Спина к спине. Книга первая.

Принять ванну лучше всего ночью, решил Гарри: кто знает, сколько уйдет на разгадку золотого яйца? А ночь длинная.

Он хотел ещё и захватить с собой Ребекку, так так та просила постоянно держать её в курсе дел на счёт яйца, да и всего Турнира.

Не очень-то приятно быть обязанным именно Седрику, но, конечно, лучше всего подойдет ванная факультетских старост. В ней мало кто моется, можно пересчитать по пальцам. Значит, никто не по­мешает.

Гарри тщательно подготовился к вылазке.

Школь­ный завхоз Филч уже раз поймал его ночью в неполо­женном месте и снова попадаться совсем ни к чему. Са­мое главное - мантия-невидимка, да еще Карта Маро­деров, с ними не так опасно нарушать школьные пра­вила.

Ребекка он не сказал ни слова - он сам не знает почему, лишь сказал ей в назначенное время ждать его в гостиной. Слава Мерлину, они уже рассказали ей про мантию и объяснять ничего не придется.

В четверг вечером Гарри поспешил в спальню, на­дел мантию-невидимку спустился опять в гостиную и стал ждать. Ребекка, впрочем, совсем скоро спустилась из комнат девочек, и Гарри незаметно утащил её под мантию. Она ещё долго возмущалась, хотя юноша и сам бы испугался.

На этот раз, в отличие от вечера, когда Хаг­рид показал ему драконов, снаружи к гостиной подо­шел Рон и в назначенную минуту сказал Полной Даме пароль «Банановые оладьи».

- Удачи, - шепнул он Гарри и Ребекке, вошел в гостиную, а пара, невидимо скользнув мимо, отправилась в ванную старост.

Идти было максимально неудобно - тяжелое яйцо под мышкой, в руке перед глазами волшебная Карта, девушка сбоку и поверх все­го - мантия. Ребекка, конечно, предлагала помощь нести яйцо, но Гарри отказался - чтобы девочка и несла тяжёлое, когда рядом он? Не в жизнь!

К счастью, в залитых лунным светом ко­ридорах было тихо и безлюдно. На поворотах Гарри сверялся с Картой: никаких опасных встреч не пред­виделось. Вот и статуя Бориса Бестолкового, на лице недоумение, перчатки надеты не на ту руку.

Гарри от­считал от статуи нужную дверь, подошел ближе и ше­потом произнес пароль «Сосновая свежесть», как со­ветовал Седрик. Дверь скрипнула и отворилась.

Ребекка с недоумением послушно следовала за ним.

Гарри проскольз­нул в ванную, запер дверь на задвижку, снял мантию-невидимку и огляделся. Ребекка скрестила руки на груди, оглядела убранство и уставилась на него, как на осла среди стада овец.

Да, только ради такой ванной захочешь стать старо­стой. Просторная комната выложена белым мрамором. С потолка свисает великолепная люстра с горящими све­чами. Посередине комнаты прямоугольный бассейн - тоже из белого мрамора, по краям него около сотни золо­тых кранов, украшенных самоцветами, у ближнего края трамплин. На окнах льняные занавеси почти до пола; в углу большая стопка белых пушистых полотенец. На стене единственная картина в золотой рамке - на скале спит русалка, светлые волосы разбросаны по лицу и мерно вздымаются от ее дыхания.

- Так можно поинтересоваться, что мы здесь делаем? - покашляла Ребекка, привлекая внимание.

- Разгадываем загадку яйца, - развел руками Гарри, улыбнувшись на её недоумение. - Седрик посоветовал мне принять ванну. С яйцом.

- И со мной? - иронично хмыкнула девушка, улыбнувшись уголком губ и смотря на румянец на щеках парня.

- И с тобой, - кивнул юноша, - да, верно. Вперёд.

Гарри положил на пол свои вещи, оставляя лишь белье, улыбнулся моментально покрасневшей под цвет своих волос девушке, и подошел к бас­сейну, а шаги гулким эхом отдавались в мрамор­ной комнате.

Он положил полотенце, мантию и Карту с яйцом поближе к краю бассейна, встал на ко­лени и открыл сразу несколько кранов. Из них полилась вода с пеной для ванн. Такой пены Гарри еще не видывал. Из одного вырывались розовые и голубые мыльные пузыри размером с фут­больный мяч, из другого текла густая белоснежная пена. На такую пену, кажется, можно лечь. Третий кран испускал душистые лиловые облака, и они медленно расплывались над самой поверхностью воды.

