XVI
Гарри лежал на руках у Хагрида. Все защитники Хогвартса слушали речь Волан-де-морта, но никто её не слышал. Всем плевать на этого безносого ублюдка. Гарри лежал мертвый на руках у Хагрида, так кому есть дело до остального. Всё кончено?
Сириус сидел неподвижно, вжавшись в стену. Тело покрылось мурашками от холода. Пол был ледяным. Понемногу приходя в себя, Блэк повернулся в сторону Гермионы, которая так и лежала на неподвижной груди Снейпа. Одна её рука, которая находилась у его шеи, полностью залилась кровью. Страшно было смотреть на Мышку в крови. Казалось, будто это её кровь, будто она умирает. Он не мог потерять Гермиону. Надо забирать её отсюда. Не смотря на то что Сириус сам не мог контролировать свои движения, он решил всё же вынести Грейнджер отсюда. Опираясь о стену, Сириус медленно поднялся с пола и на полусогнутых ногах, шатаясь, подошёл к её ногам.
- Гермиона. - Он наклонился и потрепал её за плечо. Она не пошевелилась. - Давай уйдём отсюда. Его надо переместить в Большой зал. - Сириус бросил беглый взгляд на Северуса. Было плевать на его труп. Наверное, Блэк был жесток и холоден к своим врагам даже в таких моментах.
Гермиона лежала, не подавая признаков жизни. Слова были бесполезны. Сириус упал возле неё на колени и лбом уткнулся в бок. Сейчас он наберётся сил, сейчас он нужен ей, а значит, слабость стоит оставить до лучших времен. Подняв голову, он зацепился взглядом за её безжизненные глаза.
- Так, всё! Нужно уходить, - рявкнул Сириус, резко поднимаясь с колен и подхватывая Гермиону на руки. Она не сопротивлялась. Её голова упала на его плечо. Блэк осторожно поднял свисающую руку и положил на живот. Слегка пошатываясь, он вынес Гермиону на улицу. По шуму во дворе замка, он понял, что движение возобновилось, пожиратели ещё не напали, но что-то предстоит.
Сириус вышел во двор Хогвартса, где собралась приличная толпа учеников, учителей и некоторых родителей. Все с ужасом уставились в одном направлении. Пока Блэк шёл до замка, Гермиона отходила от транса. Она уже слегка покачивала головой, чтобы понять, что происходит и где она находится. Во дворе школы, она попросила поставить её на ноги. Голос был слишком слаб, поэтому пришлось повторять просьбу два раза. Гермиона не хотела, чтобы её видели в таком состоянии. Это только её боль, которую она хотела скрыть ото всех за исключением Сириуса. Он уже давно перешёл границу дозволенного обычным друзьям.
Сириус протискивался вперёд толпы, чтобы узнать, что происходит. Гермиона жалась к нему, опираясь на его руку. Она испуганно озиралась - лица окружающих не обещали ничего хорошего.
- Гарри Поттер мёртв! Теперь вы будете подчиняться мне! - Волан-де-морт взмахнул руками в победоносном жесте, будто весь мир уже у его ног, хотя он ещё даже не подчинил себе Хогвартс.
Гермиона с силой сжала руку Сириуса. Они вышли в первые ряды. Теперь им хорошо было видно, как всхлипывающий от невыносимой боли Хагрид держит Гарри на руках. Великан прижимал к себе мальчика, будто хотел передать ему свою жизнь. Блэк почувствовал хватку Гермионы. Он воспринял её, как поддержку. Сейчас, казалось, он упадёт в обморок. Сложно было понять, что происходит в душе. Когда человек катится с горы, не важно сколько на его пути встретится глыб, он перестаёт их считать, когда первые три ломают ему ребра, а последующие просто добивают. Какая, к черту, уже разница? Сириус смотрит на мёртвого крестника и не понимает, что следует делать. Если сейчас все разом упадут замертво, то ничего не изменится. Блэк смотрит перед собой, вслушиваясь в чей-то громкий звонкий голос. Кажется, голос исходит из их толпы. Гермиона ближе прижалась к Сириусу, в страхе метая взгляд от одного человека к другому. Никто ничего не предпринимал. Все застыли, как изваяния. Стало морозно. Сириус положил руку на плечо Грейнджер, прижав её к себе. Их осталось двое, никто больше не существовал. Только они могли понять друг друга, понять боль, которая не выветрится даже в ближайшие года. Будут ли они бороться? Наверное, следовало бы. Только зачем?
