Осознание.

Гарри точным ударом своего Магического кинжала уничтожил последнего по счёту противника, однако так называемое шестое чувство всё ещё кричало о возможной опасности. Сконцентрировавшись на этом ощущении, Наследник понял, что все манекены уничтожены, но в пределах метров пяти от него находится сильный, причём с поддержкой какой-то диковатой Магии, маг.

Гарольд ставит и усиливает вокруг себя защитную сферу, прислушиваясь к каждому шороху, а потом резко делает выпад, силовой волной оглушая противника.

Движение воздуха прямо возле него, Гарри знает, что маг почти у его носа, а потому выжидает момента, чтобы одержать победу в этом поединке. 

От капель пота его волосы уже можно выжимать, он сам глубоко, хотя и бесшумно, дышит, однако не стоит недооценивать даже того, кто совсем выдохся. Тем более, что в нём ещё бурлит энергия. 

Едва заметное движение пальцев незанятой кинжалом руки, а потом передача в преобразованную палочку Магической энергии. Ему нужно больше. 

Резкий поворот всем корпусом, толчок двумя руками, Гарри наваливается всем весом своего тела и подставляет к горлу упавшего на спину волшебника зачарованный кинжал, оставляя им неприятные царапины.

– Только попробуй что-то сделать, и больше никогда не выйдешь из этой комнаты на своих ногах. – прошипел Гарольд, после чего импульсом Магии уничтожил повязку из грубой чёрной ткани на своих глазах. – Здравствуйте, профессор Люпин. – как ни в чём не бывало поприветствовал Наследник, после чего слез с мужчины и подал тому руку, помогая подняться на ноги.

– Доброе утро,... Гарри. – кашлянув, ответил Ремус, изобразив на губах добродушную улыбку. – И что это было?

– Тренировка. – коротко отозвался Наследник Рода, залечивая следы от кинжала касанием обратной стороной ладони. – Кстати, – мило улыбнулся юноша. – если расскажете кому-то, то моя угроза может осуществиться. – притворно мягко, слегка раскатисто проговорил он, после чего преобразовал свой кинжал обратно в волшебную палочку. – Так... Вам что-то нужно, профессор?

– Да, я хотел поговорить с тобой, Гарри. И, пожалуйста, зови меня просто Ремусом, я уже давно не твой преподаватель. – вздохнул оборотень, смахивая пыль со своей дорожной мантии.

Ремус выглядел, пожалуй, намного лучше, чем когда приходил забирать его от Дурслей. От потрёпанных одежд не осталось и следа, и сейчас мужчина был в довольно неплохо сидящих брюках коричневого цвета и рубашке с вязаным горчичным жилетом. Поверх была накинута простая, но не безвкусная, чёрная мантия. 

Люпин привёл волосы в порядок, и те теперь аккуратно спускались блестящими волнами, лицо было гладко выбрито, а в глазах не было той смертной тоски, что присутствовала в день переезда на Гриммо.

– Хорошо, Ремус, только дай мне привести себя в порядок, если не возражаешь. – Гарри слегка опустил голову, наблюдая за реакцией оборотня, но тот, казалось, наконец пришёл к внутреннему спокойствию и лишь пожал плечами, уверенно кивая юноше в ответ. – Кричер, проводи Ремуса в гостиную и сделай чай, пожалуйста. С имбирём. – указал Гарольд, а потом влил в своё кольцо Магию и отправился прямо к себе в комнату, чтобы показать достойный вид. 

Быстро ополоснувшись и одевшись в простые чёрные брюки и рубашку с жилетом, Гарольд в последний раз глянул в зеркало и переместился уже в гостиную на первом этаже.

Ту самую, из сна...

Встряхнув головой, юноша отогнал от себя параноидальные мысли, и зашёл за тяжёлые тёмные двери, прикрывая их за собой и ставя магический барьер. 

– Ещё раз доброе утро, Ремус. –  усаживаясь в кресло напротив Люпина, поздоровался Гарольд, поднимая со стола чашку с чаем и вертя её в руках. – Итак, тебя интересует что-то определённое? по твоему виду не скажешь, что ты пришёл поделиться чем-то вроде простых новостей.

– Верно, Гарри. – кивнул Ремус, открыто улыбаясь, однако улыбка эта вышла какой-то грустной, даже горьковатой. – Я знаю, что это довольно эгоистично, даже подло и, возможно, ты никогда не сможешь простить меня, но я должен рассказать тебе, а потом уйти. Я не могу оставить всё... так. – дёрнув уголком губ, отозвался бывший профессор, прикрывая глаза.

