глава 38.
В поместье Малфоев, которое Лорд использовал в качестве своей резиденции, было чаще всего тихо и мрачно. Обычному человеку тут было бы просто напросто страшно, но после Азкабана такое место было раем. Долохов, удачно выбравшийся из министерства и получивший свою долю наказания от Лорда, улегся на постель в комнате, которую ему выделила Нарцисса, и стал думать о том, что сегодня произошло. Он был дьявольски рад, что Лорд не стал применять к нему легилеменцию, потому что Тони не знал, как скрыть от Волдеморта то, что ему скрыть было приказано.
Человек, выглядевший как Гарри Поттер, им не был. Тони даже спустя десятилетия помнил эту немного насмешливую, эмоциональную и все равно дружелюбную манеру разговора. Помнил, как двигался тот, кому Тони действительно принадлежал. А уж упоминание о дружбе окончательно убедило его в том, что сегодня ночью он видел того, кого магический мир знал, как Найджелуса Певерелла.
Но как такое могло произойти? И даже если произошло, что он делал в министерстве? И почему улыбался, если его любимый крестный только что погиб?
Долохов резко сел на постели, придя к пониманию. Гарри спас Блека! У них на глазах, обманув всех! Гарри каким-то образом спас Сириуса! Долохов захохотал. Это больше не был звонкий смех молодого человека, он сорвал голос и разучился веселиться на войне и в тюрьме. Однако мысль о том, что его настоящий хозяин снова где-то рядом вызывала ощущение защищенности.
Тогда много лет назад, он вбежал в Тайную комнату на несколько минут позже Гарри. Как раз вовремя, чтобы успеть увидеть, как к Поттеру летит Авада, как закрываются зеленые глаза. А потом завизжал Марволо, и все вокруг взорвалось разноцветными искрами, словно во время салюта. Тони послал смертельное заклятие в темнокожего волшебника, который растеряно смотрел на будущего лорда Волдеморта. Враг осел на пол, роняя волшебную палочку. Тони огляделся в рассеивающемся розовом тумане, понимая, что иметь дело с последствиями придется именно ему.
Девушка, которая пришла с волшебником, проклявшим Гарри, лежала невдалеке в луже крови и не подавала признаков жизни. Судя по всему, в нее попало два несовместимых проклятия, убивших ее. Тела Поттера не было, а на месте, где прежде находился Певерелл, Марволо Мракс гордый слизеринский староста, будущий Темный Лорд, человек знающий чего хочет и как этого добиться, стоял на коленях и скреб плиты пола пальцами, тихо подвывая. Том совсем потерял лицо от страха, на секунду Долохов подумал, что мальчишка свихнулся от шока, но потом отмел эту мысль. Такие как Марволо Мракс не останавливаются из-за подобных помех. Поревет, и пройдет, решил тогда Тони, у него были более важные проблемы, чтобы думать.
Он не сомневался, что Певерелл погиб, а произошедшее в Тайной комнате нужно было скрыть, во что бы то ни стало. Ему пришлось воспользоваться помощью Морфина, и они объявили Найджелуса Певерела скончавшимся по причине болезни. Это дало светскому обществу множество тем для сплетен. Кто-то утверждал, что Найджелус покончил с собой, некоторые говорили, что он сошел с ума и его просто прячут. Фамилия Певерелл опять сыграла свою роль, каждый, кто знал историю, так или иначе подозревал, что Найджелус не в здравом уме. К счастью, в убийстве семью пропавшего никто не обвинял. Министерство предпочитало не лезть в домашние дела чистокровных аристократов.
Ко всему выяснилось, что со смертью Гарри они все оказались на улице. Завещания лорд не оставил, а два особняка («Старые дубы» и дом в Лондоне), нагруженные магической защитой, не желали никого пускать. Сейфы и бизнес взяли под свою опеку гоблины, ничего не объясняя. Все, что слышали претенденты на наследство: «Вы не Певереллы». Конечно, у Тони было его крохотное поместье, у Морфина хижина в Литл-Хэнглтоне, а у Марволо собственный сейф, который Гарри, как и обещал, наполнил деньгами под завязку. Однако это глупо было даже сравнивать с тем, к чему они привыкли, пока Поттер баловал их.
А в довершении всего Том все-таки сошел с ума. Он не превратился в овощ, не лишился своих острых суждений и быстроты мысли, но когда он встретился с Долоховым после Тайной комнаты, уже полностью осознав случившееся, юноша не был тем ребенком, которого Тони знал. Его глаза нездорово блестели, а на лице застыла мрачная высокомерная решимость.