Раздался вскрик. Гермиона с Сириусом одновременно повернули головы. Они увидели, как Невилл вытащил меч из шляпы, взгляды волшебников переместились на Хагрида. Гарри спрыгнул с его рук, будто никогда не был мёртвым. Крик радости и смех пробежал по кругу. Все вновь с энтузиазмом подняли палочки, готовясь к новому сражению. Сириус не дернулся. Он стоял и словно ждал толчка, возможно, было желание, что его тоже кто-то возьмёт за руку и уведет от этих страхов, как он вывел Гермиону из Визжащей хижины. Кто-то, пробегая мимо, толкнул Блэка в бок. Вот нужный пинок! Сириус повернулся к Гермионе, которая стояла, вглядываясь в его лицо. Она ждала, что он скажет, искала спасения, хотела услышать приказ.
- Давай. Сейчас. Ради живых и мёртвых. - Сириус отстранил Грейнджер от себя, чтобы было легче защищаться, взял её руку и дёрнул в самое пекло.
Они бок о бок разбивали остатки пожирателей. Гарри бился один на один с Волан-де-мортом. Поттер кричал что-то, разбивая иллюзии главы пожирателей в пух и прах. До слуха Гермионы дошло имя Снейпа. Она обернулась посмотреть на Гарри и чуть не пропустила заклинание, летевшее ей прямо в грудь, однако она быстро сориентировалась. «Ради живых и мертвых». Голос Сириуса звучал у неё в голове. Она сражались ради всей семьи Уизли, которая принимала её, как дочку, она сражались ради Северуса, который не хотел бы сейчас встретиться с ней на том свете - она была в этом уверена.
Битва неожиданно остановилась, когда двор озарился ярким светом. Луч из палочки Гарри соединился с лучом Волан-де-морта. Все как заворожённые смотрели на них. Гарри вцепился в палочку, с усердием увеличивая масштаб своего заклинания. Как бы Волан-де-морт ни старался, его луч уменьшался в размерах. Дойдя до его палочки, красный свет проглотил зелёный и вонзился в древко, пройдя по сердцевине, переходя к самому хозяину. Глаза Волан-де-морта округлились, он с ужасом взглянул на свою палочку, которая больше не хотела слушаться хозяина. Она резко вырвалась из его рук и полетела к победителю - Гарри Поттеру. Тело Тёмного Лорда покосилось, и он упал на землю. Зрители этой дуэли продолжали пялиться на неподвижное тело, но Волан-де-морт так и не поднялся. По двору раздавались хлопки. Пожиратели с позором сбегали с поля битвы. Волан-де-морт проиграл, а Гарри стоял, не понимая, что сейчас произошло. Он не верил, что сделал это. Вокруг уже раздавались крики родных людей, но только три человека так и не могли пошевелиться.
- Гарри! - К Поттеру подбежала девушка, хватая его за плечи и прижимая к себе с такой силой, что он чуть не упал.
- Гермиона? - Он мягко улыбнулся, ещё не осознавая масштабов победы, однако облегчение уже приходило к нему. Он обернулся и обнял подругу, утыкаясь носом в её плечо. Они не виделись год. Целый год, когда он бегал по лесам, прячась от пожирателей. Гермиона сильнее прижимала почти брата к себе, желая отдать ему все свои силы, которые накопились, пока она мирно сидела на Гриммо. Всё прошло. Прошло с грохотом, болью, оставляя огромные следы.
- Мы победили, - прошептал Гарри и улыбнулся. Он поднял голову, отстраняя Гермиону. Та обернулась и отошла в сторону, давая крестному обнять крестника. Сириус был искренне рад, что Гарри выжил, он был счастлив. Сейчас, рядом с живым Гарри, горе отошло на второй план. Выжил близкий человек, воскрес. Он дышит ему в грудь, а Блэк улыбается, как дурак. На самом деле, не он один. Уизли обнимали друг друга поочереди. Их глаза были мокрые от слез. Кажется, никто больше не погиб. Теперь можно праздновать победу, но что-то мешает искренне радоваться - Большой зал, забитый телами погибших.
