Альтаир Блэк 7 курс

  Глава 22. Ночные похождения.

Pov Драко Малфоя.

Убедившись, при помощи карты Гарри, что ни в коридоре возле Выручай-комнаты, ни в окрестностях не наблюдается ни единой живой души (да и не совсем живой, в смысле – привидений, тоже), мы втроём браво двинулись на подвиги. Сам не знаю, каким образом я позволил этим двоим увлечь меня настолько, что абсолютно проигнорировал голос своей слизеринской сущности, пытавшейся время от времени пискнуть что-то о нецелесообразности наших действий. Однако энтузиазм Рона и Гарри – особенно Гарри! – оказался чересчур заразительным. А возможно, дело было ещё и в том, что после двух недель эмоциональной пустоты я был слишком захвачен новыми переживаниями, чтобы прислушиваться к голосу рассудка. Хотя, по большому счёту, вся ситуация казалась лично мне какой-то не очень правильной. Сам по себе этот «поход» за крестражем был слишком важен – и для нас, и для освобождения Джинни, и для всего Магического Мира, – а мы собирались осуществить его как-то словно походя, на скорую руку. Почему-то это казалось проявлением... неуважения, что ли, хотя к чему, или к кому – я затруднялся с ответом. К Волдеморту? Да с какой, собственно, стати, нам уважать этого выродка? К его магии и к крестражам? Тот же ответ. Нет, конечно, нельзя было не признавать, что его чары были могущественны и опасны, но говорили они не столько о силе и уме своего создателя, сколько о его беспринципности и коварстве. Волдеморт был не просто врагом – он был... злом.
Врага можно уважать, признавать его достоинства, с ним можно даже примириться и подружиться, как подружились-таки мы с Гарри. Примирение со злом невозможно. С ним нельзя ни подружиться, ни даже заключить временный нейтралитет – именно в силу того, что само его существование, как и все его действия, для тебя неприемлемы. Ты не можешь ни принять их, ни даже смириться с ними. И как только раньше, пусть даже будучи глупым, избалованным мальчишкой, я мог находить нормальными – и даже правильными – образ мыслей и принципы Волдеморта? Ну, впрочем, тогда он ещё не пытался убить меня самого и мою семью, не угрожал моему лучшему другу (ну хорошо, угрожал, но тогда Поттер ещё не был моим другом – наверное, так тоже считается?), и, что самое главное – тогда он ещё не похищал мою девушку!

Вход в саму комнату на сей раз не вызвал у нас проблем. Трижды пройдя перед главной стеной, Гарри напряжённо и чётко произнес – мысленно, но я слышал каждое слово, – «Мне нужно место, где Волдеморт спрятал диадему Кандиды Когтевран! Мне нужно место, где Волдеморт спрятал диадему Кандиды Когтевран! Мне нужно место, где Волдеморт спрятал диадему Кандиды Когтевран!» В стене возникла почти неприметная деревянная дверь, которая вполне могла вести в какой-нибудь небольшой чулан для щёток и чистящих средств. Гарри нахмурился, и я прекрасно понял его сомнения. Действительно, маловероятно, чтобы Тёмный Лорд, с его склонностью к театральности и помпезным эффектам, мог спрятать свой бесценный крестраж в простой чулан.
Конец нашим сомнениям, как ни странно, положил Рон. Уизли решительно положил руку на ручку двери и, пожав плечами, потянул её на себя. Открыл... и присвистнул. Мы с Гарри, не сговариваясь, в пару шагов преодолели расстояние, отделявшее нас от рыжего гриффиндорца, и заглянули в комнату через плечи парня.
Да, меньше всего представшее перед нами громадное помещение напоминало чулан. Скорее уж, по размерам и по готическому потолку, терявшемуся где-то в вышине, оно походило на гигантский старинный собор. Сквозь высокие стрельчатые окна, несмотря на ночное время, проникал вроде бы дневной свет – впрочем, не очень похожий на солнечный. Лучи падали со всех сторон, а не с одной, как в случае с небесным светилом, да и за окнами при всем желании не было видно ни неба, ни окружающего пейзажа. Скорее, это вообще были не окна, а что-то вроде ламп – светящиеся стёкла, не более.
