Без цели [ЗАКОНЧЕНО]

— Это безумие, Северус.       

— Безумие — это то, как я сейчас живу, Гарри, а это рискованный шаг. Нарежь имбирь в первую очередь, пожалуйста.       

Мы находимся в лаборатории в доме Принцев. Наверное, в этом и состоит основная причина того, что я узнал о ближайших планах зельевара. Когда Северус занимается зельями, он расслаблен и доброжелательно настроен, этим иногда пользуется Регулус, забегая и прося супруга о том, чего он бы смог добиться только после пары часов жарких споров, а так получает согласие почти сразу. Впрочем, тут все честно, потому что у Регулуса тоже есть слабое место, которым зельевар пользуется с завидной регулярностью. Но это я отвлёкся. Северус только что сообщил мне, что разработал план, как отправить Лорда на тот свет и пожаловался, что Регулус не желает отпускать его одного. Регулуса я отлично понимаю: как можно отправить любимого человека в смертельно опасное место одного? Но понимаю и Северуса: он умный мужчина и отлично осознает степень риска, а потому понимает, что с этого задания может просто не вернуться, а если они не вернутся вдвоём, Хорас с Эдвином снова — хоть они об этом и не знают — останутся сиротами.

— Идти в одиночку против толпы… Тебе должна сопутствовать просто невероятная удача, чтобы все получилось. Почему ты Дамблдора с собой не возьмёшь?       

— Альбус слишком хитросделанный, я не могу ему доверять. Может статься, что с таким союзником и врагов не надо.       
— Тогда я пойду.       

— Нет. Ты ребёнок, Гарри. Это даже не обсуждается.       

— Ребёнок, который уже много умеет. Ты же знаешь, что я всегда смогу сбежать, а так хоть чем-нибудь тебе да пригожусь.       

— Нет.       

— И никаких аргументов.       

— О боги, я отлично знаю, что ты многое можешь и умеешь, Гарри. В некоторых областях твои знания намного превосходят мои. У тебя замечательная интуиция и ты и правда можешь спрятаться так, что тебя никто не отыщет. И, признаться, я был крайне удивлён, когда ты стащил палочку у Дамблдора прямо из рук, но дело не в этом.       

— А в чем?       

— Вот в этом, — он стучит по моей голове пальцем, предварительно вытерев его тряпицей с очищающим раствором. — Мы с тобой разные, Гарри. По-разному смотрим на одни и те же вещи. То, что я хочу сделать, будет носить название военная операция. Там будет опасно. Нервы будут на пределе, потому что знать, что каждый твой вздох может быть последним, не так-то просто, знаешь ли. Там будет кровь, боль и смерть. Ты действительно хочешь на это смотреть?       

— Я хочу, чтобы ты выжил, Северус. Выжил и вернулся к своей семье, — я протягиваю зельевару подготовленный имбирь.       

— Я-то выживу, Гарри. Но что будет с тобой? Ты же знаешь, что я довольно часто мотаюсь во Францию только для того, чтобы поучаствовать в дуэлях, и там можно выбрать правила. Можно снять ограничения в использовании средств. Тогда получаются пляски со смертью. Я люблю это, мне это необходимо. Когда кровь кипит и я сосредоточен настолько, что улавливаю любой звук и движение. Почему-то мне кажется, что твой Иго такой же, но не ты. Ты любишь запереться в мастерской и сидеть там часами, получаешь удовольствие от подготовки ингредиентов, как от процесса, можешь весь день провести с книгой в руках и забыть поесть. При этом не любишь конфликты. Ты не будешь спорить. Промолчишь и уйдешь. Нет, ты можешь дать отпор, да такой, что я позавидую, но для этого тебя нужно загнать в угол. Ты изобретатель, Гарри, но никак не боевик. Ты не любишь насилие. Как ты там говорил? Ахимса? Знаешь, подходящее слово. Место, куда я пойду, будет пропитано насилием, поверь мне на слово, и я буду совершать насилие. Ты замечал, что ты бледнеешь, когда видишь нечто, что приносит кому-то боль? Тебе не нужно туда идти, поверь мне.       