Гарри открывал и закрывал краны, любуясь разноцветными струями. Особенно ему понравилась легкая струя, вся из пузырьков, которая, едва касаясь воды в бассейне, тут же взлетала в воздух и на мгновение застывала вы­сокими арками. Бассейн хоть и немаленький, очень быстро наполнился горячей водой, пеной и пузырями. Гарри закрыл краны и осторожно опустился в воду.

- А знаешь что? - неожиданно воскликнула Ребекка. - А все равно.

Сняв гольфы и школьную юбку, она осталась лишь в домашней футболке (достаточно короткой, стоит сказать), и как ни в чем не бывало пошла и плюхнулась в воду рядом с ним.

- Стану старостой, а? - улыбнулась она.

Её тело моментально скрыла розовая пена, и Гарри наконец мог спокойно перестать краснеть.

- Si mi madre supiera lo que hago. Me siento semidesnuda en el baño con un chico*, - сказала она и засмеялась.

Ох, этот голос... Гарри мог слушать её испанский вечно. Она так сладко оттягивала незнакомые гласные, а в её звонком голосе так и сквозило веселье.

Как бы ни была роскошна ванная, как бы ни хотелось открыть хоть несколько кранов, Гарри никак не мог отделаться от мысли, что Седрик просто решил над ним подшутить. Как можно, купаясь в бас­сейне, разгадать тайну золотого яйца? Ладно уж, при­шел так пришел.

Бассейн был довольно глубокий, Гарри едва касал­ся ступнями дна. Ребекка, которая была ниже его на половину головы, стояла у края бортика на носочках.

- Честно разве? - недовольно бурчала она, а Гарри только улыбался.

Он несколько раз переплыл бассейн туда и обратно, вернулся к яйцу, встал у бортика и при­задумался. Приятно, конечно, купаться в горячей души­стой воде, полной разноцветной пены и пузырьков, вот только разгадка ни на йоту не приблизилась.

Гарри стряхнул пену с рук, взял с пола яйцо и рас­крыл. Знакомый пронзительный вой разнесся по ван­ной, эхом отражаясь от мраморных стен - разобрать в нем что-то не было никакой возможности. Гарри по­скорее захлопнул яйцо: не услышал бы Филч! Неужели и правда, это шутка Седрика?

И тут вдруг случилось такое, от чего Гарри дернулся, поскользнулся, выпус­тил из рук яйцо, и оно, упав на пол, откатилось к стене.

- Я бы на твоем месте опустила его в воду, - про­изнесла Ребекка. Он совсем забыл о её присутствии. «Я выглядел, наверное, как идиот...»

- Ты позволишь мне..?

- Конечно, - кивнул Гарри и принялся внимательно наблюдать.

Ребекка немного вылезла из воды, доставая откатившееся ранее яйцо, а Гарри прикрыл глаза. Перед глазами стояла картина: тонкая футболка, плотно облегающая хрупкое женское тело и ничего не скрывающая... Он обратно открыл глаза лишь когда услышал всплеск воды.

Ребекка посмотрела на него с улыбкой и, набрав в лёгкие побольше воздуха, нырнула под воду.

Прошла минута. Гарри уже начал сильно беспокоиться и хотел уже нырять под воду и искать подругу, как она вынырнула - хмурая и мокрая. Рыжие волосы потемнели от влаги, а одна прядь прилипла ко лбу, так и норовя залезть в рот.

- Послушай сам, - кратко кинула она, отдавая Гарри яйцо.

Он послушно набрал в грудь воздуха, сел под водой на мра­морный пол и прислушался: из раскрытого яйца зву­чал хор голосов, от которых у него мурашки побежа­ли по коже:

Ищи, где наши голоса звучать могли бы,
Но не на суше - тут мы немы, словно рыбы.
Ищи и знай, что мы сумели то забрать,
О чем ты будешь очень сильно горевать.
Ищи быстрей - лишь час тебе на розыск дали.
На возвращение того, что мы украли.
Ищи и помни, отправляясь в этот путь,
- Есть только час, потом пропажи не вернуть.

Гарри оттолкнулся от пола, вынырнул и, встряхнув головой, откинул волосы с лица.

- Ну, как тебе загадочка? - невесело усмехнулась Ребекка.

- Не очень.., - Гарри задумался. - «Наш дом совсем не суша, наш дом там, где поем...»

- Какие-нибудь сирены.., - пожала плечами девушка.

