Наследник войны/Heir to the war

Гермиона заметила, что Джинни ждёт её.
Не сразу.Она поняла это только тогда, когда вышла из библиотеки и увидела рыжие волосы у окна пустого коридора.
— Ты меня преследуешь?
Джинни усмехнулась.
— Нет
Пауза
— Хотя сейчас это звучит как что-то, что сказала бы ты.
Гермиона чуть улыбнулась.Совсем немного.
— Что тебе нужно?
Джинни посмотрела на неё.Не как на старосту.Не как на жену Малфоя.Просто как на Гермиону.
— Поговорить.
Гермиона сразу насторожилась.
—Это опасное слово.
— Почему?
— Обычно после него люди хотят сказать что-то неприятное.
Джинни скрестила руки.
— Может, потому что тебе редко кто говорит неприятные вещи.
Гермиона подняла бровь.
— Серьёзно?
— Да.
Она сделала шаг ближе.
—Все говорят тебе, какая ты сильная
Гермиона промолчала.
— Все говорят, что ты справляешься.
Пауза.
— Все смотрят на тебя и думают: «Гермиона знает, что делать».
Джинни отвела взгляд.
— А кто-нибудь спрашивает, хочешь ли ты вообще это делать?
И впервые за долгое время Гермиона не нашла ответа.Они сели на подоконник.За окном шёл снег.
— Я не стала слабой, Джинни.
— Я знаю.
— Тогда почему ты говоришь со мной так?
Джинни вздохнула.
— Потому что ты стала похожа на человека, который думает, что если перестанет контролировать всё вокруг, всё рухнет.
Гермиона посмотрела на неё.
— А разве не рухнет?
Ответ прозвучал слишком быстро.Слишком честно.Джинни замолчала.
— Вот.
— Что?
— Вот об этом я и говорю.
Гермиона нахмурилась.
— О чём?
— Ты больше не говоришь «мы справимся».
Пауза.
— Ты говоришь «я должна».
Эти слова ударили сильнее, чем Гермиона ожидала.
— Кто-то должен.
— Да
Джинни кивнула.
— Но раньше ты понимала, что это не обязательно должна быть только ты.
Тишина.
Гермиона посмотрела вниз.
— Ты не понимаешь.
Джинни усмехнулась.
— Гермиона
Пауза.
— Я была одержима дневником Тома Реддла.
Она посмотрела на неё.
— Я знаю, что значит чувствовать, будто внутри тебя есть что-то, чего ты боишься.
Гермиона смягчилась.
— Это другое.
— Конечно.
Джинни кивнула.
— У всех всё всегда «другое».
Она улыбнулась грустно.
— Гарри тоже так говорит.
Гермиона подняла взгляд.
— Что?
— Что никто не понимает.
Пауза.
— Что только он знает, каково это.
Джинни посмотрела на неё.
— А потом он остаётся один.
Гермиона ничего не ответила.
— Ты сейчас делаешь то же самое.
— Нет.
— Да.
Ответ Джинни был спокойным.Без злости.Именно поэтому он был таким сильным.
— Ты не стала Малфоем.
Гермиона замерла.
— Ты пытаешься убедить себя, что стала им, потому что думаешь: если будешь думать как они, тебя не сломают.
Она тихо добавила
— Но ты всё ещё ты.
Гермиона отвернулась.
— Иногда мне кажется, что прежняя я умерла.
Джинни долго смотрела на неё.
— Может быть.
Гермиона удивилась.
— Ты сейчас согласилась?
— Да.
Пауза.
— Та Гермиона, которая думала, что всё можно исправить одним правильным поступком, действительно исчезла.
Она взяла её за руку.
— Но это не значит, что ты стала плохой.
Гермиона сглотнула.
— Драко думает, что я становлюсь похожей на него.
Джинни чуть улыбнулась.
— А ты боишься, что он прав?
Долгое молчание.
— Да.
Это было первое честное признание за долгое время.Джинни кивнула.
— Тогда запомни одну вещь.
Гермиона посмотрела на неё.
— Самые опасные люди — не те, кто становятся холодными.
Пауза.
— А те, кто забывают, зачем они стали такими.
Гермиона молчала.Потому что именно этого она боялась.Не стать сильной.Не стать жёсткой.А однажды проснуться и понять, что ей больше не больно.Когда они встали, Джинни сказала:
— И ещё.
— Что?
Она улыбнулась.
— Если ты когда-нибудь начнёшь говорить как Люциус Малфой — я лично ударю тебя.
Гермиона впервые за вечер рассмеялась.Тихо.Но по-настоящему.
— Это угроза?
— Да.
И впервые за долгое время Гермиона почувствовала:она не одна.Даже если теперь ей приходилось носить маску.

