Воздушные пираты

 Эльфман стоял, словно застывшая статуя, в одночасье счастье от того, что он, наконец, нашел сестер, обратилось в горечь от потери одной из них. Казалось, что все эмоции и чувства разом покинули его тело, и только слезы текущие из глаз, говорили о том, насколько больно этому гиганту.

— Нет! Нет! НЕТ!!! Это все неправда! — билась в истерике Мира, но разве могло это вернуть её маленькую сестренку?! Боль. Отчаяние. Страх, смешались воедино, вытаскивая из глубин души блондинки все самое ужасное. Она хотела, чтобы убийца её сестры страдал, мучился от боли и адской агонии, но это невозможно. — Нет, скажи, что это не правда. Кана... прошу...

— Сестра, — Эльфман с трудом взял себя в руки. Как бы ни было ему больно, как бы ни хотелось все здесь разрушить, он должен держаться и позаботиться о Мире. Да, у него есть сестра, которая не справится без него. Блондин сжал кулаки. Он справится... ради Мираджейн он будет сильным, чтобы стать опорой для сестры. — Пойдем, я отведу тебя в комнату.

— Нет, я не хочу! Я должна увидеть Лис! — кричала девушка, вырываясь из крепких объятий брата, она словно обезумела, превратилась в демона, который никого и ничего не желал слушать. Больно. Как же ей больно! Ничто и никогда не заполнит образовавшуюся в её душе пустоту. Как она это допустила?! Как не смогла уберечь сестру?!

— Уведи её в общую комнату, — голос Мавис дрожал, в зеленых глазах застыли с трудом сдерживаемые слезы, которым она не могла дать волю. Она принцесса, лидер воздушных пиратов, она не имеет право на слабость, ей подобает быть сильной, чтобы показать другим пример. — Побудь с ней, как только можно будет, мы позовем, чтобы вы простились с Лисанной.
Эльфман, не отвечая ни слова, подхватил рыдающую и бьющуюся в истерике девушку на руки и направился в сторону общей комнаты, где вестей ожидали их друзья. Вот только обрадовать их было нечем.

— Ты тоже иди, — неожиданно заговорила Кана, доставая из-за пояса штанов маленькую фляжку с крепчайшим виски, который она хранила для особых случаев. — Я приведу тело в порядок сама, не стоит тебе на это смотреть.

— А как же ты?

— Я справлюсь, — шатенка сделала большой глоток и поморщилась. — Не волнуйся обо мне, лучше... помоги другим... сейчас ты больше нужна там, а не здесь.

— Да, ты права, — кивнула Мавис, понимая, что подруга права, ей стоит побыть с Мирой и Эльфманом. Но что она могла сделать, что сказать и чем помочь? Любые слова только причинят еще большую боль.

Как только все ушли, Кана снова вернулась в лазарет, где на кушетке лежало бездыханное тело блондинки. Нужно было привести Лисанну в порядок перед тем, как позволить её брату и сестре увидеть тело.

— Это несправедливо!

Это странно, но, несмотря на пустоту в душе, на то, что ей было невероятно больно, Кана не могла проронить ни одной слезинки. Она давно разучилась плакать и привыкла быть сильной, ей гораздо проще было напиться в стельку, чем просто показать свои истинные чувства другим. Но сейчас было не до этого, нужно было привести тело в приличный вид и подготовить его к похоронам. Мир несправедлив, она знает об этом с детства — вот только от осознания этого легче не становилось. Нельзя закрыть свое сердце ото всех, нельзя жить совсем без друзей и привязанностей, а это значит, что боль и страх за них всегда будут в её душе.

Шатенка подошла к операционному столу и взглянула на окровавленное тело, она с самого начала знала, что шансов спасти подругу не было, но все равно продолжала за нее бороться на протяжении многих часов, надеясь на то, что произойдет чудо. Увы, чудес в мире не бывает, и ей давно стоило это усвоить, тогда, возможно, жить стало бы намного легче. Кана смочила чистую тряпку в теплой воде и начала смывать кровь, которая была всюду. Нужно поторопиться и зашить рану, одеть Лис и...