Оторвавшись, наконец, от разглядывания просторов под потолком открывшегося зала, я перевел взгляд вниз – и испытал ещё одно потрясение. Под высоким сводом располагался, казалось, настоящий город – с улицами и зданиями, перекрёстками и аллеями, высотными башнями и крохотными приземистыми хижинами. Ну, по меньшей мере, это был макет города, конечно, не в натуральную величину, но всё равно потрясающий своими размерами... И только немного оправившись от удивления и присмотревшись, я осознал, что всё это – никакие не дома и вообще не постройки. «Макетом города» на деле оказалось невообразимое множество самых разнообразных вещей. Уж не знаю, кто или что разложило и расставило их в столь причудливом порядке, что при первом взгляде этот своеобразный склад действительно можно было принять за модель города в миниатюре. Впрочем, как оказалось при ближайшем рассмотрении, большинство вещей здесь были либо слишком старыми, либо испорченными. По-видимому, именно сюда относили сломанную мебель домовые эльфы, а может, и нашкодившие ученики. Повсюду громоздились горы книг – частью запрещённых, а частью просто порванных или залитых чернилами. Старые тетради, свитки пергамента, брошенные как попало предметы одежды, бутылки с зельями, старые мётлы, оббитые статуи, покорёженные котлы и даже скелеты каких-то давно умерших существ... список можно было продолжать до бесконечности. Одним словом – комната была наполнена всевозможным хламом и мусором. Очень маловероятно, чтобы хоть что-нибудь из этого когда-нибудь снова могло понадобиться хоть одной живой душе.
- Вот тебе и раз... – пробормотал Рон. – Заклятия, говорите? Охранные чары? Да на кой ляд они тут? Кому в здравом уме придёт в голову искать ЗДЕСЬ крестраж, а если кому и придёт – да на то, чтобы отыскать среди всего этого хлама одну-единственную диадему, уйдет не одна сотня жизней!
- Похоже, что ты прав... – ошеломлённо пробормотал Гарри. – И, держу пари, Манящие чары не помогут.
- Может, попробуем? – предложил Рон. Гарри и я переглянулись. Поттер пожал плечами.
- Попытка – не пытка, – не очень уверенно сказал он, доставая палочку. – Акцио диадема!
- Ты прав, – пробормотал Уизли через пару минут. – Не помогло.
- М-да, повезло ещё, что, по крайней мере, просто не помогло, а не запустило какие-нибудь охранные чары, – заметил Гарри, нервно сглатывая. Я хмыкнул – эта мысль уверенности в себе не добавляла.
- Знаете что, предлагаю войти и воспользоваться поисковым заклятием, – сказал я. – Не знаю, как вы, а я начинаю чувствовать себя неуютно от того, что мы уже десять минут топчемся на пороге.
- Поддерживаю, – согласился Гарри, первым проталкиваясь мимо Рональда внутрь. – Вот только... А вдруг поисковые чары тоже не сработают? Волдеморт мог поставить против них защиту...
- Это как, интересно, если их тогда ещё в помине не существовало? – поинтересовался я, входя в комнату следом за Уизелом и осторожно прикрывая дверь. – Я же их всего три месяца как изобрёл!
- А, ну да... Я и забыл, – смутился Поттер.
- И потом, снаружи-то они работали, – добавил я, вытаскивая из кармана дневник Тома Реддла. – Ну что, снова я, или сам попробуешь? – спросил я Гарри. Он покачал головой.
- Нет, давай ты. В первый раз у тебя хорошо получилось, – сказал он. Я не очень уверенно кивнул. Карты у нас не было, так что отметить, куда показывает стрелка, мы сможем только приблизительно. Будет лучше её удерживать. Но о том, чтобы делать это на ходу, и думать было нечего – комплексный баланс, который использовался для создания указателя, был слишком ненадежён, чтобы сохраняться во время движения объекта фокусировки. Я поморщился. Это значило, что придётся регулярно останавливаться и повторять чары, и тем чаще, чем ближе мы будем подходить к цели. Конечно, они не были очень уж сложными, но требовали немалой сосредоточенности и отдачи.
- Знаете что, а вот не получится, – сказал я, опуская руку с палочкой, уже поднятую для наложения чар. – Мы не сможем пойти все трое. Кому-то одному придётся остаться, чтобы поддерживать стрелку. Накладывать её заново через каждые десять шагов – ну просто нереально, никаких сил не хватит. Эти проклятые чары и так-то отнимают прорву энергии, и я боюсь даже представить, что будет, если повторить их... ну, хотя бы раз пять подряд, да ещё и с таким небольшим интервалом.
