Спина к спине. Книга первая.

- А говорил, что разгадал загадку! - рассердилась Гермиона.

-Тише ты! - рассердился в ответ Гарри. - Мне надо было ещё раз проверить, понятно?

Гарри, Рон сидели за последней партой на уроке Заклинаний, а прямо перед ними Ребекка и Гермиона.

Проходили Отбрасывающие чары, которые действовали как Манящие, только наоборот. Профессор Флитвик снабдил студентов подушками: дру­гие предметы, что были в классе, могли больно ушибить или даже повредить что-нибудь.

Ребекка тяжело вздохнула, в очередной раз использовав заклинание и потерпев неудачу.

«Как бесит.., - подумала она, с тоской крутя в руках свою волшебную палочку, - хоть какое-то заклинание у меня получится сразу?»

- Забудь ты об этом яйце хоть на минуту! - провор­чал Гарри, а мимо со свистом безропотно пролетел про­фессор Флитвик и угодил на высокий шкаф. Невилл нечаянно запустил в него чарами.

- Послушай лучше, как Снегг с Грюмом...

Студенты так увлеклись веселыми полетами подушек, что не обращали больше ни на что внимания, и можно было спокойно поговорить. Гарри и Ребекка пол-урока шепотом пересказывали приключения прошедшей ночи.

- Снегг сказал, что Грюм обыскивал и его кабинет? - спросил шепотом Рон и с живым интересом в глазах взма­хом волшебной палочки кинул подушку, она взвилась в воздух и сбила с Парвати шляпу. - Выходит... может, Грюм и за Снеггом приглядывает, как за Каркаровым?

- Да Рон! - вышеперечисленный подскочил от неожиданности. - Какого черта лысого даже у тебя это заклинание более менее получается?!

- Что значит «даже»? - возмутился он.

Гарри с трудом подавил смешок.

Девушка не ответила - зло выдохнув, она ещё раз произнесла заклинание и взмахнула палочкой. Подушка слетела с парты и с невероятной скоростью прилетела прямо в лицо Невиллу Долгопупсу.

- Ох, Мерлин, - Ребекка вскочила и подбежала к парню. - Прости, Невилл! Всё хорошо?..

- Может, Дамблдор его вовсе и не просил, - ответил Гарри и посмотрел на рыжеволосую - она рассматривала небольшую ссадину на щеке, наклонившись близко к лицу отчаянно краснеющего Долгопупса. На душе неприятно заскребли кошки. - Грюм вроде говорил, будто Дамблдор позволил Снеггу испра­виться. Потому и держит его здесь.

- Да что ты! - Рон расширил глаза, и очередная по­душка взмыла в воздух, ткнулась в канделябр и шлепну­лась Флитвику на стол. - Слушай, а может, Грюм думает, что это Снегг подкинул твое имя в Кубок огня?

- Уж ты скажешь! - Гермиона поджала губы и пока­чала головой. - Помнишь, мы думали, будто Снегг хотел убить Гарри, а оказалось - он его спас?

Она заклинанием откинула подушку; она пролете­ла весь класс и угодила как раз куда нужно - в коробку.

- Зато я не помню, - хмыкнула Ребекка, присаживаясь на место - видно, она успокоилась, выпустив пыл на бедном Невилле. - Потому что меня не было.

Она выдохнула, выпрямила спину и, сделав плавный жест палочкой, сказала нужное заклинание. Подушка пролетела через класс и упала рядом с коробкой, не долетев до неё буквально пол метра.

- Sí, vas*! - кратко выругалась она настолько громко, что стоящие рядом ученики подскочили, и, поднявшись, руками закинула подушку в коробку.

Гар­ри закусил губу и поглядел на рассерженую Ребекку. Девушка уронила голову на сложенные на столе руки. Он палочкой ткнул её в спину.

- Все хорошо, Бекс?

- Да, кроме того что у меня ни черта не получится, - не поднимая головы пробурчала она.

- Мало ли, что сказал Грюм, - продолжила прерванный разговор Гермио­на. - Дамблдор умный, Хагриду профессору Люпину он тоже поверил, и они его не подвели, другие им работу бы не дали. Значит, он и со Снеггом прав, и Снегг, хоть он чуточку и...

- Черный маг? - перебил Рон. - С чего бы тогда, по-твоему, ловцам черных магов обыскивать его кабинет?

- С каких пор Снегг - черный маг? - подняла голову Ребекка. Рыжий хвост окончательно растрепался, и она сняла резинку, освобождая волосы из плена и оставляя их распущенными.

- А вот зачем мистер Крауч прикидывается боль­ным? - продолжала Гермиона, не обращая на брата и сестру Уизли вни­мания. - Не понятно... То не может прийти на Святоч­ный бал, а то ночью забрался в замок.

- Ты из-за этой эльфихи Винки Крауча не любишь, - сказал Рон и запустил подушкой в окно.

- А ты несправедлив к Снеггу, - парировала Гермио­на и отправила следующую подушку в коробку.

- Он не справедлив к Снеггу, потому что Снегг несправедлив к нему, - усмехнулась Ребекка.

- Надо узнать, что такого натворил Снегг и за что ему позволили исправиться, - пробормотал Гарри, кинул подушку, и она, к его удивлению, опустилась прямо на подушку Ребекки, положенную руками.

Сириус просил Гарри сообщать ему обо всем необыч­ном, что делается в Хогвартсе, и юноша тем же вечером написал, что мистер Крауч побывал в кабинете Снегга, и как Снегг говорил с Грюмом.

Написав письмо, Гарри стал думать о том, что для него было сейчас важнее все­го: как двадцать четвертого февраля провести под водой без воздуха целый час.

Девочки, казалось, перевернули всю Библиотеку, но ничего нужного так и не нашли.

Ребекка, посидев на одной из пар по Травологии рядом с Невиллом, договорилась с ним - парень подтянет её по этому предмету, а она его по Зельеварению (хоть и понимала, что это и бесполезно, ведь у Долгопупса всё не получается из-за волнения).

Однажды Гарри рассказал Рону об аквалангах, и Рон предложил снова воспользоваться Манящими чарами и достать в ближайшем магловском городе в магазине ак­валанг, ласты и маску. Но Гермиона тут же в пух и прах разнесла его предложение, сказав, что даже если Гарри до двадцать восьмого февраля и сумеет научиться пла­вать с аквалангом (что сомнительно), то его наверняка исключат из Турнира за нарушение Международного кодекса волшебной секретности. Маглы обязательно за­метят летящий в небе акваланг.