- Гермиона. - Джинни положила руку на плечо подруги, тем самым напугав её. Грейнджер повернулась к ней и прижал к себе. Рыжие волосы щекотали щеку, но это осталось незамеченным. - Ты как? - Уизли прошептала свой вопрос ей в ухо, не осмеливаясь произнести его даже на тон громче. Гермиона отстранилась, опуская взгляд в землю. Она думала, что окажется там одной из первых, но теперь ей предстоит положить туда своего любимого человека. Сириус, покусывая губы, смотрел на Гермиону с сожалением. Он не знал, как помочь ей, да и примет ли она его помощь. Он поджал губы и стиснул зубы. Гермиона молчала, ей нечего было сказать. Слова застряли в горле, не желая выходить.
- Пойдём. - Гарри подошёл к Джинни, беря её под локоть и уводя от Гермионы. Сейчас с ней Сириус, никто больше и не нужен. Они стояли в молчании, не осмеливаясь сказать и слова. Гермиона смотрела на удаляющихся друзей, а Сириус - на её каштановые волосы, закрывающие плечи.
- Римуса и Доры не было, - констатировал факт Грейнджер. Блэк не нашёл, что ответить, поэтому просто опустил голову, будто кивая. Конечно, Гермиона это не видела, но она чувствовала, и понять всё было не так сложно.
- Ты рад, что его больше нет?
- Что? - Сириус вскинул голову. Он непонимающе уставился на спину Гермионы.
- Ты же хотел этого. - Она наконец повернулась. Её взгляд встретился со взглядом серых глаз, которые испуганно распахнулись.
- Нет... - Сириус замотал головой. - Я не хотел. Я желал и всегда буду желать тебе только счастья. Я смирился с твоим выбором. И я люблю тебя, мне больно, когда больно тебе. - От слов спирало дыхание, поэтому грудь Блэка периодически вздрагивая, захватывая побольше воздуха, будто он тонул.
- Ладно. - Она равнодушно кивнула, будто спросив, будет ли он обедать. - Я соберу вещи и уеду домой. Верни моих родителей. - Гермиона развернулась и пошла к замку, где были тела её друзей, где живые прощались с мёртвыми. «Надо сказать, чтобы принесли Северуса».
- Я не могу, - донеслось до её слуха. Она остановилась, сдвинула брови и повернулась. Сириус устало смотрел на неё. В его глазах застыла жалость, с которой он рассматривал Гермиону. - Я не могу вернуть твоих родителей, я не знаю, где они.
Приговор был вынесен, обжалованию не подлежит. Гермиона приподняла одну бровь, как делал это Северус, когда слышал, как ученик несёт полную чушь и нерасбериху.
- Это как? - Она стояла на месте, но Сириус сделал шаг назад.
- Мы спрятали их, хранителем тайны сделали Римуса.
- Но со смертью человека, который хранит тайну, магия исчезает. - Гермиона посмотрела на Блэка, как на дурочка.
- Да, правильно. Только мы не использовали эту магию. Мы просто спрятали их, а место знал лишь Римус. Всем стёрли память. - Он пожал плечами, показывая, что сделать с этим ничего не может.
- Ладно. - Гермиона вновь повернулась и уже быстрым шагом ушла, не останавливаясь на жалкие попытки Сириуса окликнуть её. Он понимал, что Грейнджер ещё не осознала, что происходит, но вскоре эта информация дойдёт до её сердца, а значит, кто-то должен быть рядом. И Блэк пообещал быть этим «кем-то».
Тело Северуса было перенесено в Большой зал сразу же, как Гермиона упомянула о нем. Присутствующие разбрелись по углам. Было тяжело сидеть у тел, хотелось поговорить с живыми. Только Гермиона не хотела отходить от тела Снейпа. Она сидела рядом. Наверное, она чувствовала присутствие его души. Взгляд был направлен куда-то в сторону. Рядом сел Гарри с Джинни. Они хотели поддержать подругу.
- Прости меня, Гермиона, подал голос Поттер. Он приобнял подругу и легко похлопал её по плечу. - Я теперь знаю, что мистер Снейп не был на стороне Волан-де-морта. Он работал на Дамблдора. Знаешь, как в некоторых детективах - под прикрытием. Он мне передал свои воспоминания, я тебе их покажу позже. - Гермиона улыбнулась уголками губ. Внутри разлилась теплота. Её не обвинят в отношениях с Северусом, не будут припоминать это в каждой ссоре. Он был хорошим, это знал Гарри.
