Глава 7
Руки Гермионы, которые свободно свисали вдоль туловища, теперь сжимали ладони Драко; пальцы переплетались с его. Она не противилась, когда белокурый волшебник повел ее к кровати, а послушно последовала за ним. Гермиона ощутила, как сильные руки Блейза ласково опустились на ее плечи, и эти прикосновения не были ей немилы, а, наоборот, она чувствовала себя защищенной.
Перед ее глазами заплясали картинки из эротических фантазий, что посещали ее перед сном. Но не смотря на то, что Гермиона хотела этого, она испытывала настоящий страх. У нее было ощущение, будто корнуэльские пикси в панике метались в ее животе, точно в клетке, ожидая своего освобождения. Она была столь неопытна в этом деле, что не была уверена, как поведет себя в определенной ситуации. Она сомневалась, что сможет удовлетворить их обоих. Их репутация говорила сама за себя: секс-боги Хогвартса, которые силой своего обаяния могли залезть в трусики любой девчонки. Всего более Гермиона боялась, что окажется недостаточно хороша для них. Она преуспевала абсолютно во всем, за чтобы ни взялась, и не хотела, чтобы сейчас у нее что-то не вышло.
Она обеспокоенно кусала нижнюю губу в тот момент, когда Драко повернулся к ней лицом. Боже, она так волновалась, что сердце одним ударом готово было выбить грудную клетку.
— Расслабься, — произнес он мелодичным голосом, нежно уговаривая ее точно ребенка, и шероховатой подушечкой большого пальца обвел контур ее губ.
Блейз вдохнул тонкий запах ее волос и прижался губами к изгибу ее шеи, от чего Гермиона испуганно дернулась. Руки легли на ее бедра, а зубы прихватывали тонкую кожу на горле в том месте, где билась трепещущая жилка.
По всему телу разлилось тепло, и Гермиона закрыла глаза, отдаваясь Блейзу душой и телом, забыв обо всем на свете, кроме прикосновения его мягких раздвинутых губ. Она тихо застонала, когда Драко едва только коснулся ладонями ее груди, заставляя соски напрячься и вызывая сладкую боль между бедер.
Ее сомкнутые веки дрогнули, когда большой палец Драко забрался под вырез ее ночной сорочки, и она почувствовала, как ткань соскальзывает, обнажая розовые вершинки. Он обхватил один губами, и Гермиона ощутила горячий, влажный рот, который сводил ее с ума, заставляя хотеть большего. Боже, она могла бы часами, нет, целыми днями упиваться чарующей магией его поцелуев. Она свела ноги вместе, пытаясь успокоить возрастающую боль.
Гермиона охнула, когда Драко оттянул зубами чувствительный сосок, и в голове у нее помутилось от удовольствия. Она вздрогнула, ощутив, как горячее дыхание обвивает ее ухо.
— Позволь мне попробовать тебя, cara, — прошептал Блейз сладчайшим голосом, который явно обещал море удовольствия. Гермиона всхлипнула, когда его язык кольнул местечко за ухом.
— Пожалуйста, — простонал он.
Она соображала очень медленно. Чего он хочет? Она не могла ему ответить. Гермиона страстно выгнулась, когда Драко зажал второй ее сосок между пальцев. У нее получилось лишь кивнуть в знак согласия.
Блейз опустился на колени и, подхватив подол ее юбки, принялся сминать, поднимая его к бедрам. Гермиона не успела смутиться, осознав, что трусики ее чудесным образом исчезли. Язык его прошелся вдоль ее расщелины, и она простонала, вцепившись руками в предплечья Драко. Ее колени дрожали, она едва могла устоять на ногах. Это просто страстное преступление — иметь настолько талантливые губы.
Драко резко оборвал ее стоны, впившись в ее рот поцелуем, дерзко проникая языком вглубь. Какое-то безумное мгновение они ласкали ее, и Гермиона не успела заметить, как очутилась на кровати. Блейз, забросив ее ноги себе на плечи, прижался ртом к ее истекающей соком впадине, словно пил ее, поглощал, питался ею. Гермиона заерзала, пытаясь придвинуться к нему ближе, когда темноволосый волшебник явно давал понять, чего она лишала себя все это время.
Драко, не желая оставаться в стороне, жадно припал к ее губам; он был ненасытен, как песчаная почва под дождем. Его язык дразнил, играючи облизывая ее нижнюю губу, а ловкие пальчики тем временем подобрались к ее груди и, нащупав сосок, поводили по нему в круговом движении, он усиливал то удовольствие, что Блейз давал ей. Она воспарила к своему первому оргазму, тело скручивалось все туже и туже.
Рука Драко отправилась исследовать ее тело, очерчивая плавные изгибы талии, опускаясь к бедрам. Он обвел пальцами клитор девушки, в то время как умелый язык Блейза углублялся в ее горячей сердцевине. Все ее тело дрожало, когда вторая волна оргазма настигла ее, и Гермиона кончила, выпустив наружу безудержный, сумасшедший вопль.
Она, тяжело дыша, приподнялась на локтях, и как завороженная наблюдала, как Блейз и Драко слились в жарком поцелуе; губы Драко собирали ее влагу вокруг рта Блейза. Это выглядело безупречно, Гермиона прежде не видела ничего более эротичного. Они оборвали поцелуй и обратили свои взгляды на нее.
Гермиона смотрела в их глаза, которые горели лютым голодом. Она чувствовала себя мышкой, пойманной в змеиный капкан. Только в ее случае на нее охотились две змеи.
Длительную тишину нарушил голос Драко:
— Тебе понравилось, принцесса? Если ты позволишь нам овладеть тобой, мы сможем служить тебе дни и ночи напролет.
Гермиона перевела взгляд с одного волшебника на другого. Она не могла не согласиться, что оба слизеринца были хороши. Она не могла скрывать, что безумно их хотела. И они только что доказали ей, что тоже ее хотят. Гермиона не могла придумать аргумент для отказа.
В конце концов, жизнь только одна, и нужно использовать ее по максимуму. Гермиона не торопясь кивнула, соглашаясь принять их условия. Она очень надеялась, что впоследствии ей не придется сожалеть об этом.