Изгой

Как же давно он не чувствовал себя таким свободным и живым. Рядом летел его сын, и Драко смотрел на него, как на своё счастливое отражение. Эмоции переполняли их. И даже присутствие запредельного количества Уизли-Поттеров поблизости не могло омрачить момент. Драко сам не помнил, как согласился на эту авантюру, но он однозначно сделал это ради Скорпиуса. И видя его радостную улыбку, поступил бы так снова, если бы пришлось. Эта мысль поразила его. Странно, что в данной ситуации о собственном комфорте он думал меньше всего.

А у Поттера были неплохие мальчишки. По крайней мере, летали оба отлично. Ну, против близнеца Уизли он играл ещё в школе и прекрасно помнил, как тот обращался с метлой, ему всегда было лишь бы битой помахать. Кого действительно стоило опасаться, так это его младшей сестры. Кстати, легка на помине, Драко смотрел на её стремительно приближающийся силуэт. И как это она сразу не влезла в игру, по её нервным движениям на пляже сразу было очевидно, что она еле сдерживается.

Скорпиус крикнул, что ему нужно передохнуть и быстро направился к берегу. И Драко хотел полететь вместе с ним, но неожиданно метла перестала слушаться его. Такое бывало с новыми мётлами, а у него не было времени проводить полноценную оценку этим утром. Но он никак не ожидал, что мётлы такого качества будут вести себя, как несчастные «Чистомёты». Он связался с хозяином магазина и, ни свет, ни заря, примчался за заказом. Драко был так взбудоражен и так спешил, что поверил мастеру на слово, не проведя ни единой проверки. Болван, и когда он стал таким доверчивым тюфяком?

Метла слушалась его через раз, забирая то вправо, то влево. Джордж Уизли уже в открытую глумился над ним, Альбус смотрел в недоумении, а на лице миссис Поттер расцвело злорадное удовлетворение. Драко пытался справиться с управлением, но с каждой секундой чувствовал, как тает его уверенность в себе. А попросить о помощи он никак не мог. Только не этих людей. В какой-то момент его жалких попыток удержаться на древке, метла окончательно взбесилась и, забрав резко вверх, устремилась к берегу.

Горло сдавило спазмом, он не смог даже вскрикнуть, когда земля оказалась у него прямо перед лицом. Удар был сокрушительный, несмотря на то, что он упал на песок. Дыхание выбило из груди, рука, которую он выставил вперёд при падении, жутко хрустнула. Перед глазами мелькали красные и чёрные точки, он никак не мог нормально вдохнуть, шлёпая губами по влажному песку и ощущая своё тело невероятно тяжёлым. Проклятье. Со всех сторон послышались крики.

- Малфой!

- Что с ним?

Тёплые пальцы коснулись его лица, убирая с глаз налипшие пряди волос.

- Малфой, ты слышишь меня? – конечно это была Грейнджер. У кого ещё мог быть такой дрожащий голос и такие большущие глаза?

- Всё нормально, - как можно спокойнее ответил он и, когда мир прекратил вращаться, опёрся на неповреждённую руку и тяжело приподнялся.

Она с шумом вдохнула, когда увидела его сломанную руку. В том, что она была сломана, он ни на миг не сомневался.

- Отец, тебе нужно срочно к врачу! - очутившийся рядом Скорпиус придержал его за плечи.

- Давайте, быстро его в дом! – скомандовал спешившийся на песке Джордж. – У старины Билла всегда в запасе есть Костерост.

Драко хотел было возразить, но, встретившись взглядом с Грейнджер, таким обеспокоенным и полным сострадания, неожиданно передумал. Если она будет там рядом с ним, то почему бы и нет. В конце концов, его ведут в дом тех Уизли, которых он особо не знал, а значит, ни у кого из них нет старых обид или претензий.

*

- Этот молодой человек – Малфой? – вполголоса поинтересовалась Флёр у Мари-Виктуар.

Она передала малышке Лили горстку фарфоровых блюдец. Племянница помогала им накрывать на стол.

