Глава 20
Рождество на этот раз опять праздновали в доме Блеков. Хотя в этот раз Тому, как никогда хотелось отпраздновать его дома. То, что Найджелус решился провести несколько дней в доме лорда Блека, сильнее всего указывало на улучшение отношений двух глав семей, укрепляя свет в мнении о том, что отношения Регулуса и Найджелуса в ближайшие месяцы будут законно оформлены. Впрочем, в эти слухи Мракс, как всегда внимательный к мелочам, не очень-то и верил, хотя серьезно опасался. К примеру, на его взгляд весьма выразительной деталью было разделение гостей на комнаты. Регулуса поселили в его обычной комнате, а вот Найджелусу и Тому выделили соседние в другом крыле. И лорд Певерелл воспринял это не просто как должное, он еще и отказался навестить Регулуса, когда все лягут спать.
В тот вечер, вместе собираясь на торжественный ужин, Найджелус сам выбирал для воспитанника украшения, а потом помогал закрепить. Они сидели в креслах перед большим зеркалом. Перед ними стояла шкатулка с драгоценностями. Оба уже были нарядно одеты. Комната освещалась всего лишь несколькими свечами, создавая приятный полумрак. Най иногда касался теплыми пальцами его запястий и шеи, и Том невольно представлял, как опекун наклоняется чуть ниже и касается его щек губами.
- Давай хорошенько повеселимся, - велел Певерелл. – Это наше последнее Рождество в этом доме.
- Почему?
- А ты не догадываешься?
- Вы с Регулусом расстаетесь, верно? – предположил Том. - Хоть все и твердят, что вы женитесь, и поэтому ты помирился с лордом Блеком, я думаю все наоборот.
Опекун застегнул ему запонки и несколько секунд рассматривал, как они смотрятся, держа мальчика за руки, растягивая время.
- Ты не замечал, как другие люди стали смотреть на Рега в последнее время? Аристократы стали хуже относиться к нему, как к изгою, Морфин смотрит на него, как на мусор у своих ног. Все только по тому, что я не могу на нем жениться, - пояснил опекун. – Он тоже видит это и мучается.
- Почему не можешь жениться? Не любишь? – с замиранием сердца спросил мальчик. Он готов был петь от радости, что его теория подтвердилась. Сидеть спокойно было невероятно сложно, но Най все еще держал его за руки, Том не хотел разрывать этот контакт.
- Люблю. Но не так.
Том нахмурился, не поняв.
- И?
- Мы нашли ему подходящую девушку. В июле объявят о помолвке, а в октябре свадьба, - невесело улыбнувшись, продолжил опекун.
- А подходящая девушка и Регулус об этом знают? – саркастично уточнил Мракс.
- Нет. И я прошу тебя не рассказывать об этом никому, даже Вальбурге. Я поделился с тобой информацией только потому, что опасался, что ты и сам все прекрасно поймешь и захочешь с кем-то поделиться выводами.
- Ладно, буду нем, как рыба.
Найджелус отпустил его руки и отодвинулся. Кажется, мысли о предстоящей помолвке причиняли ему боль. И от этого Тому самому становилось плохо. В голове набатом стучало тихое «люблю» Певерелла.
«Значит, все-таки любит. Страдает от того, что Регулус достанется другой. Так зачем же отдает? Не понимаю!»
- Кстати, эта девушка и Регулус они и в будущем, откуда ты пришел, были женаты? – решил он проверить внезапно мелькнувшую догадку.
- Я неплохо знаю родословную Блеков, но Регулусом как-то никогда не интересовался, смутно помню, если честно. Знаю только, что у него не было детей. Впрочем, если он и был женат, то точно не на этой девушке.
На секунду Том растерялся. Предположив недавно, что именно Регулус является Темным Лордом будущего, он был ошарашен словами опекуна. Выходило, что до прибытия сюда, Най почти ничего о Реге не знал, совсем им не интересовался? До знакомства здесь, Регулус Блек был для него не более, чем одним из многочисленных элементов родословной Блеков? Так что же, Най действительно влюбился в него с первого взгляда? Однако, оставив выводы на потом мальчик продолжил спрашивать.
- Почему тогда вы выбрали именно ее?
- Потому что очень хорошо знаю, как раз ее судьбу.
- С ней случилось что-то плохое?
- Да. Эйлин Принц. Не красивая, но и не уродливая. Не блещет талантами, но и звезд с неба не хватает. Не сказать, что решительная, но с неплохим организаторским талантом.
