Брак

POV Северус Снейп  

В нашем доме штаб. Домовики забились где–то в щели и не высовываются. Я сижу на диване, опустив голову. Мимо бегают авроры. Где-то в доме Макгонагалл и Поттер с Уизли. Вот только... прошла неделя, а тебя еще не нашли. Все бесполезно. Я чувствую, что ты умираешь...

Я проклял себя сотни раз за те жестокие слова. Я наказывал тебя за предательство, а предал сам. Ты мне полностью доверилась... Вступить в такой брак не из–за страха смерти – значит полностью довериться своему будущему мужу. Думала, что я не причиню боли, а я почти убил тебя.

«Боги, помогите мне, прошу, я знаю, моя мать молилась вам в час отчаяния. Спасите ее для меня. Я просто не переживу ее смерти. Каким слабаком я был, обвиняя ее в предательстве. Какой у нее был выбор? Смерть? К черту принципиальность, она была моей сказкой. Любила меня вопреки всему».

В тот день я видел, как ты вернулась с прогулки. Такая живая снова, с искоркой счастья в глазах. Я сбежал в подвал и бесился от того, как быстро тебя перестала расстраивать наша ссора. А когда вышел и ты меня попросила... я возненавидел тебя за то, что ты хочешь меня бросить. Если у тебя будет ребенок, я стану не нужен. И я выплеснул на тебя весь яд, всю ненависть и боль. И сбежал... Уже в Паучьем тупике я почувствовал, что случится страшное. И, как дурак, проигнорировал свою интуицию. Когда плечо сжало болью, я метнулся домой, но тебя уже не застал. Но я нашел твое письмо. Я могу закрыть глаза, и под веками всплывут буквы и слова, которые я никогда не забуду.

Любимый. Прости меня за боль. Я так виновата перед тобой. Зная, что для тебя значит свобода, я лишила тебя даже иллюзии выбора. Я себя уговаривала, что со мной ты будешь счастлив, ведь я так сильно тебя люблю. Насильно мил не будешь. И я отпускаю тебя, любимый. Прости, что так долго тебя мучила, но я исправлю свою ошибку. После моей смерти ты станешь свободным. И я тебе, со всей силой моей ненужной любви, желаю... найди ее, эту достойную и честную женщину, попроси ее стать твоей... женой и матерью твоих детей. И будь счастлив с ней, Северус. Будь счастлив. Я очень тебя люблю. Твоя навсегда, Гермиона.

Я тогда бросился по следу аппарации и только нашел твою палочку. Я бегал, как полоумный, по вокзалу и кричал твое имя. Но тебя уже не было там. Ты моя умница. Решительная гриффиндорка. Всегда идешь напрямик к своей цели, даже если эта цель – твоя смерть.

Я плюнул на гордость. К черту ее. Я просил о помощи каждого, с кем смог связаться. Никогда не думал, что столько людей желает мне добра. Мы искали тебя везде, но ты пропала.

Я так поздно понял, что люблю тебя... Молю, ошибись. Оставь зацепку, чтобы тебя найти. Уже неделя без тебя. Я знаю, что ты делаешь. Я читал те же книги. Ты медленно, раз за разом вскрываешь себе вены и выпускаешь кровь. Пока есть магия в клятве, она будет восстанавливать тебя до нормы. Но магия не бесконечна, тем более если такой затратный магический процесс повторять очень часто. Сейчас я чувствую, как сжимается браслет на моем плече от срабатывания брачной магии, и боюсь до седых волос, что не успею тебя спасти.

Минерва осторожно тронула меня за плечо, привлекая внимание. Мы помирились после того, как сработал браслет, и я осознал, что это значит. Если бы я мог плакать, я бы рыдал, как ребенок. И она обнимала меня, даря дружескую поддержку.

– Северус, ребята кое–что придумали. Пойдем на кухню, там все. – Я послушно пошел за ней. Все, что угодно, только спасите ее. На кухне выступал Рон, обнимая за тонкие плечики Луну Лавгуд.

– Итак, мы ее искали по–всякому разному и даже сову ей отправляли – бесполезно. Гермиона заучка, наверняка защиту на себя навертела. И Луна предложила: «А что, если искать не Герми, а какую–нибудь ее вещь?» – рассказывал Уизли.

– Тем более у нас есть ваши замечательные парные браслеты, – договорила Луна. Я слегка растерялся. Закатал рукав до плеча.

