Наследники

Когда она впервые увидела Айзена, ему было десять лет. Он затравлено выглядывал из-за спины смотрительницы приюта, стараясь скрыть от окружающих разбитое лицо. На выступающей скуле красовался сизо-лиловый синяк, с лёгким налётом желтизны, а нижняя губа распухла, став непропорционально большой, в сравнении с верхней.

На вопрос смотрительницы, кто оставил на его лице эти следы, мальчик промолчал. Он так и не выдал ей своих обидчиков. Наверное, это было первое, что привлекло внимание Евы. Айзен мог одним лишь словом устроить неприятности Фрицу, Ральфу и Дитриху, особых доказательств не требовалось, все и так знали, что эти трое те ещё засранцы. Но Айзен не проронил ни слова, будто воды в рот набрал.

С Фрицем, Ральфом и Дитрихом они потом поквитались, уже вместе. Не сказать, что это навсегда отвадило заносчивых мальчишек от Айзена, но, по крайней мере, его лицо больше никогда не было в таком ужасном состоянии. Во многом, это была заслуга Евы.

Она испытывала необъяснимую симпатию к этому нескладному тихому мальчику, и они шли вместе рука об руку. Так прошли годы, множество мгновений, которые привели их к настоящему моменту.

Тонкие пальцы коснулись невидимой стены, возведённой Ансером, сначала осторожно, а затем всё увереннее, он тянул руку в сторону Евы. Незримая стена начала тлеть там, где касался её Айзен, пропуская сначала руку, затем и всё тело внутрь. Ансер смотрел на происходящее с неподдельным страхом, вероятно, он думал, что защита, созданная им, сможет их укрыть, или, по крайней мере, продержится дольше.

Стоило Айзену полностью переступить невидимую стену, как она рассыпалась на множество мелких осколков, тлеющих по краям.

- Не плохо, страж, - усмехнулся Айзен. – Твои коллеги были менее изобретательны.

- Рано радуешься, - твёрдо произнёс Ансер в ответ. – Это ещё не конец.

- Но до него не далеко, - засмеялся Айзен.

- Только через мой труп, - зло выдохнул страж третьей печати.

- Как пожелаешь, - легко, словно шутя, произнёс наследник.

Ансер бросился на Айзена молниеносно, а тот лишь вскинул руку в ответ, словно желая остановить нападавшего стража. И Ансер действительно остановился на расстоянии вытянутой руки от Айзена, его глаза подёрнула белая пелена, а лицо стало умиротворённым и спокойным, будто весь ужас, что происходил вокруг, не существовал.

- Что ты сделал с ним? – Ева в ужасе попятилась назад.

- Ничего особенного, просто подарил возможность получить то, что он всегда хотел, - сказал Айзен. – Теперь он в плену своих собственных желаний.

- Тоже самое ты сделал с остальными? – с дрожью в голосе спросила Ева.

- Да, - Айзен улыбнулся. – Вот так просто, Ева. Хочешь, я и тебе подарю желанный покой?

- Но как ты это сделал? – Ева продолжала отступать. На каждый шаг, что Айзен делал к ней, приходился её собственный, прочь от него.

- Желания – моя сила, мой особый дар. Я вижу тайные и сокровенные чаяния любого живого существа, ни ты, ни стражи не исключение. Люди – рабы своих желаний, они становятся ими добровольно, я лишь сделал их путь к ним проще.

- Но ведь это происходит лишь у них в голове? – Ева бросила на застывшего Ансера мимолётный взгляд. – Все их осуществлённые желания - не более чем мираж!

- И что? Наши мысли материальны, всё, что происходит у них в голове, отражается на их настоящем, - Айзен загадочно улыбнулся. – Хочешь, покажу, как желание может убить?

- Что с тобой стало Айзен? – с ужасом прошептала Ева.

- Почему ты вечно ведёшь себя как святая? Всегда такая правильная Ева Химмель! - зло прыснул парень. – Как же меня это всегда бесило в тебе, твоя правильность!

Ева от обиды закусила губу, плотно сжав зубы. Скользкое и неприятное чувство давило на неё изнутри, словно тысяча маленьких распорок. Она прожила с Айзеном столько лет, и никогда не думала, что на самом деле за внезапными перепадами настроения, скрывалась хорошо прикрытая злоба.

- Как жаль, Ева, что между нами стоят ещё четыре печати. Но осталось недолго ждать, - Айзен шагнул к одному из каменных изваяний, стоявших по кругу.

