тени прошлого
Около восьми вечера четверо друзей собрались в комнате Блейза, чтобы отпраздновать начало отношений Тео и Бетти. В уютном помещении с приглушённым светом стоял лёгкий аромат вина и смеха. Они выпили немного, расслабились и разбежались по разным уголкам комнаты, наслаждаясь моментом.Следующий день они провели с «Золотым Трио» — Гермиона терпеливо обучала Тео, Бетти и Рона новым заклинаниям, которые могли пригодиться им на предстоящих испытаниях. Атмосфера была напряжённой, но дружеской, и каждый усердно старался освоить магию. Вечером они разошлись по своим делам, готовясь к завтрашнему дню.Наступил день испытания. Бетти проснулась рано и удивилась, что Пэнси не пришла её будить, как обычно. Собравшись, девушка решила зайти к подруге в комнату, но её там не оказалось. Аналогично и в комнате Блейза — пусто. Немного озадаченная, Бетти спустилась в гостиную, где у барной стойки стоял Тео и варил кофе.
— Доброе утро, — сказал он, поцеловав её в щёку.
— Доброе, — ответила она, обняв его, — ты не видел Забини и Паркинсон?
— Сам Блейза ищу, — ответил он, не отрываясь от кофеварки.
— Куда они делись?
В этот момент в гостиную спустилась Дафна, её лицо выражало явное раздражение.
— Свон, где Мелисса? — резко спросила она, почти налетая на Бетти.
— А мне откуда знать, Гринграсс? — спокойно ответила Бетти.
— Ты же её главный враг!
— Дафна, перестань, мне твоя Стрейндж тоже не нужна. У нас тоже друзья пропали...
В дверь комнаты тихо постучали, и в неё вошёл профессор Снейп — высокий, худой, с непроницаемым взглядом и характерной сединой у висков. Его лицо было серьёзным и напряжённым. Без лишних слов он посмотрел на Бетти и Тео.
— Мисс Свон, мистер Нотт, — холодно произнёс он, — пройдёмте со мной.
Тео и Бетти обменялись коротким взглядом, потом встали и следом вышли из комнаты. По коридору царила гнетущая тишина, и шаги их были почти неслышны. Воздух казался тяжелым, словно предвещая что-то важное и опасное.Когда они вышли наружу, их встретил прохладный ветерок, и перед ними раскинулся мрачный Запретный лес — густой, непроходимый, будто живой. Древние деревья, их ветви переплетались в причудливую сеть теней и света. Мягкий шёпот листвы казался словно предостережением.Лес был разделён на четыре узкие тропы, огороженные плотными лианами, колючими и непроницаемыми. По обе стороны от входов стояли каменные стражи — грозные фигуры с топорами, застылые и безмолвные, но создающие ощущение непоколебимой стражи, охраняющей нечто древнее и страшное.На трибунах, расположенных напротив, сгрудились ученики — возбуждённые, напряжённые, предвкушающие испытание. Но среди них Бетти не увидела ни Пэнси, ни Блейза, ни Мелиссы. Лишь одиноко сидел Гарри Поттер, глаза которого внимательно следили за происходящим.Подойдя к директору, Бетти почувствовала, как сердце начало бешено колотиться. Его взгляд был глубоким и мудрым, голос — уверенным и торжественным.
— Итак, дорогие чемпионы и уважаемые зрители, — начал он, — добро пожаловать на второе испытание.-Он сделал паузу, чтобы все поняли серьёзность момента.— Как вы могли заметить, лес разделён на четыре пути. Каждому из вас предстоит пройти по своей тропе, встретиться с тем, что пугает больше всего, и преодолеть собственные страхи. В конце пути ждут пленники — ваши друзья, которые нуждаются в помощи.-Взгляд директора задержался на каждом из них.— Пэнси Паркинсон, Блейз Забини, Мелисса Стрейндж и Гермиона Грейнджер — ваши заложники. Спасите их.-Голос Бетти дрогнул, когда она услышала имена своих друзей. Внутри всё сжалось от волнения и тревоги.— Мистер Уизли — ваша пленница Гермиона Грейнджер, мистер Малфой — Мелиса Стрейндж, мистер Нотт — Пенси Паркинсон, а мисс Свон — Блез Забини -Дамблдор сделал шаг назад и добавил:— Желаю вам удачи. И помните: порой самый страшный враг — это мы сами.
Тишина длилась несколько мгновений, словно воздух замер в ожидании. Бетти почувствовала, как внутри неё разгорается пламя решимости — испытание будет нелёгким, но она должна пройти его ради друзей.Тео мягко сжал её руку, и их взгляды встретились — в них читалась та же непоколебимая решимость и страх одновременно.Бетти подошла к парням, крепко обняла Рона, поцеловала Тео в щеку и, улыбаясь, пожелала всем удачи. Их взгляды встретились на мгновение — в каждом читалось волнение и решимость. Затем они разошлись, направляясь к своим тропинкам, каждая из которых вела глубже в мрачный, таинственный Запретный лес.Дамблдор, стоящий перед ними, обратился к собравшимся:
— Итак, мисс Свон, быстрее всех справившаяся с драконом, начинает первой. За ней — мистер Нотт, затем мистер Уизли и мистер Малфой. Кто первый выйдет из леса — тот и займёт первое место.
Звук голоса директора эхом разнесся между деревьями, и лес словно откликнулся шорохом листвы.Бетти сжала палочку в руке, её ноги дрожали, но она твердо сделала первый шаг на тропинку. За ней последовали парни, готовые к любым неожиданностям.