— Это не должно выглядеть так, — медик наклонилась ближе к ране, внимательно рассматривая её. Кане уже доводилось работать с ножевыми ранениями, все-таки их работа весьма опасна, но еще никогда она не видела ничего подобного. Ножи солдат и кортики офицеров королевского флота не оставляют таких безобразных рваных ран. Перед глазами всплыл образ ножа контрабандиста, которым он хвастал перед вылетом. — Нет. Этого не может быть!

Ярость полностью захватило девушку — Бикслоу лгал, нагло лгал им всем. Это не солдаты убили Лисанну, а он! Убил, а после, как ни в чем не бывало, говорил Эльфману и Мире, что не успел спасти Лис. Он и сейчас сидит в главном зале и успокаивает друга. Как можно быть таким мерзким, циничным и двуличным! Как можно смотреть в глаза друга, сестру которого ты убил собственными руками?! Это просто не укладывалось в голове Альбероны. Она это так не оставит! Эта тварь ответит за все! Кана бросила все и выбежала из лазарета, её буквально трясло от напряжения и ярости. Этот человек! Она заставит его пожалеть о том, что тот сделал, ответить за его преступление сполна.

***

Мира рыдала, не в силах остановиться, сейчас в её душе царила пустота и холод. Она ненавидела весь мир: себя, королевских офицеров, подруг - всех. Почему все это происходит именно с её семьей, почему им вечно приходится бороться и терять все самое дорогое в жизни? Это несправедливо.

Все собравшиеся в главном зале молчали, не зная, что сказать и как утешить подругу. Разве слова или объятия смогут успокоить Мираджейн, в сапфировых глазах которой поселилось безумие и злоба. Что же теперь будет? Неужели произошедшее навсегда все поменяет и они разбегутся?

— Я понимаю, что это уже не поможет, — заговорил Бикслоу, кладя руку на плечо друга. В его душе что-то шелохнулось, он даже немного сожалел о том, что убил блондинку, но если бы он вновь оказался в том самом времени, то, не задумываясь, поступил бы так же. Личная выгода всегда была для него на первом месте, как, впрочем, и для всех людей. — Но если тебе что-то потребуется, я буду рядом. Я всегда готов выслушать и помочь.

Неожиданно двери распахнулись, в комнату ворвалась разъяренная Кана, карие глаза полыхали ненавистью и жаждой убийства. Не обращая ни на кого внимания, шатенка подлетела к Бикслоу, со всей силы ударив его по челюсти.

— Чертов ублюдок! Неужели ты надеялся, что мы ничего не узнаем! — шипела девушка, снова набрасываясь на мужчину, нанося ему все новые и новые удары.

— Кана?! — Эльза с трудом оттащила сопротивляющуюся подругу от контрабандиста.

— Пусти! Это он убил Лис!!! — заорала Альберона, безумно сверкая глазами. — Это сделали не солдаты, а он!!!

— Что? — Мира подняла заплаканный взгляд на подругу, от слов Канны её стало трясти еще больше. Как можно поверить в то, что друг Эльфмана мог убить их сестру? Это просто уму непостижимо! — Что ты такое говоришь?!

— Лисанну убил Бикслоу, тем самым ножом, который ему подарил твой брат! Эту рану могло оставить только такое лезвие! — силы разом покинули Кану, а ноги подкосились. Все это было слишком для нее, она устала от происходящего, устала бороться и ненавидеть. — Это все он... он...

— Бикслоу! — Эльфман поднялся со своего места и посмотрел прямо в глаза друга. Верил ли он Кане? Да, верил, сейчас, смотря в глаза контрабандиста, он понимал, что все это правда. Все чувства и мысли разум покинули голову гиганта, все, что он сейчас хотел, это свернуть шею тому, кто убил малышку Лисанну. — Ты ответишь за это!

Всего одно движение и блондин уже навис над Бикслоу, тот даже не успел отреагировать, как его кости уже затрещали.

— Эльфман, все не так, — контрабандист понимал, что вряд ли сможет повлиять на охотника за головами, но все же продолжал пытаться говорить. — Отпусти... да... давай поговорим...

— О чем? О том, как ты убил мою сестру? Я предупреждал, что будет, если ты приблизишься к ней или Мире, — от голоса Эльфмана бросало в дрожь, в нем не было ни одной эмоции, даже злости и ярости, а в глазах не осталось жизни. Мужчина не осознавал, что делает, невероятное спокойствие накрыло его — все, чего он желал в этот момент, это убить предателя, которого считал другом. Его руки все сильнее сжимали горло задыхающегося Бикслоу. Какое же это наслаждение!