- Ага, а ещё заметят кражу, - кивнула Ребекка, даже не глянув на них из-за очередной книжки.

- Лучше всего, - сказала Гермиона, - превратиться во что-нибудь, например, в подводную лодку. Жаль, что мы еще не проходили превращение человека! Оно будет только на шестом курсе. Лучше теперь и не пытаться, мо­жет плохо кончиться...

- Да уж только перископа на голове мне и не хвата­ло, - заметил Гарри.

- А почему бы и нет? - Ребекка улыбнулась из-за книги. - Мне понравился вариант Гермионы. Может я тебя, Гарри, заколдую в какого-нибудь.., - она задумалась, приложив палец к губам, - окунька?

- Нет, спасибо, обойдусь как-нибудь.

И Гарри с мыслью, что еще немного и начитается на всю оставшуюся жизнь, снова обложился пыльными кни­гами и принялся искать заклинание, чтобы выжить без воздуха.

Этот квартет проводил в библиотеке все большие перемены, вечера и даже выходные. Гарри выпросил у МакГонагалл разрешение посещать Особую секцию Библиотеки, даже попросил помощи у сердитой, грифоподобной библиотекарши мадам Пинс, но нужно­го заклинания они так и не нашли.

Ребекку все чаще можно заметить хмурой - она считала, что допустит Гарри в озеро только если у того будет способ продышать час.

- А знаете что? - девушка с громким хлопком закрыла книгу. - Пойду утоплюсь в этом чёртовом озере. Всё равно.

Она встала, постояла пару секунд и присела на место.

- Помогу Гарри и утоплюсь, - хмыкнула она, продолжая чтение.

Такие перепады настроения коснулись не только её...

Гарри то и дело от отчаяния прошибал холодный пот, и он стал рассеян на уроках. Юноша никогда раньше не обра­щал особого внимания на озеро, он к нему привык так же, как к Запретному лесу или к самому замку. Теперь всякий раз, садясь в классе у окна, он все глядел и глядел на огром­ное зеркало из ледяной воды стального цвета, а темное дно озера представлялось ему таким же далеким, как луна.

Также, как и перед схваткой с хвосторогой, время ста­ло куда-то улетучиваться, словно часы заколдовали, и они ужасно заспешили.

До двадцать четвертого февраля - неделя (ничего, еще есть время)... пять дней до двадцать четвертого (пора бы уже что-то найти)... три дня (пожа­луйста, ну, хоть что-нибудь! Ну, пожалуйста...). За два дня до второго тура у Гарри пропал аппетит.

Ребекка буквально пихала ему на тарелку еду, хотя и сама почти не ела - её совсем не часто можно заметить жующей. Гермиона молча присоединилась к голодовке, но рыжеволосая и её постоянно заставляда поесть.

- Ну нечестно это, - заявила Грейнджер.

Ребекка, молча поглядев на неё, взяла со стола маленькую вафлю и запихнула себе в рот. Медленно прожевав, она проглотила ее и вернулась к чтению старого фолианта.

В понедельник во время завтрака вернулась бурая сова с ответом от Сириуса, и это была единственная за все время отрада. Гарри отвязал свернутый в трубочку кусок перга­мента, развернул и прочитал:

Сообщи дату следующей прогулки в Хогсмид.

Это было самое короткое письмо Сириуса. Гарри по­глядел, не написано ли чего на обороте, но там было пу­сто.

- Только через выходные, - прошептала Гермиона, прочитав записку через плечо Гарри. - На вот мое перо, отправь сейчас же сову обратно.

Ребекка и Рон переглянулись между собой, не понимая, о чем, собственно, речь, и одновременно пожали плечами. Девушка приняла из рук Гарри записку, пробежав по строчкам глазами, а потом отдала её Рону.

Гарри написал число и месяц прямо на обороте записки Сириуса, привязал ее к лапе бурой совы, и она уле­тела. Гарри грустно поглядел ей вслед. А чего он еще ждал? Совета, как продержаться под водой час без воздуха? То­ропился написать про разговор Снегга с Грюмом и со­всем забыл спросить про загадку яйца.

- Зачем ему знать день посещения Хогсмида? - удив­ленно спросил Рон.

- Не знаю, - ответил Гарри.

Записка была так корот­ка, что вся радость исчезла, и Гарри снова приуныл.

- Может, он хочет встретиться? - прошептала Ребекка, с тревогой в глазах смотря на друзей. - Но ведь это очень опасно...

- Пойдемте, сейчас Уход за Волшебными Существами.., - пожав плечами, грустно сказал Гарри.

Уход вел снова Хагрид. И то ли в извинение за соплохвостов, то ли оттого, что соплохвостов осталось всего два, то ли Хагрид желал доказать, что он ничем не хуже профессора Граббли-Дерг, только и он взялся рассказы­вать о единорогах. Об этих волшебных существах он, как оказалось, знал столько же, сколько о чудовищах, хотя, будь у единорогов вместо рогов ядовитые клыки, он бы говорил об их повадках с большей охотой.

- Как я рада, что теперь нету этой сварливой старухи, - чуть ли не подпрыгивая от воодушевления, сказала друзьям Ребекка и улыбнулась Хагриду, который как раз смотрел в их сторону. Великан улыбнулся в ответ.

Для урока Хагрид поймал двух маленьких единорожиков. Взрослые единороги белого цвета, а жеребята - золотые.

Парвати и Лаванда пришли в совершеннейший восторг, даже у Пэнси Паркинсон при виде двух малы­шек перехватило дыхание, хотя она всеми силами старалась это скрыть.

Гермиона и Ребекка, переглянувшись, почти что запищали от умиления, заставляя Гарри и Рон подпрыгнуть от неожиданности.

- Жеребят заметить проще, чем взрослых, - объяснил Хагрид. - Года в два они делаются серебряными, а рога вырастают годам к четырем. Взрослыми они стано­вятся в семь лет и уж тогда только белеют. Жеребята доверчивые, мальчиков не боятся. Коли хотите, можете по­гладить. Да сахаром их покормите.

Гермиона, схватив Ребекку за руку и два кусочка сахара в другую, умчалась к волшебным животным.

- Что, Гарри, идут дела? - спросил потихоньку Хаг­рид, отходя, чтобы ученики смогли погладить единорожиков.

- Угу, - ответил Гарри, смотря, как Ребекка осторожно погладила большого единорога и, разломив на несколько частей, отдала кусочек сахара.

- Волнуешься?

- Да, чуть-чуть.

«Да, очень «чуть-чуть». Всего лишь волнуюсь, что утону.»

