Эгоист

- Лорд Поттер, - провозгласил министерский домовик. Из дверей появился красивый юноша, который подошел и обольстительно улыбнулся Министру Магии. Лорд Волдеморт празднует четыре года с момента назначения. - Мои поздравления, - чуть поклонился Гарри. Темный Лорд удостоил гостя ответной улыбкой. Поттер направился в зал. Дамы, да и некоторые мужчины, перешептывались за его спиной, когда он проходил мимо. Многие хотели видеть этого юношу своим зятем, но он не был ни разу замечен в компании хоть какой-нибудь незамужней девушки. Взяв со столика бокал с белым вином, Гарри терпеливо ждал прибытия всех гостей. В его сторону посылали множество заинтересованных взглядов, и далеко не все их обладатели испытывали к юноше лишь меркантильный интерес. Лорд Поттер был красив: густые черные волосы, волнами спадающие на плечи, ярко-зеленые глаза в обрамлении длинных ресниц, светлая кожа и запоминающиеся черты лица. Стройный и высокий, обладающий кошачьей грацией, он сводил с ума многих. Появление четы Малфой с наследником на несколько минут отвлекло внимание незамужних ведьм от Поттера. Юный Драко считался более выгодным женихом и недавно разорвал помолвку с мисс Паркинсон. Гарри улыбнулся семье и отсалютовал им бокалом. Малфои, здороваясь со всеми необходимыми людьми, направились к нему. Драко «случайно» оказался на пару шагов впереди родителей и, быстро поздоровавшись, наклонился к уху бывшего сокурсника, прошипев: «Молчи». Улыбка Поттера стала несколько шире и на долю секунды злее. - Добрый вечер, лорд Поттер, - чуть склонив голову, как перед равным, поприветствовал Люциус. Гарри ответил тем же и церемонно поклонился Нарциссе. Женщина сделала реверанс. - Вы столь редко появляетесь на приемах, лорд Поттер, что у меня не было возможности поздравить вас со вступлением в титул, а ведь прошло уже... два с половиной года, так? - улыбнулась ему женщина. - Один из которых я провел в стенах Хогвартса, а второй - за границей. Сейчас же, увы, пришлось посвятить себя делам Рода. Хотя я ужасно сожалею, что пропустил прием по случаю дня рождения Драко, говорят, это было самое великолепное мероприятие за сезон. - Боюсь, Гарри, в следующем году мероприятие будет не менее грандиозное, - Малфой-младший позволил себе едва заметно скривиться. - И, что самое ужасное, мой день рождения рискует превратиться в парад невест. Впрочем, тебя ждет то же самое. - Возможно, мне стоит уже сейчас обдумывать планы побега, - Гарри скользнул взглядом по залу и заметил взгляд того, кого выбрал целью на сегодняшней охоте. Он поспешил сбежать от Малфоев. В течение нескольких следующих часов Поттер кружил по залу, разговаривал в весьма дружественном тоне и с теми, кто искренне поддерживал нынешнего Министра, и с теми, кто пришел из страха. Заинтересованный взгляд жертвы порхал вслед за ним. Гарри удивлялся, как никто еще не заметил необычайной рассеянности этого человека. Наконец, юноша присоединился к кружку, сформировавшемуся вокруг лорда Волдеморта. Гарри получил полный ревности взгляд Беллатрикс и ответил ей ухмылкой. «Заметила или просто ревнует ко всем окружающим?» - мелькнуло в его голове и забылось. Министр был красивым мужчиной. Вернее, стал им. В девяносто пятом он возродился безумным личем: лысым, безносым и вообще героем маггловских ужастиков, а через год, когда уже существовало нынешнее правительство, прошел несколько (а правильней будет сказать - несколько десятков) очищающих ритуалов, которые вернули человеческую внешность и подобие, хоть и шаткого, разума. Конечно, характер, нервное существование и увлечение темной магией все-таки оставили свои следы: мерцающие красным глаза, полностью седые волосы и зачастую слишком резкие, пугающие движения, но при желании можно было разглядеть за глубокими морщинами черты прекрасного юноши, каким он был лет пятьдесят тому назад. Разговор шел о членах Ордена феникса. И при живом Дамблдоре сборище было мало на что способно, а уж без него и без знамени-Избранного все их вылазки