Эгоист

Примечания:

Советую перед прочтением посмотреть старенький фильм "Молчание ягнят" (1990). Во-первых, так понятнее, потому что я строю диалог, но не пересказываю от слова совсем, во-вторых, фильм сам по себе интересен. Знаю, что накосячил с годом выхода, каюсь, но смотреть еще что-то и переписывать сцену очень не хочу.

На том, чтобы встречаться в следующий раз не в Меноре, Гарри настаивал с бараньим упрямством. Уговорить себя Лорд позволил легко, но когда узнал, что Гарри приглашает его в маггловский ресторан, попытался отказаться. На этот отказ ему было резонно замечено, что появляться в магическом ресторане вдвоем с отшившим его Министром Магии Гарри не позволяет гордость. Про «отшившего» в письме не было ни слова, но общая холодность тона оказалась красноречивее. Ресторан Гарри выбрал до невозможного консервативный, Лорду на всякий случай послал каталог маггловских костюмов. Тот ответил что-то язвительное. Гарри только усмехнулся про себя, решив посмотреть, в чем Волдеморт придет. Сам он забрал уже давно заказанный костюм у портного. Что удивительно, к ресторану они приехали почти одновременно и Волдеморт на кэбе, а Гарри на своей машине. - Что вы так удивляетесь, Лорд Поттер? Мое детство и каникулы до совершеннолетия прошли в Лондоне. Я знаю, как принято появляться в приличном обществе. - Прекрасно. Только прошу не обращаться ко мне по титулу. Просто Поттер или, возможно, - юноша замялся. - Гарри. - Хорошо, Гарри. Думаю, ради конспирации вы можете называть меня Риддлом, хоть я и не люблю это имя. Они прошли швейцара. Менеджер зала проводил их к столику, заказанному на имя Гарри Поттера. Официант в белых перчатках принес меню. Он положил книжку сначала перед Волдемортом, потом перед Гарри. - Как насчет Волд? - открывая меню, поинтересовался Поттер. - Понятно, что сокращение, но не понятно от чего. Вроде бы есть болгарское или русское имя Воланд, хотя я не уверен, но кто-то из Дурмстранга обсуждал что-то подобное на Турнире. - Я знаю эту фамилию. Ее обладатель - Мефистофель. Вы не читали «Фауста»? - Начинал несколько лет назад, но, видимо, оказался слишком юн. Хотя, вообще не уверен, что дорасту до немецкой философии. Они еще какое-то время побеседовали. Подошел официант, Волдеморт сделал заказ, потом - Гарри. - Вина? - спросил официант. - На твой выбор, Гарри, - улыбнулся Лорд. - Хорошо, Волд. Белый Совиньон, пожалуйста. Когда официант отошел, Гарри нагло ухмыльнулся: «Знаешь, как появляться в обществе, но не разбираешься в винах?» Глаза Волдеморта сверкнули багряным, но тотчас стали обычными, темными. - Только в маггловских. Когда у меня появились на это деньги, пропало любое желание. - Почему? - Я же злобный, коварный и вообще слизеринец. - Ты не понял вопроса, - произнес Гарри и замолчал. Когда Волдеморт уже хотел сменить тему, тот неожиданно пояснил свою мысль: «Ты вырос в обычном мире. Считай, что для меня это очевидно. Так неужели ты не увидел здесь ничего, что стоило бы сохранить?» Голос Гарри стал странно серьезным, и Лорд задумался, прежде чем ответить. - Во время моего детства и юношества многие куда более оптимистичные люди не могли найти в этом мире ничего хорошего. А потом детские страхи смешались с чувством превосходства, пришедшим от осознания собственной силы, и появилась ненависть ужасная и всепоглощающая. Сейчас мне не знаком этот мир, он слишком скор и своеволен. Признаться, это стало вопросом политики, а не чувств. Вы, если мне не изменяет память, тоже провели часть жизни с магглами? - С пяти лет. Мне не дано ненавидеть. Если есть хоть малейший шанс, я стараюсь любить. - Вам нравится этот мир. - У меня есть машина, мобильный телефон и целый