Глава 42.
Они целовались как одержимые. Марволо сильно прикусил Гарри губу и с удовольствием слизал выступившую кровь. Он сильно нажал Поттеру на плечи, прижимая любовника к стене. Гарри застонал ему в рот и запустил пальцы в волосы. Из просто жадных и страстных поцелуи становились какими-то отчаянными и захлебывающимися. Марволо отстранился на мгновение, но только чтобы начать кусать и целовать шею. Он схватил ногу старшего волшебника, заставляя его обхватить ею свои бедра.
- Хочешь меня? – простонал он, делая провокационное движение вперед, заставляя любовника задыхаться от желания, запрокидывать голову и стонать нетерпеливо и жарко. – Хочешь?
- Да! Марволо... Марволо, пожалуйста, - всхлипнул Гарри. – Люблю тебя... люблю...
Он улыбнулся в ответ. Как всегда самодовольно и восторженно. Наслаждаясь обладанием и в тоже время словно не веря, что это происходит с ним. Младший волшебник вдруг нежно провел пальцами по скуле, вызвав у Гарри нетерпеливое хныканье, и сказал:
- Мне так жаль, что ты больше не позволишь мне этого.
- О чем ты? – нахмурился Поттер и попытался отстраниться, но его по-прежнему крепко держали в неудобной и уязвимой позе. Гарри ощутил опасность и дернулся, но хватка Марволо была крепкой, а выражение лица просто убийственным.
- Ты ненавидишь, я больше не услышу от тебя любовных клятв, - по змеиному прошипел он. – Но никогда не забывай, что ты все еще принадлежишь мне. Навсегда!
Гарри с ужасом смотрел, как красивые черты Марволо искажаются и превращаются в уродливое безносое лицо Волдеморта. А потом он закричал, попытался оттолкнуть его от себя и... проснулся. Поттер вскочил с постели. Он чувствовал, что задыхается от страха, что его тело слишком горячее от еще не прошедшего возбуждения. Гарри сделал несколько шагов от постели и обессилено осел на пол. Его тошнило от смеси пережитого ужаса и наслаждения.
Сон истязал его уже много ночей подряд. Его юное тело страдало от переизбытка гормонов, его разум тосковал по любимому. Теперь он отлично понимал, почему Марволо был настолько одержим идеей уложить его в постель. Желание казалось невыносимым, оно иссушало, сводило с ума. Хотелось спать и не просыпаться, что бы погрузиться в мир, где они счастливы, хотелось никогда не спать, чтобы забыть о том, что было упущено. Говорят время лечит, быть может через несколько лет, сердце Гарри снова будет искать любви. Впрочем, его тело уже не может принадлежать никому, кроме Лорда.
Он бы заподозрил Волдеморта в том, что тот посылает ему эти сны, чтобы ослабить его, сделать более зависимым. В конце концов, Поттер навсегда запомнил те видения, что привели его в Отдел Тайн министерства за пророчеством. Пусть даже теперь он знал, что Сириус не погиб в ту ночь. Однако юный лорд Певерелл был уверен, что снова пролезть той же лазейкой к нему в голову Волдеморту не по силам, он позаботился об этом давным-давно.
Гарри горестно прислонился спиной к удачно попавшемуся сундуку. Так или иначе, он осознавал, что не сможет спокойно перенести путешествие обратно в свое время, в мир войны, без любимого и самого дорогого человека, даже если он вздорный и немного ненормальный. Поттер не знал, как Долохов и Сириус будут решать проблему, ему было все равно. У него больше не хватало сил на то, чтобы сдерживать слезы, панику, отчаяние и болезнь... Гарри схватился за голову и закричал так, как никогда не кричал. Его стихийная магия подняла в воздух и закружила в безумном хороводе подушки с кровати, подсвечники, книги...
Сириус ворвался в комнату первым. Крик крестника разбудил его, он даже сперва не понял, что происходит, но в доме было полно Пожирателей смерти и случиться могло все, что угодно, так что Блек, не раздумывая, бросился на выручку в пижаме, едва успев подхватить волшебную палочку. Однако увиденное удивило его, Сириус в недоумении замер на пороге. Спустя мгновение его оттолкнул Долохов. Тони испуганно оглядел творящийся хаос, бьющегося в припадке на полу хозяина и досадливо выругался.
- Что происходит? – потребовал Сириус.
- Приступ, - буркнул Тони. – Этого следовало ожидать. Попробуй его успокоить, у меня-то точно никаких шансов.