- Послушай-ка, что скажу. - Хагрид похлопал гро­мадной рукой Гарри по плечу, и у юноши подогнулись ко­ленки. - Я тоже волновался за тебя перед хвосторогой. А ты его вон как! Я-то знаю, раз ты чего захотел, так уж добьешься. Теперь-то я не беспокоюсь. Все у тебя полу­чится. Подсказку-то ты отгадал?

Гарри кивнул, хотя ему страшно захотелось при­знаться, что он понятия не имеет, как продержаться под водой без воздуха целый час.

Он взглянул на Хагрида: может, он нырял в озеро, там ведь много кто жи­вет? Ведь и за остальными животными Хагрид присмат­ривал...

- Хагрид, а сколько им сахара можно? - крикнула Ребекка, стараясь отбиться от нападок единорожика, который выпрашивал у девушки ещё кусочек лакомства.

- Всё, что лежит там, на траве, не больше.

Девушка, улыбнувшись и уверенно кивнув, вернула свое внимание к единорогу, чмокнула в нос, что животное от неожиданности фыркнуло, и дала ему ещё один маленький кусочек сахара.

- Ты победишь, - уверенно пробасил Хагрид, снова похлопал Гарри по плечу, и юноша по щиколотку завяз но­гами в грязи. - Уж я-то знаю, знаю и все тут. Ты, Гарри, обязательно победишь!

Хагрид бодро поглядел в глаза Поттеру и радостно улыб­нулся. Ну разве можно его огорчить? Гарри через силу улыбнулся и отошел, сделав вид, что ему хочется вместе со всеми поласкать маленьких единорогов.

Вечером перед вторым испытанием Гарри уже каза­лось, что он спит, ему снится кошмар, а проснуться ни­как не выходит. Если и отыщется подходящее заклина­ние, думал он, за ночь его все равно не выучишь. Почему так поздно взялся за загадку-подсказку яйца? Ну, как так было можно? На уроках ворон ловил, а вдруг кто-нибудь из учителей рассказывал, как дышать под водой?

Как только стемнело, Гарри, Рон и Гермиона пришли в библиотеку набрали побольше книг и принялись вни­мательно пролистывать одну за другой в поисках нуж­ного заклинания. Книг было так много, что они даже друг друга не видели из-за огромных стопок. Каждый раз, ког­да Гарри встречалось слово «вода», сердце екало от радо­сти, но уже в следующую минуту опускались руки: чаще всего оказывалось, что это рецепт зелья.

- «Налейте в ко­тел две пинты воды, всыпьте полфунта толченого листа мандрагоры, положите головастика...»

- Все без толку, - безнадежно сказал Рон из-за своей книжной баррикады. - Ни одного подходящего закли­нания, вообще ничего. Есть заклинание осушения, но оно только для луж да прудов годится, а озеро осушить таким способом и думать нечего.

- Не может быть, чтобы совсем ничего не было! - пробормотала Гермиона, пододвигая поближе свечу к толстому тому «Забытых старинных заклинаний».

Неожиданно в Библиотеку ворвалась Ребекка, у которой как раз закончилось своеобразное занятие по Травологии с Невиллом.

Поспешно извинившись перед мадам Пинс, она присела возле них, заговорчески зашептав:

- Невилл мне рассказал об одном растении, которое поможет Гарри выиграть Турнир...

У юноши сердце в пятки упало. Наконец-то! Возможно, он и не умрет на испытании...

- Жабросли. Применяются для получения возможности некоторое время (около часа) оставаться под водой. У съевшего жабросли волшебника вырастают жабры, на руках появляются межпальцевые перепонки, а ноги превращаются в некое подобие ласт. Спасибо Невиллу. Как вам, ммм?

Девушка, явно довольная собой, потёрла руки.

- А... А где их взять? - спросила Гермиона, растерявшись.

Ребекка сразу помрачнела.

- Я ходила к Снеггу. Он ничего не дал, спасибо, что хотя бы отработку не всучил, - сказала она, сосредоточив взгляд на книге.

- Тогда.., - мягко начала Гермиона. - Этот вариант нам не подходит...

Ребекка не ответила, молча смерив Грейнджер взглядом и, взяв со стопки Гарри первую попавшуюся книгу, сделала вид, что углубилась в чтение.

- Знаю, что надо было делать, - сказал Гарри, уро­нив голову на книжку «Эффектные заклинания для ве­сельчаков». - Надо было стать, как Сириус, анимагом и превращаться в животное.

- Точно. Захотел - раз - и обернулся золотой рыб­кой, - подхватил Рон.

- Ну или лягушкой, - Гарри зевнул от усталости.

- Превращаться в животных учатся годами, а по­том еще надо и зарегистрироваться, и еще много чего, - сказала Гермиона, сощурившись и пробегая глазами содержание книги «Трудные волшебные зада­чи и их решения». - Помните, МакГонагалл рассказы­вала... надо зарегистрироваться в Отделе несанкциони­рованного волшебства... в какое животное превраща­ешься, особые приметы и все прочее, чтобы не нару­шать закон...

- Да и тем более, ты не выбираешь, кем стать. Станешь орлом каким нибудь - всё, - продолжила за подругой Ребекка.

- Да я пошутил, - отмахнулся Гарри. - Сам знаю, что до завтрашнего утра не научусь превращаться в лягушку.

- Чушь какая! - отчаянно воскликнула Гермиона, захлопнув «Трудные волшебные задачи». - Кому нужны завитки на волосах в носу?

- А почему бы и нег? Если хочешь, можем поспорить, - послышался голос Фреда Уизли.

Гарри, Рон, Ребекка и Гермиона разом оторвались от книг. Фред с Джорджем показались из-за стеллажей с книгами.

- А вы тут что делаете? - спросила Ребекка и откинулась на спинку стула, подозрительно прищурившись.

- Тебя вот как раз и ищем, - ответил Джордж. - Тебя МакГонагалл разыскивает. И тебя, Гермиона, тоже.

- Зачем это? - удивилась Гермиона.

- А кто ее разберет? - пожал плечами Фред. - Хотя, вид у нее был довольно мрачный.

- Она нам велела вас обеих в ее кабинет привести, - подытожил Джордж.

Ребекка с Гермионой поглядели на Гарри с Роном, а у Поттера все внут­ри похолодело. Сейчас им от МакГонагалл достанется. Должно быть, она заметила, что они ему все время помо­гают, а он должен все делать сам.

- Ладно, приходите в гостиную, - сказала Гермиона, встав со стула. - И захватите книг побольше.

