Глава 13
Очнулась я уже на поверхности воды, не сразу поняв, что происходит. Но, когда поняла - крепко вцепилась в Седрика из-за своего страха воды.
– Всё хорошо, я держу тебя, – сказал Диггори, заметив мой страх.
Я повернула голову на трибуны, откуда слышались громкие аплодисменты и визги. Мой взгляд остановился на близнецах, которые бежали к берегу.
Седрик помог мне выйти на берег, а после и сам выбрался из воды. Ко мне сразу же бросился Фред, накидывая на меня толстое одеяло, которое выхватил из рук мадам Помфри.
– Мерлин, Джейн, всё хорошо? – обеспокоено протараторил рыжий.
Я кивнула головой, стуча зубами от холода. Парень быстро скинул с себя тёплую мантию, и стал закутывать меня ещё и в неё.
– Я так волновался за тебя, – сказал Фред, прижимая меня к себе. – Тебя нигде не было, даже карте.
– Это правда, он всю школу на уши поставил, – добавил Джордж, улыбаясь.
– Прости меня, ангел, я такой дурак, – тихо сказал Фред, и виновато опустил голову.
– Ох, это точно, – я улыбнулась. Заметив, что я не сержусь, парень улыбнулся в ответ.
Рядом стоял Седрик, точно также закутываясь в одеяло, которое ему дала мадам Помфри. Позже к нему подбежали друзья, чтобы поздравить. Я приятно удивилась, когда Фред коротко кивнул Седрику и пожал руку. Немного дальше от нас стояла чем-то озабоченная и расстроенная Флёр.
– Она выбыла из испытания, не смогла спасти своего пленника, – ответил Фред на мой немой вопрос, заметив, как я смотрю на девушку.
Немного позже в воде показались Крам вместе с Гермионой.
– Всё хорошо, Гермиона? – сказала я, как только она вышла на берег рядом с нами.
– Да, всё в порядке. Гарри ещё нет? – ответила она, оглядываясь по сторонам в поисках друга.
– Нет, он ещё там.
Позже всех вынырнули Гарри, но не только с Роном, но ещё и с сестрой Флёр. На трибунах дико шумели, кричали и визжали, всё повскакивали на ноги. Сестра Флёр растерялась и перепугалась, а Рон лишь выплюнул фонтан воды. Гарри с Роном потащили девочку к берегу, откуда за ними все наблюдали. Мадам Помфри суетилась над нами, по очереди вливая каждому в рот очень горячее зелье. Мадам Максим тем временем удерживала Флёр - та в истерике рвалась обратно в озеро.
– Габриэль! Габриэль! Она не ранена? – закричала старшая Делакур.
– С ней всё нормально! – крикнул в ответ Гарри.
Перси, который вновь был вместо мистера Крауча, схватил Рона и поволок его на берег. Мистер Бэгмен и профессор Дамблдор помогли Гарри подняться. Мадам Помфри схватила Гарри и подтащила его ближе ко всем нам. Она накрепко закутала его в одеяло, и так же само влила ему в рот порцию зелья.
– Гарри, ты молодец! – воскликнула Гермиона.
– Да, Гарри, ты молодец! Ты справился, ты сам догадался как! – добавила я.
– Да, точно, – громко ответил Гарри, хотя видимо изначально он хотел сказать что-то другое, но поймал взгляд Каркарова. Тот единственный из судей не встал из-за стола, единственный не показал, что рад благополучному возвращению Гарри, Рона и сестры Флёр.
– Посовещаемся, пожалуй, – сказал Дамблдор остальным судьям.
Судьи принялись совещаться. А мадам Помфри спасла Рона из объятий Перси, и отвела его к нам, проделав те же самые действия, что и с нами, затем направилась к сёстрам Делакур.
– Ты её спас, хоть она и не твоя заложница, – обратилась Флёр к Гарри.
Флёр поцеловала Поттера в обе щеки, что заставило парня покраснеть, а после повернулась к Рону.
– И ты тоже, ты помогал, – на ломаном английском радостно проговорила ученица Шармбатона.
– Да, немного, – с надеждой подтвердил Рон.
Флёр бросилась к нему и тоже поцеловала. Было видно, что Гермиону это откровенно взбесило. Интересно, с чего бы это? Я в недоумении посмотрела на Фреда, но он даже не заметил реакции Гермионы. Тут рядом, заставляя нас всех подпрыгнуть, загремел магически усиленый голос Людо Бэгмена:
– Дамы и господа, мы приняли решение. Предводительница русалок и тритонов поведала нам обо всём, что произошло на дне озера, и в результате чемпионы из пятидесяти максимальных баллов получают следующие оценки... Мисс Флёр Делакур продемонстрировала великолепное владение заклинанием головного пузыря, но уже почти у цели была атакована гриндилоу, и не сумела спасти своего заложника. Ей присуждается двадцать пять баллов.