- Да, maman*, его зовут Скорпиус, - Мари-Виктуар мельком взглянула на юношу, которого с таким интересом разглядывала мама.

Они заваривали чай на небольшой кухне в то время, как в гостиной над Малфоем колдовал срочно вызванный из Тинворта целитель. Костероста Гермионе показалось мало, и она настояла на обязательном осмотре. А Малфой, в общем-то и не возражал, с удобством устроившись на диване с зафиксированной у груди рукой. Гермиона сидела в соседнем кресле, а Скорпиус стоял, прислонившись к косяку двери. Будто стеснялся подойти ближе. Или боялся помешать.

- Всё же удивительно, как у monsieur** Малфоя вдруг появился наследник. И такой взрослый, - прокомментировала Флёр. Она посмотрела в окно, на одеяле с книгой устроилась Джинни, мальчики бегали с Джорджем у воды. И Тедди, в том числе. Женщина перевела взгляд на дочку. – Ты с ним подружилась?

- Мы только познакомились, он даже ни слова мне не сказал, - пожала плечами Мари-Виктуар. – Похоже, я ему не понравилась.

- Absurde***, - мягко возразила Флёр. – Пригласи его выпить чаю, я не могу смотреть, как он топчется на пороге.

Когда Гермиона рассказывала о нём им с Биллом и Тедди, она не придала этой истории особого значения. Теперь же, видя Скорпиуса перед собой воочию, её мнение кардинально изменилось. Высокий, с незаурядной внешностью, прямо под стать её дочери, с блестящими манерами, учтивый. Из богатой семьи. И, самое главное, абсолютно бессилен перед очарованием Мари-Виктуар, Флёр видела его насквозь. Она быстро составила о Скорпиусе определённое мнение. Возможно, стоило ещё отложить замужество дочери.

*

- Как там Малфой? – будто невзначай спросила Джинни, когда они прогуливались вечером по пляжу.

- Сотрясение, трещина в ребре и перелом правой руки. Ему нужен постоянный покой. Так что «превосходно»! – сердито воскликнула Гермиона.

- Оу, ну ясно, - Джинни с усилием подавила смешок.

Гермиона остановилась и уставилась на неё. Она думала, ей показалось, но нет.

- Зачем ты это сделала?

- Что? О чём ты? – невинно уточнила Джинни.

- Джинни, перестань, ты бы видела своё лицо! Всё это время! – Гермиона раскраснелась и, кажется, была готова расплакаться.

- Ты что, злишься на меня? Серьёзно? – не поверила ушам Джинни. – Из-за Малфоя и одного жалкого «Конфундуса»?

- Это было жестоко! Ты моя подруга, и я тебя люблю, но это уже чересчур..

- Гермиона! – перебила её Джинни, яростно сверкая глазами. – Тебе напомнить, как он с тобой поступил? И как ты после этого себя чувствовала? Да его надо было проучить! И я удивлена, что ты сама этого не сделала. Где та Гермиона Грейнджер, которую я знала? – Джинни понимала, что в итоге высказывает всё накопившееся, и это было эгоистично, но уже не могла остановиться. Просто невероятно, что в этой ситуации Гермиона встала на его сторону! – У которой была гордость и чёткое осознание истинных ценностей? Которая отличала скверное от искреннего?

- Что? – Гермиона опешила от такого напора, она и не подозревала, сколько всего накипело на душе у подруги. Некоторые её слова попали точно в цель, вызывая тупую боль где-то внутри, но Гермиона не могла так запросто с ними смириться. – Я отличаю скверное от искреннего! Но всё очень сильно изменилось, Джинни. И, в первую очередь, он.

- Очнись, Гермиона, это Малфой! – крикнула Джинни, взмахнув рукой. – Он использует тебя и выбросит, когда надоешь, он всегда был таким.

- Прошло столько лет, Джинни! Тебе ли не знать? – не выдержала Гермиона, тоже повышая голос. – Вы все очень повзрослели, а ты до сих пор мыслишь шаблонами! Пора их уже отбросить. Люди способны измениться, я вижу это!

