В плену фантазии

Идея с фикбука: Семью Новаков пригласили на светское мероприятие, и пока Альберт разговаривал со своими знакомым (или клиентом), Агата отошла к барной стойке за бокалом шампанского. К ней подошел познакомиться неизвестный мужчина, а Агата, в свою очередь, отказалась. Но мужчина был настойчив и продолжал попытки завести разговор. Эту сцену увидел Альберт и решил разобраться, почему к его жене лезет какой-то самоубийца (по его мнению).
(Думаю, что это могло бы быть после разговора братьев Новаков, где Альберт спрашивал у брата, что он делает не так по отношению к Агате).

Музыкальное сопровождение МОТ – По душам

К каждому приему, официальному и неофициальному, что в их кругах было принято называть «для своих», надо было готовиться основательно. Макияж, отутюжено платье, начищенные туфли, в идеале, чтобы там отражалось лицо твоего собеседника. Агата скучающим взглядом окидывает собравшихся, с большинством из них она знакома, и приходиться кивать и улыбаться, как китайский болванчик на приборной панели. Она чувствует, как рука Альберта пропадает с её талии, и мужчину уводит очередной кандидат в клиенты, чтобы решить важный вопрос. Девушка направляется к барной стойке, кислую атмосферу ей поможет скрасить только бокал игристого.

– Шампанское, пожалуйста, – улыбается она парнишке за барной стойкой.

– Скучаете? – раздается мужской голос.

Агата переводит взгляд на его обладателя, привлекательный мужчина с золотой серьгой, что ловит причудливый блеск освещение и немного выбивается из его официального стиля, девушка невольно сравнивает его с пиратом.

– Нет, – покачала она головой, к ее счастью бармен ставит на стойку бокал с прохладным напитком.

– Ваше шампанское.

– Благодарю, – Агата одаривает его ещё одной улыбкой.

– Шампанское, в моем обществе даму не принято угощать такими напитками, – снова встревает незнакомец. – Позвольте предложить вам пантеон или ликёр.

Он демонстрирует свой бокал с тёмной жидкостью.

– Откажусь, – снова произносит Агата. – Предпочитаю не пить в незнакомой компании.

– Так давайте исправим это недоразумение, – он хищно улыбается, демонстрируя ряд белых зубов. – Я Ахерон.

– Дорогая, всё хорошо? – раздается мягкий баритон, и Новак укладывает руку на свое законное место, демонстрируя их общий статус в глазах собеседника его супруги.

– Да, немного задержали обстоятельства.

– Некрасиво оставлять свою спутницу в одиночестве, – замечает Ахерон. – Особенно в таком месте. Не боитесь, что уведут?

– Мне не к чему бояться подобного, я уверен в своей супруге, – холодно замечает Альберт. – Потанцуем?

Агата кивает, отставляя  недопитый бокал, немного грустно, на шампанское хозяин денег явно не пожалел.

– До встречи, госпожа Новак, – мужчина поднимает свой бокал, Агата чувствует, как холодные мурашки ползут по её спине. – Надеюсь, что это не последняя наша встреча.

– Хотелось бы, чтобы ваше чутье подвело вас в этот раз, – бросает она на прощание.

– Тебя нельзя оставить одну, – замечает Альберт. – Уже нашла приключения на свою голову.

– Я не просила меня сюда тащить, – напоминает девушка, пока их кружит в танце. – Знаешь ли, я не в восторге, что ко мне цепляются всякие типы, с трудом удается переваривать тебя.

– Ему ты понравилась, – произносит Новак, не замечая её колкого тона.

– Визжать от радости? – осведомилась девушка. – Ты вообще его видел? Жуткий какой-то.

– Он представился?

Агата кивает, затылком снова чувствуя этот пронзительный взгляд, который забирает, нет, не под платье, а гораздо глубже, под кожу.

– Ахерон

Остальную часть вечера Альберт старается не отступать от Агаты. И девушка все больше чувствует себя вещью, на которую заявляют права таким образом. Они горячо прощаются с хозяином дома, который буквально обязан жизнью адвокатской практике Новака. На улице погода уже сменилась, и Альберт накидывает на её плечи свой пиджак, окутывая Агату смесью парфюма и дыма сигар, которые курили гости особняка.

