Наследник войны/Heir to the war

К концу февраля Хогвартс перестал быть школой.
Он всё ещё выглядел ею.
Ученики всё ещё приходили на уроки.
В Большом зале всё ещё стояли четыре стола.
Профессора всё ещё проверяли домашние задания.
Филч всё ещё ворчал в коридорах.
Но теперь каждый день начинался с вопроса:
Кто сегодня станет следующим?
Не погибнет.Не исчезнет.
Именно это пугало больше всего.
Исчезновения стали привычными.Сначала пропадали ученики, которых вызывали «на беседу».
Потом тех, кто слишком громко спорил с правилами.Потом тех, кто просто оказался рядом.
И самое страшное было не в наказаниях.Самое страшное — люди начали привыкать.
Гермиона заметила это за завтраком.
За столом Пуффендуя стало меньше разговоров. Ханна Аббот теперь всегда сидела ближе к выходу. Эрни Макмиллан больше не спорил с газетами, потому что понял: спорить с бумагой бессмысленно.
Когтевранцы стали тише.Они всё ещё читали.Всё ещё обсуждали книги.Всё ещё спорили о заклинаниях.
Но теперь между ними появились паузы.
Такие паузы бывают у людей, которые сначала думают, стоит ли вообще произносить мысль вслух.
Гермиона наблюдала за этим молча.
— Ты опять считаешь людей, — сказал Драко.
Она не подняла взгляда.
— Что?
— За столами.
Он сделал глоток чая.
— Ты всегда так делаешь.
— И что я считаю?
— Потери.
Гермиона посмотрела на него.
— Это называется наблюдать.
— Нет.
Он спокойно перелистнул газету.
— Это называется ждать следующего удара.
Она хотела ответить, но промолчала.Потому что он был прав.И это раздражало больше всего.За последние месяцы они оба стали слишком хорошо понимать друг друга.Не потому что стали ближе.А потому что оба слишком долго жили в одинаковом страхе.
После завтрака Макгонагалл вызвала старост.
Не в кабинет.В пустой класс на третьем этаже.Это уже говорило достаточно.
В комнате были старосты всех факультетов.Гермиона.Драко.Джинни.Терри Бут.Эрни Макмиллан.Ханна Аббот.Падма Патил и заменяющий во время отсутствия Рона Невилл. Не было лишь старост слизерина. Сошлись на том что от них хватит и Малфоя.
Когтевранец первым нарушил молчание.
— Что происходит?
Макгонагалл посмотрела на него.
— Вы все прекрасно знаете.
— Нет, профессор.
Он покачал головой.
— Мы знаем только то, что нам позволяют знать.
В комнате стало тихо.Минерва посмотрела на него дольше обычного.
— Хорошо.
Она положила на стол несколько листов.
— Тогда узнаете больше.
Ученики переглянулись.
На бумаге были списки.Не наказаний.Имен.
— Это не может быть...
Терри Бут побледнел.
— Может, — тихо сказала Макгонагалл.
Гермиона взяла лист.Там были ученики.Из разных факультетов.Гриффиндор.Когтевран.Пуффендуй.Даже Слизерин.
— Они проверяют всех, — сказала Джинни.
Макгонагалл кивнула.
— Именно.
Драко молчал.Гермиона заметила.
Он всегда молчал, когда знал больше остальных.
— Малфой.
Он поднял взгляд.
— Что?
— Ты что-то знаешь.
Несколько человек посмотрели на него.
Драко выдержал паузу.
— Да.
Джинни нахмурилась.
— И?
Он спокойно ответил:
— Они ищут не нарушителей.
Тишина.
— Тогда кого?
Драко посмотрел на список.
— Тех, кто однажды может ими стать.
Макгонагалл ничего не сказала.Потому что именно это она и боялась услышать.
Вечером в гостиной Слизерина было непривычно тихо.
Блейз Забини сидел в кресле у камина.Дафна Гринграсс читала книгу.Теодор Нотт смотрел в окно.Пэнси сидела рядом с Драко.
— Ты понимаешь, что половина факультета тебя ненавидит?
Драко даже не посмотрел на неё.
— Только половина?
Блейз усмехнулся.
— Вот это уже больше похоже на старого Малфоя.
Дафна закрыла книгу.
— Нет.
Все посмотрели на неё.
— Старый Малфой наслаждался бы этим.
Драко поднял взгляд.Дафна спокойно продолжила:
— А этот просто устал.
Пэнси нахмурилась.
— Ты его защищаешь?
— Нет.
Она посмотрела на Драко.
— Я просто умею отличать слабость от человека, который слишком долго держит всё один.
Несколько секунд никто не говорил.Потом Нотт произнёс:
— Забавно.
— Что?
— Ещё год назад мы все думали, что Грейнджер разрушит его жизнь.
Блейз посмотрел на него.
— А теперь?
Нотт перевёл взгляд на Драко.
— Теперь кажется, что она единственный человек, который напоминает ему, зачем он ещё пытается.
Драко холодно посмотрел на него.
— Ты закончил?
Нотт пожал плечами.
— Просто наблюдение.
Пэнси тихо сказала:
— Самое неприятное в том, что он прав.
Драко ничего не ответил.Потому что в этом и была проблема.Слизерин всегда видел людей насквозь.Иногда слишком хорошо.

