Идите нахуй (СФфПоГП)

Глава 1

Посвящение: фанфик пишется по заказу Lie Vital, в подарок ей на новый год, день влюбленных, восьмое марта и день рождения года на три вперед. В фанфике использованы ее идеи по внутреннему быту Дурмстранга в моей вольной интерпретации, так же с ее подачи выработаны некоторые повороты сюжета.

Пролог.
Впрочем, ничто в этом доме не указывало, что маленький Гарри живет тут. Не было его фотографий на стенах, наград, у него не было даже собственной комнаты, а жил десятилетний мальчик в тесном чулане под лестницей. Дурсли совсем не любили сына своих погибших родственников, всячески унижая и наказывая его. Гарри не понимал причины их ненависти. До этого вечера.
Потому что ровно в шесть вечера в двери дома постучал очень странный гость. Когда Гарри открыл дверь, он увидел перед собой мужчину лет тридцати. У гостя было вытянутое худое лицо, козлиная бородка и внимательные карие глаза. Незнакомец был одет в странную одежду - не то плащ, не то платье, отороченное мехом. В руках мужчина держал что-то вроде посоха с резной верхушкой. Его пальцы оказались унизаны массивными кольцами. Мальчик молча рассматривал гостя, пытаясь справиться со своим удивлением.
- Кто там пришел, мальчишка? - крикнул из комнаты дядя Вернон, приводя племянника в себя. Гарри неловко помялся и робко спросил:
- Простите, но кто вы?
- Меня зовут Игорь Каркаров, а вы, как понимаю, Гарри Поттер? - холодно поинтересовался гость с заметным акцентом. Пока мальчик рассматривал пришедшего, тот не менее внимательно рассматривал его.
- Да, сэр.
- Позволите мне войти? - вежливо, но отнюдь не ласково, попросил мистер Каркаров.
- Заходите, сэр.
Игорь решительно вошел в дом и направился в гостиную, где находились все Дурсли. Гарри закрыл за гостем дверь и поспешил в комнату следом за ним, уж больно интересным был этот человек, не говоря уж о том, что он был странным... Люди в похожих одеждах, когда мальчик встречал их, всегда проявляли к нему внимание, что очень бесило тетю Петунью. Иногда Гарри думал, что возможно, его родители были вовсе не алкоголиками, как утверждали тетя и дядя, а какими-нибудь сектантами.
- Добрый вечер, - тем временем холодно поприветствовал гость хозяев дома. Гарри слышал, как вскочил с кресла дядя Вернон, и вскрикнула испуганно тетя Петунья. - Я Игорь Каркаров, директор Дурмстранга. Хотя вы, глупые магглы, конечно, не знаете, что это.
- Мы знаем, - сквозь зубы процедила миссис Дурсль. Гарри, притаившийся у входа в комнату, с удивлением смотрел на нее. Никогда прежде на лице женщины не было столько страха и ненависти. Она схватила Дадли и спрятала сына себе за спину. - Вам нечего здесь делать, мистер Каркаров.
- Почему же? - высокомерно улыбнулся тот. - Мистеру Поттеру почти исполнилось одиннадцать, и у него уже ярко проявляются способности.
- Нет у него никаких способностей! - закричал дядя Вернон. - Мы выбьем из него всю эту чушь!
- Да неужели? Выбьете? - Игорь сверкнул глазами и храбро сделал шаг к наливающемуся гневом мистеру Дурслю. - А вы знаете, что волшебники вроде меня делают с зарвавшимися магглами?
- Да как вы смеете?! - не испугался Вернон. - Мальчишка жил здесь за мой счет десять лет! Я кормил и одевал его!
- Спасибо вам за это, - усмехнулся Каркаров. - А теперь пришла моя очередь позаботиться о нем.
- Простите, - тихо прошептал Гарри от двери. Он понимал, что эти люди ссорятся из-за него, но не знал причины. Этот человек хочет забрать его от Дурслей? Поттер мечтал об этом много лет, но не будет ли ему хуже с этим господином? И что такое Дурмстранг?
Каркаров обернулся на его шепот и торжественно объявил:
- Мистер Поттер, администрация Дурмстранга и совет попечителей сочли возможным зачислить вас в число наших учеников.
- Учеников? - испуганно переспросил Гарри. В голове пронеслись давние обещания Дурслей отправить его в психушку или школу для трудных подростков. Конечно, они этого не сделали, но вдруг передумают. - Нет, сэр! Я не хочу. Я нормальный! Я буду себя хорошо вести! Пожалуйста, не нужно меня в больницу, - стал умолять он, отступая из комнаты.
- Больницу? - моргнул в недоумении Каркаров. - Мистер Поттер, Дурмстранг одна из трех самых престижных в Европе школ волшебства.
- Волшебства? - в шоке повторил Гарри.
- Волшебства не существует! - крикнул из-за спины матери Дадли.
Каркаров в удивлении посмотрел на семью. Только теперь он обратил внимание на плохую одежду юного волшебника, мозоли на его руках, худощавость и синяки, на отсутствие его фотографий. Все-таки Игорь был отнюдь не глуп, иначе никогда не смог бы стать директором школы.
- Вы не знаете, что вы волшебник? - в озарении пробормотал он. Его губы поползли вверх в улыбке, когда он понял, какие перед ним открываются перспективы. - Они не рассказывали вам, кто вы!
- Кто я, сэр? - в замешательстве переспросил мальчик.
- Кто ваши родители, мистер Поттер? - быстро спросил Каркаров.
- Лили и Джеймс Поттеры, - настороженно ответил Гарри. - Они погибли в автокатастрофе, когда я был маленьким.
- А шрам на вашем лбу?..
- Я получил его в той же аварии.
- О, Мерлин... - пробормотал Каркаров. Информацию о месте жительства самого знаменитого ребенка магического мира он получил случайно и сначала хотел просто посмотреть, но сегодня Игорь пришел с вполне определенными намерениями. Он собирался использовать юного Гарри, пользуясь его наивностью. Игорь хотел попытаться увести мальчишку из-под Дамблдоровского хитрого носа, ему казалось, что будет тяжело настроить ребенка против светлых волшебников, к которым он принадлежит. Но ведь паренек даже не знает, что он светлый волшебник! Какие открываются перспективы! Как мог Альбус упустить такой вариант событий? Конечно, мальчишка приписан к Хогвартсу с рождения, но не так уж трудно заставить его опекунов сменить школу, а потом приказать им написать отказ, когда придет письмо из Хогвартса.
Каркаров захохотал. Гарри Поттер, Мальчик-Который-Выжил, сохранит ему, Игорю, жизнь, когда вернется Темный Лорд. Каркаров собирался подарить ему мальчика в качестве извинений за предательство! Что станет с мальчишкой потом, Игоря не волновало: умрет ли он или примет метку. А если же Повелитель не вернется никогда, то неплохо так же стать для знаменитого Гарри Поттера доверенным лицом, протолкнуть мальчика в мир и наслаждаться его благодарностью.
- Сэр, - неуверенно позвал Гарри смеющегося Игоря, заметив, что Дурсли слишком напуганы происходящим, чтобы сказать хоть слово. Каркаров перестал смеяться и вдруг достал из недр своей странной одежды красивую деревянную палочку.
- Волшебство существует, - сообщил он Гарри с довольной улыбкой. Мальчик не успел подумать о том, что мистер Каркаров все-таки не совсем нормален, когда тот взмахнул палочкой и кресло, стоявшее посреди гостиной, превратилось в самую настоящую овцу, которая тут же жалобно заголосила. Дадли подхватил вопль несчастного животного, а Поттер ахнул в восторге. - Гарри Поттер, вы волшебник. И я приглашаю вас учиться в самую лучшую в Европе школу магии Дурмстранг, где я работаю директором, - сообщил Игорь, ловя пальцами подбородок мальчика.
Поттер едва сдерживал восторг, его глаза светились, а лицо расплывалось в улыбке, на которую хотелось немедленно ответить. В тот момент Каркаров понял, что мистер Поттер вскоре станет очень привлекательным юношей. Это не имело значения в том случае, если Темный Лорд вернется, однако следовало учитывать все варианты. Быть может, когда-нибудь приятная внешность будет Гарри и его директору на руку.
- Наша школа поддерживает высокие стандарты, - прошептал он, заглядывая Гарри в глаза. - Так что, либо вы станете очень хорошо учиться и слушаться старших, либо мы исключим вас.
Конечно, ничего подобного Игорь бы не сделал, однако не мешало немного испугать мальчишку, чтобы тот не забывал свое место.
- Я понимаю, сэр, - испуганно кивнул ребенок. - Но у меня совсем нет денег на учебники и форму.
- Я не дам ни фунта! - закричал Дурсль.
Каркаров бросил на него презрительный взгляд.
- Поттеры были не бедными людьми, наверняка у них остался счет в банке. В крайнем случае, школа предоставит ссуду.
- Но он приписан к Хогвартсу, - внезапно подала голос Петунья. - Лили и Джеймс учились там...
- Очевидно, друзья четы Поттеров и преподаватели этой почтенной школы не слишком-то хотят видеть там Гарри, - усмехнулся Игорь. Он готов был поставить все свое состояние на то, что Дамблдор и остальные ждут не дождутся Гарри, однако мальчику не нужно знать об этом. Пусть думает, что его предали, что он брошен. Каркаров должен предстать перед ним спасителем, отправившим ребенка в сказку. - От вас требуется лишь подписать документы. Как его опекуны, вы можете отправить племянника в другую школу. Мистер Поттер, что вы об этом думаете? Хотели бы учиться в Дурмстранге?
- Да, сэр, - Поттер и не думал отказываться. Он ничего не знал о Хогвартсе, никто оттуда не передавал Гарри весточки, с другой стороны, если он откажет мистеру Каркарову, тот может уйти и не вернуться, а уж этого-то допустить никак нельзя. Он видел, как хмурится тетя Петуния, но она часто гневалась по пустякам, да еще и врала насчет родителей, как оказалось, так что прислушиваться к ее мнению мальчик не спешил.
- Для вас это отличный способ избавится от племянника, - сообщил между тем Дурслям Игорь. - С сентября по июнь он будет находиться в школе, лишь на летние каникулы возвращаясь домой. Не выгодно ли это и для вас?
Поттер видел, как колеблются родственники, и про себя молил неведомые силы, чтобы они согласились. Волшебство! Настоящее волшебство! Он всегда знал, что не такой как все, не обычный, но даже не подозревал, что настолько. Ребенку не терпелось окунуться в неведомый мир. Он смотрел на тетю и мысленно умолял ее.
- Хорошо, - наконец выдохнула Петунья. - Где нам нужно подписать?
Каркаров торжествующе усмехнулся и достал из складок мантии свиток пергамента. Взрослые Дурсли поспешили поставить на нем свои подписи, воспользовавшись обыкновенными маггловскими ручками, вызвав удивление директора магической школы. И через несколько минут Игорь уже прощался с ним.
- Я зайду за вами завтра, мистер Поттер, - сообщил он и потрепал мальчика по волосам, что было признаком его хорошего настроения. - Мы отправимся в банк, а потом за покупками.
Едва странный человек вышел за порог, как красиво развернулся, тряхнув полами мантии, и растворился в воздухе. В гостиной Дурслей так и осталась овца, несчастно жующая кончик ковра.
В это самое время книга душ, которая много поколений помогала профессорам Хогвартса находить студентов и отправлять им приглашения на учебу, лишилась строчки с надписью «Гарри Джеймс Поттер». Заместитель директора профессор МакГонагалл никогда не писала приглашения сама, она заколдовывала перо, а оно уж послушно переписывало имена всех студентов, которые должны были поступить в новом году, из книги душ.
Юному Гарри письма никто не написал.