– Это же татуировки? – недоуменно спросил Гарри.

– А вот и нет, это греческие свадебные браслеты, – волшебница произнесла фразу на незнакомом языке. – Я видела такие, когда мы с папой искали следы рамиплюхов на острове Самотраки. – Браслет стал более видимым и, наконец, проявился полностью, став обычным украшением. Луна достала какие–то кристаллы и длинный шнурок. – Тащите карты. Будем искать браслет и надеяться, что она не зачаровала свою татушку, – хихикнула мисс Лавгуд.

Поттер и Уизли помогали менять карты. Джини подавала Луне кристаллы. Наконец определились.

– Она в Лондоне... Точнее в пригороде. – Джинни ей протянула самый тонкий кристалл, и тот, странно извернувшись в руках Луны, упал на план города, приколов его к столу.

– Что случилось? – заволновались мальчишки, да и Северусу стало очень не по себе.

– Все в порядке, это просто самый капризный кристалл у меня. Смотрите адрес в точке прокола. – Северусу хватило одного взгляда – и он уже аппарировал.

* * *

Он оказался на улице, состоящей из совершенно одинаковых домов. Даже не успел растеряться, как из–за угла на велосипеде на него вылетел мальчик.

– Ой, – испугался он. – А вы что здесь?..

– Я ищу свою жену, – машинально ответил Снейп, взглядом обшаривая ближайшие строения.

– А... – протянул ребенок. – У нас на улице только один дом сдается. Это вон тот с синей дверью.

Снейп уже бежал к той самой двери. Подойдя ближе, он почувствовал стандартную защиту Гермионы и, уже не скрываясь, ломал ее грубой силой, заодно вынося крепкую дверь. Быстро пролетев по первому этажу, поднялся по лестнице и в спальне увидел ее рюкзачок. Сердце замерло. Он шагнул в комнату – та была пуста, и увидел еще одну дверь в ванную. В два шага преодолел расстояние и рванул на себя ручку.

От увиденного у Снейпа задрожали руки. Его маленькая жена лежала в ванной в собственной крови, с безнадежно искромсанными запястьями. Одетая в одну лишь сорочку, сплошь пропитанную кровью. Ее кожа была бело-серого цвета, глаза закрыты и почти не было дыхания. Она так плохо не выглядела даже в день свадьбы. Северус выскочил в комнату, сдернул с кровати простынь, не прекращая молиться всем существующим богам о ее спасении. Оторвав две полосы, крепко забинтовал ее руки и, завернув ее в остаток простыни, аппарировал с хрупкой ношей прямо перед больницей св. Мунго.

К нему уже бежали целители. Северус осторожно опустил бесчувственную жену на каталку, и ее сразу увезли. Из Снейпа будто выдернули стержень. Он сгорбился, плечи опустились, и только губы, не останавливаясь, молились. Не ощущая времени, он сидел в коридоре больницы. Свисающие волосы скрывали его отчаяние. Через час к нему подошел целитель и что–то сказал. Мужчина благодарно кивнул. Поднимаясь со стула, как смертельно уставший, он пошел за колдомедиком в палату.

* * *

POV Северус Снейп

Ты не спишь. Только зашел в палату, как придавило выражение твоих глаз. В них вина и тревога, и любовь в большей мере.

Теперь я знаю, как выглядит это чувство. Но самое тяжелое – безнадежность. Если глаза – зеркало души, то как же тебе сейчас больно, девочка моя. Сажусь рядом и поднимаю безвольную руку. На запястье еще сеточка шрамов, но уже нет ранок. Целую твою ладошку. Ты удивлена. Привыкай...

Наклоняюсь и очень осторожно и нежно обнимаю твое истощенное тело. Утыкаюсь лицом в волосы в изгибе шеи и шепчу тебе, не поднимая головы:

– Вылечу, откормлю и выпорю твою красивую попку, чтобы неделю сесть не могла. Как же ты меня напугала, любимая. – Поднимаю голову: испуг и удивление. Целую исхудавшее личико. Глаза теперь кажутся огромными. В них слезы. Я сцеловываю их. – Я нашел тебя. Моя самая любимая, достойная и честная женщина. И я прошу и умоляю: стань моей женой и матерью моих детей. Если ты согласишься, я стану самым счастливым мужчиной в мире.

Ты смотришь на меня неверяще, в глазах слезы и надежда.