В штабе Ордена ситуация была не лучше.
Гарри снова был там.И это сразу изменило атмосферу.Он выглядел старше.Не внешне.Взглядом.Рон сидел рядом, изучая карту.
— Мы нашли ещё одну связь.
Кингсли подошёл ближе.
— Где?
Гарри указал.
— Гринготтс.
В комнате стало тихо.Люпин нахмурился.
— Ты уверен?
— Нет.
Гарри честно ответил:
— Но это единственное место, где сходятся все следы.
Гермиона отсутствовала.И это чувствовалось.Раньше она была той, кто раскладывал хаос на части.Теперь этим занимался Гарри.Но все понимали.Он устал.
— Если это крестраж...
Начала Молли.
— Тогда мы должны попасть туда раньше них, — закончил Рон.
Кингсли посмотрел на них.
— Вы понимаете риск?
Рон усмехнулся.
— Последние месяцы мы только этим и занимаемся.
Гарри посмотрел на карту.
— Но в этот раз мы знаем, что ищем.
И впервые за долгое время в комнате появилась не надежда.А план.

В Хогвартсе в это время Драко стоял в пустом коридоре.Перед ним лежал конверт.Гермиона нашла его случайно.
— Что это?
Он резко повернулся.
— Ты умеешь стучать?
— Нет.
— Я заметил.
Она взяла конверт.
— От кого?
Драко забрал его раньше, чем она успела прочитать.Но было поздно.Она увидела печать.Орден.
Несколько секунд они молчали.
— Ты всё ещё работаешь с ними.
Это не был вопрос.
— Да.
— И Макгонагалл знает.
— Да.
Гермиона посмотрела на него.
— Тогда почему ты скрываешь это от остальных?
Драко усмехнулся.
— Потому что остальные не Макгонагалл.Даже в Ордене далеко не все умеют держать язык за зубами.А уж в вашей смехотворной Армии Дамблдора тем более.
Пауза.
— И не ты. Есть ли вообще на этой планете люди,которым ты доверяешь?
Она нахмурилась.Он подумав ответил:
—Единственный стоит передо мной. И ума у этого человека сильно убавляется,раз он лезет везде,где его попытаются убить.
— Это должно было быть оскорблением?
— Нет.
Он убрал письмо.
— Просто факт.
Гермиона посмотрела в окно.За стеклом падал снег.
— Иногда мне кажется, что Хогвартс скоро развалится.
Драко встал рядом.
— Нет.
Она посмотрела на него.
— Почему?
Он посмотрел на старые стены.
— Потому что стены ломаются быстрее людей.
И в этот момент где-то в замке прозвучал тревожный звон.Не учебная тревога.Настоящая.Они оба одновременно повернули головы.Потому что знали.Война снова пришла в Хогвартс.И на этот раз она уже не собиралась уходить.