- Я увижу его снова, - сообщил он растерянному Долохову. – Просто нужно подождать. Ведь Гарри Поттер еще родится.
- Это будет не он, - покачал головой Тони. – Та же внешность, но все остальное станет другим. Он не будет знать тебя или меня.
- Не важно, - холодно улыбнулся Том. – Я просто хочу еще хоть раз посмотреть ему в глаза, прикоснуться к нему. Знать, что он жив, это куда лучше.
- Гарри изменил наше время, - задумчиво протянул Долохов. – Вполне может статься, что он не родится вовсе. Другие обстоятельства могут помешать его родителям полюбить друг друга.
- Не будет других обстоятельств.
- Что?
- Я стану Темным Лордом, - спокойно заявил Том. – Мне все равно придется позаботиться о своем бессмертии, чтобы дождаться рождения Гарри.
Тони в ужасе отшатнулся от юноши и отрицательно покачал головой.
- Не говори ерунды, Марволо! Гарри бы этого не хотел.
- Мне плевать! – рявкнул Мракс. – Плевать, что он хотел, если от этого зависит наша встреча. Я хочу его видеть снова! Я хочу его, я не могу без него. Что я могу сделать? – спросил он отчаянно, окончательно перепугав собеседника. – Либо убить себя прямо сейчас, либо ждать, пока он родится снова! А умирать я не собираюсь!
- Но ты же помнишь его историю, - попытался образумить мальчишку Долохов. – Если станешь Темным Лордом, он будет ненавидеть тебя!
- Какая разница? – удивился Том. – Ключевые слова тут «он будет»! И потом, я просто дождусь, пока он родится, и заберу его себе. Бросим все и уедем, я выращу его в любви ко мне. Будущее все еще можно изменить!
После этого разговора они долго не виделись. Морфин заперся в своей лачуге и пьянствовал, Тони делал примерно то же самое в своем поместье. У него совсем пропал интерес к жизни, появилось ощущение, что он в мгновение ока лишился всей своей семьи. Долохов слишком привык жить с Мраксами. Тони знал, что неладное случилось с Морфином, и тот угодил в Азкабан, но ничего не предпринял. Он слышал, что Марволо провел каникулы у Блеков, читал в «Пророке», что во время седьмого года обучения Мракса в школе вновь была открыта Тайная комната, и чудовище убило какую-то девочку, за это исключили полукровку Хагрида. После школы, блестяще сдав Т.Р.И.Т.О.Н.ы, Том вдруг исчез. О нем долгое время не было ничего слышно, хотя возможно, он писал Вальбурге, но та сама после расставания с Ричардом Поттером стала совсем не дружелюбной. Так что скорей всего их долгая дружба неожиданно распалась.
Том появился на его пороге только в пятьдесят пятом. Выглядел он ужасно. Молодой человек не производил впечатления нищего или голодного, деньги у Мракса явно водились, однако его внешность сильно изменилась. Он все еще был привлекателен, но лицо стало приобретать змеиные черты, а глаза поблескивали красными искрами.
- Что ты с собой сделал? – с отвращением и скрытой дрожью спросил тогда Тони.
- Я пришел поговорить не об этом, - оборвал его Мракс. Его тон был холодным и неприязненным. – Мне нужна твоя поддержка в моих делах.
- Хочешь, что бы я стал Пожирателем смерти? – усмехнулся Долохов.
- Пожирателем смерти? – не понял Том, который прежде не слышал этого названия, но он быстро сообразил. – Так должно быть назывались сторонники Темного Лорда? Да, я хочу этого.
Долохов молчал. Он помнил рассказы Поттера о том, как Волдеморт обращался со своими слугами. Когда Марволо был мальчишкой, в этом еще можно было сомневаться, но видя перед собой этого бесчувственного холодного молодого мужчину, уже нет. Ему не хотелось быть рабом, и Тони не разделял взглядов Мракса на маглов. Хотя какие, к дьяволу, маглы, разве Том не обозначил четко, за что идет война?
- Разве ты не хочешь увидеть его снова? – спросил его Мракс. – Идем со мной, и мы дождемся возвращения нашего Гарри.
И Долохов, хоть и ругал себя последними словами, все же пошел, потому что хотел увидеть Гарри еще раз тоже, хотел вернуть свой любимый, относительно спокойный мирок, где Поттер делает вид, что он строгий хозяин, Марволо заботиться только о верности своего возлюбленного, а Регулус занимается всякой ерундой. Хотя умом он в отличие от своего более молодого нового хозяина понимал, что как прежде ничего не будет.