- Мерлин, я поверить не могу, что ты готова променять тех, кому по-настоящему дорога, на него, - Джинни неверяще взирала на неё.

- О чём ты говоришь?!

- Неужели ты не видишь, как на тебя смотрит Джордж? – её понесло, и брат вряд ли скажет ей за это спасибо, но слова уже сорвались с языка. – Чёрт побери! Да если бы я знала тогда, что так будет, я бы никуда не отпустила тебя, - она резко сбавила тон. – растоптала бы проклятый Маховик, и дело с концом.

Гермиона молчала, физически ощущая гнев и досаду лучшей подруги. Слёзы выступили у неё на глазах. Конечно, она видела, с какой теплотой Джордж относился к ней, но разве она виновата в том, что он её не привлекал? Даже думать об этом было неловко, ведь она несколько лет назад встречалась с его братом. Ох, нет, конечно, гораздо больше. Гермиона совсем запуталась.

- Слушай, - заметив слёзы в глазах девушки, Джинни немного смягчилась. – Я просто беспокоюсь за тебя. И не хочу, чтобы тебе было больно.

Гермиона печально посмотрела на неё.

- Пожалуйста, больше не говори так. Я всё та же, у меня те же ценности. И я никогда не променяю близких на что-то иное, - она тяжело перевела дыхание, стараясь успокоиться. – Но это моя жизнь, и я намерена прожить её так, как посчитаю нужным. Я и так потеряла слишком много времени.

Она замолчала, и Джинни не стала отвечать. Все слова были сказаны.

- Я очень доверяю тебе, Джинни. Ты моя лучшая подруга, и я всегда буду искать у тебя совета или утешения. Но это не значит, что ты должна решать мои проблемы за меня. Порой мне хочется, чтобы ты просто меня выслушала.

Джинни и так это знала. Но на эмоциях поступила не лучше тех же Гарри или Рона в пубертате. Хотя. Она не представляла, как бы они оба отреагировали теперь. И она надеялась, что и не придётся узнать.

- Что же касается Джорджа, - скованно проговорила Гермиона, и Джинни вскинула на неё взгляд. – Он очень дорог мне, и я люблю его. Но это совсем не то чувство, Джинни.

- А ты знаешь, какое оно? – вопрос вырвался против воли, и Джинни едва не прикусила язык.

- Похоже, что да.

Гермиона с горечью отвернулась к воде. Она вновь слышала плеск воды и ощущала тёплый бриз на коже, словно все рецепторы в её теле, до этого сосредоточенные исключительно на их ссоре, неожиданно пробудились. Гермиона смотрела на темнеющий горизонт и пыталась осознать, что она только что сказала. Признать это. Милостивый Мерлин.

- Прости, - Джинни подошла к ней очень близко, но она всё равно с трудом уловила её шепот.

Гермиона выглядела такой расстроенной, что Джинни просто не могла это проигнорировать. Она положила ладонь на спину подруги, и когда та со всхлипом подалась навстречу, стиснула её в объятиях. Для этого и нужны друзья. Чтобы в нужный момент подставить своё плечо.

*

- Оставьте, пожалуйста, рекомендации. Думаю, мы сами отлично справимся, - Малфой лежал уже у себя в домике и чувствовал себя вполне сносно. Он не собирался ехать в Мунго из-за несчастного перелома. – И не забудьте, о чём я говорил.

- Разумеется, мистер Малфой, - целитель за столом дописывал последние строки на пергаменте.

У богатых свои причуды. По просьбе лорда он оставил особое предписание в конце документа. Оно обязывало пациента в течение последующих трёх дней оставаться в постели, а его сиделку круглосуточно оберегать его покой. И он собирался извлечь из этого времени всю возможную выгоду.

Примечание автора:

*maman – (с французского) мама.

**monsieur – (с французского) мистер.

***Absurde – (сфранцузского) абсурд, нелепость.