Блек о «болезни» слышал и раньше, но почему-то в мыслях считал, что с возвращением крестника из прошлого, она чудесным образом пройдет. Однако она была перед ними, еще более отвратительная, чем прежде, и страшная, потому что на свете больше не существовало преданного и влюбленного в Гарри мальчика Марволо, который бы пришел и помог им справиться с этим. Блек подошел к Поттеру, уворачиваясь от все еще парящих в воздухе предметов, и присел перед ним на корточки. Он попытался обнять Гарри, но тот оттолкнул его руки.
- Гарри, олененок, успокойся, - пробормотал Блек, осторожно погладив плачущего волшебника по голове. – Посмотри на меня, я рядом, я люблю тебя.
- Нет! – закричал юноша, вскакивая. – Не могу! Не могу! Хочу вернуться домой!
- Ты дома.
- Дом там, где он! Я хочу к Марволо. Я хочу Марволо! – он, нервничая и заламывая руки, пробежался по комнате, и вращавшиеся предметы опали на пол. – Не могу так! Эйлин вышла за Снейпа, Вальбурга свихнулась, Тони стал Пожирателем... Мерлин мой, ну почему?! Почему я не справился! Я бесполезен! Хочу обратно!
Гарри, кажется, даже не заметил присутствия своего крестного, его зрачки были расширены, лицо перекошено страхом. Он метался по комнате, как лев в клетке. Наконец, Поттер схватил чудом оказавшуюся под его рукой вазу и швырнул ее через всю комнату, подхватив звон осколков новым криком и слезами.
- Нужно позвать, Темного Лорда, - решил Долохов. – К счастью, он в доме.
- Нельзя, - вскочил с пола Сириус, не спуская взгляда с беснующегося крестника. – Если мы покажем ему слабость Гарри, вся наша игра пойдет коту под хвост.
- Блек, я лучше тебя знаю, что происходит! - заорал Тони. – Даже если нам удастся его сейчас успокоить, такие истерики будут повторяться снова и снова, все чаще, пока он совсем не выпадет из реальности! Единственное, что может ему помочь это присутствие Лорда.
Сириус нерешительно взглянул на Поттера. Ему больно было видеть Гарри таким, а благо всего мира не стоило его страданий, но крестник так старался, составляя план, ему будет обидно потерять все.
- Блек, слушай, - схватил его за руку Долохов. – Мы платим Лорду как раз за то, чтобы он боролся с такими случаями: деньгами, повиновением, этим домом. Он уже знает об этой слабости Гарри и единственный может бороться с ней.
- Хорошо, - кивнул Сириус.
- Тогда, раз тебя так заботит план, уйди отсюда до того, как я приведу милорда. Он не должен знать точно, что ты жив и где находишься.
- Понятно.
Их разговор прервало появление домовика. Он тут же упал на колени, пугливо косясь на своего беснующегося хозяина и выкручивая уши.
- Хозяин Марволо требует, чтобы его пустили к хозяину Гарри, - запищало существо, обращаясь к Сириусу. – Но хозяин Гарри запретил нам пускать хозяина Марволо в эту часть дома. Но хозяин Марволо говорит, что хозяину Гарри плохо.
- Пусти его, - приказал Долохов. – Уходи, Блек.
Едва Сириус закрыл дверь своей спальни, как по коридору в черной мантии пронесся сам Лорд Волдеморт. Он безошибочно нашел комнату Поттера и, бегло оглядев беспорядок, тут же раздраженно поинтересовался у Долохова:
- Что его спровоцировало?
- Я не знаю, мой лорд.
Гарри среагировал на голос новоприбывшего, как на удар. Он вздрогнул и, резко развернувшись, заорал:
- Не приближайся ко мне! Сгинь! Исчезни!
Лорд лишь смерил его раздраженным взглядом.
- Мой лорд, как вы узнали, что ему плохо, не мог же он вопить на весь дом? - поинтересовался Тони.
- Уходи, - приказал ему холодно Волдеморт, не отвечая на вопрос. Тони чуть замешкался, но в итоге тяжело вздохнул и вышел из комнаты. Темный Лорд все равно не мог причинить Гарри серьезного вреда, а помощь его была необходима. Поттер попятился, когда старший волшебник решительно направился к нему.
