Амара [ЗАВЕРШЕНО]

— Том, ну пожалуйста…       

— Я сам! — темные глаза гневно сверкают, и он упрямо отталкивает протянутую руку, опираясь о стену.       
Поттер только глаза закатывает.       
Темные Лорды совершенно не умеют болеть.

***

— Это что такое? — Том раздраженно смотрит в тарелку.

      — Это суп. Кричер приготовил. Тебе полезно…       

— Прекрати разговаривать со мной, как со смертельно больным!       
— А как мне с тобой разговаривать, если ты едва ложку держишь? — не выдерживает Поттер и едва успевает увернуться от той самой ложки, полетевшей ему прямо в лоб.       

— Я здоров!

***

Том постепенно восстанавливался. Не так быстро, как хотелось бы ему, но и не так медленно, как хотелось бы Поттеру.       

Не то чтобы Гарри хотел видеть Тома слабым. Вовсе нет. Но сейчас, пока Том с трудом держался на ногах и не мог наколдовать ничего сложнее Люмоса, Поттер чувствовал, что нужен ему. А вот будет ли он так же нужен ему после выздоровления…       

Гарри отчаянно пытался не думать о том, что будет, когда к Тому вернутся силы. Его бы воля, он остался бы в этом некогда ненавистном доме навсегда, настолько хорошо ему было здесь сейчас, вдвоем с Томом.       

Да, порой сходящий с ума от собственного бессилия Темный Лорд был просто невыносим. Но иногда…

***

— Ты мой…       

В темных глазах вспыхивают алые искры. Горячие губы совсем близко, и Гарри задыхается от невероятно острых ощущений, захватывающих его целиком, без остатка.       

— Твой…       

Он готов повторять это бесконечно, чтобы только видеть сумасшедший вихрь эмоций, отражающийся в глазах Тома в этот момент. Чувствовать, что сейчас они принадлежат только друг другу, как будто за стенами маленького домика на Тисовой улице больше не существует ничего.

***

Вся эта странная, немного неправильная, но по-своему прекрасная сказка закончилась внезапно.       

— Что это? — голос Тома звучал непривычно холодно.       

Поттер, жаривший яичницу на аккуратной кухне, обернулся и почувствовал неприятный холодок внутри. Том стоял в дверях, тяжело опираясь плечом о косяк двери, и держал в руке выпуск Ежедневного Пророка. С большой колдографии на первой полосе скалился светящийся в небе череп, а напечатанный жирным шрифтом заголовок гласил:       

«ПОБЕГ ИЛИ УБИЙСТВО? СЕМЬЯ МАЛФОЙ ИСЧЕЗЛА ПРИ ЗАГАДОЧНЫХ ОБСТОЯТЕЛЬСТВАХ!»       
— Очевидно… статья, — Гарри снял сковородку и выключил плиту. — Завтракать будешь?       

— Скажи мне, — Том мрачно смотрел на него в упор, — что ты не имеешь к этому отношения.       

Поттер вздохнул.       

— Не могу. Я ведь обещал никогда тебе не врать. Но я знал, что ты не простишь Малфою предательства…       

— Где они?       

— Не знаю…       

— Поттер!       

— Я не знаю! — Гарри посмотрел ему в глаза. — Я надеялся, что этому идиоту хватит ума сбежать, но он, похоже, никуда не собирался, поэтому я повесил над его домом твою метку. Очевидно, намек он понял. Это все, клянусь.       
— Все? Он хотел убить меня, а ты пытаешься его спасти?!       

— Том, он просто хотел жить! — не выдержал Поттер. — Ты вспомни все, что ты творил после воскрешения! Убивал направо и налево, пытал по поводу и без! Я не оправдываю Люциуса, но, знаешь, я могу его понять!       

— И ты решил дать ему сбежать? — Том сверкнул глазами. — Неужели ты думаешь, что я не найду его, где бы он ни прятался?       
— О, я не сомневаюсь, что найдешь! — зло сказал Гарри. — И я даже не надеюсь, что ты предпочтешь просто забыть о них, предоставив возможность до конца жизни жить с оглядкой, но я не мог поступить по-другому, понимаешь? Я должен был хотя бы попытаться…       

Том молчал. Поттер, выждав недолгую паузу, с досадой запустил пальцы в волосы.       

— Ну убей меня теперь. Я в твоих глазах тоже предатель, так ведь? Но я такой, какой я есть, и я никогда не смогу спокойно смотреть, как ты мучаешь других людей. И я не жалею о том, что сделал.       