Глава 1.
Следующим утром Гарри привычно приготовил для всех завтрак и помыл посуду. Тетя Петуния больше не дала ему никаких заданий, видимо, опасаясь гнева волшебников, и отправила в чулан, где Гарри провел большую часть своей жизни, дожидаться директора Каркарова. Дадли сразу после завтрака убежал к своему другу Пирсу Полкиссу, а дядя Вернон уехал в Лондон избавляться от овцы. Вчера вечером, после ухода странного гостя, дядя и тетя долго ругались в гостиной, закрывшись от детей. Посетитель застал их врасплох, иначе Дурсли явно оказали бы ему большее сопротивление. Судя по тому, что удалось подслушать, Вернон предлагал жене бежать подальше от дома, чтобы волшебники не смогли их найти. Но тетя Петуния возражала, что их все равно быстро обнаружат, и все будет только хуже. К тому же, логично возражала она, избавиться от племянника на большую часть года - не такое уж и плохое решение.
Гарри не терпелось снова увидеть мистера Каркарова и отправиться вместе с ним в волшебный мир. Ему очень хотелось расспросить господина директора о родителях и купить магические вещи для школы. Поттер почти не спал ночью из страха, что когда он проснется, все окажется лишь сном.
В ожидании Гарри перебрал весь свой немногочисленный гардероб, выбирая одежду поприличнее. К сожалению, все обноски Дадли были ему одинаково велики. Час шел за часом и мальчику уже начало казаться, что никто не придет, когда в дверь, наконец, постучали. Гарри выскочил из чулана и поспешил впустить гостя в дом.
- Здравствуйте, сэр! - радостно поприветствовал он.
- Мистер Поттер, - кивнул Игорь. - Для начала пройдемте в гостиную, нам нужно кое-что обсудить.
Директор уверенно прошел туда, где они разговаривали вчера, и, брезгливо оглядевшись, устроился на диване. Он не пригласил Гарри сесть, и мальчик остался стоять, неловко переминаясь с ноги на ногу.
- Прежде чем вы окажетесь в волшебном мире, вам следует кое-что узнать, - пояснил Игорь. Он долго думал о том, как преподнести мальчику его историю и правду о Темном Лорде. Идея воспитать ребенка в идеалах темной стороны, в почтении к Волдеморту, была очень соблазнительна. Однако утаить от юного Поттера, кто именно убил его родителей, не представлялось возможным. Он узнал бы об этом из любой книги. Оптимальным решением казалось убедить ребенка, что покойные сражались не на той стороне. - Как я вчера говорил, оба ваших родителя были волшебниками. Мама - магглорожденная ведьма, то есть из семьи не магического происхождения, а отец из древнего чистокровного рода. Их брак был кое-чем ужасно неправильным. Магглы и магглорожденные волшебники ни в коей степени не ровня отпрыскам старинных родов. Джеймс пошел против воли своих родителей, когда женился, и за это они лишили его наследства. В нашем мире как раз в это время шла война. Группа чистокровных волшебников пыталась спасти наше общество от пагубного влияния магглорожденных. Выходцы из маггловского мира не знали наших традиций и, не задумываясь, нарушали их. Они уничтожали тем самым саму магию, делая волшебный мир слабее и беззащитнее. Магглорожденные боялись этих чистокровных магов и называли их Пожирателями смерти. Лидером движения стал величайший из всех магов нашего времени.
- А как его звали? - наивно поинтересовался Гарри. Он был немало расстроен тем, что директор Каркаров говорил про родителей, ведь не далее как вчера, волшебник поселил в его сердце надежду на то, что они были уважаемы в своем круге, среди таких же, как они. Лишь вчера он опроверг все обвинения в их адрес от тети Петунии. Мама и папа не были пьяницами! Но уже сегодня директор говорит, что и среди своих они оказались не на той стороне. Однако десять лет убеждали в никчемности родных, еще одно подтверждение не сильно поколебало его. Гораздо интереснее было слушать о героях, которые защищали волшебный мир.
- Я не могу назвать его имени, - поморщился директор. - Мы называли его Темным Лордом.
- Темным? - нахмурился Гарри. - Разве быть темным не значит быть злым?
- Он был жестоким, когда необходимо, - покривил душой Каркаров. Уж он-то хорошо помнил, каково это - терпеть «необходимую» жестокость. - И многие боялись его. Однако он боролся за нас и наши интересы. Темная магия совсем не то в нашем мире, что в детских сказках. Она полезна и необходима. И в Дурмстранге, куда вы поедете учиться, ее изучают очень подробно. Вы сами все увидите позже.
Мальчик серьезно кивнул. Он привык подчиняться взрослым, от которых зависела его жизнь. Для него было совершенно нормально скрывать истинные мысли и эмоции, притворяться. Однако слова директора не вызывали в нем доверия. Вчера он казался Гарри человеком, который отведет его прямиком в сказку, но уже сегодня эта картинка пошла крупными трещинами. Сейчас Каркаров оказался единственным доступным источником информации, и Гарри решил согласиться с ним, чтобы позже узнать все необходимое самостоятельно.
- Итак, ваши родители пошли против Темного Лорда, - повторил Игорь. Он, как и все Пожиратели, знал о пророчестве, которое толкнуло повелителя к дому Поттеров в роковую ночь, однако Гарри был слишком мал, чтобы знать его. Так что после некоторых колебаний Игорь решил ничего не рассказывать мальчишке. - В Хэллоуин 1981 года он пришел к ним домой, чтобы поговорить с вашим отцом. Темный Лорд был совсем один. Никто точно не знает, что произошло тогда. Одно неоспоримо - вы единственный выживший из тех, кто находился в доме в ту ночь. После того как были убиты мистер и миссис Поттер, Темный Лорд попытался убить и вас, однако ему это не удалось. Вы отделались шрамом на лбу, а он погиб. Говорят, это проявление вашей скрытой силы, некоторые считают, что ваша мать оставила после себя действительно сильное защитное проклятие. В нашем мире - вы самый известный ребенок, вас называют Мальчиком-Который-Выжил. Магглорожденные и светлые волшебники превозносят вас до небес, сторонники Темного Лорда хотят отомстить.
- Но вы хотите забрать меня в школу Темной магии? - удивился Гарри. - А вы, сэр, не хотите отомстить?
- Я не думаю, что смерть нашего Лорда ваша вина, - покачал головой директор. На самом деле, для него было не важно, виновен мальчик или нет. Он просто хотел купить себе жизнь. - И в любом случае, разве вы не искупите вину, если вырастите и встанете на правильную сторону? Уверен, ваши предки по линии отца гордились бы вами.
- Гордились бы мной? - задумчиво пробормотал Гарри. Ему всегда хотелось, чтобы кто-то гордился им. Пусть даже это были бы давно покойные предки. Возможно, если бы самого Гарри любил кто-то, он понял бы желание родителей быть вместе, несмотря на долг Джеймса перед семьей, однако юному Поттеру оказалось незнакомо это чувство. Мальчик ежедневно видел проявления любви вокруг себя, но сам этих чувств не понимал.
- К тому же, - коварно добавил Каркаров, - за вами ведь никто так и не пришел из светлой школы, не так ли?
Директор знал, что письмо из Хогвартса не могло придти раньше одиннадцатилетия Поттера, а до дня рождения мальчишки оставалось еще несколько дней. В любом случае светлая сторона сама виновата, что не проявляла интереса к маленькому герою на протяжении десяти лет. Гарри ничего этого не знал, так что только медленно кивнул. Вообще-то это было решающим аргументом. Ему хотелось попасть в магический мир, подальше от Дурслей, научиться колдовать. Но никто, кроме директора, не предлагал ему войти в этот мир. Гарри было совершенно наплевать на далекие пока идеалы магического мира и запутанную политику волшебников. Тьма или Свет не имели значения.
- Я буду в безопасности в Дурмстранге? - с сомнением поинтересовался он.
Каркаров про себя торжествующе захохотал, но наружу позволил прорваться лишь легкой улыбке. Просто невероятно, насколько легко оказалось украсть у Дамблдора его героя.
- Вот об этом я и собирался поговорить, - сдержанно сообщил Игорь. - Нам придется замаскировать вас. Большинство волшебников не знают, как вы выглядите. Если избавиться от шрама-молнии, то лишь фамильные черты Поттеров могут выдать вас. Думаю, будет достаточно отрастить волосы и избавиться от очков.
Он тут же приступил к реализации своего плана. Игорь ловко снял с ребенка очки и протянул мальчику линзы. Они были волшебными, вымоченными в слезах феникса. Стоили такие линзы немало, но Каркаров решил, что игра стоит свеч. Гарри неловко вставил их в глаза и удивленно моргнул.
- Ничего себе! - выдохнул он. - Все такое четкое!
Поттер давно подозревал, что очки, купленные тетей несколько лет назад, уже не подходят ему. Некоторые вещи становилось сложно разглядеть даже через стекла. Сейчас же мир вокруг прояснился, а краски стали ярче.
- Чувствуете какой-нибудь дискомфорт? - уточнил Игорь.
Гарри еще несколько раз на пробу моргнул и покачал головой.
- Волшебные линзы можно никогда не снимать, - сообщил директор. - Но через год - два, мистер Поттер, вам придется купить новые.
- Понятно, сэр, спасибо! - радостно воскликнул Гарри. Он хотел напомнить Каркарову про отсутствие денег, но вовремя вспомнил то, что говорил ему директор про сейф родителей. Игорь лишь кивнул, принимая благодарность, и взмахнул палочкой. Волосы Гарри начали расти и скоро достигли лопаток. Только тогда директор оборвал заклинание. Он ловко закрепил длинные темные пряди будущего студента простой заколкой и оценивающе посмотрел на него. Сходство с отцом действительно здорово уменьшилось. По крайней мере, больше не бросалось в глаза. Те, кто не знал Джеймса лично, вряд ли бы опознали в этом ребенке его сына. Осталось сделать последний штрих. Игорь достал из кармана мантии довольно большой пузырек со специально сваренным зельем. Оно было приятного нежно сиреневого цвета и пахло ванилью. Директор капнул немного на палец и мазнул им по шраму - молнии. Мгновение спустя лоб мальчика начал сильно чесаться, но вскоре все прекратилось. Каркаров довольно усмехнулся - от шрама не осталось и следа.
- Зелье действует неделю, - сообщил он, вручая мальчику пузырек. - Не забывайте мазать его. Это очень важно! Когда оно закончится, срочно дайте мне знать. Ваш шрам уникален, стоит кому-то увидеть его, как все раскроется и ваша жизнь окажется под угрозой.
На самом деле Игорь больше беспокоился о своей. Он не хотел, чтобы бывшие товарищи заподозрили его в еще большем предательстве.
- Я понял, сэр, - кивнул Гарри, рассматривая с виду очень хрупкий пузырек. Мальчик аккуратно убрал его в карман брюк. Это были старые штаны Дадли, они казались достаточно просторными. Поттер не опасался, что стекло треснет, если он сядет в них.
- И самое главное, никто в магическом мире не должен знать вашего настоящего имени. Теперь вы Гарольд Эванс. Так я запишу вас в школьной документации, так вы должны будете представиться ученикам. Храните тайну своего происхождения даже от друзей, которые появятся у вас.
- Ясно, сэр, это для моей безопасности, - заверил его Поттер. - Поверьте, о своей неприкосновенности я умею заботиться лучше, чем кто-либо другой.
Это было правдой. Вряд ли ему удалось бы выжить у Дурслей, рядом с Дадли и его дружками, если бы он не мог позаботиться о себе. Годы избиений научили его прятаться и лгать, он скрывал свои настоящие способности в школе, учился не говорить лишнего. А кто бы не научился? Один неосторожный рассказ о мультфильме мог вызвать неконтролируемый гнев дяди и недельную голодовку. Раньше Поттер не понимал причин. Теперь-то было ясно, что Дурсли просто боялись волшебства, но полученные в детстве навыки должны были пригодиться в магическом мире. Вчерашние мечты о сказке окончательно разбились.
Каркаров посмотрел на него одобрительно. Он взмахом палочки преобразовал маггловскую одежду своего подопечного в мантию.
- Сейчас мы аппарируем, то есть перенесемся из этого места в другое. Мы окажемся в Лондоне, в Косом переулке, где продаются волшебные вещи, и находится волшебный банк «Гринготтс», - подробно объяснил он ребенку. После чего подал мальчику руку, за которую тот немедленно цепко схватился.
Каркаров долго колебался, прежде чем решиться пойти с Поттером в Косой переулок. Английская община волшебников была очень мала. Если в Дурмстранге вряд ли нашелся бы кто-то, кто знал, как выглядел Джеймс Поттер и увидел бы родственное (внешнее?) сходство между ним и новым учеником, то в Лондоне совсем другое дело. Их наверняка бы насторожило, что Мальчик-Который-Выжил куда-то идет с бывшим Пожирателем. А Игоря в Англии хорошо знали и недолюбливали, ведь ему так и не удалось доказать свою невиновность в суде, в отличие от того же Малфоя. Каркаров всего лишь откупился от министерства, сдав остальных. Однако в итоге Игорь решил рискнуть.
Они аппарировали рядом с волшебным банком. Гарри с любопытством осмотрел величественное здание и поинтересовался насчет магических денег. Директор вынужден был подробно рассказать о системе галеонов, сиклей и кнатов, а так же о гоблинах, которых недолюбливал. Гарри не успел как следует осмотреться в банке. Они прошли по длинному мраморному залу. Вдоль него стояла длинная стойка, за которой на длинных стульях сидели гоблины, которые делали записи в толстенных книгах. Директор сразу же обратился к одному из клерков, который немедленно потребовал ключ от хранилища. Гарри растеряно посмотрел на своего провожатого.
- Мистер Поттер потерял ключ, но думаю, не составит труда сделать новый? - спокойно поинтересовался Игорь. Он заранее сообщил Гарри, что в банке ему придется сделать исключение и воспользоваться настоящим именем. Гоблин не выглядел довольным предложением клиентов. Он нахмурился и что-то заворчал, прежде чем достать из стола свиток пергамента.
- Мы должны удостовериться, что вы действительно мистер Поттер, - сказал он. - Распишитесь на этом свитке.
Гоблин подал Гарри перо, но не дал чернил. Мальчик никогда прежде не писал перьями. Он неумело повертел его в руках. Неужели волшебники так плохо развиты, что все еще пользуются подобной древностью вместо ручек?
- Это Кровавое перо, - неохотно пояснил директор. - Просто пишите.
Гарри не понравилось название, но он все же начал писать. В тот же момент на руке появилась царапина. Мальчик удивленно вскрикнул и выронил перо, рассматривая руку. По коже потекла струйка крови, а на пергаменте появилась красная линия. Гоблин смотрел на ребенка и мерзко, кровожадно ухмылялся.
- Оно пишет вашей кровью, - спокойно сказал Игорь. - Это единственный способ получить деньги, если у вас нет ключа.
Гарри сжал зубы и поднял упавшее перо. Он провел еще одну черту, наблюдая, как дрожит от боли рука. У него не было выбора. Мальчик решительно написал свою фамилию и с вызовом уставился на гоблина.
- Очень хорошо, мистер Поттер, - нарочито ласково сказал тот, насмехаясь. - Сейчас подойдет клерк, который проводит вас к вашему хранилищу и выдаст новый ключ. Прежний, конечно же, будет признан недействительным, и больше приниматься не будет.
Провожатый тут же вынырнул, словно из-под земли. Он представился Крюкохватом и велел следовать за ним. Они прошли к одной из многочисленных дверок, которые вели из мраморного зала, и вышли в настоящее подземелье, освященное лишь факелами. Гоблин предложил Каркарову и Гарри забраться в маленькую тележку, стоявшую на рельсах. Как вскоре выяснилось, она очень быстро ездила и всего за несколько минут довезла клиентов до сейфа Гарри, бодро пропетляв сквозь лабиринт коридоров. Поттер подумал, что надо быть сумасшедшим, чтобы ограбить такой банк.
Тележка резко затормозила перед нужной дверью. Гоблин пригласил посетителей подойти. Он вытащил из кармана ключ и открыл дверь, после чего важно протянул ключик Гарри. К небывалому потрясению мальчика, внутри оказались буквально кучи золота и серебра. Он и не подозревал, что под Лондоном у него хранится такое богатство! Но ведь директор сказал, что отца лишили наследства? Откуда тогда у папы и мамы такие деньги? Гарри задумчиво почесал подбородок. Спрашивать у директора не имело смысла: он мог соврать, а мог и просто не знать, ведь, судя по всему, не был близким знакомым родителей.
В сейфе нашелся мешочек, который Гарри использовал в качестве кошелька. Директор сказал, что цены в магическом мире не так уж и высоки, так что им не понадобится больше пятидесяти - ста золотых. Груз, конечно, был бы тяжелым, если бы на мешочек предусмотрительно не были наложены облегчающие чары. Итак, первый шаг был сделан. Гарри старался не показать, насколько он взволнован. Наконец-то предстояло перейти к самому интересному - покупке волшебных вещей.
Каркаров вывел своего подопечного из банка и первым делом повел покупать мантии. Он не собирался показывать Поттера сплетнице мадам Малкин, хоть та и была признанным мастером шитья и кройки, однако ему не хотелось, чтобы о его визите потом говорил весь Косой переулок. Он прошел мимо ее кричащей вывески и вошел в небольшой магазинчик, которым управлял ее родственник по мужу - Мэтью Малкин. Мэтт тоже был хорошим портным, однако с клиентами у него не ладилось. В свое время он неосторожно связался с Пожирателями смерти и, хотя ничего натворить не успел, репутация его оказалась безнадежно испорчена.
- Игорь! - радостно поприветствовал Каркарова Мэтью, едва директор и Гарри вошли. По старой памяти мужчины обнялись. - Давненько тебя не было.
- Мне удобнее закупаться за границей, ты же знаешь, - пояснил директор. - Однако мой новый ученик англичанин, так что я решил прогуляться по Косому переулку. Гарольд, знакомься, это мистер Малкин. Мэтт, представляю тебе будущего студента Дурмстранга - мистера Эванса.