Звон не прекращался.Он разносился по Хогвартсу, отражаясь от каменных стен.
Не тот звон, который объявлял начало урока.Не тот, который предупреждал о нарушении правил.Этот звон знали все.Он означал одно.Кто-то проник в замок.
Ученики замерли прямо в коридорах.
На несколько секунд Хогвартс стал абсолютно тихим.
А потом всё рухнуло.
Крики.Шаги.Хлопки дверей.
И первый взрыв заклинания ударил в стену так, что камень треснул, будто его ударили изнутри.
Профессора начали собирать учеников по факультетам, но было поздно.Паника распространялась быстрее любых приказов.
— Всем в Большой зал! — раздался голос Макгонагалл в Сонорус.
Но ученики уже не слушали.Они слишком долго жили в страхе, чтобы теперь спокойно выполнять команды.
И слишком быстро поняли, что «Большой зал» больше не гарантирует безопасность.
Гермиона шла по коридору вместе с Драко, когда увидела последствия первой атаки.
На полу лежали разбитые доспехи — один из них был разорван изнутри, будто его пробило заклинание, которое не должно было существовать в школьной программе.
Каменная стена была покрыта следами магии — чёрными, обугленными, будто по ней били не заклинаниями, а огнём, который не гаснет.
И запах.Резкий, металлический.Кровь.
Несколько учеников стояли возле лестницы.
Один из пуффендуйцев держался за руку. Его рукав был разорван, кожа под ним — вспорота, и кровь стекала прямо на камень, оставляя тёмные пятна, которые никто не успевал стереть.
Помфри уже бежала к нему, но даже она выглядела так, будто впервые не уверена, что справится.
— Кто это сделал? — спросила Гермиона.
Никто не ответил.Потому что никто не хотел говорить вслух.Все знали.
В последние месяцы граница между наказанием и нападением исчезла.
Теперь это было просто насилие.
— Это были не взрослые Пожиратели,— тихо сказал Терри Бут.
Гермиона посмотрела на него.
— Что?
Он сглотнул.
— Они были в форме учеников.
Тишина.И это было хуже всего.Не враги из-за стен.Не армия снаружи.
А дети, которые учились рядом.И которые теперь били так, будто хотели стереть сам факт существования других.

В Большом зале царил хаос.
Гриффиндорцы стояли отдельно.Слизеринцы отдельно.Когтевранцы и Пуффендуйцы держались ближе друг к другу.
Но теперь это «ближе» означало всего лишь — меньше шансов умереть в одиночку.Доверия больше не было.Даже сейчас.

У некоторых учеников уже были перевязаны руки, головы, плечи. Белые бинты резко выделялись на тёмных мантиях — как метки, как клеймо.
Кто-то сидел, прижимая к себе окровавленную ткань, которая уже не помогала остановить кровь.Кто-то дрожал, не понимая, где его друзья.Кто-то просто смотрел в одну точку, будто уже не здесь.А кто-то — молча считал, сколько ещё осталось до следующей атаки.
Макгонагалл поднялась на возвышение.
— Никто не покидает зал.
Из толпы раздался голос:
— А если это снова начнётся?!
Минерва посмотрела туда.
— Тогда мы встретим это вместе.
Но Гермиона заметила другое.Не слова.Лица.
Некоторые ученики смотрели на слизеринцев так, будто уже решили, кто виноват.Некоторые слизеринцы смотрели в ответ так же.И в этом взгляде уже не было школы.Только будущая война внутри неё.

В какой-то момент всё снова сорвалось.
Не снаружи.Внутри.
Один из учеников — старшекурсник, Гермиона даже знала его имя — резко поднялся, выкрикнул что-то и бросил заклинание.
Не в воздух.В человека.И зал взорвался.Крики стали реальными.Заклинания — настоящими.
Кто-то пытался остановить.Кто-то — добить.Кто-то — просто выжить.
И впервые Хогвартс стал не школой, а полем боя, где никто не понимал, где «свои».