- Эйлин? Най, нет, она же...
- Едва закончив Хогвартс, влюбилась в маггла и в некоторой степени повторила путь твоей матери, - голос опекуна становился все печальнее и печальнее. - Из-за того ты всегда ее сыну и симпатизировал, я полагаю. Лорд Принц, всегда баловавший ее безмерно, неожиданно для всех отказался принять зятя и ребенка. Но девушка аборт делать отказалась. Когда молодой муж узнал, что Эйлин волшебница, маггл ее возненавидел. Но в отличие от твоего папаши, ему хватило совести остаться с семьей. Наверное, было бы лучше, если б он ушел. Не знаю подробностей, но будь уверен, к бутылке он прикладывался нередко, а напившись без зазрения совести бил и мать и дитя. Денег на еду и прочее, как ты догадываешься, у них тоже не было. Не то, о чем мечтают юные девушки, я полагаю.
С минуту они молчали.
- А Регулус..., - голос Певерелла дрогнул. Том испуганно всмотрелся в его лицо, ему показалось, что Най сейчас заплачет. - Он не тот мужчина, который сможет сделать женщину совершенно несчастной, правда? Может он и выглядит безответственным, но на самом деле он способен позаботиться о тех, кто от него зависит. Он сильный и смелый. И такой ласковый. Она обязательно его полюбит.
- Но она ведь в этом году только-только заканчивает пятый курс.
- Марволо, девушки из благородных семей редко идут учиться на шестой и седьмой курсы. По крайней мере, пока что. Если бы она делала заметные успехи в учебе, тогда возможно ей бы и позволили, но боюсь ее социальная роль быть женой, матерью, хозяйкой дома.
- Он ее не любит, - воскликнул Том, поднимаясь с кресла и отворачиваясь. По лицу опекуна текла слеза. Он не хотел этого видеть. - Я этого вообще не понимаю! Ты любишь его, сам сказал. Он любит тебя. Так в чем проблема?! Почему?
- Ты что же хочешь, что бы мы с ним поженились? – в голосе Ная появилось что-то вроде веселья. Том не видел, но понял, что единственная слезинка уже вытерта. Но серьезный разговор было еще не время прерывать.
- Конечно, нет. Я люблю тебя и хочу себе, как и говорил. Но вы оба моя семья. И я забочусь о вас. Я эгоистичен, и полагаю, что рано или поздно мои объятия ты будешь ценить больше, чем его. Но я не хочу, чтобы сейчас ты был несчастен! Женись на нем, черт побери, если ты так сильно любишь!
- Марволо, ты бы хотел жениться на Вальбурге? – спросил Певерелл.
- Нет, но я и встречаться с ней не стал бы.
- А если бы у тебя совсем-совсем никого кроме нее не было, а постель была бы единственным средством держать ее при себе?
- У тебя есть я.
- Да, теперь есть ты. Поэтому мне не так страшно отпустить его. Он не должен был встретить меня, я ему всю жизнь поломал. Я... так много жизней поломал. Такой вот эгоист.
Рождественские каникулы удались на славу. Все действительно веселились как в последний раз, взрослые, словно в детство впали, безумно радуя детей. Най, Регулус и молодое поколение многочисленных Блеков играли в снежки, носились на перегонки на метлах, играли вместе с детьми. Лорд Блек, Лорд Мракс и другие представители более старшего поколения не только поддерживали проказы, но и часто, не сдержавшись, участвовали в них. Казалось, все они тщательно старались забыть о разворачивающейся в Европе кровавой бойне, развязанной Гитлером и Гриндевальдом. Им хотелось хотя бы на несколько дней, в присутствии детей, сделать вид, что все отлично и беспокоиться не о чем.
- Регулуса ты наконец-то отпустил, - Арктурус затянулся сигарой и выпустил дым. – Не пора ли и Марволо невесту подыскать?
Четверо благородных лордов заперлись в кабинете после ужина, оставив остальных искать развлечения по вкусу. Мужчины достали сигары и собирались сделать то, что никогда бы не посмели сделать в присутствии младших членов своих семей. Они хотели посплетничать и поперемывать друг другу косточки.
- Ты бы знал, какой он упертый, - скривился Морфин. – Я тысячу раз говорил, что пора найти моему наследнику приличную партию, а то всех девчонок разберут.
- Плевать, пусть разбирают. Пусть женится, на ком хочет, хоть на магглорожденной, - отмахнулся Гарри. Он сидел на подоконнике, около открытого окна, куда был выдворен из-за крайней вонючести своих сигарилл. – А если он захочет замужнюю, то я ее супругу не завидую.