- Я ещё раз послушаю, - дождавшись одобрительного кивка, Гарри заново нырнул под воду.

Он нырял еще три раза, пока наизусть не запомнил песню золотого яйца. После чего принялся ходить по бассейну, ломая голову.

Ребекка с интересом новорожденного смотрела на него.

-Гм... Надо найти людей, которые не могут говорить на земле... - рассуждал Гарри. - Кто бы это мог быть?

Он неожиданно посмотрел на девушку.

- Бекки.., - начал он. Уизли с улыбкой склонила голову набок, слегка кивая. Её забавлял такой вид парня, - ты что-то говорила про сирен... Кто это?

- Гарри, с удовольствием бы помогла, - девушка раскинула руки на бортики бассейна, блаженно расслабляясь, - но, увы, мне так нравится смотреть на твою задумчивость, так что вынуждена оставить тебя самого догадываться. Ну же, мальчик, это совсем не сложно...

Поморщившись от обращения, Гарри окинул ванную комнату взглядом. Поющие голоса слышны только под водой, значит, их облада­тели под водой и живут. Гарри поделился догадкой с Ребеккой.

- Молодец, близко, - похвалила она.

- Погоди, погоди... - неожиданно сказал брюнет. Взгляд его упал на единственную в ванной кар­тину. -А русалки с тритонами в озере есть?

- Ну, наконец-то! - воскликнула Ребекка и, соскользнув со скользких бортиков, с головой ушла под воду.

Вынырнув, она принялась отплевываться, посмеиваясь.

- Ага! - радостно воскликнул Гарри. - Значит, во втором испытании надо найти в озере русалок с три­тонами и... и...

До Гарри вдруг дошел смысл разгадки, и он сник, словно из него вытащили пробку и вся радость вытек­ла.

Он ведь не так хорошо плавает. Дадли учился пла­вать, а Гарри нет. Тетя Петунья с дядей Верноном, по­хоже, надеялись, что в один прекрасный день он уто­нет и освободит их от своего присутствия.

Бассейн в ванной - это одно, а большое глубокое озеро - со­всем другое! Тем более что водный народ наверняка живет на самом дне...

- Как же там дышать? - растерянно спросил Гар­ри.

Они словно поменялись местами - теперь Ребекка принялась ходить по бассейну, ломая голову, а Гарри наблюдал за ней.

- Не знаю, - наконец повернулась она к нему. - Посмотрим в книгах, желательно, завтра, ладно?

- Без проблем, - улыбнулся Гарри.

Вид Ребекки действовал на него успокаивающе.

Гарри вдумался в песню русалок. Они пели: «...мы сумели то забрать, о чем ты будешь очень сильно горевать». Значит, они что-то украли, и надо будет это вернуть. Но что?

- Ладно, - рассеянно бросил Гарри. - Я теперь многое знаю.

- Пошли? - с улыбкой спросила Ребекка.

- Пошли, - кивнул Гарри.

Они вылезли, хорошенько вытерлись и принялись одеваться, но тут возникла проблема - так как Ребекка купалась в футболке, то она вся была мокрая, а сверху на ней ничего больше не было - ей же никто не сказал, что они будут делать.

- Возьми мою мантию, - сказал Гарри.

Ребекка тут же отрицательно закачала головой.

- А как же ты?

- А у меня сухая футболка...

С этими словами он надел девушке большую для неё мантию, не обращая внимание на её сердитое бурчание.

- Спасибо, - кивнула она под конец.

Гарри и Ребекка вышли из ванной в темный коридор, и Гарри сверился с Картой: нет ли кого поблизости. Точки с именами Филча и миссис Норрис у себя в кабинете. Вроде бы все еще спят, кроме полтергейста Пивза, - он носится этажом выше в Зале Славы.

Они двинулись было в сторону своей башни, как вдруг парень заметил на Карте какое-то новое движение. В нижней комнате слева - в кабинете Северуса Снегга мечется точка, подписанная... «Бартемиус Кра­уч».

Гарри поднес карту к самым глазам. Мистер Крауч как будто болен, даже на работу не ходит, и на Святоч­ном балу не был. Что же он делает в час ночи в Хогвар­тсе?

- Ты чего? - раздался приглушённый шепот Ребекки.

- Смотри...

Гарри передал карту ей в руки, ткнув пальцев в нужную точку. В глазах девушки читалось удивление, и она с недоумением подняла на него глаза.

- Крауч?..

Точка сновала по всей комнате, останавливаясь то в одном углу, то в другом.