Неожиданно из дальнего угла раздались странные звуки. Кто-то обернулся, чтобы посмотреть, что стало причиной столь резкой возни.
- Ведь ты бы мог... - Кингсли подскочил на ноги, пытаясь остановить ни с чего взбешенного Блэка. Тот собирался бежать со всех ног во двор, но его остановили, взяв за рукав.
- А ты бы мог заткнуться, но что-то плохо получается! - Крикнул Сириус привлекая внимание уже всех людей в зале. Он вырвал свой рукав из хватки Кингсли и стремглав бросился к дверям. Он ни на секунду не затормозил, не оглянулся. Просто убежал. Ему так хотелось.
Гермиона потупила взгляд в пол. Она также продолжала сидеть у тела Северуса. Скоро приедут люди, чужие люди, и заберут его от неё. Гарри сидел рядом, понимая, как нужна подруге его поддержка. Он периодически клал руку ей на плечо, ласково поглаживая.
- Давайте, ребята. Идите домой. - Кингсли дотронулся до спины Гарри, привлекая его внимание. Он странно посмотрел на Гермиону, склонившуюся над телом Снейпа. С Поттером всё было понятно - тот узнал, какой вклад в победу внёс его учитель зелий, но Гермиона... она была будто убита смертью Северуса. Кингсли оглянулся, будто ожидая, что в дверях кто-то появится, но было пусто. Уизли уже собирались уходить, сейчас оставалось уговорить остальных покинуть территорию школы, чтобы провести окончательные работы по фиксированию смертей. Гарри поднялся на ноги, хватая Гермиону за локоть и тяня за собой. Она посмотрела на него вопрошающим взором.
- Я хочу остаться. До самого конца.
- Нельзя, прости, Гермиона, - сказал Кингсли, беря её под второй локоть, чтобы помочь Гарри поднять сопротивляющуюся подругу.
Миссис Уизли шла, держа Джорджа за руку, тот был слишком измотан и уничтожен. Гарри поддерживал Гермиону, а рядом с ними шла Джинни, опустив голову. Остальное семейство хаотично разбрелось. Выйдя во двор Хогвартса, они направились к Запретному лесу. Конечно, антиаппартационная защита была нарушена и можно перемещаться сразу у дверей, но никто не посмел нарушать правила. Не сговаривавшись все, кто выходил из школы, шли за пределы территории. Это был словно символ, память Дамблдору, установившему запрет. Вся компания вышла на открытое пространство у опушки леса. Солнце озаряло потоптанную выжженную траву. В некоторых местах были повалены деревья. Гарри окинул взглядом последствия битвы. Этот лес был для него отдельным символом - символом прошлого. Позже он расскажет остальным о том, как встретил родителей и Римуса, как умер и встретил Дамблдора, как принял решение вернуться и очнулся, лёжа на холодной земле, сжавшись в комок, боясь вздохнуть, чтобы пожиратели не увидели признаки жизни. Но сейчас Гарри просто пробежался взглядом по обгорелой траве, вдруг он остановился на силуэте человека, который сидел неподалёку, положив руки на согнутые колени и опустив голову. Он не двигался и даже не замечал людей, периодически аппартирующих у самого его носа.
- Эй! - позвал Поттер, вглядываясь вдаль. Силуэт дрогнул, поднимая голову и откидывая назад волосы, до этого свисающие на лицо.
- Сириус? - Молли слегка улыбнулась и махнула рукой в зазывающем жесте, но это было лишним, Блэк уже вскочил на ноги и шёл к ним, спрятав руки в карманы и спотыкаясь о каждый камень, встречающийся на пути. - Я думала, ты ушёл, - заметила Молли, когда тот приблизился на достаточно близкое расстояние.
- Я пообещал себе, что мы уйдём отсюда вместе, как и пришли. - С этими словами он подошёл к Гермионе и взял её за руку, притягивая к себе, заставляя отлипнуть от Гарри. Никто не стал комментировать этот жест, все давно поняли чувства Сириуса и знали о том, что он взял полную ответственность за Гермиону и будет нести её до конца, а где окажется этот конец, было тайной.
Гермиона дернула Блэка за руку, который уже было хотел последовать за Уизли, но остановился.