он
РОН
Рон продвигался по узкой тропинке, настороженно прислушиваясь к каждому шороху. Вокруг царила непроглядная тьма, сквозь ветви пробивались лишь редкие проблески лунного света. Кажется, лес жил своей таинственной жизнью — каждый звук казался чем-то живым и затаённым.Половину пути Рон прошёл, не встретив ни одной души. Внутри его росло напряжение, и страх начал подкрадываться всё ближе, словно невидимый зверь.Внезапно впереди в густой тьме появился силуэт. Рон замер, сердце бешено забилось в груди — неясная фигура была то ли человеком, то ли чем-то другим. Её очертания были расплывчаты, но по походке можно было понять — это девушка.Силуэт медленно вышел из теней, и Рон увидел её лицо — бледное, с каштановыми влажными волосами, падающими на плечи, словно они только что вышли из воды. Голубое платье было пропитано влагой, кожа блестела каплями.
— О, нет… нет, — пробормотал Рон, голос дрожал, а дыхание сбилось.
Девушка, с горькой тоской в глазах, прошептала:
— Ты убил меня...
Рон отшатнулся, в глазах наворачивались слёзы, а в груди жгла вина.
— Я не хотел... Это было случайно... — голос Рона стал хриплым, он едва сдерживал эмоции. — Прости меня...
Тишина леса ответила ему гнетущей тишиной. Силуэт девушки остался неподвижен, словно призрак из прошлого, напоминая о тяжелом грузе, который теперь лежал на плечах Рона.
Воспоминания:Рон сжимал кулаки, сердце колотилось от злости и горечи. Опять — очередной скандал с родителями. Их требования казались ему нескончаемыми: «Учись лучше! Ты же младший из братьев, а значит должен быть примером! Почему ты всё время отстаёшь?»Они сравнивали его с Фредом и Джорджем, с Чарли, с Перси — всегда было ощущение, что он не дотягивает, что его успехи слишком малы. В голове роился ворох обид и разочарований, и, не найдя иного выхода, он ушёл прочь из дома.Подойдя к речке на окраине леса, Рон чувствовал, как злость и беспомощность внутри него закипают. Он начал метать заклинания — сначала безобидные: маленькие вспышки света, взмах палочки, щелчки и шипения.Но злость постепенно разрасталась, и в какой-то момент из его уст сорвалось темное, запрещённое слово — «Авада Кедавра».Взрыв зелёного света пронёсся над водой, попав в фигуру молодой девушки, которая случайно проходила мимо. Она была так близко к реке, что тело её сразу же упало в холодные, тёмные волны.Крики испуганных свидетелей разорвали тишину, люди бросились к воде, но Рон остался неподвижен, поражённый, словно парализованный ужасом.
«Что я наделал?..»
Паника охватила его, дыхание сбилось, и он не смог выдержать взглядов окружающих. Рон развернулся и убежал, оставив девушку в воде и груз своей вины — навсегда.
Настоящее:Рон стоял, словно парализованный, вглядываясь в призрачный силуэт перед собой. Его дыхание учащалось, сердце бешено колотилось в груди.
— Я не хотел тебя убивать... Это было случайно, — голос его дрожал, наполненный страхом и сожалением.
Девушка медленно приближалась, её глаза были полны боли и обвинения, а руки протягивались вперёд, словно хотели коснуться его, но одновременно и оттолкнуть.
— Ты убил меня... — тихо, но пронзительно произнесла она.
Тишина вокруг словно сгущалась, воздух наполнялся тяжёлой, невыносимой тяжестью вины и страха. Рон почувствовал, как холодок пробегает по спине — это была не просто встреча, это был приговор.
Драко
Драко шагал по лесу, будто уверенный и невозмутимый, тихо напевая себе под нос мелодию из старой волшебной песни. На его лице не было и тени страха — казалось, он абсолютно спокоен и уверен, что страшные тайны обошли его стороной.Но внезапно из тени деревьев перед ним возникла фигура девушки. Она не пряталась — наоборот, вышла прямо к нему навстречу. Ей было около шестнадцати, но выглядела она совсем иначе — худая, почти костлявая, словно сама смерть шагала рядом с ней.На ней было изорванное белое платье, залитое кровью, а тело и лицо покрывали глубокие шрамы и ссадины. Из уголков рта вытекала пена, придавая ей ужасающий и безумный вид.Драко застыл на месте, словно парализованный — он не мог ни двинуться, ни произнести ни слова.
— Вы издевались надо мной! — раздался изломанный голос девушки, наполненный болью и отчаянием. — Вы били меня! Вы уроды!
В лесу повисла тяжелая тишина, и Драко понял, что это не просто призрак — это воплощение его самой глубокой и страшной тайны.
Воспоминания :Комната была полутёмной, лишь тусклый свет луны пробивался сквозь занавешенное окно, отбрасывая холодные тени на израненное лицо девушки. Её глаза, полные ужаса и отчаяния, метались по комнате в поисках спасения, но Драко и его друг Гоил были безжалостны.
— Драко, хватит, — шептал Гоил с усталой грустью, — мы уже слишком далеко зашли... Это не игра.
Но Драко сжался, его взгляд был холоден и лишён сострадания.
— Нет, — вырвалось у него сквозь зубы, — ещё немного.
Девушка отчаянно пыталась вырваться, её дрожащие руки цеплялись за рваную занавеску, но это было бесполезно.
— Отпустите меня домой! — срываясь на крик, просила она, — пожалуйста!