На трибунах захлопали, но Флёр всё ещё оставалась расстроенной.
– Мистер Седрик Диггори также использовал заклинание головного пузыря, первым вернулся со своим заложником, но превысил лимит на одну минуту, – продолжил Бэгмен. Послышались дикие крики Пуффендуйцев. Я заметила, как Чжоу Чанг одарила Сердика восторженным взглядом. – Он получает сорок семь баллов.
– Ты молодец, – сказала я другу, и улыбнулась. – Вижу, Чжоу с тебя глаз не спускает.
В ответ парень смущённо улыбнулся, и перевёл взгляд на Чжоу.
– Мистер Виктор Крам воспользовался неполной формой превращение, что, впрочем, не помешало ему выполнить задание, и вернулся со своим заложником вторым. Он получает сорок баллов.
Каркаров надулся от гордости и захлопал громче всех.
– Мистер Гарри Поттер с успехом воспользовался жаброслями, – продолжал Людо Бэгмен. – Он вернулся последним, сильно превысив временной лимит. Однако предводительница русалок и тритонов сообщила нам, что мистер Поттер добрался до заложников первым, и задержался на дне только потому, что желал вернуть на сушу не только своего, а непременно всех пленников.
Рон с Гермионой одарили Гарри одинаковыми взглядами - то ли злились, то ли соболезновали. Ведь только один Гарри воспринял песню русалок слишком серьёзно. Я в свою очередь улыбнулась Гарри, желая поддержать.
– Большинство судей, – Бэгмен злобно посмотрел на Каркарова, – считают, что он продемонстрировал неколебимую смелость и моральных дух, которые заслуживают высшей оценки. Однако... Гарри Поттер получает сорок пять баллов.
Я громко зааплодировала вместе со всеми остальными.
– Ну, вот! – сказал Рон, перекрикивая шум. – Оказывается, ты не дурака валял, Гарри, у тебя просто неколебимый моральный дух!
– Третье, и последнее, испытание состоится на закате двадцать четвёртого июня, – сообщил Бэгмен. – За месяц до этого чемпионам Турнира объявят, что это будет за испытание. Благодарю вас всех, что поддержали наших чемпионов.
– Идём, тебе нужно отдохнуть, – обратился ко мне Фред, который всё это время не отходил от меня ни на шаг.
Я вошла в гостиную Гриффиндора в компании близнецов, откуда направилась в свою комнату, чтобы переодеться в сухую одежду. Меня до сих пор бил холод, поэтому я надела тёплые вещи, и спустилась обратно в гостиную к близнецам. Я села на диван рядом с Фредом, тот обнял меня и продолжил разговор с братом. Как же мне этого не хватало... Я так по нему соскучилась. Я чувствовала невероятную усталость, отчего даже не заметила, как уснула в тёплых объятиях Фреда.
Я проснулась, предположив, глубокой ночью, за окном было темно, а вокруг тишина, которую нарушало лишь чьё-то тихое сопение. Я приподнялась на локтях, и лишь тогда поняла, что в кровати я не одна.
– Джейн? Что-то случилось? – послышался сонный голос Фреда, он-то и лежал рядом со мной.
– Фред? Что ты здесь делаешь? – мой голос хрипел, ещё не отойдя от сна.
– Вообще-то, это моя комната, – хоть я его и не видела в кромешной темноте, но была уверена, что сейчас он улыбается.
– Тогда, что я здесь делаю?
– Ты заснула в гостиной, а так как я не могу подняться к комнатам девочек, я решил отнести тебя к себе. Не оставлять же мне тебя там. А теперь спи, – сказал парень, и накрыл меня своей рукой.
Как не странно, было приятно проснуться утром в объятьях Фреда. Я наблюдала за его спокойным во сне лицом. Он такой милый, когда спит.
– Долго ещё собираешься так смотреть на меня? – в какой-то момент сказал Фред сонным голосом, не открывая глаз, и слегка улыбаясь.
– Ой, прости, – тихо сказала я.
Парень медленно открыл глаза и потянулся ко мне, чтобы поцеловать, но я отстранилась, после чего парень в недоумении уставился на меня.
– Я ещё не чистила зубы, – смущённо сказала я, и выбралась из объятий Фреда.
– Эй, ты куда? – но я не ответила, и быстро выскочила из комнаты.
Я привела себя в порядок, и вместе с Гермионой и Джинни вышла в общую гостиную, где уже были близнецы.
– Теперь-то я могу тебя поцеловать? – спросил Фред, подойдя ко мне.
Рядом стоящие Джинни и Гермиона усмехнулись, и быстро скрылись из поля моего зрения.
– Теперь можешь, – я обхватила руками шею парня, ожидая его следующих действий.