Февральские утра в Хогвартсе стали начинаться одинаково.Не с разговоров.Не с шума.А с сов.
Раньше появление почты было обычным событием.Кто-то ждал письмо от родителей.Кто-то — свежий номер «Пророка».Кто-то — сладости из дома.Теперь же каждую сову встречали взглядами.Потому что никто не знал, что она принесёт.
На этот раз газеты упали на столы почти одновременно.И почти сразу Большой зал изменился.
— Что там?
— Дай посмотреть.
— Опять про Поттера?
Гермиона взяла один экземпляр.Заголовок был крупным.Слишком крупным.
«ОСТАТКИ СОПРОТИВЛЕНИЯ ПЫТАЮТСЯ ДЕСТАБИЛИЗИРОВАТЬ МАГИЧЕСКИЙ МИР»
Она медленно прочитала статью.
«Источники в Министерстве сообщают о новых попытках экстремистов нарушить порядок...»
Гермиона сжала газету.
— Экстремистов?
Джинни посмотрела на неё.
— Они так теперь называют Орден.
— Они называют защиту людей угрозой.
Рядом Рон был бы первым, кто начал бы спорить.Но Рона не было.Гарри тоже.И это ощущалось.

Драко сидел напротив.Он не читал газету.Он смотрел на людей.
— Ты даже не удивлён.
Гермиона сказала это тихо.
Он пожал плечами.
— Нет.
— Почему?
— Потому что «Пророк» никогда не пишет о том, что происходит.
Она подняла взгляд.
— А о чём он пишет?
Драко посмотрел на заголовок.
— О том, что люди должны думать.

После завтрака газеты исчезли быстрее обычного.Некоторые ученики забрали их в комнаты.Некоторые спрятали.Некоторые сделали вид, что не читали.Но все прочитали.

На Слизерине статья вызвала совсем другую реакцию.
— Наконец-то Министерство начинает действовать, — сказал один из старших учеников.
Блейз Забини лениво посмотрел на него.
— Ты правда веришь всему, что печатают?
Парень нахмурился.
— А ты нет?
Блейз пожал плечами.
— Я верю тому, что вижу.
— И что ты видишь?
Он посмотрел в сторону коридора.
— Что люди исчезают.
Тишина.
Потому что это было то, о чём никто не хотел говорить.Пэнси посмотрела на Драко.Он заметил.
— Что?
— Ты изменился.
Драко усмехнулся.
— Сегодня все решили мне это сказать?
— Нет.
Она покачала головой.
— Просто раньше ты бы согласился с этой статьёй.
Он посмотрел на неё.
— Раньше я был младше.
Пэнси замолчала.Это было почти признание.

К середине дня «Пророк» уже сделал своё дело.Ученики начали смотреть друг на друга иначе.
Гриффиндорцы считали, что Слизерин поддерживает всё происходящее.Слизеринцы считали, что Гриффиндор готовит новый мятеж.И на этом страх выигрывал.

Макгонагалл увидела это на уроке.
Два ученика поссорились из-за обычной фразы.Но причина была не в ней.Причиной была газета.
После урока она остановила Гермиону.
— Гермиона?
Гермиона обернулась.
— Да, профессор?
Макгонагалл посмотрела на неё внимательно.
— Вы понимаете, что сейчас происходит?
Гермиона кивнула.
— Они пытаются заставить людей ненавидеть друг друга.
Минерва слегка качнула головой.
— Нет.
Пауза.
— Они пытаются заставить людей перестать доверять друг другу.
И это было гораздо опаснее.