Её голос звучал ломко, как последний зов о помощи.Драко, одурманенный смесью злости и наркотиков, поднимал руку, и удары раздавались по хрупкому телу девушки, отбрасывая её в угол. Он не видел в ней человека — лишь объект своей боли и отчаяния.Четыре дня это продолжалось — дни и ночи, наполненные страхом, болью и унижением.На пятый день что-то в нём сломалось окончательно. Его жестокость перешла все грани.Он снова избил девушку, разрывая её последнюю надежду на спасение. Затем, накачав сильными наркотиками, продолжил насилие.Её тело слабо дёргалось, изо рта потекла пена — признак передозировки.Драко понял, что потерял контроль. Но вместо того, чтобы остановиться, он вместе с Гоилом поспешили избавиться от тела.Они бросили её в лесу, вдалеке от людей, и тщательно скрыли следы — уничтожили одежду, зачистили комнату, стёрли все улики.Но в сердце Драко поселился холодный страх, который ни наркотики, ни жестокость не могли унять.Это воспоминание — как призрак, преследующий его, не дающий покоя ни днём, ни ночью.
Настоящие: Драко молча стоял, сжимаю пальцы вокруг палочки так крепко, что суставы побелели. Его глаза горели холодом, а дыхание было ровным, почти беззвучным. Вдруг девушка резко подбежала к нему, не давая ни секунды на раздумье.Он мгновенно выпустил в её сторону несколько быстрых заклинаний — зелёные искры вспыхивали в воздухе, но она ловко отбивала их, словно танцуя в вихре магии. Ответом на каждое его заклинание летели к нему яркие вспышки магической энергии. Их дуэль завораживала, заклинания свистели и искрились вокруг, отражаясь от деревьев и каменных статуй леса.Драко чувствовал, как напряжение нарастает — это была не просто битва с кем-то внешним, а столкновение с самой тёмной частью себя. Каждое отбито заклинание словно вызывало в нём бурю чувств — злость, страх, раскаяние и боль — всё смешивалось в одном вихре магии и эмоций.
ТЕО
Теодор шел по узкой тропинке в глухом лесу, его шаги казались неуверенными, несмотря на то, что внешне он старался держаться спокойно. Вокруг царила тишина — даже шорох листвы казался громче обычного. Вдруг раздался резкий, пронзительный крик, разрезавший воздух, словно сам лес вздохнул от ужаса.
— Бетт! — вырвалось из глубины его души, и Тео рванулся к ограде, которая отделяла его от следующей части пути. Каменные стражи, грозно возвышающиеся по бокам, будто живые, замерли, не позволяя пройти.
— У каждого свой путь, — раздался глухой, отстранённый голос, словно эхо самой тьмы.
— Но... я... — попытался он возразить, но слова застряли в горле. Сердце колотилось так громко, что казалось, его услышат все вокруг.И тогда, словно из самой тьмы леса, перед ним появилась фигура. Женщина — совсем рядом, но одновременно словно из другого мира. Ее образ казался нереальным: стройная, с каштановыми волосами, аккуратно собранными в тугой пучок, в светло-салатовом костюме, её карие глаза были удивительно знакомы, нежны и одновременно полны печали.Тео застыл, словно время замерло. Его дыхание прервалось, а в груди закипел ураган эмоций — тоска, вина, надежда и боль. Слёзы выступили на глазах, медленно катясь по щекам.— Мама... — выдохнул он с надрывом, голос дрожал, словно нарушая невидимый барьер между мирами. — Я не смог тебя спасти...
Взгляд женщины был полон любви и понимания, но и отчаянной боли. Её руки дрожали, будто хотели прикоснуться к сыну, но оставались на месте, как тени в полумраке.Тео почувствовал, как внутри него разрывается что-то глубокое и хрупкое. Воспоминания, страхи, надежды и ошибки прошлого слились воедино, затуманивая сознание. Лес вокруг словно погрузился в сумрак, и он остался наедине с этим призраком — с той частью себя, от которой так долго пытался убежать.
Воспоминания: Тео сидел в своей комнате, пытаясь сосредоточиться на книге, но звуки, доносящиеся из гостиной, быстро прервали его мысли. Вскоре он услышал нарастающие голоса — сначала приглушённые, потом всё громче и громче. Сердце в груди начало биться быстрее, а в горле пересохло. Он вскочил с кровати и побежал в коридор.Там перед глазами предстала ужасная картина: его отец стоял неподвижно, лицо искажено злобой и раздражением, а мать сидела на полу, весь её вид говорил о страхе и беспомощности. Она тихо плакала, сжимая руки в молитве, умоляя его остановиться.
— Пожалуйста, не трогай меня, — её голос дрожал, слова вырывались сквозь рыдания.
Отец, похмельный и взбешённый, медленно достал из кармана палочку. Его рука дрожала, но в глазах блестела решимость, холодная и беспощадная.
— Нет! — вскрикнул Тео, бросаясь вперёд, но было слишком поздно.
Словно в замедленной съемке, отец произнёс заклинание: «Авада Кедавра!»Зеленый луч магии вырвался из кончика палочки и ударил в мать. Она замерла, глаза расширились от ужаса, тело мгновенно расслабилось и рухнуло на пол.Тео отступил, словно ударенный током, не веря в произошедшее. Его горло перехватил ком, он задыхался, пытаясь прокричать её имя, но голос отказывался звучать. Слёзы текли по щекам, руки тряслись, он опустился на колени рядом с ней, пытаясь почувствовать хоть малейший признак жизни.
— Мама, пожалуйста, проснись! — умолял он, обнимая её холодное тело, его пальцы дрожали от страха и бессилия.
Отчаяние быстро сменилось яростью. Его взгляд упал на отца, и в нем вспыхнуло пламя гнева. Тео вскочил на ноги и ринулся на него с кулаками, готовый сделать всё, чтобы отомстить.Но в этот момент в комнату ворвалась тётя — женщина с суровым лицом, но с бесконечной любовью в глазах. Она схватила Тео за плечи и с силой оттащила его в сторону, не позволяя совершить ошибку, которая могла бы изменить всё навсегда.