выглядели жалко. - Что вы думаете об этом, лорд Поттер? - поинтересовался Волдеморт. Для Гарри это было несколько неожиданно, но он не подал виду и ответил, ловя еще один яростный взгляд Беллы. «Все-таки заметила». - Мне кажется, через десять лет проблема решится сама собой. - И как же? - снова спросил Лорд, по-змеиному улыбаясь. Выглядело жутковато и неестественно: проверяет. Но Гарри не зря учился на Гриффиндоре, хоть Шляпа говорила, что никуда, кроме Слизерина, он не подходит. Юноша и глазом не моргнул. - Кажется, Дамблдор проповедовал любовь, а от любви, особенно в отсутствие каких-либо зелий, обычно появляются дети. Я более чем уверен, что штаб Ордена уже превратился в подобие детского сада, а детям ведь придется учиться. - А вы, значит, не верите в любовь? - спросил какой-то другой маг. Гарри вежливо повернулся к нему, даже не смотря на Волдеморта. - Я не верю в ее спасительную силу. Скорее уж, любовь погубит двоих вместо одного, чем кого-то спасет. - Вы поэтому не спешите связывать себя узами брака? - спросила женщина, две дочери которой учились на седьмом курсе Хогвартса. - Я просто слишком молод, миледи. - Как вы считаете, лорд Поттер, в Хогвартсе еще остались сторонники Дамблдора и Избранного? Мой сын учится на Слизерине и не имеет возможности узнать настроения на Гриффиндоре. - Они всегда будут считать его героем, - ответил Гарри и этому человеку. - Но, к сожалению основателя факультета и к счастью для правительства, храбрость и благородство для большинства из них останутся лишь громкими словами, но не руководством к действиям. - Какой факультет вы заканчивали? - снова обратил на себя внимание Лорд. - Гриффиндор. - И так плохо о нем отзываетесь? - Впечатлительный одиннадцатилетний мальчишка и я настоящий - это несколько разные люди. Невилл Лонгботтом был моим соседом по комнате. После его смерти мне пришлось заново расставлять приоритеты. - Думаю, раз вы здесь, а не в штабе Ордена, то вы расставили их верно. Гарри только улыбнулся, вроде бы подтверждая. Никто, кроме страдающего паранойей Волдеморта, даже не подумал об этом «вроде бы». Применив легилеменцию, он наткнулся на глухой щит, демонстративно сильный, но не увидел даже намека на поддельные мысли. Искать лазейку времени не было, так что он покинул сознание Гарри. Поттер взял еще бокал вина, поставив себе очередную мысленную зарубку. Гарри давно вычислил, сколько ему можно пить и старался не доходить пары-тройки бокалов. На сегодня пора было заканчивать. - Лорд Волдеморт, - обратился какой-то молодой мужчина, которого Гарри обозвал карьеристом, - до сезонов должны пройти еще несколько приемов у древних родов. Вы планируете посещать какие-то из них? Лорд назвал несколько фамилий, все запомнили и пообещали себе прийти. Гарри обещал себе демонстративно не появляться, но взамен помелькать в прессе. Продолжение общения он планировал в начале июня, в день смерти Избранного. Лорд Волдеморт тем временем отвлекся на какой-то очень скучный разговор, и Гарри, хоть и мог поддержать беседу, вскоре присоединился к танцующей молодежи. Поттер перекинулся парой слов со всеми знакомыми по школе юношами и девушками, позволил себе легкий флирт и пару взглядов в вишневые глаза Министра. Наконец, гости стали расходиться. Многие просто покидали прием, а приближенные, как теперь называли Пожирателей, прощались лично. Гарри лишь кивнул Волдеморту перед тем, как зайти в камин. Через неделю Гарри появился на первой полосе Пророка. На фотографии юноша пожимал руку главному колдомедику Мунго, а заголовок кричал: «Лорд Поттер сделал крупнейшее пожертвование на инновационные исследования за 20 лет». Министр Пророк читает за несколько часов до печати, так что не заметить статью не мог, как и не обратить внимание на мецената. Через несколько дней Гарри вызвали в Министерство. Что-то потребовалось налоговой, а Поттер понятия не имел, где находится это, несомненно, полезное отделение, так что он опаздывал. Столкнувшись с кем-то в коридоре на