- Ты что спятил? Мой наследник никогда не жениться на грязнокровке!
- Вот и поговори с ним об этом, - отмахнулся Певерелл. – Я его опекун и если он влюбится, то препятствий строить не буду.
- Кстати говоря, - усмехнулся лорд Принц. – Ты и сам еще не женат, а ведь возраст уже поджимает.
- Я на пять лет младше Регулуса, - возразил Най. – Так что времечко еще есть. Впрочем, жениться я не собираюсь.
- Не понимаю я тебя, - вздохнул Блек. – Ты же любишь моего брата, живешь с ним уже несколько лет, так почему бы просто не поставить штамп. Даже публичная свадьба не обязательна.
- У меня есть подозрение, - усмехнулся Морфин. – Найджелус, ты случаем не женат ли?
- Или вдовец? Все никак не оправишься? Когда ты только приехал в Англию вид у тебя был совсем не счастливый, - предположил лорд Принц.
- Нет, никогда не был женат.
- Тогда влюблен? Или какие-то иные обязательства?
- Нет. Была когда-то девчонка. Я спас ей жизнь, когда мы были маленькими, к тому же у меня были очень хорошие отношения с ее семьей. Мы не говорили об этом в слух, но это всегда читалось между строк: я должен когда-нибудь жениться на ней. Не то, что бы я был против... Короче, если я и думал о браке, то всегда представлял в свадебном платье именно ее.
- А потом? – поинтересовался Принц, наливая себе огневиски.
- А потом я сбежал из дома с любовником. Слышал, она вышла замуж за ирландца-полукровку.
- Предпочла тебе такого? – не поверил Морфин. – Чистокровная девица?
- Ее можно понять. Я был с Блейзом, без гроша в кармане и в бегах. А ирландец рядом и любил ее.
- И где же этот Блейз, ради которого ты не побоялся остаться без гроша в кармане? – усмехнулся Блек.
- А его убили. Один из моих родственников. Полагаю, перед смертью ему объяснили, что мы с ним не пара, - мужчины молча смотрели на посерьезневшего Певерелла. – Вот поэтому я и был такой потрепанный, когда приехал сюда.
- Ах да, - вдруг оживился Принц, собираясь сменить тему. – Вы заметили, как в последние десятилетия участились случаи браков чистокровных и магглорожденных, а то и просто магглов? И ладно, если как в случае с милой Меропой, семья хочет разбавить кровь. Так ведь девочки просто сбегают из дома!
Морфин и Най обменялись быстрыми взглядами, и Мракс ухмыльнулся. Когда Певерелл предложил ему создать подложные документы о происхождении племянника, Морфин не поверил в успех мероприятия. Он никак не ожидал, что в легенде о «разбавлении крови» удастся убедить даже ближайшее окружение. Впрочем, в этом явная заслуга самого мальчишки. Он очень умен и привлекателен, умеет расположить к себе. Даже он, Морфин, с каждым днем все сильнее привязывается к племянничку.
- Это все из-за смешанного обучения в школах, - нахмурился Блек. – Не далее как на прошлой неделе за обедом мне пришлось выслушивать рассказ дочери о каком-то Форестере или Фостере, магглорожденном гриффиндорце, который, видите ли, здорово играет в квиддич!
- Девочки всегда увлекаются квиддичными игроками! – засмеялся Най. – Все дело в форме!
- И все же это опасно, магглорожденные становятся прямой угрозой. Даже в министерстве им стали доверять высокие посты, - нахмурился Принц.
- Нам следует с этим что-то делать, - кивнул Арктурус. – Возможно, стоит надавить на министра...
- Или поддержать Гриндевальда, - вставил Мракс.
В кабинете повисла задумчивая тишина.
Вслед за Рождеством неизменно следовали Новый год и день рождения Тома. Най утверждал, что мальчик родился ночью или очень поздним вечером, будто сам присутствовал при родах. И в связи с этим неизменно подвергал сомнению дату рождения. Обычно они не праздновали его день рождения отдельно от прочих декабрьских праздников, ограничиваясь лишь устными поздравлениями, да какими-нибудь незначительными подарками в добавок к уже подаренным на рождество. В этом году ничего не изменилось. Най за завтраком вручил ему коробочку с серебряными запонками, инкрустированными изумрудами, и немного потискал, заявив:
- Четырнадцать лет! Ты уже такой большой!
