Глава 53
Pov Author
Миранда отсчитывала часы до выписки из палаты. Уже после обеда девушка сможет поехать домой. Не смотря на ранее утро, Хардин успел проснуться и написать, чтобы она никуда не уезжала без него, спросил о состоянии дочери, и девушке показалось, что Скотт намекнул о небольшом сюрпризе. Но Рассел привыкла не строить никаких надежд с данным парнем, а просто наслаждаться момент и полноценно проживать его.
Миранда в пятый раз за последние десять минут перечитывала сообщение от парня, улыбалась экрану и никак не могла поверить, что это не сон.
Погода за окном пела вместе с ней. Яркое солнце, ни одной тучки на небе и совершенно никакого ветра. Больше всего она сейчас мечтала погулять по парку, вдохнуть свежего летнего воздуха и немного погреться на солнышке. Дни в четырех стенах успели надоесть.
Девушка проводит по животу, пока так и не привыкнув, что уже родила. Если бы ей кто-то пять месяцев назад сказал, что все будет так, она бы не поверила. Миранда настолько отчаялась, что была готова абсолютно ко всему, но точно не к заботливому Хардину, который смог принять их общего ребенка и носиться по больнице, пятый день подряд наводя шум.
По комнате разносится стук, а Рассел громко произносит «войдите».
— Милая, ну как ты? – в палату входит довольно пожилая медсестра, которая всегда приносила еду, но на этот раз в ее руках капельница.
— Я лучше всех, Грейс, а как там Харпер? – спрашивает девушка, немного пританцовывая, пока собирает вещи в дорожную сумку.
— С малышкой все в порядке, ей проведут еще пару обследований и минут через десять принесут к тебе. – Грейс подкатывает специальную медицинскую вешалку к кровати и крепит на ней капельницу.
— Уже кого-то хотите заселить? – Миранда кивает в сторону капельницы, нанося крем для рук на суховатые пальцы после мытья.
— Нет, что вы, мисс Рассел, это для вас. Небольшой комплекс витаминов, чтобы быстрее восстановиться после родов.
— Ого, я вроде бы не оплачивала эту процедуру в договоре. – удивляется девушка, приподняв брови.
— Считайте это подарком от клиники. – старушка кивает, натянув фальшивую улыбку на лицо, хотя улыбаться ей сейчас вовсе не хочется.
— Спасибо, небольшой прилив витаминов мне точно не помешает. – Миранда застегивает сумку и ложится на кушетку, закатав рукав для капельницы.
Грейс встает возле изголовья, протерев кожу на сгибе спиртом перед тем, как ввести иглу. Раствор медленно начинает стекать вниз по эластичной трубке, поступая в вену.
— Отдыхай, милая, как раз принесу Харпер, когда раствор закончится. – старушка гладит Рассел по плечу и покидает палату.
Девушка расслабленно утопает в мягкой кушетке, разместив голову на воздушной подушке.
Не проходит и минуты, как в ее палату снова кто-то входит.
Рассел сразу понимает, что это не персонал, потому что все медсестры и врачи стучат и ждут ответа перед тем, как войти, если визит не был запланирован.
Она нехотя открывает глаза, приподняв голову, чтобы посмотреть на названного гостя. В глубине души она надеется, что уже приехал Хардин, хотя на часах только десять утра, а они договаривались на двенадцать.
У двери стоит молодой парень, который кажется ей весьма знакомым, но она никак не может вспомнить, где именно его видела. На вид ему около двадцати двух лет, ростом чуть выше среднего. Кожа шоколадного цвета, больше похож на метиса.
— Вы, наверное, ошиблись палатой? – еле как выговаривает девушка, не понимая, что происходит. Ее язык заплетается, будто она разом высушила бутылку виски. Тело пробивает холодный пот от того, что ей трудно разговаривать, а в голову лезут ужасные мысли.
— Нет, Миранда, что ты, я в самом нужном месте. – ухмыляется парень. — Меня зовут Ян, рад знакомству.
Девушка пытается дотянуться до кнопки вызова врача, но не может поднять руку. Тело ее не слушается, а сердечный ритм ускоряется.