- Я хочу домой, пожалуйста, - попросила Гермиона, умоляюще смотря на Сириуса. Он понял её желание. Сейчас хотелось побыть в тишине, желательно одному или вдвоём с человеком, который видит твою душу и не мучает её вздохами и плачем, как, он уверен, будет у Уизли.
Аппартировав на Гриммо, Блэк наконец отпустил руку Гермионы. И устало поплелся наверх, хватаясь за перила и еле перебирая ноги. Сейчас нужно выспаться, если получится, обоим. Он слышал, как тихие шаги Грейнджер следовали за ним. Заснёт ли Мышка? Наверное, нет, но это будут её переживания, сейчас не стоит лезть.
Блэк закрылся в своей комнате, и вскоре услышал, как хлопнула дверь Гермионы. Голова была пуста, мысли все испарились, поэтому Блэк быстро заснул, не слыша, как из соседней комнаты доносится всхлипы и звон бокала, ненароком выпавшего из трясущихся рук. Теперь переживания ещё долго будут волнами находить на них, терзая душу и сводя с ума.
***
Поздний ужин стоял на столе, ожидая, когда на кухню выйдет хозяин дома. Гермиона приготовила яичницу. Первая истерика закончилась, пришло желание подумать о живых. Она постучалась к Блэку, который проснулся и сверлил взглядом потолок. Он обещал спуститься. Он хотел есть ни смотря на то, что тошнота подходила к горлу, крича о своём нежелании принимать пищу, но обещание данное Гермионе не хотелось нарушать.
Сириус спустился к столу. Гермиона повернулась к нему, слегка улыбнувшись. Её красные от слез глаза не остались не замеченными. Сириус подошёл к Грейнджер и протянул руку. Его ладонь легла на слегка влажную щеку. Наклонившись, он поцеловал Гермиону в макушку.
- Достань, пожалуйста кружки, - попросила Гермиона. Сириус кивнул отходя к полке. Он открыл дверцы, выставил на стол кружку Гермионы и свою. Грейнджер уже нарезала хлеб, пока Блэк всё ещё стоял у полки.
- Садись, - окликнула его Гермиона, но не получила ответа. Сириус стоял и всматривался в полку с посудой. Его глаза остекленели, а пальцы сжали ручки на дверцах. - Сириус, - обеспокоенно позвала Гермиона.
Секунда. Гермиона вскрикнула и отскочила от осколков, разлетевшихся по полу. «Что ты делаешь?» - вырвалось изо рта, но она ладонями закрыла рот, опасливо посмотрев на Блэка. Тот стоял, тяжело дыша. Нога с громким стуком опустилась на большой осколок, который тут же разлетелся.
- Она ему больше не понадобится. - Гермиона не верила своим глазам. Сириус с яростью разбил кружку Римуса и теперь старался добить слишком крупные осколки.
- Перестань, пожалуйста, это же память. - Грейнджер кинулась к Блэку с желанием оттащить его, но он оттолкнул её, чуть не уронив на пол прямо на острое стекло.
- Память? Ах да! Люди живы, пока мы о них помним! - Он, словно сумасшедший, сбежавший из психушки, взмахнул руками и уставился на Гермиону, та сделала шаг назад и села на колени, прячась за спинкой стула. Ей были знакомы подобные прилив агрессии, она помнила подобное поведение, когда Блэк с Римусом в Визжащей хижине пытались поймать Петтигрю. - Ну же, Римус! Где ты? Я помню о тебе, но ты почему-то мёртв! - Сириус кричал в потолок, надрывая глотку. Гермиона зажала уши, чтобы не оглохнуть. Стало жутко от этого зрелища. Она уже хотела бежать, спрятаться в своей комнате и ждать, когда пройдёт приступ, но всё быстро закончилось. Вновь опустилась тишина, отчего зазвенело в ушах. Сердце продолжало испуганно биться, а Гермиона решилась выглянуть из-за стула. Сириус уже не смотрел так яростно, так безумно, он смотрел в никуда, а затем упал на колени и зарыдал. Истерика, которая выпускает накопившиеся эмоции, разрушает внутренний мир человека, позволяя строить новый или сойти с ума от пустоты.
- Прости, - прошептал Блэк, когда Гермиона подошла к нему, обнимая за плечи. Его трясло, словно через тело пропускали ток несильной мощности. Пальцы дрожали, пытаясь подцепить хотя бы один осколок кружки.