Годы шли, движение Пожирателей смерти росло. Они набирали силу, а Том, казалось, все больше сходил с ума. Его жестокость часто поражала воображение. И все знали, что он сделал с собой что-то, что полностью лишило его чувств. Долохов все реже вспоминал о том, с чего все началось, а Лорд Волдеморт думал только о власти и могуществе, пока однажды не услышал роковое пророчество, а вслед за ним имя Гарри Поттер. Кто знает, зачем на самом деле самый сильный темный волшебник современности пошел в ту ночь к Поттерам? Даже Долохов не знал, хочет ли хозяин убить малютку или, как и собирался когда-то, заберет его себе. Оказалось, все-таки убить. Тони думал, что, наверное, это правильно, потому что это был не их Гарри, да и все соответствовало той истории, которую он слышал много лет назад от Певерелла.
Все до того момента, как в Отделе тайн перед ним на корточки присел уверенный в себе и счастливый Гарри Поттер. Он вернулся. Его настоящий хозяин, тот, кому он принес свою присягу. Лорд Певерелл. Как и обещал Марволо много лет назад, Долохов пошел за ним и дождался возвращения их Гарри.
Вернувшись из министерства, Гарри нашел Сириуса на полу в гостиной. Комната уже была чистой и ухоженной, похоже, что домовики взялись за уборку всего дома, не собираясь позориться перед хозяином. Крестный все еще был без сознания, но судя по всему его рана не угрожала жизни, через какое-то время волшебник пришел бы в себя. Поттер призвал эльфа и приказал доставить гостя в одну из спален. Он чувствовал себя всемогущим, паника отступила. Такое удачное начало придало Гарри силы действовать, в голове молодого человека начал вырисовывать определенный план. Но первым делом, конечно, нужно было поговорить с Сириусом. Он не собирался ничего скрывать от крестного, это только вызвало бы ненужные проблемы. Все равно Гарри необходимо найти кого-то, кому можно доверять, так почему бы не Блеку? Он уже не знал, относится ли так к Сириусу, потому что он Сириус, или потому что крестный похож на Регулуса.
Поттер едва успел войти в комнату, в которую эльфы поместили Блека, и сесть на стул у постели, как тот пришел в себя. Сириус удивленно огляделся и сразу же радостно завопил, вскакивая и заключая его в объятия.
- Гарри! С тобой все нормально?!
- Все хорошо, Бродяга! – радостно обнял его в ответ Поттер. – Теперь все отлично! А ты как?
- Ха! Со мной все нормально! – отмахнулся Блек. – Только вот Белла похоже, все-таки сделала меня, а?
- Похоже, да! – засмеялся Гарри. – Темпераментом она пошла в Вальбургу.
- Точно, - согласился Сириус, не обратив внимания на то, что крестник называет его мать по имени. – Однако где мы? Похоже на комнату в большом поместье.
- Так и есть, - улыбнулся в ответ Гарри, подмигнув. – Это «Старые дубы», поместье которое принадлежит мне. Еще успеешь осмотреться, оно больше дома на площади Гриммо, но чуть меньше официальной резиденции Блеков.
- Тебе? – нахмурился Сириус. – Но у Поттеров не было поместья с таким названием, да и полукровки не могут... Прости, Гарри.
- Ничего, - покачал головой Поттер. – Я знаю, что полукровки не могут войти во владение древними поместьями без особых ритуалов. Однако я чистокровный, а поместье действительно не моих предков, а куплено у разорившегося семейства.
- Это очень дорогая покупка, - нахмурился Сириус. Он перестал обнимать крестника и немного отошел. Взгляд Блека стал подозрительным. Все-таки Бродяга был совсем не дураком, не смотря на свою вспыльчивость, иначе как бы ему удалось стать анимагом, да и сдать экзамены в академию Авроров. Сириус не мог не заподозрить неладное в такой ситуации. Гарри грустно улыбнулся на это. Не стоило и ожидать, что их отношения станут такими же, как прежде.
- Ты умеешь пользоваться думосбором? – поинтересовался Поттер, поднимаясь.
- Да.
- Тогда прошу, - предложил молодой лорд, ставя на тумбочку у кровати сосуд с мыслями, а рядом укладывая палочку крестного. – Тут много воспоминаний, их просмотр у тебя займет несколько часов, конечно, это не все, а то ушла бы целая вечность. Если потом у тебя возникнут вопросы, я отвечу.