Улучив момент, Ева подбежала к Ансеру. Она заглянула в его глаза, подёрнутые белой пеленой, но не увидела там никакого проблеска сознания. Где же Мекшем, когда он так нужен? Отчаяние захватывало Еву, она чувствовала, как буквально тонула в нём. Если бы она только знала, как можно позвать Мекмшема! Он всегда приходил сам, в его появлении не было никакой чёткой логики.

Мысль, словно яркая вспышка молнии, прорезала сознание Евы. В первый раз, когда страж пришёл ей на помощь, она была в руках демона. А что если и в этот раз она окажется в подобной ситуации, возможно, тогда Мекшем как-то почувствует грозившую ей опасность, и придёт?

Ева окинула взглядом происходящее вокруг. Ни раздумывая даже и секунды, она бросилась к скоплению демонов, которые держали Лили. Налетев на них с разбегу, она толкнула того, что окутывал селема. Стоило Еве коснуться демона, как тот с неестественным шипением подался назад, выпуская Лили из своих лап. Девушка с глухим звуком упала на землю.

- Ева, беги, - прошептала Лили, сделав глубокий вздох.

- Нет, я вас не брошу, - с жаром ответила Ева.

В следующее мгновение с десяток демонов подлетели к ней. Они были почти что бесформенными, лишь некое подобие лиц мелькало то тут, то там. Они накрыли девушку словно купол, кружа вокруг неё, но не касаясь. Стоило ей ринуться вперёд, попытаться дотронуться до кого-нибудь из них, как они ускользали от её касания, но при этом не нарушали строя. Вторая волна отчаяния захлестнула Еву, она оказалась в ловушке.

***

Бесконечная череда сменяющихся видений сводила с ума. Лему казалось, что он оказался внутри той вращающейся лампы с вырезанными на стенках фигурками, которые, когда-то в детстве отбрасывали тени на стене в его комнате.

- Неужели ты так просто сдашься? – заговорил голос в его голове.

Лем прислушался, голос был тихим, слабым, словно раздававшийся издалека.

- Агарес? – осторожно спросил Лем.

- Неужели ты позволишь этому выродку взять над тобой верх? – усмехнулся в ответ голос в голове Лема.

- О ком ты?

- Айзен, он пытается контролировать твой разум.

- Но как? – растеряно произнёс Лем.

- А как ты контролируешь страхи людей? Точно так же Айзен контролирует их желания. Он уже пленил разум твоих друзей, и пытается сделать тоже самое с тобой, но ты, кажется, даже сам не знаешь, чего желаешь Кегелем.

- Я... Я хочу выбраться отсюда, - произнёс Лем.

- Не слышу уверенности в твоём голосе, сын, - вновь усмехнулся Агарес.

- Не смей называть меня так, - сжав кулаки, огрызнулся Лем.

- Пока ты отрицаешь свою сущность, Айзен давно принял её, и, посмотри, сколького он достиг во владении своей силой. А чего достиг ты? Сможешь ли ты выбраться отсюда? Сможешь ли помочь своим друзьям? А Еве? – голос демона звучал всё настойчивее.

- Ты знаешь, где Ева? – Лем уцепился за сказанное Агаресом.

- Она здесь, в нескольких метрах от тебя, отчаянно нуждается в помощи, но помощь не придёт, потому что тот, кто мог бы ей помочь, жалок и отрицает сам себя.

- Хорошая попытка, Агарес, - попытался защититься Лем. – Но Ева вместе с Мекшемом, своим стражем, он сможет защитить её.

- С чего ты взял? Мекшем всегда был слабаком, ещё до того, как стал стражем. У него кишка тонка, пойти до конца и спасти того, кто дорог, что тогда, что сейчас.

Лем не видел демона, но ему казалось, что тот сейчас улыбается. То, как звучал его голос, говорило именно об этом.

- О чём ты? – внимание Лема уцепилось за последние слова, сказанные демоном.

- Всему своё время, Кегелем, когда-нибудь ты узнаешь всё сам. Сейчас ты должен лишь знать, что Мекшема нет. Старина Ансер стал рабом желаний, как и твои друзья, и никто из них не сможет ничего сделать.

- Что за игру ты затеял?

- Никакой игры.

- Не ври мне. Ты распаляешь меня, провоцируешь, чего ты хочешь достичь?