- Что, струсил, Малфой? – хмыкнул Уизли. – Так и знал, что, как дойдёт до настоящего дела, ты мигом пойдёшь на попятный!
- А я как раз не имею в виду себя, – усмехнулся я в ответ. – По-моему, будет разумнее, если останется Гарри.
- Что? – возмутился тот. – А ещё чего придумаешь? Может, мне вообще выйти в коридор и подождать, пока мои большие и сильные защитнички тут разберутся? Ну уж нет, не дождёшься!
- Знаешь, Гарри, а ведь если задуматься, он не так уж и не прав, – задумчиво пробормотал Уизли, изрядно удивив нас обоих. Гарри нахмурился.
- Рон, вот только ты не начинай, а? – с вызовом сказал он. – Ну как вы оба не понимаете? – Поттер обвёл нас яростным взглядом. – Я не смогу противостоять Волдеморту, если буду просто отсиживаться в кустах, за чужими спинами, до тех пор, пока не придёт время! Меня всё время кто-то оберегает и защищает – то члены Ордена, то Дамблдор, то вот теперь вы... Но борьба с Волдемортом – это моё дело! А значит, и уничтожение крестражей – тоже! Я не буду стоять в стороне и смотреть, как вы двое рискуете жизнями, ясно?
- Закончил? – поднял бровь я, ясно давая понять, что его пламенная речь не произвела на меня особенно глубокого впечатления. Ну, в принципе, отчасти это было всё же не совсем так – в какой-то степени я его словами проникся. Но не настолько, чтобы растаять и сдаться. – Ладно, вижу, надеяться, что ты внемлешь голосу рассудка по доброй воле, не стоит. Есть другой вариант.
- Хочешь огреть меня по башке и связать? – хмыкнул Гарри. – Потому что заставить меня остаться можно только так.
- И толку от тебя связанного? Нам стрелка нужна – не забыл? Рон, нет желания помочь с этим? – обратился я к Уизелу. Тот только скорчил в ответ рожу.
- Держи карман шире!
- Ясно. Ну ладно, если никто не хочет остаться по собственной воле, нам остаётся только одно, – заключил я.
- Наложить Империус? – предположил Поттер с коротким смешком.
- От Альтаира заразился? – фыркнул я. – Кинуть жребий.
Поначалу и к этой идее оба гриффиндорца отнеслись без особенного энтузиазма, но в конце концов мне удалось убедить в своей правоте Гарри, так что Рону ничего не оставалось, как сдаться под напором большинства. Подобрав с пола осколок толстой керамической тарелки, я трансфигурировал его в кубик игральных костей.
- Выбросивший наименьшее число – остаётся, – сказал я. Рон нахмурился.
- А если двое выбросят одно и то же? Будем перекидывать? – поинтересовался он. Гарри покачал головой.
- Только если третий выкинет больше, верно? – последнее слово он адресовал мне. Я кивнул и первым кинул кубик.
Как и следовало ожидать, мне выпало три. Мерлин великий, ну почему мне всегда не везёт? В кои-то веки я оказался втянут в увлекательную заварушку, – и вот, пожалуйста, когда осталось всего ничего до победы, я остаюсь в стороне. Конечно, ещё ничего не кончено, но что-то подсказывает мне, что вряд ли стоит надеяться, что кто-то из грффиндорцев выбросит меньше. И откуда во мне такая жажда приключений? Я же всегда гордился своей осторожностью и холодным рассудком – и вдруг...
Гарри, глубоко вздохнув, взял кубик и бросил почти сразу, точно тот обжигал ему руку. Закусив губу, пока кость не остановилась, Поттер наклонился – и буквально расцвёл, увидев результат. Шестёрка. Ничего удивительного. Я мрачно посмотрел на Уизела.
- Кидай, твоя очередь, – буркнул я. Рон посмотрел на меня с таким выражением, точно хотел показать язык, но воздержался, только взял кубик и, встряхнув в кулаке, бросил на пол. Кость завертелась...
Тройка. Я хмыкнул.
- Перекидывай, ты ж так рвался, – сказал я, не скрывая усмешки. Уизел бросил на меня взгляд исподлобья, и, наклонившись, снова подобрал шарик и кинул.
Четыре. Проклятье. Шансы у меня ещё есть, но не сказать, чтобы особенно большие. Я наклонился и немного помедлил, прикусив губу и отчаянно умоляя в душе Мерлина, Салазара и всех, кого только мог припомнить, ниспослать мне удачу.