Несколько мучительных мгновений ничего не происходило, а потом Том вдруг швырнул газету на стол, развернулся и молча вышел из кухни.       

— Черт! — Гарри раздраженно пнул ногой табуретку. В коридоре хлопнула входная дверь. — Том! Куда ты? — он бросился за ним, но, выскочив на крыльцо, понял, что опоздал.       

Во дворе уже никого не было.       

Внутри что-то болезненно заныло. Поттер зашел обратно в дом, закрыл за собой дверь и, прислонившись к ней спиной, медленно сполз на пол.       

Он не жалел о том, что сделал. Он даже был уверен, что прав.       

Но почему-то от мысли, что Том может больше никогда не вернуться, становилось больно дышать.

***

— Ты нужен мне… — в горле стоит комок.       

— Я не отпущу тебя… — по телу пробегает дрожь.

***

Гарри проснулся с ощущением гулкой пустоты внутри. Робкая надежда, что Том остынет и вернется, растаяла в пронзительной тишине дома.       

Вставать не хотелось. Ничего не хотелось. И даже обретенная свобода совершенно не радовала.       
Поттер просто не представлял, что делать дальше.       

Вроде бы нужно как-то связаться с Роном и Гермионой, которые, наверное, давно его похоронили. Вроде бы нужно оповестить Орден, что ему «чудом» удалось оказаться на воле. Вроде бы нужно…       

Но он совсем не чувствовал в себе сил заниматься всем этим сейчас. С кем-то разговаривать, что-то кому-то объяснять. Да и что он скажет?       

Что передумал убивать Темного Лорда, потому что влюбился в него? И что с ним после этого сделают? Запрут в Мунго где-нибудь между Локхартом и Лонгботтомами или бросят в Азкабан, как перешедшего на «темную сторону»?       

Поттер сел в кровати и с силой потер руками лицо.

Даже друзья решат, что он спятил, если сказать им такое. Но с другой стороны — не может же он прятаться от них всю жизнь? Когда-то придется выйти из этого дома…       

Он сам не заметил, как машинально умылся, оделся и спустился вниз. В реальность его вернул звук закипающего чайника, и Гарри с досадой осознал, что собрался заваривать кофе на двоих.       

Привык.       

Успел привыкнуть за эти жалкие несколько дней с Томом. Интересно, куда он мог пойти? К кому-то из Пожирателей? Или сразу отправился на поиски Малфоев? А если с ним что-то случится? Он ведь еще не оправился до конца…       

Неожиданно Гарри разозлился на себя и от души швырнул лишнюю чашку об пол.       

Идиот! Нашел за кого беспокоиться! За Темного Лорда, который сам с кем хочешь случится и разрешения не спросит! И вообще…       

Додумать эту мысль Поттер не успел, почувствовав, как по коже пополз мороз. Интуиция взвыла дурным голосом. Рука рефлекторно схватилась за палочку прежде, чем он услышал чьи-то тихие шаги в коридоре. А затем дверь кухни распахнулась, ударившись о стену с такой силой, что вставленные в нее матовые стекла осыпались осколками.       

— Так-так… — от высоких звуков знакомого голоса внутри что-то противно сжалось. — А ведь я оказалась права!       

Гарри среагировал мгновенно, успев разоружить появившуюся на пороге Беллатрикс, но с вошедшими сразу за ней братьями Лестрейндж справиться было уже гораздо сложнее. Схватка получилась яркой, но недолгой. Уже через полминуты палочка вырвалась из руки Гарри и отлетела прямо к ногам опомнившейся Беллы, а самого его так приложило о стену, что на мгновение потемнело в глазах.       

— Ай-яй-яй! — издевательски пропела Беллатрикс, подбирая его палочку. — А тебе не говорили, что чужое брать нехорошо, Гарри? — в черных глазах вспыхнули безумные искорки. — Круцио!       

Не успевший оправиться от удара Поттер ощутил, как все тело скрутило ослепляющей болью. Он с силой сжал зубы и зажмурился, чувствуя, как конвульсивно дергаются мышцы.       

Только не кричать. Не кричать…       
Ему показалось, что прошла целая вечность прежде, чем заклятие спало.       

— Так-то лучше, правда? — Белла склонилась над ним, щурясь от удовольствия. — Вот и поздоровались! А теперь ответь мне, Гарри… — прошептала она с придыханием, — где Темный Лорд?       
— Пошла к черту, — почти ласково выдохнул в ответ Поттер, пытаясь снова взять под контроль мелко подрагивающее тело.       

Лицо Беллы исказилось от злости.       
— Круцио! — взвизгнула она, вскакивая на ноги. — Круцио! Круцио!       