- Жених! – хмыкнула мать Вальбурги.
- Нет-нет, жениться еще рано, - отшутился Певерелл. – Я не готов стать дядюшкой.
- А отцом? – поинтересовался Рег, прямо посмотрев любовнику в глаза.
- Пожалуй, тем более нет, - отвел взгляд Най. – А вот тебе и в самом деле уже пора.
Зато неожиданно порадовал дядюшка Морфин. В протянутой им небольшой коробке к удивлению и восторгу ребенка оказался небольшой портрет. На нем художник изобразил невзрачную бедно одетую девушку.
- Вы совсем не похожи, но у тебя ее глаза, - сказал Морфин.
- Это?..
- Твоя мама. Меропа Мракс.
Девушка на портрете робко, но нежно улыбнулась им обоим.
- Спасибо, дядя. Най почти ничего не знает о моих родителях. А Вы...
- Говорить о них... тем более о НЕМ, я с тобой не собираюсь, - грубо прервал Морфин, собираясь уходить. – С днем рождения, - уже мягче добавил он.
Регулус вовсе не был идиотом, он прекрасно знал, что что-то происходит. Ни о какой женитьбе с Наем у них речь не шла, но слухи долетали и до него. Он не мог понять, почему вдруг так хорошо стали ладить между собой его брат и любовник. И Рег совсем не ожидал от Ная такой подлости, какую тот совершил на самом деле.
Зато он знал, что у его любимого снова возобновились кошмары. После Рождества он все чаще стал беспокоиться за психику любимого. Ночь за ночью Регулус просыпался от всхлипов, мольбы и отчаянного крика «Сириус!». Потом Найджелус стал запираться на ночь в своей комнате, не пуская Рега, а звукоизоляция в доме была слишком хороша. Зато к завтраку Певерелл спускался таким, будто спал на иголках или не спал вовсе. А затем вообще перестал спускаться к завтраку.
В феврале однажды утром Регулус проснулся с осознанием того, что секса с Наем у них не было уже около трех месяцев. Рег не страдал переизбытком гормонов и вполне мог поддерживать отношения и без постели. Он любил Певерелла не за отличный секс, но за привычки, характер, даже то, что не нравилось и раздражало, потому что без них это был бы уже не Най. Любил его всего от макушки до кончиков пальцев. Конечно, Блек обожал прикасаться к любовнику, но это не значило, что он не может прожить без этого.
Но, если любимый человек после многолетних интимных отношений вдруг отказывает тебе в близости так долго, то это уже не спроста. Регулус хотел знать, что происходит.
Сидеть напротив друг друга во время еды или читая, заполняя бумаги или просто обмениваться привычными шутками, приятными воспоминаниями, стало так тяжело. Хотелось схватить Ная за плечи и трясти, трясти, трясти... Хотелось сделать ему больно. Хотелось хоть раз воспользоваться разницей в весе и силой выбить из него признание. Если у Ная появился другой или другая, то Регулус хотел знать об этом! Если Най не любит его больше, то Регулус хотел знать об этом! Если у Ная проблемы, то Регулус хотел помочь ему!
Ему не хватало на это решимости. Он не мог сделать ему больно. Регулус лишь тянул время, притворяясь, что ничего не замечает. Ни синяков под глазами, ни отсутствия аппетита, ни все увеличивающуюся худобу.
Однажды он зашел в кабинет, когда Найджелус рисовал узоры ножом по голой руке и внимательно смотрел за тем, как стекает на лакированную крышку стола кровь, образуя нелепой формы красное пятно.
Два дня спустя домовики разбудили его среди ночи, прося придти в спальню хозяина. Лорд Певерелл случайно выпил несколько лишних таблеток снотворного. Регулус смотрел на пустой флакончик из-под таблеток и знал, что ни о каких случайностях речи и быть не может.
- Я хочу умереть, - сказал Найджелус. – Я хочу домой.
- Ты дома, - ответил Блек.
- Я люблю тебя, Сири, - сказал Най, оглаживая руками его лицо.
- И я люблю тебя, - ответил Рег.
- Я опять тебя подвел, но ты ведь не исчезнешь снова, да?
- Нет, я тебя не оставлю.
- Она, правда, очень, очень хорошая, ты увидишь.
- Хорошо.
Пока Том спокойно заканчивал третий курс, удовлетворенный словами Ная о том, что Регулус как соперник ему уже не страшен, Блек, снова боролся с сумасшествием Певерелла.
За агонией спокойно наблюдала с портретов леди Певерелл.