- Мы её восстановим. - Гермиона накрыла рукой его пальцы. Она не осуждала его, такое поведение было ожидаемым, тем более ей самой не хотелось бы давать стопроцентного обещания, что не сорвётся. Они оба такие: их эмоции подчиняют разум, заставляя биться в истерике и считать весь мир своим врагом.
***
Сириус стоял у какой-то ветхой могилки кладбища на окраине городка Коукворт. «Айли Кроун (1867 - 1880)». Блэк склонился ближе, чтобы убедиться, что обладатель этой могилки совсем ещё ребёнок. «Такая маленькая», - подумал он, выпрямляясь и переводя взгляд на соседний более презентабельный памятник. «Крэччи Кроун (1846 - 1881). Ты была самым ярким солнышком, которое ушло за своим лучиком». Мать похоронила своего ребёнка и через год ушла за ним. Сириус вздохнул. Что он знал о семейных узах и привязанностях? Что за боль, когда хоронишь своего ребёнка или родителя? Он не знал, но недавно похоронил друга, которого можно было смело назвать братом. Раньше могилы не вызывали в нем столько раздумий, как сейчас. Души умерших будто ходили вокруг, посвящая в свои боли, рассказывая свою историю смерти. Здесь хоронились и части душ живых людей. Здесь навсегда будет захоронена часть души Гермионы Грейнджер - самой умной волшебницы, которую, кажется, сломали, порубили и бросили в одиночестве. Когда-то он отдал её демону, надеясь на то, что там она обретёт свой покой. Демон оказался простым смертным, лежащим в могиле со своими слабостями. Сириус оглянулся. Найдя Гермиону, склонившуюся у памятника, он встал на тропу и пошёл к ней. Надо уходить, пока не стемнело. Гермиона больше не плакала. Она тихо что-то рассказывала черному мрамору. Сириус подошёл ближе и положил руку ей на плечо.
- Пойдём.
Гермиона подняла глаза, вглядываясь в его выражение. Сириус наконец-то был спокоен. Он утром простился со своим другом, выплакав все слезы на ближайшие два года. Северуса похоронили сразу после Люпиных на кладбище возле его родителей. Мысль о его смерти всё никак не укладывалась в голове. Гермиона ждала, что вот-вот Северус появится за её спиной и уведет от сюда, сказав, что это какое-то глупое недоразумение. Её руки, её губы, её тело чувствовало его тепло. Гермиона непроизвольно обняла себя за плечи, желая спрятаться от этой жестокой несправедливости. Разве можно, чтобы он ушёл, оставив её одну? Он обещал, что они создадут семью, он должен был жениться на ней. До него она хотела делать карьеру, подниматься выше. Семья не входила в её планы, но всё изменилось под натиском такого мягкого пледа любви. Самый угрюмый преподаватель полюбил, а что уже говорить о ней - девочке, которая знала о любви, которая в глубине души желала создать семью, как у мамы с папой. Теперь одиночество настигло её давая свободу для карьеры - мысли о том, чтобы полюбить другого казались невероятными. Гермиона больше не хочет любить. Завтра она съедет от Блэка в свой родной дом и начнёт поиски родителей. Всё будет, как раньше. Может, Гермиона даже не вернётся в мир волшебников, всё здесь напоминает о Нём. Гарри будет приезжать на выходные с Джинни. Они много расскажут: как работают, как строят семью, как добиваются своих целей, а она им покажет мир магглов: сводит в кино, на аттракционы. Да, так будет лучше. Просто забыть всё это, стереть, как ненужное воспоминание. Казалось, Гермиона просто хотела убить часть себя, чтобы эта часть покинула земной мир и отправилась к Северусу, которому собственно она и принадлежит.
- Гермиона, - ещё раз окликнул её Сириус, и она наконец отреагировала на его голос, выйдя из своего транса. - Прошу тебя, пойдём. - Он подал ей руку. Слегка поразмыслив, Гермиона приняла помощь и поднялась на ноги. В серых глазах была забота и беспокойство. Как так получилось, что Сириус стал тем человеком, которого она спокойно терпела у могилы Северуса? Почему сейчас она не чувствует, как человек напротив лезет в её «личное»? А он и не лез, он был рядом, всего лишь.
- Спасибо, - прошептала Гермиона так тихо, что никто не смог бы её услышать, но Сириус услышал. Он ничего не ответил, просто взял за руку и повёл к выходу с кладбища. Если бы не он, Грейнджер никогда не нашла бы в себе сил уйти отсюда.