— По-позови врача. – еле как выговаривает она, а голова с грохотом падает на подушку. — Не...не могу говор...
По палате разносится громкий смех Яна, который действует на девушку, как ультразвук. Ей хочется заткнуть уши, чтобы не слышать этого, но ее руки не двигаются.
— Как хорошо, что отец не успел нас познакомить, потому что меня в прошлые два года не было в Лондоне. – усмехается Гонсалес. — Тогда ты и мне могла бы все испортить, а не только ему.
— О-от...О... – она пытается сказать, но язык окончательно перестает двигаться, приклеившись к небу.
Ее глаза раскрываются от шока и Миранда начинает догадываться, что именно сейчас происходит, но произнести вслух больше ничего не может.
— По глазам вижу, что поняла, да? – Ян надменно встает сверху, скалясь.
Рассел в ответ лишь несколько раз моргает, и чуть-чуть опускает подбородок вниз. Это единственное, что она сейчас может.
— Спроси себя, стоило ли оно того, а, Рассел? – начинает кричать парень, зная, что его никто не услышит, понимая, какая сильная звукоизоляция в таких палатах Святой Марии.
Он бы хотел услышать ответы, но знает, что уже поздно. По-другому было нельзя. Будь девушка хоть немного подвижна, она бы вырвала капельницу, вызвала врача через кнопку и смогла бы спастись.
— Ты знаешь, как поступал отец с предателями, а? – кричит он, из последних сил сдерживаясь, чтобы не придушить беззащитную девушку голыми руками прямо на больничной койке. — Он бы пустил тебе пулю в лоб, ты слышишь, животное?
Девушка понимает, что это последние минуты ее жизни и помочь ей уже никто не сможет, поэтому продолжает лежать с закрытыми глазами, вспоминая лучшие моменты. Чтобы последнее, что она увидит перед смертью – было не лицо ее убийцы.
— Сука, да тебя просто спасло, что ты была беременна, понимаешь? Твой ребенок ни в чем не виноват, и только поэтому я не превратил в тебя в фарш еще полгода назад. А мой отец тебя бы все равно убил сразу, так что считай подарком, что я – не он, а то бы прожила свою никчемную жизнь еще на полгода меньше.
Ян пинает ножку кресла. Его до дрожи бесит, что Миранда молчит, не отвечает на вопросы, хотя сам знает, что она не может.
— Влюбилась в этого пустоголового самовлюбленного индюка и решила всю компанию нагнуть раком? Ты правда настолько тупая овца, что в серьез верила, что оно тебе сойдет с рук? Да если бы не ты, у них бы ничего не вышло. – орет Ян, выплескивая весь гнев, который так долго копил. — Рашад тебя чуть ли не вырастил, на ноги поднял, дал в этой жизни все, а ты как самая настоящая дура запала на какого-то тупоголового школьника? В твоей жизни настолько все было плохо или в Лондоне все нормальные мужики резко закончились? – продолжает кричать он, массируя пальцами виски, потому что голова трещит. — И что теперь? Счастлива? Ему до тебя нет дела, и когда ты сегодня сдохнешь, как бездомная собака, поверь мне, ни один человек даже не расстроится. Уверен, даже на похороны никто не придет.
По щеке Рассел стекает одинокая слеза, и она чувствует чужое тяжелое жгучее дыхание на своей шее.
— Шлюха, ты еще дышишь? Да? – шипит он ей прямо в лицо и дергает за волосы, вырывая большой клок с корнями, но Миранде уже все равно, ей даже не больно, потому что все тело горит, будто температура перевалила за сорок. — Открой, блять, свои глаза.
Девушка не подчиняется, понимая, что чего-то худшего ей он уже сделать не сможет.
— Правда хочешь, чтобы я повторил во второй раз? – кричит он, ударяя по подушке возле ее головы. — Или у Хардина лишние кости появились, которые мне надо сломать?
Представляя воспитание, которое давал этому парню Рашад, Миранда понимает, что его угрозы – вовсе не пустой звук.