- Здравствуйте, сэр, - вежливо поздоровался Гарри. Новое имя было непривычно слышать, кроме того, директор впервые обратился к нему так фамильярно, но он не подал вида. Волшебная улица, по которой он только что шел, гораздо больше отвлекала его. Там летали совы с привязанными к лапам посылками, ходили странно одетые волшебники, на вывесках были написаны невероятные объявления! Невозможно было поверить, что у магов есть свои аптеки, где неожиданно подскочили цены на печень дракона, и магазин волшебных палочек, что на свете существуют скоростные метлы, а в зоомагазине продаются совы! И все это буквально в двух шагах от нормального мира. За невидимой стеной все так же существовал обычный маггловский мир, где ездили машины и в банках работали обычные люди.
- Нам нужен комплект мантий для школы, - распоряжался Игорь. - Шуба и еще парадная мантия.
- Хм, шуб у меня немного, - задумчиво проговорил Малкин, что-то подсчитывая в уме. - Не так уж часто ко мне заходят студенты - дурмстранговцы, но мы что-нибудь подыщем. Однако начнем с мантий.
Он махнул Гарри следовать за собой. Мальчик послушно зашел за ширму и залез на табуретку. Портной быстро и ловко снял с него мерки, сделав несколько заметок в блокноте.
- Какой хрупкий мальчик, - покачал он головой. - Я бы на месте ваших родственников кормил вас получше, мистер Эванс.
- Скажите это им, сэр, - пожал плечами Гарри.
Портной усмехнулся и, велев ребенку постоять на скамеечке еще немного, скрылся в подсобном помещении. В тишине прошло несколько минут. Гарри обдумывал все увиденное сегодня, пользуясь моментом. Однако вскоре хлопнула входная дверь, и тихонько зазвенел колокольчик. Помещение наполнилось голосами новых посетителей.
- Майлз, прекрати! - строго велел густой рокочущий бас.
- Отец, но это несправедливо! - ответил ему подросток, видимо, Майлз.
- Мне не интересны твои понятия о справедливости. Ты же слизеринец! - оборвал его мужчина. Ответом ему послужил тяжелый вздох и тихое хихиканье более тонкого голоса.
- Блетчли, ты ли это?! - обратился вдруг директор.
- Каркаров? - удивился мужчина. - Какими судьбами?
- Решил тряхнуть стариной, помогая новому ученику, - приятным тоном сообщил Игорь. - А ты?
- Пришел прикупить новую форму для моих мальчишек, - вздохнул Блетчли. - Растут! А я ведь не Малфой, чтобы постоянно бархатные мантии им закупать! Все равно все изгваздают, паршивцы.
Тон волшебника был нарочито недовольным, но в глубине слышалась нежность и гордость за своих сыновей.
- Майлз еще и «Нимбус-2000» просит. Хочет в команду факультетскую попасть.
- Ты ведь в Хогвартс детей отправил? - уточнил Каркаров.
- Старшего, - подтвердил мистер Блетчли. - Жена уговорила. Дескать Дурмстранг слишком далеко, да и условия посуровее, чем у Дамблдора. Однако узнал я, кого тамошний директор в учителя нанимает, и это стало последней каплей! Пускай Ликорис рыдает сколько ей угодно, но младший поедет к тебе, Каркаров.
- Ну, вот и славно! - вмешался в их разговор внезапно появившийся мистер Малкин. Он принес с собой целую охапку различного меха и выложил на прилавок. Гарри поспешил слезть со скамеечки и подойти к остальным волшебникам. Мистер Блетчли оказался полным бледным мужчиной. Несмотря на его довольно резкие высказывания, выглядел он добродушным, хотя взгляд был проницательным. Он сразу внимательно осмотрел Гарри. Блетчли справедливо считал, что Каркаров не стал бы сопровождать в Косой переулок абы кого.
- Гарольд Эванс, - представил его Игорь. - Это мистер Блетчли и его сыновья - Майлз и Кристофер. Кристофер будет в этом году твоим однокурсником.
- Очень приятно, - вежливо поклонился Гарри. Он с интересом осмотрел мальчишек. Майлз был старше всего на два года и уже значительно выше и массивнее. Его ясные хитрые глаза с любопытством шныряли по сторонам из-под светлой челки. Кристофер пока был поменьше, но явно без труда нагнал бы брата в будущем. Похоже, вся их семья отличалась крупным телосложением. Русые волосы мальчика были коротко острижены. Черты лица казались немного грубоватыми, хотя щеки оставались по-детски округлыми. Он был сероглаз, как и отец с братом.
Малкин оторвал их от разговора и предложил мальчикам выбрать шубы по вкусу. Размер он мог изменить в любой момент, так что мальчики просто присмотрели мех посимпатичнее. Кристофер высокомерно молчал, лишь указав на понравившуюся шубу. Все так же молча он отправился за ширму и забрался там на скамеечку. Гарри только тогда сообразил, что мальчик не сказал еще ни слова с тех пор, как вошел в лавку. Мистер Малкин тем временем вынес для Гарри стопку красивых красных мантий, которые были формой Дурмстранга, и продемонстрировал темно-зеленую парадную мантию. Одежда Гарри понравилась, так что Мэтью поспешил все упаковать, после чего Каркаров вежливо попрощался с семейством Блетчли, и они покинули магазин.
Они, не торопясь, прошли по улице: завернули в аптеку, закупив ингредиенты для зелий, и в лавку канцелярских товаров, за чернилами и перьями. Гарри очень понравились маленькие весы и складной телескоп, которые они тоже приобрели для школы. Так же директор помог своему будущему ученику выбрать котел и набор различных инструментов для изготовления зелий.
- Кристофер Блетчли единственный англичанин, кроме тебя, который поступает в этом году в Дурмстранг, - рассказал Каркаров. - Их род не такой уж старинный, однако весьма достойный.
- Сэр, а из каких стран в Дурмстранг поступают ученики?
- Со всей Европы. Мы выбираем студентов среди чистокровных и полукровок. В Дурмстранге нет магглорожденных, потому что они просто-напросто не справились бы с программой обучения, - самодовольно пояснил директор. - Как правило, от нашего приглашения не отказываются.
- Но получается, что все студенты говорят на разных языках? - удивился Гарри.
- На школу наложено лингвистическое заклятие, - пояснил Игорь. - На каком бы языке человек не говорил или писал на ее территории, он будет понят.
В Косом переулке был лишь один магазин волшебных палочек - лавка Олливандера, так что ее им оказалось просто не миновать. Однако это было последнее место, куда Игорь хотел заходить. Сам он в свое время покупал палочку у Грегоровича, но слышал об английском мастере много неприятных вещей. Олливандер был не в меру проницателен, так что с большой вероятностью узнал бы в юном покупателе Гарри Поттера. Разумеется, он не стал бы хватать ребенка и допрашивать его, но ни в коем случае нельзя было позволить, чтобы Гарри видели рядом с Каркаровым.
Мальчик зашел в лавку один. Где-то в глубине магазинчика зазвенел колокольчик, извещая хозяина о присутствии посетителя. Комнатка была очень маленькой. Вдоль стен высились полки с тысячами узких коробочек, в которых, должно быть, хранились волшебные палочки. На всем лежал толстый слой пыли. В тишине помещения Гарри на мгновение стало жутко. Но он не позволил себе поддаться панике, тем более его одиночество оборвал тихий голос:
- Добрый день.
Поттер вздрогнул и обернулся. Перед ним стоял пожилой человек: морщинистый и скрюченный. Глаза волшебника сверкали потусторонним светом.
- Здравствуйте, - поприветствовал мальчик, пытаясь взять себя в руки.
- Ваше лицо мне знакомо, - пробормотал старик, обшаривая посетителя взглядом. - Как вас зовут, молодой человек?
- Пирс Полкисс, - сказал Гарри первое попавшееся имя. Пирс был лучшим другом его кузена Дадли. Мистер Олливандер и его таинственная лавка заставили все внутри него напрячься от непонятного ожидания и опасения. Да и то, что Каркаров под надуманным предлогом поспешил улизнуть, говорило о многом.
- Хм, - озадаченно протянул старик. К счастью для Поттера, мистер Олливандер помнил каждую проданную им палочку, а вот на лица память у него была не очень хорошая. Смирившись с неискренним ответом, он достал из кармана длинную линейку.
- Что, мистер Полкисс, какой рукой вы держите палочку?
- Я правша, - после некоторой заминки ответил мальчик.
Старик тут же принялся с интересом изучать его правую руку так, словно она была таинственной реликвией. Олливандер измерил своей линейкой длину руки от плеча до локтя, потом от локтя до кончиков пальцев, потом от плеча до пола. Он едва ли не обнюхал Гарри и, должно быть, с трудом удержался от того, чтобы попробовать на зуб. Напоследок он измерил окружность головы.
- Внутри каждой палочки находится мощная магическая субстанция, мистер Полкисс, - начал рассказывать Олливандер, закончив измерения. - Каждая палочка индивидуальна, не существует двух абсолютно похожих. И запомните, вы никогда не достигнете приличных результатов, если будете пользоваться чужой палочкой.
- Почему, сэр? - удивился Гарри.
- Потому что палочка сама выбирает волшебника, мистер Полкисс, и не потерпит чужой руки.
Мистер Олливандер снял с полки несколько коробок с волшебными палочками и разложил их перед ребенком.
- Что ж, для начала попробуем бук и сердце дракона. Давайте, мистер Полкисс, возьмите ее и взмахните!
Гарри покорно взял протянутую палочку в руку и, чувствуя себя сумасшедшим, помахал ею немного перед своим носом. Ничего не произошло, но и мистер Олливандер практически сразу выхватил ее из руки мальчика.
- Эта не подходит, - сообщил он и протянул следующую. Гарри покорно брал одну палочку за другой, но ни одна из них не походила. Он пробовал и пробовал. Прошло полчаса, и мистер Олливандер радовался каждой новой попытке, которые, казалось, только прибавляли ему энергии и энтузиазма. Гарри же с каждой новой палочкой приходил во все большее отчаяние. Неужели во всем этом магазине не найдется подходящей? В таком случае директор Каркаров просто придет и скажет ему, что Гарри не подходит для его школы, презрительно скривив губы? А что скажут тетя Петуния и дядя Вернон, когда поймут, что его не возьмут в волшебную школу?
- А вы необычный клиент, мистер Полкисс, - усмехнулся, наконец, Олливандер. - Есть у меня кое-что необычное. Вообще-то я приберегал ее для другого клиента, однако, вы подходите для нее куда лучше.
Он удалился внутрь помещения, а через несколько минут вынес обычную пыльную коробочку.
- Одиннадцать дюймов, остролист и перо феникса. Очень необычное сочетание. Пробуйте!
Гарри покорно взял в руки палочку и тут же почувствовал, как потеплели пальцы. Он резко взмахнул рукой, и с деревянного кончика во все стороны полетели золотистые искры.
- Отлично! - обрадовался Олливандер. - Интересно - интересно, - пробормотал он, забирая у мальчика палочку, которую Гарри отдал весьма неохотно. - Очень любопытно...
Поттеру показалось, что старик хочет, чтобы его спросили, поэтому не стал разочаровывать продавца.
- Извините, сэр, но что вас так заинтересовало?
- Знаете, мистер Полкисс, каждая палочка уникальна и нет двух идентичных. Однако у Вашей есть сестра, - он улыбнулся. - Фениксы обычно не дают больше одного пера для изготовления палочки, но в вашем случае он дал два. Одно досталось вам, а о хозяине второго, вы, должно быть, много слышали.
- Кто же это? - как можно более спокойно спросил Гарри. Недомолвки старика начинали пугать его, но он старался не показать страха и растерянности.
- Тот-чье-имя-нельзя-называть, - прошептал Олливандер. Гарри нахмурился, не понимая. Он еще очень мало знал о волшебном мире, так что не представлял, о ком может идти речь. Однако почти сразу вспомнил утренний разговор с директором и его отказ называть некоего волшебника по имени.
- Вы говорите о Темном Лорде? - в шоке широко распахнув глаза, воскликнул он.
- Да, - кивнул продавец, нахмурившись. Гарри по незнанию допустил серьезную ошибку. Он еще не понимал, что только темные волшебники и сторонники так называли предводителя Пожирателей смерти. - Тринадцать с половиной дюймов, тис и перо феникса. Думаю, нам стоит ожидать от вас великих дел, мистер Полкисс. Ведь Сами-Знаете-Кто свершил немало потрясающих деяний, хотя большинство из них были ужасными.
Гарри заплатил за палочку семь золотых галеонов и решил никому и никогда не рассказывать тайну своей палочки. А мистер Олливандер с сожалением посмотрел юноше вслед. Он много раз размышлял о том, что мог бы сломать верную союзницу Волдеморта до того, как она совершит все свои преступления. И теперь он думал о том, что ему следовало сломать палочку мистера Полкисса, ведь его душа была так же полна огня, а сердце так же холодно, как и у Тома Реддла много лет назад.
Директор ждал Гарри в маленьком уличном кафе. Он прятался от последней июльской жары в тени огромного зонтика и лениво ковырялся в пироге, предложенном хозяином заведения. Гарри подошел и положил палочку в сумку с покупками. Каркаров уже предупредил его, что до школы он не сможет пользоваться своей волшебной палочкой. Директор кивнул мальчику на стул рядом с собой и пододвинул меню.
- Нам осталось посетить только книжный магазин, - сказал Игорь. Он равнодушно смотрел, как Гарри изучает меню, а потом заказывает обычное шоколадное мороженое. Поттер никогда не ел такого прежде. Дурсли часто покупали разные вкусности Дадли, но никогда не баловали племянника. В лучшем случае мальчику доставался какой-нибудь фруктовый лед. Ребенок тут же набросился на угощение и слопал мороженое всего за пару минут, рискуя подхватить ангину.
Игорь намеренно не повел Гарри во «Флориш и Блотс». Выбор там был больше, чем в любом другом магазине Косого переулка, нашлось бы даже большинство учебников, требуемых в Дурмстранге, хотя студенты этой школы не часто закупались литературой в Англии. Однако там так же был большой выбор книг по истории в одобренном министерством изложении, которое ни в коем случае не должен был видеть Поттер. Конечно, через несколько лет мальчишка поймет, что Каркаров бесстыдно обманул его, однако лучше, если он войдет в волшебный мир, симпатизируя темной стороне. Поэтому директор отвел Гарри в скромный магазинчик, который пристроился на стыке Косого переулка и Лютного. Выбор там был поменьше, чем во «Флориш и Блотс», зато для проверенных людей в лавке всегда находились книги, которые английское правительство, мягко говоря, не одобряло.
- Игорь! - приятно улыбнулся владелец магазинчика после того, как долго рассматривал вошедших. Он был явно подслеповат и почему-то отказывался носить очки. Его магазин был похож на небольшую темную библиотеку. Гарри передернуло. Место было жутковатое. В лавке стояла тишина, видимо, клиентов в данный момент не было. - Привел сынишку?
- Нет, это мой ученик, - возразил Каркаров. Он взял продавца за локоть и отвел его немного в сторону, чтобы Гарри не мог услышать, о чем они говорили. - Нам нужен стандартный набор учебников для первого курса, а заодно подбери пару книг по этикету чистокровных и по истории, но чтобы последние были как можно более лояльны к темной магии и Темному Лорду.
- Понимаю-понимаю, - покивал старик. - Сейчас принесу.
Пока мужчины говорили, Гарри рассматривал все, что лежало на прилавке. Пользуясь отсутствием клиентов, хозяин лавки читал книги. Они лежали раскрытыми вокруг кресла, где, видимо, проводил большую часть времени старикан. Отдельной стопкой лежали журналы и газеты. Самая верхняя газета называлась «Ежедневный пророк». На первой полосе под заголовком находилась фотография. Гарри не обратил внимания на слова, потому что изображение сразу же привлекло все его внимание. Люди на нем двигались и о чем-то разговаривали между собой! Мальчик недоверчиво протер глаза, но все перед ним оставалось по-прежнему. Рядом с газетой лежал каталог книг, продающихся в магазине. Гарри робко взял его и быстро пролистал несколько первых страниц. Выходило, что книжки легко можно было заказывать из дома. Для этого нужно было лишь касаться волшебной палочкой нужного издания в каталоге, книгу присылали с совой в кратчайшие сроки, птице и отдавались деньги.
Продавец тем временем вынес из подсобки стопку книг. Гарри сразу подошел ближе, с любопытством рассматривая их. Большая часть оказалась учебниками с интригующими названиями.
- Трансфигурация, зельеварение, чары, темные искусства - это четыре основных предмета в Дурмстранге, - пояснил директор. - Обязательны к изучению еще руны и астрология. Остальные ты можешь выбрать сам на втором курсе. Все ученики моей школы чистокровные, либо полукровки. Они с младенчества находятся в волшебном мире и отлично его изучили. Так что тебе лучше купить и почитать книги о магической истории и традициях, чтобы не выдать свое невежество.
- Ясно, сэр, - кивнул мальчик. Предложение директора было более чем разумным. Но вот то, что книги Каркаров ограничил своим выбором, Гарри немного насторожило, поэтому, когда директор отвернулся, в кипу купленных фолиантов лег каталог. Продавец только усмехнулся. Игорь был его давним приятелем, но выгода и процветание магазинчика волновала его куда больше, чем мутные замыслы Каркарова по воспитанию детей.
Книжным магазином они закончили свое путешествие по Косому переулку. Гарри опять испытал на себе неприятное чувство, которое возникало при аппарации, и оказался перед домом дяди и тети. В Литтл-Уингинге уже начинало темнеть. Людей на улице совсем не было, так что неожиданно возникших словно из воздуха волшебников никто не заметил. Напоследок директор протянул ему толстенький конверт.
- Это официальное приглашение в Дурсмтсранг, - пояснил он. - Первого сентября в десять утра оно станет порталом, который перенесет тебя на пристань. Уже оттуда ты вместе с другими детьми отправишься в школу. Запомни, первого сентября в десять утра ты должен будешь взять конверт и свои вещи в руки и держать их, пока не окажешься на пристани.
Гарри понятливо кивнул. Он пока не знал, что такое портал, но собирался вскоре прочитать об этом в одной из своих книг.

