Carolina (russian translation)

Он дал мне надежду, что-то, во что можно верить. Он дал мне смысл, то, в чём я могла жить.

Это сладко-горькое чувство слышать, как эти идиоты говорят о том, что я видела как о самом красивом и вдохновляющем человеке.

Услышав их ожидания о том, кто принёс мне смех и не боль.

Слушая, как они говорят о нём, о том, что Гарри мог сделать со мной. Как он мог причинить мне боль морально и физически. То, как он подталкивал меня к вещам.

Я слышу, как они разговаривают весь день, и кажется, они никогда не перестанут. Я хочу исправить их, сказать им, что они ничего не стоят и нет никого более прекрасного и величественного, чем он.

Думать о нём, когда его нет рядом и никогда не будет, - это наказание. Всегда в моей голове, он никогда не покидает её.

Я хочу, чтобы он был здесь, со мной. Я постоянно спрашиваю себя, что он делает. Как он остаётся живым, что чувствует, о чём думает, скучает ли по мне, не причиняет ли себе вреда.  Но я знаю, что никогда не найду ответы.

-Дорогая, что ты хочешь поесть?

Я отрываю взгляд от книги, которую сейчас пытаюсь читать, и вижу, как моя мама входит в гостиную и держит для меня чашку воды.

Я пожимаю плечами, не особенно заботясь о еде.  Она хмурится, и её глаза сканируют моё лицо, в её чертах видно беспокойство. 

-Тебе нужно что-нибудь съесть, дорогая.

Я снова пожимаю плечами и снова переключаю внимание на свою книгу. 

-Давай сейчас, дорогая.

Когда я постоянно слышу, как она произносит эти имена, меня невероятно злит.

Он всё время называл меня таковым, и только он один имел это в виду наизусть. Он был и остаётся единственным, кому позволено называть меня этими любящими словами.

-Перестань называть меня дорогой. - говорю я ей.

Её глаза устремляются к моему лицу, и я снова замечаю, что она хмурится. Она глубоко вздыхает и идёт ко мне, сидя рядом со мной, она поворачивается всем телом, чтобы оказаться передо мной.

-Джун, что с тобой происходит в последнее время? — спрашивает она, беря мои руки в свои. 

Я смотрю на неё широко открытыми глазами и действительно спрашиваю себя,что она сказала?

-Теперь ты не можешь быть серьёзной? Ты спрашиваешь меня, что со мной в последнее время, прямо сейчас, когда я далеко не счастлива и плачу перед сном каждую ночь? - Я бормочу ей, моё сердце громко колотится в груди.

-Я просто не понимаю, почему. Разве ты не счастлива, что вернулась домой?

Я очень заметно выдыхаю и смотрю на наши руки. Мои волосы падают на лицо, и я этому рада, потому что слёзы уже наворачиваются на глаза. 

-Ты не поймёшь, и я не собираюсь говорить.

Я слышу её вздохи, но нигде не готова дать ей объяснения, которых, боюсь, я не могу ей дать, да и не хочу ей давать.

Она смотрит на меня со слезами, льющимися из её глаз. Понимая и зная, что она потеряла свою единственную дочь, и ни она, ни я ничего не могли и не могли с этим поделать.

-Джун! Ты моя дочь, пожалуйста, откройся мне! Что с тобой случилось? Что он с тобой сделал?

Я покачала головой и недоверчиво посмотрела на неё.

-Он ничего не сделал. Прекрати говорить о нём так негативно.

Следующее, что она делает, грубо дёргает меня за подбородок. Она наблюдает за мной, и её пальцы исчезают в моей коже, царапая. 

-Ты влюбилась в него.

Её хватка сильна, и я позволяю ей быть. Её эмоции вырываются наружу, и она заслуживает того, чтобы выплеснуть их наружу, даже если это касается меня.

-По крайней мере, ты так думаешь, — говорит она и выплевывает слова.