Гарри в нерешительности помедлил, но любопыт­ство пересилило. Он взял девушку за руку, развернулся и пошел к ближай­шей лестнице, ведущей вниз. Ребекка послушно следовала за ним.

«Что же все-таки у мисте­ра Крауча на уме?»

Пара неслышно спускалась по ступеням, но не­сколько картин, однако же, обернулись на скрип по­ловиц и шорох пижамы.

Этажом ниже Гарри, пройдя полкоридора, приподнял висевший на стене гобелен и вышел на узкую лестницу, которая сокращала путь на два этажа. Ребекка молчала - казалось, её уже ничего не удивит.

Гарри опять взглянул на карту с недоумени­ем: как это мистер Крауч, такой правильный, зако­нопослушный, вдруг среди ночи забрался в чужой кабинет?

Они вновь пошли вниз и вдруг парень провалился одной ногой в дыру. Его так занимало странное поведение мистера Крауча, что он совсем забыл о ложной сту­пеньке, куда вечно проваливался Невилл.

- Ну, Гарри, аккуратнее, - раздался приглушённый голос Ребекки, но в нем не было упрёка, лишь беспокойство.

Гарри дер­нул ногу, золотое яйцо, еще влажное, выскользнуло из подмышки и по­скакало по ступеням с таким грохотом, словно кто-то бил в большой барабан. Ребекка, выбежав из под мантии, побежала за ним со всех ног.

Мантия-невидимка попол­зла с плеча, Гарри успел подхватить ее, но выронил Карту Мародеров, которая упала шестью ступенями ниже. Нога его по колено застряла в дыре, до Кар­ты не дотянуться. Ребекка не сможет помочь - она уже гораздо ниже.

Золотое яйцо набрало скорость, пролетело сквозь нижний гобелен, маскирующий выход из потайной ле­стницы, раскрылось и завыло на весь коридор. Ребекка, не успевшая, с разочарованием побежала обратно наверх.

Гарри вынул волшебную палочку, хотел убрать изображение на Карте, но не достал. Поправил ман­тию, выпрямился и в страхе замер.

Ребекка, которая не видела, где именно он находится, нашла карту и, словно слепец, принялась водить руками по воздуху. Гарри схватил её за руку и затащил под мантию, стараясь делать это максимально аккуратно.

- Пивз!!! - раздался голос.

Завхоз Филч вышел на охоту.

Он был еще далеко, но Гарри узнал торопливую стариковскую походку и хрип­лый сердитый голос.

— Завхоз, что-ли..? — удивилась Ребекка.

— Именно, — невесело усмехнулся Гарри.

Из шепот прерывал ночную тишину, эхом отдаваясь в коридорах, и они замолчали.

- Ты чего там грохочешь? Весь замок поднимешь на ноги! Ох, доберусь я до тебя, Пивз! Ох, доберусь! А здесь у нас что?..

Шаги затихли, яйцо клацнуло, и вой прекратился. Гарри стоял, не шелохнувшись, и слушал, ногу крепко зажало в заколдованной ступеньке.

Филч станет ис­кать Пивза, откинет гобелен, а Пивза-то тут и нет... Пойдет, чего доброго, наверх и на них в мантии - уйти-то им мешает нога Гарри, прочно застрявшая в ступеньке.

- Гляди-ка, киска, золотое яйцо, - сказал Филч. (Ста­ло быть, миссис Норрис с ним.) - Да это же загадка для второго тура. Яйцо кого-то из чемпионов.

У Гарри заколотилось сердце и потемнело в глазах.

Ребекка сглотнула рядом с ним, схватившись за его плечо, как утопающий за круг. Стало быть, от страха ноги подкосились, хотя и он-то не сильно отличился...

- Пивз, выходи, ворюга! - ликуя, заорал Филч.

Он отдернул гобелен и сунул в брешь голову лицо одутловатое, выцветшие глаза навыкате. Филч погля­дел вверх, вниз и никого не увидел.

Ребекка отпустила его и упёрлась руками в собственные колени.

Чёрт...

- Спрятался? Ну ничего, я до тебя доберусь. Пос­леднее дело - воровать у чемпионов. Уж теперь-то Дамблдор тебя выгонит! Выходи, говорю, полтергейст!

Филч пошел вверх по лестнице, худая серо-коричневая кошка бежала рядом. Глаза миссис Норрис- два фонаря - глядели прямо на пару.

— Кошки... Кошки видят сквозь мантию..? — прошептала Ребекка, расширив глаза от страха. Последнее дело - отличнице, и ночью попасться после отбоя.