— Хватит, мальчик мой! — сказала она сквозь слёзы. — Это не решит ничего.
Тео, задыхаясь от эмоций, уставился в пустоту, не в силах понять, как могла так быстро оборваться его жизнь и жизнь его матери.
Настоящие
— Ты мог спасти меня, Тео… — её голос прозвучал хрипло и тихо, но каждое слово было словно удар. — Ты стоял рядом и смотрел, как он меня убивает.
Тео сжал кулаки, в глазах заблестели слёзы, но он не мог их отпустить.
— Я не успел, мам… я просто не успел… — его голос дрожал, боль разрывала грудь.
Женщина сделала шаг вперёд, её глаза — холодные и бесстрастные, как лёд — устремились прямо в его душу. Она подняла палочку, точно намереваясь завершить начатое.
— Я пришла, чтобы забрать тебя с собой, — холодно произнесла она, направляя волшебную палочку на сына.
Тео ощутил, как кровь стынет в жилах. Сердце застучало сильнее, адреналин взорвался в теле. Он знал: это борьба за его жизнь и свободу.
— Мам… — прошептал он, голос полон тоски и отчаяния. — Я не буду с тобой бороться, но и не пойду с тобой. Прости… Как бы я ни хотел быть рядом с тобой, я не могу.
В этот момент женщина произнесла страшное заклинание:
— Авада Кедавра!
Зелёный луч вспыхнул, но Тео чудом успел отвернуться в самый последний момент. Весь воздух вокруг будто замер, время растянулось на секунды. Его дыхание сбилось, сердце колотилось как бешеное, а взгляд встретился с холодной, безжалостной матерью — той, которая теперь была ему чужой и врагом.
Бетти
Тёмный лес сгущался вокруг, густая тьма словно обволакивала каждое дерево, каждый куст. Холодная влажность проникала в кожу, заставляя мурашки бегать по спине. Бетти шла осторожно, держа палочку наготове, каждое её движение было напряжённым, каждое шорох — тревожным. Сердце бешено колотилось, страх сжимал горло, но она упорно шла вперёд, надеясь поскорее закончить это испытание.В голове роились мысли — кто мог бросить её имя в этот зловещий кубок? Почему именно она? Почему именно сейчас? Сомнения и тревога смешивались с болью и стыдом.Внезапно на тропе перед ней возник силуэт — высокий, в длинном плаще, с капюшоном, скрывающим лицо. Тишина давила ещё сильнее, воздух казался вязким.
— Кто ты? — голос Бетти дрожал, но она собралась с духом и крикнула снова, отчаянно и требовательно: — Кто ты?
Ответом была лишь тишина. Она ждала, сердце замирало в ожидании.Вдруг из-под капюшона послышался тихий, но знакомый мужской голос:
— Рыжик… ты что, не узнала меня?
Пальцы парня медленно сняли капюшон, и перед Бетти предстало знакомое, но искажённое лицо. Парень выглядел словно привидение — бледная кожа была покрыта синими венами, губы пересохли и потрескались, а руки изрезали ужасные язвы, словно сама смерть оставила свой след.
— Дени… — слабо произнесла она, боль сжала грудь. — Но… как? Ты же мёртв…
— Да, это я, Би. Я мёртв… и сделала это ты.
Голос парня был полон обвинения и горечи, глаза его блестели слезами, будто души не найти покоя.
— Но… но я делала только то, что ты хотел… — Бетти не смогла сдержать рыданий, слёзы потекли по щекам. — Я не хотела этого… но ты страдал…
В лесу повисла тяжёлая, гнетущая тишина, словно сама природа скорбела вместе с ней.
Воспоминания: Комната была наполнена густой тишиной, нарушаемой только тихим, прерывистым дыханием парня. Он лежал на кровати, всё его тело было покрыто язвами и ссадинами — болезнь медленно, но верно разрушала его. Ни одно зелье, ни одно заклинание не могли остановить эту мучительную смерть.Девушка стояла над ним, дрожа и плача. Глаза её были красными от слёз, губы дрожали, а руки сжимали палочку так сильно, что костяшки побелели.
— Рыжик, — хрипло прошептал он, — прошу... ты должна это сделать.
Слёзы хлынули из её глаз, она не могла сдержать рыдания.
— Нет… Я не могу… Не могу… — слова прорывались сквозь горькие рыдания, голос ломался, — Это неправильно…
— Я не могу больше терпеть эту боль... Пожалуйста…
Она взглянула в его уставшие глаза — там была нестерпимая просьба и прощение.Дрожащей рукой девушка подняла палочку, слёзы стекали по щекам, сердце разрывалось от внутренней борьбы.
— А... Авада... — шептала она, голос срывался.
— Ты сможешь, Рыжик, ты сможешь... — улыбнулся он, сквозь боль и слабость, — Прощай, родная. Ты всегда останешься для меня родной... Рыжик... Я люблю тебя.
Собрав все силы, она выдохнула и произнесла полный заклинания голос:
— Авада Кедавра...-Зелёный луч пронзил комнату, ударив в парня, который застыл с нежной улыбкой на губах.— Дени! — крикнула она, бросившись к нему. — Что я сделала?!
Девушка упала на мёртвое тело друга, рыдания эхом разносились по комнате.
Настоящие
— Ты убила меня... — голос парня прозвучал как шёпот издалека, холодный и пронзительный. — Своего лучшего друга.
Бетти чувствовала, как по телу бежит холодок, и сердце сжимается от боли.
— Ты сам просил меня об этом! — её голос дрожал, едва сдерживая горькие слёзы.