Глава 2

Глава 2.
День, когда Гарри исполнилось одиннадцать, ничем не отличался от тысячи таких же спокойных дней на Тисовой улице. Сосед поливал газон, миссис Фигг ковыляла по улице с авоськой, полной кошачьей еды, а несколько дам, спрятавшись за занавесками, следили за двориками соседей, надеясь увидеть что-нибудь интересное. Всем им было невдомек, что кое-что очень интересное сейчас происходило в доме номер четыре, в чулане под лестницей, где юный Поттер как раз закончил читать книгу по истории магического мира. Содержание данного тома сильно отличалось от той истории, что одобряло министерство, однако Гарри этого не знал.
- Поттер, - громко застучала в дверцу чулана Петуния. - Вставай и приготовь нам завтрак!
- Иду, тетя, - откликнулся мальчик, откладывая книгу. Он оделся и отправился на кухню, раздумывая о том, что прочитал. Автоматически достал сковородку, бекон и яйца. Приготовление завтрака было для него привычным делом.
Автором книги значилась некая Батильда Бэгшот. Книга была новой, недавно изданной, и повествовала она об истории волшебного Английского сообщества от древних времен до падения Темного Лорда в восемьдесят первом году. В предисловии Батильда сообщала, что ее творение правдиво и полно, в отличие от школьных учебников.
Если верить ей, то жизнь магов никогда не была спокойной, постоянно происходили какие-то войны и восстания, которые приводили либо к мирным договорам, либо к следующим бунтам. И лишь одно противостояние длилось неизменно на протяжении многих веков: волшебников и магглов, чистокровных и магглорожденных. Разобраться кто прав, а кто нет, спустя тысячелетие было уже не возможно, в слишком плотный клубок запутались любовь и ненависть, ужас и злоба, глупость и сознательная месть.
Однако Батильда считала фактом то, что магия чистокровных сильно отличается от магии магглорожденых. Те, в чьих венах текла магическая кровь, были значительно могущественней магов в первом поколении, и поэтому могли пользоваться ритуалами и заклинаниями, которые последним часто оказывались не под силу. Это заставляло чистокровных считать себя выше, а магглорожденных бояться их возможностей. В итоге к настоящему времени, после долгой борьбы, удалось добиться того, что исконная магия чистокровных семей оказалась объявлена Темной и опасной, запрещена законом в большинстве стран Европы, а все несогласные либо героически погибли, либо сидели в волшебной тюрьме Азкабан, либо тайком практиковали искусство. Существовали, конечно, чистокровные волшебные семьи, которые утратили знания, а так же чистокровные в третьем-четвертом поколении, способные к применению древних магических ритуалов, но не знающие о них. И такому печальному положению немало способствовали Гарри и Лили Поттеры, уничтожившие Того-Кого-Нельзя-Называть.
Батильда Бэгшот не приукрашивала подвиги Темного Лорда. Однако признавала, что большинство его целей были созвучны с желаниями чистокровных семей. Гарри мгновенно понял, что этот человек был очень жесток и, возможно, безумен. И в то же время он казался чрезвычайно одаренным волшебником и умным человеком. Лишь однажды за всю книгу автор решилась назвать его по имени, и это тоже о многом говорило.
- Лорд Волдеморт, - сказал Гарри бекону и яичнице, задумчиво перекатывая слова на языке. Мальчик не знал французского, но Батильда сама все расшифровала в своей книге. - Полет смерти.
- Что ты там бормочешь? - буркнул Петуния, расставляя на столе посуду к завтраку. Естественно, никто из Дурслей не вспомнил о том, что у Гарри сегодня день рождения. Все их мысли были сосредоточены на недавнем визите Каркарова. Им трудно было переварить то, что Гарри станет полноценным магом, что в их доме появился директор волшебной школы, что кресло превратилось в овцу. Дурсли ходили подавленные, явно пытались придумать какое-то избавление от нагрянувших неприятностей. Впрочем, дорогие родственники и так никогда не вспоминали о дне рождения племянника, так что Поттер не обращал внимания.
- Все готово, - сообщил Гарри. Сейчас книги волновали его куда больше проблем Дурслей. Он никогда особенно не увлекался учебой, родственникам не нравилось, когда он приносил оценки выше, чем у Дадли, так что Гарри не напрягался. Однако Каркаров ясно дал понять, что от Поттера ему нужны высшие отметки. К тому же знания должны были помочь ему выжить в опасной для Мальчика-Который-Выжил школе. Ему хотелось бы обсудить прочитанное с кем-то взрослым, не заинтересованным как Каркаров, который явно был сторонником Темного Лорда, однако Дурсли совсем не подходили для этой цели. Если верить книге, его отец, Джеймс Поттер, принадлежал к семье чистокровных, сохранивших память и способности к так называемой темной магии. Все чистокровные так или иначе были родственниками, поэтому Гарри справедливо полагал, что у него должны быть среди них более подходящие опекуны, чем Дурсли. Должно быть, они брезговали полукровкой? Это заставляло его невольно проникаться благодарностью к сестре матери. Она тоже была не в восторге от его происхождения, но все же заботилась о нем, хотя и на свой манер. Впрочем, это не означало, что он хотел оставаться здесь и дальше!
- Поешь и можешь возвращаться в свой чулан, - буркнула тетя, будто пытаясь развеять его странные мысли. Гарри это устраивало. Теперь он собирался прочитать книгу про школу, в которой собирался учиться.
К полудню неожиданно вернулся домой дядя Вернон. Они с Петуньей о чем-то долго совещались на кухне, чем вызвали любопытство у детей. Дадли нервно крутился у дверей кухни, пытаясь подслушать хоть что-то, однако не преуспел. Гарри не собирался ссориться с ним за место у дверной щели, поэтому тихо сидел в чулане, прислушиваясь к долетающим через стенку бормотаниям тети. Несколько часов спустя, Гарри к тому времени как раз дочитал фолиант о Дурмстранге, Вернон и Петуния сами позвали их на семейный совет. На таких собраниях обычно присутствовала вся семья, включая Поттера, хотя по малолетству детей обычно просто ставили перед фактом о принятом решении.
- Мы переезжаем, - серьезно сообщила тетя в этот раз. Она стояла посреди гостиной комнаты, поджав губы и сложив руки на груди. Вернон устроился на диване, занимая его почти полностью, и грозно смотрел на детей. Дадли шлепнулся в кресло, а Гарри осталось только стоять у дверей.
- Что?! - возмущенно закричал Дадли, сразу же вскакивая. - Но мы не можем переехать! Здесь все мои друзья и...
- Мы не хотим, чтобы всякие ненормальные знали, где находится наш дом! - стукнул по столу кулаком дядя Вернон, заглушив сына. - Мне уже давно предлагают сделать «Гранингс» филиалом немецкой компании и переехать всей семьей в Германию. Раньше я отказывался, но теперь изменил решение.
Тетя и дядя выразительно посмотрели на Гарри. Возможно, они думали, что переезд, да еще и в другую страну, спасет положение, что в Германии Поттера не найдут волшебники, а он не сможет самостоятельно добраться до школы. Родственники же ничего не знали о порталах! Однако Гарри не собирался разубеждать их. На самом деле даже забавно будет, когда он все-таки сбежит в Дурмстранг даже из нового дома.
- Я не хочу! Не хочу переезжать! - закричал Дадли. Он затопал ногами, привлекая внимание родителей. Петуния кинулась к нему, пытаясь утешить. Вернон забубнил что-то недовольно. Гарри пожал плечами и отправился к себе в чулан. Он еще многого не знал о магическом мире, но что-то ему подсказывало, что попытки Дурслей спрятаться от волшебников напрасны.
Дадли буянил еще несколько часов. Он плакал, подбрасывал в воздух свою черепаху, разбил половину тарелок на кухне и даже ударил Петунию, но его усилия не принесли результатов. Мистер и миссис Дурсль были непоколебимы в своем решении. Тогда Дадли взял из гаража велосипед и уехал кататься. Его не было до темноты, так что Петуния не на шутку перепугалась, однако в итоге он вернулся - усталый и напуганный. Оказалось, что младший Дурсль с досады случайно едва не отдавил хвост одной из кошек миссис Фигг. Старушка бросилась к перепуганному животному и споткнулась, умудрившись сломать ногу и удариться головой. Бедняжку сразу увезли в больницу. Утром, сразу после завтрака, все семейство отправилось оформлять документы для переезда. Зарубежные партнеры дяди Вернона были заинтересованы в его фирме достаточно сильно, чтобы организовать семье экстренный переезд.
Дадли продолжал дуться. Петуния распродавала вещи, которые было слишком накладно везти в другую страну, а остальные быстро запаковывала. Дядя пропадал на работе, занимаясь бумагами фирмы. В дом то и дело наведывались риэлторы. На фоне всего этого хаоса Гарри упорно продолжал читать книги, купленные в Косом переулке. Он отвлекался только на то, чтобы поесть и помочь тете запаковать вещи. За три недели до отъезда Гарри успел трижды перечитать Историю магического мира, учебники по трансфигурации, зельям и чарам, ознакомился с астрологией и гербологией. Он особо тщательно проштудировал тома по темным искусствам и этикету. После этого Поттер стал стараться вести себя так, как положено приличному волшебнику. Если бы Дурсли не были так заняты переездом, то наверняка заметили бы изменения в нем, однако родственничкам было не до этого.
В конце августа все, наконец, было готово. Все вещи увезла большая машина с яркой надписью «Международные перевозки», а дом оказался продан. Семейству оставалась последняя ночь на Тисовой улице. Дурсли, хоть и приняли решение, совсем не выглядели довольными переездом. У тети Петунии глаза были на мокром месте, когда они вечером ели заказанную из ресторанчика пиццу: приготовить нормальную домашнюю еду было просто не на чем. Гарри мог понять родственников, все-таки они жили на Тисовой много лет и были здесь счастливы. У него самого не осталось об этом месте хороших воспоминаний, но уезжать все же казалось немного страшно.
Наверное, никто не спал в ту ночь в доме номер четыре. Стояла тишина, но, должно быть, каждый думал о чем-то своем. Дадли смотрел в окно и представлял себе друзей, с которыми уже попрощался. Петуния тяжело вздыхала, вспоминая, как приехала в этот дом из роддома с сыном на руках, как знакомилась с соседями, как чистила кухню тысячи раз, и как племянник помогал ей. Вернон в последний раз продумывал все плюсы и минусы переезда. Гарри при слабом свете старого фонарика в очередной раз перечитывал свои учебники.
Утром они сели в такси, потому что машина дяди Вернона уже была отправлена в путешествие, и направились в аэропорт. Самолет должен был доставить семью во Франкфурт, а затем на машине, взятой на прокат, переселенцы собирались доехать до маленького городка в пригороде, где купили дом, в котором они собирались прожить как минимум пару ближайших лет.
Поездка прошла почти без приключений. Лишь в немецком аэропорту симпатичная девушка на ресепшен удивленно посмотрела на документы Гарри, его шрам, который он не счел нужным маскировать до приезда в школу, и, радужно улыбаясь, поприветствовала:
- Рада приветствовать вас в нашей стране, мистер Поттер. Прошу вас подождать несколько минут, пока я не оформлю все необходимые бумаги.
- Какие еще бумаги? - недовольно засопел дядя Вернон. - Мы все оформили еще в Англии.
- Да, сэр, но вы не проинформировали о переезде волшебную службу контроля, - спокойно сообщила девушка. Она не обратила внимания на то, как мгновенно покраснел и надулся от гнева дядя, как схватилась за горло тетя. Их план спрятаться от магов провалился прямо в аэропорту! Служащая пару минут копалась в бумагах, лежащих перед ней, что-то пошептала над ними, а потом протянула Гарри. - Надеюсь, вам придется по вкусу Германия.
- Спасибо, мисс, - усмехнулся Поттер, косясь на шокированных родственников. - Но позвольте спросить, почему в Англии мне не пришлось оформлять никаких волшебных документов при выезде?
- О, - улыбнулась она. - С выездом и въездом в магическую Англию никогда не было проблем для несовершеннолетних волшебников. Иначе они каждый год сталкивались бы с кучей неприятностей, отвозя детей в Хогвартс, ведь он находится в Шотландии. Англичане такие консерваторы, все никак не могут расширить...
- Достаточно! - рявкнул Вернон на болтливую девушку. Он отобрал у Гарри бумагу, небрежно просмотрел ее и сунул к остальным документам. Видимо, любовь к порядку пересилила в нем ненависть к волшебству.
На выходе из здания аэропорта их ждал деловой партнер дяди Вернона, который без лишних промедлений пригласил их в машину и вывез из Франкфурта в сторону нового дома. По дороге мужчины тихо разговаривали по-немецки, а остальные осторожно прислушивались. Мистер Дурсль неплохо владел этим языком, потому что ему и раньше не раз доводилось вести на нем деловые разговоры, а вот остальным членам семьи пришлось экстренно учить язык, хотя разве выучишь его как следует за пару недель? Дадли не удалось, а Гарри и не пытался. Ему предстояло прожить в новом доме всего три дня до отправления в школу. Как собирался пойти в школу толстенький кузен, Поттера не волновало совершенно, но краем уха он слышал разговоры Дурслей о частном репетиторе.
Лишь к вечеру путешественники добрались до нового места жительства. Домик, да и вся улочка, очень напоминали то, что ни оставили всего лишь этим утром. Однако оглядываться не было ни сил, ни желания. Они проигнорировали любопытных соседей, выглядывавших из-за занавесок и, торопливо попрощавшись со своим провожатым, отправились в дом. У дяди Вернона даже не осталось сил на то, чтобы отругать Гарри за произошедшее в аэропорту.
В доме уже находились некоторые их вещи, доставленные раньше всего, однако свалены они были в таком беспорядке, что сейчас не имело смысла что-то искать. Они как попало улеглись спать в комнатах, которые выбрали. Гарри в этот раз досталась крохотная спаленка на втором этаже. Чулан в этом доме оказался слишком мал, а он все же рос, хоть и был значительно меньше, чем положено мальчику одиннадцати лет. Но спать пришлось на полу, завернувшись в какие-то тряпки, найденные в коробках. Дадли и его родителям, конечно, достались уже доставленные кровати.
Последующие дни прошли за разбором вещей и укладыванием их из коробок обратно на места. Мистер Дурсль даже не ходил на работу, помогая жене и детям. К ним приходили знакомиться соседи, постоянно отвлекая от этого занятия. Они угощали новых соседей пирогами, приносили сувениры и даже объясняли где и что находится в их городке. Так как Петуния объяснялась на немецком довольно слабо, она не сразу поняла ошибку, допущенную соседями. А те решили, что Гарри и Дадли братья, хотя мальчики были совершенно не похожи. Все соседи были очень удивлены, когда младший из детей неожиданно пропал первого сентября.
- Он уехал в частную школу, - пояснила тетя. Она хотела бы сказать, что это школа для трудных подростков, но не умела объяснить этого на чужом языке, так что просто пояснила. - Для особенных детей.
Больше разговоры о Гарри не велись, однако соседи, конечно же, запомнили, что он «особенный».
Еще вечером тридцать первого августа Гарри упаковал в специальную сумку, которую они купили в Косом переулке с директором, все необходимые вещи. Туда влезало много, а места занимала и весила сумка совсем мало. Ее с легкостью мог нести даже ребенок. Мальчик приготовил себе на утро школьную мантию, в которой собирался ехать, и приличную обувь. Он не собирался показываться своим будущим соученикам в маггловской одежде. Все они были опасны для него и не упустили бы шанса унизить. Судя по истории школы, нравы там были крутые, постоянно шла жесткая конкуренция за хорошее место в иерархии. Профессора же предпочитали просто не вмешиваться в эти конфликты. Так что нужно было сразу поставить себя так, чтобы хотя бы однокурсники вели себя с ним не враждебно, а это задача не простая. Директор решил несколько проблем, велев ему не называть себя Поттером, теперь ему хотя бы не будут мстить за смерть Темного Лорда. Однако фамилия Эванс была отвратительно маггловской, не оставляющей сомнений в происхождении. Да, в Дурмстранг не брали магглорожденных детей, но это только значило, что полукровки там находятся в невыгодном положении. Поставить себя перед всеми так, чтобы его хотя бы не унижали, было первоочередной задачей мистера Гарольда Джеймса Эванса.
Он не стал ни о чем предупреждать родственников утром. Как всегда позавтракал, под шумок завернул себе в дорогу кусок малинового пирога, поднялся в ванную, где тщательно замазал шрам. После чего спокойно переоделся, оставил тете записку на столе, покрепче взял свою сумку и схватился за письмо. Несколько минут прошло в бездействии и тишине. Мальчик в тревоге считал минуты. Он уже начал думать, что перепутал день, что опоздал, потому что часов у него не было, что директор просто подшутил над ним, что никакого волшебного мира вовсе нет. И тут его словно подцепили крючком куда-то под пупок и потянули. Это было совсем не похоже на аппарацию, и Гарри не сказал бы, что ощущения были приятными. Он едва устоял на ногах, когда в них толкнулась земля всего несколько мгновений спустя. Гарри оказался в толпе ребятишек. Все вокруг наполнилось шумом.
Поттер засунул бесполезное теперь письмо в карман и огляделся. Было немного прохладно, но не настолько, чтобы доставать из сумки шубу. Вокруг него было полно детей разных возрастов. Все они были в красных форменных мантиях. Многих провожали родители. То тут, то там раздавались радостные крики старшекурсников, находивших в толпе друзей. Рядом с Гарри плакала какая-то девочка, прощаясь с мамой. А еще в нескольких шагах строгая пожилая леди в черной мантии недовольно разговаривала с внучкой.
- И помни, Ромильда, ты не должна опозорить семью. Тебе повезло оказаться в Дурмстранге, так что заставь меня, наконец, гордиться тобой!
- Да, бабушка, - тихо отвечала ей девочка. Ее было почти не слышно из-за шума толпы. Гарри задумался о том, говорили ли они по-английски или здесь уже действовали чары, позволяющие понимать любой язык. Директор говорил, что в этом году поступают только двое английских детей. Он прислушался к другим голосам в толпе и различил иностранную непонятную речь.
Среди людей было трудно разобрать, где он все-таки находится, так что мальчик постарался отойти. Он сделал всего пару шагов, и его глаза распахнулись в крайнем изумлении. Они все стояли на деревянной пристани. И отсюда открывался потрясающий вид на море. По крайней мере, Гарри решил, что это море, потому что не видел бурной темной воде ни конца, ни края. Волны поднимались великолепными горами с белыми шапками пены. И на этом морском великолепии покачивался величественный корабль. Он был темным, немного жутковатым, как корабль-призрак и внушал внутренний трепет. Пара молодых волшебников как раз скинула с корабля на пристань сходни, и на них поспешно шагнули студенты. Толпа незаметно разделилась на родителей и детей, Гарри быстро сориентировался и присоединился к последним.
Они поднялись по сходням и оказались на палубе. Старшекурсники, которые уже не раз здесь бывали, поспешили спуститься в каюты, а малыши последовали за ними. Внутри оказалось гораздо уютнее, чем казалось при первом взгляде на корабль. Стены в узких, хорошо освещенных коридорах, были обиты светлой тканью, что придавало некий уют. Каждые пару метров в стенах находились двери, которые, видимо, вели в каюты. Там привычно обустраивались старшекурсники. Гарри задумался, не стоит ли и ему присмотреть себе каюту, когда его схватила за шиворот сильная рука. Ее обладательницей оказалась худая светловолосая девушка с цепким взглядом. Ее скулы были широкими, а черты лица грубыми.
- Ты первокурсник, - констатировала она.
- Да, - кивнул Гарри в подтверждение. Не было смысла отрицать очевидное.
- Я староста, - пояснила девушка, указывая на приколотый к воротнику позолоченный значок, который Поттер не заметил, разглядывая ее лицо. - Вообще-то я должна присматривать только за девчонками, но мой напарник куда-то смылся, так что и тебе помогу.
- Спасибо, - улыбнулся с облегчением мальчик. Она кивнула ему следовать за собой и поспешила куда-то вглубь корабля. Ее несколько раз окликали из разных кают, пока они шествовали по коридорам, однако староста лишь усмехалась и махала рукой желающим пообщаться. - Я Гарольд Эванс, - представился Гарри, поспешая за ней. Было бы грубо не назвать свое имя.
Она посмотрела на него и сморщила носик, однако представилась в ответ:
- Регинлейв Кёнинг.
Почти сразу после этого девушка открыла дверь в одну из кают и велела Гарри заходить. Поттер вошел и огляделся. Он оказался в комнате, которая больше всего напоминала огромную гостиную. Здесь стояли диванчики, столики, на стенах кто-то заботливо развесил гобелены со всякими героическими сценами, а на полу лежали мягкие ковры. В комнате находилось не меньше тридцати детей. Судя по всему, все они были первокурсниками. По каким-то причинам всех малышей собрали в одной каюте, а не позволили плыть компаниями, как старшекурсникам. Ребята болтали между собой, но появление Гарри и Регинлейв отвлекло их. Поттер поспешил занять симпатичное кресло, которое находилось недалеко от входа. Кёнинг окинула беглым взглядом комнату, видимо, пересчитывая первокурсников и осталась довольна результатом.
Корабль мягко дернулся. Все настороженно переглянулись.
- Погружаемся, - пояснила староста. - Этот корабль плавает не над, а под водой. Так быстрее и безопаснее.
Малыши встревожено зашептались. Однако их беспокойство тут же было развеяно внезапным появлением еще одного старшекурсника. Это был долговязый рыжий парень в небрежно распахнутой мантии. Его губы были странно припухшими, а волосы ужасно встрепанными. Со всех сторон послышались смешки, а староста со злостью отвесила ему подзатыльник.
- Всем привет! Давайте знакомиться, - радостно заверещал парень, потирая после удара затылок. - Я Иеремия ван Эйк, а эта злючка - Регинлейв Кенинг, но можно просто Иеремия и Лейв. Мы будем вашими старостами в последующие два года. Так как мы оба шестикурсники, то вы скрасите нам своим идеальным поведением наши последние школьные годы.
Регинлейв сложила руки на груди и, не спуская с напарника презрительного взгляда, слушала его речь.
- Все вы, должно быть, знаете, что и как происходит в этой школе, от родителей, но на всякий случай объясню, - продолжал говорить ван Эйк. - Так же нам все объясняли старосты когда-то...
Он мечтательно прищурился и на секунду замолк, чем тут же воспользовалась Кенинг.
- В этой школе мы не делаем различий между учениками по происхождению. Вы в Дурмстранге, а значит, достойны этого, - холодно сообщила девушка. - Здесь будут смотреть на ваши знания и умения, только благодаря им вы сможете продвинуться. А если вы вскарабкались на самый верх в школьной иерархии, то это большой плюс вам в будущей жизни. Впрочем, если вы сможете здесь удачно использовать свою громкую фамилию, то это тоже неплохо.
- Про школьную иерархию расскажи, - подсказал Иеремия.
- Профессора в Дурмстранге занимаются исключительно учебной работой, - не обратив на него внимания, продолжила девушка, смотря только на внимательно слушающих ее первокурсников. Ее голос раздавался в гробовой тишине, казалось, что в каюте даже никто не дышит. - Всем управляет Студенческий совет. В нем семь человек, не считая старост разных курсов. Естественно, у них есть множество привилегий. Возглавляет совет Главный староста школы. Попасть в Студенческий совет это мечта каждого ученика Дурмстранга, но, как понимаете, сбывается она далеко не у всех. Старайтесь, покажите себя, заставьте их заметить вас, и вы получите шанс.
- А вы в Студенческом совете? - нескромно поинтересовался мальчишеский голос из дальнего угла каюты.
- Нет, - засмеялся Иеремия. - Старосты занимают в нем второстепенное место. А уж тем более старосты первокурсников. Однако это тоже должность неплохая и сулит определенные привилегии.
- Всего в Дурмстранге, помимо Главного, шестнадцать старост, - продолжила Кенинг, нахмурившись. Видимо, напоминание о том, что она занимает не лучшее место, покоробило ее. - У каждого курса по двое - мальчик и девочка. У второго курса четверо. На втором курсе Студенческий совет выберет двоих из вас на пост старосты курса, которыми вы останетесь до конца обучения, если, конечно, не обманете доверие остальных студентов. Первый год эти двое смогут пользоваться нашей помощью, дальше становятся полностью самостоятельными.
- Понимаете, почему должность старосты первокурсников не такая уж и важная? - усмехнулся ван Эйк. - Мы стали достойны доверия лишь к шестому курсу.
Напарница шикнула на него.
- Надеюсь, вы запомнили основное, - хмуро сообщила она. - Главное, что вы должны сделать за этот год - проявить себя. Это первая ступень в вашей жизни.
Она помолчала немного, вспоминая, что еще следует рассказать.
- Единственное официальное разделение учеников в Дурсмтранге - это курсы, то есть по возрасту. У каждого курса есть своя гостиная, где ученики могут вместе собираться. От гостиной выходы к спальням, каждая на три человека. Неофициально же мы делимся на различные клубы по интересам и компании. Лидеры этих объединений не имеют никакой власти, но обладают определенным влиянием, чем больше людей находятся под его ответственностью, тем больше у лидера возможностей влиять на Студенческий совет. Бывает так, что подобным компаниям удается заполучить собственную отдельную гостиную и спальни.
- Кстати, отдельные спальни полагаются только старостам и членам Студенческого совета, - снова влез Иеремия, хитро подмигнув ребятам.
- А какие бывают клубы? - снова поинтересовался кто-то из первокурсников.
- У нас несколько квиддичных команд, - сообщила Кенинг. - Периодически они соревнуются друг с другом. Есть клуб по изучению некромантии и клуб шитья. Самые разнообразные интересы, а значит и самые разнообразные клубы.
Девушка подождала, не последуют ли еще вопросы, но их не было. Решив, что на этом рассказ окончен, старосты отошли к столику, расположенному в дальнем углу и начали о чем-то шепотом ругаться. Хоть оба и выглядели уверенно перед детишками, но на самом деле не на шутку волновались.
Гарри остался на месте, когда речь была закончена. Остальные ребята уже сидели компаниями, о чем-то разговаривали, доставали из сумок еду и книги. Поттер почувствовал себя лишним. Он откровенно опасался подходить к кому-нибудь из детей, хотя и понимал, что завести новые знакомства просто необходимо. Однако перебороть себя оказалось невозможно! Гарри никогда прежде не общался со сверстниками, не умел играть и болтать о ерунде, ведь Дадли всегда распугивал всех его новых друзей, едва они успевали появляться. Здесь не было кузена, но и навыков наведения новых знакомств у Гарри тоже не было. Он бы так и просидел один одинешенек, если бы в соседнее кресло тихо не уселся уже знакомый ему мальчик.
- Блетчли, - склонил голову в приветствии Гарри, едва сдерживаясь от того, чтобы вздохнуть с облегчением. Он был почти счастлив потому, что кто-то первым подошел к нему.
- Эванс, - точно так же поприветствовал его мальчик, которого Поттер видел в магазине, где продавали мантии. Гарри впервые услышал его голос - немного хрипловатый, но приятный.
- Знаешь здесь кого-нибудь? - поинтересовался Поттер, стараясь, чтобы голос не выдал его растерянности.
- Лично нет, - равнодушно ответил Кристофер. - Я никогда не выезжал из Англии. Но видишь мальчишку за столиком у иллюминатора?
Гарри перевел взгляд, куда указал новый знакомый, и увидел симпатичного темноволосого мальчика. У него были большие голубые глаза и приятные черты лица. Объект столь пристального внимания бурно жестикулировал, рассказывая что-то своим соседям по столику. Вокруг него собралась уже довольно большая компания внимательных слушателей.
- Насколько я понял по разговорам, - продолжил Кристофер, - это Мариус Блек.
- Разве Блеки не английская семья? - удивился Гарри.
- Да, но он из побочной ветви, довольно дальняя родня английским Блекам. Еще в начале прошлого столетия переселились то ли в Данию, то ли в Швецию, - пояснил Блетчли. - Но так как основная ветвь почти прервалась, вполне возможно, что он станет следующим лордом дома Блеков. К тому же симпатичный, чистокровный, богатый и обаятельный.
Гарри усмехнулся подобной характеристике, вспомнив фильмы про шпионов, которые любил Дадли. Уж больно они с Блетчли сейчас походили на героев одного из них. Тем не менее все было всерьез, это его, Гарри, жизнь и необходимая для нее информация.
- Еще знаю одну девочку, - вдруг сообщил Кристофер, осмотрев каюту. Он кивнул на ту самую малышку, которая привлекала внимание Поттера на пристани. Это ее отчитывала бабушка. Сейчас она сидел в компании двух других девчонок. Они наперебой что-то говорили друг другу, но было заметно, что той самой девочке заметно не по себе. - Это Ромильда Лестрандж, дочь Беллатрикс и Рудольфуса Лестранджей. Точно знаю, что она живет в Польше. Их семье в Англии делать нечего: министерство со свету сживет.
В этот момент их тихую беседу прервал злой вопль со стороны Блека. Какой-то худой бледный мальчишка вскочил с дивана, хотя до этого сидел рядом с Мариусом. Все отшатнулись в стороны, а парнишка, явно не контролируя себя, отбежал от компании подальше под злые насмешки некоторых. Щеки его были красными, кулаки сжимались и разжимались. Несколько минут он стоял посреди комнаты, пытаясь совладать с собой, а потом решительно направился к тихому уголку Гарри и Криса. Он уселся на диван напротив них, но не с ними. Несколько минут мальчик сидел молча, пока остальные не потеряли к его истерике интерес, а потом перевел взгляд на своих соседей. Мальчики молча посмотрел на него.
- Я полукровка, очевидно, не такая уж хорошая компания для будущего лорда Блека, - пояснил он произошедшее раздраженным тоном. Его взгляд был настороженным. Еще бы! Он только что получил от ворот поворот и боялся повторения ситуации.
- Я тоже, - пожал плечами Гарри. Он бросил косой взгляд на Блетчли, но тот не отреагировал на признание. Фамилия Эванс была слишком маггловской, чтобы не догадаться обо всем в первый же момент. Блондинчик взбодрился, услышав это, и с большим интересом посмотрел на невольных соседей.
- Я Абраксис Малфой! - представился он.
- Малфой - полукровка? - удивился Кристофер, впервые в присутствии Гарри проявив столько эмоций.
- Моя мама влюбилась в маггла, - поморщился Абраксис. - За это ее выгнали из дома и выжгли с родового древа. Они с папой уехали во Францию, а потом родился я.
- Но ты все еще Малфой?
- Ну, мы все же живем в магическом мире, а тут выгоднее быть опозоренными Малфоями, чем носить безвестную маггловскую фамилию, - пожал плечами Абраксис. Гарри и Кристофер переглянулись. Они не успели даже представиться, а этот парень уже рассказал им всю свою подноготную. Он, видимо, совсем не умел держать язык за зубами.
- Я Гарольд Эванс, - представился Гарри. - Мой товарищ Кристофер Блетчли. Насколько я понял из рассказа Лейв, спальни у первокурсников на троих. Никто не против заселиться вместе со мной?
- Конечно, не против! - довольно отозвался Малфой. Крис лишь кивнул, подтверждая. В конце концов, это он первым подошел к Гарри, рассчитывая на дальнейшее знакомство.
Корабль снова мягко дернулся, оповещая всех о своем прибытии на место назначения. Старосты поднялись из-за столиков.
- А теперь вы, наконец, увидите свою школу! - радостно оповестил всех Иеремия.

