Эгоист

Волд проснулся в семь, черкнул пару строк секретарю, чтобы тот отменил все встречи, кроме французов. Он отправил письмо с помощью эльфа и повернулся, встречаясь взглядом с зелеными глазами. — Поведай мне свои тревоги, — нарочито шутливым тоном, тщательно скрывая серьезность, попросил Гарри. Волд лег рядом и притянул Гарри к себе. Тот все понял без дальнейших объяснений. Гарри спустился поцелуями вдоль шеи. — Я. Люблю. Тебя, — проделал обратный путь, выделив последнее слово голосом. — Дааа… — Волд перевернулся на спину, потянул за собой Гарри. — Я знаю. — Я тоже знаю, — Гарри уткнулся лбом ему в плечо. От неспешных, почти ленивых ласк кружилась голова, и поджимались пальцы на ногах. Гарри соблазнял, наслаждаясь тем, как медленно, но неумолимо разжигается в темных глазах страсть. Карие радужки стали лишь тонкими ободками вокруг огромных черных зрачков, малейший намек на алый огонь исчез. Волд смотрел на дьявола-искусителя и восхищался. Уже не важно стало: принадлежит ли Гарри ему или все так же, как и раньше, не способен принадлежать кому бы то ни было. Здесь, сейчас Гарри целовал его, обнимал и улыбался невероятно счастливой улыбкой, да и просто находился рядом, сексуальный и красивый, возбужденный для него. Прикосновения умелых пальцев разрушали остатки мыслей, заставляя только отдавать, только получать. Удовольствие накатывало волнами, постепенно унося за грань реальности. Потом они уснули, крепко прижавшись друг к другу. Волд с трудом встал пол-одиннадцатого. Гарри перевернулся на другой бок, но глаз не открыл и, кажется, продолжил спать. Волд удивился этому: он понимал, что ни Гарри, ни он сам еще не восстановили энергетический баланс полностью, но радовался такому проявлению доверия. Волд едва ли не на цыпочках вышел из комнаты все равно невероятно довольный и счастливый. Гарри проснулся уже много позже полудня. Он сладко потянулся и встал с кровати. До пяти у него оставалось не так много времени, поэтому Гарри оделся и переместился на Гриммо. Ругань портрета тетки и ворчание эльфа встретили его в пустом, темном, но с недавних пор всегда чистом доме. — Кричер! — позвал Гарри. — Да, хозяин Гарри, — относительно громко ответил эльф и, чуть понизив голос, продолжил: — мерзкий полукровка и глава рода Блэк. Почему сын хозяюшки Цисси не получил величайший титул? — Кричер, — как можно мягче обратился Гарри, — здесь сегодня будут гости, которые могут тебе не понравиться: магглорожденная, предатель крови. Ты можешь спрятаться где-то, тогда я просто позову Тинки или еще кого-то из поместья Поттеров, или ты будешь прислуживать, никак не показывая неприязни. Что скажешь? — Кричер не позволит чужому домовику прислуживать в этом доме. — Хорошо. Но мы договорились. Ты сам решил вести себя вежливо с моими гостями. Приготовь что-то к чаю, нас будет двенадцать человек. И Кричер, — чуть строже произнес он, — без глупостей. Гарри пошел прогуляться без особой цели, просто дожидаясь звонка Луны. Неожиданно, пройдя мимо магазина, он подумал, что хочет чипсы или что-то наподобие. Поддавшись соблазну, Гарри открыл дверь. Уже спустя полчаса он поставил две бутылки с газировкой и банку принглз на стол. — Да, Луна? — вытянув пиликающий мобильник из кармана, ответил Гарри. — Уже, да, хорошо. Сейчас буду. Гарри аппарировал в небольшой переулок неподалеку от сквера. Хорошему настроению оставалось недолго, поэтому в прогулку длинной метров двести пружинящим шагом он вложил максимум удовольствия. — Привет. Сдержанная улыбка Гермионе. Поцелуй