Гермиона успела поставить щит, когда в неё полетело заклинание.
Оно ударило в барьер с такой силой, что её отбросило назад.Она ударилась о стол, почувствовала резкую боль в боку — и только потом поняла, что это не просто ушиб.
Кровь.Тёплая, настоящая.
Рядом Драко уже двигался.Быстро. Жёстко.Без колебаний.
— Грейнджер! — его голос прорезал шум.
Она поднялась, стиснув зубы.
— Я в порядке.
Она хотела возразить,он перебил:
— Сейчас не время...
Но он уже развернулся и ударил заклинанием в сторону, откуда снова летели вспышки.
И там кто-то закричал.Крик был коротким.Оборванным.Потом — падение.
И тишина, которая длилась ровно одну секунду.Пока не начался новый удар.

В это же время в другом коридоре Флитвик пытался остановить группу учеников.Он стоял между ними и остальными, подняв палочку.
— Достаточно! — его голос был высоким, но на этот раз в нём не было привычной мягкости.
Было отчаяние.
— Вы не понимаете, что делаете!
Ответом стало заклинание.Оно ударило в стену рядом с ним, и камень взорвался осколками.

Флитвик успел поставить щит, но второй удар пришёлся ниже.Его отбросило.
Он ударился о колонну.И на секунду всё замерло.
Ученики.Профессор.
Кровь на камне.Один из нападавших сделал шаг вперёд.И Гермиона, которая выбежала в коридор, увидела это.
— НЕТ! — её голос сорвался.
Она бросила заклинание одновременно с Драко.
Два щита столкнулись с атакой.
И коридор взорвался светом.
Флитвик не погиб.Но когда его подняли позже, он был без сознания.И никто не сказал вслух, что ещё несколько сантиметров — и это был бы конец.

Медкрыло заполнилось слишком быстро.
Сначала — Вингардиум Левиоса. Отлеверитовали тех кто был без сознания и уже погиб,не приходя в себя.
Потом — ученики, которые шли сами, но падали по дороге.Кровь на простынях.Кровь на мантиях.Кровь на руках тех, кто пытался помочь.
Помфри работала без остановки, но её голос становился всё тише.
— Ещё один... сюда... быстро...
— Нет, не туда, у него внутреннее...
— Держите его, держите!
И всё равно места не хватало.Кто-то лежал прямо на полу.Кто-то — на сдвинутых столах.Кто-то уже не двигался.И это было самое страшное.Потому что в Хогвартсе всегда было правило:ученики не должны умирать здесь.Но теперь правило больше не работало.

Ночью Хогвартс выглядел чужим.Коридоры патрулировали профессора.Старосты помогали младшим.
Даже портреты молчали дольше обычного.Потому что даже они понимали — это уже не дисциплина.Это распад.
Гермиона стояла у окна в гостиной старост.
На её рукаве был бинт, пропитанный кровью.Она не помнила, когда именно перестала считать раненых.
Драко вошёл поздно.
На его руках были следы крови, уже смытые, но не до конца.Под ногтями всё ещё оставались тёмные полосы.
Он остановился рядом.
— Сколько?
Гермиона не сразу поняла.
— Что?
— Сколько сегодня.
Она закрыла глаза.
— Я перестала считать после двадцати.
Пауза.
Драко тихо выдохнул.
— Это только начало.
Она посмотрела на него.
— Ты говоришь это так спокойно.
— Я не спокоен.
Он повернулся к окну.
— Я просто уже видел, к чему это ведёт.
Гермиона тихо сказала:
— И к чему?
Он не ответил сразу.
А потом:
— К тому, что однажды в Хогвартсе не останется никого, кто сможет сказать, что это была школа.
И за окном снова раздался крик.Но на этот раз никто не побежал.Потому что все уже знали:если они побегут — могут не вернуться.И Хогвартс, который когда-то был домом, окончательно стал местом, где выживают.Если повезёт.