Глава 3

Глава 3

Они накинули на себя шубы по совету старост и, подхватив сумки, последовали к выходу. Еще в коридорах Гарри ощутил прохладу. Они шли плотной группой под шуточки вежливо пропускающих их старшекурсников. Лейв покрикивала на тех, кто вставал у проходящих малышей на пути. Стоило детям шагнуть на улицу, как их лица обжег ледяной воздух. Поттер восхищенно ахнул, оглянувшись, и услышал, как некоторые сокурсники сделали то же самое. Они стояли на палубе корабля, который пристал к точно такой же пристани, с которой отчаливал. От деревянного настила к замку шла мощеная камнем дорога. Она извивалась, огибая скалы, и всю ее было не видно, зато сам Дурмстранг открывался с их позиции во всей красе.
Он стоял на холме, возвышаясь над всей округой. В центре располагалась башня, которая, казалось, утыкалась шпилем в самое небо. Сам замок больше напоминал огромный четырехэтажный дом. Окна с берега казались крохотными, а стены, сложенные из серого нетесанного камня, гнетущими и мощными. Дурмстранг вообще выглядел каким-то мрачным и темным. С неба на все это великолепие крупными хлопьями падал снег.
- Ух, - выдохнул Иеремия. - Не часто здесь припорашивает пеплом прямо в начале сентября.
- Пеплом? - переспросила одна из первокурсниц. Она с изумлением смотрела на снег, который оседал на ее подставленную ладонь.
- Белый пепел, так мы здесь иногда называем снег, - задумчиво пояснил Иеремия. - Порой здесь как на пепелище. Особенно, когда на душе погано.
Он подпрыгнул и постучал ногой об ногу. Гарри бросил взгляд на его обувь. Это были легкие ботинки. Сам Поттер запасся более теплой одеждой и обувью. Он не зря несколько раз перечитал Историю Дурмстранга. В книге хоть и не говорилось о месторасположении школы, однако по всяким намекам и оговоркам можно было понять, что она далеко на севере.
- Это озеро, - вдруг сказал Крис. Гарри непонимающе оглянулся на него, а потом понял, о чем говорит новый знакомый. Корабль всплыл у берега огромного озера, а совсем не моря, как предполагал Поттер.
- Мы плыли по подземной реке? - спросил Гарри у стоявшего рядом старосты. Иеремия посмотрел на него с удивлением.
- Не-а, это просто магия, не думай об этом, - отмахнулся он.
- А я-то думал, что мы здесь как раз для того, чтобы изучать магию, - пробормотал себе под нос Гарри.
- Просто это еще слишком сложно для вас, - пояснила Регинлейв снисходительно. - Ну, хватит тут стоять! - громко заговорила она. - Полюбовались? А теперь марш-бросок до школы.
- Мы пойдем пешком?! - удивленно воскликнул Малфой. На нем тоже были легкие ботиночки, совсем не предназначенные для такой погоды. Он уже засунул замерзшие руки в карманы и теперь явно жалел, что у него нет шапки. Гарри хмыкнул и накинул на свою голову капюшон. - Но ведь далеко.
- Школа была основана в начале пятнадцатого века, и с тех пор все поколения студентов добирались до нее пешком. Никто еще не умер, - строго оборвала Кенинг. - Вперед!
Она первая спустилась по сходням и направилась по каменной дороге. Гарри пожал плечами и направился следом. Ему было не привыкать к физическим нагрузкам. Пусть он выглядел хилым, но ему несколько лет подряд приходилось выполнять большую часть работы по дому, помогая тетке, да и бегая от Дадли, он натренировал выносливость. Дорога была жутковатой. На поворотах, когда скалы склонялись совсем низко, казалось, что из-за них вот-вот кто-то выскочит, или сами они обрушатся на студентов. Следом за первокурсниками шли старшие ученики. Они совсем не боялись, видимо, привыкли. Их компании шумели и веселились. Это быстро привело многих первокурсников в нормальное состояние.
- Вижу, вы пригрели у себя этого выскочку? - высокомерно поинтересовался кто-то у Гарри. Поттер, до этого шедший молча, немного стянул капюшон, чтобы видеть собеседника. Оказалось, что его соизволил догнать Мариус Блек. На нем была лохматая и несколько великоватая для него шуба. Уши и нос наследника Блеков покраснели.
- Кого? - переспросил Гарри, делая вид, что не понимает, о чем речь.
- Малфоя, - бесхитростно пояснил Мариус.
- Да, он занятный, - кивнул Поттер.
- Но статус крови...
- Я тоже полукровка. Гарольд Эванс, приятно познакомиться, - спокойно пояснил Гарри. Мариус удивленно распахнул глаза и на секунду отшатнулся. Кажется, он принял Поттера за чистокровного, и теперь был потрясен своей ошибкой. Губы мальчика почти сразу скривились в презрительную усмешку.
- Ясно, что ж, ему самое место с тебе подобными маггловскими выродками.
Он задрал нос и покосился на ребят сзади, которые прислушивались к их разговору. Кто-то одобрительно захихикал. Это напомнило поведение одноклассников в маггловской школе: даже если они на самом деле не думали о Гарри плохо, дети слишком боялись Дадли, чтобы возражать. Поттер из-за капюшона не мог разглядеть, кто оказался настолько труслив, а поворачиваться счел ниже своего достоинства. Зато краем глаза он видел возмущение Абраксиса.
- Блек, старосты, кажется, ясно сказали, что в этой школе не приветствуется подобная вражда, - все еще спокойно сказал Гарри. Противный мальчишка очень уж напоминал Дадли и его глупые провокации. Такому он научился противостоять еще в раннем детстве. Впрочем, защищал он всю жизнь только себя, сейчас же защита требовалась еще и Малфою. Заступиться за кого-то оказалось неожиданно приятно.
- А ты и рад, - не сдавался Мариус.
- Мне тебя просто жалко, - чуть повысил голос Гарри, так чтобы услышали все. - Нам велено пробивать место под солнцем с помощью талантов, хитрости и знаний, вместо всего этого ты давишь на происхождение. Очевидно, больше похвастаться тебе нечем.
- Ложь! - воскликнул Блек. Он схватил Гарри за плечо и развернул к себе, даже замахнулся, словно собирался отвесить пощечину. Однако Поттер с легкостью перехватил его руку. Уж что-что, а реакция у него была всегда великолепная. Да и Блеку было ох как далеко до тяжеловеса Дадли. Мариус вскрикнул от неожиданности.
- А ну прекратили! - вмешалась в ссору Кенинг. - Драки запрещены. Нарушение правил, кстати, карается отработками и физическими наказаниями, - внушительно добавила она. Девушка строго осмотрела остальных первокурсников, притихших при ее появлении. Видимо, последнее замечание старосты произвело на Блека впечатление, потому что он быстро отдернул руку и пошел вперед, будто ничего не произошло. За ним потянулись остальные, косясь на Эванса. Гарри переждал немного, а потом влился толпу студентов. Он даже не обратил внимания на то, что Блетчли и Малфой остались рядом с ним.
Поттер совсем мало знал о Блеках. В книге Батильды Бэгшот были перечислены наиболее знатные чистокровные рода Европы, которые принимали особенно ярое участие в политических действиях. Там упоминались Блеки и Малфои, так что Гарри примерно представлял себе, с кем столкнулся, но не более того. Он не хотел, чтобы его жизнь в новой школе оказалась похожа на ту, что была у него прежде. Поттер не собирался и здесь быть одиночкой, прятаться по углам, боясь избиений, плохо учиться из опасений не угодить кому-то. Нет уж! На этот раз Гарри не собрался проигрывать какому-то высокомерному чистокровному мальчишке, который только что вылетел из-под маменькиного крылышка.
- Круто ты его на место поставил, - отвлек его от этих мыслей Малфой, нерешительно дернув приятеля за рукав. Гарри успел забыть о его присутствии, так что вздрогнул от неожиданности.
- Просто защищался, - пояснил он. - Первым бы нападать не стал.
- Но теперь берегись, - буркнул Блетчли.
- Знаю, - подтвердил Гарри. - У нас на курсе есть еще полукровки? Думаю, в данной ситуации они наши естественные союзники.
- Я узнаю, - тут же вызвался Малфой. - Это не трудно, хотя болтать о таком после вашей размолвки никто не будет, дураков нет. Но скрыть происхождение не просто.
- Справишься? - с сомнением поинтересовался Гарри. Абраксис так сильно от него отличался, что просто не вызывал особого доверия. Малфой в ответ только подмигнул.
- Ха, я могу кого угодно заболтать до смерти. Однажды мне даже удалось уговорить дядюшку Люциуса дать подержать его трость!
Поттер понятия не имел, кто такой Люциус, но Крис уважительно хмыкнул, и Гарри решил, что следует пока что доверить Малфою кое-что. Тем более, что сам он вряд ли смог узнать необходимое.
- Тогда вперед, - улыбнулся Гарри. Он мог понять, почему Абраксис захотел помочь, но зачем при этом ждал разрешения? Под его подозрительным взглядом Малфой быстро затерялся в толпе.
Путь до школы занял около получаса. С каждым шагом замок все приближался. Он давил своей мощью на детские умы, возвышаясь над ними. Гарри никогда не видел таких огромных зданий. Ему было не по себе. И, наверное, не ему одному, потому что все студенты прекратили болтовню. Они затихли и лишь бросали полные опаски взгляды на, казалось, замерший в предвкушении замок.
- Когда войдете, оставьте сумки и одежду на скамьях у дверей, - громко сообщила Лейв, нарушая безмолвие. - Позже домовики отнесут их в ваши спальни.
Студенты следом за ней вошли в открытые для них ворота в темноту замка. Внутри было все так же мрачно и жутко. Окон в холле не оказалось, так что все освещалось тусклым светом факелов. Колеблющееся на ветру пламя выхватывало из темноты то один, то другой кусок помещения. Это место просто не было предназначено для маленьких детей. Из книг Гарри знал, что изначально замок был крепостью, а школой стал гораздо позже. Перестраивать ничего не захотели, так и оставив постройку пугающей.
Крис снял шубу и толкнул Гарри в бок, отвлекая от осмотра помещения. Поттеру не особо хотелось раздеваться: по помещению гуляли сквозняки. Однако ему пришлось последовать всеобщему примеру. Лейв уже разделась и направилась далее, то и дело оглядываясь и проверяя, идут ли за ней малыши. Ребята покорно шли. Остаться в этом мрачном месте без старосты никому не хотелось. Девчонки чуть ли не жались к Лейв и едва сдерживались от того, чтобы схватить ее за мантию. Короткий коридорчик, в стенах которого были видны маленькие окошечки для обстрела нежелательных гостей, вывел студентов в обширный зал. Он был все так же слабо освещен, как и уже увиденные ими помещения в Дурмстранге. Хотя под потолком были окна, они давали совсем мало света. Потолка было не видно вообще, лишь смутно мерещились деревянные балки, поддерживающие его. Стены зала оказались завешены толстыми драпировками и гобеленами. Они были подобраны бессистемно, не создавали единого стиля: разные цвета, сюжеты, страны и года. Их развесили по стенам, чтобы прикрыть щели и немного утеплить зал. Неожиданно эти разномастные драпировки немного успокоили Гарри. Они придавали странный уют. Все свободное пространство оказалось заставлено столами. Здесь были и круглые, и прямоугольные, большие и маленькие - всего на пару человек. Их окружали мягкие кресла и старые ломкие стулья.
- Идемте, я покажу наши места, - позвала Лейв. Она подвела первокурсников к длинному мощному некрасивому столу темного дерева. Он явно был уже стар, но все еще крепок. Стулья оказались ему под стать. Столешницу испещряли вырезанные надписи на разных языках, которые почему-то не переводились. Гарри уселся на место подальше от Блека. Рядом тут же сел Крис, а минуту спустя присоединился Малфой.
Вскоре после первокурсников подошли остальные студенты. Их совсем не смущала мрачность обстановки, видимо, уже давно все стало привычным. Юноши и девушки спешно рассаживались за разные столики.
- Первокурсникам всегда дают отдельный стол, - сказал Иеремия, плюхнувшись на стул недалеко от Гарри и его новых приятелей. - Однако уже ко второму курсу мало кто за ним сидит. Все вливаются в какую-нибудь компанию и пересаживаются за их столик.
- Вообще-то нет постоянного места, где вы обязаны сидеть, - пояснила Лейв. - Если хотите, то можете за завтраком сидеть с командой по квиддичу, в обед с кружком некромантов, а ужинать вместе со своей обычной компанией. Главное, нельзя подсаживаться к кому-либо без приглашения.
- Школьный совет, - тихо предупредил Иеремия. Гарри обернулся в ту же сторону, что и староста. Впрочем, многие поступали так же. Поттер уловил волну шепотков, следующих за пятью юношами и двумя девушками, которые, высокомерно не обращая ни на кого внимания, прошли к дальнему столу и уселись в мягкие кресла так, чтобы можно было видеть весь зал и всех находящихся в нем.
- Они назначили старостой девушек в этом году Калинину? - недовольно фыркнула какая-то старшекурсница недалеко от Поттера. На нее ту же зашикали, и она замолчала.
- Ничего удивительно, - тихо заметил Иеремия Лейв. - Раз Поляков, наконец, стал главным старостой, он тут же перетащил в школьный совет стольких своих, сколько смог.
- Не будь идиотом и держи язык за зубами, - поморщилась в ответ его напарница. - Забыл уже, благодаря кому сам занял место получше, бестолочь?
- В общем, я все узнал, - зашептал Поттеру Малфой, отвлекая его от разговоров старост. Видимо, сдержать информацию для него было нестерпимым испытанием. - Кроме нас с тобой, среди первокурсников еще четверо полукровок, остальные чистокровные.
- Так мало? - удился Крис. Он прислонился плечом к Гарри, чтобы слышать шепот устроившегося с другой стороны Абраксиса.
- Элитная школа, что ты хочешь? - пожал плечами Малфой. - Впечатление от вашей с Блеком стычки у них осталось. Сами они ни во что не станут ввязываться, но если Блек начнет к ним лезть с претензиями, они сразу же прибегут к тебе под теплое крылышко.
- Кто сказал, что крылышко будет их ждать? - презрительно фыркнул Блетчли.
- А куда мы денемся? Нам лишние союзники только на руку, - пожал плечами Гарри.
- Так на каких условиях ты предложил им влиться в нашу компанию? - поторопил блондина Блетчли.
- Ни на каких, - покачал головой Малфой. - Я вообще никаких предложений не делал, только мягко расспросил и сделал выводы. Эванс же не велел ничего предлагать.
Гарри недоуменно вскинул брови на это заявление. С каких пор он отдает приказы?
- Очень по слизерински, - усмехнулся Крис, и Абраксис польщено покраснел.
- Да, еще про союзников, - вспомнил Малфой. - Рыжий, который сидит рядом с Лейв, это Левски. Он из знатного болгарского рода, у самого самомнение выше Дурмстранга. Такой под блековскую дудочку петь не будет, хотя нам тоже не симпатизирует. У него уже своя компания, как можете видеть.
Гарри окинул оценивающим взглядом объект и тут же заметил, что на него с любопытством смотрит Лейв. Он увидел искорки азарта и нетерпения в ее глазах. И если внимательно присмотреться, то что-то похожее можно было увидеть во взглядах каждого в школе. Они косились, а кто и смотрел в открытую, на шепчущихся первокурсников. Даже внимание школьного совета, казалось, полностью сконцентрировано на них. Все ученики Дурмстранга ждали. И Гарри вдруг почувствовал себя скаковой лошадью, на которую делают ставки игроки.
В школе уже было достигнуто определенное равновесие, каждый точно знал расстановку сил на конец прошлого года. Теперь они смотрели на новичков и пытались понять, кто из них сможет поколебать твердые позиции, внести изменения в привычный уклад.
Гарри бросил взгляд на учительский стол, за который как раз рассаживались учителя, и встретил внимательный взгляд директора. Каркаров почти незаметно покачал головой, и Поттер мгновенно понял, что мальчику хотел сказать покровитель. Ему ни в коем случае нельзя привлекать к себе лишнее внимание. Один неосторожный шаг, чуть больше любопытства, настойчивости и проницательности со стороны других студентов, и его раскроют.
Нельзя было влезать в эту маленькую войну за власть, но Гарри не собирался снова стать мальчиком для битья, каким сделал его Дадли для своей компании. Да и Криса с Малфоем, так неосторожно вставших на его сторону, подводить не хотелось. Поттер секунду колебался, а потом решил, что будет защищаться! Он не собирался никому позволить обидеть себя или своих первых друзей! Но и сам нападать не станет.
Меж тем учителя устроились на своих местах, а в зале установилась тишина, когда директор поднялся, чтобы сказать вступительное слово.
- Рад приветствовать вас в школе в новом учебном году, - сказал Каркаров. - Уверен, что все вы хорошо отдохнули и подготовились к принятию новых знаний. Особенно семикурсники, которым в этом году предстоит сдавать последние и самые важные экзамены. Я надеюсь, что вы не подведете нашу школу.
Он сделал маленькую паузу, а потом продолжил:
- А теперь поприветствуем нашего нового Главного старосту, которого в прошлом году выбрал школьный совет, Александра Полякова.
Один из парней за столом школьного совета поднялся и склонил голову, приветствуя остальных студентов. Раздались бурные аплодисменты, которые первокурсники поспешили подхватить. Судя по улыбкам, Полякова в школе любили, уважали и считали, что должность ему досталась справедливо. Остальных членов совета Каркаров представлять не стал.
- Школьный совет уже предоставил мне на рассмотрение обширную программу мероприятий на этот школьный год, - с легкой улыбкой сообщил Игорь. - Думаю, вам всем очень понравится. А теперь мы можем перекусить и отправиться в свои комнаты. Наверняка, общаться друг с другом вам интереснее, чем слушать меня.
Ему одобрительно захлопали. Кто-то засмеялся.
- Он каждый год говорит одну и ту же речь, - со смешком сказал первокурсникам Иеремия.
А мгновение спустя на столах появились скатерти, а следом за ними и еда. Гарри ахнул от неожиданности, но быстро взял себя в руки и осмотрел предложенные блюда. В фарфоровой посуде было разложено все: супы, стейки, картофель, рыба, рис и даже мороженое и торты. Некоторые блюда были Гарри вообще не знакомы. В высоких графинах внимания учеников ждали горячие напитки.
- Ха! - азартно воскликнул Малфой и быстро положил себе на тарелку всего понемногу. Крис последовал его примеру, во взгляде Блетчли впервые засветился неподдельный интерес, видимо, парень действительно любил поесть. Гарри же отнесся к еде равнодушно. Дома ему никогда не удавалось поесть столько, сколько хотелось, так что привычки хватать все выставленное на стол и с упоением есть у него не было. Еда для юного Поттера стала необходимостью, а не удовольствием.
Пока ели, Малфой умудрился завязать разговор с девочкой, которая сидела рядом с ним. Оказалось, что она как раз одна из тех четырех полукровок. Первокурсница была испанкой и с удовольствием рассказывала всем желающим о своей родине. Во время ужина Блек что-то выспрашивал у старост, не давая им поесть. На лице Лейв очень быстро появилось утомленное выражение и желание избавиться от слишком активного ребенка, так что она только обрадовалась, когда главный староста подал ей знак, что пора уводить малышню.
По все таким же темным узким коридорам и лестницам с высокими ступеньками старосты провели их на второй этаж в гостиную первокурсников, где им предстояло проводить свой досуг в ближайшие месяцы. Комната оказалась достаточно большой, чтобы вместить тридцать детей. Здесь было много маленьких столиков, уютных диванчиков и кресел. Окон не было, но освещение оказалось куда лучше, чем в зале. А еще здесь было очень холодно. В камине не горело пламя, и не лежало дров.
- Мы не топим камины для обогрева, - пояснила Лейв. - Вам придется научиться согревающим заклятиям.
От гостиной узкий коридор вел в спальни. Всего спален оказалось двенадцать, но они заняли одиннадцать, расселившись под бдительным присмотром старост по три человека в комнату. Гарри, как и собирался, устроился вместе с Малфоем и Блетчли. В комнате стояли три кровати, три стола со стульями для занятий и столько же небольших шкафов для одежды. Одну стену занимало окно. Оно не было слишком большим, но давало достаточно света. Впрочем, насколько Гарри понимал, зимой на улице здесь постоянно будет темно, так что толка от окна не будет. Здесь тоже было ужасно холодно и, видимо, с этой проблемой придется как-то справляться самостоятельно.
- Я возьму кровать у окна! - быстро сказал Абраксис, прыгая на указанную, видимо, собираясь отстаивать свои права на нее до последнего. Впрочем, никто и не собирался с ним спорить: Малфой выбрал самое холодное место в комнате. Крис и Гарри переглянулись и заняли две другие постели. Убедившись, что его не будут сгонять, Малфой откинулся на кровати и расслабился.
- Ну, и как вам первое впечатление? Мрачное местечко, - сказал он.
- Брат рассказывал мне о Хогвартсе. Эти школы совершенно разные, - пробормотал Крис.
- В точку! Мама тоже училась в Хогвартсе и рассказывала мне кое-что, - кивнул блондинчик. - А твои, Эванс?
Гарри на секунду задумался. Он ничтожно мало знал о Поттерах, точно можно было утверждать только одно.
- Моя мать тоже училась в Хогвартсе, но она ничего мне не рассказывала, - спокойно ответил Гарри.
- Эй, а вы знаете, что в Хогвартсе первокурсникам нельзя привозить метлы? - усмехнулся Малфой. Он уже сделал для себя вывод, что у Гарольда, как и у него самого, отец - маггл, больших объяснений ему не требовалось. - А в Дурмстранг можно! Папа купил мне Нимбус-2000! Я обожаю квиддич, обязательно запишусь в какую-нибудь команду. Они обязаны меня взять! Эванс, ты любишь летать?
- Нет, я не увлекаюсь квиддичем, - к счастью, Гарри уже знал о любимой игре волшебников, иначе мог бы попасть впросак. Поттер нахмурился. Несмотря на прочитанные книги, ему все же не хватало знаний. Гарри нужно было больше информации, чтобы понять все те незначительные замечания, на которые остальные понимающе хмыкали. Например, про Слизерин и его нравы, про таинственного «дядюшку Люциуса», про свою собственную семью. Все эти знания были необходимы, иначе кто-нибудь мог понять, что о магическом мире он узнал не так уж и давно, а это, в свою очередь, грозило ненужным любопытством и раскрытием. Следовало узнать, где здесь библиотека, и начинать читать подшивки газет, генеалогию и, конечно, не забывать об учебе!
- Зануда, - фыркнул Абраксис. - А я дома все время летал, с годика, наверное! Я бы с удовольствием стал знаменитым игроком в квиддич, но это недостойно Малфоя.
- Вы живете в волшебном поместье? - удивился Блетчли. - У тебя есть возможность летать?
- Мы живем за городом, в коттедже, недалеко есть маггловская деревня, но мама наложила на дом всякие защитные чары, так что никто не видит, как мы творим волшебные вещи, - без задней мысли разболтал Абраксис. - В округе есть еще несколько волшебных семей. Иногда мы собираемся и устраиваем совместные вечеринки. Все ребята из нашей округи пошли в Шармбатон, но мама настояла на том, чтобы я шел в Дурмстранг.
- Ты трепло, Малфой, - сказал Крис. Он разобрал принесенную домовиками сумку и теперь раскладывал свои вещи в приглянувшийся шкаф. - Нельзя же первому встречному все о себе рассказывать.
- Разве вы первые встречные? И потом, нам вместе семь лет жить, все равно бы вы об этом узнали, - беспечно пожал плечами тот. Он последовал примеру своего нового друга и занялся разбором вещей.
Гарри был очень рад своей предусмотрительности. Пару недель назад он, воспользовался суетой в доме Дурслей, стащил у тети немного денег и приобрел себе пусть и дешевое, но прилично выглядевшее нижнее белье, пижаму, тапки и прочие мелочи. Он уже тогда знал из книги, что спальни в школе рассчитаны на несколько студентов, так что не хотел показывать другим ребятам обноски Дадли. Теперь он мог спокойно достать и разложить свои вещи в шкафу. К его счастью ни Малфой, ни Блетчли, не были из действительно богатых семей. Они не бедствовали, но жили скромно, так что их вещи тоже были самыми обычными.
- Ребята, - неожиданно серьезно вдруг обратился к ним Малфой. Гарри и Крис повернулись к нему с вопросом во взглядах. - Видели, как в зале на нас старшекурсники смотрели? Мы слабые, неопытные. Нам здесь никто не поможет. Мы сами за себя. Так что нужно держаться вместе, чтобы нас не утопили.
- Согласен, - буркнул Крис, снова поворачиваясь к шкафу и перекладывая что-то на полке.
Гарри с удивлением смотрел на Абраксиса. Оказывается, блондин был не так глуп, как казалось. Он заметил интерес окружающих, сделал выводы, смог добыть нужную информацию и наладить связи. Малфой не был Поттеру симпатичен. Гарри сошелся с ним по стечению обстоятельств, однако отвергать его дружбу было бы непредусмотрительно. Им действительно нужно было защищаться, а Поттер по своему опыту знал, насколько это тяжело в одиночку.
- Согласен, - кивнул Гарри и протянул руку для пожатия. Малфой усмехнулся и поспешил сжать ее в своей. Крис положил руку сверху.