– Что-то случилось, Ремус? – вздёрнув бровь в излюбленном жесте своего профессора Зельеварения, поинтересовался Гарри, прилично удивлённый такими словами Ремуса.

– Да, Гарри, очень многое случилось. – уверенно взглянул на него Люпин, будто решившись на что-то, даже осанка его стала более хищной, уверенной. – Прежде всего я хочу сказать вот что. Ты никому и ничего не должен, тем более всем, кто тебя окружал до этого. Запомни эти слова до конца совей жизни, просто запомни. – выдохнул Ремус. – Я хотел бы помочь тебе, но просто боюсь испортить всё своими действиями, так что не удивляйся, что я так много говорю, вместо того, чтобы высказаться прямо.

– Всё нормально, Ремус, у меня достаточно времени, чтобы выслушать тебя. – откидываясь на спинку своего кресла, пожал плечами Гарри, всё ещё внимательно оглядывая Ремуса.

– Спасибо, Гарри. – поджав губы, проговорил мужчина, с какой-то затаённой отеческой нежностью смотря на Поттера. – Итак, я начну. А начинается всё с той самой ночи, когда умерли твои родители. Джеймс и Лили... Знаешь, они были совсем не такими, как все тебе говорили, даже я говорил не то, что бы ло на самом деле. Твои родители были... Они были просто не очень хорошими людьми. Из-за воспитания. Оба были любимыми детьми в семье, так что получали всё, что только хотели. Знаю, что о мёртвых плохо не говорят, но я хочу, чтобы ты видел реальность, а не то, что тебе подают за неё.

Знаешь, Гарри, в тот Самайн произошло слишком много событий, чтобы один человек рассказал тебе о всех событиях, так что не принимай все мои слова за веру, а просто постарайся проанализировать их. 

Итак, вся история с твоим детством началась с того момента, как Сириуса посадили в Азкабан. Он был твоим крёстным, так что имел полное право забрать тебя к себе, так что именно это послужило его заточением. Тебя просто не хотели оставлять в мире Магии. Уж не знаю кто, но догадаться не слишком сложно. Сам поймёшь. 

– Ты хочешь сказать, что кто-то специально отправил меня к Дурслям? – отпив из своей чашки с чаем, переспросил Поттер-Блэк, однако не нуждался в ответе. – Хотя почему кто-то, мне почти прямым текстом заявил об этом Директор Дамблдор.

– Это так, Гарри. – кивнул ему оборотень. – Он также отказал мне, когда я хотел взять тебя к себе... Да, я приходил к дому Поттеров, сразу после Сириуса. Встретил тогда Хагрида с тобой на руках, и сильно разозлился, когда узнал, что тебя отправляют к магглам. – вспоминая уже давно прошедшие события, покивал головой бывший профессор Защиты.

– Сразу после Сириуса? Но почему тогда не остановил его, когда тот побежал за Питером?

– Сириус. Он и тогда был не в слишком адекватном состоянии. Безумие Блэков. Ты наверняка уже начнёшь чувствовать это, раз принял Род. – ухмыльнулся Люпин.

– Только остаётся гадать в чём оно выразится. – ничуть не удивившись знаниям Ремуса. кивнул Поттер. 

Люпин был оборотнем как-никак, а если даже он - волшебник, в котором кровь Магических существ сильно разбавлена, - смог почувствовать дикость Магии, так почему бы и Ремусу не знать больше, чем тому положено?

– У Сириуса это была просто безумная привязанность к Джеймсу. Проклятие Блэков выбрало того, будто стабилизатор. И когда Джеймс погиб... Сириус пришёл в бешенство, не зная, что делать. Я бы даже в своём волчьем обличии не смог остановить его тогда, слишком сильно фонило от него Магией Блэков. 

– И что потом? Ведь сейчас Сириус вроде как не такой уж нестабильный. – неуверенно проговорил Гарри, слегка скривившись, когда упоминал своего крёстного.

– Это только кажется. – покачал головой Ремус. – Да, он что-то сделал с собой в Азкабане, это точно. Вроде Ритуала отсечения от Рода? Я не слишком хорош в этом, не было учителей, а книги не достать. Так вот, когда Сириус отрезал самого себя от Рода, проклятье вроде как опустилось до минимального контроля над ним, однако всё ещё оставалось в действии. Если он сейчас ведёт себя так, то это не значит, что он в адекватном состоянии. 