Ребекка поднялась вслед за ней. Взяв свою сумку, она протянула её Гарри.

- Принеси её, пожалуйста, в гостиную, и отдай Браун и Патил - пусть занесут в комнату на мой стол.

- Конечно, - Гарри заерзал на стуле.

И Гермиона с Ребеккой, с тревогой на лицах, ушли.

Совсем скоро они с близнецами, спустившись на второй этаж, подошли к кабинету Минервы Макгонагалл, который, если честно, Ребекка видит в первый раз.

Постучавшись и услышав ответ, Джордж и Фред вошли, а за ними и Ребекка с Гермионой.

В кабинете находилась довольно странная компания - деканы всех факультетов, Людо Бэгмен, профессор Дамблдор, Чжоу Чанг и маленькая девочка лет восьми с серебристыми волосами.

- Отлично, спасибо, Уизли, можете идти, - сказала профессор Макгонагалл.

Хлопнула дверь.

- Итак.., - начал профессор Дамблдор. - Вы, наверное, думаете, зачем мы вас собрали здесь, верно?

Всё, не считая учителей, кивнули.

- Сразу заверю вас, что вам ничего не угрожает. Мы наложим на вас заклинание, но, как только ваши чемпионы найдут вас, оно спадет.

- Вы поместите нас на дно Чёрного озера, верно? - догадалась Гермиона.

- Да, мисс Грейнджер, - мягко улыбнувшись, сказал Дамблдор.

Ребекка и Гермиона встревоженно переглянулись.

Больше не говоря не слова, каждый декан поднял свою палочку и они одновременно сказали заклинание.

Веки Ребекки налились свинцом, и ей просто невероятно захотелось поспать...

***

Гарри открыл глаза. Он лежал головой на раскрытой книге под названием «Волшебная палочка - лучший по­мощник», уснул в библиотеке. Капюшон мантии-невидимки съехал с головы.

Гарри поднял голову и, щурясь от яркого дневного света, поправил очки.

- Гарри Поттер должен спешить! - неожиданно пискнул Доб­би. - До второго испытания десять минут! Гарри Пот­тер...

- Десять минут? - осипшим спросонья голосом спросил Гарри. - Десять... Как, десять?!

Он поглядел на часы. Без двадцати девять! У Гарри душа ушла в пятки.

- Гарри Поттер должен спешить! - Добби дернул Гар­ри за рукав. - Гарри Поттер должен быть у озера вместе с другими, сэр.

- Нет, Добби, поздно, - безнадежно махнул Гарри рукой. - Я не пойду, я не знаю, как..

- Гарри Поттер пойдет, Гарри Поттер пройдет испы­тание! - запищал эльф. - Добби знает, что Гарри Пот­тер не нашел нужную книгу, Добби сам нашел ее.

- Ты нашел? Ты ведь даже не знаешь, что будет во вто­ром испытании...

- Добби знает, сэр! Гарри Поттер должен нырнуть в озеро, отыскать Уизи...

- Чего отыскать?

- ...и отобрать Уизи у русалок

- Да Уизи-то что такое?

- Ваша Уизи, сэр, Уизи. Она сестра сэра, что подарил Добби свитер.

Добби дернул свой бордовый свитер, из-под которо­го торчали шорты.

- Они Ре... они Ребекку украли? - не поверил своим ушам Гарри.

- Они украли то, чего Гарри Поттеру будет очень не хватать. А через час...

- «Едва лишь час пройдет, искать уж будет поздно, покража пропадет...» - продолжил Гарри, расширенны­ми от ужаса глазами глядя на эльфа. - Что же делать, Добби?

- Гарри Поттер должен съесть вот это, - пискнул эльф, запустил руку в карман шортов и вытащил комок каких-то серо-зеленых скользких крысиных хвостов. - Это Жабросли, сэр. Съешьте их и ныряйте в озеро.

- Жабросли?! - не поверил своим ушам Гарри, с недоверием покосившись на сли­зистый комок.

- Они помогут дышать под водой, сэр.

- Добби, а ты точно знаешь, что это они? - в отчаянии спросил Гарри.

Добби уже однажды хотел ему помочь, и в конце кон­цов у него из руки исчезли кости.

- Добби точно знает, сэр, - затряс головой эльф. - Добби много чего слышит, сэр. Добби зажигает в замке огни и моет полы, Добби слышал, как профессор МакГо­нагалл и профессор Грюм говорили про следующее ис­пытание... Добби не позволит Гарри Поттеру потерять Уизи!

Все ясно: они украли Ребекку.

Гарри вскочил, скинул с себя мантию-невидимку, запихал в рюкзак, выхва­тил у Добби водоросли, сунул в карман и выскочил из библиотеки, эльф за ним вприпрыжку.

- Добби пора на кухню, сэр, - пропищал Добби в коридоре. - Добби будут искать. Удачи вам, сэр. Гарри уже промчался по коридору

и, сбегая по лест­нице через три ступеньки, крикнул:

- Спасибо, Добби! Пока!

В вестибюле еще копошились запоздалые студенты, они только что позавтракали и шли из Большого зала к озеру поглядеть на второе испытание; все в страхе на него оглядывались и отпрыгивали в сторону. Гарри вы­скочил в раскрытые дубовые двери и скатился вниз по парадной лестнице, сбив с ног Колина и Дэнниса Криви. Гарри побежал по лужайке.

На улице было солнечно и морозно, на противоположном берегу озера высились трибуны, те самые, что стояли в ноябре вокруг загона с драконами.

Трибуны были забиты до отказа, студенты оживленно переговаривались, и невнятный гомон, отра­жаясь от воды, доносился до Гарри. На ближнем берегу у самой воды стоял покрытый золотой парчой стол судей, и Гарри помчался туда напрямик вдоль озера.

Седрик, Флер и Крам уже стояли у судейского стола и ждали его. Гарри подбежал и с разбегу остановился у стола, за­брызгав грязью мантию Флер.

- Я... здесь... - запыхавшись, проговорил он.

- Где ты был? - важно с укором спросил кто-то. - Испытание вот-вот начнется.

Гарри увидел за судейским столом на месте мистера Крауча Перси Уизли.

- Ну-ну Перси, - вмешался Людо Бэгмен, облегчен­но вздохнув при появлении Гарри. - Дай ему хотя бы от­дышаться.