Фред медленно приблизился к моим губам, но в последний момент остановился и ухмыльнулся. Значит, решил подразнить меня. Я закатила глаза и сама прильнула к губам своего парня. Не устояв, он углубил поцелуй, опуская свои руки мою талию. Нам было совершенно всё равно, что в гостиной находились и другие ученики, сейчас для нас существовали только мы вдвоём.
После второго испытания все жаждали услышать в подробностях, что случилось на дне озера, и Рон в кои-то веки тоже купался в лучах славы. Я заметила, что с каждым пересказом версия Рона постоянно меняется. Сначала он говорил правду, его история совпадала с нашей с Гермионой. Однако уже через неделю повествование Рона леденило душу - на него напали и украли. В похищении участвовало пятьдесят вооруженных русалок и тритонов, и Рон, разумеется, сражался до последнего, а схватили его, только после того, как сильно избили.
– Но в рукаве я спрятал волшебную палочку, – уверял он Падму Патил. – И если бы я захотел, я бы им показал, этим тритонам. Мне ничего не стоило расправиться с этими водными болванами.
– Вот бы на это поглядеть. Что бы ты им показал? Как умеешь храпеть? – вставила ироничное замечание Гермиона.
В последнее время её дразнили дамой сердца Виктора Крама - дескать, вот кого Краму так не хватает на земле. Из-за этого она раздражалась по малейшему поводу.
У младшего Уизли покраснели уши, и в дальнейшем он рассказал только про зачарованный сон.
Март выдался сухой и ветряный. Пронизывающие ветра на занятиях во дворе буквально сдирали кожу с лица и рук. Почту приносили с опозданием - сов сдувало с курса.
В пятницу последними двумя уроками было зельеваренье. У дверей в аудиторию толклись Малфой, Крэбб с Гойлом, Пэнси Паркинсон и её подружки. Все они, довольно ухмыляясь, что-то рассматривали.
– Вот они! – захихикала Пэнси, когда мы подошли ближе.
В руках у неё я увидела журнал "Ведьмополитен". На обложке двигалось изображение кудрявой, улыбающейся колдуньи - она указывала волшебной палочкой на большой бисквитный торт.
– Вот, Грейнджер, лови! Вам с Твоми понравится! – громко сказала Пэнси, и швырнула журнал Гермионе. Та поймала его, ничего не понимая, как и я.
Тут дверь в аудиторию зельеваренья отворилась, и Снейп пустил учеников внутрь. Мы с Гермионой, Гарри и Роном, как всегда, направились к задним партам. Едва профессор Снейп повернулся спиной к классу, чтобы записать на доске состав сегодняшнего зелья, Гермиона принялась судорожно листать под партой журнал. В середине она нашла, что искала. Я наклонилась поближе, также сделали и Гарри с Роном. Сверху страницы была цветная фотография Гарри, а под ней шла коротенькая заметка, озаглавленная "Разбитое сердце Гарри Поттера".
"Гарри Поттер мальчик необыкновенный, но как все мальчики его возраста испытывает муки юности. Рано потерявший родителей и лишенный родительской любви, он думал, что обрел утешение в своей школьной подруге Гермионе Грейнджер. Но догадывался ли он, что очень скоро ему придется перенести новый удар судьбы и новую утрату?
Мисс Грейнджер родилась в семье маглов, это простая, но амбициозная девочка. Её тянет к знаменитостям, и одного Гарри Поттера ей мало. На Турнир Трёх Волшебников в Хогвартс приехал Виктор Крам, ловец сборной Болгарии, триумфатор недавнего Чемпионата мира, и мисс Грейнджер тут же и его поймала в свои сети. Она его просто покорила, и он уже пригласил ее на летние каникулы в Болгарию, уверяя, что "не испытывал ничего подобного ни к одной девушке". А непостоянная мисс Грейнджер продолжает играть чувствами обоих мальчиков.
Трудно сказать, чем так привлекательна мисс Грейнджер. Нельзя сказать, чтобы она была красива, скорее всего, причина симпатий к ней двух несчастных мальчиков кроется в чем-то ином.
– Она просто уродка, – говорит о ней Пэнси Паркинсон, миловидная, привлекательная студентка четвертого курса. – Но она умна, и ей вполне по силам сварить приворотное зелье. В этом-то, я думаю, всё и дело.
Приворотные зелья запрещены в школе "Хогвартс", и Альбус Дамблдор, без сомнения, заинтересуется причиной успеха своей студентки. А доброжелателям Гарри Поттера остаётся только надеяться, что в следующий раз он отдаст свое сердце более достойной".
Гермиона громко фыркнула, и глянула на слизеринцев, которые пристально следили за ней и за Гарри в надежде, что те расстроятся, но Гермиона лишь саркастически улыбнулась им и помахала.