Слизерин изменился не в тот день, когда в Хогвартсе появились новые правила.И даже не тогда, когда ученики впервые поняли, что за ними следят.Настоящие изменения начались позже.Когда страх перестал быть чем-то внешним.Когда он вошёл в их собственную гостиную.
Драко заметил это первым.Он всегда замечал подобные вещи.
Слизерин никогда не был дружным факультетом. Здесь не собирались ради общих песен и разговоров о братстве. Здесь каждый знал цену слабости.Но раньше у них хотя бы был порядок.Теперь его не было.По вечерам в гостиной становилось всё громче.Старшие ученики собирались группами. Перешёптывались. Обсуждали новые приказы Министерства так, будто они были личными победами.
И среди них всё чаще звучало одно имя.
Флинт.Маркус Флинт давно понял главное.В хаосе власть получает не самый умный.А тот, кто громче всех говорит, что знает, что делать.
— Они слишком мягкие, — сказал он однажды вечером.
Драко сидел у камина, просматривая отчёты старост.Он даже не поднял головы.
— Кто?
Флинт усмехнулся.
— Все.
Несколько слизеринцев рядом внимательно слушали.
— Гриффиндорцы думают, что могут играть в героев.
— Когтевранцы думают, что книги их спасут.
— Пуффендуйцы вообще надеются, что доброта что-то изменит.
Блейз Забини, сидевший неподалёку, лениво поднял взгляд.
— Ты забыл ещё одну категорию.
Флинт посмотрел на него.
— Какую?
— Людей, которые слишком уверены в себе.
На несколько секунд стало тихо.
Флинт усмехнулся.
— Это ты о ком?
Блейз пожал плечами.
— О тех, кто думает, что если получил власть, то стал умнее.
Пэнси едва заметно улыбнулась.Она знала Блейза достаточно хорошо.Если он начинал говорить спокойно — это означало, что ему действительно не нравится происходящее.
Дафна Гринграсс закрыла книгу.
— Самое смешное, что вы все говорите одно и то же.
Флинт нахмурился.
— Что именно?
Она посмотрела на него.
— Что хотите порядка.
Пауза.
— Но каждый из вас понимает под этим своё.
Нотт, до этого молчавший, тихо сказал:
— Потому что порядок — удобное слово.
Все посмотрели на него.
— Его любят использовать люди, которые хотят, чтобы остальные перестали спорить.
Флинт усмехнулся.
— Ты стал философом, Нотт?
— Нет.
Теодор перевернул страницу книги.
— Просто умею смотреть дальше одного дня.
Флинт раздражённо отвернулся.Драко всё это время молчал.И именно это заметили.Пэнси первой.Она подошла к нему позже, когда остальные ушли.
— Ты специально ничего не сказал?
Драко продолжал писать.
— О чём?
— Не делай вид.
Он вздохнул.
— Пэнси.
— Нет.
Она села напротив.
— Раньше ты бы уже остановил Флинта.
Драко посмотрел на неё.
— Раньше я был глупее.
Пэнси замолчала.Потому что он сказал это слишком спокойно.Без привычной насмешки.
— Ты действительно так думаешь?
Он посмотрел на огонь.
— Да.
Несколько секунд они сидели молча.
— Знаешь, что самое странное? — тихо сказала Пэнси.
— Что?
— Раньше я думала, что ты никогда не изменишься.
Драко поднял бровь.
— Какая трагедия.
Она закатила глаза.
— Вот.
— Что?
— Вот это уже больше похоже на тебя.
Он едва заметно усмехнулся.Но улыбка исчезла быстро.Потому что он знал.Флинт был не просто раздражённым учеником.Он собирал вокруг себя людей.И самое опасное было не то, что они хотели силы.Самое опасное было то, что им нравилось ощущение власти.