Дамблдор дружелюбно улыбнулся Гарри, Каркаров и мадам Максим холодно поглядели в его сторону, сразу было видно, что они его не ждали. Гарри согнулся и уперся руками в колени, тяжело дыша. В боку кололо, словно между ребер загнали нож, а времени на отдых уже не осталось. Людо Бэгмен рас­ставил участников вдоль берега озера на расстоянии де­сяти футов друг от друга. Гарри стоял с краю, рядом с ним Крам в купальных плавках и с волшебной палочкой на­готове.

- Все в порядке, Гарри? - прошептал Бэгмен, отстав­ляя Гарри от Крама еще на несколько футов. - Знаешь, что делать?

- Ага, - ответил Гарри, потирая бок, и взглядом нашёл на трибунах Рона, который приветливо махал ему и кричал чуть ли не громче всех. Гарри заметил в его глазах беспокойство - все же, девочек он не видел со вчерашнего вечера и ничего не знает.

Бэгмен нервно дернул плечом и вернулся к судей­скому столу, направил волшебную палочку на горло, как тогда, на Кубке мира, и произнес: «Сонорус!» - его голос тут же понесся через озеро к высоким трибунам.

- Ну, что ж, наши участники готовы ко второму ис­пытанию. Начнем по моему свистку. За час они должны найти то, что у них отобрали. Итак, на счет три: раз... два-три!

Холодный неподвижный воздух огласил пронзитель­ный свист, трибуны взорвались криками и рукоплеска­ньями. Гарри, не глядя, что делают другие участники ис­пытания, скинул ботинки, стянул носки, достал из кар­мана комок жаброслей, сунул в рот и побрел в озеро.

Вода в озере была ледяная и резала ноги, как будто это была не вода, а огонь. Мантия и брюки промокли, и чем глубже Гарри заходил, тем тяжелее они становились; он зашел в воду уже по колено, даже глубже, ноги немели и скользили на плоских, заросших илом камнях.

Гарри усердно жевал скользкие, как щупальца осьминога, буд­то резиновые водоросли. Зайдя в воду по пояс, он оста­новился, проглотил водоросли и стал ждать. На трибунах засмеялись. Глупо идти вот так в озеро безо всякого волшебства, глупее ничего и не придумаешь. Гарри дрожал от холода и весь покрылся гусиной кожей, холодно стоять в ледяной воде, да еще ветер треплет за волосы.

На трибунах смеялись все громче, особенно ста­рались слизеринцы, свистели и улюлюкали, и Гарри ста­рался не глядеть туда.

Вдруг он почувствовал, словно ему на лицо нало­жили невидимую подушку, зажали рот и нос, он судорож­но вздохнул, и у него закружилась голова. Легкие опусте­ли, а слева и справа на шее словно полоснули бритвой... Гарри схватился ладонями за шею и почувствовал под ушами широкие щели, которые открывались и закрыва­лись, словно хватали воздух - жабры!

Без дальнейших раздумий Гарри сделал то, что только и можно было те­перь сделать - нырнул в воду. Глоток ледяной воды показался глотком жизни. Голо­ва перестала кружиться, второй глоток воды плавно про­шел сквозь жабры, и мозг насытился кислородом.

Гарри поглядел на руки, в зеленой озерной воде они казались призрачными, а между пальцами выросли перепонки. Он изогнулся и взглянул на ноги - голые ступни вытянулись и тоже сделались перепончатыми, вместо ступней у Гар­ри отросли ласты.

Ледяная вода вдруг стала просто прохладной и при­ятной и удивительно легкой. Гарри вытянул руки, силь­ным гребком развел в стороны вдоль тела, заработал но­гами-ластами, и удивился, как быстро он плывет. И видел он теперь ясно и далеко, и можно было не моргать.

Ско­ро Гарри заплыл так глубоко, что уже не мог различить поверхности озера, и направился прямо ко дну. Гарри поплыл вдоль дна. Тишина давила на уши. Вода у дна была мутная, и видел Гарри теперь совсем недале­ко, футов на десять вокруг.

Гарри заплывал все ниже и ниже, к середине озера, он широко раскрыл глаза и старался заглянуть подаль­ше, туда, где за серой пеленой воды смутно маячили тени. Маленькие серебристые рыбки стрелами проноси­лись мимо.

Раз или два Гарри казалось, что впереди его поджидает чудище, но, подплыв ближе, он обнаруживал либо почерневшее бревно, либо ком водорослей. Других участников Турнира, русалок с тритонами, Ребекки и - к счас­тью - гигантского кальмара видно не было.

Картина под ним сменилась, теперь, насколько хва­тало глаз, внизу простиралась долина светло-зеленых водорослей высотой фута в два, казавшихся переросшей травой. Гарри все глядел вперед, не мигая, стараясь раз­личить, что его ждет впереди по очертаниям в полутьме.

Вдруг кто-то схватил его за ногу. Гарри обернулся и увидел гриндилоу. Маленькое, ро­гатое водное чудище вылезло из водорослей, крепко схватило Гарри длинными пальцами и оскалило острые клыки. Гарри сунул перепончатую руку в карман и стал нащупывать волшебную палочку, нащупал, и тут из зарос­лей появились еще два гриндилоу, схватили Гарри за ман­тию и потащили ко дну.

- Релассио! - беззвучно крикнул Гарри, изо рта у него вырвался пузырь воздуха, а из кончика волшебной палочки вместо привычных искр гриндилоу обдало струей кипятка, и зеленые монстры покраснели от злости.

Гарри вырвал ногу из костистых пальцев и быстро поплыл прочь, через плечо наудачу посылая в чудищ новые потоки кипятка. Грин­дилоу то и дело хватали его за ноги, но он отбрыкивался и, в конце концов, угодил пяткой одному прямо в лоб. Тот ско­сил глаза, перестал грести, его приятели погрозили Гарри ко­стлявыми кулаками и спрятались в водорослях.

Юноша отплыл подальше, остановился, спрятал вол­шебную палочку в карман мантии, оглянулся и прислу­шался. Тишина давила сильнее; Гарри описал круг, напря­женно глядя вдаль. Он заплыл уже очень глубоко, а кро­ме колышущихся водорослей еще ничего не нашел.

- Ну как? - раздался голос.

Гарри чуть удар не хватил. Он рывком перевернулся и увидел Плаксу Миртл, едва различимую в темной воде, только огромные глаза привидения за толстыми очками в перламутровой оправе глядели не мигая.

- Ты что, Миртл! - хотел крикнуть Гарри, и вместо этого у него изо рта вылетел большой пузырь.

Плакса Миртл захихикала.