От этих слов Гарри чуть не лишился сознания.

А Филч в старом бу­мазейном халате был все ближе, ближе. Гарри еще раз дернул ногу, но только глубже увяз.

- Да не двигай ты её, — раздражалась Ребекка, но Гарри и не думал обижаться - если бы не он, всего этого и не было бы. - Если попадемся - так тому и быть.

- Филч? Что тут происходит? - раздался голос.

Ребекка задрожала от ужаса, тяжело втянув воздух в лёгкие.

Остановившись шагах в двух от Гарри, Филч обер­нулся. Внизу лестницы стоял тот, кого Гарри боялся больше, чем завхоза - Северус Снегг. Судя по ночной рубашке, он только что встал с постели, а судя по вы­ражению лица, был зол как собака.

- Пивз скатил вниз вот это яйцо, профессор, - не­годовал Филч.

Снегг взбежал по лестнице к Филчу. Гарри стиснул зубы, сердце колотилось как бешеное...

- Пивз, по-вашему? - Снегг глядел на яйцо в руках Филча. - Но Пивз не мог забраться в мой кабинет...

- Яйцо лежало у вас в кабинете?

Ребекка нахмурилась. «Что-то тут нечисто...То Крауч, то вообще яйцо в кабинете Снегга... Бред.»

-Разумеется, нет! Я услышал вой и стук по ступенькам...

- Верно, профессор, это яйцо катилось...

- ...и пошел посмотреть...

- ...его кинул Пивз...

- ...по дороге я заметил, что в моем кабинете горят факелы, а дверца шкафа открыта настежь. Кто-то там хозяйничал.

- Но Пивз не мог...

- Конечно не мог! Я запечатываю кабинет закли­нанием, которое может снять только волшебник. - Снегг поглядел вверх сквозь парочку, потом вниз. - Идемте, Филч, поможете найти взломщика. -Профессор, но я хотел...

Филч с сожалением поглядел сквозь Гарри и Ребекку. Другой та­кой возможности поймать Пивза с поличным не скоро дождешься.

«Иди. Ну иди со Снеггом! Ну, пожалуйста», - мыс­ленно просил Гарри.

Ребекка же молила намного агрессивнее.

Миссис Норрис выглянула из-за ног хозяина. Наверняка учуяла запах... Зачем только налил в бассейн столько душистой пены?

Ребекка потёрла правую бровь.

«Я тоже недоволен, - мысленно усмехнулся Гарри, - я тоже...»

- Профессор, - скулил Филч, - Пивз украл вещь студента. Теперь-то уж директор меня послушает и навсегда вышвырнет мерзкого полтергейста из зам­ка...

- Да что мне ваш полтергейст? В мой кабинет за­лезли, а вы тут...

Клак, клак, клак, - послышались шаги.

Снегг осекся. Оба с Филчем посмотрели вниз. Меж­ду их голов пара увидела Грюма.

- Чёрт, - зашипела Гарри на ухо Ребекка. - Чёрт, чёрт, чёрт...

«Да что случилось? - подумал Гарри.»

Грозный Глаз вышел из-за гобелена в длинной ночной рубашке, поверх ко­торой был наброшен старый походный плащ. Он, как всегда, опирался на свою палку.

- Вечеринка в пижамах? - ухмыльнулся Грюм.

- Мы с профессором Снеггом услышали шум, - по­спешил объяснить Филч. - Полтергейст Пивз, как все­гда, хулиганит. А профессор Снегг обнаружил, что кто-то забрался в его каби...

- Замолчите! - прошипел Снегг.

Грюм шагнул к лестнице, поглядел волшебным гла­зом на Снегга, потом на Гарри и Ребекку.

Гарри встрепенулся. Грюм же видит сквозь мантию-невидимку! Теперь понятно, чего Ребекка так беспокоилась.

Забавная сцена ему представилась: Снегг в ночной рубашке, у Филча в руках золотое яйцо, а Гар­ри увяз ногой в одной из ступенек, а рядом с ним Ребекка, держащая указательный палец у рта и буквально молившая молчать.

От изумления кри­вой рот Грюма повело в сторону.

Несколько мгновений они с Гарри глядели друг другу в глаза. Затем Грюм мимолётно совсем незаметно кивнул Ребекке и ус­тремил голубой глаз на Снегга.

- Я верно расслышал? Кто-то проник к вам в каби­нет, Снегг?

- Неважно.

