—Я облажался.
Вздохнул профайлер.
—Ирина погибла по моей вине. Описание человека, который её преследовал, не совпадало с приметами убийцы Мэри Кари, да и сходства в поведении я не нашёл. Поэтому решил, что Маньяк с окружной дороги тут ни при чём, и вернул дело в полицию.
Все тактично промолчали, позволив Пику собраться с мыслями.
—А потом дала сбой.
Продолжил он бесцветным голосом.
—С Ириной так и не связались. Через два дня её убили.
—Пресс-конференция с участием адвоката Хволесов нанесли удар по репутации бюро.
Федя поправил свои волосы,а после потёр переносицу.
—Вот и сейчас.. Этот образец ткани может отправить расследование в тартарары.
Не сдержавшись, он добавил крепкое словцо.
—Если так, то я тоже виновата!
Призналась Эмма.
—Когда Пика временно отстранили, его дела перешли ко мне, в том числе и заключение по поводу Маньяка с окружной дороги. Я должна была обнаружить нестыковки!
Значит, Эмма временно замещала Пика. Когда убили Ирину, Куро ещё не работал в ВСР, поэтому не знал, к кому перешло дело после публичного фиаско заслуженного профайлера.
—Нет.
Возразил Пик.
—Дело досталось тебе в последний момент. А я занимался им несколько лет. Это я должен был обнаружить проблему, а вместо этого лишился работы.
У него на лбу выступили капельки пота.
—Прошу прощения.
Он встал и ушёл в хвостовую часть самолёта.
Куромаку посмотрел на него с сочувствием. Головой он понимал, что он хочет побыть в одиночестве, но что-то внутри говорило идти за ним. Порой,даже самому психологу требуется психолог, или возможность просто выговориться.
—Меня тоже прошу извинить.
Куро тоже встал со своего места и направился вслед за своим коллегой.
Пик сидел в самом конце и смотрел в иллюминатор на проплывающие там облака. Куромаку тихонько подошёл к нему и присел рядом с ним. Профайлер не обратил на это внимание и, чтобы привлечь внимание напарника, Куро аккуратно похлопал его по плечу. Тогда уж Райт и повернул на него голову.
Треф убрал руку с его плеча.
—Я же попросил меня не трогать.
Произнес Пик, слажив руки на груди.
—Знаю, но что-то мне подсказывает,что вы хотите выговориться.
И Куромаку сочувственно улыбнулся ему.
Пик немного посмотрел на него,а после отвёл свой взгляд обратно на облака.
—Я не прекращаю внить себя во всём этом. Если бы я тогда больше уделил вниманию мотиву, нежели методам..
—Не корите себя. Каждый совершает ошибки, парой ужасные..
М-да.. Куромаку не умел поддерживать коллег. С этого Пик смог даже ухмыльнуться.
—Ты же в курсе, что это не особо помогает?
Куромаку лишь вздохнул.
—Но ты хотя бы пытался..
—Не хотелось бы колошить старую рану..Но не могли бы вы рассказать, как вы связали все те случаи друг с другом?
—Ха.. Благодаря уликам, разумеется. Наши коллеги обнаружили частички одной и той же уликальной по составу ткани. Возможно, имелись и другие жертвы. Всё зависло от того,как добросовестно работали криминалисты.
Пробелы постепенно заполнялись. В то время федералы посвящали копов далеко не во все детали расследования, поэтому о многом Куромаку слышал впервые.
—А как вы поняли, что ткань уникальна?
—Когда программа выявила первое совпадение, мы направили в полицейские участки запрос на образцы ткани, найденные на местах нераскрытых убийств. Тех, где жертвы – подростки определенного типажа.
Слегка наклонившись к Куро, Куромаку подчеркнул:
—Серийный убийца может изменить свой метод, но не мотив.
—Почему?
—Метод – это то, как именно действует приступник, в данном случае – способ убийства. Он часто меняется с опытом. А мотив – это причина убивать. Глубинное стремление – оно у каждого своё. Я сравнил бы это с зудом, который невозможно унять.
—С зудом?
—Когда мозг посылает сигнал о зуде, этот импульс можно погасить несколькими способами. Почесать участок кожи, пошлепать, ущипнуть. Или даже подождать, пока зуд утихнет. Но, как вы наверняка замечали, если начать чесаться, не так-то просто прекратить. Зуд возникает снова и снова.
—Значит, серийные убийцы, единожды испытав зуд, не в состоянии перестать чесаться.
—Именно. Поэтому мы обращаем особое внимание на первое убийство. В самом начале преступник ещё не усовершенствовал свой метод, поэтому мотив – тот самый зуд – выявить гораздо проще. А когда мотив понятен – больше шансов найти преступника.