- Убийца! Чудовище! – юноша выставил перед собой руки, защищаясь, но к счастью для всех обитателей дома не применил для защиты волшебство. Он лишь энергично задергался, пытаясь отстраниться, когда Темный Лорд без особого труда подхватил его на руки. Волдеморт решительно бросил Поттера на постель и навис над замолчавшим волшебником. Юноша попытался отползти от него на другой край постели, но он схватил Гарри за волосы, причиняя столько боли, сколько позволял их контракт помолвки, и заглянул в ненормально широко распахнутые глаза. Прошло больше пятидесяти лет с последнего приступа Поттера, который он видел, но у Лорда всегда была отличная память. Он отлично помнил, что сейчас у Гарри уже должно было немного проясниться голове, а так же то, что сейчас Певерелл будет покорным, как щенок.
- Ты пил успокоительное или снотворное?
- Нет, - покачал головой Гарри. – Не помогает.
Волдеморт сердито зашипел и призвал манящими чарами пузырек со снотворным зельем. Он заставил юношу запрокинуть голову и вылил жидкость ему в рот, Гарри послушно проглотил. Они застыли, глядя друг на друга. Волдеморт впервые получил возможность так близко рассмотреть лицо шестнадцатилетнего Гарри Поттера. Его враг был постоянно в движении, на расстоянии вытянутой руки, но там, где не достанешь. Давно хотелось посмотреть ему в глаза, что бы убедиться, что они такие же сумасшедше зеленые, как и ТЕ. И все же тот человек, что находился перед ним сейчас, отличался от его врага как небо и земля, он бы никогда не перепутал. У Найджелуса Певерелла был свой уникальный набор движений, слов, взглядов, выражений лица, которые его младшей копии еще не свойственны, которые Волдеморт боготворил в юности. В тот вечер на приеме у Гойлов, внутренним чутьем он знал, что его бывший любовник там, еще даже до того, как схватил Гарри за подбородок и заглянул в глаза. Поттер изменился внешне, но внутренне он оставался тем же эгоистичным, вспыльчивым и любящим волшебником, который закрыл Марволо Мракса от Авады своим телом. Волдеморт окинул оценивающим взглядом распростертое на постели тело. Оно было по подростковому тонким и хрупким, тонкая пижама не очень-то и скрывала очертания тела, идеальное телосложение для ловца. Заметив этот взгляд, Гарри попытался отползти. Истерика прошла, но происходящее все еще виделось ему мутно. Он вопросительно глянул на старшего волшебника.
- Спи, - приказал холодно Лорд, отстраняясь. – Я посижу рядом несколько часов, этого тебе должно хватить.
Поттер действительно скоро засопел, сказалось действие зелья, а Лорд огляделся. Комната почти не изменилась, разве что все вещи Марволо Мракса, когда-то находившиеся в ней, были вынесены. Лорд нахмурился. Ему казалось, что весь этот кошмар давно закончился. Дамблдор все время попрекал его тем, что он не может и не хочет любить, считает это чувство слабостью. У него были на это причины, не так ли? Сколько лет он страдал от чувства к своему опекуну? Даже когда любовь была взаимной, он все равно все время боялся и не доверял ему. А когда Гарри, как он считал, погиб, стало еще хуже. В том, что Волдеморт стал тем, кто он есть, виновата пресловутая любовь. Он любил Гарри много лет подряд, с нетерпением ожидая его рождения, он старался, уродовал свою душу, отрывая от нее куски, однако чертово чувство все равно держалось за что-то до последнего. Лишь сделав пятый хоркрукс, Лорд понял, что это давно не та любовь, какой пылал Марволо много лет назад. Она стала одержимостью, страстью, болезнью и наконец... ненавистью и желанием отомстить за свои страдания. Он лишился всех своих чувств и желаний, кроме жажды власти и силы, но имя Гарри Поттера все равно было с ним где-то в глубине его подсознания. Волдеморт трижды безуспешно пытался убить Лили и Джеймса Поттеров, чтобы предотвратить рождение Гарри, но будущее и прошлое невозможно изменить, став старше, он понял это. Страшная сказка о шраме, которую Гарри рассказал ему много лет назад, становилась реальностью. Он шел в Годрикову Лощину уже зная, чем все закончится. Лорд успокаивал себя мыслями о том, что раз предупрежден, то сможет что-то предпринять, но это было чепухой.