На этот раз заклятие длилось дольше. Поттеру уже начало казаться, что он вот-вот потеряет сознание, когда боль внезапно прекратилась.       

— Отвечай мне, паршивый мальчишка! — Беллатрикс брезгливо пнула его острым носком туфли. — Как тебе удалось сбежать от Малфоев? Что случилось с Лордом?! Говори!       

Гарри открыл было рот, но судорожно закашлялся, едва вдохнув полной грудью.       

— Милая, ты бы полегче с ним, — лениво протянул кто-то из братьев. — А то спятит, как Лонгботтомы или просто загнется, тогда вообще ничего не узнаем.       

— О, не-ет, — прошипела Белла. — Он все мне расскажет! Правда, Гарри? Ты же будешь хорошим мальчиком? Ты скажешь тете Белле правду? Круцио!       

Поттер сдавленно застонал. Перед глазами повисла красная пелена. Кровь шумела в ушах, мешая сосредоточиться хоть на чем-то, кроме нескончаемой боли. Он чувствовал, как постепенно проваливается в спасительную темноту, но в этот момент услышал далекий, будто эхо, яростный крик.       

— Не сметь!       

Полыхнула вспышка. Потом еще одна. Откуда-то раздался грохот и звон бьющегося стекла. А потом в поле зрения мелькнула чья-то тень, и Гарри с трудом различил сквозь клубящийся перед глазами туман белое как мел лицо.       

— Том… — выдохнул он, уверенный, что ему мерещится, и наконец отключился.

***

—…все возможное? Значит, сделай невозможное! — злой, раздраженный голос Тома донесся из темноты, постепенно возвращая Гарри в реальность.       

— Мой Лорд, в этом нет необходимости, — ответил ему другой, но тоже хорошо знакомый голос. — Я уже влил в него сильнодействующее укрепляющее и лично разработанный мною состав, устраняющий все последствия Круциатуса. Думаю, в ближайшее время Поттер очнется…       

— Думаешь? — угрожающе прошипел Том. — Мне не интересно, что ты думаешь, Северус! Мне нужен результат! Если я пойму, что ты сделал для Гарри недостаточно…       

— Том, — тихо позвал Поттер, отвлекая его внимание на себя.       

А затем медленно открыл глаза. Он успел увидеть темно-зеленый балдахин с серебряной вышивкой прежде, чем его загородило обеспокоенное лицо.       

— Как ты? — в темных глазах мелькнула боль.       

Где-то на заднем плане негромко скрипнула дверь. Надо же, а Снейп, оказывается, умеет быть тактичным.       

— Лучше всех… — Гарри на мгновение прикрыл глаза, а когда снова открыл, увидел на лице Тома растерянность. — Нет, правда, я в своем уме, — он слабо улыбнулся. — Просто я рад, что ты вернулся… и ты наконец назвал меня по имени… Ради этого можно и помучиться…       

— Я убью ее, — Том скрипнул зубами. — Всех их!       

У Гарри перехватило дыхание.       

— Подожди, — он напрягся и приподнялся на локтях, — а ты еще не?..       

— Что? — глаза Тома полыхнули яростью. — Просто убить и все? После того, что они с тобой сделали? Черт побери, Поттер, я чуть с ума не сошел, когда увидел…       
— Они тебя искали, — Гарри поморщился. — Решили, что я сбежал, а с тобой что-то случилось. Они же не знали…       

— Мерлин, только не говори мне сейчас, что их тоже надо отпустить и забыть!

— Не скажу, — фыркнул Поттер. — Но убивать не обязательно, можно отдать дементорам.       

Том посмотрел на него непонимающе.       

— То есть, по-твоему, пожизненное заключение или Поцелуй — это более милосердно, чем Авада?       

— При чем тут милосердие, за кого ты меня принимаешь, за святого? — Гарри закатил глаза. — Неужели ты до сих пор не понял — мне глубоко плевать, что будет с ними. Я просто не хочу, чтобы ты снова убивал.       

Судя по изменившемуся взгляду, до Тома наконец дошло.       

— То есть дело во мне?       

— А в ком? — хмыкнул Поттер. — Я вообще в последние дни ни о ком, кроме тебя думать не могу! Когда ты ушел, я готов был на стенку лезть!       

— Мне нужно было подумать, — Том чуть наклонил голову набок.       
— Мог бы предупредить. Откуда я знаю, что у тебя в голове происходит? Ты же… непредсказуемый!       