полпути к нужному кабинету, он автоматически извинился, поднял взгляд, протараторил «здравствуйте, господин Министр» и ускоренно направился дальше. Только открывая дверь в кабинет необходимого департамента, он понял, что его смущало: спину буквально прожигал взгляд темных, по случаю хорошего настроения, глаз. Юноша только улыбнулся. Гарри вежливо или не очень отказывался от четырех приемов один за другим, но проигнорировать день рождения Тео Нотта не мог. Другу он купил билет на футбол, тайным фанатом которого Тео был курса с третьего. Праздник обещал быть молодежным, так что Гарри позволил себе одеться несколько вольно: сменил надоевшую мантию на приталенный пиджак, выбрал самые узкие из имеющихся брюки и даже не думал застегивать две верхние пуговицы на рубашке. Тео изобразил на лице удивление, но не выдержал и усмехнулся: «Весь пол будет залит слюной, капающей изо ртов твоих поклонников». Гарри пообещал прислать домовика в помощь с уборкой, вручил огромную подарочную коробку, на дне которой лежал билет, и спустился в зал. За инструментами пока было пусто, так что Гарри поспешил поприветствовать всех знакомых. После нескольких часов шумной вечеринки Гарри обнаружил рядом с собой домовика. Эльф протянул ему какой-то пергамент, Поттер прочитал: его приглашали продолжить веселье в кругу «своих». Настроения не было, да и Гарри считал, что уже перепил, но отказываться у них не считалось возможным. Поттер направился за домовиком. Пришли они в каминный зал. - Что, Нотт? Гульба по всему Менору, пусто только тут? - съязвил Гарри, падая рядом на диван. - Еще пусто в спальнях, хочешь переместиться сразу туда? - Только если с тобой, - наклонился к его уху Гарри. - Правда, я боюсь, что слишком пьян, чтобы запомнить мельчайшие подробности этой долгожданной ночи. - Поттер, мы переспим только перед тем, как расстаться навсегда. Секс в твоем случае - помеха для дружбы. - Противный! - Гарри рассмеялся и чмокнул друга в щеку. Еще через полчаса беседы, во время которой многие удалялись в спальни, их неожиданно прервали. В камине вспыхнуло лицо Волдеморта: «Ричард!» - командным тоном позвал он. Уже спустя пару секунд в залу перенесся с домовиком лорд Нотт. Он зло посмотрел на сына и перенесся в кабинет Министра. Кто-то, слишком пьяный или даже находящийся под воздействием специфических зелий, пошутил по поводу трудяги Волдеморта и засмеялся своей шутке, а Тео ощутимо напрягся. Гарри, все еще сидящий рядом, посерьезнел. - Что тебе за это будет? - тихо-тихо прошептал он. - В зависимости от того, что случилось у Лорда. Мне казалось, ты выбрал себе очередную идею-фикс? Я ошибся с кандидатурой? - Очевидно, нет, - тяжело вздохнул Гарри. - Я начинаю думать, что сегодня у нас действительно последний шанс переспать. - Успеется, - он взял у домовика бокал с огневиски. Нотт только удивленно приподнял брови, не мешая столь бурному проявлению чувств. На следующий день Поттера, добравшегося все-таки до своего поместья, разбудила сова. Гарри встретил птицу рядом диагностических заклинаний и взял письмо, только убедившись, что оно не проклято. На свитке стояла печать рода Лестрейндж. Гарри нахмурился, но начал читать. Его приглашали на прием по случаю помолвки Рабастана. В письме какими-то неясными намеками сообщали, что его хочет там увидеть сам Министр Магии. Гарри посмотрел на часы, отметил, что заспался, и побежал собираться на встречу с маггловскими партнерами, до которой не так уж много осталось. Зачем Волдеморту с ним встречаться, тем более после вчерашнего, сам юноша не знал. Но знать хотел, потому что так просто Министр не мог пригласить на личную встречу какого-то никому не нужного лорда Поттера. Размышляя так, Гарри собрался на встречу и аппарировал. Через полчаса он обедал-завтракал в Galvin La Chapelle в компании партнеров, которые видели на его месте несколько измененную версию внешности Чарлуса Поттера. У магглов не принимают всерьез девятнадцатилетних юношей. У магов их тоже не любят, но звание