Поэтому девушка из последних сил разлепляет веки, будто они весят целую тонну, расплывчато увидев перед собой два карих глаза, зрачки которых до предела расширены. В них нет ничего, кроме боли, мести и обиды.
— Ты разрушила мою семью, тварь. Мой отец лежит в сырой земле только из-за тебя, но через пару дней ты тоже там окажешься.– шипит он, сжав руки в кулаки. — Понравились витаминчики? Это, кстати, тоже твое изобретение. Сердечный препарат, якобы естественная смерть, а в крови никаких следов. Вроде умная, но вместе с тем безнадежно тупая.
Он отходит от нее, высчитывая секунды, пока девушка сделает последних вдох.
Активное время действия препарата примерно семь минут, а поставили его около шести назад.
Получается, что у Миранды Рассел пошла последняя минута жизни.
— Кстати, если ты думаешь, что Хардин в безопасности, то я потреплю тебе нервишки напоследок. – усмехается Ян. — Мы учились с ним в одной школе, с Хиро я был в одной команде по футболу, их отец заключил со мной многолетний договор на постройку отелей. Поэтому и твоя дочь будет всегда рядом.
Миранда открывает рот, чтобы закричать, а ее сердце делает последний удар. Ян удивляется, что у нее хватило сил на такое, и видимо поэтому она умерла на тридцать секунд раньше, чем показывали поставленные ранее опыты на менее здоровых людях, чем она.
Это был конец для нее.
Через пару десятков секунд в палату входит Грейс, которая устроилась в Святую Марию полгода назад по поручению Яна, когда тот узнал, в какую больницу Рассел встала на учет.
— Ты молодец, расчет получишь вечером. – кивает ей Гонсалес и покидает палату расслабленной походкой, натянув капюшон.
Он выходит на улицу, где ярко светит утреннее солнце и садится в тонированную машину.
— Все получилось? – спрашивает взрослый бородатый мужчина.
— А ты сомневался, Али? – усмехается Ян.
— Тогда могу нас поздравить.
— Не стоит радоваться раньше времени, вот когда цветы на могилу к ней положат, тогда шампанское и откроешь. – говорит Гонсалес, почесывая подбородок. — Как там дела с охраной?
— Все уладили, записи с камер стерты, все смонтировали в радиусе километра, никаких следов не осталось.
— Отлично, я всегда знал, что могу тебе доверять.
— Еще одна хорошая новость. Хиро подал документы в Стэнфорд. – улыбается Али.
— Отлично, значит он будет следующим. – хмурится Гонсалес. — Я медленно сломаю всю его жизнь, а он даже не заметит, радуясь своей учебе.
— Только есть одно но...кажется, что мисс Эванс летит вместе с ним. Билеты куплены на двоих. – отчитывается Али.
— Это было ожидаемо. – кивает мужчине Ян. — Придется приступить к не самой лицеприятной части нашего плана.
— Когда прикажете?
— После похорон.
— Понял вас. – услужливо соглашается Али. — Вы планировали расслабится в сауне сегодня, планы не поменялись?
— Да, только вызови не одну девочку, а трех. Хочу повеселиться. – грязно усмехается Ян, а машина трогается с места.
***
Хардин выходит из Импалы, взяв с заднего сиденья большой букет розовых кустарных роз, которые Миранда любит больше всего, как оказалось. Эту информацию ему пришлось выпытывать у Ребекки и краснеть, разговаривая по телефону, пока никто не видит.
Кажется, он наконец-то смог признаться хотя бы самому себе, что чувствует к ней что-то особенное, хоть и никогда не произнесет вслух.
Хотя, его поступки говорят громче слов.
Хардин Скотт дарит цветы девушке? Хардин и цветы для девушки – вещи несовместимые. Он делает это впервые в жизни. Даже маме он никогда их не дарил. На день рождения и другие праздники букеты всегда покупал Хиро, но матери врал, что это от них с братом, чтобы она не расстраивалась.