— Хватит! — закричала Мавис, понимая, что еще немного, и контрабандист отправится на тот свет. Нет. Этого нельзя допустить! Бикслоу должен ответить за свое преступление, но не раньше, чем расскажет всею нужную пираткам информацию. — Эльза, Люси! Остановите его!

Девушки нерешительно переглянулись, они предпочли бы не исполнять этот приказ, но понимали, что принцесса не просто так об этом просит. Набросившись на Эльфмана, они начали оттаскивать гиганта от его жертвы, которая уже практически не дышала, Гажил и Нацу присоединились к ним, помогая девушкам усмирить разбушевавшегося блондина, с которым хрупкие особы точно не совладали бы.

— Пустите! — рычал мужчина, когда его оттащили в сторону, — я все равно убью его!

— Да, но не сейчас! — несмотря на то, что Мавис ненавидела себя за эти слова, она понимала, что должна рассуждать здраво и не делать глупостей. Как же это тяжело, когда хочется разрыдаться в голос от собственного бессилия и злости. — Нам нужны его связи, именно поэтому он здесь.

— Мавис! Он убил мою сестру! — закричала Мира, дрожа всем телом. — Мы не можем и дальше сотрудничать с ним, ему нельзя верить!!!

— Я знаю, а потому все, что нам нужно — это заставить его говорить, — блондинка холодно посмотрела на бледного контрабандиста, который все еще не пришел в себя. — То, что Лисанна умерла... это трагедия, это потеря, с которой мы никогда не смиримся, в её гибели есть моя вина... мне следовало быть более дальновидной и понять, что Бикслоу нельзя доверять. Но я не могу допустить, чтобы Вы убили его сейчас... поймите... иначе все будет напрасным, и смерть Лисс тоже. Поймите, так нужно для дела... Эльза... уведи его в камеру и проследи, чтобы он был надежно заперт до допроса.

— Будет сделано, — Скарлетт, при помощи Нацу, связала полуживого мужчину и потащила его в сторону камер. Будь на то её воля, она бы не стала мешать Эльфману, напротив, даже помогла бы. Но Мавис права... сейчас убивать Бикслоу глупо.

— Мира... — блондинка подошла к подруге и подчиненной, которая застыла посреди комнаты, смотря остекленевшим взглядом в сторону дверей за которыми скрылась Эльза вместе с пленником. — Прости... я не могу поступить иначе. Я пойму, если ты захочешь уйти, но... мы слишком многим пожертвовали, слишком много потеряли, чтобы сейчас отступить.

— Я понимаю, — Мираджейн вытерла слезы, когда Штраус взглянула на Мавис, то её лицо походило на белую фарфоровую маску. — Понимаю, но все равно хочу, чтобы он умер, умер в муках. Я лично заставлю его говорить, а как только он даст всю нужную информацию... я заберу его жизнь.

— Пусть будет так, — Мавис с сожалением смотрела, на обычно улыбчивую девушку. События сегодняшнего дня навсегда изменили её, почему-то принцессе казалось, что теперь она не скоро увидит радость в глазах Миры, если вообще увидит. Жаль. Это её вина. Она должна быть осторожней, внимательней, тщательней планировать задания и больше не допускать ошибок. Да. Она больше не допустить подобной ошибки.

— Эльфи... пойдем, нам... нам нужно проститься с Лисс, — блондинка взяла брата за руку и направилась к выходу. А все, что оставалось Мавис - это сдерживать слезы и пытаться придумать, что же теперь делать.

***

Мира зашла в лабораторию Фрида и застала ученого за своими исследованиями. Сейчас она даже завидует ему, этот мужчина думает только о своей науке и ни о чем больше. Вот ей бы так — тогда этой гнетущей боли в груди не было бы. Девушка тяжело вздохнула, как это ни прискорбно, но ей придется отвлечь Фрида от его работы и задания, которое ему поручила Мавис. Блондинка подошла к ученому и вытащила у него из-под носа тетрадь с расчетами, за что тут же удостоилась гневного взгляда.

— Ты мешаешь.

— Я знаю, но по-другому твоего внимания не добиться, — безразлично пожала плечами девушка, бесцеремонно усаживаясь на рабочий стол мужчины и внимательно оглядывая приборы. — Как продвигается твоя работа?