шкаф маггловской одежды. - Хм, одежда может быть прихотью, желанием выглядеть уникально. А остальное? - Мобильник - необходимость. Часть моего состояния заработана за счет вложений в маггловские фирмы. Немалая часть. А машина... если хочешь, я тебе покажу, в чем причина, но не сегодня и за городом. Хотя? Что у тебя было в Хогвартсе по полетам? - В, с огромным трудом давшееся Выше ожидаемого. - О, тогда, боюсь, этот аспект жизни магглов тебе не понять. - Какой мир ты любишь больше? - Какую руку ты любишь больше? Правую или левую? Я переживу, если лишусь мира магглов. Несколько труднее мне будет лишиться магического мира: привычка все-таки. Да и близких среди магглов у меня меньше. С магическим миром я сильнее связан, но решать спор в его пользу так, ради шутки, я не стану. Принесли первое блюдо. Гарри занялся своей тарелкой, демонстрируя, что не хочет продолжать беседу. Несколько удивленный столь честным ответом Волдеморт вынужден был последовать его примеру. Гарри взял в руку бокал, провел большим пальцем пару раз вдоль ножки. Сам не понимая почему, Лорд не мог оторвать взгляд от его руки: гладкой кожи, резкоочерченных косточек, этого скользящего движения. - Твое здоровье, - вернул его из полузабытья голос Гарри. - Твое здоровье, - улыбка против воли появилась на губах. Беседа завязалась более свободная и веселая. Они пили вино, Гарри улыбался и смеялся мягким, тихим смехом. Он часто заправлял волосы за ухо, те опять разлетались, когда юноша качал головой. Волд замечал каждый раз, следил за ловкими пальцами, не теряющими ни волоса, выхватывал взглядом белое ухо среди черных прядок. - Волд, почему все умные, сильные боевые маги, способные на открытия, пошли к тебе? - неожиданно, прерывая предыдущую беседу, спросил Гарри. - Почему у Дамблдора в его Ордене в основном вчерашние школьники и старики? - Почему тебя это волнует? Ты же не лезешь в политику. - Меня волнует магия. Далеко не все древние рода темные: у Поттеров свет настолько силен, что даже брак с кем-то типа Блэков не может повлиять на направленность магии наследника. И среди твоих последователей, пусть не ближайших, много нейтралов. Неужели ни у одного из них не появилось желания какое-то светлое заклинание изобрести? Малфою-старшему мозгов бы хватило, да и не фанатик он, далеко нет. К девяносто третьему более половины заклинаний и ритуалов были запрещены. Более половины! А сколько среди разрешенных нейтральных? Судя по реакции Волдеморта, подобными подсчетами он не занимался. Задумавшись, Лорд смотрел в зеленые глаза Гарри, который и не думал отводить взгляд. Что-то царапало мысли Волда, но он не мог сконцентрироваться на этом, размышляя над вопросом. - Это неправильно. - Что неправильно? - удивился Гарри. - Если политически побеждают светлые, то и магически должны они. Это основа магического прогресса, - пояснил Волд. - Ты умеешь создавать заклинания? - Да, но даже если я буду делать это целыми днями, едва ли счет выровняется. - Я над этим подумаю. А пока предлагаю вернуться к еде. Ты хочешь десерт? - Любишь сладкое? - Тяжелое детство. Вскоре они заказали по мороженому. Гарри ел очень медленно, облизывая ложечку. Волд чувствовал, что его тело на последнее предложение Поттера однозначно согласно, разум пытался сопротивляться, но умный и неординарный юноша и в последние недели не выходил из головы, а сейчас тем более там обоснуется. Наконец, ужин закончился. Гарри расплатился какой-то карточкой. Волдеморта это задело, но Поттер сказал: «За книги». - Это того не стоит. Гарри забрал карточку и встал, придерживая галстук у низа живота (взгляд Лорда невольно скользнул вдоль черной полоски), чтобы тот не упал в