— Ты прав, — киваю головой, — но я не трепетная фиалка, Северус.       

— А что плохого в том, чтобы быть трепетной фиалкой? Все мы разные, Гарри, но это не значит, что кто-то хуже, а кто-то лучше. Не знаю, обидит ли это тебя, но когда ты находишься в спокойной и безопасной обстановке, ты похож на нежного, игривого и любопытного котёнка. И это органично и правильно. Я знаю, что ты можешь превратиться в опасного тигра по собственному желанию в любой момент, но тебе ведь не нравится им быть, разве я не прав? Знаешь, как разительно меняется твоё поведение, когда ты приходишь домой? Ты сразу расслабляешься и как-то расцветаешь. Потому что знаешь, что здесь тебя не только не обидят, но и защитят. Тебе не нужно воевать, Гарри. Для этого есть я, Иго, и масса других людей. Те, кому нравится, когда адреналин кипит в крови.       

— И тем не менее, ты собираешься идти туда один.       

— Да, потому что у меня нет того, кому я могу доверять, а Регулуса я с собой не возьму, потому что Хорасу и Эдвину нужен отец, а риск, ты абсолютно прав, огромен.       

— Значит, я пойду с тобой.       

— Гарри…       

— Ты абсолютно прав во всех своих наблюдениях, Северус. И я обману тебя, если скажу, что хочу там быть, но в моей жизни не так много людей, которым я доверяю и которых люблю, а если быть точным, то я могу пересчитать их по пальцам одной руки. Так что я как-нибудь потерплю.       

— Нет. Я не возьму тебя с собой. Можешь присоединиться к Регулусу, он уже второй день со мной не разговаривает, — его тон становится жёстче.       

— Я могу отследить тебя по артефактам. Не пойдёшь же ты без них?       

— Шантажируешь меня? — прищуривается он.       

— Речь идёт о твоей безопасности, Северус, — серьёзно отвечаю я. Да, мне не нравится ни то, что я собираюсь делать, ни то, как вынужден сейчас разговаривать, но, к сожалению, не всегда можно быть беззащитной ромашкой. — Ты ради неё наплевал на мнение человека, которого чуть ли не боготворишь, с чего ты решил, что я поступлю иначе?       

— Я свяжусь с Иго и он заберёт тебя в Россию. Ты ведь и так собирался лететь туда завтра с утра.       

— Я не чемоданчик, Северус, чтобы забирать меня, куда и когда заблагорассудится.       

— Я думаю, в этом вопросе он согласится со мной.       

— А я думаю нет.       

Зельевар сердито хмурит брови и тушит огонь под котлом.       

— Закончили на сегодня.       

Мы молча убираемся в лаборатории, а после поднимаемся по лестнице. Сверху доносится шум и смех детей и Регулуса, а в гостиной мы обнаруживаем Игоря.       
— Очень кстати, что ты здесь, — Северус пересекает комнату и усаживается напротив гостя, — ты должен немедленно забрать Гарри из Англии.       

— Я никуда не поеду, — я замер в дверях, сложив руки на груди и враждебно взирая на мужчин.       

— И я рад вас видеть, — хмурится Игорь, — а теперь можете объяснить мне, что происходит?       
— Я собираюсь отправить на тот свет Лорда, Гарри желает составить мне компанию.       

— Не самая лучшая затея, — Игорь обеспокоено смотрит на меня.       

— О да, идти туда в одиночку — вот лучшая из идей!       

— Забери его, Иго, ему нельзя туда.       
Игорь задумчиво смотрит на меня, а я, растянув губы в горькой усмешке, делаю пару шагов назад. Что, братцы, спелись? Ну посмотрим, как вы сможете меня заставить.       