Да, он хотел избавиться от Гарри Поттера, чтобы спасти себя от боли. Хотя логика подсказывала, что он лишь приближает момент, когда они снова будут вместе, пусть и ненадолго. И Волдеморт совсем не ожидал, что ему вдруг придется опять оказаться рядом с тем, кого он так сильно любил в прошлом. Лорду нужно было доказать себе, что вместе с большей частью его души, он избавился и от этого зеленоглазого наваждения, поэтому он будет унижать Поттера столько, сколько возможно, а потом найдет способ избавиться от него.
Волдеморт присел на край кровати и провел кончиками пальцев по щеке Гарри. Кожа была мягкая, еще совсем мальчишеская, совсем не та, что он помнил из детства, а его пальцы были больше похожи на щупальца какого-то мерзкого земноводного. Лорд отдернул руку. Захотелось ударить Поттера или проклясть его чем-нибудь болезненным, но их контракт вернул бы боль отправителю с торицей, так что пришлось сдержать себя.
Дамблдор вошел в комнату последним. Молли к тому времени проявляла явные признаки беспокойства из-за его опоздания. Артур нервно спрашивал у окружающих не случилось ли чего, а Грюм сверлил всех своим магическим глазом, словно выискивал предателя. Особенно часто его взгляд останавливался на Снейпе, который с презрительным выражением лица устроился у самого входа и вместо того, чтобы тратить время на ненужные треволнения придумывал задания для первого в новом учебном году теста для шестикурсников. Остальные члены Ордена Феникса, собравшиеся здесь в этот день, обсуждали причину того, что им предложили встретиться в доме Андромеды Тонкс, а не в привычном и безопасном особняке на площади Гриммо.
- Простите за опоздание, - первым делом извинился Альбус, входя. – Задержался в банке.
- Что-то произошло? – нахмурился Билл Уизли.
- Наконец было оглашено завещание Сириуса, - успокаивающе, но печально улыбнулся директор. – Задержали на целых две недели.
- Случай необычный, - кивнула Флер, как и ее жених работавшая в Гринготтс. – Гоблины требовали подтверждения его смерти. Но в итоге что-то их все-таки переубедило.
- И что с завещанием? – осведомился кто-то из орденцев.
- Все отошло Гарри, - ответил Дамблдор. – Я в этом и не сомневался. Однако особняк Блеков в Лондоне мы использовать больше не можем, потому что его в любой момент может посетить кто-то из родни Сириуса, претендующий на титул главы семейства. Нам нужна новая штаб квартира.
Присутствующие загомонили, живо обсуждая вопрос. Предлагались самые разные места, начиная от «Норы» и заканчивая каким-то притоном в Лютном переулке. Директор быстро успокоил собравшихся, сообщив, что у него уже есть подходящий дом на примете. После чего пришла очередь для других новостей. Больше всего Орден волновал вопрос о смещении Фаджа с поста министра. Грюм сообщил, что на должность выдвинул свою кандидатуру Руфус Скримджер.
- Не понятно, откуда у него деньги на предвыборную кампанию, - подозрительно пробормотал старый аврор. – Дело это хлопотное и дорогостоящее, даже в такой ситуации как у нас.
- Действительно, - подтвердил Кингсли. – К тому же мистер Скримджер хоть и отличный руководитель, но никогда не проявлял интереса к посту министра. Такое впечатление, что ему приказали.
- Вы подозреваете его в пособничестве Волдеморту? – ахнула Молли.
- Я его знаю, не тот он человек, - серьезно покачал головой Артур.
- Признаю, - проскрипел Аластор. – Но не будем терять бдительность! Это может быть Пожиратель под оборотным зельем!
- Последите, - согласился Дамблдор. – Северус, у тебя какие новости?
Снейп нехотя встал со своего места и язвительно сообщил:
- Точно те же, что и у вас. Пожиратели сменили штаб.
Со всех сторон посыпались удивленные возгласы и вопросы, на которые зельевар не счел нужным реагировать, сконцентрировавшись на внимательном взгляде Альбуса.
- Чем это вызвано Северус? Дом Малфоев был более, чем удобен для Волдеморта, - спросил директор. – И где теперь располагается их логово?
- Не могу ответить на эти вопросы, Альбус, - покачал головой Северус. – Насколько я понял из оговорок и слухов, что-то произошло на недавнем приеме в доме Гойлов, о котором я ранее вам докладывал. К сожалению, чары на всех там присутствовавших были наложены таким образом, что рассказать они почти ничего не могут, а меня самого туда не приглашали.
- А может, ты что-то решил утаить, Снейп? – прорычал Грюм.
Северус лишь бросил на него взгляд полного превосходства.