На мгновение всё было заполнено тишиной, и голос в голове Лема исчез, будто его там никогда и не было. Но это был лишь обман, громогласный смех демона раздался через несколько секунд, заполняя всё вокруг.

- А ты не так прост, Кегелем. Знаешь, я этому даже рад, - казалось, что слова демона звучат искренне, если такое понятие вообще к ним применимо.

- Так чего ты хочешь? – вновь спросил Лем.

- Сейчас я лишь хочу, что бы ты не встретил бесславный конец. И если сможешь выбраться, то мы посмотрим, чем ты будешь полезен для меня в будущем, - голос демона стал вдруг ровным и спокойным.

- Я не знаю как выбраться, я не могу найти выход отсюда.

Как бы Лем не хотел это признавать, помощь ему была нужна, но его доводил до исступления тот факт, что ждать её, кроме как от демона, было не от кого. Мучительные минуты раздумий тянулись словно часы, прежде чем Кегелем произнёс:

- Хорошо. Что я должен делать?

***

Поначалу Ева подумала, что ей почудилось, но затем она вновь отчётливо услышала его голос. Ровный, холодный, словно дуновение ветра февральским утром, он отдал приказ.

- Отпустите печать!

Демоны вокруг неё издали возглас, похожий на смесь животного рыка и стона, словно каждому из них дали под дых. Нехотя они расступились, и Ева вновь смогла увидеть синеву осеннего неба.

Кегелем Акош стоял на небольшом возвышении чуть поодаль. Ветер колыхал борт его плаща и тёмные взъерошенные волосы, закрывавшие часть лица. Ева почувствовала, как её сердце пропустило удар, а затем забилось чуть быстрее от радости.

- Ты? Но как? – в голосе Айзена звучало изумление, которое он отчаянно пытался скрыть.

- Это невозможно, ещё никто...

- Невозможно для тебя, Айзен Фишер, - с призрением бросил Лем.

Айзен подлетел к Еве так быстро, что она не успела ничего сделать. Холодное лезвие ножа прикоснулось к её горлу.

- Может быть, ты и можешь отдать приказ моим слугам, но мне приказывать ты не вправе, - он зло ухмыльнулся. – Ещё одно движение, и я перережу ей горло!

Ева в ужасе застыла, боясь сделать неосторожное движение, которое могло бы привести к фатальным последствиям. Она посмотрела на Кегелема. Он так и стоял, не сдвинувшись с места, даже не шелохнулся, когда Айзен подставил нож к её горлу. Безразличие на его лице её пугало, в глубине души она всегда надеялась, что ему не всё равно.

- И что потом? Будешь ждать перерождения печати и другого шанса, выполнить желания твоих господ? – рассмеялся Кегелем.

Его смех разошёлся волнами, резонируя о камни третьей печати, заполняя собой всё пространство. В какой-то момент Ева поняла, что это не Лем. То же самое чувство у неё было тогда, во дворце князей Адер, когда демон Баал был в облике Петера. Девушка почувствовала, как неприятный озноб прошёл по её телу, словно на неё вылили ушат холодной воды. Только не Лем! Она не выдержит ещё одного предательства.

- О, ты так боишься их гнева? – тот, кто был в теле Лема, ухмыльнулся. Уголки его глаз чуть сузились, он наслаждался сделанным открытием.

- Ты ошибаешься, - бросил в ответ Айзен, плотнее прижав нож к шее Евы.

- Неужели? Не думаю, что это так.

Кегелем оказался рядом в мгновение ока, он преодолел расстояние, разделявшее их за секунду, словно стал ветром. Ева лишь увидела, как он вцепился в горло Айзена, отталкивая его от неё. Его рука схватила её за запястье, вены, по которым струилось чёрное серебро бешено пульсировали на тыльной стороне его ладони. Он резко рванул руку назад, отдёргивая Еву на себя, и через мгновение он прижимал её к себе, отскакивая в сторону.

- Мальчишка не сможет долго держать меня в себе, у нас почти нет времени, - произнёс он тихо, так, что слышала только Ева.

Она в недоумении подняла на него глаза. Перед ней было лицо Лема, такое знакомое, о, как же она скучала по нему! Но в тоже время, было в нём что-то чужое, не принадлежавшее ему.

- Ты должна разбудить его друзей, я постараюсь выиграть нам время. А затем убирайтесь отсюда, пока не стало слишком поздно, - с этими словами он оттолкнул Еву и она провалилась в пелену молочно-белого тумана.