— Ты могла отказаться... — парень взмахнул палочкой, и в ту же секунду лианы, словно ожившие, резко вырвались из-под земли и обвили девушку с ног до головы.
— Чёрт! — вскрикнула Бетти, изо всех сил пытаясь вырваться, — Ааааа!
Горло перехватило, дыхание стало прерывистым и резким — лианы сжимали её, душили, лишая воздуха.
— Бетти! — послышался хриплый крик Тео из-за ограждения, но его голос не мог пробиться сквозь тёмную паутину зелёных стеблей.
Паника охватила девушку, но в самый отчаянный момент в голове вспыхнули обрывки знаний и уроков — каждое заклинание, которое ей когда-либо объясняла Гермиона. Сердце забилось чаще, и она собрала все силы, чтобы выдохнуть заклинание.С палочкой в руках Бетти сжала зубы и сделала резкий взмах — лианы ослабли и с глухим шорохом отпали, и она рухнула на колени, тяжело дыша и стараясь не захлебнуться слезами.
— Ты мёртв, — она с трудом говорила, не отрывая взгляда от пустоты, где стоял её воображаемый противник. — Ты — лишь тень прошлого. И да, я сделала это, потому что ты просил. Ты думаешь, мне это всё равно? Нет... Это сжирает меня изнутри каждую ночь, когда я смотрю на нашу фотографию.Рука её затряслись, слёзы хлынули рекой, но внутри разгорался огонь — она знала, что должна одолеть этот призрак.— Ты — всего лишь плод моего воображения, — прошептала она, решительно поднимаясь на ноги.Началась борьба: Бетти бросала заклинания с горечью и силой, которая исходит от самой боли, а тень отвечала, отражая каждый выстрел.
Взмах палочки, и она выкрикнула:— Авада Кедавра!-Яркий зелёный луч пронзил призрак, и он рухнул на землю, словно исчезая в воздухе, улыбаясь так же, как в последний раз, в момент их прощания.Бетти рухнула на колени, рыдая навзрыд, выплескивая боль, страх и облегчение.— Это... это уже слишком, — прошептала она, всхлипывая, — такие испытания — это уже перебор.-Взглянув в сторону, она заметила в конце тропы едва мерцающий свет. Сердце сжалось от надежды — туда нужно идти.Она поднялась и побежала, будто спасая жизнь — и действительно, там, в свете, лежали её друзья, прикованные к деревьям цепями, без сознания.— Блейз! — закричала Бетти, ринулась к нему, тряся друга за плечо.Все выглядели измождёнными и безжизненными, лица их были бледны и покрыты пылью.Вокруг стояли каменные статуи — молчаливые и холодные, словно стражи тьмы, охраняющие пленников.— Что с ними произошло? — спросила Бетти, голос её дрожал от ужаса и беспомощности.
Статуи молчали.Она ощутила, как страх и ответственность сдавливают грудь, но знала — времени жалеть нет, нужно действовать.
— Освободи — и они очнутся, — ответил один из каменных стражей холодным голосом, словно лишённым всякого сочувствия.
Я быстро распутала цепи с рук Блейза. Он глубоко вздохнул и медленно открыл глаза, моргая, словно пытаясь вернуться в реальность.
— Би! — выдохнул он, крепко обняв меня. — Ты молодец, у тебя получилось...
Я улыбнулась, но внутри всё ещё чувствовала напряжение. Освободив Блейза, я повернулась к Пенси и протянула руку, но вдруг передо мной, словно из воздуха, возникли два огромных топора, скрещённых в крест.
— Только один заложник, — прозвучал строгий голос статуи.
— Но она тоже моя подруга! — я попыталась возразить, отчаяние сжимало грудь.
— Один, — статуя твёрдо повторила, не меняя выражения лица.
Я взглянула на Пенси, потом на Блейза, который уже взял меня за руку.
— Пойдём, — прошептал он, и мы побежали обратно, не оглядываясь.
— Надеюсь, Тео справится, — произнесла она, и я почувствовала, как сердце сжалось от тревоги.
Мы выбежали из леса, и яркий солнечный свет ослепил нас, заставляя прищуриться. Толпа начала аплодировать, и я услышала громкий голос Дамблдора:
— Мисс Свон вышла первой!
Взгляд устремился в сторону трибун, и я поняла — испытание только начинается.
Между Тео и его матерью завязалась напряжённая дуэль. В воздухе висела тяжелая тишина, прерываемая только звуками столкновения заклинаний. Тео не хотел сражаться с ней — ведь это была его мать, его родной человек. Но выбора не было, и в глазах горел огонь решимости.
— Редукто! — рявкнул он, направляя палочку точно в силуэт, который вдруг принял более чёткие очертания.
Вспышка света осветила лес, и фигура женщины рассыпалась на тысячи мельчайших искр, словно песок, уносимый ветром. В груди Тео будто что-то лопнуло — он рухнул на колени, охваченный волной горя и облегчения одновременно. Слёзы невольно хлынули по его щекам, обжигая кожу.Он сжал кулаки, пытаясь сдержать рыдания, его дыхание было тяжёлым и прерывистым.В этот момент до его ушей донёсся спокойный и уверенный голос Дамблдора:
— Мисс Свон вышла первой!
Тео вздохнул с облегчением, его сердце наполнилось гордостью и любовью к Бетти. Она смогла. Она справилась.
— Моя девочка... — прошептал он себе, собираясь с силами. — Я должен пройти этот путь до конца. Я сам выбрал это.
Он поднялся на ноги, чувствуя, как мышцы напряжены, но внутренний голос подталкивал двигаться дальше.Добравшись до места, где были заключены заложники, Тео увидел Пэнси, скованную цепями. Не раздумывая, он быстро провёл нужное заклинание, и кандалы соскользнули с рук подруги.