Каждый шаг дается парню с трудом. Больше всего на свете он боится вновь открыться кому-то, показать истинные глубокие чувства, слабость перед кем-то. Он ждет очередного предательства, пощечины судьбы. Ведь когда-то Ребекка тоже была рядом, но стоило ему поддаться чувствам, как она тут же испарилась.
Скотт уже успел придумать тысячи оправданий, пока выходил с парковки. Решил остановиться на варианте, что это букет для акушеров за принятые роды, а не для Миранды, если что-то пойдет не так.
Внутри Хардина кипит буря эмоций: неподдельная радость от рождения дочери, проснувшаяся нежность к Рассел, которую он перестал так рьяно отвергать, волнение перед встречей с ней, ожидание будущего и новой жизни, которая точно не станет прежней.
Немного помнувшись у лестницы возле входа в отделение Святой Марии, Скотт все же дергает ручку на себя, войдя внутрь.
Он уверенно идет к стойке регистрации, сжимая в руках стебли цветов. В больнице не так спокойно, как это было в предыдущие дни, многие врачи суетятся и ходят из кабинета в кабинет, встревоженно что-то обсуждая.
— Здравствуйте. – громко произносит Хардин, чтобы на него обратили внимание.
— Добрый день, я вас слушаю. – устало произносит женщина, а глаза красные, будто она не спала сутки или плакала.
— Я пришел за Мирандой Рассел, у нее сегодня выписка. – кашлянув, отвечает парень. — Хотел бы подняться к ней в палату, чтобы помочь спустить вещь вниз.
— Оу... – вздыхает женщина. — К вам еще не звонили?
— Звонил? Кто? – недоумевая, переспрашивает Хардин.
— Я так понимаю, вы Хардин Скотт? Биологический отец Харпер Рассел? – угрюмо проговаривает работница клиники, потирая пальцами напряженный морщинистый лоб.
— Харпер Скотт, если быть точнее. Дочери дадут мою фамилию. Но в целом, да, вы правы. – кивает парень. — Так почему ко мне должны были звонить?
— Вам нужно пройти в кабинет главного врача, Мистера Браквеча. Он вам все объяснит.
— Хорошо. – напрягается Скотт, но решает раньше времени не устраивать скандал на ровном месте.
— Второй этаж, сразу после лестницы поворот налево, 205 кабинет. – объясняет она, показывая руками, как пройти.
Хардин доходит до нужной двери и несколько раз ударяет костяшками о поверхность прежде, чем войти. Хотя чаще всего он врывается везде без стука.
Скотт всем нутром чувствует, что что-то не так. Холодок бежит по спине от нарастающих переживаний. Он боится, что с малышкой что-то не так, и им с Мирандой придется задержаться в больнице. Детей часто оставляют на сохранение при малейших отклонениях от нормы.
— Добрый день, мне сказали зайти к вам. – говорит Скотт. — Я приехал на выписку к Миранде Рассел и моей дочери Харпер, но в палату сразу не пустили. Скажите прямо, что не так? Что-то с Харпер?
— Нет, что вы, с юной мисс Харпер все в полном порядке, я бы даже назвал ее анализы идеальными.
— Тогда почему мне треплят нервы и заставляют идти к вам, тратят мое время?
— Мистер Скотт, вам лучше присесть. – измотанным охрипшим голосом отвечает Аврам Браквеч, прикрыв глаза.
— Лучше вам не испытывать моего терпения, поверьте. – сжав свободную руку в кулак, сквозь зубы цидит Хардин.
— Роды Миранды прошли без осложнений, но, видимо, послеродовой период дался ей с трудом. Может, это произошло на фоне стресса, без вскрытия сказать трудно.
— Без какого нахрен вскрытия? – вспыхивает Хардин, бросив цветы в сторону и сделав несколько резких шагов к столу доктора.
— Мистер Скотт, мне очень жаль, но буквально полчаса назад Миранда скончалась. Предварительно по внешним признакам произошел обширный инфаркт, ее было не спасти. Она была обнаружена в палате без признаков жизни.
По кабинету разносится громкий истеричный смех Хардина.