в щеку Луне. Протянутая Кингсли рука. Уверенный взгляд на Грюма. И неуверенный — на Ремуса. — Привет, — Луна широко улыбается, хотя видно, что последние пятнадцать часов дались ей нелегко. — Привет, — тихо и неуверенно. Гермиона отводит взгляд, но Гарри все равно видит, что у нее покраснели глаза. — Мистер Поттер, — кивает Бруствер и твердо отвечает на рукопожатие. — Поттер, — презрительно выплевывает Грюм, удостоившись еще одного дерзкого взгляда. — Здравствуй, Гарри. Ты изменился. — Грустно всю жизнь оставаться зашуганным тринадцатилетним мальчишкой. Идемте. Они скрываются в безлюдном переулке. Гарри снова встает напротив. — Аппарационная площадка маленькая. Больше трех-четырех человек не поместится. Кто первый? Кингсли и Грюм шагнули вперед и протянули левые руки. Гарри крепко схватил их и перенес на крыльцо. Он открыл дверь. — Кричер! Проводи в гостиную, пожалуйста. Дождавшись появления эльфа, Гарри вернулся за девушками и Люпином. В гостиную тем временем переместился камином Волд, а за ним — четверо заключенных. — Что за сброд притащил в мой дом этот дрянной мальчишка? — Как вижу, Гарри не зря жаловался, что ты ведешь себя, будто базарная торговка, — невероятно учтивым тоном произнес Волд и уточнил: — Том Риддл к вашим услугам, моя дорогая леди. — Добро пожаловать в дом благороднейшего семейства Блэк, Лорд Волдеморт, — Валбурга присела в реверансе. — И как ты оказался в таком обществе? — Пора заканчивать войну, моя дорогая леди. Прости, что для заключения перемирия мы выбрали твой дом, но, думаю, встреча со мной хоть немного это искупает, Вэл, — Волд играл интонациями в и без того бархатном голосе. — Что ты так смотришь на меня, Немезида моя беспутная? — посмотрев куда-то за спину Волду, спросила Вэл. Волд обернулся, вопросительно округлил глаза, смотря на выражение лица прислонившегося к косяку Гарри, но вопрос не повторил. Слишком знакомые эмоции читались в зеленых глазах. — Мы по делу собрались, — Гарри отошел от прохода, занимая свободное место на диване. — Мы ждем еще Минерву, — Волд подошел к столу и приподнял бутылку за крышку. — Что это? — Газировка. Можешь попробовать. Только медленно открывай, а то получится… забавно, — Гарри улыбнулся, представив себе эту картину. Волд послушался совета. Он глотнул чуть зашипевшую жидкость прямо из горлышка и скривился. — Гадость какая! Как можно пить что-то настолько сладкое? Гарри засмеялся. Волд закрыл бутылку и поставил обратно на стол, садясь в кресло. — Критчер! — позвал Гарри. — Унеси на кухню, а потом подай чай. В камине взметнулось зеленое пламя и в комнате появилась Макгонагал. Гарри и Волд встали ей навстречу. — Поражаюсь педагогическому таланту Дореи, — мило усмехнулась с портрета Вэл. — Добро пожаловать, профессор, — проигнорировал ее Гарри. — Минерва, — сдержано кивнул Волд. — Здравствуйте все. Все наперебой поздоровались. Макгонагал села в кресло, Волд и Гарри заняли диван. — Кто такой состав выбирал? Гарри глянул на девушек, и неуверенно произнес: «В целом, я». — Двенадцать сильных магов в одной комнате, а спокойным характером могут похвастать лишь двое. Не быть тебе политиком. — Так его, — якобы про себя произнесла Вэл и подмигнула Макгонагал. — Не волнуйся. Обойдемся и без драки, хоть и скучно, — Волд чуть нахально ухмыльнулся, Вэл с гордостью смотрела на него, а он пытался не видеть этого. — Начнем с моих требований, — твердо произнес Волд. — В данный момент экономика магического мира нестабильна, поэтому она пока абсолютно закрыта от влияния извне. На