— Спокойно, — Игорь поднимает руки, показывая мне пустые ладони, а я уже успел забыть этот жест, — я не собираюсь делать что-либо против твоей воли, Гоги, не нужно со мной воевать.

— Гоги?       

— Когда мы познакомились, Гарри представился русским именем, это сокращение, — Игорь протягивает мне руку, прося подойти.       

Наклонив голову, медленно приближаюсь к мужчине, чтобы попасть в плен сильных рук.       

— Привет, мой хороший, — Игорь затянул меня к себе на колени, обвил руками талию и сейчас щекочет ухо горячим шёпотом, — скажи, а если с Северусом будет надежный человек, ты останешься дома?       

— Северус не возьмёт с собой Регулуса.       

— Не возьмёт, но может взять меня.       

Я разворачиваюсь в его руках, заглядывая в родное лицо.       

— Если тебя узнают, будет международный скандал. И отличный повод для начала военных действий. Тебе точно туда нельзя.       

— Меня не узнают. Я наложу качественную иллюзию, а ты сделаешь мне поддерживающий ее артефакт, ммм?       

Я задумчиво закусываю губу.       

— Северус? — тем временем спрашивает Игорь, — как тебе моя кандидатура в напарники?       

— Я согласен. Но Гарри останется здесь или полетит в Россию, как и планировал.       

— Никуда я не полечу, — бурчу я.       
Как же мне все это не нравится.       

— Конечно, не полетишь, — Игорь целует меня в макушку, — не оставишь же ты меня одного со страшными англичанами.       

Следующие несколько дней мужчины проводят в подготовке, а я работаю над артефактом и помогаю Регулусу с ребятами. Благо в школу мне больше ходить не нужно — сейчас пора экзаменов, которые я, естественно, сдавать не собираюсь. Игорь говорит, что у них уже все готово, но загвоздка заключается в том, что Лорд ещё тот параноик и сейчас никто не знает, где он обитает. Он вызывает к себе по метке, а после меняет место своего пребывания. Так проходит почти три недели, в которые Игорь мотается между Россией и Англией.       

Вызов застаёт нас за ужином. Регулус бледнеет и роняет вилку. Северус аккуратно кладёт свою и многозначительно глядит на Игоря.       

— Ты куда, пап? — интересуется Эдвин, когда зельевар поднимается из-за стола.       

— У нас с Иго появилось несколько срочных дел. Простите, что мы так вскакиваем. Уложит вас сегодня Регулус или Гарри, а мы вернёмся поздно.       

Я медленно выдыхаю, глядя на обеспокоенного Регулуса. Еда теряет всякий вкус, а в сердце появляется тревога. Когда дети доедают, Регулус отправляется их купать и укладывать. Зовёт меня с собой, но я извиняюсь и мотаю головой. Я не смогу. Иначе и детей заражу своей нервозностью.       

Выхожу в сад. Легкий ветерок обдувает деревья. На горизонте зависло красное солнце, вот только на красоты природы мне сейчас откровенно плевать. Мои мысли ушли вместе с мужчинами. Я нарезаю круги по каменной дорожке, отмахиваюсь от Регулуса, который зовёт спать, когда в свои права вступает ночь. Пять часов. Их нет уже пять часов. Господи, нужно было пойти с ними, я бы точно был полезен.       

Когда ноги начинают ныть от непривычных нагрузок, а я уже готов выть на луну, от гвоздика в ухе вдруг распространяется тепло. Хватаюсь за артефакт и тихо охаю. Диагностика показывает, что Игорь серьёзно ранен, а картинка, которую транслирует мне в сознание артефакт, похожа на кадр из фильма ужасов. Они находятся в какой-то камере, Северус, попавший в обзор, тоже совсем плох. И судя по тому, что я вижу, их мучители не собираются останавливаться.       

Отбросив страх, сковавший тело, я мчусь в спальню за рюкзачком, а после вылетаю за территорию дома, накидываю плащ и, сжав гвоздик, шепчу слово-активатор.       
Господи, помоги мне!