***

Туман, заполнявший пространство, клубился у неё под ногами, поднимаясь всё выше и выше, заполняя собой всё вокруг. Она не видела около себя ничего, кроме беспросветной всепоглощающей белизны. Тихий шёпот множества голосов и шорохов был еле различим, Ева попыталась сосредоточиться, пытаясь расслышать хоть что-то, но это казалось бесполезной затеей. Отчаяние захлестнуло её с головой, словно морская волна в шторм. Ей нужно разбудить Диметриуса и Андраша, но как? Существо в теле Лема должно было сказать ей больше, ведь она совсем не понимала, что ей делать.

Ева ступала осторожно, маленькими шажками, боясь оступиться, боясь неизвестности. Цветочный запах донёсся до Евы, она шагнула ему навстречу, вдыхая всё сильнее аромат хризантем. Она оказалась на небольшой поляне, плотно окружённой цветочным кольцом.

- Кто ты? Тебя не должно быть здесь, - сказала женщина с копной белокурых локонов, ниспадавших по плечам.

Она сидела на скамейке в окружении цветов, её руки нежно перебирали такие же светлые волосы, как и у неё, гладя мужчину по голове. Он мирно лежал, закрыв глаза, наслаждаясь каждым её прикосновением.

- Андраш! – воскликнула Ева.

Девушка бросилась вперёд к нему, но остановилась в паре метров от скамейки. Лицо женщины испугало её. От нежной и спокойной красоты, не осталось и следа, гримаса злости исказила её лицо.

- Убирайся! Тебе здесь не место! Я не позволю тебе забрать его у меня! – закричала она.

Женщина встала, переложив голову Андраша со своих колен на скамейку. Он всё так же лежал, будто находился в дрёме. Она сделала несколько шагов по направлению к Еве.

- Убирайся! – повторила женщина.

Ева растерялась. Она не знала, что ей делать. Лицо женщины казалось ей смутно знакомым, только она не могла понять, где видела её прежде. Но затем Ева поняла, что никогда не видела её, разве только в чертах лица Андраша. Они были так похожи с ней.

- Вы его мама? – осторожно спросила Ева.

- Убирайся! Тебе здесь не место! – только и повторила женщина.

Она говорила как марионетка, не знавшая ничего другого, кроме заученной, как будто кем-то продиктованной, фразы.

- Пожалуйста, отпустите его, - взмолилась Ева. – Нам очень нужна помощь вашего сына.

Но женщина ничего не ответила на мольбу Евы. Тогда Ева попыталась пробиться вперёд.

- Андраш! – что было сил, позвала девушка. Но Андраш не открыл глаза.

- Убирайся! - мать Андраша вцепилась Еве в горло, надавив со всей силы, она оттолкнула девушку прочь.

Сад хризантем исчез из виду, как Андраш и его мать. У Евы всё двоилось в глазах и спирало горло, после того, как княгиня Адер схватила её. Она попыталась восстановить дыхание, но получалось с трудом. Её вновь окружал странный молочный туман. Немного постояв, не понимая, что ей делать дальше, Ева побрела в другом направлении, по крайней мере, ей казалось, что это так. В окружавшем её непроглядном тумане было не ясно абсолютно ничего, не говоря уже о сторонах света. Ева не знала, сколько она бродила в неизвестности, но понимала, что начинает сходить с ума, от беспомощности и бессилия, которые ощущала.

Когда она уже готова была взвыть от отчаяния, ей показалось, что она слышит голоса. На этот раз Ева практически побежала в направлении, откуда, как ей показалось, она слышит разговор. В последний момент она успела чуть затормозить, и чудом избежала столкновения с большими двустворчатыми резными дверями, которые так внезапно показались из тумана у неё на пути. Ева с замиранием сердца толкнула двери и шагнула внутрь.

Большая комната была залита мягким светом, играла тихая музыка, а пара кружилась в танце в полном одиночестве. Ева даже не сразу узнала Диметриуса, она никогда прежде не видела его таким счастливым. Он улыбался, смеялся так звонко и так искренне, что Ева замерла, не в силах оторвать от него глаз.

Кружась в танце, он что-то говорил своей спутнице: хрупкая девушка с каштановыми кудрями улыбалась ему в ответ, нежно прижимаясь к нему в танце. Ева никогда прежде не видела её. Она стояла не в силах прервать их, помешать их счастью. Набравшись смелости, Ева позвала его:

- Диметриус!