Северус нетерпеливо взбежал по лестнице и ворвался в кабинет Дамблдора как раз в тот момент, когда директор закончил разговор с кем-то по каминной сети. Снейп внимательно посмотрел на директора, и тот опустил голову под взглядом подчиненного. Они оба хорошо знали, что Гарри Поттер в этом году должен был поступить в Хогвартс, однако в группе первокурсников его не было, он не садился на Хогвартс-экспресс и, возможно, даже не получал письмо.
Северус чувствовал себя ошарашенным. Еще слишком свежо было ощущение растерянности, которую он испытал во время распределения. Снейп следил взглядом за кучкой испуганных детишек, раздумывая, кто из них мог быть отпрыском Джеймса, он заранее морщился от отвращения, представляя, как избалованный мальчишка будет вести себя.... Но Поттера не оказалось среди них. Северус знал, что не перепутал год поступления. Дата рождения маленького паршивца отпечаталась в его сознании каленым железом. Сперва Снейп подумал, что, конечно, Мальчик-Который-Выжил не может прибыть в школу, как обыкновенный ребенок. Наверняка, он прибудет позже, с помпой, газетной шумихой и в вихре приключений, однако мрачное выражение лица директора поколебало уверенность Северуса.
- Я пытался связаться с Арабеллой, но ничего не выходит, - хмуро сообщил Дамблдор, не глядя на Северуса.
- Какой еще Арабеллой? - нервно переспросил Снейп.
- Миссис Фигг жила рядом с Гарри и присматривала за ним все это время. Я думал, она может прояснить ситуацию с мальчиком, - объяснил Альбус. - Я так же связался со своими знакомыми в министерстве и попросил их навести справки, нужно немного подождать.
Снейп кивнул и уселся в кресло. Директор поспешил поставить на стол чашки, чайничек и угощение.
- Квиринус, вы тоже присаживайтесь, - пригласил он. Северус вздрогнул и оглянулся. Преподаватель Защиты от Темных искусств, до этого незаметно стоявший в углу, медленно подошел и сел рядом. На губах Квиррелла играла непривычная ухмылка. После того, как он вернулся из Албании, у него еще ни разу не было такого выражения лица. Казалось, происшествие с Поттером немало развлекает его. Они успели сделать только несколько глотков в полной тишине, когда в кабинет ворвалась взъерошенная Минерва МакГонагалл.
- Альбус, его нет! - воскликнула она. Декан Гриффиндора поспешно раздвинула стоявшую на столе посуду и уложила перед тремя мужчинами раскрытую книгу душ.
- Посмотрите, это список волшебных детей, которые должны были поступить в Хогвартс в этом году. Семеро прислали отказ, остальные сегодня были распределены. Гарри Поттера нет в этом списке вообще! - волшебница провела пальцем по столбцу фамилий.
- И что это должно значить? - резко поинтересовался Северус.
- Это значит, что мистер Поттер либо мертв, либо больше не живет на британских островах, - тихо ответил ему Квиррелл, забыв о своем заикании. - Любопытно.
- Ни то, ни другое невозможно, - нахмурился Дамблдор. - Мне сообщили бы! Как мы могли не узнать, если бы что-то случилось с ним?
- И очень просто, английское министерство не регистрирует выезд несовершеннолетних из страны, - пояснил Квиррелл. - И вы сами только что сказали, что женщина, которая должна была присматривать за Поттером, не выходит на связь.
Ошарашенное молчание прервал вспыхнувший зеленым пламенем камин. Из него на ковер выскочил высокий лысый темнокожий волшебник. Дамблдор обеспокоено поднялся со своего места.
- Ну как, Кингсли? - спросил он, забыв поздороваться.
- Я проверил дом, который вы указали, - густым басом сообщил Кингсли. - Там проживает молодая семья по фамилии Турлоу. По их словам, предыдущие хозяева продали дом около месяца назад и покинули страну. Миссис Фигг же, по свидетельству соседей, в то же время сломала ногу и попала в больницу. Похоже, сейчас она живет у сына.
- Покинули страну, - пробормотал Дамблдор, падая в кресло.
- Нужно их немедленно найти! - потребовала МакГонагалл.
- Я попрошу коллегу из отдела международного сотрудничества разведать кое-что для нас, - сказал Кингсли. Он кивнул присутствующим и, бросив в камин горсть порошка, снова шагнул в зеленый огонь.
- Как же так, Альбус? - недовольно вздохнула МакГонагалл.
- Ничего страшного, Минерва, - успокаивающе улыбнулся ей директор. - Думаю, уже завтра мы узнаем, где сейчас живет Гарри, и сможем забрать его.
- Что ж, желаю удачи, - фыркнул Северус. - Конечно, отпрыск Поттера ничего не может сделать как полагается. Ему просто необходимо было привлечь наше внимание!
Он поднялся из кресла и покинул кабинет. Его мало волновало то, что мальчик не виноват в том, что его семья решила переехать. Для Северуса Снейпа Гарри Поттер заранее был виноват во всем.

Глава 4

Глава 4

Гарри проснулся от неприятного стука в окно. Стекло мерзко дребезжало, не позволяя разуму скользнуть обратно в сон. На секунду он вспомнил чулан и утренний стук тети Петунии в дверцу. Мальчик мгновенно открыл глаза и сел, уронив одеяло и машинально потянувшись за очками. Он облегченно выдохнул, когда понял, что находится в Дурмстранге. Спальню заливал яркий утренний свет, освещая все потаенные уголки. Без толстого одеяла стало холодно, это мгновенно отрезвило, так что Гарри поспешил опять закутаться.
- Кто-нибудь, впустите сову, - проворчала гора одеял у окна. Малфой закутался полностью, не высунув из теплого кома даже носа. К счастью, в шкафах оказался внушительный запас разных пледов, которым мальчики вчера с удовольствием воспользовались.
- Ты ближе всех, - ответил ему Блетчли. Гарри покачал головой и вынырнул из укрытия. Он засунул ноги в холодные тапки и пробежал небольшое расстояние до окна. К счастью, пол прикрывала пушистая шкура, так что ногам было не очень холодно. Когда Поттер подбежал к окну, он убедился, что за стеклом нахохлившись сидит сова. Мальчик уже знал, что в волшебном мире они используются для доставки почты, так что совсем не удивился. Лишь немного пожалел, что ему самому написать письмо некому. Он распахнул раму, и птица влетела внутрь. Вместе с ней в комнату хлынул холодный воздух, так что Поттер поспешил захлопнуть окно обратно. Сова сделал круг под потолком и села прямо на кипу одеял, под которой спал Малфой. Тот недовольно заворчал, но все же вылез.
- Это от Драко, - буркнул он, разглядев посланницу.
- Кто такой Драко? - спросил Гарри, поспешно забираясь обратно в постель, под теплое одеяло.
- Мой кузен, - скривился Абраксис. - Законнорожденный и безупречно чистокровный наследник дома Малфоев. Чем-то на нашего Блека похож.
- И почему же он тогда тебе письма пишет? Разве твою маму не выгнали из рода? - поинтересовался Поттер.
- Вообще-то он неплохой парень, - пожал плечами Абраксис, совсем не удивляясь собственной нелогичности. Малфой поежился, ощутив холод, царивший в комнате, и поспешил отвязать от лапки совы письмо. Он быстро распечатал конверт и погрузился в чтение.
- Его, разумеется, определили в Слизерин, - бурчал он. - Золотые кубки... Сумасшедший Дамблдор... Кровавый Барон... Все, как мама и рассказывала.
- Надо отправить письма домой, - вспомнил Крис. Он поднялся с постели, быстрее остальных совладав с собой, и побежал к маленькой двери, за которой находился туалет и душевая.
- Да, надо сказать, чтобы прислали одеял, теплую обувь и побольше свитеров, - невесело протянул Абраксис. - Не хочу вставать.
В душевой полилась вода. Видимо, Блетчли отважился принять ванну.
- Нужно что-то делать с этим холодом, - решительно заявил Гарри. Он тоже быстро вылез из постели, но решил первым делом одеться и обойтись простым умыванием без душа. - Дальше будет только холоднее с каждым днем.
- Повесим на стены гобелены, как в обеденном зале? - предложил Малфой, снова залезая под кучу одеял. - Хоть дуть не будет.
- Идея неплохая, все же голые стены угнетают, - кивнул Гарри. - А вот для утепления бесполезная. Нам нужно утепляющее заклинание.
- Мы до него еще не доросли, - простонал Абраксис.
Шум воды за стеной стих, из ванной выскочил Блетчли и принялся лихорадочно натягивать на себя одежду. Гарри отправился в туалет.
- Малфой, поднимайся, иначе опоздаешь на завтрак и учебу, - напоследок велел Поттер. Он быстро умылся и почистил зубы. Вода была ледяная. Видимо, ее тоже предполагалось греть самостоятельно. Как Крис умудрился еще и душ принять в ней, оставалось загадкой. Когда Гарри вышел, Абраксис тут же влетел в туалет вместо него.
- Заходила староста, - пояснил Блетчли. - Через пять минут всех ждут в гостиной. Раздадут расписания занятий. Возьмем сумки, а Лейв проводит нас до столовой. Но это последний раз, нам придется самим запомнить дорогу.
- Ясно, - кивнул Гарри. - Значит, вставать нужно пораньше.
В гостиной все собрались вовремя. Никто не выглядел особо довольным ни ранним подъемом, ни холодными комнатами. У Гарри создалось впечатление, что сова неизвестного Драко оказала им огромную услугу, разбудив заранее. Остальных Лейв, видимо, вытащила из постелей. Сама староста выглядела весьма довольной жизнью. Она явно выспалась и неплохо развлеклась, пытаясь разбудить их. Едва все собрались, девушка достала стопку листов.
- Ваши расписания на неделю. Готовьтесь, Дурмстранг это вам не лагерь отдыха. Вы здесь, чтобы учиться и стать лучшими.
Гарри получил листок и удивленно ахнул. Каждый день у них стояло по семь - восемь уроков. Они начинались в восемь утра, длились до двенадцати, когда им давался час для обеда, и продолжались после него. Он быстро заглянул в расписания ребят, стоявших по соседству, и убедился, что порядок уроков у них разный, а вот их количество у всех одно.
- Ваш курс разделен на два класса. Профессорам так удобнее, - пояснила Регинлейв, заметив, что ребята озадачены различиями в расписании. - Идите, возьмите сумки и учебники.
Они поспешили последовать ее совету. Через несколько минут вся группа спускалась на ранний завтрак. В зале уже было полно студентов. Вчерашняя радостная атмосфера немного рассеялась. Теперь они были сосредоточены и готовы к занятиям. Это заставило первокурсников еще больше подобраться и насторожиться. Кусок не лез в горло, так что еда осталась почти не тронутой.
- Мы хотя бы в одной группе, - сообщил Блетчли, сравнив их расписания. - Первым уроком у нас чары.
Гарри кивнул и прислушался к разговору на другом конце стола.
- Прости, - пожал плечами Иеремия, который только что присоединился к первокурсникам. - Школьный совет запрещает старостам помогать мелким с отоплением и горячей водой.
Блек гневно хлопнул ладонью по столу.
- Да мы все перемерзнем насмерть! - воскликнул он.
- Запрет школьного совета от 1789 года, - усмехнулась Лейв. - Много поколений студентов, включая нас, мучились, пока мелкими были. Решайте свои проблемы сами.
- А вы как с этим справлялись? - поинтересовалась одна из девчонок.
- Секрет, - подмигнул Иеремия, захихикав.
Гарри перевел взгляд на Левски, который тихо сообщил своим соседям по спальне.
- Иеремия сказал, что старостам запрещено помогать нам, про остальных старшекурсников ничего не сказано, - усмехнулся рыжий. Его приятели удивленно переглянулись и тоже захихикали. - У меня двоюродный брат на шестом курсе, он нас выручит.
Поттер задумчиво помял переносицу. Их троице помощи было просить негде, но, похоже, его приятелей это не очень волновало. Малфой опять болтал с соседями по столу, а к Крису прилетела сова от родителей, так что он был занят написанием ответа. У Гарри появилась минутка подумать о нужном заклинании. Он достаточно хорошо изучил учебники на каникулах, чтобы с уверенностью утверждать - нужного заклинания в них не было. Значит, нужно было либо попросить кого-то рассказать о нем, либо найти нужные книги.
- Лейв, - окликнул он старосту. - А где в Дурмстранге библиотека?
Его вопрос здорово ошарашил всех, услышавших его.
- Эванс, ты зануда. Первый учебный день еще не начался, а ты уже спрашиваешь, где библиотека? - притворно закатил глаза Абраксис. Поттер фыркнул, не обращая внимания на мимику друга.
- Выйдешь из столовой и поверни направо, там будет три коридора, выбери средний и иди, пока не упрешься в двери библиотеки, - ответила староста, хотя просьба первокурсника ее явно удивила. Обычно нужда заставляла учеников искать библиотеку дня через два-три после начала занятий, когда их настигала необходимость делать домашнее задание.
- Время! - напомнил Иеремия. - Нам пора на занятия.
Все учебные помещения находились на третьем этаже. Старосты разделили своих подопечных на две группы. Одну отвели на чары, другую на трансфигурацию, а потом поспешили на собственные уроки.
- Интересно, а кто делил нас на группы? - нахмурился Малфой, осматривая соучеников. В их группе было пятнадцать человек, среди них оказались Блек и Левски вместе со своими соседями по комнатам. - Такое ощущение, что они специально провоцируют нас на конфликт.
- Думаю, так и есть, - вздохнул Крис. Он достал учебник, перо и пергамент, аккуратно сложив все на парту.
- Зачем им это надо? Не понимаю, - зло фыркнул Малфой. Он уселся на выбранное место. Столы в кабинете были рассчитаны на четырех учеников, так что к ним, немного поколебавшись, присоединился бледный длинный взъерошенный парнишка. - Это Федерико Фиренце, - представил его Абраксис.
Федерико кивнул Гарри и Крису. Он постарался не выглядеть особо дружелюбным по отношению к соседям по столу, чтобы Блек не заметил этого. Ему ни в коем случае не хотелось ссориться с Мариусом.
Преподавательница вошла в кабинет со звоном колокола, дававшего сигнал к началу занятий. Это была женщина лет сорока, сильно напомнившая Гарри тетку своим лошадиным лицом. Ее светлые волосы оказались коротко пострижены. Взгляд у этой особы был умный и ясный, но очень жестокий.
- Итак, класс, приветствую вас на вашем первом уроке чар. Меня зовут Вильгельмина Бэшворунг. Чары - это основное направление колдовства. Без них вы беспомощны в быту. И, к вашему счастью, на своем начальном этапе они достаточно просты, чтобы обучиться им мог любой волшебник. Однако, чем дальше вы будете изучать их, тем сложнее они вам покажутся, - она насладилась тишиной в классе. - Я рассчитываю, что все вы к концу нашего сегодняшнего занятия научитесь как минимум трем заклинаниям. Начнем с простейшего - заклятие Левитации. Кто может рассказать теорию?
Гарри единственный осмелился поднять руку. А может, он просто был единственным, кто догадался выучить учебник наизусть.