- Плыви вон туда, - указала она. - Там будет твоя принцесса. Я с тобой не по­плыву. А то они меня как увидят, так сразу начинают го­няться.

Гарри в благодарность показал ей кулаки с оттопы­ренными большими пальцами и помчался в указанном направлении, держась повыше над водорослями, на слу­чай, если там прячутся другие гриндилоу.

В голове набатом стучало лишь одно имя - «Ребекка», и, как только парень вспоминал о ней, появлялись как будто дополнительные силы.

Плыл Гарри долго, как ему показалось, минут двадцать. Он плыл над целой долиной черного ила, и от того, что он плыл, илистая муть приподнималась и крутилась вих­рями. И, наконец, он вдалеке услышал обрывок русало­чьей песни из яйца.

На поиски даем мы
Тебе один лишь час...

Гарри поплыл быстрее.

Впереди в мутной воде пока­зался громадный камень. На камне - рисунок: тритоны держат в руках копья и гонятся за чудовищем, по виду - гигантским кальмаром.

Гарри миновал стороной камень и поплыл на русалочью песню.

...Минуло полчаса - спеши!
Скорей пропажу забери...

Вдруг из тьмы показались очертания домов, слеплен­ных прямо из булыжников и поросших водорослями. В темных окнах виднелись лица... эти лица были совсем не похожи на мордашку русалки с картины в ванной ста­рост. Серая кожа и длинные-длинные темно-зеленые воло­сы, желтые глаза, неровные зубы, на шеях - ожерелья из гальки.

Гарри плыл мимо, а они злобно на него глядели. Несколько тритонов и русалок выплыли из своих камен­ных хижин с копьями в руках и, мощно работая сереб­ристыми хвостами, подплыли взглянуть поближе.

Гарри поплыл скорее по русалочьей улице; каменных хижин становилось все больше, вокруг некоторых были разбиты сады водорослей, а у двери одной хижины даже сидел привязанный к колу гриндилоу.

Отовсюду выплы­вали новые русалки и тритоны, с любопытством разгля­дывали гостя, указывали друг другу на перепонки на ру­ках и ногах и на жабры Гарри и перешептывались.

Юноша завернул за угол, и его глазам предстало удивительное зрелище. На обрамленной несколькими домами площади со­бралась толпа русалок и тритонов. В середине площади высилась статуя тритона, высеченная из цельного куска скалы, перед статуей выстроился русалочий хор и пел песню участникам Турнира.

К хвосту статуи были привя­заны четыре человека. Ребекку привязали между Гермионой и Чжоу Чанг. Еще там была девочка лет восьми с серебристыми волосами, как у Флер Делакур. Гарри решил, что это ее сестра. Все четыре пленника крепко спали, склонив головы на пле­чи, у всех четырех изо рта тянулись вверх тоненькие струйки пузырьков.

Гарри поспешил к пленникам, ожидая, что тритоны нападут на него со своими копьями, но те нападать и не думали. Толстые скользкие веревки, которыми привяза­ли Ребекку, Гермиону, Чжоу и сестру Флер, были из водорос­лей и очень крепкие. Гарри вспомнил о перочинном но­жике, что подарил ему Сириус на Рождество, но ножик спрятан в дорожном сундуке в замке.

Гарри огляделся.

У тритонов в руках были копья. Гар­ри метнулся к тритону ростом выше двух метров с длин­ной зеленой бородой и ожерельем из акульих зубов и жестами попросил у него копье. Тритон рассмеялся и по­ка чал головой в знак отказа.

- Мы не станем помогать, - сказал он хриплым рез­ким голосом.

- Да что вы, в самом деле! - рассердился Гарри (сно­ва пузыри изо рта).

Он ещё раз взглянул на пленников. Голова Ребекки была словно у сломанной куклы - от малейшей ряби она моталась в сторону, а рыжие волосы были заплетены в толстую кому, вероятно, чтобы не мешать.

Такой вид ему не понравился.

Он попробовал вырвать у тритона копье из рук, но ничего не вышло, тритон только смеялся и качал головой. Тогда Гарри стал кружить над площадью в поисках чего-нибудь острого. Дно озера в этом месте было сплошь усыпано оскол­ками камней.

Гарри выбрал камень позазубристей, вернулся к статуе и принялся пилить им веревку. Минут че­рез семь веревка вокруг Ребекки была перепилена, и её - по-прежнему без сознания - тихонько понесло течени­ем над самым дном. Голова сново набекренилась, словно игрушечная.

Гарри снова огляделся. Ни Седрика, ни Флер, ни Кра­ма. Да где ж они застряли? Почему не торопятся?

Гарри подплыл к Гермионе и начал перепиливать и ее веревку. Его тут же схватили несколько пар мускулистых рук. Пять или шесть тритонов тянули его прочь от Гермионы и со смехом трясли головами.

- Забирай одного пленника, - сказал один из них - и плыви...

- Вот еще! И не подумаю! - выпустил пузыри Гарри.

- Ты должен забрать только своего друга... другие ос­танутся...

- Она тоже мой друг! - кричал Гарри, указывая на Гермиону. - И их я тут умирать не оставлю!

Голова Чжоу лежала на плече у Гермионы, девочка с серебристыми волосами походила на зеленое привидение.

Гарри попробовал было вырваться из рук тритонов, но те только сильнее расхохотались. Гарри судорожно принялся искать глазами других участников. Ну где же они, наконец? Может, он успеет поднять на поверхность Ребекку и вернуться за Гермионой и остальными? А сможет ли он их найти потом?

Гарри поглядел на часы - часы остановились. Вдруг тритоны и русалки что-то увидели и стали ука­зывать пальцами куда-то вверх. Гарри обернулся, погля­дел вверх и увидел Седрика. Седрик, широко раскрыв от страха глаза, плыл к русалочьей деревне, голова у него была в большом пузыре воздуха, и лицо казалось шире, чем на самом деле.

- Я заблудился! - проговорил Седрик одними губа­ми. - Флер и Крам тоже скоро будут.

У Гарри словно гора с плеч свалилась. Седрик достал из кармана перочинный ножик и перерезал веревку, ко­торой была привязана Чжоу, обхватил Чанг и уплыл с ней наверх.

Гарри остался ждать. Где же Флер и Крам? Час скоро кончится, и тогда, если верить песне, пленников уже не вернуть...

Вдруг послышались вопли русалок. Тритоны отпусти­ли Гарри и обернулись, обернулся и Гарри. К ним плыло чудовище: человеческое туловище в плавках и голова аку­лы - Виктор Крам попытался превратиться в акулу.