– И-и, возможно ли снять это проклятие? – прищурившись, протянул Гарри. Не хотелось бы ему оказаться на месте Сириуса. 

Да, Гарольд безусловно не станет хоть сколько-нибудь теплее к нему, но Блэк, который уже как много лет оказывается не-Блэк, всё же может быть полезен.

– Нет, это не может быть возможным, слишком сильное влияние. – покачал головой Ремус. – Так вот, не будем далеко отходить от темы. Я хотел забрать тебя к себе, однако именно Альбус Дамблдор помешал мне это сделать.

– Каким образом? – уточнил Гарольд.

– Тогда все способы были действенны, однако он прибегнул к самому варварскому. – сглотнув ком в горле, что, казалось, мешал дышать, проговорил оборотень. – Obliviate... Вот что он сделал со мной. Просто заставил забыть о тебе. Думать, что никто не выжил в ту ночь. 

– Но... как ты узнал об этом? – прикусив губу, переспросил Наследник Поттер-Блэк.

– Он сам рассказал. Конечно, не то, что просто хотел воспитать тебя в определённых условиях. Он рассказывал об Общем Благе, что так тебе было лучше. Я тогда как раз пришёл устраиваться в Хогвартс... – сделав глоток из своей чашки с чаем, протянул мужчина. – Дамблдор говорил, что так для тебя было лучше. Что оборотень не может воспитывать ребёнка, и это слишком опасно. Что Гарри Поттеру слишком опасно находится в Магическом мире, а я не смогу защитить тебя должным образом. – с холодной яростью в голосе прошипел Ремус, однако почти сразу успокоился. – На том доме не было защиты.

– Что? – удивился Гарри, не понимая смысла последней фразы.

– Тебе когда-то говорили, что на доме Дурслей была Кровная защита твоей матери? – увидев кивок юноши, что успел вспомнить, что и сам искал об этом информацию, Ремус продолжил. – Никакой защиты там и в помине не было. Никакой. Защиты. Это просто обычный дом. Да и Лили... Она магглорождённая, что даже не смогла пересилить себя и провести Ритуал определения к Роду, так что ни о какой защите о речи быть не может. 

– Я понимаю, Ремус. – вздохнул Гарольд. – Но что ты хочешь... сейчас?

– Хотел просто поделиться всей этой информацией и уйти, чтобы не мешать тебе и твоим планам. Я знаю, что мне уже нет места в твоей жизни, я слишком виноват перед тобой. – покачал головой Ремус. – Всё это время я действовал по командам Альбуса, будто его личный цепной пёсик, но больше такого отношения к себе я терпеть не могу. Я обманывал и тебя, и себя, и это не приносило нам обоим пользы, так что я отказываюсь и дальше сотрудничать с Дамблдором. – фыркнул Ремус. – Я просто уйду в одну из стай оборотней. 

– Ты решил сделать это? И правда? – наклонив голову к правому плечу, поинтересовался Гарольд, наблюдая как Люпин делает ещё один глоток чая.

– Да, они помогли мне найти своего внутреннего волка. И вожак стаи весьма... близок мне по духу. – подбирая слова, ответил мужчина, чуть улыбаясь.

– Это отлично, Ремус. Я не в обиде, однако у меня есть просьба. – ухмыльнулся Гарольд.

– И что же это? – удивлённо уточнил Ремус.

– Клятва малого вассалитета. Поклянись мне в верности, чтобы я мог верить тебе. – протянул Поттер-Блэк, внимательно следя за реакцией Люпина.

– Что ж, если это то, чего ты хочешь. – поперхнувшись чаем, просипел Люпин, однако спустя несколько секунд вернул себе прежнее спокойствие. 

Опустившись на одно колено перед Наследником Поттер, Ремус вздохнул и заговорил:

– Я, Ремус Джон Люпин, клянусь своей Кровью, Душой и Магией тебе, Гарольд Джеймс Поттер-Блэк. Клянусь в верности. И пусть Магия станет свидетелем. – прошептал Люпин, после чего коротко вздрогнул от прокатившейся по Магической системе волны Магии.

– Я, Гарольд Джеймс Поттер, принимаю Клятву. – подтвердил Гарри, после чего широко ухмыльнулся, сверкая огнём Магических зелёных глаз. 

И пусть он уже знал многое из того, что рассказал ему Люпин, однако преданность оборотня бывает весьма... полезна. 

Даже если придётся подливать каждому усовершенствованную Сыворотку Правды, Гарри это нисколько не смущает.

Интересно, и каким же будет его Блэковское безумство?