Демон

В последний час перед походом в Хогсмид всё самообладание Гермионы полетело к чертям. Она заламывала руки, нервно металась по комнате, крутилась перед зеркалом, как последняя помешанная на своей внешности «Бимбо», поправляя одежду, а когда осталось десять минут до момента встречи, сорвалась с места и бешеным темпом помчалась вниз, к выходу из школы, боясь того, что они уйдут без неё. Дыхание Гермионы сбилось, но она, к счастью, успела вовремя. Прямо перед выходом она резко остановилась и пригладила волосы, понадеявшись на то, что пуффендуйцы не поймут, что она сильно торопилась.

Как только Грейнджер вышла из здания, ей в лицо подул холодный ветер. Несмотря на то, что снега ещё не было, на улице уже было по-зимнему холодно. Девушка довольно быстро отыскала Милли и её друзей. Как только она подошла, другие посмотрели на неё недоумевающе, но Милли мигом развеяла обстановку, радостно воскликнув «Гермиона» и обняв её. Грейнджер застыла, но потом смущенно приобняла пуффендуйку в ответ. Остальные после этого расслабились, а некоторые даже улыбнулись Грейнджер. Милли представила Гермиону своим друзьям и все оказались хорошими ребятами, которые были довольно дружелюбны с Гермионой, а когда Грейнджер обмолвилась о том, что хотела бы посетить «Шапку-невидимку», Милли и ещё одна девочка-пуффендуйка, Мелани, предложили ей свою помощь. Смущаясь, но осознавая, что они наверняка намного больше понимают в моде, она согласилась. В такой весёлой и расслабленной обстановке компания побрела к Хогсмиду. К удивлению Гермионы, она довольно быстро стала «своей» и уже через пять минут она весело смеялась над шутками, которые время от времени выдавал лучший друг Милли, который, судя по взглядам девушки, очень нравился ей. Грейнджер мысленно улыбнулась и пожелала им счастья. Такой радостной она не чувствовала себя ещё никогда в жизни. Неужели так можно? Веселиться, смеяться, ни о чём не думать и на время забыть об учёбе и книгах? Видимо, можно, чему Гермиона была несказанно рада. Через некоторое время многие разошлись по разным местам — большинство отправились в «Сладкое королевство» за всевозможными сладостями, кому-то было нужно в «Магазин перьев Писарро» и в другие места, а Гермиона, Милли и Мелани отправились в магазин одежды. Так как многие запаслись платьями и парадными мантиями ещё в октябре, в том числе и Милли с Мелани, они пошли туда в одиночестве. Но скучно им вовсе не было. По пути девушки всячески пытались расколоть Гермиону и разузнать, ради кого она хочет прийти на бал, да ещё и нарядится. — А ты будешь покупать и платье, и мантию, или у тебя уже что-то есть? — с любопытством спросила Мелани, когда они уже подходили к магазину. Гермиона подумала о своём прекрасном платье и улыбнулась мечтательно, что не скрылось от пристального внимания девушек. — Платье у меня есть, — несмотря на свой счастливый тон, ответила Грейнджер кратко. Мелани задала вопрос с надеждой: — Ты же взяла его, да? — на что Гермиона утвердительно кивнула. Милли забеспокоилась и спросила: — А ты наложила заклинание, которое не даст ему помяться? Её опасения оказались отнюдь не напрасными. Гермиона покраснела и пролепетала: — Нет, я даже не подумала об этом… — она смутилась. «Глупая, глупая!» — мысленно обругала себя девушка. Но Милли лишь махнула рукой и с улыбкой сказала: — Ладно, не волнуйся ты так. Мы мигом разгладим их с помощью одного ну просто волшебного заклинания! — Гермиона с Мелани рассмеялись такой формулировке, а Милли вслед за ними. К тому моменту они как раз дошли до небольшого здания. «Шапка-невидимка» встретила их благоуханием лаванды и расслабляющей тишиной. Колокольчики, повешенные у двери, зазвенели и через несколько секунд к ним вышла слегка полноватая дама с добрым взглядом карих глаз. Она была одета настолько красиво и гармонично, что Гермиона невольно приоткрыла рот. Наверное, она никогда не будет смотреться также