Вечером Гермиона принесла «Пророк» в гостиную старост.Положила на стол.Драко посмотрел на него.
— Ты хочешь что-то доказать?
— Нет.
Она села.
— Я хочу понять.
Он поднял бровь.
— Что?
Гермиона посмотрела на заголовок.
— Как люди могут читать это каждый день и верить.
Драко некоторое время молчал.
— Потому что людям проще поверить в красивую ложь, чем принять страшную правду.
Она посмотрела на него.
— Ты говоришь как Люциус.
Он усмехнулся.
— Это должно меня оскорбить?
— Я ещё решаю.
И впервые за долгое время он улыбнулся.Но улыбка исчезла быстро.Потому что на столе лежала газета.
А за окном продолжалась война.Где-то Гарри и Рон искали крестражи.Где-то Орден пытался найти предателя.Где-то семьи получали письма из Министерства.

Февраль стал месяцем, когда люди перестали спрашивать, закончится ли война.
Каждое утро в Большом зале начиналось с «Пророка».И каждый новый выпуск становился тяжелее предыдущего.Не из-за количества страниц.Из-за имён.
«Министерство провело успешную операцию против пособников террористической организации»
Гермиона уже ненавидела эту формулировку.
«Успешная операция».
Так называли исчезновения людей.Она перевернула страницу.И увидела список.
— Они взяли семью Фоули.
Джинни подняла голову.
— Кто?
— Старый чистокровный род.
— Они были за Орден?
Гермиона посмотрела на неё.
— Нет.
Джинни нахмурилась.
— Тогда почему?
Гермиона сложила газету.
— Потому что они отказались подписать соглашение о поддержке Министерства.
Рядом стало тихо.Это было новым.Раньше Пожиратели охотились на магглорождённых.Теперь они начали охотиться на тех, кто просто не был достаточно предан.И это пугало сильнее.

В штабе не было разговоров о победе.Потому что победа была слишком далёкой.
На столе лежали фотографии.Не документы.Не отчёты.Фотографии людей.
Люпин смотрел на них молча.
— Мы потеряли связь с двумя группами.Кингсли говорил спокойно.Слишком спокойно.
— Кто?
— Один связной в Министерстве.
Пауза.
— И один человек из старой сети Дамблдора.
— Значит, кто-то их сдал.
Никто не ответил.Потому что все подумали об одном.Предатель.
Флёр перелистывала записи.
— Они слишком быстро находят убежища.
Билл кивнул.
— Потому что кто-то говорит им, где искать.
Люпин устало провёл рукой по лицу.
— Значит, теперь мы воюем не только против них.
Он посмотрел на остальных.
— Мы воюем против человека внутри.
Но у Ордена были и успехи.Только они не попадали в «Пророк».
Они вывели несколько семей из-под удара.Уничтожили склады с информацией.Получили новые сведения о крестражах.
И самое главное:они начали понимать схему.Волан-де-Морт не просто прятал предметы.Он создавал сеть.Связь между местами, людьми и символами.

Они выглядели хуже.Гораздо хуже.Не как герои из историй.Как люди, которые слишком долго идут без отдыха.
Рон сидел у стены.
— Мы снова ошиблись.
Гарри смотрел на карту.
— Нет.
— Гарри, мы потратили три недели.
— И нашли информацию.
Рон резко поднялся.
— Информацию?
Он устало рассмеялся.
— Мы чуть не погибли ради информации.
Гарри посмотрел на него.
— Да.
Ответ был настолько спокойным, что Рон замолчал.
— Вот в этом и проблема.
Гарри отвернулся.
— Мы больше не можем позволить себе выбирать лёгкий путь.
Рон тихо сказал:
— А если мы ошибёмся?
Гарри ничего не ответил.Потому что оба знали.Второй попытки может не быть.

Драко Малфой давно не появлялся на собраниях Пожирателей.И это заметили.Не ученики.Не Хогвартс.Они.Те, кто привык считать его частью своей стороны.В Малфой-мэноре Люциус говорил спокойно.
— Тебя начали обсуждать.
Драко стоял перед окном.
— Кто?
— Те, кто считает, что ты слишком долго отсутствуешь.
Драко усмехнулся.
— Интересно.
Он повернулся.
— Когда я был ребёнком, им казалось, что я слишком молод.
Пауза.
— Теперь им кажется, что я слишком мало делаю.
Люциус смотрел на него.
— Ты знаешь, что от тебя требуется.
Драко молчал.Потому что знал.
Он не был на собраниях.Потому что ему больше не нужно было сидеть в комнате и слушать приказы.
Его отправляли туда, где нужны были Малфои.Проверки.Аресты.Допросы.Работа, о которой не писали в газетах.И именно поэтому он стал другим.Потому что одно дело — слышать о жестокости.Другое — видеть последствия своими глазами.