- Ну давай, Дрей, кидай уже! – не вытерпел Гарри. Выдохнув, я поднял кубик, подкинул на ладони, и позволил ему почти мягко скатиться на пол. Я затаил дыхание...
И в следующий момент не сдержал истерический смешок. Судьбы, может, и нет – но кто-то там, наверху, определённо просто забавлялся сейчас, издеваясь надо мной! Кубик остановился в щели между камнями пола – встав на ребро. Поттер фыркнул.
- Это уже смешно, – воскликнул он. – Малфой, ну не тяни ты – кинь уже ещё раз, и покончим с этим!
Внутри меня закипал гнев, и, стараясь не поддаваться ему, я подхватил кость, даже не взяв в ладонь – просто крутанул пальцами и снова бросил. Кубик покатился по полу, чуть покрутился – и упал, выставив вверх четыре точки, расположенные по углам, кругом вокруг пятой – в центре.
- Ты уверен, что он не смухлевал? – насупившись, спросил Рон. Гарри покачал головой.
- Брось, Рон, всё честно, – сказал он. – Слушай, ты ведь справишься со стрелкой, а?
- Ну да, – кисло ответил рыжий. – Просто... Гарри, ну я не знаю... Я всегда думал, что мы с тобой как одна команда, а тут... Ты идёшь с этим... – он поморщился, кивая на меня. Я снова театрально закатил глаза.
- Расслабься, Уизли – обещаю, я его не съем, – протянул я. – И потом, если подумать – тебе вообще не обязательно будет всё время торчать только здесь. Мы дадим тебе сигнал, когда найдём то, что нужно, и ты сможешь подойти к нам.
Я спокойно пожал плечами и протянул Уизли дневник.
- Попробуй, – сказал я. – Если не получится, тогда возьмусь я.
Рыжий гриффиндорец принял истрёпанную, изуродованную книжонку с большой опаской, словно боялся, что из неё всё ещё может выползти частичка шестнадцатилетнего Тома Реддла и завладеть его телом. Прикоснувшись палочкой к краю проделанной в середине дневника дыры, он не особенно уверенно, но хотя бы без запинки, произнёс формулу заклятия и поднял палочку вверх. Туманное облако на сей раз образовалось помедленнее и было гораздо меньше того, что появилось в Тайной Комнате, однако оно было – и достаточно быстро сформировалось в указатель, направленный вглубь комнаты, куда-то в правую сторону.
- Кажется, сработало, – пробормотал Гарри, затаивший дыхание. Я рефлекторно сглотнул и сдержанно кивнул Поттеру.
- Кажется, да... Остаётся надеяться, что Волдеморт не похоронил диадему под грудой какого-нибудь хлама, – пробормотал я. Гарри хмыкнул и покачал головой.
- Нет, – сказал он. – Ты не понимаешь... Это, наверное, здесь было бы разумнее всего, но... Это так по-маггловски – просто спрятать вещь, закидав её кучей тряпья и всего прочего. Волдеморт всегда подчёркивал свою сопричастность к магии, отрицал своё маггловское наследие. Не стал бы он таким образом прятать крестраж. Не забывайте, он ведь вообще предполагает, что о них никто ничего не знает. Все эти чары и убежища – просто крайняя мера предосторожности.
- Ладно, убедил, – согласился я. – Так, Уизли, давай сюда оружие, и мы пошли.
Рон непонимающе уставился на меня, и я со вздохом закатил глаза.
- Клык василиска давай, дубина!
- От дурака слышу, – беззлобно отозвался Уизел и, положив палочку на дневник, прижал её пальцем, а свободной рукой полез в карман. В скором времени на свет появился изрядно помятый бархатный свёрток, который я принял с большой осторожностью. Всё-таки чары чарами, а яд василиска – штука более чем опасная.
- Рон, я... – Гарри шагнул к другу и доверительно коснулся его плеча. Поттер почему-то выглядел не на шутку обеспокоенным – может, ещё и потому, что из всех нас он один не понаслышке знал, с какими трудностями Дамблдор доставал кольцо и медальон. Ну, по крайней мере, слышал он об этом из первых рук, а не в пересказе.
- Да ладно, Гарри, всё нормально, – попытался отговориться Уизли, но Поттер покачал головой.