— Да что ты несешь, а? – кричит он изо всех сил. — Это какой-то прикол, да? Тут скрытая камера? Это какой-то тупой розыгрыш? Если ты мне сейчас правду не скажешь, то я тебя сам до инфаркта доведу, ты понял.
— Мистер Скотт, я вам соболезную. – опускает голову доктор и нажимает тревожную кнопку охраны, чтобы они вывели парня из кабинета. — В половине случаев инфаркт приходит резко, без предифарктного периода, кротовый длится от нескольких недель, когда человека можно вполне легко спасти. Дочь вам отдать прямо сейчас не смогут. Для начала нужно урегулировать юридический аспект, чтобы забрать Харпер себе. Понадобится пройти тест днк, сдать психологический тест и тест на наркотики. Далее будет суд по опеке, и если все будет в порядке, то вы сможете увезти Харпер домой. Это все необходимо, так как вы не состояли в официальном браке с Мисс Рассел.
— Да я убью тебя, ты с лишишь? – кричит Хардин, бросаясь на врача, но в этот самый момент в палату вваливается охрана, заломив руки Скотта и выволочив в коридор. — Тебе конец, ты слышишь меня? Конец!
Скотта тащат сразу три охранника, но с трудом могут удержать. Сердце парня бешено стучит, а мысли не могут собраться в кучу.
«Это не может быть правдой, нет.» – кричит Хардин сам себе.
Ноги становятся ватными, а его уже попросту волочат по полу, потому что он не в силах идти.
Боль, страх, отчаяние – все смешалось в один ком, который не позволяет дышать. Скотту кажется, что еще чуть-чуть, и он выплюнет собственные легкие наружу.
— Как это возможно? Нет, нет, нет... – шепчет он себе под нос, а слезы скапливаются в уголках глаз.
У Хардина было четкое ощущение, что его мир за секунду рухнул.
Его выводят на улицу, оставив возле лестницы, а он так и не смог сдвинуться с места, оставшись сидеть на ступени, не двигаясь.
Проходит примерно час, и к больнице подтягиваются Хиро с Ребеккой. Как раз к двенадцати, как их и просила приехать Миранда.
Первым делом они видят Хардина, который сидит на лестнице с опущенной головой.
Они сразу идут к нему, понимая, что явно что-то случилась. Первая их мысль была о том, что Скотт и Рассел поссорились, что вполне вероятно.
— Брат, ты чего тут? – спрашивает Хиро, коснувшись его плеча.
Скотт не двигается, будто замершая восковая кукла.
— Хэй, Хардин, все в порядке? – подключается Ребекка.
Парень медленно поднимет голову, а Хиро с Ребеккой в одну секунду осознают, что случилось нечто более серьезное, потому что все лицо Скотта зареванное, глаза красные, а губы бледные и искусанные до крови настолько, словно он пытался их разорвать зубами.
— У тебя есть сигарета? – еле слышно хрипит Хардин, посмотрев на брата.
— Что? – растерявшись, спрашивает Хиро.
— Сигарета. – повторяет Скотт.
Хиро тянется в карман штанов, достав пачку и зажигалку. Хардин медленно вытягивает одну сигарету и забирает зажигалку, подпалив кончик. Парень густо затягивается, выпустив плотный дурно пахнущий клубок дыма наружу.
Он ненавидит запах сигарет, ненавидит сами сигареты, не переваривает, когда возле него курят и всегда говорил, что никогда в жизни, ни при каких обстоятельствах не закурит. Хиро знал об этом, поэтому даже не переспрашивать, что случилось. Боялся услышать ответ, боялся, что с его племянницей что-то не так, поэтому терпеливо ждал, пока Хардин сам заговорит.
Только когда Скотт докурил третью сигарету подряд прямо до фильтра, потушив очередной бычок о бордюр и сложив окурки возле себя, он вновь заглянул в глаза к брату, а затем перевел взгляд на Ребекку, тяжело сглотнув. Он не хотел произносить этого вслух, но понимал, что другого выхода нет.
— Миранда умерла. – коротко и тихо сказал он, в очередной раз закусив до крови губу, а по щеке потекла тысячная слеза за последний час.