Акулочеловек подплыл к Гермионе и вцепился зуба­ми в веревку вокруг нее. Новыми зубами Краму легче было бы укусить дельфина, чем веревку, и Гарри подумал, что Крам, чего доброго, перекусит Гермиону пополам. Гарри подскочил к Краму, хлопнул его по плечу и протя­нул камень с зазубринами. Крам схватил камень, сейчас же перепилил веревку, обхватил Гермиону за талию и, даже не взглянув на Гарри, помчался наверх.

Юноша взглянул на Ребекку - ту унесло течением уже достаточно далеко, и он, быстро доплыв, вернул её на место, смотря, как её опять начало потихоньку уносить.

Что же делать? Если бы точно знать, что Флер при­плывет... А ее нигде не видно... Делать нечего...

Гарри снова схватил камень - Крам его кинул на дно, - но тритоны обступили Ребекку и незнакомую девочку и зака­чали головами. Гарри выхватил волшебную палочку.

- С дороги!

Изо рта выскочил только пузырь, но тритоны его поняли, потому что перестали смеяться и, расширив от сраха желтые глаза, глядели на палочку. Их много, а Гарри один, но понятно по их испугу, что волшебники из них такие же, как из гигантского кальмара.

- Считаю до трех, - выпустил Гарри изо рта струю пузырей и на всякий случай показал тритонам три паль­ца. - Раз (он загнул одни палец)... два (загнул другой)...

Тритоны разлетелись кто куда. Гарри кинулся к ма­ленькой девочке и принялся пилить ее веревку, скоро и девочка стала свободна.

Он обхватил Ребекку вокруг та­лии, схватил девочку за воротник дорогой мантии - по другому никак - и поплыл вверх.

Плыть и тащить за собой такой груз было тяжело, ру­ками он грести уже не мог; он изо всех сил работал лас­тами, но Ребекка и сестра Флер, словно мешки с картошкой, тянули его на дно...

Гарри глядел вверх. Еще очень глубо­ко, вода впереди черная... Тритоны с русалками плыли следом. Они легко носи­лись вокруг и глядели, как он выбивается из сил, стара­ясь скорее доплыть до поверхности.

Время скоро вый­дет. Тогда они утащат его обратно на дно? Может, они лю­доеды? Ноги Гарри отказывались служить, руки просто разламывались от боли... Стало тяжело дышать. Шея снова заболела, вода сно­ва становилась мокрой на вкус... Наверху уже светлее... Светлее...

Гарри с такой силой заработал ногами, что они слов­но взвыли от боли, а голова пропиталась водой.

Гарри больше не мог дышать... нужно вздохнуть... нужно плыть дальше... нужно плыть...

Вынырнул! От чудесного, свежего прохладного воз­духа закололо мокрое лицо.

Гарри глотал воздух и на­слаждался им, словно впервые в жизни вздохнул полной грудью.

Ребекку и девочку он держал на плаву вместе с со­бой. Зеленоволосые тритоны с русалками всплыли сле­дом за ним и улыбались.

Трибуны радостно завопили и засвистели, все вско­чили на ноги. Должно быть, все думали, что Ребекка с малень­кой девочкой захлебнулись, но нет, Ребекка и девочка про­снулись и открыли глаза.

Девочка смутилась и испугалась, а Уизли принялась судорожно кашлять.

- Можешь отпустить, Гарри, я не пушинка, - сказала она и, посмотрев на него, улыбнулась. - Ну, чего ты?

Гарри отпустил её, и девушка начала плыть уже сама, трясясь как банный лист от холода. Юноша и сам уже ощутил его.

- Ты вытащил девочку?..

- Флер так и не приплыла. Что же мне было делать? Не оставлять же ее там? - еле переводя дыхание, отве­тил Гарри.

- Ты что, и правда решил, что мы там останемся? - Ребекка улыбнулась - не смотря ни на что, у неё явно было хорошее настроение, вероятно из-за того, что он справился. От этого на душе потеплело. - Да Дамблдор никогда бы не позволил нам утонуть.

- А как же, в песне...

- Да это для того, чтобы вы там не возились и поско­рее нас нашли. Дай угадаю, ты был там больше, чем надо? - понимающе улыбнулась девушка.

Прочитала, как открытую книгу.

- Поплыли! - сказал Гарри.

- Давай я её возьму, ты ведь устал, - сказала Ребекка, указывая на сестру Флёр.

- Вместе.

Они вдвоем потянули за собой сестру Флер к бере­гу, где уже ждали судьи; двадцать тритонов плыли вместе с ними, словно почетный караул, и распевали хриплы­ми голосами страшные гимны.

Мадам Помфри возилась на берегу с Гермионой, Кра­мом, Седриком и Чжоу, укутывая их в толстые шерстяные одеяла. Дамблдор и Людо Бэгмен радостно заулыбались Гарри и Ребекке; Перси был белее простыни и казался беспомощным подростком. Он не стал дожидался, пока Ребекка и Гарри доплывут до берега, и сам пошлепал по воде им на встречу. Флер Делакур билась в истерике и вырывалась из рук мадам Максим с криком:

- Габ'гиэль! Габ'гиэль! Она жива? Скажите мне! Жива?

- С ней все в порядке, - пытался крикнуть Гарри, но от усталости и говорить-то мог еле-еле, не то, что кри­чать.

Перси подхватил Ребекку и бережно потащил к берегу.

- Ну Перси, - сказала она, обвив его за руку. - Не знала, что ты так за меня переживал.

- Конечно переживал, дура ты.

- Вот это было обидно.

Дамблдор с Бэгменом поддерживали Гарри под руки, Флер наконец вырвалась из крепких рук своего директора и схватила сестру в охапку.

- Там г'индилоу.. они на меня напали... о моя сест'-генка, я уже думала... я думала... - и она разрыдалась.

- А ну-ка, иди сюда! - приказала мадам Помфри Гар­ри, подхватила его, подтащила к остальным, завернула в шерстяное одеяло так крепко, будто смирительную ру­башку на него натянула, и влила в рот какого-то зелья, да такого горячего, что у Гарри дым из ушей пошел.

- Молодец, Гарри! - воскликнула Гермиона. - Мо­лодец! Сам обо всем догадался.

- Ну...- Гарри уже собирался рассказать ей о Добби, но заметил, что Каркаров пристально на него глядит.

Из всех судей только он не радовался возвращению Гарри, Ребекки и маленькой сестры Флер и остался сидеть за сто­лом.

- Да, сам, - сказал громко Гарри, так, чтобы и Кар­каров его услышал.