- Напротив, очень важно. Кому понадобилось за­браться в Ваш кабинет?

- Какому-нибудь студенту. - На жирном, блестя­щем виске Снегга забилась жилка. - Это не первый раз. Воруют вещества для зелий из моего личного запаса. Варят незаконные зелья.

- Стало быть, вещества для зелий? А может, вы чего прячете в вашем кабинете, а?

Цвет лица Снегга из землистого стал кирпичным, жилка на виске забилась сильнее.

- Вы, Грюм, отлично знаете, что я ничего не прячу, - с тихой угрозой произнес он. - Вы и сами тщательно обыскали мой кабинет.

«Что делать?! - били тревогу в девичьей голове тараканы. - Так просто не скрыться - Гарри застрял, а ждать - крайне опасно.»

Улыбка перекосила без того кривое лицо Грюма.

- Такова работа мракоборца, Снегг. Дамблдор при­казал приглядывать...

- Дамблдор мне доверяет, - возразил Снегг сквозь зубы. - Я не верю, что он мог вам приказать это.

- Конечно доверяет. Он вообще людям верит. Дает им возможность начать новую жизнь. А я считаю, есть пятна, которые не смываются. Понятно, о чем я?

При этих словах Снегг схватил правой рукой левую, как будто запястье вдруг пронзила сильная боль. Грюм рассмеялся.

- Идите спать, Снегг.

- Никто не давал Вам права приказывать мне! - Снегг резко отпустил запястье, словно разозлился на самого себя. - Я имею такое же право, как и Вы, бро­дить ночью по школе.

- Вот и бродите. - В голосе Грюма прозвучала не­шуточная угроза. Ребекка сглотнула - так Грозный Глаз выглядит намного устрашающе. - Как-нибудь встретимся еще в тем­ном коридоре... Вы, кстати, что-то вон там обронили.

Грюм указал на Карту Мародеров, и у Гарри ноги под­косились от страха. Когда, чёрт возьми, Ребекка её выронила?! В какой момент?!

Снегг и Филч разом обернулись, и Гар­ри решился на отчаянный шаг: вскинул под плащом руки, замахал Грюму и, указывая на себя, одними губами произ­нес:

- Это мое! Мое!

Лицо Снегга исказила догадка, и он поспешно по­тянулся за Картой.

- Акцио пергамент! - опередил его Грюм.

Карта приподнялась, скользнула сквозь пальцы Снегга и опустилась в руку Грюма.

- Прошу прощения, небольшая ошибка, - невоз­мутимо произнес он. - Это мое. Должно быть, случай­но выронил...

Ребекка чуть ли не заплакала. Как она не заметила отсутствие пергамента?..

Снегг черными глазками взглянул на Карту в руке Грюма, на яйцо в руке Филча, и его осенило...

- Поттер, - процедил он сквозь зубы.

- Что? - спросил Грюм, свернул Карту и спрятал в карман.

- Поттер! - рыкнул Снегг и взглянул на то место, где стоял Гарри, как будто видел его. - Это яйцо Пот­тера. Я узнал и пергамент. Он тоже принадлежит Поттеру. Мальчишка где-то здесь, рядом. В мантии-неви­димке.

«Вот и сказочке конец, ты подохнешь и... и всё.» - жизнерадостно произнесли тараканы в голове.

Снегг вытянул, как слепой, руки и стал медленно подниматься по лестнице, ноздри у него раздувались, как будто он принюхивался.

Гарри откинулся назад, кончики пальцев Снегга, казалось, вот-вот коснутся его... Ребекка в последний момент убрала его волосы, прижав ко лбу, и профессор коснулся пустоты.

Гарр облегчённо выдохнул, благодарно взглянув на подругу.

- Там никого нет, Снегг! - крикнул Грюм. - Но я с удовольствием сообщу директору, что первый вам на ум пришел именно Гарри Поттер.

- И что? - Снегг остановился в каком-то миллиметре от Гарри, рук однако не опустил.

- А то, что Дамблдору не вредно знать, кто на Пот­тера точит зуб. - Грюм дохромал до лестницы. - Да и мне хотелось бы кое-что прояснить...

Неверный свет факела мерцал на его искромсанном лице, отчего шра­мы и изувеченный нос казались еще страшнее. С минуту все молчали. Снегг повернулся к Грюму и опустил руки. Гарри его лица не видел.

- Я только подумал, - произнес Снегг с деланным спокойствием, - что Поттер опять стал бродить по но­чам... Такая уж у него несчастная привычка... Его надо от нее отучить... для его же собственной пользы...