– Никто из присутствующих не смог сказать ничего вразумительно про этого типа.

– Что ты хочешь узнать?

— Возможно просто залётный гость, но его поведение вызывает вопросы. Мне неприятны его поползновения в твою сторону. Ты моя жена, - напоминает Альберт, открывая перед ней дверь машины.

Девушка замирает, и поднимает на него глаза, в его пиджаке она кажется еще более беззащитной. Ему бы хотелось однажды набраться смелости и поцеловать ее, не потому что так требуется статус отношений, а по собственному желанию, как сейчас.

— И только в этом все дело?

Альберт смотрит ей в глаза, она его жена, и по всей логике, он должен радоваться, что ему досталась женщина, которая привлекает к себе внимание, но чувство ревности переселило все, потому что она могла уйти, потому что у Агаты было право на это.

***
Новак сидит перед камином, ловя отблески искр в своем бокале, вина на дне осталось чуть меньше, чем на один глоток, и Альберт растягивает удовольствие, тянуться за бутылкой ему немного лень. Шаги за его спиной поглощает ковер, который стал один из первых распоряжений Агаты в новом доме, как давно это было.

— Ты знаешь, что когда человек пьет в одиночестве – это признак алкоголизма?

— Прежде, чем ты приступишь к варварскому поглощению вина из горла, плесни мне немного, - он тянет руку в сторону.

Адам довольно хмыкает, что его план разгадали так быстро, но исполняет просьбу брата, и садиться напротив, отпивая коллекционного вина.

— По какому поводу самобичевания? – поинтересовался он. — Или позволишь мне угадать и назвать имя моей чудесной невестки?

— Я вспоминаю тебя и Ладу, - неожиданно отвечает ему Альберт, и мужчина невольно сжимает бутылку, поглядывая на палец, где еще ощущался шрам от кольца. — Как она на тебя смотрела. Что я делаю не так?

Адаму бы хотелось напомнить, что их любовные отношения сравнивать нельзя. Касель пришла в их семью вынужденно, не по собственному желанию, а потому что так сказал отец, Адам всегда ей восхищался, что девчонка, не смотря на свой юный возраст, не дала себя прогнуть и потребовала уважения. Новак делает глоток, никогда не любил красное вино.

— Потому что мало быть мужем и женой, брат, - ответил он, наконец-то, пугаясь мудрости в своем голосе. — Под идеальный имидж оказалось трудно подогнать идеальную картину семьи?

— Никто бы не сыграл роль моей жены искуснее Агаты, - возразил Альберт.

— Правильное слово – роль, - подчеркнул Адам. — Что натолкнуло тебя на эту мысль? Задумался о кончине ее отца?

Альберт вздохнул, он всегда отметал тот факт, что их хрупкий брак держится на жизни ее отца, но настанет момент, когда фактам придется смотреть в глаза, и лучше признаться в этом сейчас, чтобы не было там ошеломительно больно.

— Сегодня с ней пытался познакомиться мужчина, видный, статный, удачная пара для девушки, даже если за ее спиной маячит прошлый брак.

— Ал, - зовет его брат, и Новак ловит в глазах брата искры, от камина или от вина? — Ты боишься, что она уйдет? Или боишься потерять ее?

Альберт стучится в дверь ее спальни, они никогда не спали вместе, до смешного абсурдно. Новак с улыбкой вспоминает, когда они приехали сюда перед свадьбой, вместе с грузчиками, что заносили ее вещи, и с каким вызовом девушка произнесла – «где моя комната?».

Легкое «да» не заставляет себя ждать.

— Что-то случилось? – Агата откладывает в сторону книгу, после их расставания в холле дома прошло чуть меньше двух часов, и быть откровенным, Альберт не надеялся застать ее бодрствующую. Завтра все можно было бы списать на вино, погрузиться в работу с таблеткой аспирина, но сейчас ноги несли его вперед, как и язык.

— Мне кажется, я нашел ответ на твой вопрос, - произнес Новак, прикрывая за собой дверь, словно отделяя их от кишащего дома. — Нет, все дело в том, что я ревную тебя..

— Альберт, - качает головой девушка, но он не дает ей договорить, добавляя.

— Потому что люблю тебя.