- Герм-ивонна, у тебя водный жук на голове, - ска­зал Крам.

Гарри показалось, что Виктор хочет привлечь внимание Гермионы и, может быть, напомнить, что это он только что спас ее, вызволив со дна озера, но Гермиона нетерпеливо смахнула с головы жука и сказала:

- Жаль, что ты не успел вовремя... Ты долго нас искал?

- Да нет... я вас быстро нашел...

Гарри почувствовал себя еще глупее. Здесь, на суше, стало яснее ясного, что Дамблдор ни за что не дал бы уме­реть пленникам, не доплыви до них участники. Взял бы Ребекку и уплыл, а не ждал там, как дурак. И вернулся бы пер­вым... Вот Седрик с Крамом русалочью песню всерьез не приняли и времени зря не теряли, не возились с осталь­ными пленниками...

Дамблдор склонился у воды и беседовал с русалкой самой дикой и злобной на вид изо всего водного народа; должно быть, она была среди своих собратьев главной. Дамблдор издавал те же резкие скрипучие звуки, что и тритоны с русалками, когда они над водой, значит, он знал русалочий язык.

Дамблдор разогнулся, повер­нулся к остальным судьям и сказал:

- Надо бы посоветоваться перед тем, как ставить оценки.

Судьи собрались в кучку.

Мадам Помфри отобрала Ребекку у Перси, подвела ее к Гарри и остальным, дала ей одеяло и напоила бодрящим зельем, потом отправилась за Флер и ее сестрой.

У Флер были исцарапаны и изреза­ны лицо и руки и изодрана мантия, но ей самой было не до того, и она ни за что не хотела позволить мадам Пом­фри промыть раны.

- П'гиглядите за Габ'гиэль, - попросила она мадам Помфри, а сама подошла к Гарри. -Ты спас мою сест'гу - восторженно сказала она. - Хотя она и не была твой пленник.

- Спас, - ответил Гарри, а сам в душе пожалел, что не оставил всех трех девчонок привязанными к статуе.

Флер наклонилась и расцеловала Гарри в обе щеки, он вспыхнул и подумал, что у него сейчас снова дым из ушей повалит, а девушка после обернулась к Ребекке, которая хмуро смотрела на неё, сильнее закутавшись в одеяло.

- И ты помогала... - сказала она.

-Да, - ответил та. - Помогала, совсем немного...

Флер быстро наклонилась и расцеловала в обе щеки и её. Ребекка при этом так растерялась, что не могла и слова вымолвить от такой неслыханной дерзости.

Она лишь возмущённо пыхтела, но Флёр уже не обращала на это внимания.

Тут за спи­нами участников раздался громоподобный, волшебно усиленный голос Людо Бэгмена, и они вздрогнули, а зри­тели на трибунах притихли.

- Дамы и господа, предводительница русалок и три­тонов поведала нам, что в точности произошло на дне озера, и вот наше решение: оценки чемпионам будут выставлены по пятидесятибальной шкале. Итак.. Мисс Флер Делакур продемонстрировала замечательное владение заклинанием головного пузыря, но на нее напали грин­дилоу, и она не сумела спасти своего пленника. Мы ре­шили поставить ей двадцать пять очков.

На трибунах захлопали.

- Я не достойна, - хриплым голосом проговорила Флер, качая своей очаровательной головкой.

Ребекка присела рядом с Гарри, улыбнувшись тому.

- Дальше, - прошептала она.

- Мистер Седрик Диггори также использовал закли­нание головного пузыря и первым вернулся со своим пленником, но вернулся на минуту позже установленно­го времени, - пуффендуйцы на трибунах разразились криками и аплодисментами, Чжоу поглядела на него, и ее глаза светились от радости. - Мистеру Диггори мы ставим сорок семь очков.

Гарри сник, если уж Седрик не успел вовремя, то сам он и подавно. Ребекка поддерживающе приобняла его за плечо, высунув руку из под своего одеяла.

- Мистер Виктор Крам продемонстрировал непол­ное превращение, что, впрочем, не помешало ему выпол­нить задание, и он вернулся вторым. Его оценка - сорок очков.

Каркаров надулся от гордости и захлопал громче всех.

- Индюк, - прошептала рыжеволосая, невольно веселя Гарри.

- Мистер Гарри Поттер с успехом воспользовался жаброслями, - продолжал Людо Бэгмен. - Он вернулся последним и потратил на задание гораздо больше условленного времени. Однако предводительница тритонов и русалок сообщила нам, что мистер Поттер первым на­шел пленников и задержался на дне только потому, что желал вернуть на сушу не только своего собственного, а непременно всех пленников.

Рон, Ребекка и Гермиона взглянули на Гарри вместе восхищен­но и жалобно.

- Почти все судьи, - тут Бэгмен неприязненно взгля­нул на Каркарова, - посчитали, что такое поведение го­ворит о высоких моральных качествах и заслуживает высшей оценки. Однако... оценка мистера Поттера - со­рок пять очков.

У Гарри сердце заколотилось от счастья, он разделил с Седриком первое место.

Рон и Гермиона от такой не­ожиданности мгновение глядели на Гарри, раскрыв рты, а потом радостно засмеялись и громко захлопали вмес­те с остальными студентами.

Ребекка радостно заверещала и кинулась на Гарри с объятиями, а тот схватил её за талию, не давая упасть.

- Ну, вот! - крикнул Рон. - Ты, оказывается, высокие моральные качества демонстрировал.

Флер тоже хлопала изо всех сил, а Крам приуныл, по­пытался снова заговорить с Гермионой, но та от востор­га не обращала на него внимания.

- Третье и последнее испытание состоится за закате двадцать четвертого июня, - продолжил Бэгмен. - За месяц до этого чемпионам Турнира объявят, что это бу­дет за испытание. Благодарю вас всех, что поддержали наших чемпионов.

Ребекка, обузднанная искренней радостью, поцеловала его в обе щеки, а тот покраснел не хуже спелого томата.

«Все», - ошеломленно думал Гарри, идя в кучке чем­пионов и пленников вслед за мадам Помфри в замок, что­бы переодеться в сухую одежду. «Все, прошел... теперь можно обо всем забыть до двадцать четвертого июня...»

И Гарри, поднимаясь по каменной лестнице замка рядом с друзьями и все ещё счастливой Ребеккой, решил, что, когда в следующий раз отправится в Хогсмид, обязательно купит Добби столько пар носков, сколько дней в году.

Sí, vas* - Да пошли вы.

Продолжение следует...