Интервью

  Они поднялись на лифте довольно быстро, но Гарри успел отправить СМС Найлу о том, что, скорее всего, он не будет годен для встреч завтра. После Гарри игнорировал его.

Двери лифта открылись, и парни прошли внутрь, когда Гарри открыл дверь.

Все, что сделал Луи — присвистнул.

— И это теперь та маленькая коморка, в которой ты обитаешь?

— Вроде того! — кричит Гарри, пока бежит в спальню.

Луи бросает сумку на дорогущий ковёр, после проходя к бару и осматривая дорогие картины.

Гарри выходит к нему очень быстро, поправляя пиджак от Gucci. Луи сидит, развалившись на диване с белой кожаной обивкой. И, ох чёрт, Гарри прочищает горло, потому что ноги Луи широко расставлены, и он так открыт на этом диване.

— Идём?

— Я выгляжу не очень. Разве нет?

— Ты выглядишь идеально, по крайней мере, для того, чтобы напиться уж точно.

Луи усмехается и встаёт с дивана, чтобы пойти вслед за парнем.

хХх

— Итак. Ты, наверное, шутишь? — Луи скрестил руки, стоя у входа в клуб.

Они гуляли очень долго, отпустив Марка домой. Гарри хотел провести с Луи как можно больше времени, боясь, что тот передумает. Они гуляли в Центральном парке, ели мороженое и даже посмотрели на уток. Когда, наконец, пришло время открытия ночных развлечений, парни взяли такси, чтобы доехать до клуба. И Луи думал, что Гарри действительно много получает.

— Тебе не нравится? — Гарри действительно обеспокоен. — Мы можем выбрать другое место, если...

Луи кладёт руку на плечо Гарри, сжимая.

— Успокойся. Просто ты действительно сумасшедший. Надеюсь, ты взял достаточно денег.

— Ты бывал здесь? — Гарри приподнимает брови.

— Я писал статью на сеть этих клубов однажды.

— Хм, и что Вы бы рассказали мне об этом клубе, мистер Томлинсон?

Люди в очереди такие же толстосумы, как и Стайлс, так что это не освобождает их от ожидания, но они двигаются довольно быстро.

— Клуб Pacha, — Луи пожимает плечами. — Открылся в конце 2005 года, уже успел стать знаковым местом для тусовщиков Америки. Клубу даже удалось попасть в список лучших ночных заведений планеты от Forbes.

— Ты цитируешь свою статью? — усмехается Гарри.

— Я просто говорю профессионально. — Луи играет бровями, что довольно сексуально. — Pacha дважды побеждал в номинации Best Superclub от Club World Awards.

— Оу, так значит, я повел тебя в самый крутой клуб на планете?

— Ох, заткнись, Стайлс! — Луи толкает его, и они оба смеются.

хХх

Внутри довольно душно. Гарри хватает ладонь Луи, когда они протискиваются к бару.
Ночь протекает медленно, пока треки сменяются один за другим. Парни пьют уже по второму коктейлю, когда Луи вытягивает руку и убирает прядь волос Гарри со лба.

Стайлс нервно проводит языком по губам. Кажется, ему стало ещё жарче. И ещё, вроде бы, в его штанах стало чуть теснее. Сошлем все это на то, что Гарри просто давно ни с кем не был, так что все отлично. Он в полном порядке.
Но все становится ещё хуже, когда Луи зовёт его танцевать. Совершенно не классно, когда Луи трется своей задницей об него, и Гарри уверен, что Луи слишком пьян. Он решает сказать ему об этом, когда они возвращаются к бару. Гарри опирается локтями на барную стойку, стоя к нему спиной. Луи кладет руки на обе стороны от талии Стайлса, находясь слишком близко.

— Ты так пьян, тебе не кажется? — Гарри выдыхает почти в лицо Луи, когда тот наклоняется непроизвольно близко.

— Совсем чуть-чуть.

Луи выдыхает прямо в рот Гарри, прежде чем его рука обвивает шею парня, массируя кожу большим пальцем. Гарри закрывает глаза и прикусывает язык от удовольствия.

Луи придвигается ещё ближе так, что Гарри может буквально чувствовать, как возбужден Томмо. Гарри не выдерживает и двигается вперёд, хватая Луи за шею и впиваясь в его губы поцелуем. Луи даже не думает, открывая рот и впуская язык Гарри внутрь.

Слишком горячо и слишком сладко. 

Стайлс так сильно сжимает в ладони футболку парня, что вот-вот останутся дырки. А Луи сжимает шею Гарри до синяков на коже.

Они ловят такси через пятнадцать минут, и Гарри еле выговаривает адрес, потому что Луи оставляет невероятный засос на его искусанной шее.