лорда Поттера заставляло вести с ним дела. Впрочем, магический бизнес не стоил потраченных на него нервов, а в маггловском благодаря дяде Вернону он с детства неплохо разбирался. Неделя до приема у Лестрейнджей пролетела незаметно. Гарри надел заказанную по этому случаю серую мантию с зеленой оторочкой, подчеркивающей цвет глаз. Вот уже домовик в парадной наволочке провозгласил: «Лорд Поттер». Поздоровавшись с Лестрейнджами и вручив подарок Оливии Берк, Гарри направился в зал. Он очень быстро заметил Министра, но тот был окружен слишком многими Пожирателями, чтобы подойти и поприветствовать. При взгляде на Антонина Долохова Гарри презрительно скривился, на миг его лицо исказила маска ненависти, но тотчас сменилась приличной ситуации вежливой улыбкой. Вскоре Гарри сам был окружен компанией бывших сокурсников. После официального начала приема и первого танца помолвленных, большая часть старшего поколения покинула бальный зал и отправилась играть в шахматы и карты. Через пару минут к Гарри подошел Драко. - Лорд Волдеморт желает тебя видеть. Идем, я провожу. Они оба ускользнули от веселой компании девушек и юношей. Драко вел к одной из комнат для шахмат. Гарри поморщился: эту игру он не любил и не понимал. Лорд Волдеморт сидел за столом, о чем-то задумавшись и не реагируя. Гарри решил обнаглеть и сел напротив. Министр очнулся от забытья и улыбнулся. - Здравствуйте. - Здравствуйте, лорд Поттер. Сыграем? - предложил Лорд. - Я никудышный игрок. Не думаю, что вам будет интересно. - Беседа это исправит. - О чем вы хотели поговорить? - Вы, насколько я знаю, были вторым учеником на курсе? - Да, это так. Но я не считаю это великим достижением. Программа довольно простая. - Но вы совмещали учебу, капитанскую должность и обязанности старосты. Кроме того, я слышал о ваших успехах в бизнесе. Вы талантливый маг, известный член общества, успешный предприниматель. Мне интересны ваши истинные взгляды на ситуацию в стране. Гарри с трудом не засмеялся: он боялся ревности или хотя бы презрения, а был обвинен в магглолюбстве. - Сейчас возможен лишь один взгляд на ситуацию в стране. - Вот как, - Лорд замолчал, но партию оканчивать не спешил. - Я не понимаю вас. - В чем же? - Вы так любите столь прямолинейную игру, как шахматы, а прямо сформулировать вопрос не хотите. Волдеморт промолчал и сделал еще несколько ходов: «Как понимать ваш маггловский наряд на дне рождения Нотта-младшего?» - У всех есть маленькие слабости, а вечеринка была достаточно неформальной. В девятнадцать и даже двадцать лет мир крутится далеко не вокруг политики, а внимание публики иногда стоит того, чтобы похулиганить. - Жаль. Некоторое время до инцидента мне казалось, что вы заинтересованы в общении со мной. - Не вижу противоречий, - Гарри позволил себе наслаждаться откровенно удивленным выражением лица Министра, у того даже рот приоткрылся. - Вы великий маг, а я мог бы быть талантливым учеником. Как я уже сказал, программа Хогвартса слишком простая, но для изучения более сложных разделов необходим наставник. Повисла какая-то странная тишина: Гарри развлекался, Волдеморт же еще не отошел от шока, вызванного столь вопиющей наглостью. - Вам мат, - придя к какому-то выводу, сообщил Лорд. - А ответ на вашу просьбу я пришлю вам письмом несколько позже. Гарри оставил Министра в задумчивости и несколько шире, чем обычно, улыбнулся пришедшему с отцом Тео. Нотт только едва заметно кивнул, не улыбаясь. Драко, кружащийся до этого в танце с Асторией, подошел к Гарри. Ухмылка на губах Поттера стала поистине дьявольской, а Малфой несколько побледнел. - Не волнуйся, - тихо шепнул Гарри. - Сомневаюсь, что он вообще понял, что происходит. - Поэтому отец пришел злой, как драккл? - Ну, мало ли, но Министра наши посиделки не заинтересовали. Драко, сейчас ты заинтересуешь уже всех. Малфой, сдавленно ругаясь, его покинул. Гарри взял бокал вина, пригубил и расплылся в улыбке: «Все оказалось не так плохо, как он боялся. Все получалось очень даже хорошо».