В плену фантазии

Наверное, тяжело было найти человека, который готовит лучше, чем Олег Волков. Конечно, сотни, а то и тысячи людей вспомнят поваров с мишленовскими звездами, но в маленьком мирке Ани и Сережи равных Олегу не было. Разумовский отказывался заходить на кухню дальше обеденного стола, а Воронова хоть и умела готовить, но легко передала Волкову главенство в их кулинарной империи.

Олег Волков мог приготовить все.

Булочки с маком, когда Аня во время ночного желания поесть, высказалась о выпечке. Запечённый гусь, только потому, что Олегу было скучно. Стейк Рибай к невероятно вкусному вину, что принес Сережа. Салаты, гарниры, мясные и рыбные блюда. Даже если попросить Олега из вредности о том или ином блюде, чем Воронова не раз пользовалась, мужчина сделает его лучше, чем в любом ресторане. Выпечка, блинчики, даже самые обычные бутерброды в руках Волкова становились шедевром из поварской книги.

Однажды, во время очередного алкогольного прихода, Сережа поделился с Аней сокровенной тайной, что во времена студенчества, когда они только выпорхнули из казенного «гнезда», Волков не умел готовить, да и где ему было учиться? Первые три месяца в общаге у Олега подгорала даже яичница, но после Волков стремительно поднимался по кулинарной лестнице, и многие девчонки приходили в их комнату, только чтобы поесть.

— Но я ни с кем не делился, чисто из вредности, — хохотнул Разумовский, ставя на стол пустой бокал. — А Олегу просто никто не нравился, наш Волче всегда ждал ту самую... тебя.

Олег Волков готовил как Бог.

Но у Ани и Сережи была общая привычка, губительная для Олега и его нервной системы.

Фастфуд.

Бургеры, пицца, картошка фри, острые куриные крылышки и прочие предпочтения подросткового периода. Быть застуканным Олегом за поеданием пищи быстрого приготовления приравнивалось к предательству и измене. Волков бурчал о количестве заболеваний, что вызывает пища с таким количеством масла. Аня и Сережа молча соглашались с лекциями о здоровом питании, поглощая то нереальное количество овощей, что Олег пытался впихнуть в них после ресторанов быстрого питания.

— Я же не заставляю вас питаться одними брокколи, — ворчал Олег, а по кухне разливался приятный аромат запеченной рыбы и сливочного соуса.

— Если бы ты заставлял нас есть брокколи, то мы бы не дружили, а Аня бы ушла от тебя, — фыркнул Сережа, раскладывая тарелки по местам.

Волков смерил друга недовольным взглядом и вернулся к стеклянному блюду.

— У Олега масса достоинств, что могут перекрыть брокколи, — Воронова, которая оказалась рядом, оставила поцелуй на плече Олега, который сразу же оттаял от колких замечаний лучшего друга.

— Да, я тоже видел его ...

— Не продолжай! – взмолилась Аня. - Я не хочу слышать о ваших детдомовских воспоминаниях.

— Общие душевые – это ад, — согласно закивал Сережа, с содроганием вспоминания кафель в холодных комнатах.

Волков дико устал. Совещание с охранниками, которым он мог доверить жизнь Серого, затянуло с бумажной волокитой. Все желание Олега заключалось в одной функции – завалиться в кровать с Аней под боком и притворятся мертвым до утра.

— Я дома! — усталый голос Олега встретила тишина, а затем из комнаты донеслись чьи-то взволнованные шепотки, заставляя мужчину в миг перевести усталый режим в охранно-оборонительный.

Аня буквально выскочила из дверного проёма, поправляя футболку с логотипом Арии (одна из вещей, что осталась у Олега из прошлой жизни, и которую Воронова активно использует в своих целях). В целом, из личной одежды у Олега остались разве что трусы, остальная часть гардероба, так или иначе, хранила в себе память о соприкосновениях с кожей Ани. Если в начале отношений, когда их жилплощадь была отдельной, Воронова робко спрашивала разрешение взять ту или иную вещь, то с переездом на общую территорию и одежда стала общей.

— Привет, Олеж, — девушка быстро чмокнула мужчину в колючую щеку, кто-то сегодня не успел побриться.

Волков знал, что для Ани верность в их отношениях — не пустой звук, но спутанность эмоций на её лице, заставило сердце рухнуть вниз, и все смятении подкреплялось непонятным шумом со стороны гостиной.

— Всё хорошо? — тихий голос звучал неуверенно.

— Д...

В комнате что-то упало, Воронова дрогнула, отступая к двери. Волков помрачнел ещё больше и уверенно шагнул вперёд, двигая девушку в сторону.

— Олеж, я могу все объяснить!

После этих слов Олег уже мог принять любую картину, что ожидала его в комнате. Но то, какой оказалась реальность, заставила левый глаз нервно дёргаться.

Серёжа одной рукой пытался запихнуть в рот половину бургера, а второй убрать в шкаф весьма шуршащий пакет. Пакет полетел вниз, вместе с остатками бургера, что Разумовскому не удалось проглотить. Воронова шмыгнула носом за спиной Волкова, и только в тот момент он понял, что Аня не поправляла футболку, а стряхивала с неё крошки.

— А ты чего так рано? — деловито поинтересовался Серёжа, продолжая свое увлекательное занятие — устранение улик, словно не прятал пакет от Олега, а просто убирал мусор.

— Решил пожелать вам приятного аппетита, — Олег расслабился, притягивая девушку в свои объятия. От Ани пахло картошкой фри и горчичным соусом, Серый называл это кощунством и признавал только сырный. — Конспираторы.

Разумовский понял, что им уже не влетит за несанкционированный срыв здорового питания и без зазрения совести вытянул пакет обратно, собираясь продолжить их маленький пир.

— Мне что-нибудь оставили? — Олег стянул с себя пиджак и удалился в ванную комнату, собираясь смыть грязь со своих рук.

Аня помчалась следом, сжимая в руках домашнюю футболку. Военные рефлексы Волкова потерпели изменение, Олег уже не дёргался лишний раз, когда девушка появлялась за его спиной. Касаясь губами чернильного волка, она обвила руками могучую грудную клетку.

— Пытаешься разжалобить меня на ещё один бургер? — улыбнулся мужчина, ловя отражение зелёных глаз в зеркальной поверхности.

— Приношу свои извинения за то, что твоим котлеткам мы предпочли эти канцерогены.

— Тогда, — Волков извернулся, наконец-то оказывается лицом к лицу с Аней. — Этого мало.

Мужчина усадил её на стиральную машинку, позволяя горячим ладошкам скользить по затекшим мышцам. Он с большим удовольствием уткнулся носом в её макушку. Конечно, завтра он будет бурчать на двух своих близких людей о вреде фастфуда и на ужин поставит перед каждым по тарелке с цветной капустой, но сегодня он простит эту маленькую шалость.

— Пойдём к Серёже? — спрашивает Аня, с большой неохотой отлипнув от своего мужчины, утолив первый приступ тактильного голода.

Волков согласно кивает, натягивая футболку.

— Как малые дети, честное слово, — хмыкнул Олег, наблюдая, как Серёжа и Аня воруют друг у друга дольки картофеля.

Волков прикрывает глаза, слушая их препирания. Он дома, точно дома.