Carolina (russian translation)

Тысяча осколков, струящихся по моему замёрзшему телу. Вот что осталось от моего бьющегося и заботливого сердца. Оно разбито.

Тишина, наступившая после того, как мой возлюбленный сказал свои слова и подтвердила то, что мы все в глубине души знали, ужасна.  Это безумие, и атмосфера в комнате резко изменилась, мы все теперь молчим.

Разбивая меня и моё сердце на части, Гарри ищет моего внимания. Его глаза отчаянно хотят встретиться с моими, но я не знаю, что делать.  Это сводит меня с ума, всё и всех вокруг меня.

Мужчины и женщины вокруг меня смотрят друг на друга, но не говорят ни слова. Их взгляды встречаются, но никаких признаков общения не видно.

Я ошеломлена словами, которые он сказал, мощным значением, которое они несут. Эта настоящая тьма медленно съедает моё сердце и разрывает меня на части.

Время замирает, и мой разум сходит с ума от всего, что происходит.  Я знала, что он убил Элайджу, но услышать, как он сказал, было последним, к чему я была готова.

-Джун, пожалуйста, посмотри на меня. - Его мольбы наполняют комнату, и слова эхом разносятся по холодной комнате. 

Услышав его голос, я успокаиваюсь и на мгновение закрываю глаза, чтобы открыть их через пару секунд. Мои глаза пересекаются с его глазами, и их умоляющий и грустный взгляд заставляет меня оказаться там, где я хочу быть: с ним.

Стул, на который меня толкнули, уже не подо мной, и мои ноги несут меня к нему. Все взгляды на нас.

Как в каком-то шоу, они продолжают своё наблюдение и уже знают ответы на все вопросы, так что единственное, что меня удерживает, это снова чувствовать его.

Окровавленная кожа его рук всё ещё болезненно связана веревкой вокруг его сильного запястья, под кожей видны вены и течёт кровь.

-Не могли бы вы развязать ему руки? Пожалуйста, вы все знаете всё, что хотели знать, только, пожалуйста, развяжите их. - Я умоляю.

Суровая женщина по имени Катрин сначала щурится, но в конце концов кивает.

Её каблуки издают раздражающий шум, и я вздрагиваю от этого резкого звука каждый раз, когда они сталкиваются с плитками.

Перерезав верёвку его рук, я тут же беру их в свои и целую поврежденную кожу. Я поднимаю глаза и вижу, как его глаза трепещут рядом, и грустная улыбка достигает меня.

Я прижимаю его руки к своим щекам, и он держит их там. Я глубоко вдыхаю приятное, чуждое чувство, и он обожающе смотрит на меня. Его прекрасные губы приоткрываются, и я смотрю на них, ожидая услышать его слова.

-Я убил Элайджу. Моё тело вырубило его, повредило и, в конце концов, убило. Это было моё тело.

Ласкание его больших пальцев по моей коже отвлекает меня, и я стараюсь слушать так внимательно, как только могу.

-Но это был не я. Это был не мой разум. Они взяли верх и сказали мне убить его. Вы должны мне поверить.

Я киваю, говоря, что верю ему, и его тело изнуренно выдыхает. Именно поэтому, всё, что он только что сказал, они не могут его запереть.  Ему нужна помощь.

Я встаю и его руки падают с моей кожи, уже не хватает соприкосновения наших тел, я обращаю внимание на всех вокруг меня.

-Вот почему его нельзя запереть! Ему нужна помощь, пожалуйста, просто выслушайте, — последним голосом тихим шёпотом я пытаюсь сообщить им о своём психическом здоровье.

-Джун, моя дорогая. Всё в порядке. Я должен быть спрятан. Заперт от всех, потому что я не могу причинить им вреда.

Я позволяю этим словам дойти до меня, и когда они это делают, я яростно качаю головой. 

-Нет! Я не могу просто так отпустить тебя. Я не могу больше жить без тебя, ты мне нужен.

Должно быть, это настоящее шоу для тех, кто находится с нами в комнате. Я знаю, что им это нравится, и я знаю, что их цель — разлучить нас, и они добьются успеха.

Гарри и я просто две заблудшие души, которые сильны, когда мы вместе, когда мы не вместе, мы блуждаем и уже являемся жертвой.

Ибо мы не сильны и никогда не будем.  Наша вера и конец в их руках, в руках их убийств. Они решают, куда нам идти, и я знаю, что они будут другими.

-Другие варианты обсуждаться не будут, мисс Беннет.

Мужчина делает шаг вперёд. 

-Гарри Стайлс приговорён к пожизненному заключению.

Вздох срывается с моих губ, и я продолжаю бормотать «нет». Пока не закричу. Мои лёгкие горят, и я наслаждаюсь этим чувством.

Так продолжалось до тех пор, пока я не почувствовала руки Гарри на своей спине, и ощущение того, что они создают трение, погружает меня в состояние внезапного покоя.

Я оборачиваюсь и беру его красивое лицо в свои дрожащие руки. Его глаза смотрят в мои и говорят мне, что всё в порядке, хотя это не так.

Я касаюсь его губ своими и в последний раз чувствую его любовь. 

-Мы ещё встретимся. - Я тихо шепчу ему в губы и он кивает.

-Они не могут разлучить нас. Я снова буду с тобой, мой ангел. Потому что Боги над нами дали мне тебя.

Это его слова перед тем, как двое сильных мужчин хватают меня за руки и вытаскивают из комнаты, не сводя с него глаз. 

Незадолго до того, как мы вышли из комнаты, я вижу его заплаканное лицо, и один из полицейских ударяет кулаком по лицу Гарри.

-Нет! Пожалуйста! Не делайте ему больно! - Я кричу и кричу. 

Его ворчание достигает моих ушей, и когда мы уже почти вышли, моя мать снова со мной, и дверь комнаты закрывается.

Капли пота падают на моё лицо вместе со слезами. Мама сейчас плачет.  Я усмехаюсь и отворачиваюсь от неё, как только мужчины оставляют меня в покое.

Мои ноги начинают действовать, и я бегу туда, откуда мы пришли, а за ними двое. Ветер развевает мои волосы, и слёзы, которые покидают меня, исчезают с моего лица.

Когда моё тело снова оказывается там же, где и он, дверь снова открывается, и тут меня догоняют полицейские.  Они тянут меня назад, и люди, которые когда-то были в комнате, теперь тоже уходят, и прямо посреди них Гарри.

Снова привязан и теперь ходит с опущенной головой. Также два офицера по обе стороны от него, и я громко вскрикнула, когда увидела его лицо.

Мой Гарри; полный крови, его кожа была покрыта красными и опухшими ранами.

Кровь стекает по его груди и когда-то белая рубашка, теперь вся в красном. Я вижу формы его шрамов, которые очевидны из-за того, как кровь оставляет рисунок на его рубашке.

Они все уходят за угол, и это последний раз, когда я его видела.

Спустившись вниз вдвоём, я совершенно онемела. Я сломлена, и нет ничего, что могло бы меня исправить.

Моя мама сидит рядом со мной, и она как будто растворилась в воздухе, потому что она больше ничто.

Я больше ничто.