Стайлс мысленно умоляет лифт ехать быстрей, потому что у него реально нет сил, стоять на ногах. Он стоит, повиснув на Луи, лениво целуя его шею.

Гарри долго не может попасть ключом в замок, и когда, наконец, ему это удаётся, Луи входит первым.

Когда Стайлс наконец нащупывает выключатель, он еле держится, чтобы не рухнуть. Глубоко дыша, он скидывает с себя пиджак, из которого вываливается телефон. К счастью, он падает на ковёр, так что завтра останется просто отыскать его.

Луи сидит на диване, раскинув руки на спинку по обе стороны. Его голова прямая, и он смотрит прямо на Гарри. Таким тот его ещё не видел. Футболки на Луи уже нет, а его ноги широко расставлены. Гарри не может сопротивляться, когда Луи так и зовёт к себе.

Он ставит колено между ног Луи, упираясь ему в пах, когда обхватывает лицо Томмо обеими руками и жадно целует с неимоверной страстью, пытаясь унять свой шторм внутри.
Луи также заключает лицо Гарри меж ладоней, зарываясь пальцами в его кудри, и целует до головокружения. Гарри стал целовать сильнее, срывая тихие стоны с губ Томлинсона. Тот проводит ладонью по его шёлковым волосам, заводя пальцы глубже в копну прядей и оттягивая их.

Гарри отстраняется, после чего встаёт и, не отрывая взгляда от жадных глаз Луи, расстегивает молнию на своих штанах, стягивая их вниз. Луи окидывает взглядом Гарри, чья рубашка так же летит в сторону. Рука Томмо невольно ложится на промежность, с силой сжимая возбужденный член, сквозь ткань.

Гарри вновь наклоняется к парню. Он притягивает Луи за шею, вовлекая в глубокий и головокружительный поцелуй. Луи кажется, что у него действительно кружится голова.
Когда они отрываются друг от друга, Томмо окидывает взглядом Гарри: на щеках румянец, губы припухли и чуть покраснели.

— Ты такой красивый, — Стайлс шепчет.

Гарри буквально не может дышать, потому что Луи действительно невероятен. Томлинсон ухмыляется; в его глазах одно желание.

— Знаешь, я видел тебя по телевизору. — Луи облизывается, что чертовски пошло. — Дрочил на тебя однажды утром, — произносит он и вновь тянет Гарри к себе. — Боже, малыш, ты неотразим на экране, пусть даже не сказал ни слова.

Гарри больше не может сдержаться и протяжно стонет.

— Чёрт, — Луи буквально, мать его, облизывает губы парня. — Хочу твой рот. Прямо сейчас.

Стайлс лишь пошло улыбается. Это все, чего он ждал. Гарри не думает, что способен на большее сегодня.

Он сползает с Луи и медленно опускается на колени, касаясь мягкого ковра. Его руки проводят по торсу Луи, спускаясь ниже. Гарри опускает ладони на бедра и плавным движением расстегивает молнию джинсов, проводя рукой по ткани боксёров. Луи приподнимается, чтобы позволить Гарри стянуть ненужную вещь. Его руки в сто раз лучше, чем Томлинсон мог себе представить, когда Гарри плавно двигает ладонями вверх, оставляя после дорожку из мокрых поцелуев. Луи задыхается стоном, когда Гарри резко сдергивает его боксеры. Стайлс завороженно смотрит несколько секунд, после чего несмело проводит рукой по пульсирующему органу. Луи закатывает глаза, теряясь в ощущениях. Гарри опускается к бедру Луи, оставляя поцелуи на внутренней стороне.

Томмо делает глубокий вдох, после чего говорит в полголоса:

— Я все ещё помню, что у тебя нет рвотного рефлекса, Стайлс.

Он кладет руку на затылок парня, пропуская пальцы в мягкие волосы и слегка надавливая на голову, заставляя опуститься вниз.

— Помню, как ты глотал чертовы зефирки! — Томмо закатывает глаза.

Гарри касается губами головки члена, и в голове Луи чуть ли не взрываются фейерверки. Он задыхается и протяжно стонет, когда парень вбирает больше.
Гарри был неплох в минете, и никогда не отрицал этого.

Он двигает головой, то медленно опускаясь до конца и опираясь носом в пах, то дразня языком головку, смотря, как Луи протяжно стонет, закинув голову назад. Томлинсон не уверен, что это происходит в реальности. Все, что он знает наверняка — он мечтал об этом очень долго.

— У тебя слишком грешный рот, — Луи вновь протяжно стонет, часто дыша. — Мистер Стайлс.

Гарри втягивает щеки и поднимает взгляд из под ресниц, чтобы увидеть Луи. Тот не выдерживает, когда встречается с ним взглядом, он надавливает рукой на затылок сильней, после чего стонет.