практике можно сформулировать так: деньги должны быть потрачены и заработаны в одном мире. Сами понимаете, это наносит некие ограничения на образ жизни. Почти все сосредоточенно слушали. Гермиона откуда-то выудила ручку и блокнот и записывала. Только Луна, кажется, рассматривала мозгошмыгов, кружащих под потолком. — Естественно, — продолжил Волд, — никто из нынешнего состава Ордена и их потомков в первом поколении никогда и никак не будет участвовать в политике. У меня и менее радикальной оппозиции хватает. Условно говоря, вы не провоцируете — мы не отвечаем. Волд обвел сидящих в комнате тяжелым взглядом. Многие поежились, кто-то остался невозмутим. — В этом вы поклянетесь через месяц. Достаточный срок, чтобы принять решение и закончить какие-то дела, если это необходимо. — Что мы за это получим? — дерзко спросил Рон. — Легализацию в магическом мире. Это включает в себя помощь в Мунго, если это необходимо, и образование в Хогвартсе для ваших детей. — Если мы откажемся? — прокаркал Грюм. — Надеюсь, что таковых не будет. Текст клятвы можно обсудить и изменить. Но если кто-то все-таки предпочтет жить в подполье и молиться на Дамблдора, я бы рекомендовал ему уехать в США. — Не смей так говорить о профессоре Дамблдоре! — вскочил на ноги Дин Томас. Макгонагал охнула. Кажется, именно так она видела единственно-возможное развитие событий. Волд абсолютно не разозлился, лишь посмотрел изучающе. — А как же мне о нем говорить? — чуть насмешливо и вместе с тем опасно спросил он. — Он был великим человеком! — Да? Я вот знаю другое, — раздался неожиданно мягкий и спокойный голос Гарри. — Его необдуманное поведение повлекло смерть его сестры. Он напугал одного первокурсника из приюта до полусмерти. Он допустил почти шесть лет самой разрушительной войны в истории человечества, потому что безумно влюбился в друга юности, Геллерта Грин-де-Вальда. А ведь не мальчик уже тогда был, мог бы поставить чужие смерти превыше своих чувств. — Поттер, а как ты вообще во всем этом оказался? — скептично посмотрел на Гарри Грюм. — Такой смазливый мальчик мог бы найти, чем заняться, кроме работы пожирателя. — Считаете, я ни на что не способен? — магия, до того свободно витавшая вокруг Гарри, подобралась, готовясь к бою. — Спаринг, — эмоции ушли из глаз. — Три раза по три минуты или до падения в положение лежа, — мышцы напряглись. — Ты не против? — Гарри встал и бросил вопросительный взгляд на Волда. — Ты уже загорелся идеей. Аластор, не откажешься, пока не поздно? — Вот еще. Здесь драться-то, что ли? — В малом тренировочном зале, — Гарри кивнул на выход из комнаты. Когда в гостиной остался только Волд, Вэл спросила: «Уделает?» — Обязательно. Они ослепительно и самодовольно улыбнулись, посмотрели на выражения лиц друг друга и расхохотались. Потом Вэл попросила друга остаться после ухода гостей. — Конечно, моя дорогая леди. Прости, Вэл, я тоже по тебе соскучился. Волд догнал пеструю компанию уже в зале. Гарри сбросил мантию и неразношенные, новые туфли, закатал рукава рубашки. Грюм вытащил палочку. Волд усмехнулся и наколдовал таймер. — Начинайте. Грюм на проверку бросил пару легких заклятий. Гарри увернулся от них, делая настолько незаметные шаги, что казалось, будто заклятья сами избегают его. Гарри не нападал тридцать секунд: такую фору он давал тем противникам, которых считал среднячками. Грюм ни разу не попал, хотя ударил пару раз заклятьями, бьющими по площади. Первую атаку Гарри Грюму удалось отразить, но спустя еще мгновение он лежал на полу, ничего