Юноша с трудом поднялся со стула у кровати, на котором продолжал сидеть. Гарри две недели почти ничего не ел, а эскапада в министерстве ему удалась только благодаря питательному зелью и адреналину в крови. Следовало немедленно что-нибудь съесть, пока Сириус занят просмотром воспоминаний о прошлом.
- Призови домовика, когда закончишь, - предложил Гарри и вышел из комнаты. Он направился прямо в свой кабинет, по дороге приказав эльфам принести куриный бульон с сухариками, употреблять что-то более серьезное после долго голодания он не рисковал. Кабинет уже был вычищен и готов к работе, а на столе оказался сервирован заказанный ужин, хотя это скорей уже был ранний завтрак. Поттер успел положить в рот только одну ложку, как его уединение нарушил хорошо знакомый неприятный смех.
- Здравствуйте, леди Моргана, - протянул Гарри, не отрываясь от еды.
- Рада тебя видеть, лорд Певерелл, - ответила она. – Что теперь скажешь? Можно изменить прошлое?
- Вы жили в этом кабинете в полном одиночестве, рассчитывая рано или поздно спросить у меня? – вскинул брови Поттер.
- Я слишком старая, меня не интересуют живые, так что одиночество не пугает меня, - отмахнулась старуха. – Хотя иногда я выходила, что бы посмотреть на успехи Марволо.
Она снова засмеялась, когда заметила, что Гарри весь напрягся при упоминании этого имени.
- Этот, с позволения сказать, человек не Марволо, - отрезал Гарри.
- Ты, конечно, можешь себя в этом убеждать, - кивнула Моргана. – Наверное, тебе так даже легче. Да ведь истина от этого не изменится. Признай, что ты собственными руками вырастил Темного Лорда, и действуй исходя из этого, пользуйся слабостями, которые были у Марволо в сражении с Волдемортом.
- Предлагаешь мне убить его? – холодно поинтересовался Поттер. Такая мысль приходила ему в голову, хотя он еще не успел обдумать все как следует, прошло всего несколько часов с тех пор, как он пришел в себя. Юноша старался не смотреть на портрет, даже когда закончил есть. Он принялся лениво перебирать пергаменты, лежавшие на столе, а потом нашел коробку с сигариллами.
- А ты сможешь убить его? – справедливо переспросила она в ответ. – Даже убеждая себя, что он не тот, кого ты любишь, сможешь ли ты лишить его жизни?
- Не знаю, - ответил Гарри. Он прикурил и тут же закашлялся. Новое молодое тело оказалось непривычным к курению, но это его не остановило. Гарри любил эту свою вредную привычку и не собирался от нее отказываться.
- Ты и не смог бы, - захихикала Моргана. – Помолвка, знаешь ли, все еще в силе, кажется, именно ты тщательно прописывал пункт о «не причинении вреда»?
На этот раз Гарри закашлялся уже по другому поводу. Ему даже в голову не могло придти, что он еще и помолвлен с Волдемортом. Старуха на портрете, не скрываясь, хохотала над его реакцией, это было ужасно унизительно.
- Возможно, он расторг помолвку? – предположил Гарри.
- В этом не было нужды, - покачала головой Моргана. – Ты считался мертвым, и помолвка была аннулирована, но раз ты жив, то она восстановлена в прежнем объеме ровно семнадцать дней назад. И то, что вы оба не находитесь больше в прежних телах не играет роли, поскольку вы скрепили договор магической подписью.
- Ее же теперь не возможно расторгнуть, - прошептал устало Гарри. Он был слишком слаб и хотел спать, так что настроения устраивать истерику, кидаясь хрупкими предметами, не было, да и не в кого. Нужно было вернуть в дом Тони, он заслужил такое нескромное обращение. Кроме того, нужно было узнать, почему Марволо, зная резоны Поттера, все же стал Темным Лордом.
Спать лечь Гарри не мог, пока не поговорит с Сириусом, так что он нашел себе другое занятие. Пока леди Певерелл злорадствовала, наблюдая, как мучается ее потомок, Гарри быстро писал письмо гоблинам, чтобы узнать, как обстоят его финансовые дела. Ему предстояло вступить в сражение со всем магическим миром на своей собственной стороне, а значит придется напрячь все имеющиеся средства: артефакты, мозги, магическую силу, старые связи. Деньги тоже.
Другой Гарри Поттер в это время, должно быть, разносил в истерике кабинет директора. Пробуждалась сила рода Певерелл.