креманку, он наклонился и прошептал: «Так надо». Они вышли из зала. Волдеморт по дороге поймал на себе чей-то взгляд и узнал одного из приближенных действующего премьер-министра Британии. Переведя взгляд на Гарри, Лорд удивленно приподнял брови, тот только ухмыльнулся. - Он ни на секунду не переставал на нас смотреть. Наверное, решил, что я слишком молодой или слишком пьяный, - когда они вышли из ресторана, объяснил Гарри. - Меня это в достаточной степени раздражает, поэтому расплатиться было делом принципа. - Гордость? - Она, родимая. Пойдем гулять? Я все равно не трезв, за руль нельзя. - Мы, если я не ошибаюсь, планировали заниматься. - Какое заклинание? - с неподдельным интересом смотрел на Волда Гарри. - Или несколько? Ходят слухи, что ты умеешь летать без ничего... - юноша вдруг засмеялся. - «С трудом давшееся Выше ожидаемого!» Теперь я понимаю, какой у тебя был стимул. Сначала у Лорда красным полыхнули глаза, потом щеки, остановился он на усмешке: «Твоя непосредственность удивляет. Я не тот человек, над которым можно безнаказанно смеяться». - Каким будет наказание? - озорно сверкнув глазами, спросил Поттер. - Поведу гулять вместо урока. Гарри словно того и добивался, заулыбался еще шире. Снова завязалась беседа, пару раз она прерывалась, потому что Волд интересовался назначением какого-то увиденного маггловского устройства. Гарри терпеливо объяснял, приводя аналогии. - Пойдем в кино? Раз уж я тебе экскурсию провожу, почему бы не показать одно из величайших изобретений человечества? Перед афишей Гарри затормозил, читая жанры у трех фильмов в прокате: «Молчание ягнят», «Бишумно» и «Помни». - Ох уж этот тяжкий выбор, - с усмешкой покачал головой Поттер. - На фильм про маньяка я тебя не поведу, про войну - тоже, придется идти на боевик. Так себе вариант, жаль, какого-нибудь супер умного фильма нет. - Отчего же не про маньяка? - Нахватаешься еще всякого, - нагло и в тоже время обезоруживающе улыбнулся Гарри. - Провоцируешь? - Нет, если хочешь, то пойдем. Но я не гарантирую, что тебе понравится, хотя, скорее всего, поинтереснее, чем «Помни». Они вошли внутрь, Волд заметил еще одну афишу и указал на нее. - Романтическая комедия? - Гарри скептически приподнял бровь. - Извини, конечно, но у нас не свидание, - но смешинки из глаз быстро исчезли. - Не давай мне, пожалуйста, надежду. Я ведь могу придумать себе что-нибудь... Волдеморт, видимо, сначала не уловил логики, потом понял и пристально посмотрел в глаза Гарри, скорее по привычке, чем из подозрений, ища намек на ложь. Поттер закусил губу, словно сожалея о вырвавшихся словах, но глаз не отвел. - Пойдем все-таки на маньяка, хорошо? - кивая сам себе, спросил Волд. Гарри согласился, спустя пару минут они уже сидели в зале в ожидании сеанса. Поттер сказал, что им повезло, но Лорд не понял в чем. К Гарри постепенно возвращалось веселое настроение, но беседу он пока не продолжал: все равно скоро прервется. Волдеморт искоса изучал профиль юноши, словно впервые видя его с такого ракурса. - Если я не ошибаюсь, у Поттеров фамильная черта - плохое зрение? - Да, я курса до шестого очки снимал только на ночь, а потом поискал в книгах, нашел лекарство, но эффект временный, около шести часов, а если часто использовать, то и этот промежуток может сократиться. Дома очки всегда ношу, а вот в свет выхожу с зельем. - Точно! Я не обратил внимания в прошлую нашу встречу. Как вы их не потеряли? - А палочка на что? Ни разбить, ни потерять, ни испачкать. И заметить трудно. Магглы, кстати, и для этого что-то изобрели, но тыкать какой-то резиночкой в глаз страшновато, хотя люди носят. В зале погас свет и начались титры. По лицу Гарри расплылась предвкушающая