- Ну как же, за Поттера тревожитесь. Ну-ну...

Еще с минуту Снегг и Грюм молча глядели друг на друга. Миссис Норрис громко мяукнула, вертя голо­вой в поисках источника банного аромата, а Ребекка прикрыла глаза от стресса...

- Пойду-ка я спать, - кисло проговорил Снегг.

- Лучшая мысль за всю ночь, - заметил Грюм. - Дайте-ка мне это яйцо, Филч...

- Не дам! - Филч вцепился в свою добычу, как в лю­бимое чадо. - Это улика против Пивза, профессор.

- Это яйцо участника Турнира. Дайте его мне. Скорее!

Снегг спустился и, не прибавив ни слова, прошел мимо Грюма. Филч позвал миссис Норрис, кошка зыркнула еще раз на Гарри, повернулась и побежала за хо­зяином.

Гарри тяжело дышал, слушая, как удаляется Снегг. Ребекка не лучше - она схватилась за его плечо, еле держась на ватных ногах.

Филч отдал яйцо Грюму и тоже ушел, бросив напоследок своей кошке:

- Ничего, киска, утром пойдем с тобой к Дамблдо­ру, все ему про Пивза расскажем...

Где-то хлопнула дверь.

Гарри поглядел на Грюма; ос­тавив палку внизу, тот тяжело похромал вверх.

- Что, ребята, едва-едва выкрутились?

-Да... спасибо вам, - пролепетал Гарри.

- Спасибо, - просипела Ребекка, - что бы мы без Вас делали?..

- Попались, - хмыкнул Грюм.

- И то верно, - горько усмехнулась девушка.

- Что это такое? - Грюм вынул из кармана Карту Мародеров.

- Просто карта замка, - отмахнулся Гарри.

Нога начала сильно болеть.

Ребекка, неожиданно присев перед ним на колени, попыталась максимально аккуратно извлечь его ногу из дыры. Спустя пару минут вышло, и она, потирая руки, встала обратно.

- Спасибо, - благодарно улыбнулся ей Гарри.

- Борода Мерлина, - прошептал Грюм, разгляды­вая карту. Волшебный глаз заметался по волосяным пе­реплетениям линий. - Нет, Поттер, это не просто кар­та замка.

- Вообще-то полезная штука.

Грюм не отрываясь глядел на карту.

- Слушайте-ка, - медленно проговорил он, - вы, случайно, не видели, кто ходил по кабинету Снегга? На карте, конечно.

- Видел, - признался Гарри.

- Мистер Крауч, - продолжила Ребекка, разглаживая влажные рыжие волосы.

Волшебный глаз тотчас обшарил всю карту. Грюм явно встревожился.

- Крауч? Вы не ошиблись?

- Нет.

- Ладно, в замке его больше нет. Гм... Крауч... Весь­ма любопытно...

Еще с минуту Грюм молча глядел на карту. Эта но­вость что-то для него значила, и Гарри очень захоте­лось узнать что. Спросить не спросить? Страшнова­то... Гарри вообще побаивался Грюма, но ведь он только что помог ему избавиться от больших неприятностей...

- Профессор Грюм, скажите, пожалуйста, зачем ми­стеру Краучу было забираться в кабинет профессора Снегга?

Волшебный глаз Грюма оторвался от карты и, чуть подрагивая, пронизывающе поглядел на Гарри. Он, казалось, прикидывает, сказать или нет, и если сказать, то что именно?

Ребекка сбоку странно покосилась на него и странно хмыкнула, будто знала, что он это спросит.

- Я бы так ответил, Поттер, - начал он наконец. - Говорят, Грозный Глаз помешался на ловле черных ма­гов, да только Грозный Глаз по сравнению с Барти Краучем пустое место.

Он снова поглядел на Карту. Но Гарри на этом не успокоился.

- Профессор Грюм, а может быть, это из-за... то есть, может быть, мистер Крауч что-то подозревает...

- Что он подозревает?

Как бы не проговориться! Ни к чему Грюму знать, что у Гарри есть источник информации за стенами замка. Станет еще выпытывать про Сириуса...

- Ну, не знаю... - ответил Гарри.

- Последнее вре­мя тут происходит много непонятного. В «Пророке» об этом писали... Черная Метка на Кубке мира, Пожирате­ли смерти, да и вообще.., - спасла его Ребекка, немного понизив голос на последнем предложении и чуть ли не прошептав его.