Сириус пришел только под утро. Гарри успел к тому времени еще раз поесть. Крестный выглядел каким-то измученным и разом постарел еще лет на десять, как будто мало ему было страданий в Азкабане. Казалось, мужчина принял для себя какое-то важное решение. Гарри почувствовал острую жалость к нему. Блек видел только основные воспоминания, сам Гарри пережил больше и страдал сильнее, но забота о любимых всегда была его первостепенным желанием.
- Ты его любишь? – спросил Сириус, едва устроившись в кресле напротив Поттера.
- Лорда Волдеморта? Нет, - честно ответил Гарри. Даже внутри не зародился червячок сомнения. Поттер так же честно сказал бы, что любит Марволо Мракса до безумия, если бы Сириус спросил. Но Марволо больше не было. – Я ведь хотел все изменить, что бы создать мир без войны.
- Я понял-понял, - закивал волшебник. – Но ты же понимаешь, что из-за помолвки не сможешь бороться с ним?
- Знаю.
- Ты переходишь на его сторону? – сглотнул Блек.
- Я бы предпочел вооруженный нейтралитет, - усмехнулся Гарри. Он придвинул к крестному коробку с сигарами. Тот с удовольствием выбрал одну из них и закурил. – Я хочу жить, Бродяга. И чтоб мои близкие жили.
- Я бы не хотел выступать против Дамблдора, - качнул головой Блек. – Мне понятен твой эгоизм, это вообще-то обычная логика чистокровных – бороться только за себя и свою семью.
- Ясно, - не обиделся Гарри. У крестного были его убеждения, вера в директора, которому не было повода не доверять, друзья. Вообще-то Поттер ожидал такой ответ, хотя и надеялся на другое.
- Ничего тебе не ясно, - фыркнул Блек. Он насмешливо покосился на Гарри и добавил. – Я останусь с тобой, Темная Королева.
Певерелл озадаченно моргнул.
- Либо вы с Сам-Знаешь-Кем вечно будете женихом и невестой, либо поженитесь. Он Темный Лорд, а ты его Темная Леди, - пояснил свое обращение Блек, нагло усмехаясь. – Я люблю тебя как сына и как друга и хочу защитить тебя. Мне чужды взгляды других чистокровных на маглов, но я знаю, что тебе они чужды тоже. У нас будет своя сторона. Мы поддержим Лорда, а после его воцарения станем оппозицией, смягчающей его решения.
- Отличный план, лорд Блек, - усмехнулась Моргана.
- Я еще не думал так далеко, - признался Гарри, не скрывая счастливую улыбку. Хотелось броситься Бродяге на шею и обнять его по-детски, не так как Регулуса, в отношениях с которым так и не удалось избавиться от сексуального подтекста. Гарри вздохнул и сжал кулаки в напряжении. Он не показал крестному истинных отношений, которые связывали его с Регом, ограничившись демонстрацией их дружбы.
- Сириус, скажи, а что стало с Регулусом Блеком, тем которого ты видел в моих воспоминаниях?
Сириус сочувственно посмотрел на него и ответил:
- Умер в пятьдесят девятом. Поговаривали, что его убили, а другие говорили, что он покончил с собой, когда от него ушла жена. Хотя, насколько я понял из твоих воспоминаний, Эйлин он не особо любил.
- Эйлин ушла от него к Тобиасу Снейпу, - понятливо кивнул Гарри. – Ты поэтому не любишь Северуса?
Блек скривился, но кивнул. Гарри посмотрел на мужчину, сквозь густой сигарный дым и не сдержал ласковой улыбки. Он был так рад, что крестный жив и снова рядом, после всего пережитого.
- Нам обоим нужно поспать.
- Нужно, особенно тебе, - подтвердил Сириус. – Но сначала, я хочу тебе сказать вот что. Ты дурак!
- Прости?
- Дурак, что так сильно винил себя в моей смерти, - рявкнул Блек. - Да я ринулся в министерство вне себя от счастья, когда понял, что ты любишь меня настолько, что не побоялся жизнью рискнуть. Я всегда хотел сына, а в тот момент понял, что он у меня есть. Если бы я знал, что ты будешь так страдать...
- Спасибо, - прошептал Гарри, пытаясь не заплакать.
Сириус встал и опять заключил его в объятия. Несколько минут в кабинете стояла тишина, которую они не решались, да и не хотели нарушать. А потом Сириус поцеловал крестника в макушку и встрепал ему волосы. Они оба забыли о том, что фактически Гарри было двадцать семь, а Блек был не намного старше.
- Так, - молвил Бродяга наконец, - надеюсь, ты можешь найти нам несколько значимых в магическом мире компаньонов?
Гарри отстранился и вредно улыбнулся крестному:
- Можешь не сомневаться в этом.