В кабинете Макгонагалл было поздно.Она просматривала документы, когда дверь открылась.
— Вы опоздали.
Драко вошёл и закрыл дверь.Он выглядел усталым. И чуть резче обычного.
— Знаю.
Минерва подняла взгляд.
— Это становится вашей привычкой.
— Плохой?
Она посмотрела на него поверх очков.
— Очень малфоевской.
На секунду в комнате стало тише.Драко сел напротив.
— Флинт.
Макгонагалл сразу поняла.
— Что он делает?
— Создаёт группу.
— Из кого?
— Из тех, кто хочет чувствовать себя сильными.
Минерва устало вздохнула.
— Война всегда находит таких людей.
Драко кивнул.
— Он уже не просто говорит.
Макгонагалл насторожилась.
— Объясните.
Драко выдержал паузу.
— Он участвовал в нападениях.
Тишина стала плотной.
— Что вы сказали?
— Флинт. Он был там. Не один раз.
Макгонагалл медленно отложила перо.
— Вы уверены?
— Я видел последствия. И слышал от тех, кто был рядом.
Он не добавил «и я знаю, как это выглядит, когда люди начинают считать это нормальным».Но это повисло в воздухе и так.
Минерва встала.
— Почему вы не сообщили раньше?
Драко посмотрел прямо.
— Потому что сначала это были разговоры.
Пауза.
— А теперь это уже действия.
Макгонагалл сжала пальцы.
— И вы пришли ко мне только сейчас.
— Потому что теперь это не просто Слизерин.
Он чуть наклонился вперёд.
— Это уже школа,Минерва.
Минерва долго смотрела на него.
— Вы понимаете, что это означает?
— Да.
— Это раскол.
— Он уже начался.
Пауза.
— И вы в центре.
Драко усмехнулся без радости.
— Я всегда в центре чего-то неприятного.
Макгонагалл не ответила сразу.Потом тихо сказала:
— Вы не обязаны делать это в одиночку.
Он поднял взгляд.
— Я и не делаю.
И это было правдой.Потому что где-то между отчётами, коридорами и постоянным напряжением там уже была Грейнджер.И это было хуже любой ответственности.

Когда он вернулся в гостиную старост, Гермиона уже была там.Она сидела с книгами.Слишком спокойно.Слишком собранно.
Драко остановился у двери.
— Ты опять читаешь отчёты?
Она не подняла головы.
— А ты опять делаешь вид, что не приносишь проблемы с собой?
Он усмехнулся.
— Я принёс новости.
Она закрыла книгу.
— Плохие?
— Флинт.
Гермиона сразу стала серьёзнее.
— Что с ним?
Драко сел напротив.
— Он участвовал в нападениях.
Тишина.
— Ты сообщил Макгонагалл?
— Да.
Она кивнула.
— Правильно.
Пауза.
— И?
Драко посмотрел на неё.
— И теперь это официально.
Гермиона медленно выдохнула.
— Значит, начнётся.
— Уже началось.
Она встала.Подошла ближе.
— Ты понимаешь, что это значит для тебя?
Он усмехнулся.
— Для меня всегда что-то значит.
Она не улыбнулась.
— Драко.
Он посмотрел на неё.
— Что?
— Ты снова влез туда, где опасно.
Он резко выдохнул.
— А ты снова влезла туда, где тебя вообще не должно быть.
Гермиона подняла взгляд.
— Я не «влезла». Я помогала.
— Ты ищешь проблемы.
— Нет.
Он шагнул ближе.
— Ты всегда оказываешься в центре всего этого.
— Потому что кто-то должен.
— Не ты.
Гермиона резко усмехнулась.
— О, конечно. А кто тогда? Ты?
Драко сжал челюсть.
— Я хотя бы знаю, когда остановиться.
Она посмотрела на него долго.Слишком спокойно.И это было хуже крика.
— Правда? — тихо спросила она.
Он не ответил.Гермиона сделала шаг назад.И сказала ровно, почти без эмоций:
— Если я когда-нибудь решу покончить с собой, я просто спущусь в слизеринские подземелья.
Тишина ударила сильнее любого заклинания.
Драко застыл.
— Что ты сказала?
Она не отвела взгляд.
— Ты слышал.
Пауза.
Он резко выдохнул, голос стал холоднее:
— Ты вообще понимаешь, что несёшь?
— Абсолютно.
Он шагнул ближе.
— Это не шутка, Грейнджер.
— Я и не шучу.
Гермиона сжала пальцы на книге.
— Ты злишься не на меня.
Пауза.
— Ты злишься, потому что я всё равно туда иду.
Драко резко отвернулся, будто пытаясь взять себя в руки.
— Ты ищешь проблемы.
— Нет.
Она сделала шаг ближе.
— Я просто не делаю вид, что их нет.
Он резко посмотрел на неё.
— Это не одно и то же.
Гермиона тихо ответила:
— Для тебя — да.
Пауза.
И впервые за весь разговор он не нашёл, что сказать сразу.
За окном падал снег.А в замке, где-то глубже под камнем, уже собирались те, кто верил, что сила — это единственный способ выжить.И Драко Малфой впервые не был уверен, что сможет удержать всё это от падения.