Танцующая пара остановилась, но вместо Диметриуса на Еву посмотрела девушка. Взгляд её был пристальным, внимательным и очень недовольным.

- Тебя не должно быть здесь, - только и сказала девушка.

Диметриус продолжал зачарованно смотреть на свою спутницу, будто Евы и вовсе не существовало.

- Отпусти его, - попросила Ева. – Он очень нужен своим друзьям.

- Нет! – воскликнула спутница Диметриуса. – Ты его не получишь! Он только мой! Мой! Мой! Мой!

Крик девушки звоном сотни маленьких колокольчиков отдавал в ушах Евы. Она невольно прикрыла уши руками, что бы не слышать этого пронзительного голоса.

В этот раз Ева не стала терять драгоценное время и стремглав помчалась к Диметриусу, она практически врезалась в него. Схватив парня за плечи, Ева затрясла его что было сил.

- Диметриус! Очнись! Это я, Ева, мне нужна твоя помощь! – закричала девушка.

Но Диметриус ей не ответил, он всё продолжал стоять на месте, с глупой улыбкой на лице, словно её тут вовсе и не было. Зато девушка, которая с ним была, вцепилась сзади в волосы Евы и потащила её прочь.

Ева отчаянно сопротивлялась, но хватка у девушки была нечеловечески сильной. Ещё немного, и она окажется за дверьми, в которые вошла несколько мгновений назад и всё будет потеряно. Ева не представляла, что ей делать, как заставить Диметриуса очнуться. Она лихорадочно перебирала в своей голове все воспоминания, связанные с Диметриусом, всё, что знала о нём, пытаясь найти то, что может ей помочь.

- Куда он – туда и я! – что было сил крикнула Ева. – Помнишь? Ты обещал! Ты обещал Лему, что всегда будешь рядом! Ты обещал Сефи, что защитишь её брата!

Слова, сказанные Диметриусом у потрескивающих полений костра на опушке леса по пути к Нигзету, показались в воспоминаниях Евы, словно спасательный круг.

Диметриус чуть встрепенулся, а затем повернулся к Еве. Он смотрел на ней всё ещё странно, будто не совсем понимал, кто перед ним, но осознанности в его взгляде было уже куда больше, чем прежде. Ева поняла, что она на правильном пути. Отчаянно вырываясь из цепкой хватки девушки с каштановыми волосами, она продолжала говорить с Диметриусом.

- Ты ему нужен! Нужен Лему! И Андраш нуждается в тебе! Неужели ты их бросишь? Спустя столько лет дружбы? – из последних сил кричала Ева, дыхание её сбилось.

Диметриус качнул головой из стороны в сторону, словно пытался с себя что-то стряхнуть, а затем взглянул на Еву. Через секунду он уже был рядом, помогая ей вырваться из плена.

- Ева? – с удивлением спросил он, словно она была последней, кого он ожидал увидеть. – Что ты здесь делаешь?

- Диметриус, нам надо выбираться.

Он непонимающе посмотрел на неё, а затем с силой потянул в сторону, отдёргивая от накинувшейся на неё девушки.

- Сефи, что ты делаешь? – спросил Диметриус, в его голосе странным образом сплелись страх, удивление, непонимание и любовь.

Но девушка не ответила ему, она лишь вновь бросилась на Еву.

- Диметриус, это не Сефи! – быстро затараторила Ева. – Это всё Айзен, он держит тебя в плену твоих собственных желаний, она не настоящая. Всё здесь не настоящее! Нам нужно выбираться отсюда.

Сефи вновь вцепилась в Еву, стараясь оттянуть её от Диметриуса.

- Диметриус, любимый, не слушай её, - нежно заговорила с ним Сефи, продолжая крепко держать Еву. Её ногти больно впивались в кожу Евы, оставляя за собой ярко красные царапины.

- Ты не Сефи, - отчуждённо заговорил Диметриус. – Сефи бы никогда не причинила кому-то вреда. Она просила меня помочь Лему, а ты этого не хочешь.

Диметриус оттолкнул девушку, и, схватив Еву за руку, бросился к двери, захлопнув её в самый последний момент, прямо перед лицом Альсефины. Закрыв дверь, он прижался к ней спиной, тяжело дыша. Ева видела, как непросто ему это далось.