- На приеме Долохов кого-то представил Темному Лорду. Молодого человека, не старше двадцати лет, главу чистокровной семьи. Насколько я понял, юноша привлек к себе чем-то внимание. На следующее утро было объявлено о смене штаба.
- Ты там был? – быстро спросил Альбус.
- Да, вчера, - кивнул Снейп. – Большое волшебное поместье. Все гербы предусмотрительно спрятаны. Хозяина особняка мне не показали.
- И ты не догадываешься, кто это может быть? – поинтересовался кто-то из собравшихся.
- Особняк мне не знаком, и я не знаю, лорду какого рода может быть сейчас столько лет, - честно ответил Северус.
- Неужели совсем ничего не привлекло в том доме твоего внимания? – не сдавался Альбус. – Мальчик мой, ты же понимаешь, насколько это важно. То, что хозяин дома не желает показывать свою причастность к Волдеморту, старательно скрывая от посторонних свое происхождение и положение дома, может означать, что формально он считается нашим сторонником.
- Дом очень старый, но остальные Пожиратели его тоже не узнали, - подумав, сказал зельевар. – Хотя они обычно с детства посещают все подобные особняки в Англии через родственников или друзей. И обставлен в стиле сороковых пятидесятых годов. Обстановка хорошая и дорогая, но не пользованная. Сад очень запущен.
- Иначе говоря, домом лет пятьдесят не пользовались, - подвел итог Кингсли, нахмурившись. – А теперь вдруг объявился хозяин.
- Трехэтажный особняк красного кирпича в тюдоровском стиле, стены обвиты плющом, а в подвалы не рискнул бы спуститься и сам Волдеморт, - с ностальгической ноткой сказал вдруг Дамблдор, погладив бороду. – Защита такая, что и армия Авроров не прорвется. И огромный сад, за которым почти сразу начинается сосновый лес.
- Вы знаете это поместье? – удивился Снейп. – Все описано точно.
- «Старые дубы», - устало прикрыв глаза, сообщил директор. – Я был там только однажды в сорок втором. Это дом Волдеморта, место, где он провел детство.
- Поместье Найджелуса Певерелла, - благоговейно прошептала МакГонагалл. – Но после его смерти, я слышала, что никто не мог войти туда.
- Ты была слишком юна тогда, - покачал головой Дамблдор. - А твои родственники не вращались в тех кругах, так что многого не знаешь. Антонин Долохов был лучшим другом Певерелла. Возможно, ему было известно что-то о родичах Найджелуса, а теперь, когда Волдеморту нужна любая возможная помощь, одного из них привезли в Англию.
- Что за Певерелл такой? – поинтересовалась раздраженно Тонкс. – Никогда не слышала о такой чистокровной семье.
- А я что-то припоминаю, - пробормотала Андромеда. – Вроде как весьма богатый и влиятельный был волшебник, но он умер очень давно, еще до моего рождения. Пожалуй, в особняке Сириуса даже есть его фотографии.
- Я тоже о нем слышал, - спокойно сообщил Северус. – От матери. Она ни разу слова доброго о нем не проронила.
- Он был любовником Регулуса Блека, за которого Эйлин вышла замуж, так что ничего удивительного, - зло захохотал Грюм. – Этот скандал даже я помню.
Старый аврор вдруг нахмурился, вспомнив о чем-то своем и отвернулся ото всех.
- У него были хорошие отношения с Блеками, фактически несколько лет они были с Регулусом практически женаты, - подтвердил Альбус удивленным орденцам, которые энергично начали перешептываться. Последние годы однополые связи в магическом обществе становились явлением довольно редким, хотя никто еще не додумался подвергать влюбленных остракизму. – Поэтому неудивительно, что ты, Андромеда, что-то слышала о нем, когда была ребенком.
- Так вот значит, кому мы обязаны появлением Сами-Знаете-Кого? – воинственно вопросила Молли. – Этот Певерелл вырастил чудовище!
- Найджелус был хорошим человеком, - возразил Альбус. – Том пошел по кривой дорожке уже после его смерти. Но появление его наследника беспокоит меня. Северус, ты должен выяснить о юноше как можно больше.
- Да, директор, - кивнул Снейп. Как и любого другого его интересовала история его родителей. Он не знал, что мать была замужем за чистокровным до того, как вышла за его маггла – отца. Северусу хотелось узнать больше, а этот неизвестный пока ему наследник Певереллов мог ему что-то рассказать.