- Мы можем случайно зацепить какую-нибудь ловушку, или что-то в этом роде, – сказал он, глядя в лицо другу. – И тогда достаться может всем. Знаешь что, я тут подумал... Если увидишь, что дело плохо – не трать время, чтобы прийти к нам на выручку. Лучше беги.
- Что? – возмутился рыжий. – Ты в своём уме – я вас не брошу!
- Ты бы лучше, Уизли, не хорохорился! – оборвал я его. – Гарри дело говорит. Вдвоём мы с ним ещё как-нибудь выкрутимся – не забывай, у нас есть наша объединённая сила. А вот если ещё и о тебе придётся беспокоиться, тогда у нас точно ничего не выйдет!
- Рон, слушай, я не шучу, – мягко сказал Гарри, бросив на меня предостерегающий взгляд. – И Драко прав в этом случае. Если сработают какие-нибудь охранные чары Волдеморта, если ты увидишь, что нам приходится туго, или окажешься в опасности – беги немедленно. И дело вовсе не в трусости. Мы постараемся сделать всё сами, но если не выйдет... Мы ведь не знаем, с чем столкнёмся. Если увидишь, что дело плохо – приведи Дамблдора. Ладно?
- Дам... – Рон запнулся и мрачно, исподлобья, уставился на Поттера, пыхтя от негодования. Я уже начал сомневаться, что они сегодня хоть что-то решат, но тут рыжий, наконец, сдался.
- Ладно, – сказал он нехотя. – Если я увижу, что... Что вам нужна помощь, и что от меня толку не будет... Я позову директора.
- Дай слово, Рон, – непреклонно потребовал Гарри. – Я ценю твою гриффиндорскую храбрость, но иногда она неуместна, поэтому...
- Поэтому он предпочтёт положиться на твою гриффиндорскую честь, – закончил я, вздыхая и возводя взгляд к потолку. – Давайте уже закругляйтесь, а то я тут усну, вас дожидаясь!
- Ладно, обещаю, пока Малфой тут на ночлег не устроился, – хмыкнул Рон. – Слово гриффиндорца, Гарри, – добавил он уже серьёзно. – Ты не думай, я понимаю, насколько это важно. Обещаю, если припечёт – я бегом за Дамблдором. Но и не надейтесь, что я уйду, если всё будет тихо. Я догоню вас.
- Хорошо, – кивнул Поттер и на прощание чуть сильнее сжал его плечо, а потом отпустил и отступил на шаг. – Ну что, Дрей, пошли, что ли?
- Угу, – демонстративно зевнув, отозвался я, подходя к нему, а потом повернулся к Рону. – Если поднять палочку повыше, указатель тоже поднимется. Ты вообще сможешь в известной степени управлять им с её помощью, например, передвинуть немного вперёд, к нам поближе. Вот только всё равно может случиться так, что нам будет уже не видно стрелку оттуда, куда мы придём. Так что тебе придётся следить за этим, и, если потребуется – всё-таки сменить позицию. Справишься?
- Не грузись, пушистость наша белая, – фыркнул он. – Чай, не первый раз колдуем.
- Покусаю, – мрачно пригрозил я, тщетно попытавшись проигнорировать и «белую пушистость», и сдавленный, тщетно скрываемый хохот Гарри. «Ничего, я вам это ещё припомню!...» – обиженно подумал я, одарив Поттера уничтожающим взглядом, который, к несчастью, не произвёл на хихикающего парня никакого впечатления. Эх, не имейся у меня необходимости скрывать от Уизли тот факт, что я анимаг – точно бы превратился и выполнил свою угрозу. Но, увы, мечты, мечты... А впрочем, долго дуться было сейчас некогда, и я решил отложить разборки по этому поводу до лучших времён.
Сцапав за руку всё ещё давящегося смехом Поттера, я решительно зашагал по проходу между «зданиями», сложенными из невообразимого количества самых разных вещей. Весёлость Гарри довольно быстро сошла на нет, и он, взяв палочку наизготовку, спокойно зашагал рядом. Узы полнились его сосредоточенностью и уверенностью, что очень быстро помогло и мне настроиться на нужный лад. Рон, вняв моему предупреждению, поднял стрелку повыше и чуть продвинул вперёд, так, чтобы нам было видно её и по мере продвижения. Судя по её положению и наклону, путь нам предстоял не самый близкий.