— Боже, ты это сделал! —Пенст крепко обняла его, в голосе слышалась искренняя благодарность и облегчение. — А как Бетти?
— Она и Блейз уже вышли, — ответил Тео, отводя взгляд. В его глазах читалась усталость и тревога.
— Моя девочка... —Пенси улыбнулась, будто хотела сказать, что верит в неё всем сердцем.
— Пошли, — твердо сказал Тео, и они вместе направились к выходу из леса.
Когда они вышли на свет, трибуны взорвались аплодисментами. Все ученики и учителя смотрели на них с восхищением и облегчением.Бетти не смогла сдержаться — бросилась к Тео и Пенси , обняв сначала своего парня, а потом и подругу.
— Всё в порядке? — спросил Тео, внимательно глядя на неё.
— Было и хуже, — слабо улыбнулась Бетти, но в её глазах блестели остатки слёз и усталости.
Толпа встретила их восторженными возгласами, а Дамблдор снова обратился к публике:
— Мистер Нотт вышел вторым.
Тео почувствовал, как груз ответственности сдвигается с плеч — они все сделали большой шаг вперёд. Но впереди ещё оставался путь и испытания, которые ждут их в следующем туре.Рон сидел на влажной от росы траве, голова опустилась вниз, а слёзы катились по щекам, оставляя следы на грязном лице. Его сердце разрывалось от стыда и боли. Он знал — то, что произошло в лесу, навсегда оставит след в его душе. Он одолел свою самую страшную тайну — девушку, которую случайно убил.Каждое воспоминание жгло, словно огонь, вспыхивая внутри и отравляя мысли. Он боялся сделать шаг вперёд, боялся встретить её взгляд ещё раз, даже если это был всего лишь призрак из его прошлого.Вдруг до его ушей донёсся знакомый голос:
— Мисс Свон вышла первой.
Рон поднял голову, с трудом собрав волю в кулак. Через несколько минут он услышал ещё один голос:
— Мистер Нотт вышел вторым.
Сердце забилось быстрее. Это был знак, что испытания идут своим чередом, и ему пора двигаться дальше.
— Я должен идти, — прошептал он себе и с усилием поднялся с земли.
Каждый шаг давался тяжело, но Рон не мог подвести друзей и самого себя. Он направился к месту, где держали заложников.Перед ним была Гермиона — хрупкая, но живая. Он аккуратно снял с неё кандалы, и, не говоря ни слова, взял её под руку, выводя из леса.
Когда они вышли на свет, Бетти, увидев Рона и Гермиону, моментально бросилась к ним и крепко обняла.
— Всё в порядке, — тихо сказала она, чувствуя в сердце облегчение.
— Мистер Уизли вышел третьим, — объявил Дамблдор из-за трибун, и в голосе директора слышалась гордость за всех чемпионов.
Теперь оставался только один - Малфой.
— Что он там так долго? — с легкой тревогой спросила Бетти, нервно переступая с ноги на ногу. Её глаза постоянно метались в сторону густого леса, откуда должен был появиться Драко. Сердце сжалось в ожидании, а холодок страха пробежал по спине. Ей казалось, что время растянулось в бесконечность.
Вдруг из тени появился Драко. Его лицо было бледным, глаза — усталыми, но острыми, словно холодные изумруды. За ним шла Мелиса. Бетти бросилась к нему, сердце сжалось от облегчения и радости.
— Как вы? — с дрожью в голосе спросила она, касаясь Драко за плечо. — Всё в порядке?
— Конченое задание, — с раздражением и усталостью выдохнул Драко и, не останавливаясь, направился к трибунам, где тяжело опустился на место.
Тишина повисла на секунду, а затем Дамблдор поднялся и, взяв в руки свиток с результатами, произнёс голосом, который разнесся по всей арене:
— Мистер Малфой вышел последним. Поздравляю всех участников! Мисс Свон, которая вышла первой, получает 32 очка! — трибуны взорвались овациями и громкими криками поддержки. В глазах Бетти блестели слёзы радости, а рядом с ней громко аплодировали ее друзья переполненные гордостью.— За два испытания у Бетти уже 56 очков! — продолжил Дамблдор, и зал взорвался новым всплеском восторга.— Мистер Нотт получает 30 очков, на его счету — 51 очко! — радостные крики слизеринцев вновь наполнили пространство.— Мистер Уизли — 28 очков, всего 48 — весь Гриффиндор встретил это бурными овациями и поддержкой.Дамблдор глубоко вдохнул и чуть снизил голос:— И наконец, мистер Малфой — 25 очков, у него в копилке 43 очка.-Лица чемпионов отражали усталость, но и твёрдую решимость. Каждый понимал — это только половина пути. Впереди их ждёт финальное испытание, и оно станет настоящим испытанием их силы и духа.— Финальное испытание состоится после Рождества, — объявил Дамблдор с лёгкой улыбкой. — А сейчас — подготовьтесь к святочному балу, который пройдет через три дня. Отдохните, наберитесь сил и будьте готовы показать себя наилучшим образом.
Вокруг зазвучали разговоры, смех и тихие обсуждения. Бетти взглянула на своих друзей — в глазах у каждого читалось волнение, ожидание и надежда.Она вдохнула глубоко, чувствуя, как напряжение немного спадает. Это был важный момент — победа в испытаниях и радость от близких людей. Но впереди — еще многое.