***
Гермиона понимала, что никогда уже не вернётся то прошлое, которое она ранее так хотела вернуть. Сил бороться с апатией просто не было, поэтому она лежала и ждала, когда её разум очистится от ненужных воспоминаний. Она сама себе сыпала соль на рану, представляя, как они с Северусом могли стать семьёй, как обустроили дом, как воспитывали детей. Она никогда не тешила себя надеждой, что Снейп мог бы стать кем-то похожим на её отца, всё-таки это был бывший Пожиратель Смерти, и она готова была смириться с немного непривычным стилем жизни. Но теперь даже этого не было. Его нет. Он теперь далеко. Оставалось надеяться, что он попал в рай, где не будет мучений и Тёмного Лорда.
Сириус всеми силами пытался достучаться до светлого разума Гермионы. Он боялся, что Грейнджер сойдет с ума. Когда они вернулись после кладбища, она сразу начала собирать вещи, чтобы сбежать от него, но ничего не вышло. Сириус отобрал её чемодан и спрятал от греха подальше. Он ни раз видел, как люди после потери близкого человека впадают в депрессию и не контролируют свой разум. Они закрываются наедине с собой, не ощущая внешнего мира. Такое состояние может оказаться пагубным для них, поэтому Блэк взял всё в свои руки, как делал это ранее. Он надеялся, что пройдёт ночь и всё встанет более-менее на свои места, но прошло уже три дня, а Гермиона всё также неподвижно лежала на кровати, не желая вставать. Он умолял её поесть сидя на корточках у изголовья, но она отнекивалась. Иногда он всё же силком заставлял её выпить стакан молока. Это, конечно, не та еда, которая нужна для взрослой девушки, но молоко поддерживает силу, питает, так что - хоть что-то.
Гарри и семья Уизли ломились к Гермионе, но Блэк непоколебимо отстаивал её покой. Молли утверждала, что она может помочь девушке, она взяла себя в руки, и Гермиону научит быть сильной.
- Молли, ты потеряла столько близких на прошлой войне и на этой, что научена опытом. Гермиона же только начала свой жизненный путь. Она всегда была сильной, но никто не может подготовить себя к потере близкого человека.
Сириус совсем недавно сломился под семейным натиском Уизли и рассказал о непростых отношениях Северуса и Гермионы. Он не знал, как они отреагируют, но Рон, на удивление, сказал, что догадывался о их непросто тёплых отношениях. Его поддержали Гарри с Джинни. Взрослые оказались менее толерантными к такой новости, но, поняв, что Грейнджер сломлена, отложили свои упрёки на второй план. Для всех них Гермиона была частью семьи, и каждый стремился поддержать её, хоть и была отгорожена она непробиваемой стеной «Сириус Блэк».
- Хорошо, наверное, ты прав, - сдалась Молли и отошла от Блэка, который преградил ей дорогу к двери Гермионы. - Тогда я навещу Андромеду. Она не против принять от меня помощь. Сообщи мне, когда Гермиона отойдёт. - Дождавшись кивка Сириуса, Молли развернулась и спустилась к камину, где быстро скрылась.
Сириус не сдвинулся с места. Он смотрел в пустоту коридора, погрузившись в свои размышления. Если бы Гермиона оказалась сильнее, то он, был уверен, сам бы сломался. Сейчас его трезвые мозги нужны Гермионе, а смерть Римуса и Тонкс он оплачет позже, когда уже не будет так больно, когда всё осядет на дно и не будет разрывать душу.
Сириус привычно сел у двери Грейнджер, как верный пёс, охраняющий свою хозяйку. Блэк мечтал, чтобы Северус сошёл с его пути, но не думал, что это получится именно так. Запрокинув голову, он посмотрел на потолок, будто ища там поддержки. Ощутимо не хватало Римуса и его советов. Сириус злился, когда тот лез не в своё дело, но сейчас всё бы отдал, чтобы увидеть перед собой осуждающий взгляд друга или ощутить подзатыльник, направляющий на путь истинный.
Мне теперь не понять, кто же прав был из нас
В наших спорах без сна и покоя.
Мне не стало хватать его только сейчас -
Когда он не вернулся из боя. (В. Высоцкий)
***
P. S. Мне просто интересно, здесь остались только Сирионщики?