—Однако в случае Маньяка с окружной дороги этот подход не сработал?
Пик вздохнув, замолчал и вновь отвёл взгляд в иллюминатор. Куромаку тоже замолк, поняв, что надавил на больное место.
Поэтому,наверное, Пик и корит себя. Считает, что слишком зациклился на методах, а стоило бы присмотреться к мотиву и выбору жертв.
Эти размышления заставили Куромаку по-другому взглянуть на Пика. Он и не предполагал, с чем ему пришлось столкнуться.
Мягко положив руку на плечо напарника, Куромаку быстро направил тему в другое русло.
—А как вам помогли частицы ткани?
Пик снова посмотрел на Куро и решил всё же ответить на его вопрос:
—В отделе по работе с уликами изучили образцы материала. Химические вещества, применявшиеся при выделке ткани, привели нас к текстильной фабрике в Минске. Один из местных агентов наведался туда и расспросил владельца. Тот сказал,что изготавливал ткань по спецзаказу для столичного производителя одежды, которому требовался очень прочный и эластичный материал определенной расцветки. Это была линейка спортивной одежды и экипировки для бойцов ММА под названием "Опасная зона". Дядя владельца фирмы заправлял бойцовским клубом "Олимп", где племянник надеялся найти покупателей.
Куромаку вспомнил, что в среде бойцов ММА много судачили о Маньяке с окружной дороги. Пресса подняла шум; люди возмущались через серной жестокостью, царившей в бойцовских клубах. Впрочем, недовольство постепенно утихло, так как психологи не смогли найти убедительной связи между контактными видами спорта и склонность к насилию.
—Мы с напарником допросили производителя.
Продолжил Пик.
—Тот заявил, что спросом его продукция не пользовалась – слишком уж много дешёвых зарубежных аналогов, да и накладные расходы через чур высоки. Поэтому уже более десяти лет назад он закрыл производство, а оставшийся товар продал за бесценок дяде.
—Теперь я понял, как вы вышли на конкретный бойцовский клуб.
Заметил Куромаку.
—Мы с Эммой и ещё один агентом поехали в клуб, чтобы допросить владельца по фамилии Торбинс. До сих пор его помню. Оказалось, он продал почти весь доставшийся от племянника товар бойцам своего клуба. Причем за полную стоимость!
—Какой добрый дядюшка!
—Тот ещё фрукт.. К тому же он заявил, что записей о сделках отродясь не вел и напрочь забыл, кому именно продал одежду.
—Вообще никого не назвал?
—Мы пригрозили позвать друзей по налоговой – пройдоха чуть не обделался. Он уже много лет приторговывал нелегально. Брал только наличные и никогда не отчислял налоги на прибыль. Наличными он заплатил и племяннику, когда купил у него нераспроданный товар, поэтому доказательств о сделке не было. Уверен, этот жулик всё спланировал заранее. Он признался, что за десять лет обслужил больше сотни покупателей.
—В общем, толку от него никакого.
Вздохнул Куро.
—Дальше – хуже.
Продолжил Пик.
—Сразу после нашего визита в бойцовский клуб погибла Хволес Ирина. Думаю, Торбинс разболтал про нас дружкам, а может сам Маньяк с окружной дороги заметил нас в клубе. Так или иначе, он понял, что мы вот-вот его прижмем, поэтому решил всё закончить на своих условиях. Во всяком случае, так значилось в его предсмертной записке.
Куромаку давно интересовало содержание записки, ведь ее так и не обнародовали.
—А о чем там говорилось?
—Эмме сразу не понравилось, что записка набрана на компьютере.
Вздохнув, сказал Пик.
—Однако на листе содержалось признание во всех тридцати шести убийствах, причём с деталями, о которых мог знать только сам маньяк, ведь прессе о них не рассказывали. Теперь, помимо улики, связавшей случаи воедино, у нас имелось признание преступника. А самое главное убийства прекратились.
Пик сложил руки на груди.
—Дело закрыли. Разве была причина копать глубже?
—Эмма решила, что не было..
Пик выдохнул.
—Нам стоит вернуться к остальной команде.
Куромаку кивнул и встал со своего место, дружелюбно протянув руку Пику, чтобы помочь ему подняться. Пик посмотрел на его руку, а после тихо усмехнувшись, взялся за его руку.
—Думаю, на едине мы можем обращаться друг к другу на ты. Если вы, агент Маллий, не против
Куромаку удивленно взглянул на напарника. Вот что,что, а такого он не ожидал. Слегка замешкавшись, Куромаку отвёл взгляд в сторону.
—Я конечно не против, но давайте вы больше не будите так неожиданны?