– Читай дальше, – прошептала я Гермионе, забирая у неё из рук журнал.
На следующей странице журнала была статья уже обо мне.
"Джейн Твоми, однокурсница и подруга Гермионы Грейнджер, с первого своего года рождения жила у сестры своей матери, которую убил Тот-Кого-Нельзя-Называть. Мисс Твоми недалёко ушла от своей подруги мисс Грейнджер, и точно также крутит двумя невинными, ни в чём не подозревающими, бедными мальчиками. После Святочного бала, который проводился в "Хогвартсе" по традиции Турнира Трёх Волшебников, мисс Твоми вступила в отношения с парнем из чистокровной семьи Уизли, но вскоре ей стало этого мало, и она изменила ему с ещё одним чемпионом Турнира Трёх Волшебников – Седриком Диггори...".
Не в силах дальше читать этот бред, я захлопнула журнал и со злостью кинула его на парту.
– Говорил я тебе! Говорил, что не надо злить Риту Скитер! – шёпотом вскричал Рон.
Я закатила глаза и повернулась в сторону слизеринцев, которые теперь ждали моей реакции.
– Если это всё, что может Рита, она определённо теряет хватку, – смеясь ответила я, хотя во мне бурлила злость.
Я принялась доставать ингредиенты для приготовления зелья прибавления ума.
– Странно всё-таки, – задумчиво пробормотала Гермиона спустя время. – Откуда Рита узнала?
– Что узнала? – спросила я.
– Ты случайно не готовила приворотное зелье? – добавил Рон.
– Не говори глупостей, Рон. Нет, просто... как она узнала, что Виктор приглашал меня к себе на каникулы? – ответила Гермиона, и густо покраснела. Она старалась не смотреть Рону в глаза.
– Что? – опешил Рон и со стуком уронил пестик.
– Он меня пригласил, как только вытащил из озера. – смущённо пробормотала Гермиона. – Он отвёл меня в сторону, чтобы судьи не услышали, и...
– А ты что ответила? – перебил её Рон.
– Он тогда, и вправду, сказал, что ничего подобного не испытывал ни к кому другому, – продолжала Гермиона и покраснела, мне даже показалось, будто от нее идёт жар. – Но как она услышала? Её, кажется, там не было... или была? Может, у нее мантия-невидимка, и она пробралась в Хогвартс поглядеть второе испытание?
– Какой бы увлекательной ни была ваша личная жизнь, мисс Грейнджер, я вынужден попросить вас не обсуждать её у меня на паре. Минус десять очков с Гриффиндора, – раздался за нашими спинами ледяной голос.
Оказывается, пока мы разговаривали, к нам подкрался Снейп. Все с интересом повернулись в нашу сторону.
– Ах вот как... мы ещё и журнальчики почитываем, – Снейп схватил, лежащий на парте "Вельмополитен". – Ещё десять очков с Гриффиндора.
Чёрные глаза Снейпа сверкнули, когда он увидел статью Риты Скитер. Надеюсь, он не увидит, хотя бы, статью обо мне. Губы профессора изогнулись в неприятной ухмылке, и он принялся читать вслух.
– "Разбитое сердце Гарри Поттера..." Что ж ещё с вами стряслось, Поттер? "Гарри Поттер мальчик необыкновенный..."
Настала очередь Гарри залиться краской. А Снейп ещё и после каждого предложения останавливался, чтобы слизеринцы могли вдоволь насмеяться.
– " ...А доброжелателям Гарри Поттера остаётся только надеяться, что в следующий раз он отдаст свое сердце более достойной". Как трогательно, – ухмыльнулся Снейп и под взрывы хохота слизеринцев свернул журнал в трубочку.
Наконец-то занятия закончились. Я уставшая и злая на Снейпа и Риту Скитер, направлялась в Большой зал на долгожданный ужин. В зале я заметила близнецов, и сразу же подошла к ним. Садясь рядом, я хотела поцеловать Фреда в щёку, но тот отстранился. Что уже опять не так?
– Фред? Что-то случилось? – спросила я.
Несколько секунд парень молчал, уставившись в свою тарелку. Я в недоумении посмотрела на второго близнеца, но тот избегал моего взгляда. Не понимаю... Что происходит?
– Ты изменила мне с Диггори? – наконец произнёс парень, но совсем не то, что я ожидала услышать.
– Что? Фред, ты серьёзно? – как он вообще мог так подумать? – Нет! Конечно же, нет! Ты же прекрасно знаешь, что Рита пишет одну только чушь!
Как он мог, хотя бы, на секунду засомневаться во мне, и поверить ей? Мне казалось, что с этим наконец-то покончено, что мы окончательно всё решили.
Парень поднял на меня глаза полные разочарования, он хотел что-то сказать, но я быстро поднялась и побежала прочь.