Всех отпустили. Бетти, Пэнси, Блейз и Тео разошлись по своим комнатам. Она приняла горячий душ — струи обдавали тело, смывая усталость и тревоги. В душе, стоя под горячей водой, мысли вернулись к Дени. Воспоминания о нем — их общие моменты, смех, взгляд, тепло — прокручивались в голове, вызывая одновременно боль и нежность.Вытеревшись, Бетти надела простую одежду, взяла пачку сигарет и бутылку огневиски, затем направилась на крышу. Там уже сидели Рон и Драко — оба погружены в свои мысли, будто каждый пытался найти ответы на внутренние вопросы. Вскоре к ним присоединился Тео и тихо сел рядом с Бетти. Рон осторожно приблизился.
— Не верится, что мы пережили всё это... — пробормотал Рон, глядя в ночное небо.
— Я сама удивляюсь, — тихо ответила Бетти, делая глубокий вдох и прикуривая сигарету.
— Слушайте, меня это испытание просто мучает, — начал Рон, глаза его блестели от волнения. — Может, чтобы всем стало легче, стоит просто выговориться? Поделиться тем, что у каждого на душе.
— Давно пора было рассказать кому-то, — тихо сказала Бетти и перевела взгляд на Драко, который сидел немного в стороне, словно в нерешительности.
— Малфой, ты с нами? — спросил Тео мягко.
— Ну, если вы не против... — с легкой усмешкой ответил Драко и сделал шаг к компании.
— Иди к нам, — кивнул Тео.
— Ладно, — Бетти откинулась на спинку скамейки и посмотрела на всех. — Ну и что, кто начнёт?
Ветер тихо шуршал листьями, ночное небо было усыпано звездами, и в этот момент все чувствовали, что теперь можно открыть свои сердца, довериться друг другу и поделиться тем, что не давало покоя.
— Давайте я начну, — тихо сказал Рон, прижав руки к коленям, его голос дрожал от напряжения. — Когда мне было пятнадцать, дома у меня была постоянная буря. Родители постоянно спорили, давили на меня ожиданиями, сравнивали с моими братьями — всегда казалось, что я недостаточно хорош. Я чувствовал себя пленником в этом доме, будто на мне висит груз, который я не могу сбросить.В один из таких дней, когда все было особенно тяжело, я просто не выдержал и сбежал. Я вышел к речке, где обычно находил уединение. Чтобы хоть как-то выпустить пар, я начал повторять заклинания, одно за другим — сначала безобидные, просто чтобы почувствовать контроль над ситуацией.Но потом, когда гнев и боль переполнили меня, я произнёс что-то страшное — "Авада Кедавра". Я даже не осознал, что говорю это вслух. Луч зелёного света вырвался из палочки и попал в девушку, которая случайно оказалась рядом. Она была совсем молодой — лет шестнадцати, в голубом платье, её волосы чуть касались плеч. Она упала в воду рядом со мной.В тот момент я испытал настоящий ужас — я видел, как жизнь покидает её глаза, и чувство вины буквально парализовало меня. Вместо того чтобы помочь, я повернулся и побежал прочь, не в силах справиться с тем, что только что сделал.— Его глаза наполнились слезами, и он тяжело вздохнул.—Каждую ночь после этого я просыпался в холодном поту, слышал её голос в своей голове. Я пытался заглушить боль, но она не уходила. Я боялся признаться кому-либо — боялся, что меня осудят, или хуже — что я сам не смогу с этим справиться.— Рон опустил голову, сжав кулаки.—Но сегодня, глядя на вас, я понял — если я хочу справиться с этим испытанием, нужно перестать прятаться. Мне нужна ваша поддержка. Потому что я не могу нести это бремя в одиночку.
— О боже, — Бетти посмотрела на Рона с мягким сочувствием, её голос стал чуть тише, как будто боялась задеть боль, которую он нес в себе. — Это был несчастный случай… Ты не виноват в том, что случилось.
Рон тяжело вздохнул, опустил взгляд на землю.
— Я знаю, — тихо ответил он, — но эта боль… она не отпускает меня. Она словно тянет вниз, как будто я не могу с этим справиться.
Бетти осторожно протянула ему бутылку с огневиски.
— Вот, — сказала она нежно. — Может, хоть немного поможет.
Рон взял бутылку, сделал пару глотков, закрыв глаза. В этот момент казалось, что все напряжение немного спало, но в глубине его глаз всё ещё горел огонь внутренней борьбы.повисла густая, почти осязаемая тишина. Каждый вдох казался пронзительным, как будто стены хранили каждую боль и страх, спрятанные в сердцах.Тео медленно поднял голову, глаза блестели от непролитых слёз, но он стиснул зубы и заговорил, словно борясь с самим собой.
— В прошлом году… — голос дрожал, словно каждая буква стоила ему невероятных усилий, — мой отец начал много пить. Сначала это были просто выпивки, но потом он всё чаще срывался на маму. Он кричал, бил её… и я… я был беспомощен. Стоял в углу, смотрел, как рушится всё, что я любил, но не мог ничего сделать.-Его пальцы дрожали, как будто он снова чувствовал тяжесть кулаков и крики в ушах.— Однажды… — он тяжело вздохнул, — у него что-то сломалось окончательно. Он убил маму.-Его голос срывался, глаза наполнились горячими слезами, которые скатывались по щекам— Я… я стоял рядом. Просто стоял и смотрел, как всё исчезает. Не смог её защитить. Не смог остановить. Мои руки были связаны страхом и бессилием. Сегодня ночью… — он поднял голову, глаза были красными и усталыми, — сегодня ночью она пришла ко мне. Мама. Я видел её лицо, услышал голос…-Его губы дрожали.— Я так скучаю по ней… Я не знаю, как жить дальше без неё. Кажется, что часть меня умерла вместе с ней.