Чары продолжались у них до обеда и вымотали ребят. Никому в классе не удалось выполнить правильно три заклинания. У большинства, в том числе и у Гарри, вышло только два. Он не мог понять, в чем его ошибка при выполнении третьего и собирался хорошенько поработать над этим вечером. Директор ожидает от него лучших результатов.
- Я хочу домой, - простонал Абраксис, падая на уже ставшее привычным место за столом.
Крис промолчал, но по его взгляду было понятно, что мысли его созвучны с мыслями товарища. Гарри усмехнулся. Он чувствовал себя вымотанным и умственно, и физически, однако ни в коем случае не хотел домой. Пока что здесь было намного лучше, чем у Дурслей.
- Поешь, станет легче, - дружелюбно предложила все та же испанка, которая постоянно садилась рядом с Малфоем. Ее звали Лусия, и она оказалась в другой группе.
- Чем занимались вы? - поинтересовался Гарри у девочки.
- У нас была трансфигурация, - сообщила она. - Профессор Павлов говорил много, но я почти ничего не поняла. Мы должны были изучить одно заклинание. Оно ужасно сложное. Во всем классе только двое справились.
- Всего одно, - простонал Абраксис. - Стерва Бэшворунг заставила нас учить три! Да еще и домашнего задания дала целую кучу.
- Тем, кто выполняет ее задания полностью на уроке, Вилли не дает заданий на внеклассную работу, - подмигнула Малфою Лейв. Она села недалеко от них и бегло осмотрела вымотанных после чар и трансфигурации ребят. - Правда, как правило, это один-два ученика из группы.
- Ни одного, - мрачно возразил Крис.
- Так первый урок же только, - усмехнулась староста. - К следующему будьте готовы, вот и все. Да и Павлов не так прост, как кажется. Человек он хороший и добрый, но свой предмет обожает. Его оскорбляет ваше непонимание, так что если у вас не выходит практика, он заставит вас выучить теорию так, чтобы она от зубов отскакивала.
- И этот ужас будет у нас сейчас? - взвыл Абраксис.
- Сейчас у нас травология, - утешил его Крис. - Трансфигурация только завтра.
- Ох, повезло вам, - вздохнула Лейв. - Профессор травологии такой обаяшка.
Ребята скривились на это замечание.
Они хорошенько подкрепились и оправились на следующий урок. В Дурмстранге трудно что-то было вырастить на улице, поэтому травология проходила в специально построенных за школой теплицах. Иеремия довел подопечных до них и убежал на свои занятия. Ребята вошли внутрь одни. В теплицах стоял неприятный, очень резкий запах, но к этому можно было привыкнуть, особенно потому, что это, похоже, было самое теплое место в школе.
- Приветствую, - кивнул им молодой мужчина лет тридцати. У него были большие беззащитные серые глаза и милые ямочки на щеках. - Меня зовут Олави Макиярви, я профессор травологии. Буду рад сотрудничать с вами.
С приятной улыбкой он начал рассказывать, чем им предстоит заниматься. Все звучало настолько интересно, что первокурсники слушали, открыв рот. После нудных изнурительных уроков чар класс у профессора Макиярви казался приятной отдушиной.
- Кто составляет расписание занятий? - поинтересовался Гарри шепотом у Криса.
- Директор, - буркнул тот, снова переключив все внимание на учителя.
Гарри подумал, что со стороны профессора Каркарова очень разумно чередовать утренние утомительные занятия с легкими послеобеденными.
После уроков ребятам предлагалось перекусить в столовой, а потом заниматься тем, чем хочется. Гарри охотно поел вместе с друзьями. Травология почему-то резко пробудила аппетит. А потом предпринял попытку затащить их в библиотеку. Нужно было срочно выяснить насчет чар отопления, да и выполнить домашнюю работу заодно, чтобы не оплошать на следующем уроке. Мысль, что профессор Бэшворунг может и не давать огромного домашнего задания, грела душу. К сожалению, попытка провалилась. Друзья отправились писать письма родителям. Да и вообще не испытывали желания еще больше заниматься. Гарри пожал плечами. Ему это было только на руку, ведь он собирался почитать книги, которые могли вызвать у товарищей недоумение.
Он пошел тем коридором, который ему утром посоветовала Лейв и вышел прямо к массивным железным дверям. Вряд ли в былые времена за ними пряталась библиотека. Гарри немного поколебался, прежде чем зайти внутрь, уж слишком опасно выглядело это место, однако выбора не было. За дверями оказался обширный зал, сплошь заставленный стеллажами. На них громоздилось множество книг самых разных размеров и видов. В уголке стояли несколько столов и кресел, должно быть, предназначенные для тех, кто желал позаниматься в тишине библиотеки. Сразу у дверей располагалась длинная стойка библиотекаря. Им оказалась молоденькая девчушка лет восемнадцати. Она спокойно читала книгу и очень удивилась, когда Гарри вошел.
- Обычно никто не приходит в первый же день, - усмехнулась она. - Похоже, ты дашь фору всем заучкам этой школы. Я Наталья.
- Гарольд, - представился в ответ Поттер, едва не запнувшись. Он вовремя вспомнил, что не следует называть свое настоящее имя.
- Наверное, ты удивлен, что здесь сидит не старая страшная тетка? Она уехала нянчиться с внуками летом и решила не возвращаться, так что я пока что ее подменяю. О! Это такая занятная история, я ее тебе как-нибудь обязательно расскажу!
- Мне нужны книги с описанием утепляющих чар, - робко прервал ее Поттер.
- Ясно, - закивала головой Наталья. - Но все эти заклинания ужасно сложные. Первокурснику их не осилить, тебе нужно попросить кого-нибудь нагреть вашу комнату. Все так делают, в конце концов. Вся эта канитель направлена на то, чтобы первокурсники искали себе покровителей среди старшекурсников, вливались в компании и все такое. Помню, я мерзла четыре месяца, прежде чем нам с соседками удалось найти старшекурсницу, которая помогла.
Поттер кивнул. Он сам не так понимал причины, по которым их оставили в холодных комнатах, но девушке, конечно, лучше знать. Однако он хорошо понимал, что такое холод. У Дурслей никогда не находилось для него достаточно теплого одеяла, а в чулане зимой было отнюдь не жарко, так что Гарри собирался найти способ согреться и как можно скорее. Ему проще было поискать заклинание, чем подружиться с кем-то. К тому же опыт показывал, что никто не станет просто так помогать ему. Конечно, Малфой мог попробовать уговорить кого-нибудь, однако в ответ, наверняка, вынужден будет взять на себя какие-то обязательства.
- Попытка не пытка, - пожал плечами Гарри.
- Хорошо-хорошо, - улыбнулась девушка и скрылась среди полок. Не прошло и пары минут, как она вернулась со стопкой книг. - Вот, эти должны подойти, а если нет, я тебе еще парочку подкину! В любом случае, если понадобиться помощь - обращайся. Я сама только недавно закончила Дурмстранг и все отлично понимаю.
- А зачем решила остаться? - улыбнулся Поттер. Новая знакомая начинала ему нравиться.
- Аспирантура, - пояснила Наталья. - Просто высшее образование меня не устраивает. Может, удастся найти работу получше.
- Удачи, - пожелал Гарри. И поспешил уйти к столикам, где можно было разложить книги и заняться чтением. Время летело незаметно. Он законспектировал понравившиеся заклинания, потом занялся домашним заданием. Библиотека все это время пустовала. Лишь несколько часов спустя к нему подошла библиотекарь и мягко тронула за плечо.
- Ужинать пойдешь?
Гарри встрепенулся и благодарно кивнул, если бы она не указала на время, то он запросто пропустил бы ужин. А спать голодным ему было хоть и привычно, но неприятно. Поттер отдал девушке книги и поспешил собрать конспекты. Они вместе дошли до столовой и попрощались у дверей.
- Эванс, представляешь, у них есть каток! - радостно поприветствовал приятеля Малфой. - Правда, пока слишком тепло, он еще не замерз. Но мне сказали, что через месяц им можно будет пользоваться.
- Любишь кататься на коньках? - устало поинтересовался Гарри.
- Да, это здорово! - подтвердил Абраксис. - Меня отец научил. А ты умеешь?
- Нет, - вздохнул Гарри. Похоже, у блондинчика была на редкость оживленная жизнь. Должно быть, друзьям Гарри представлялся редкостным неумехой.
- Кстати, откуда ты узнал про каток?
- Лейв вывесила в гостиной список клубов, в которые первокурсники могут вступить, - сказал Крис. - И список факультативных занятий. Ты на какие планируешь записаться?
- Мама мне сразу сказала, чтобы я брал нумерологию, руны и литературу, - влез Абраксис, хотя Крис явно спрашивал не его. - Остальное она и сама сможет мне преподавать на каникулах. И я собираюсь быстрее записаться в клуб фигурного катания и в одну из квиддичных команд! У них как раз не хватает игроков, вот удача!
- Учебы итак много, ты не перенапряжешься с такой занятостью? - с сомнением поинтересовалась у него Лусия, опять севшая рядом с ними. - Я так возьму только литературу и рисование. Отец считает, что девочке больше не нужно.
- Эванс, а ты? - повторил Крис.
- Я еще не видел список, - вяло откликнулся Гарри, положив себе на тарелку немного пюре и салат.
- Где же ты ходил целый вечер? - изумленно поинтересовался Малфой.
- В библиотеке, делал домашнее задание, а еще почитал немного дополнительной литературы.
- Теперь ясно, почему ты не играешь в квиддич и не катаешься на коньках, зато такого маленького роста и бледный. Слишком много книжек! - усмехнулся Малфой.
- Зато он единственный, кто смог внятно отвечать сегодня профессорам на занятиях, - пробормотал Крис.
Гарри и хотел бы возразить, однако счел за лучшее не делать этого. Пускай считают его заучкой, но не знают правду о голоданиях, чулане и прочем.
После ужина компания отправилась в гостиную. Малфою не терпелось показать Гарри список факультативов и клубов, которые рады были принять в свои ряды первокурсников. Крис рассказывал, какие предметы отец выбрал ему для изучения. Старший Блетчли хорошо знал Каркарова, так что был в курсе списка факультативов заранее.
- Слушай, Эванс, а тебе родители разве не сказали, какие предметы выбрать? Или они не знали, ты же сказал, что мама в Хогвартсе училась, - между прочим спросил Абраксис.
Гарри отвел взгляд, прежде чем ответить:
- Они позволили мне выбрать самостоятельно.
Пока что лгать было легко. Ребята еще не успели стать для него настоящими друзьями. Но Гарри понимал, что если они будут близко общаться и дальше, он все больше и больше будет тонуть во лжи. Сказать им правду было слишком рискованно. Их родители родились и выросли в Англии, так что вполне возможно даже знали Лили и Джеймса Поттеров. По крайней мере, историю Мальчика-Который-Выжил миссис Малфой и мистер Блетчли не могли не знать. А значит, рассказывать что-то их детям было опасно. Тем более директор предупредил Гарри, что рассказывать не следует никому вообще. В конце концов, Дурмстранг был школой темной магии, и студенты здесь учились соответствующие.
- А ты им письмо написал о том, как добрался? - проницательно поинтересовался Крис.
- В этом нет необходимости, - пожал плечами Гарри. Он усмехнулся, представив, как отреагирует тетя, получив письмо с совой.
В их гостиной было неожиданно светло и оживленно. Кто-то обнаружил под потолком несколько рядов светильников и зажег их. Группа девчонок обсуждала профессора травологии, кучка мальчишек во главе с Блеком рассматривала вытащенный кем-то Нимбус-2000, лениво развалившись в кресле о чем-то вещал окружающим Левски. На появление троицы никто не обратил особого внимания. Малфой подтащил друга к доске объявлений и указал на список факультативов. Чего тут только не было! Гимнастика, фехтование, этикет, рисование, литература, география показывали, что школа уделяет внимание и немагическим предметам. Однако волшебные науки были представлены весьма обширно: нумерология, руны, уход за магическими существами, артефакторика и еще многое другое. Клубы тоже оказались весьма разнообразны: музыкальный, цветочный, клуб игры в плюй-камни и любителей поэзии. Тут каждый мог найти что-то на свой вкус.
К сожалению, Гарри находился в магическом мире не так давно, чтобы с легкостью сориентироваться в выборе. Да и совета у взрослых он попросить не мог. Поттер фыркнул, представив, как просит помощи у тетки:
«Дорогая тетя, как вы думаете, что мне стоит выбрать: артефакторику или нумерологию?»
Она наверняка запустила бы в сову сковородкой.
- А когда нужно дать ответ?
- Факультативы нужно выбрать в течение сентября, зато бросить в любой момент - поделился знаниями Малфой. - А в следующем году можно будет выбрать себе другой факультатив.
- Ясно, тогда я немного подумаю.
На самом деле, сейчас у него было о чем подумать и без дополнительных занятий. Несмотря на то, что все смирились с холодом и беспечно веселились в шубах, Гарри не мог забыть ледяную воду сегодняшнего умывания. Ему хотелось помыться и желательно в теплой воде. Поэтому Поттер без промедлений отправился в свою комнату, учить приглянувшееся заклинание утепления.

Белокурая ведьма слегка за сорок улыбнулась Альбусу и спокойно ответила:
- Мы не разглашаем таких сведений, мистер Дамблдор. Мистер Поттер действительно некоторое время назад въехал на территорию нашей страны, однако первого сентября он покинул ее. Я не вправе вам сказать адрес, по которому он был зарегистрирован, и куда он выехал.
- Послушайте, фрау Хильд... - мягким тоном начал директор.
- Фройлян, - с кокетливой улыбкой поправила блондинка и кокетливо подмигнула стоявшему у стены профессору Квирреллу. Тот смущенно кашлянул и явно пожалел, что напросился Альбусу в компаньоны.
- Фройлян Хильд, - послушно исправился директор. - Поймите, что мистер Поттер оказался в сложной ситуации, в чужой для него стране, куда его, возможно, привезли насильно...
- Вы намекаете, что наша страна не достойна присутствия мистера Поттера, и въехать по своему желанию он никак не мог? - нахмурила лоб ведьма.
- Нет, дорогая. Конечно, нет, - покачал головой директор. - Просто первого сентября мальчик должен был поступить в Хогвартс и не смог добраться до школы из-за расстояния. Наш долг помочь ему.
- Раньше нужно было думать об этом, профессор Дамблдор, - покачала головой блондинка. - В любом случае, сейчас мистера Поттера нет на территории Германии. Я ничем не могу помочь.
- Нам бы хотелось навестить его родственников и уточнить у них информацию о мальчике, - продолжил допытываться директор. Честно говоря, он уже начинал раздражаться, да и кто бы на его месте остался спокойным? Фройлян мучила его уже второй час!
- Но вместе с ним не было зарегистрировано родственников, господин директор, - распахнула кукольные голубые глаза Хильд. - Мальчик въехал в страну один.
- Такого не может быть... Ах, разумеется, его родственники магглы, так что их вы не отмечали.
- Магглы? Какой ужас? Почему бы мистеру Поттеру жить с ними? - ужаснулась блондинка. - Но в любом случае, мы не отслеживаем маггловские перемещения!
Еще час спустя директор Дамблдор покинул кабинет заместителя министра магии Германии. Фройлян Хильд напоследок подмигнула вздрогнувшему от ее внимания Квирреллу. Стоило гостям покинуть кабинет, как замминистра резко вскочила со своего места и бросила в камин летучий порох. Она склонилась над огнем и позвала:
- Рихтер! - видимо, дождавшись ответа, Хильд поспешила сообщить. - Я ничего не сказала про Поттера, как ты и просил, но ты у меня теперь в долгу! - она немного помолчала, а потом добавила: - Сам знаешь, что в ряды симпатизирующих Гриндевальду я попала случайно! Больше не проси меня о подобном. Ссориться с председателем Международной Конфедерации Магов чревато последствиями.
Вскоре ведьма вернулась на свое место и хихикнула как простая девчонка. Она не была сторонницей Гриндевальда и, в отличие от Рихтера и его друзей, не собиралась проводить время в противостоянии Дамблдору. Ей хватало проблем и без того, особенно если она собиралась стать следующим министром магии. Однако дурачить Альбуса было так забавно!