не понимая. — Один-ноль в мою пользу. Дальше играем без форы. Вставайте, Аластор, если еще не передумали. — Чтоб меня!.. Да какой-то мальчишка! Вот еще. Волд тихонько смеялся в кулак, но покорно обновил таймер. Следующие два боя закончились, толком не начавшись. — Какая уж тут веселая драка? Вы совершенно зря волновались, профессор Макгонагал. Весь Орден подготовлен не лучше, так что просто отправились бы спать. От Петрификуса еще никто не умирал. — И кто ж тебе, Поттер, веселые драки устраивает? — Про Арену не слышали? Кроме того… — Гарри хитро улыбнулся Волду. — Может, легче показать? — Так и скажи, что хочешь похвастаться, — Волд щелкнул его по носу, но мантию снял и манжеты расстегнул. — Да-да, не тормози, нападай. Волд бил аккуратно, кулаком или чистой магией без всяких заклинаний, двигался очень скупо, но красиво. Гарри использовал все ресурсы тела. Знание восточных единоборств и приемов боя без правил позволяли делать кувырки назад вместо падений и попадать ступней едва ли не в лоб. Гарри почти танцевал, порхая как бабочка, но когда его удары достигали цели, это было похоже на стремительный укус пчелы*. Казалось, что бой идет на равных, пока Волд не упал, опираясь на локти. Выглядел он уставшим и помятым, в то время как Гарри все еще казался аккуратно причесанным и даже не запыхавшимся, будто мог идти на бал прямо сейчас. — Встаешь? Волд упал на лопатки. Таймер, и без того отсчитывающий последние секунды замер, моргнул и пропал. Гарри протянул любовнику руку и поднял без малейших видимых усилий. Волд замер напротив, очень близко, слишком разгоряченный после боя. Гарри едва прикоснулся губами к его губам и отстранился, начиная одеваться. — Э? — Это было достаточно очевидно, Рон, — тихо прошептала Гермиона. — Мисс Грейнджер хотела сказать: «Они флиртуют, как пересыщенные гормонами подростки», — столь же бесшумно произнесла Макгонагал. — По-моему, это очень мило, — в голос произнесла Луна. — Мило? Луна, это Темный лорд! — Мы все еще здесь! А вам, мистер Уизли и мистер Томас, скоро возвращаться в Азкабан. Вы там проведете месяц, но, наверное, ваши жены и возлюбленные очень расстроятся, если вы с ними даже не попрощаетесь. Кстати, о людях, у которых хватает ума меня бояться: позвони своему Вьену, Гарри, он тебя похоронил уже. Я к Вэл. В следующие пять минут все расползлись по дому. Кто-то писал короткие записки девушкам, Рон о чем-то шептался с Гермионой. Минерва чем-то заняла Луну и Ремуса. Аластор и Кингсли анализировали полученную информацию, опасливо поглядывая на Гарри, который щебетал по телефону по-французски. Феликс настойчиво переспрашивал, все ли в порядке. — Он не причинит мне боль. Никогда. Последнее слово упало достаточно веско. Феликс замолчал, потом вздохнул тяжело и сказал: «Ты так ему веришь». — Странно не верить человеку, которого любишь. — Так что же, он не ревнует? — Еще как ревнует, — Гарри заулыбался. — Но на мне это сказывается исключительно положительно. Конкуренту везет меньше: поязвят или напугают. — Ты чудовище, Гарри Поттер, иди, получай свое положительное воздействие. Гарри засмеялся и отключился. Волд быстро отправил парней обратно в Аврорат, смотря на них даже несколько сочувствующе. Гермиона тихо заплакала, и Луна отвела подругу умыться. — Полагаю, нам нужно детально разработать текст клятвы. Мужчины и Минерва по-деловому кивнули. Гарри встал, сказал звать Кричера, если необходимо, а сам ушел, чтобы поговорить с девушками. Через несколько минут старшее поколение отчетливо услышало