Пик лишь улыбнулся ему, а после пошёл к остальной команде,которая вводила в курс дела ещё и Николь, которая тоже не особо знала о деле.
—И после Хволес Ирины убийства прекратились?
Задала вопрос Николь остальной команде
Эмма вздохнула.
—Теперь я вынуждена признать, что Ирина – последняя жертва, о которой мы знали.
—Все прояснилось только сейчас.
Пик с Куро так тихо прошли по коридору, что никто не заметил их возвращения.
—Этот парень – хамелеон. Меняет внешность, орудия убийства, повадки.
Профайлер сжал кулаки.
—Два года назад он повесил свои преступления на другого.
На измождённом лице Пика читалось отчаяние грешника, мечтающего искупить вину. Он заговорил снова, словно его вынуждали объясниться.
—Большенством серийных убийц движет неодолимая тяга, заставляя их раз за разом действовать в схожем ключе. Так возникает "почерк". А у Маньяка с окружной дороги почерк, похоже, предполагал постоянные перемены. Если б не экспертиза улик, мы никогда не нашли бы связь между убийствами, настолько они различались.
—Если Маньяк с окружной дороги и Шифр – одно и то же лицо, тогда он снова поменял свои повадки.
Заметила Эмма.
—Раньше он держался в тени, а теперь старается привлечь к себе как можно больше внимания.
—Я пока не готов признать, что мы имеем дело с тем самым убийцей.
Сказал Федя.
—Как отметил агент Маллий, могло быть двое сообщников, и теперь выживший орудует в одиночку. Это объяснило бы переход от полной конспирации к публичности. Для однозначного вывода нужно больше сведений.
Повисло молчание. Какое-то время Пик пристально смотрел на Федора и вдруг, прищурившись, произнес:
—Вы хотите отстранить меня от дела.
Он не спрашивал – утверждал.
Смерив профайлера сердитым взглядом, Федя заметил:
—Я предпочел бы обсудить это лично, агент Райт
—Пусть все слышат! Плевать!
Вспылил тот.
—Мне нужно вести это дело! Нужно найти мерзавца!
—Мало ли что вам нужно.
Отрезал Фёдор.
—Я поступаю в интересах расследования.
Пока мужчины враждебно глядели друг на друга, Куро обдумал ситуацию. Федя собирался отстранить Пика, так как тот себя скомпрометировал. Рано или поздно шеф решит, что уж Куромаку-то скомпрометировал себя как никто другой. Если Пик в его глазах – обуза, то и Куро может ждать такой же вердикт.
Он присмотрелся к суровому профилю Пика. Годы, проведённые за изучением безумцев и их деяний, не прошли для него бесследно. В лёгких морщинках залегло горькое осознание: невозможно спасти всех и каждого. Порой преступники избегают правосудия.
Для Пика Шифр был Тем Самым. Тем, что ускользнул.
В памяти всплыла записка, оставленная Шифром во рту Годфри Брока. И тут Куро ясно понял: доктор Пик Райт должен и дальше расследовать это дело. Как и он.
—Агент Райт много лет изучал подозреваемого.
Обратился Куромаку к Федору.
—Во всём Бюро никто не понимает Шифра лучше. Без обид.
Добавил он, взглянув на Эмму.
—Вы правы.
Отозвалась она.
Куромаку снова посмотрел на шефа.
—Теперь, когда мы поняли, с кем имеем дело, Райт перестает старые записи и обновит досье подозреваемого.
Федор скептически поднял бровь.
—Вообще-то нам нужно новое досье. С нуля. Агент Ньюмен с этим отлично справится.
Понимая, что переходит границы, Куро упрямо продолжил:
—Я – единственный, кто выжил после нападения Шифра. Пик составил первое досье на Маньяка с окружной дороги, а Эмма – посмертное. Только вместе мы соберём все фрагменты мозаики.
—Иными словами, вам всем есть что предложить.
Резюмировал Фёдор.
Коллеги напряжно ждали, пока шеф обдумывал этот аргумент. Пик не спускал с Куромаку удивленного взгляда.
—Ладно.
Фёдор глубоко вздохнул.
—Вы составите новое досье всей командой. И вместе будете выезжать на места преступлений.
Его лицо посуровело.
—Но если я замечу хоть какую-то загвоздку, если кто-то из вас поставит расследование под угрозу, я не задумываясь отстраню любого.
Все кивнули.
Пик повернулся к Куро, и между ними пробежала искорка..Искорка понимания. Им обоим навредил один и тот же человек. Они оба упустили Шифра, и тот вновь вышел на охоту. Оба винили себя в каждом новом убийстве, поэтому и цель у них была одна.
Поймать монстра во что бы то ни стало.