Пару раз Рону действительно всё-таки пришлось снимать чары и подходить поближе, чтобы наложить их повторно. Хотя он и старался поднять её повыше, стрелка указателя всё-таки через какое-то время оказывалась у нас за спинами, как бы рыжик ни старался пододвинуть её вперед. Мы с Гарри продвигались относительно спокойно, огибая колонны, горки и прочие невообразимые «строения» из сломанных и забытых вещей, и далеко не всякий раз находя между очередными «зданиями» проход, ведущий приблизительно в нужном направлении. Не раз и не два приходилось сворачивать, чтобы попытаться отыскать нужную «улочку» где-нибудь ещё. Плутали мы таким образом, наверное, час, а то и больше – «прогулка» начала откровенно утомлять. Глаза, напряжённо обшаривающие каждую кучу мусора, валяющуюся в нужном направлении, начали даже побаливать от постоянной нагрузки (ну и ещё немного, наверное, от клубящейся в воздухе пыли, которую мы то и дело стряхивали с мебели и книг, кажущихся нам подозрительными). Я бросил взгляд на часы и попытался прикинуть, сколько прошло времени с того момента, как Альтаир договорился со Снейпом. Выходило, что уже часа два с половиной или около того... Проклятье, как же мне хотелось узнать, что с Ветроногом и удалось ли ему выполнить затеянное! Самым интересным казалось сейчас то, как он будет объясняться с Гермионой по поводу своей «альтернативной медицины». У меня было твёрдое подозрение, что наша порядочная гриффиндорская староста вряд ли воспримет предложенный метод на ура. А впрочем, и Альтаир заговаривать зубы неплохо умеет – может, всё-таки ухитрится? Про себя я решил, что, как только закончим с сегодняшними похождениями, непременно отыщу его и расспрошу, что и как у него вышло. Что подслушал разговор, признаться придётся, но... в конце концов, Альтаир же своего слова не нарушал – он мне ни о чём не рассказывал, я сам всё услышал...
Впереди показалось кое-что интересное – во всяком случае, интереснее большинства окружавшего нас хлама. Хотя туманная стрелка указывала и не на находку, но всё-таки я счёл, что обратить внимание Гарри на неё всё равно стоит.
- Гляди-ка, Исчезательный шкаф, – заметил я, ткнув палочкой в сторону массивного, почти квадратного шкафа из тёмного дерева, возвышавшегося среди груды каких-то посудных осколков, словно одинокая башня. Перед ним нашлось немного свободного пространства, где мы могли немного передохнуть, пока Рон в очередной раз менял дислокацию, перебираясь поближе к нам. Гарри с любопытством посмотрел на указанный предмет.
- Это не тот самый, куда на нашем пятом курсе близнецы Уизли запихнули Монтегю? – поинтересовался он. Я пожал плечами.
- Да, наверное. Не знаю, по крайней мере, на старом месте того шкафа больше нет, так что да, должно быть, это он. Наверное, его сюда убрали, чтобы никто больше не застрял в нём, ведь он сломан.
- Ну да, Монтегю тогда из него Мерлин знает сколько выбирался, если я правильно помню, – хмыкнул Поттер. Возвращаться к тысячекратно обговорённой теме крестражей не хотелось, так что мы оба были только рады обсудить что-то незначительное, вроде этого самого шкафа.
- А что всё-таки с ним тогда произошло? – поинтересовался Гарри.
- С кем, с Монтегю? Понятия не имею, – отозвался я. – Он, знаешь, пятикурсникам не докладывал, даже нам. Нет, его расспрашивали, конечно, но всё, что я знаю – это то, что он оказался в пространственной ловушке и, в конце концов, аппарировал оттуда с риском для жизни.
- Погоди, я думал, в Хогвартсе нельзя аппарировать? – нахмурился Поттер. Я фыркнул.
- Ты хоть отдаленно представляешь себе, что такое Исчезательный шкаф? – поинтересовался я. Гарри захлопал глазами и чуть смутился.
- Ну... Ээээ... Это шкаф, э... из которого всё исчезает? – предположил он. Я закатил глаза.