— Гарри... — Луи закрывает глаза, раскрыв рот так широко, как мог. — Чёрт, Гарри, я сей...сейчас...Гарри!

Но Стайлс лишь сильнее втягивает щеки и опускается так, что Луи чувствует стенку горла.
Он изливается Гарри в рот с протяжным стоном и его именем, после чего тот небрежно выпускает член, размазывая сперму по губам и задевая скулы.
Стайлс тут же поднимается и вновь врывается языком в рот Луи, но тот даже не может толком поцеловать его. Но Томлинсон чувствует, что возбуждение Гарри уже наверняка болезненное, поэтому он набирается сил и поднимает руку, засовывая ее тому в боксеры. Гарри стонет Луи в рот в тот самый момент, когда Луи проводит по всей длине, обхватив член. Ему хватает всего несколько минут, чтобы Гарри бурно кончил в руку Томмо, громко выстанывая его имя.
Стайлс падает на Луи, его ноги по обе стороны от талии.

Гарри выводит разные линии пальцами, улыбаясь в голую грудь Лу, когда они лежат на диване. Гарри лежит сбоку, закинув ногу на парня, а тот обнимает его, рукой поглаживая волосы и накручивая кудряшки на палец.

Они молчат очень долго, потому что оба совершенно без сил. Но знают, что не спят, потому что Луи все ещё теребит волосы Гарри, а Стайлс водит пальцем по тату на груди Томмо.
Он делает мысленную заметку, чтобы поговорить об этом завтра.

— Пойдем в кровать? Правда, я не уверен, что у меня есть силы дойти.

— Я немного замерз, так что было бы неплохо.

Гарри улыбается и слезает, подхватывая одежду, и они идут в спальню. Гарри кидает Луи полотенце, а потом вытаскивает из шкафа спортивные штаны.
Луи натягивает их, смеясь над Гарри, который запутался в брифах и чуть не упал.

— Ты всегда был таким неловким. — Луи залезает в постель, накрываясь одеялом.

Гарри выключает свет и залезает к нему, после чего Томмо накрывает и его, притягивая к себе.

— Во мне много чего изменилось. — Гарри закрывает глаза, лёжа на груди Луи. — Тебе придётся заново узнать меня.

Луи улыбается в волосы на макушке парня, крепче сжимая в своих объятиях.

— Я никогда тебя и не забывал.

Полтора месяца спустя

— Это последняя? — Гарри смотрит на него с надеждой в глазах.

— Неужели ты устал, любимый?

Гарри закатывает глаза, когда Луи ставит коробку с надписью "диски" на полу их спальни.

— Гарри, я договорился с Джереми, — Найл заходит в комнату. — Привет, Луи!

Томмо радостно пожимает руку блондину.

— Так вот, Джереми сказал, что в четверг будет свободный день. Нужно сменить график для отдела...

— На-айл! — Гарри чуть ли не стонет от безнадёжности.

Луи видит это и улыбается. Он подходит к Гарри сзади и обнимает его, укладывая подбородок на плечо.

— Мистер Хоран, прошу, оставьте моего парня хотя бы на неделю. Мы должны закончить с переездом.

— О, — Найл разводит руками и вздыхает. Его костюм идеально отглажен. — Я дал вам обоим кучу времени! Я даже выделил время на вашу совместную поездку в Лондон! Думаю, я заслуживаю иметь Гарри в своё распоряжение хоть один день в неделю.

Луи заливисто смеётся, после целует в шею Гарри и вновь смотрит на Найла.

— Прости, чувак. Но только я имею право иметь Гарри семь дней в неделю. И никак иначе.

— Эй! Перестань говорить так, будто я все время валяюсь снизу!

— Пошли к черту! — Найл кричит и истерично бросает бумаги. — Вы оба! Ненавижу вас! Я точно уволюсь.

— И я люблю тебя, Ни! — кричит Гарри, когда Найл выходит из комнаты.

Найл лишь показывает средний палец и отвечает на звонок.

— Да, Лиам? Нет, я ещё в пентхаусе. Окей, я просто...

Его голос скрывается в глубине квартиры, после чего Гарри поворачивается в объятиях Луи.

— Что там насчёт твоего права иметь меня?

— О, брось, малыш. Я имею тебя во всех смыслах, потому что ты только мой. — Луи касается губами Гарри, улыбаясь в поцелуй.

— Знаешь, хотел позвать тебя кое-куда сегодня, — говорит Гарри, обвивая руки вокруг шеи своего бойфренда.

— Ох, одно условие. — Луи вновь оставляет лёгкий поцелуй на скуле.

— Что угодно.

— Никакого назначения времени! — Луи смотрит на него с серьёзным лицом.

Гарри улыбается и отвечает, прежде чем впиться в губы парня страстным поцелуем:

— Никогда больше.