Грюм широко раскрыл оба своих разных глаза.

- А ты, гляжу, парень не промах. Уизли, впрочем, как и её отец, молодец, - сказал он, и его вол­шебный глаз вернулся к Карте, а друзья переглянулись. - Крауч, возможно, занят именно этим. Очень возможно. Слухи сейчас ходят престранные. Без Скитер, конечно, не обошлось... Многие пе­репугались. - Ухмылка еще больше перекосила его кри­вое лицо. - Если я кого ненавижу, - пробормотал он себе под нос, глядя в левый нижний угол Карты, - так Пожира­теля смерти, который разгуливает на свободе...

Гарри с изумлением взглянул на Грюма. Неужели правда? Да нет, не может быть.

Ребекка неуютно потопталась на своем месте, покосившись на Грюма и принявшись заплетать себе небрежную длинную косу. На ночь, наверное...

- А теперь, Поттер, кое-что я у тебя спрошу. - Грюм перешел на деловой тон.

У Гарри душа ушла в пятки. Сейчас Грюм спросит, откуда у него эта Карта - волшебная вещь весьма со­мнительного происхождения. Целая история, как она попала ему в руки. В ней замешаны и его собственный отец, Фред с Джорджем, профессор Люпин, прошло­годний учитель Защиты от Темных Искусств. Даже Ребекка не знает об этом, хотя, если бы она спросила, он бы рассказал, конечно...

Гарри со­брался с духом, приготовившись отвечать на скольз­кие вопросы.

Грюм поднял Карту перед собой и спро­сил:

- Можно мне позаимствовать ее на время?

- Конечно! - обрадовался Гарри.

Очень жаль кар­ту, но какое счастье, что Грюм не спросил, откуда она у него. Да к тому же Глаз здорово ему помог, так что он у него в долгу.

- Спасибо, Гарри, - прохрипел Грюм. - Она очень мне пригодится. Ее-то мне, может, и недоставало... А те­перь, Поттер, скорее в постель!

Они все вместе поднимались по лестнице. Грюм не от­рывал глаз от Карты, как будто раздобыл сокровище, равного которому нет во всем свете.

Шли молча, у две­ри своего кабинета Грюм остановился и поглядел на Гарри. Ребекка явно чувствовала себя третьей лишней.

- Тебе, Поттер, не приходило в голову стать мракоборцем?

- Нет, - изумленно ответил Гарри.

- А ты подумай об этом на досуге. Хорошенько по­думай... Кстати, ты ведь взял с собой яйцо не просто по­гулять с ним по замку?

- Не просто, - улыбнулся Гарри. - Я загадку раз­гадывал.

Грюм моргнул, его волшебный глаз снова заходил ходуном.

- Ничего нет лучше ночной прогулки для решения загадок. Верно, Уизли? - Грюм протянул Гарри золо­тое яйцо, хитро взглянув на девушку. - Увидимся утром.

Он вошел в кабинет и, все еще глядя на Карту, закрыл за собой дверь.

Гарри побрел в башню Гриффиндора, думая о Снег­ге, о Крауче, обо всем происходящем... Зачем Крауч притворился больным, а сам ночью объявляется в Хог­вартсе? Что Снегг прячет у себя в кабинете? Что там искал Крауч? Грюм считает, что Гарри может стать мракоборцем. Вот это да!

Они с Ребеккой дошли до гостиной, разбудили недовольную Полную Даму и вошли в уютное помещение.

Девушка присела на диванчик, а Гарри, с недоумением поглядев на неё, недолго думая присел рядышком.

- Странно все это.., - в темноту прошептала девушка и наконец взглянула на него. - Тебе так не кажется?

Гарри улыбнулся - именно такой она нравилась ему больше всего: задумчивой, уютной и домашней...

- Не знаю, - пожал плечами он и поднялся, протянув руку девушке, - порешаем все эти загадки завтра?

- Конечно, - кивнула девушка, улыбнувшись и пожелав ему спокойной ночи.

- Сладких снов, - прошептал он ей вслед.

Гарри вошел в свою спальню, снял мантию-неви­димку и вместе с золотым яйцом спрятал в свой чемо­дан.

Для начала неплохо бы выяснить, все ли мракоборцы так изувечены. А уж тогда решать, стоит ли стать им.

Si mi madre supiera lo que hago. Me siento semidesnuda en el baño con un chico.* - Знала бы мама, чем я тут занимаюсь. Сижу полуголая в ванне с парнем.

Продолжение следует...