Гермиона поняла, что что-то изменилось, когда он вернулся.Он не говорил.Не язвил.Не спорил.Просто снял мантию и сел.Она закрыла книгу.
— Что случилось?
— Ничего.
Она посмотрела на него.И впервые он не выдержал её взгляда.
— Не сейчас, Грейнджер.
Она замерла.Раньше он бы сказал это с раздражением.С насмешкой.Теперь — устало.
— Они были там?
Он поднял глаза.
— Кто?
— Пожиратели.
Тишина.Этого было достаточно.Гермиона медленно сказала:
— Что они сделали?
Драко посмотрел в огонь.
— Не спрашивай.
И вот тогда она поняла.Он не боялся.Он помнил.А это было хуже.Она подошла ближе.
— Драко.
Он посмотрел на неё.И на секунду она увидела не Малфоя.Не наследника.Не старосту.Просто человека, который слишком много увидел.Но эта секунда закончилась.Он снова стал холодным.
— Не смотри на меня так.
— Как?
— Будто я ещё могу быть хорошим.
Гермиона молчала.
Потому что впервые поняла:Драко не боялся стать похожим на свою семью.Он боялся, что уже стал.А она?Она всё меньше боялась.И это пугало её больше всего.
Первые недели после изоляции Хогвартса Слизерин осторожничал.
Не из-за Гермионы.Из-за Драко.
Малфой был непредсказуем.Раньше все знали его.Он был жестоким.Высокомерным.Гордым.Но понятным.Теперь нет.
Он мог пройти мимо оскорбления в сторону себя.Но если кто-то говорил что-то о Гермионе — воздух в комнате менялся.
И это заставляло слизеринцев быть осторожнее.
Но потом Драко изменился.
Он перестал вмешиваться в каждый конфликт.Перестал стоять рядом.Перестал отвечать на каждый взгляд.Он снова стал холодным.Закрытым.
И Слизерин сделал вывод.Неправильный.Они решили, что он устал.Что ему надоело.Что даже Малфой в конце концов понял:Грейнджер никогда не станет одной из них.И тогда страх исчез.
Первым это почувствовал Драко.Но слишком поздно.
Гермиона сама заметила перемену.
В коридорах снова появились смешки.Тихие.Осторожные.Но теперь они были направлены не на фамилию.На неё.
— Забавно.
Она услышала голос за спиной.Адриан Пьюси.
— Что именно?
Она не остановилась.
— Ты всё ещё ходишь с таким выражением лица, будто все вокруг должны тебя слушать.
Гермиона повернулась.
— А ты всё ещё говоришь больше, чем думаешь.
Несколько слизеринцев рядом усмехнулись.Пьюси улыбнулся.
— Раньше за тебя говорил Малфой.
Тишина.
Гермиона посмотрела на него.
— И?
Он пожал плечами.
— А теперь нет.
Вот оно.То, что он хотел сказать.Не о крови.Не о фамилии.О том, что он считал её слабой.
— Значит, теперь можно?
Гермиона спокойно спросила.Пьюси улыбнулся.
— Теперь можно проверить.
Он не планировал дуэль.Не собирался предупреждать.Он просто атаковал.
— Остолбеней!
Заклинание ударило мгновенно.Гермиона успела поставить щит.Но её отбросило.Коридор замолчал.Потому что все ожидали другого.Они ожидали испуга.А увидели раздражение.