Я пытаюсь вырваться, но она крепко держит меня, и я говорю ей:

-Мама, прекрати это!

Глубокие, громкие вдохи вырываются из её тела, и гнев излучается её маленьким телом. Она остаётся на месте.

-Он промыл тебе мозги! Моя единственная дочь так ушла. Его нужно наказать.

Она отпускает меня и выбегает из комнаты, толкая дверь так сильно, что она врезается в стену. Это приводит к тому, что по комнате разносится громкий гул.

Услышав, как она сбегает по лестнице, я хмурю брови, думая о том, что только что произошло.

Моё зеркало показывает мне, как сильно она повредила мою кожу, и я в шоке от её предыдущих действий.

-Да, именно так. Мы должны запереть его, — слышу я внизу.

В качестве реакции я вскакиваю и иду вниз по её стопам. Чтобы быть встреченным её сердитым голосом, говорящей по телефону.

Её глаза замечают меня, и она уходит от меня, но я всё равно иду за ней.

Мать открывает дверь снаружи, и она входит в тёплую атмосферу снаружи.

Подражая её действиям, я тоже выхожу наружу.

-Да, она больше не в себе.

Я бросаюсь к ней, и моё тело берёт верх, первое, что я делаю, это пытаюсь отобрать у неё телефон.

Я никогда не думала, что скажу это, но момент настал; моя мать стала моим врагом.

-Мама, перестань! Я здесь, ты говоришь так, как будто я в другом месте!

Она продолжает свой разговор.  Я очень расстраиваюсь и продолжаю брать вещь из её рук. Я спорю, но она не обращает на меня внимания.

-Дорогая, прекрати это!

-Перестань называть меня дорогой! Чёрт возьми! - Я кричу, и тут её граница пройдена. Она смотрит на меня большими карими глазами, и я смущённо смотрю в сторону. 

-Вот оно. Я устала от твоего поведения, с тех пор как ты вернулась, ты изменилась.

Я стону и закатываю глаза:

-Теперь ты не можешь винить меня, не так ли?

Она вешает трубку после того, как сказала, что поговорит со мной и перезвонит им. Её лицо покраснело от гнева. 

-Нет, ты права, но я думала, что ты будешь счастлива, потому что ты вернулась.

Её глаза отводят взгляд от моих, и я чувствую, что рушусь под её грустью. 

-Я рада вернуться, но это просто... ну, я рада, но... да. - Я пытаюсь, но не знаю, что ответить, потому что я честна, когда говорю, что не хочу ей лгать.

-Он что-то сделал с тобой, он украл у меня моё единственное счастье и за что? Он взял мою дочь, чтобы вернуть её в таком состоянии. Его нужно посадить в тюрьму, Джун.

Я яростно качаю головой, протестуя против неё. Она бросает на меня вопросительный взгляд. 

-Пожалуйста! Мама! Отпусти его, не наказывай и не пытайся найти его.

Она тоже качает головой, её глаза полны грусти. Она слегка улыбается и второй раз берёт мои руки в свои.

-Мы должны.

Её шепот эхом отдается в моём черепе, между ушами, и я чувствую, как слёзы наворачиваются на глаза.

-Нет, мама!  - Я кричу и умоляю её, я делаю всё, чтобы спасти его.

Она позволяет моему телу стоять на заднем дворе нашего дома в Калифорнии, оставляя меня в одиночестве.  Я кричу, дёргая себя за волосы, как сумасшедшая, потому что я стала одной из них.

Мои слёзы текут по моему лицу и падают на холодную землю. Брызгясь и взрываясь, когда они встречаются.

——————————————
У её матери определённо не здоровая реакция на всё это.. я понимаю, что она волновалась, переживала, но чтобы прям давить на дочь, это слишком. С тем учётом, что Джун жива, здорова и не покалечена (насколько это можно сказать).
У её мамы на фоне этого стресса явно не всё в порядке стало с психикой.. и она доставляет ещё больший стресс для Джун из-за этого..