Никто не мог прервать эту скорбь словами — она была слишком настоящей, слишком тяжелой. Вместо этого каждый чувствовал это молчание, как поддержку и понимание, проникающее глубоко в сердце.Все молча смотрели на Тео. повисло тяжёлое, напряжённое молчание, в котором звучал лишь тихий, равномерный вдох его дрожащего дыхания.Бетти не могла просто сидеть и смотреть на страдания друга — она тихо подошла и обняла его за плечи, прижимая к себе.
— Мне очень жаль... — её голос дрожал, словно она сама ощущала всю глубину его боли.
Тео медленно взял у неё из рук бутылку и сделал несколько глотков. Жидкость жгла горло, словно помогая забыть на время эту боль.Он положил голову на её плечо, позволяя себе наконец расслабиться в её тепле и заботе. Его тело дрожало, сдерживая эмоции, а сердце билось тяжело, словно от утраты.Бетти крепче обняла его, будто хотела передать всю свою поддержку без слов. В этом моменте не было нужды в разговорах — была только искренняя, тихая близость двух людей, которые понимают друг друга без лишних слов.Весь мир вокруг казался отдалённым и неважным, важна была только эта маленькая, хрупкая искра надежды — надежда, что даже в самые мрачные минуты можно найти плечо, на которое можно опереться.
— Я не хочу вдаваться во все детали, — голос Драко дрожал, но он старался выглядеть уверенным. Он сел на край дивана, ладони сжались в кулаки, ногти вонзились в кожу. — Прошлый год стал для меня настоящим адом. Вместе с другом мы поймали одну девушку... Я даже не знаю, как это назвать, — он на миг оторвался, глядя в пустоту, — но мы мучили её. Я бил её. Потом дал ей наркотики, от которых она не оправилась. Она умерла.-Он резко вздохнул, лицо исказилось от боли и стыда, глаза потемнели.— Всё это время я жил с этим грузом на душе. Был под наркотиками, потому что не мог иначе вынести всё, что случилось. Но после этого я порвал с этим. Больше ни грамма, — слова давались тяжело, как будто он проглатывал камни.
В комнате повисла тяжелая тишина. Никто не решался перебить. Все понимали, что за этими словами скрывается глубокая рана — рана, которую не каждый осмелится показать.Бетти осторожно подошла к Драко, села рядом, положила руку ему на плечо.
— Это ужасно, — прошептала она, — но ты сделал правильный выбор, что ушёл от этого. Ты не должен носить этот груз в одиночку. Мы рядом.
Драко кивнул, чуть прикрыв глаза, пытаясь сдержать дрожь в голосе.
— Спасибо... — тихо сказал он, — спасибо, что выслушали.
— Гоил и Крэб… — голос Бетти с трудом срывался, она старалась удержать слёзы, — они... изнасиловали меня. Я была запугана, не знала, кому довериться. Когда Дафна сказала тебе, что застукала меня с ними... я думала, ты придёшь на помощь. Но ты не поверил. Мне было так одиноко и больно.
Драко опустил голову, глаза наполнились горечью и сожалением.
— Я не знал... Мне действительно очень жаль, Би. Я должен был быть рядом, защитить тебя, а не сомневаться. Это моя ошибка, и я очень стыжусь этого.
— Ладно, проехали... — голос Бетти дрогнул, она прикусила губу, стараясь не расплакаться. — У меня был друг детства — Дени. Он был для меня больше, чем просто друг, он был как брат, мой самый близкий человек. Наши семьи были очень дружны, мы выросли вместе, делили всё — от игр до секретов.-Она глубоко вздохнула, сжимая в руках бутылку, пальцы побелели от напряжения.— Когда ему исполнилось тринадцать, у него обнаружили страшную болезнь — неизлечимую. Его тело начало покрываться язвами и ожогами, кожа становилась словно обожжённой, и каждый день он страдал невыносимой болью. Я видела, как он мучился, как слёзы текли по его лицу, а он пытался держаться, чтобы не показать слабость.-Глаза Бетти наполнились слёз, но она продолжила:— В четырнадцать лет он уже почти не мог вставать с кровати, болезнь забирала его силы. В последний день его жизни я пришла к нему домой, к этой маленькой комнате, где он лежал, такой хрупкий и беззащитный.-Она сжала ладони, будто пытаясь удержать воспоминания.— Он посмотрел на меня с такой просьбой в глазах, которую я не могла не услышать. Он просил… просил меня избавить его от этой боли, от страданий. Просил убить его. Мне казалось, что я ломаюсь внутри, но я не могла заставить его страдать дальше.-Голос стал едва слышным, словно она боялась, что воспоминания разрушат её совсем:— Я подняла палочку, дрожа всем телом, слёзы горели в глазах, и я произнесла заклинание. В тот момент я потеряла часть себя. И вот уже четыре года этот поступок грызёт меня изнутри, будто чёрная тень, которая не отпускает.-Бетти посмотрела на друзей сквозь слёзы— Пэнси и Блейз знали его, были знакомы, они видели, как он мучается... но они думают, что он умер естественной смертью, потому что я не могла им рассказать правду. Они не знают, как это случилось на самом деле.
Она захныкала и прикрыла лицо руками. Тео тихо подошёл, обнял её за плечи, прижал к себе.
— Ты не одна, — прошептал он. — Мы с тобой, и ты справишься.
тишина. Слова каждого звучали словно отголоски боли и утраты, не давая вздохнуть.
Бетти сжала кулаки, пытаясь сдержать дрожь в голосе:
— Мы не можем позволить прошлому управлять нами. Завтра — новый день, и нам придется встретить его с гордо поднятой головой.
Тео подошел, крепко обнял её и шепнул:
— Никогда не отпущу тебя.
Но даже этот момент тепла не мог развеять тени, которые ложились на их сердца.