Гермиона поднялась.Медленно.
— Серьёзно?
Пьюси усмехнулся.
— Что?
Она поправила мантию.
— Это всё?
И вот тогда она поняла:она ошиблась.Но было поздно.
Пьюси атаковал снова.На этот раз быстрее.
—Круцио.
Гермиона ушла с линии удара.Заклинание разбило каменную колонну.
Она ответила мгновенно.
— Экспеллиармус
Пьюси поставил щит.
Его лицо дрогнуло.Не из-за самоуверенности.Из-за спокойствия.
Она не пыталась доказать им что-то.Она просто сражалась.
Гермиона Грейнджер не была лучшей ученицей Хогвартса потому, что много читала.Она была лучшей потому, что умела использовать знания.
Пьюси начал злиться.Он усиливал атаки.Слишком сильно.Слишком яростно.И сделал ошибку.
— Сектумсемпра.
Гермиона успела поднять защиту.Но не полностью.Удар разорвал ткань мантии.На плече появилась кровь.
Несколько слизеринцев отступили.
Потому что даже они поняли:это уже не наказание.Это попытка убить.
Гермиона посмотрела на него.И её лицо стало совершенно спокойным.Она подняла палочку.
Но Пьюси уже выкрикнул проклятье.
— Круцио!
И в этот момент между ними появился Драко.Он успел только одно.Поднять щит.Заклинание ударило в него.
Сила была такой, что его отбросило на несколько шагов.Гермиона замерла.
— Малфой!
Он выпрямился.Медленно.
Слишком медленно.Но стоял.Он посмотрел сначала на неё.
— Ты ранена?
Она раздражённо ответила:
— Я бы справилась.
Он посмотрел на неё.
— Знаю.
И именно поэтому его голос стал холоднее.
Он повернулся к Пьюси.
— Ты проиграл ей.
Тишина.
— Проиграл грязновкровке.
Пьюси сжал зубы.
Драко сделал шаг.
— И вместо того чтобы признать это, решил использовать непростительные.
Его взгляд стал ледяным.
— Ты не доказал превосходство чистой крови.
Пауза.
— Ты доказал только, что без неё ты ничего не стоишь.
Никто не ответил.Потому что все увидели главное.
Драко не вернулся защищать слабую Гермиону.
Он вернулся, потому что увидел, что кто-то попытался уничтожить человека, который мог победить его сама.Позже она сказала:
— Ты понимаешь, что теперь они снова будут бояться тебя?
Драко посмотрел на неё.
— Нет.
Она удивилась.
— Нет?
Он покачал головой.
— Теперь они будут бояться тебя.
Гермиона посмотрела на него.
И впервые не нашла ответа.Потому что он был прав.
После нападения Пьюси Слизерин изменил отношение к Гермионе.Но не так, как она ожидала.Они не начали уважать её.Они просто перестали считать её лёгкой целью.А это было совсем другое.В Слизерине уважали не доброту.Не справедливость.Не правильность.В Слизерине уважали силу.
И Гермиона наконец поняла то, что Драко знал всю жизнь.Чтобы выжить среди змей, недостаточно быть правой.Нужно быть опасной.