хорошо. Девочки, видимо, уже привыкли к этому, потому что просто улыбнулись и поздоровались. Женщина представилась и улыбнулась им в ответ, а Гермионе лишь сказала: — Ты ужасно красивая, а привлекательной тебя сделаем мы, — после этих слов Гермиона наконец очнулась и засмущалась. Она тоже поздоровалась и поблагодарила женщину, на что та лишь сверкнула глазами и увела девушку куда-то вглубь магазина, за ними пошли и девочки-пуффендуйки. Как оказалось, Гермиону привели в помещение с несколькими зеркалами, которые показывают девушку практически со всех ракурсов. Гриффиндорку поставили на небольшой подиум. — В чём цель визита? — мадам явно не увлекалась пустой болтовнёй. Гермиона пролепетала что-то про мантию, а Милли вызвалась расшифровать слова новой подруги. — Скоро бал, а у Гермионы есть платье, но нет мантии. Женщина в ответ понимающе кивнула и удалилась. Гермиона, воспользовавшись случаем, быстро наклонилась к Мелани и шепнула: — Как её зовут? Пуффендуйка ответила так же тихо: — Мадам Дюруа. Говорят, что она француженка, но я не уверена. Грейнджер была удовлетворена таким ответом и вновь встала ровно как раз к тому моменту, когда хозяйка магазина вернулась, левитируя за собой небольшой шкафчик с десятками, предположительно, мантий, самых разных оттенков. Грейнджер испугалась, увидев такое разнообразие. Она грешным делом даже подумала, что её заставят перемерить их все, но, слава всем богам, у мадам Дюруа и в мыслях такого не было, но Гермиона этого не знала, отчего и покачнулась от шока. Она было оглянулась и попыталась бежать, но её остановили слова женщины: — Показывай платье. Гермиона обречённо посмотрела на шкаф с сложенными мантиями и достала платье, а Мелани в мгновение ока вырвала его из рук девушки, разгладила и восхищенно вздохнула, да и не она одна. Милли выпучила глаза и приоткрыла рот, и даже мадам Дюруа слишком неестественно выдохнула. — Это просто… шикарно! — в конце концов завизжала Милли. Гермиона вновь раскраснелась, хотя этот цвет уже долгое время не сходил с её лица. Реакция остальных была более спокойной. Мелани покачала головой и сказала, что на балу у неё не будет отбоя от парней, во что Гермиона поверила очень слабо, а мадам чуть улыбнулась и похвалила девушку за хороший вкус. Гермиона поспешила разуверить мадам Дюруа: — Это мама выбирала. Но женщина и бровью не повела. — Тогда передай это своей маме и попроси её почаще подбирать тебе одежду — у неё исключительное чувство стиля, — на что Гермиона смущенно кивнула и прошептала, что передаст. Мадам оказалось достаточно такого ответа и она приказала: — Переодевайся. Гермиона переспросила в недоумении: — Здесь? Женщина приподняла идеальную бровь и ответила вопросом на вопрос: — Почему бы и нет? Ты что, видишь здесь мужчин? Гермиона отрицательно покачала головой и постаралась сделать всё как можно быстрее. Милли и Мелани предпочли тактично отвернуться и начать рассматривать цвета мантий, а мадам Дюруа была совершенно другого мнения. — Тебе нечего стесняться. К тому же, я практически уверена, что другого нижнего белья у тебя нет, а идти в таком будет практически оскорблением для твоей мамы и такого роскошного платья, поэтому и эту часть гардероба мы тебе подберём. Гермиона была шокирована, — она определённо не планировала то, что кто-то увидит её без платья. Очевидно, что у неё не было ни с кем подобных отношений. А женщина словно умела читать мысли. — Запомни, дорогая — наряжаться надо в первую очередь для себя, а не для кого-то там. Гермиона, осознав логичность данного факта, кивнула и натянула вторую лямку платья, стараясь больше не краснеть. Поняв, что платье уже на ней, пуффендуйки практически синхронно обернулись и также синхронно обомлели. Посмотрев в зеркало, Грейнджер поняла, почему. Это платье сидело на её фигуре прекрасно, — миссис Грейнджер угадала с размером. Но в яблочко она попала не только в случае с ним, — она