— Отлично, через месяц, я закончу то оружие, о котором мы говорили с вашей главной, если, конечно, мне никто не будет мешать, — Джастин недовольно сложил руки на груди. Как же отвлекают все эти разговоры ни о чем, эти девицы совершенно не понимают, что для его работы нужен покой, тишина и полная сосредоточенность.

— Тебе придется немного отвлечься и заняться другим делом, — криво улыбнулась Мира, уже предвкушая муки, которым подвергнется Бикслоу.

— Думаешь, это так просто? — поморщился ученый. — Вот так вот взять и переключиться с одного проекта на другой? С чего вдруг я должен все бросить...

— Меня не волнует твое мнение! — на глаза блондинки навернулись слезы, которые она с трудом сдерживала. — Я знаю, что удар током очень болезнен для человека, если, конечно, не убьет его. Так вот, ты должен создать прибор, который будет причинять боль... много боли....

— Я не настолько безумен, чтобы создавать орудия пыток для вас! — возмущено воскликнул ученый, раздраженно отворачиваясь от девушки. Когда ему предложили сотрудничество в обмен на финансирование и полную свободу действий в исследованиях, он обрадовался — это было именно то, что ему нужно. Но и у него есть принципы, которыми он не собирается поступаться.

— Ты сделаешь это, иначе отправишься на тот свет, — злобно зашипела Мираджейн. — Как ты не понимаешь, этот человек убил мою сестру! Предал и убил! Но я не могу отомстить, потому что он слишком много знает. Как думаешь - это легко знать, что убийца жив и здоров, а ты ничего не можешь с этим поделать? Я хочу, чтобы он страдал, мучился, осознал, что сделал и пожалел об этом! Он должен испытать адскую боль!!!

Джастин, молча, смотрел на блондинку, в её голосе и взгляде было столько боли и отчаяния, что его сердце дрогнуло. Фрид никогда не любил людей, старался держаться от них подальше, но сейчас... сейчас ему захотелось утешить эту девушку, потерявшую любимого человека.

Сделав шаг вперед, мужчина обнял Миру и в следующее мгновение услышал надрывные рыдания. Блондинка дала волю своим чувствам и теперь просто плакала, причитая и пытаясь объяснить, что у нее на душе. Иногда проще всего говорить с незнакомцем, с тем, кто тебя не знает, но готов выслушать. Как же хорошо сейчас в объятиях этого мужчины, даже на сердце уже не так больно. Жаль, что она не может вот так же поплакать на плече у брата, ведь это заставит его страдать еще больше. Нет, рядом с Эльфманом она должна быть сильной, чтобы ему было легче.

— Тише, — Фрид не знал, как утешить рыдающую девушку, как заставить её перестать плакать. — Тише, я... я сделаю то, о чем ты просишь, только успокойся.

— Думаешь это так легко? Я воспитывала Лис с малых лет, заменила ей и мать и отца, а теперь она мертва. Лучше бы на её месте оказалась я, — Мира отстранилась от мужчины, в её красных от слез глазах было столько боли и отчаяния, что ученый вздрогнул, хорошо, что у него нет родственников.

— Не легко, но слезы не помогут. Чем больше ты будешь думать об этом, тем хуже тебе будет становиться.

— И что теперь? Я не могу не думать о сестре, не могу не думать о том, что её убийца жив...

— Тогда... — ученый тяжело вздохнул и оглядел свою лабораторию, словно решая что-то. Почему-то ему хотелось помочь этой девушке, которая перевернула его жизнь с ног на голову. — Та блондинка, которая у вас главная, она сказала, что ты в полном моем распоряжении.

— Ну да, — голос Миры был совершенно безжизненным. — Тебе чего-то не хватает для работы?

— Мне нужна помощь. Побудешь моим ассистентом? Если, конечно, хочешь. — Боже, что он творит? Мало того, что эта блондинка ничего не понимает в науке, так она еще и женщина, от нее будет больше вреда, чем пользы! Но другого способа отвлечь Миру от печальных мыслей мужчина найти не мог.

— Ты это серьезно?

— Да, вполне, — сквозь зубы процедил Фрид, не привыкший брать свои слова назад. — Ну, так что?

— А почему бы нет, чем скорее все сделаем, тем быстрее Бикслоу умрет.