— Разве? — Том поднял бровь. — Я же сказал, что не отпущу тебя. Если бы я знал, что эти кретины сунутся к тебе, я бы… — он выдохнул, прикрыв глаза. — Хорошо, что хоть сигнальные чары догадался оставить.       

— А, — Поттер наконец понял. — Вот, почему ты появился так вовремя.       

— Не вовремя, — Том помрачнел.       
— Не напоминай, — поморщился Гарри.       

Несмотря на то, что чудодейственные зелья Снейпа уже дали обещанный эффект, и во всем теле ощущалась только приятная легкость, воспоминания все еще были слишком свежи.       

— Прости меня…      

 Гарри в первый момент показалось, что он ослышался. Но стоило заглянуть в сумеречные глаза Тома, как все сразу стало понятно и без слов. Сердце на мгновение защемило от какого-то нового, еще непривычного чувства.       

— Я тебя уже простил, — он подался вперед и накрыл ладонью его руку. — За все.       

И в ту же секунду Том резко привлек его к себе и жадно поцеловал, зарываясь пальцами в его волосы. Поттер, коротко застонав, начал было активно отвечать на поцелуй, но внезапно резко отстранился и оглядел полутемную комнату, оформленную в подозрительно знакомом стиле.       

— Погоди…       

— Что? — Том был явно недоволен этой паузой.       

— Мы ведь в Хогвартсе, так? — Поттер снова посмотрел на него. — И судя по знакомой расцветке… Мерлин, скажи, что это не личная комната Снейпа!       

— Именно она.       

Том пожал плечами и хотел было снова его поцеловать, но Поттер чуть ли не кубарем скатился с кровати.       

— О, нет! Нет-нет-нет! Мы не будем заниматься этим на кровати Снейпа! Я что, по-твоему, извращенец?       

— Ты предпочтешь остаться в одиночестве? — Том поднял бровь.       
Поттер посмотрел на него и фыркнул.       

— То, что я не извращенец, не значит, что я идиот. Как насчет — вернуться домой?       

— Нет уж, спасибо, — поморщился Том, плавно поднимаясь на ноги и подходя к нему. — Тот кошмарный диван будет преследовать меня в страшных снах до конца жизни. Но есть предложение получше…

***

— Ого! — восхищенно присвистнул Поттер, оценив обновленный интерьер старого поместья Реддлов в Литтл-Хэнглтоне. — А ты даром времени не терял… Когда только успел?       

— Вообще-то, я занялся этим уже некоторое время назад, — отозвался Том и, заметив его удивление, хмыкнул. — Жить в одном доме с Малфоями настолько сомнительное удовольствие, что маггловское наследство начало казаться наименьшим злом. Даже учитывая, что тогда я был сильно не в себе.       

— Мне нравится, — Гарри медленно провел рукой по стене, затянутой темно-изумрудной тканью, и поймал взгляд Тома в красивом антикварном зеркале. — Ты теперь будешь здесь жить?       
— Я? — он как-то странно посмотрел на него. — Нет. Мы будем здесь жить. Но не сейчас, — он подошел к нему сзади и обнял, касаясь губами уха, — позже, когда вернемся…       

— Вернемся? — переспросил Поттер, чувствуя, как от горячего дыхания на коже у него слабеют колени. — Откуда?       

— Пока не знаю, — губы Тома постепенно спускались ниже, к шее. — Я еще не решил, с чего мы начнем… Франция? Италия? Япония? Знаешь, я недавно понял, что смертельно устал от Англии и всей этой войны. Хочу взять паузу…       

— Ты… шутишь? — Гарри неверяще смотрел на него сквозь зеркало, затаив дыхание.       

— Такими вещами, как отпуск, не шутят, Поттер…       

— Гарри, — невольно вырвалось у него. — Меня зовут Гарри…       

Внезапно Том резко развернул его к себе, одновременно вжимая спиной в стену рядом с зеркалом.       
— Гар-ри, — выдохнул он ему в губы, слегка раскатав букву «р».       

И Поттер, ощутив, как у него окончательно срывает тормоза, сам втянул его в поцелуй, выбрасывая из головы все ненужные мысли.       

Он подумает обо всем потом. Об Ордене, о друзьях, обо всем этом чертовом магическом сообществе — потом. А сейчас для него существовал только Том.       

Так же, как и для Тома сейчас существовал только он.       

Они самозабвенно целовались у стены, попутно избавляясь от мешающей и совершенно ненужной сейчас одежды, а потом, не разрывая поцелуя, аппарировали на второй этаж, в их первую совместную спальню.       

И так и не заметили, как в старинном зеркале на миг появилась и тут же исчезла улыбающаяся светловолосая девушка в белом платье.