После уроков она вернулась в гостиную старост.
Драко уже был там.У окна.Как всегда.
Он держал в руках документы, но не читал их.Гермиона сразу заметила.
— Ты опять следишь за дверью.
Он не поднял взгляда.
— Нет.
— Драко.
Пауза.
Он вздохнул.
— Немного.
Она подошла ближе.
— Ты понимаешь, что это раздражает?
— Что именно?
— То, что ты каждый раз делаешь вид, будто тебе всё равно.
Теперь он посмотрел на неё.
— А ты каждый раз делаешь вид, будто тебе не нужна помощь.
Она замолчала.Потому что попал.
— Я справилась.
— Знаю.
Он ответил слишком быстро.И это почему-то разозлило её.
— Тогда почему ты вмешался?
Драко поднялся.Не резко.Просто спокойно.
— Потому что он перестал сражаться с тобой.
Он сделал шаг ближе.
— Он пытался тебя сломать.
Гермиона скрестила руки.
— Я не ломаюсь.
— Я знаю.
Пауза.
— Именно это и пугает.
Она нахмурилась.
— Что?
Он усмехнулся без радости.
— Ты стала хуже меня.
Гермиона замерла.
—Это оскорбление?
Он посмотрел на неё внимательно.
— Это наблюдение.
Она хотела ответить.Но не успела.
Потому что в коридоре за дверью раздались голоса.Несколько слизеринцев.Они говорили о ней.Опять.
— Она думает, что стала Малфой.
— Просто повезло.
— Если бы не Драко, она бы давно поняла своё место.
Гермиона открыла дверь.Драко сразу оказался рядом.
Но она остановила его рукой.
— Нет.
Он посмотрел на неё.
— Уверена?
Она кивнула.
— Да.
И он отступил.Потому что теперь он знал:если Гермиона говорит «сама» — лучше не мешать.
Она вышла в коридор.
— Есть что сказать?
Разговоры прекратились.Слизеринцы повернулись.Один из них усмехнулся.
— Мы просто обсуждали очевидное.
Гермиона спокойно спросила:
— И что же очевидно?
— Что ты никогда не станешь настоящей Малфой.
Она посмотрела на него.И вместо злости просто улыбнулась.Это было хуже.
— Ты ошибаешься.
Он поднял бровь.
— Правда?
— Да.
Она подошла ближе.
— Потому что я никогда не пыталась стать вами.
Тишина.
— Это вы всё ещё пытаетесь понять, почему я сильнее многих из вас.
Улыбка исчезла.Он достал палочку.Драко сделал движение.
Но Гермиона уже подняла свою.
— Даже не думай.
Она сказала это слизеринцу.
Не ему.А Драко.
И он остановился.
Бой закончился за несколько секунд.Не потому что противник был слабым.А потому что Гермиона была быстрее.
Она не использовала силу.Она использовала контроль.
Обезоруживание.Связывающее заклинание.
Полное поражение.Слизеринцы молчали.
Потому что теперь они поняли.
Драко не сделал её сильной.Он просто первым заметил, насколько она сильная.
Позже, когда они вернулись в гостиную старост, между ними долго стояла тишина.Не неловкая.Хуже.Та, в которой оба понимали слишком много.
Гермиона сидела у камина и перебирала записи.Драко стоял у окна.Как всегда.
— Ты злишься.
Он даже не повернулся.
— Нет.
— Врёшь.
Пауза.
— Ты слишком часто это говоришь.
— Потому что ты слишком часто врёшь.
Он усмехнулся.Но без раздражения.
— Сегодня ты почти напугала меня.
Гермиона подняла взгляд.
— Меня?
— Да.
Она нахмурилась.
— Почему?
Драко медленно повернулся.
— Потому что раньше ты хотела доказать всем, что права.
Он сделал паузу.
— А теперь тебе достаточно знать самой.
Гермиона ничего не ответила.Потому что это было правдой.
— Это плохо?
Драко посмотрел на неё.
— Нет.
Пауза.
— Опасно.
Она чуть усмехнулась.
— Ты боишься меня?
— Я знаю тебя.
Он подошёл ближе.
— Это хуже.
Гермиона закрыла книгу.
— Ты снова пытаешься сказать что-то умное?
— Нет.
Он остановился рядом.
— Я пытаюсь понять, когда именно ты перестала быть человеком, который бросается спасать всех подряд.
Её взгляд стал холоднее.
— А когда ты перестал быть человеком, который думает только о себе?
Попала.
Он замолчал.И это было редкостью.
— Вот поэтому ты меня раздражаешь.
Гермиона подняла бровь.
— Потому что я права?
— Потому что ты видишь слишком много.
Тишина.За окном шёл дождь.
Несколько секунд они просто стояли рядом.Без спора.Без привычных колкостей.
Потом Драко сказал:
— Сегодня, когда он поднял палочку...
Он остановился.Гермиона заметила.
Для него было трудно говорить.Не потому что он не чувствовал.А потому что Малфоев учили никогда ничего не показывать.
— Что?
Он посмотрел на неё.
— Я на секунду подумал, что не успею.
Это было не признание.Не слабость.Просто факт.И именно поэтому оно звучало сильнее.Гермиона тихо сказала:
— Но успел.
Драко отвёл взгляд.
— Да
Пауза.
— В этот раз.
Она хотела ответить.Но не успела.
Он резко притянул её к себе.
Просто потому что эмоции, которые он весь день держал под контролем, наконец прорвались.
Гермиона напряглась.
— Малфой...
— Не сейчас.
Его голос был тихим.Но не привычно холодным.
Она замерла.
Потому что это был не приказ.Это была просьба.
Всего несколько секунд.Потом он отпустил её первым.
Сразу вернув привычное выражение лица
Будто ничего не произошло.Гермиона смотрела на него.
— Ты ужасно странный человек.
Драко взял со стола сигарету.
— Это говорит человек, который устроил спор через минуту после того, как её пытались убить.
Она нахмурилась.
— Я не начинала.
Он посмотрел на неё.
— Конечно.
Пауза.
— Ты никогда не начинаешь.
Гермиона хотела возразить.Но не стала.
Потому что оба знали:они всё ещё были собой.Она — Грейнджер.Он — Малфой.
Просто теперь между ними было что-то, что они оба не умели назвать.И поэтому продолжали делать то, что умели лучше всего.Спорить.И оставаться рядом.