звук удара и какой-то хлопок. Все ринулись туда. На полу кухни сидели и задыхались от смеха облитые чем-то Луна и Гермиона. Гарри, с волос которого на рубашку падали коричневые капли, ходил вокруг них по восьмерке и крошил им на голову чипсы, тоже веселясь. Его били по голеням, ладошками, но так слабо, что он едва замечал. Пока вновь пришедшие пытались понять, что они видят, девушки уронили Гарри на пол и принялись щекотать. Волд и Минерва увели Грюма, Кингсли и Ремуса обратно в гостиную. — Что там? — поинтересовалась Вальбурга, которая не могла переместиться в кухню, потому что там нет картин. — Помнишь зелье Абраксаса? — Хорошо, что рецепта не осталось, — женщина покраснела. — Вот им там так же весело без всякого зелья. Примерно в тот момент, когда текст клятвы был принят, вернулись Гарри, Луна и Гермиона, уже сухие и чистые. — Вы закончили? Можно мы вопрос тут решим, а то нам постоянно смешно становится? — А серьезные, престарелые мы поможем вам не веселиться? — с ироничной улыбкой спросил Волд. — Кому ты врешь? Престарелый он, как же! Впрочем, все действительно сели и замерли с более-менее серьезными лицами. Гарри поставил локти на колени и положил подбородок на сплетенные пальцы. — Девочки, у меня к вам деловое предложение. У нас с Волдом появилась теория, что магия — невероятно хорошо контролируемое радиоактивное излучение. На основе этого можно сделать множество научных открытий, но нужен человек со знанием ядерной физики.       Предложение таково: я нанимаю вам репетиторов, чтобы изучили-повторили школьную программу. Когда вы будете готовы, подаете заявление и сдаете A-levels**. Если будет необходимо, обучение в выбранном университете или институте тоже оплачу. Когда закончите учебу, оборудую лабораторию и творите на здоровье. — Это очень дорого, Гарри, — мягко произнесла Гермиона. — Мы не сможем отдать. — Гермиона, это наука. В этой сфере согласие достаточно талантливого специалиста стоит гораздо дороже любых вкладов. — Мы согласны, Гарри, — ответила за обеих Луна. — Тогда еще одна маленькая проблема. Моих протеже однозначно запишут в любовницы. Будьте к этому морально готовы. И... В общем, в маггловском мире я выгляжу так, — он наложил и через минуту снял иллюзию. — А зовут меня там Джеймс Поттер. С малолетками дела не ведут, по крайней мере, честно. — Понятно, хорошо, что сказал. Все неловко замолчали. Дела, которые необходимо обсудить, кончились, но никто не решался первым встать. — Ремус, мне надо с тобой и твоей семьей, включая Андромеду, поговорить о Теодоре. Позвони или напиши, чтобы назначить время и место. — Зачем тебе Тедди? — насторожился мужчина. — Он — Блэк. Я за него отвечаю перед Магией. Ремус непонимающе помотал головой. Гарри удержался от того, чтобы закатить глаза. — Магия — это древнейший Закон, древнее Библии, Корана и других религиозных книг. Я ответственен за всех, у кого кровь рода Блэк сильнее других примесей. Андромеда объяснит вернее и подробнее, но я должен представить его роду как наследника и вырастить как будущего лорда, иначе Магия сделает из меня куклу с одной способностью: размножение. Это крайне неприятное развитие событий. — Ты заберешь у меня сына? — неверяще спросил Ремус. — Я бы этого очень не хотел. Тут можно договориться, но определенные условия придется выполнять. — Ладно. Все встали, Гарри вздохнул с облегчением и пошел провожать гостей. Когда он вернулся, Волд говорил с Вэл, чему-то смеялся. Гарри попрощался с тетушкой и сказал Волду, что доступ в дом ему открыт полный.