- Мерлин, и этот человек почти закончил выпускной курс Хогвартса! – протянул я. – Всё исчезает, угу... Исчезательный шкаф, Поттер, чтоб ты знал – это не Бермудский Треугольник, а что-то вроде стационарного постоянного портключа. Работает, правда, по другому принципу, но для общего сравнения сойдёт. Это что-то вроде двери в... ну, в своего рода тоннель, который ведет по искривлённому пространству куда-нибудь в другую точку. То есть ты заходишь в такой шкаф, или кладёшь предмет, который хочешь переместить, – например, если надо по-быстрому избавиться от компромата, – закрываешь дверь, и – вуаля! – готово. Обычно это работает в одну сторону, но встречаются и парные шкафы – тогда между ними тоннель уже двухсторонний, понимаешь? От одного к другому.
- Э, ну... Понятно, – отозвался Гарри. – То есть получается, это что-то вроде... потайного хода – но только волшебного? И чаще всего – одностороннего, то есть, выйти можно, а войти обратно – нет?
- В общем, да, – кивнул я. – Они раньше были очень популярны, особенно в опасные времена, вот как сейчас. В первую войну с Волдемортом, да и до этого, во времена Гриндевальда, если не ошибаюсь. Потом как-то... – я пожал плечами, не договорив, но и так было понятно, что имелось в виду. – Они, в принципе, не очень надёжны. Со временем чары теряют стабильность и начинают давать сбои. Бывало, люди в таких шкафах пропадали, а иногда даже и погибали от того, что чары разлаживались... Так что Монтегю ещё повезло, что он вообще жив остался. И близнецам Уизли, кстати, тоже капитально повезло. Если бы он погиб, их бы могли обвинить в убийстве по неосторожности или в непреднамеренном убийстве, а это тянет лет на пять-семь Азкабана как минимум.
- Ты, часом, после школы не в юристы податься собрался? – поморщился Поттер, но наша связь донесла его запоздалую тревогу. Послав ободряющий импульс, я покачал головой.
- Давай оставим пока планы на будущее в стороне, – проговорил я. – Хотя вообще-то, то, что я знаю основы законодательства, ещё не говорит, что я собрался серьёзно этим заниматься. Все эти права, обязанности и прочая законническая лабуда – редкостная скучища, на мой взгляд.
- Согласен, – хмыкнул Гарри. – Оу, смотри, – он указал на вновь формирующееся у нас над головами облачко тумана, которое, вытянувшись, указывало теперь вниз и вперёд. Судя по углу наклона, мы были уже очень близки к цели...
Мы обошли следующую кучу – нечто непонятное, вроде какой-то скульптуры, укутанный странным плотным пологом из толстой, чуть светящейся шелковистой ткани сероватого цвета, напоминающей, почему-то, заросшую пылью густую паутину. При воспоминании о кварроке я содрогнулся, однако, в отличие от чёрных тенёт магического паука, эта «ткань» была скорее белой, – ну, теперь уже грязно-белой, или даже серой от пыли и грязи.
- Если это и паутина, то, скорее, от акромантула, а не от кваррока... – пробормотал Гарри, уловив мои мысли. Я кивнул, оглянулся на стрелку – и резко остановился.
- Поттер! – позвал я. Гарри, уже успевший уйти на два шага вперёд, удивлённо обернулся.
- Посмотри! – я указал вверх, на туманный указатель. Пару мгновений гриффиндорец не понимал, в чём дело, а потом наконец сообразил, что я имею в виду. Стрелка поисковых чар круто наклонялась к полу, и её кончик явно указывал не дальше, чем на эту самую, «паутинную» кучу...
- Нашли... – выдохнул Гарри. Я покачал головой.
- Найти ещё не нашли, – возразил я, – но вот дойти – дошли, это точно. Похоже, твоя теория оказалась ошибочной, Гарри.
- Теория? – переспросил он, не отрывая взгляд от пыльной ткани.
- Насчёт того, что крестраж не должен быть спрятан под чем-то. На поверхности я его что-то тут не вижу, – отозвался я.
- А. Ну, да, наверное... – не очень уверенно согласился Поттер. – А ну-ка, помоги мне...
Осторожно, сперва потрогав край «паутины» носком ботинка, Гарри прикоснулся к ней кончиком пальца. Я затаил дыхание, готовый в любую секунду оттащить Поттера назад, но этого, к счастью, не потребовалось. Гарри сам отдёрнул палец и потёр его о штаны.
- Липнет, – пожаловался он. – Ты как знаешь, а мне ещё одной мантией жертвовать не хочется.
- Это намёк, что надо использовать мою? Всегда знал, что ты только и ищешь предлог, чтобы меня раздеть, – хмыкнул я. Гарри хихикнул.