угадала и с цветом, и с формой, и… В общем, миссис Грейнджер купила для дочери идеальное платье. И даже несмотря на то, что оно было слишком открытым для неё, Гермиона выглядела в нём, как Мисс Совершенство. Девочки были полностью с ней согласны, а вот мадам Дюруа явно считала, что здесь чего-то не хватает и начала перебирать мантии, раздумывая над цветом и другими параметрами. В конце концов женщина протянула Гермионе прелестную мантию золотистого цвета, которая очень подходила к её волосам. Стоило ей натянуть мантию, как женщина сказала утвердительно, используя тон, который ясно подсказывал — возражений она принимать не будет:

— Превосходно, — а девочки были с ней полностью согласны. Процесс подбора нижнего белья прошёл гораздо лучше, чем Гермиона бы предположить — мадам Дюруа сжалилась над ней и, подробно расспросив девушку про её параметры, дала ей нижнее бельё в тон мантии. Гермиона категорично отказалась его мерить, на что женщина лишь пожала плечами, будто говоря: «Дело твоё». Тем не менее, девушка сердечно поблагодарила мадам за помощь, на что та благосклонно кивнула и отправила подружек восвояси. — Вот видишь, — сказала ей Милли по пути к «Трём метлам», — она немного строгая, но очень хорошая и разбирается в этом. Мелани кивнула, соглашаясь со словами подруги. — Да, но, признаться, мне всё равно было немного… неудобно, — ответила Гермиона, запнувшись. Девочки дружно усмехнулись, но по-доброму. — Это было заметно, — пихнула её в плечо Милли, улыбаясь. Они уже дошли до кафе-бара. В то же время к зданию как раз подходили две другие девочки из их компании. Одна из них быстро заметила Гермиону с Милли и Мелани и спросила с интересом: — Ну, как сходили? Милли подмигнула Гермионе и ответила лукаво: — Отлично! Теперь Гермиона будет главной звездой бала. Гермионе надоело краснеть. Переговариваясь между собой, девочки вошли и расселись. Скоро должны были прибыть остальные, они договорились встретиться здесь. Никогда ещё сливочное пиво не было для Гермионы таким вкусным. За столом царила мягкая, ненавязчивая атмосфера, а когда мальчики вернулись с несколькими бутылками огневиски, стало ещё веселее. Как ни странно, даже Гермиону удалось заставить выпить. Но никто не учёл того, что она ранее никогда не пила ничего крепче бокала шампанского в прошлое Рождество с родителями, так что после вторых ста грамм девушка уже была… сильно пьяна. Она не шаталась и не падала, когда шла обратно в замок, но в её голове полностью отсутствовали мысли, что было поразительной редкостью в случае с Гермионой Грейнджер. Ей было не хорошо и не плохо, ей было, одним словом, никак. Убедившись в том, что Гермиона в состоянии самостоятельно дойти до своей башни, Милли и Мелани отпустили девушку с миром, наказав никуда не сворачивать по пути. Гермиона так и сделала. Точнее, попыталась, но ей, по обыкновению, помешали. Это профессор ЗОТИ невольно преградил ей путь, вылетев из-за поворота. И если он был удивлён, то девушке сейчас была глубоко безразлична вся мирская суета. Она спокойно обошла мужчину и пошла дальше. Профессор ещё несколько секунд смотрел ей вслед, прежде чем пойти дальше по делам. «Даже не поздоровалась,» — недоуменно подумал он, но вскоре нашёл объяснение. «Заболела, наверное,» — и со спокойной душой пошёл дальше. Далее путь протекал размеренно и, когда Гермиона вошла в гостиную факультета, там сидели несколько человек, которые даже голову не повернули в её сторону. У некоторых было похожее состояние, — они бессмысленно смотрели в пустоту. Гермиона, ответив всем тем же, поднялась в свою комнату и, кое-как добравшись до кровати, рухнула на неё, даже не раздеваясь. Определённо, девочек, которые придут позже, ждёт увлекательное зрелище — дрыхнущая без задних ног, в стельку пьяная от двухсот грамм огневиски Гермиона Грейнджер. Просыпаться было неприятно, даже больно. Голова раскалывалась, пить хотелось ужасно, в общем — все признаки похмелья налицо. Как только девушка более менее пришла в себя, нашла силы подняться, щелкнуть пальцами и попросить у эльфа стакан воды, она практически сжалась в комок от стыда. Как она могла вчера так набраться? Мерлин, позор на её гриффиндорскую голову! Девушка с головой накрылась одеялом, пытаясь спрятаться от совести, которая давила на неё с нечеловеческой силой. Гермиону спас появившийся внезапно эльф, который осторожно подергал одеяло и спросил: — Всё в порядке, юная мисс? Грейнджер вылезла и с благодарностью приняла стакан, осушив его за несколько секунд. — Да, всё в порядке. Можешь идти. Эльф поклонился и исчез, а Гермиона вновь откинулась на подушку и закрыла глаза. Через пару мгновений дверь открылась и в комнату вошли её соседки. Они посмотрели на Гермиону так, словно у неё выросло ещё пять голов, но смолчали и, быстро схватив свои сумочки, вышли из комнаты также быстро, как и зашли. Видимо, то зрелище их всё же впечатлило. «Надеюсь, они никому не расскажут,» — поёжившись, подумала Гермиона. «Хотя, они всё равно ничем не смогут подкрепить свои слова,» — успокоила она себя. Отогнав дурные мысли, девушка засобиралась в Большой зал. Судя по времени, она ещё успевала на обед. Надо же было продрыхнуть весь день! Как же хорошо, что сегодня воскресенье. «Но уроки всё равно не терпят к себе пренебрежения. Решено — после обеда сразу в библиотеку,» — решительно подумала Гермиона и поплелась в Большой Зал. На пути ей никто не попался — похоже, не только она и её компания вернулись вчера подвыпившими. Теория оказалась верной, — в Большом Зале находилась от силы половина учеников Хогвартса, и основную массу составляли учащиеся первых, вторых и третьих курсов. Свободного места было предостаточно и Гермиона плюхнулась на первое же, ближе к выходу. Оглянувшись, она увидела, как за столом Пуффендуя ей помахали Милли, Мелани и ещё пара девочек, на что она улыбнулась и скромно помахала им в ответ. «Кажется, у меня появились друзья,» — сказала самой себе девушка и что-то в ней радостно всполошилось. Оказывается, это было на редкость приятно — быть кому-то нужной. Погрузившись в свои мысли, Гермиона чуть не подавилась, когда почувствовала на своём плече тяжёлую руку. Панически быстро обернувшись, Грейнджер увидела её вчерашнего знакомого, ещё одного пуффендуйца из компании Милли. Когда он понял, что напугал девушку, он примирительного сделал жест «сдаюсь» и сказал: — Спокойно, это всего лишь я. Гермионе не составило труда вспомнить его имя — это был Энди Уэст, один из тех, кто принес огневиски в Хогсмид. Несмотря на нервозность, девушка дружелюбно улыбнулась ему. Тишина затянулась. Парень кашлянул и наконец выдавил из себя, опустив глаза в пол: — Может быть, как-нибудь встретимся? Кажется, мы вчера отлично повеселились. Девушка невольно покраснела и ответила совсем не так, как планировала изначально: — Всей компанией? Лицо Энди чуть порозовело. — Ну… нет. Ей показалось, или мальчик в первый раз в жизни пригласил её на свидание? Вообще, Гермиона плохо представляла себе, как это происходит, но она думала, что первое свидание у неё будет с Роном. Переведя взгляд на Уизли, девушка с болью в области сердца заметила, что он обнимает Лаванду Браун и целует её, никого не стесняясь. В ту же секунду от её нерешительности не осталось и следа. Гриффиндорка она или нет, в конце-то концов! Гермиона вновь улыбнулась парню и ответила: — Я согласна. Энди просиял и спросил уже гораздо решительнее, чем прежде: — Тогда погуляем в среду, после травологии? Кажется, она у нас совмещённая. Гермиона и здесь согласилась. — Увидимся, — сказал ей на прощание Уэст и ушёл. Девушка выдохнула и снова улыбнулась, только на этот раз самой себе. «Будь что будет,» — решила Гермиона и продолжила есть. Вот только она даже не думала о том, что Том Риддл пристально наблюдал за ней всё это время и был… крайне недоволен происходящим.