улыбка. Волд заметил ее, но никак пока не прокомментировал. Главные герои были странные: девушка, желающая всех спасти, быть суперсильной и ведущая себя в чем-то как мужчина, и маньяк, в чье безумие оказалось не так просто поверить. Относительно понимал Волд только Кроуфорда, но тот был второстепенным персонажем. Гарри же, кажется, полностью разделял точку зрения Клариссы. И этому Волд удивлялся еще сильнее. Поттер только один раз чуть скривился, когда девушка с нескрываемой надеждой смотрела на Лектера, но тотчас его брови взлетели, а с губ до самого конца не сходила самоуверенная усмешка. В какой-то момент Волд резко оторвал взгляд от Гарри, слегка краснея, и до того, как включили свет, на него даже не взглянул. Поттер только загадочно сверкнул глазами на эту пантомиму. Они вышли из кинозала. Волд, не поясняя, спросил: «Она влюблена в него?» - Было, но прошло. Хотя этого хватило для жуткой ошибки. - Не могу ее понять. - Даже если раскрываешь душу под давлением, не можешь не начать чуточку верить в человека. - Хм. А он в нее? - Лектер? - Поттер удивленно приподнял бровь. - Он маньяк. - Это все объясняет? Я не настаиваю, но ты считаешь, маньяки не влюбляются? - Психологи так говорят. - Тогда на что ты надеялся? - в темных глазах начал тлеть красный огонек. Гарри остановился, развернулся лицом к визави. Он окинул Волда взглядом, словно решая что-то для себя, и промолчал, вдруг спрятав глаза. Этого Лорд понять не мог: слишком робко для прямолинейного и несколько наглого Поттера. Волд приоткрыл рот, чтобы добиться ответа, но Гарри уже пошел вперед. Какое-то время шли не разговаривая. Волд все сильнее хмурился и замедлял стремительный шаг. - Гарри! - Волд притянул Поттера к себе, в последнюю секунду успевая оттащить с пути несущейся на красный машины. Гарри прижался спиной к груди Лорда, слишком глубоко и часто дыша. Он ухватился непослушными пальцами за руку Волда, болезненно крепко вцепившуюся в плечо. Тот только шире распахнул глаза, ничем больше не выражая своего испуга. - Я цел. И почти спокоен. Но лучше нам отсюда убраться. Потому что я не уверен, как долго продлится мое спокойствие. Видимо, Волд ждал конкретной цели: он разжал пальцы, аккуратно взял Гарри за локоть и повел куда-то, ища безлюдное место для аппарации. Спустя несколько минут они перенеслись к дому Поттера. - Щит поставь и отойди. Едва Волд успел выполнить просьбу, когда ровный слой снега взметнулся, закрутился и, пролетев вихрем вокруг Гарри, упал на землю, стремительно тая. Тот чуть пошатнулся, но встал прямо и с неуверенной улыбкой посмотрел на Лорда. Волд снял щит и подошел к нему. - Ты с магическим истощением не свалишься сейчас? - Нет, но и что-то типа Патронуса тоже не наколдую. - Ты умеешь вызывать телесного Патронуса? Это про тебя мои слуги говорили в отчетах, как про светлого мага с огромным потенциалом? - Раньше умел. На третьем курсе, на четвертом. А потом что-то получаться не стало, - Гарри тяжело вздохнул и опустил голову. Расслабленность на лице Волда сменилась сосредоточенностью. Он сделал два шага по направлению к Гарри, чуть приподнимая руку, но сжал ее в кулак и отступил. Он сам себе покачал головой и спрятал руку за спину. - Спасибо тебе. Я напишу о дате следующей встречи. Гарри, не поднимая взгляда, дрогнувшим голосом попрощался. Волд аппарировал к себе, уже не замечая расцветающей на красиво очерченных губах лукавой улыбки. Гарри сам не понимал, как ему удается так легко вести эту игру, но мог только радоваться собственному успеху. Он взмахнул палочкой, шепотом проговаривая заклинание, полюбовался на серебристый аморфный туман и отвернулся от него прежде, чем облачко рассеется.