- Конечно, мечтаю, – отозвался он. – Но исключительно потому, что чёрной завистью завидую размерам твоего гардероба...
- Тебе обеспечить такой же? – фыркнул я.
- Отвали, – отмахнулся Гарри. Я кивнул – время для очередной дружеской перебранки выбрано было, мягко говоря, неудачно. Хотя, с другой стороны, она помогла нам несколько разрядить напряжение.
- Ладно, есть идея... – пожал плечами я. – Надеюсь, я не спалю при этом всю комнату к боггартовой матери...
Наклонившись, я поднёс палочку к «паутине» и наложил довольно-таки слабенькое Инсендио – скорее просто для того, чтобы посмотреть, нельзя ли огнём убрать покров, не прикасаясь к нему. Почему-то мне казалось, что способностью прилипать к рукам эта ткань не ограничивалась, так что контактировать с ней не было ни малейшей охоты...
Результат превзошёл всё ожидания. «Паутина» занялась довольно быстро, бодро поддавшись пламени – и вдруг, в один момент, полыхнула вся, целиком, вспыхнув ярким, ослепительным огненным цветком. Но не успели мы испугаться, как огонь так же внезапно сошёл на нет и в следующее мгновение угас, оставив вместо серебристо-серой ткани лишь осыпавшийся с тихим шорохом пепел. Вспышка пламени неизбежно повлекла за собой и движения воздуха, часть пепла разлетелась по комнате, заставив нас затаить дыхание. Вдыхать этот пепел было невыносимо страшно.
Однако дышать пришлось волей-неволей, и почему-то нам и в голову не пришло закрыть лица хотя бы рукавами, не говоря уже о заклинании вытяжки. Правда, лично я отважился всё-таки вздохнуть только тогда, когда сероватое облачко пепла совсем развеялось, а воздуха в лёгких не осталось в принципе. Выяснилось, что ничего опасного пепел собой не представлял – я ощутил лишь лёгкий горелый запах и ничего более. Тем временем внимание Гарри, а потом и моё, привлекло нечто, открывшееся после исчезновения покрова.
Для того чтобы всё как следует рассмотреть, пришлось обойти вокруг и вернуться на небольшое, сравнительно чистое пространство перед Исчезательным шкафом. Оттуда мы смогли наконец увидеть во всей красе то, что скрывалось под тканью-паутиной.
Основанием для этой своеобразной композиции служил старый письменный стол со сломанной дверцей одного из отделений, висящей на одной петле. На нем, развёрнутые друг к другу, помещались два раскрашенных стула – серебристо-зелёный и красно-золотой. Раньше такие стулья стояли за факультетскими столами в Большом зале, но постепенно большая часть из них пришла в негодность, и их заменили скамьями, которые были теперь. Несколько таких стульев, чудом уцелевших, оставалось теперь только во главе столов, да ещё, кажется, как-то я натыкался на похожие в одном из пустующих кабинетов, куда составили старую мебель.
Впрочем, весь этот своеобразный постамент мы осмотрели бегло, отметив то, из чего он состоял, только краем сознания. Гораздо более занимательным казался предмет, венчающий «сооружение». А именно – бюст сурового на вид мага, глядящего вперёд с отвагой и вызовом на горделивом, мужественном лице. Почему-то он показался мне знакомым, хотя узнать человека по скульптурному изображению не так-то просто, как может показаться. К тому же что-то всё-таки портило впечатление, производимое бюстом. Мне потребовалось несколько мгновений, чтобы осознать, что же именно кажется мне неправильным. Неизвестный шутник – хотя, надо полагать, что нам-то как раз он был вполне известен, – подверг голову мага частичной трансфигурации, приделав ему ослиные уши довольно внушительных размеров, торчком стоящие на макушке. Я бы прыснул, если бы не одно «но». Надетая на эти уши, словно на замысловатую высокую причёску, на челе гордого волшебника слабо поблёскивала серебристая диадема Кандиды, безошибочно узнаваемая по иллюстрациям. Видимо, неизвестный художник всё-таки не погрешил против истины – впрочем, это было вовсе неудивительно, ведь и поисковые чары сработали. На какой-то момент мы с Гарри оба снова задержали дыхание, и я подспудно ощутил, как наши сердца одновременно замерли. Чисто инстинктивно я нашарил и сжал ладонь Поттера, и он в ответ тоже вцепился в мою руку. По моему телу пробежала дрожь, и тут Гарри судорожно выдохнул.