Глава 5

Глава 5

Абраксиса разбудил Блетчли. Приятель стоял перед его кроватью в одной пижаме и странно улыбался.
- Ну, чего тебе? - хмуро спросил Малфой. Он ненавидел рано вставать, и был уверен, что может поспать еще полчасика, а потом быстро собраться и побежать на завтрак. Под одеялами все равно находиться лучше, чем сидеть в холодной комнате или гостиной. Вместо ответа Крис кивнул в сторону кровати Эванса. Тот спал поверх покрывала прямо в одежде. Вокруг него были разложены конспекты, а в руке парень крепко держал волшебную палочку. - Что это он? Перезанимался? - недовольно фыркнул парень. Вчера вечером, когда Абраксис ложился спать, Гарольд все еще мучился со своими записями, тяжко вздыхая и сдавленно ругаясь. Малфою было не понять такой сумасшедшей жажды знаний. Он даже больше не был уверен, что хочет дружить с этим странным парнем. Сначала Эванс показался блондину действительно крутым, но дружить с заучкой просто скучно.
- В комнате тепло, - шепотом сообщил Крис.
- Что? - недоуменно переспросил Абраксис. А потом изумленно распахнул глаза и вылез из-под одеяла, хотя большая часть того, чем он укрылся, укладываясь, уже была им во сне спихнута в стороны. В спальне действительно оказалось тепло, даже жарко. - Как?
- Эванс наколдовал, - усмехнулся Блетчли. - Похоже, всю ночь пытался заклинание освоить.
- Ничего себе, - потрясенно прошептал Малфой.
- Жаль его будить, но нам скоро на занятия, - пробормотал Крис. - Давай тихонько умоемся, соберемся, а потом его разбудим? Кстати, вода тоже горячая теперь.
- Понятно, почему он в библиотеке вчера сидел, а я... Сты-ыдно... Мерлин, он у нас все-таки такой клевый, да? - восхищенно прошептал Малфой.
Крис только фыркнул и пошел в туалет. Вот уж он-то совсем не сомневался, что Гарольд «клевый». Он сам это сразу понял, еще в их первую встречу, в Косом переулке, так как директор Дурмстранга не станет сопровождать в прогулке по магазинам абы кого. Да и отец ему сказал подружиться с Эвансом. Так что освоенное за ночь заклятие стало лишь приятным подтверждением уже сделанных выводов.
Когда они, наконец, решились разбудить товарища, тот выглядел то ли как выжатый лимон, то ли как зомби. Гарри с трудом встал, и, казалось, даже не открыв глаз, отправился в ванную. Вернувшись, собрал сумку и отправился на завтрак. Все это время он молчал, а Малфой и Блетчли переглядывались за его спиной. Они, разумеется, первым делом поблагодарили его утром за усилия, но Эванс отреагировал слабо. Гарри удалось поспать всего два часа. Он пытался выполнить заклинание большую часть ночи, а получилось у него лишь к утру. И все же магических усилий он вложил в попытки не мало. Едва сев на свое место за столом в зале, Гарри налил себе большую чашку кофе и, плюнув на манеры, выпил ее почти залпом, чтобы тут же налить следующую.
- Эти теплые одежды так утомляют, - капризничал на другом конце стола Блек. - Мне надоело все время ходить в свитерах. Все тело уже устало от них.
- А я помыться нормально не могу уже второй день, - поддержал его вчерашний знакомец Малфоя Федерико.
- А у нас все нормально, - нагло усмехнулся Мариусу прямо в лицо Левски. - В спальне так жарко, что мы даже окна открывали.
- Как вы это сделали? - тут же потребовала ответа темноволосая девчонка, имени которой Гарри пока не знал.
- Попросил кузена, - хмыкнул Левски. Первокурсники начали переглядываться. Многие из них принадлежали к семьям, которые уже несколько поколений отправляли детей в Дурмстранг. У части прямо сейчас в школе находились родственники. Конечно, помощь никто из них не предложил, ожидая, пока малышня догадается самостоятельно, что нужно делать. Кое-кто насмешливо посмотрел на троицу Эванс - Малфой - Блетчли. Все уже знали, что у этих англичан родни здесь нет.
- Нашли, чем хвастаться! - вспылил Абраксис, заметив, косые взгляды однокурсников. - У нас еще вчера тепло было, - приврал он.
- Ха, ври поубедительнее! - издевательски усмехнулся Блек. Его смешок подхватили почти все, что только раздразнило Малфоя еще больше. Он глянул на приятелей. Гарри сосредоточился на очередной чашке с кофе, явно борясь со сном. Крис невозмутимо ел кашу.
- Я не вру! Можете придти и проверить!
- Да кто бы вам стал спальню греть, полукровки, - скривился один из приятелей Мариуса, с которым тот решил разделить комнату позавчера.
- Эванс наложил заклятие сам! - разрываясь от гордости за приятеля, заявил Малфой. Все первокурсники итак молчали до этого, прислушиваясь к стычке, а после этих слов и вовсе уставились на троицу с болезненным интересом.
- Заврался, - процедил Блек. - Не могут первокурсники такие чары накладывать.
Абраксис только многозначительно усмехнулся. Как будто он сам этого не знал! Если бы они могли, то все сами бы заколдовали себе комнаты.
- У нас тепло, но не жарко, так что окна нам открывать не приходится, - бросил он камень в огород хвастуна Левски. - И вода горячая, так что мы смогли помыться нормально.
- Эй, Эванс, - окликнула Гарри Лейв. - Какое заклинание ты использовал?
Тот поднял на нее сонный взгляд. Он все же начал прислушиваться к беседе, потому что от громкого голоса Малфоя просто не возможно было отгородиться, особенно если тот сидел так близко.
- Самое простое, какое только нашел, - вздохнул он.
- Молодец, - кивнула ему староста, а ее напарник молча хлопнул пару раз в ладоши, изображая аплодисменты. - Для второго дня в школе очень впечатляюще.
- Для второго дня без возможности помыться, - язвительно уточнил Поттер, поднимаясь из-за стола.
Сегодня у их группы первым уроком стояла трансфигурация. Старосты показали им нужный кабинет и отправились по своим делам, а на троице сконцентрировалось внимание всей группы.
- Эм, Эванс, - окликнула его русоволосая худая девчонка, которая постоянно ходила вместе с Лусией. Очевидно, она тоже была полукровкой, и девочки держались вместе. - Я Сара Эпстейн, приятно познакомиться.
- Взаимно, - кивнул ей Гарри. Он с трудом боролся со сном. Сейчас девчонки его совсем не волновали.
- Ты мог бы заколдовать и нашу комнату тоже? Мы не подумали, когда расселялись, теперь оказалась, что ни у кого в нашей комнате нет в школе родни среди старшекурсников, - пожала плечами Сара. Она говорила нарочито небрежно, но сразу становилось понятно, что в вопросе этом она более, чем заинтересована.
- Это заклинание очень слабое и его постоянно надо подновлять, - сообщил ей Гарри. - На большее я просто не способен.
- Но ты можешь? - уточнила она.
- Могу, - кивнул Гарри. - Но не сегодня.
Сара довольно кивнула, возвращаясь на свое место.
- За просто так помогаешь? - недовольно заворчал Малфой.
- Мне не трудно, - возразил его приятель. - Сложно было только в первый раз, потом заклинание словно откладывается в голове и легко воспроизводится.
Звон колокола объявил начало урока. В кабинет вошел профессор, и ребята поспешили занять свои места. Преподаватель был среднего возраста, низенький и напоминал раздувшийся пузырь. Жизнь в таком теле ему, видимо, давалась не легко, так что он все время краснел от напряжения и утирал то и дело выступающий пот. Как и рассказывали вчера однокурсники из другой группы, для начала Павлов много говорил о своем предмете. Лейв не врала, когда говорила, что он обожает трансфигурацию. После его продолжительной речи ученикам только и осталось времени на изучение единственного заклинания. И даже оно получилось только у Блека. Мариус с превосходством оглядывался, наслаждаясь восхищенными взглядами. Когда подошло обеденное время, Павлов отпустил всех, кроме Гарри.
- Эванс, задержитесь на минутку, - нетерпящим возражений тоном велел он. Мальчик послушался. Одногруппники недоуменно посматривали на него, когда выходили, а Блек пренебрежительно фыркнул, полагая, что Эвансу скажут что-то неприятное. Еще бы! Ведь ему не удалось осилить даже простенькое заклинание. Учитывая это, Мариус отказывался верить, что полукровке удалось выполнить хоть какое-то нагревающее волшебство. Профессор дождался, пока все вышли, а потом подошел к ученику поближе и вгляделся в лицо. - Мальчик мой, да у вас же переутомление! Чем вы таким занимались?
- Простите, сэр, я почти всю ночь потратил, осваивая заклинание утепления. Не люблю холод, - опустил голову Гарри.
Павлов цокнул языком.
- Не удивительно, что сегодня вы похожи на слизня, а я еще удивлялся, почему профессор Бэшворунг так хвалила вас. Первокурсники обычно просят старших нагреть комнаты.
- Нам некого было попросить, - возразил Поттер.
Профессор вздохнул и поскреб подбородок. Потом достал откуда-то пергамент, перо и написал несколько строк, затем свернул записку и протянул ее ученику.
- Идите к школьной медсестре, дадите ей это, и она вам поможет.
Гарри обрадовано схватил пергамент. Он открыл рот, собираясь поблагодарить преподавателя, но наткнулся на строгий серьезный взгляд.
- В следующий раз, если вы столкнетесь с каким-то слишком сложным для вас заклинанием, не вздумайте осваивать его этим же способом. Вы всегда можете подойти ко мне с вопросом. Понятно?
- Да, сэр, - быстро кивнул Гарри, улыбаясь.
- Мистер Эванс, вы можете потерять свою магию, если истощение будет слишком сильным, - еще раз припугнул Павлов. И увидев испуг во взгляде ученика, понял, что на этот раз попал в точку. Своими магическими способностями мальчик рисковать не будет.
- Я понял, профессор, действительно. Спасибо вам большое.
Павлов махнул в сторону выхода, показывая, что больше не держит, и Гарри поспешил вылететь из кабинета. Где находилась больничка, он знал с первого дня. Старосты почти сразу сообщили им об этом. Поэтому, не теряя ни минуты, Поттер направился туда. В больничке оказалось так же тихо, как и в библиотеке. Во второй день учебы клиентов еще не набралось. Помещение было маленьким и чистым. Вдоль стен стояли шкафчики с разными зельями и всяческими волшебными артефактами, назначения которых Гарри пока не знал. Медсестрой оказалась приятная старушка в серой мантии. Она сразу же захлопотала вокруг ребенка даже без записки преподавателя, а когда прочитала ее, то и вовсе без всяких вопросов напоила ученика зельем, от которого сразу стало лучше. Оно было красивого зеленого цвета и приятно на вкус.
Она закончила быстро, так что у мальчика оставалось еще полно времени на обед. Как раз, когда он выходил из больнички, на всю школу внезапно грянула музыка. Мужской голос в невероятном ритме завопил:
- Can you dance the hippogriff?
Ma ma ma, ma ma ma, ma ma ma
Flyin' off from a cliff
Ma ma ma, ma ma ma, ma ma ma
Swooping down, to the ground
Ma ma ma, ma ma ma, ma ma ma
Wheel around and around and around and around
Ma ma ma, ma ma ma, ma ma ma
Гарри вздрогнул и с удивлением заметил улыбки на лицах проходящих мимо учеников. Ребята смеялись, поворачивали головы к источнику звука. Песня закончилась, и ее сменил довольный голос:
- Ура-ура! Школьное радио снова работает! Как вы все знаете, мой великолепный предшественник закончил Дурмстранг в прошлом году, так что теперь вам придется коротать время вместе с вашим покорным слугой. Я не планирую превзойти моего предшественника, ибо это невозможно, но уверен, что мы весело проведем время! Поприветствуйте меня, вашего нового ведущего Энтони Забини!
Окружающие захлопали и заулюлюкали. Гарри невольно улыбнулся тоже. Он не ожидал, что в волшебной школе будет радио. Но оживленный голос Забини словно разорвал тишину коридоров, чуть раздвинул вечный мрак этого места. Прошло всего два дня, новизна ощущений испарилась, и тьма начала давить на плечи со страшной силой. Энергичная музыка и веселый голос мгновенно все изменили.
Пока Гарри спускался в столовую, по радио исполнялась очередная легкомысленная песенка, Краем уха мальчик прислушивался. Оказывается, у волшебников были собственные музыкальные группы, а у тех потрясающие песни о магии.
- Выглядишь лучше, - заметил Крис, когда Гарри уселся рядом с ним.
- Был у медсестры, - пояснил друг. Песенка закончилась и опять сменилась голосом Забини. Тот начал болтать о какой-то ерунде, накопившихся за два дня слухах и событиях.
- Обычно радио начинает работать с первого сентября, - сказала Лейв окружившей ее малышне. - Но школьный совет в этот раз долго возился, выбирая кандидатуру ведущего.
- Почему? - удивился Блек.
- Ну, видишь ли, никто не контролирует то, что говорят в эфире, - усмехнулась староста. - Ведущий вполне может сказать какую-нибудь гадость, распустить нелепые слухи, которые запросто испортят многим планы. Потом ему, конечно, не поздоровится, но слово не воробей вылетит - не поймаешь. Так что школьный совет очень трепетно заботится об этой должности.
- А еще у нас есть ежемесячный журнал, - добавил Иеремия. - Вот там им легче контролировать публикации.
- Ух, ты! Я хочу в этом участвовать! - тут же загорелся Абраксис.
Иеремия засмеялся над энтузиазмом мальчишки.
- Их всего пять человек и просто так одним из журналистов не стать, - покачал он головой, посмеявшись.
- На урок пора, - отвлек их Крис, поднимаясь из-за стола. Ребята спохватились и, быстро закончив обед, поспешили на следующее занятие.
На время уроков радио замолкало, но в перемены снова оживало либо голосом Забини, либо какой-нибудь волшебной песней. Казалось, вся школа вспыхнула энтузиазмом и светом благодаря этому. В коридорах стало больше улыбок и смеха.
Гарри пришел к выводу, что обожает учиться. Ему нравилась школа, его новые друзья, уроки и книги. Он все еще не мог определиться с клубом и факультативами, но не сомневался, что к концу месяца примет решение. В течение первой недели он познакомился со всеми нужными профессорами и учениками своей группы. С некоторыми благодаря его умению нагревать комнаты и болтливости Малфоя удалось завязать неплохие отношения. Преподаватели этого не показывали, но Гарри видел, что им нравится его интерес, они часто спрашивали его на уроках и, получая правильные ответы, скупо хвалили. Любимым уроком Гарри стали чары. Заклинания давались ему без труда на радость профессору Бешворунг. Всего через несколько уроков мальчик стал ее любимчиком. Взгляд профессора загорался, стоило женщине увидеть Эванса, хотя она никогда не позволяла себе выделить его как-то иначе, даже простой улыбкой.
Блек прекрасно видел все это. Среди учеников он был в большом почете. По крайней мере, они не решались принимать сторону Гарри в коротеньких стычках, которые Мариус то и дело провоцировал. Блек, явно питал к Эвансу совсем не положительные эмоции и вот-вот собирался развязать войну между ними. Гарри старался этого избежать, порой отступая, однако в обиду себя не давал. Старшие наблюдали за этим с все возрастающим любопытством.
Занятия по Темным искусствам, которые весьма интриговали Гарри, ибо сыграли в его жизни весьма значительную роль, состоялись у их группы лишь на четвертый день. Профессор Стефан Эминеску был чудовищно стар. Его спина была согнута годами, а лицо изборождено морщинами. Окладистая седая борода спускалась почти до пояса. Он пользовался клюкой для передвижения и ступал маленькими шажками. Голос его хрипел при отчаянных попытках хозяина что-то сказать. Студенты уже много лет гадали, сколько старику лет. И многие опасались, что однажды он рассыплется в прах прямо на уроке. При всем при этом только магглы не заметили бы исходящего от него могущества.
- Я преподаю в этой школе с 1890 года, - хрипло сообщил профессор. - За все это время Геллерт Гриндевальд был моим лучшим учеником, но я не теряю надежды однажды снова учить столь же выдающегося студента. На этом уроке вам не понадобится старание, либо вы способны к так называемой Темной магии, либо нет. В любом случае, она поможет вам стать великими.
Сара Эпстейн к удивлению многих подняла руку. Гарри успел заметить, что она вообще была очень смелой девушкой, которую трудно смутить или напугать. Эминеску хмуро посмотрел на нее из-под нависающих густых бровей.
- Профессор, вы сказали, что Гриндевальд был вашим лучшим студентом, а разве Сами-Знаете-Кто не превзошел его? - невозмутимо спросила она. Студенты тут же заинтересовано перевели взгляды с девушки на профессора. Видимо, ответ интересовал всех.
- Лорд Волдеморт, - прохрипел старик, заставив первокурсников вздрогнуть от пугающего имени, - безусловно, превзошел всех темных волшебников, живших до него. За исключением разве что своего великого предка Салазара Слизерина. Однако он никогда не учился в Дурмстранге.
- Вы уверены? - азартно поинтересовался Блек. - Никто ведь не знает Его настоящего имени.
- Уверен, что не пропустил бы столь выдающегося таланта, - покачал головой Эминеску. - А теперь начнем урок.
Гарри был одновременно рад и разочарован из-за того, что беседа прервалась. За те дни, что он провел в Дурмстранге, впервые кто-то заговорил о Волдеморте. Мысли учеников были заняты более насущными проблемами. Теперь же когда о нем заговорили, Поттеру стало немного страшно. Его настоящее имя было неразрывно связано с именем величайшего темного мага. Гарри боялся разоблачения. Однако возможность узнать, что думают о Волдеморте другие, получившие знания о нем не из книг, а из уст других магов, манила мальчика.
Студенты не видели его колебаний. Они с сожалением отвлеклись от столь интересной им темы и достали учебники. На первом уроке им предстояло выяснить, есть ли у них вообще способности к темной магии. Она была наследственной чертой, передающейся из поколения в поколение, как Гарри узнал из книг. Большинство древних чистокровных семей могло пользоваться ею. Поттеры тоже. Однако для полукровок ситуация осложнялась. К счастью, Гарри после нескольких попыток все же удалось к концу урока пройти тест. Куда легче с этим справился Малфой. А вот Блетчли столкнулся с трудностями. Его семья была чистокровной всего лишь в четвертом поколении, способности к исконной магии лишь зарождались в ней. Профессор внимательно проследил за его попытками и в итоге проворчал что-то одобрительное, хоть никаких действительно достойных внимания результатов Крис не показал.
В первые выходные в Дурмстранге, Гарри во время неторопливого завтрака придумывал, чем бы заняться. Ему хотелось подготовить домашнюю работу на понедельник и еще раз залезть в книгу по генеалогии, которую он начал читать пару дней назад, то есть следовало идти в библиотеку. К концу недели она уже наполнилась студентами. Там больше не было так же тихо и спокойно. Однако недавно найденная книга помогла ему чуть больше узнать о своей семье. Не об отце или матери, но обо всем роде Поттеров. Так же он немного узнал о предках Малфоев и Блеков. Он нашел в родословных Драко, с которым переписывался Абраксис. А еще узнал, что сам приходится Блекам довольно близким родственником. Чем дальше Гарри читал, тем интереснее ему становилось.
Малфой же уговаривал своего друга отправиться посмотреть на квиддичную тренировку и опробовать метлу, которую ему купили родители. Крис молчал, рассчитывая, что друг примет решение за них обоих. Вот в этот момент перед Гарри и села сова. Рыжая, огромная и вся взъерошенная она протянула ему лапку. Мальчик поспешил отвязать письмо, с трудом подавляя удивление.
- От кого это? - тут же спросил Малфой. Но Гарри не мог ему ответить, потому что понятия не имел! Никто в магическом мире не знал его, кроме директора, и не мог написать! Сова от Каркарова же не могла быть такой уставшей. Тетка Петуния могла бы написать что-то племяннику, но ей негде было взять птицу. Кто же это мог быть? Гарри поспешил развернуть пергамент, бросил взгляд на первую строку и тут же свернул письмо обратно, опасаясь посторонних взглядов.
- Я прочитаю его в спальне, - поспешно сказал он, выходя. Сова уже пила из его чашки. Малфой и Крис переглянулись.
- Думаешь, это от его родителей? - шепотом предположил Абраксис.
- Наверное, он же не получил от них ни одного письма за неделю, - нахмурился Крис.
- Думаю, у него дома не все гладко, да? - поморщился блондин. - У полукровок всегда так. Особенно, если родственники из чистокровной аристократии.
Гарри не слышал их рассуждений. Он торопился в спальню, чтобы в одиночестве и безопасности прочитать письмо. Он еще не знал от кого оно, но первой же строчкой написавший обращался к нему по настоящему имени и фамилии. Мальчик взбежал по лестнице, прошел гостиную и заперся в спальне.
Он развернул письмо и еще раз убедился, что оно адресовано мистеру Гарри Джеймсу Поттеру и написано красивым витиеватым почерком с забавными завитушками. Подпись под текстом сообщала, что написано послание Альбусом Дамблдором. Автор письма в весьма приятных выражениях сообщал, что Гарри Поттеру предоставлено место в школе чародейства и волшебства Хогвартс. Из-за недоразумения руководство школы не смогло послать письмо раньше, однако они с удовольствием примут Гарри, как только он сообщит, где находится, и даже пошлют человека, который сможет проводить его.
Мальчик перечитал письмо три раза, прежде чем со злостью разорвать его. Надо же, недоразумение! Они хватились Мальчика-Который-Выжил только через неделю после начала учебного года! Да и вообще письмо ему послать забыли! А теперь пишут так, словно он должен радоваться их предложению как манне небесной! Первым порывом Гарри было написать директору чужой школы, что в его подачках он не нуждается и вполне доволен своим местоположением, однако, минуту подумав, он решил действовать иначе. Поттер быстро написал записку Каркарову, описывая произошедшее, и отправил ее с совой, которая для подобных срочных случаев всегда сидела на жердочке в гостиной.
После чего более менее спокойно отправился к друзьям. Крис и Малфой уже направлялись на квиддичную площадку. Абраксис тащил с собой блестящий Нимбус 2000.

Альбус Дамблдор уже много лет не подвергался такому унижению. Через три дня бесполезных усилий и переговоров с немецким министерством надежный источник в Международной Конфедерации Магов, шепотом и постоянно оглядываясь, сообщил ему, что Поттер действительно покинул Германию утром первого сентября. Отдел контроля за перемещениями понятия не имеет, куда он отправился, потому что он воспользовался порталом, привезенным из Англии, но так как дата говорила сама за себя, то никто по этому поводу не беспокоился. Кроме Альбуса, конечно.
Итак, Гарри Поттер отправился в школу. Очевидно, волшебную, раз для этого у него был портал. На территории Европы находилось около пятнадцати школ. Самыми крупными и престижными, разумеется, считались Хогвартс, Шармбатон и Дурмстранг, однако они не были монополистами. В одной только Англии, не самой крупной стране, набиралось до 30-40 студентов ежегодно. Остальные государства не отставали. Детей нужно было где-то учить.
Дамблдор быстро понял, что Гарри нашли и перехватили еще в Англии. В книге душ мальчика не было, потому что другая школа получила согласие его опекунов раньше, чем Хогвартс, а не из-за того, что Поттер покинул страну. Это было еще хуже, чем, если бы мальчик потерялся. Во-первых, весьма сомнительно, что директора иностранных школ позволят Дамблдору обыскивать их вотчины в поисках Гарри Поттера, особенно если он действительно есть. Во-вторых, не понятно с какими целями ребенка вывезли из Англии, и в каких красках расписали окружающий мир. В-третьих, Гарри наверняка находился теперь под воздействием защитных чар, которые нейтрализовали бы поисковые чары Альбуса.
Дамблдору нужно было срочно найти и поговорить с единственными людьми, которые точно знали, где находится Поттер. С Дурслями. Однако и здесь он столкнулся с невероятным препятствием. Немецкая аристократия, которая была изгнана из страны после войны с Гриндевальдом, потому что поддерживала его, в последние годы вновь набирала силы. Они, очевидно, весьма негативно относились к победителю своего предводителя. Им хватило сил, денег и влияния, чтобы не допустить Альбуса и его людей в страну! К своему величайшему ужасу директор Хогвартса был обвинен едва ли не в педофилии и «неестественном интересе к частной жизни Мальчика-Который-Выжил». Адвокаты быстро и весьма убедительно доказали, что Дамблдор не имеет права решать, в какой школе маленький Поттер должен учиться. Альбус был слишком уважаемым магом, чтоб подобное могло свалить его. Председатель Международной конфедерации магов всего лишь вынужден был потерпеть несколько укоряющих взглядов и пару едких газетных статей. Все эти глупцы верили, что Волдеморт мертв, и им ничего не угрожает! Они думали, что теперь Гарри не от чего беречь! Как бы там ни было, а в результате шумихи родственников Гарри взяли под тайную опеку немецкие власти, всем волшебникам запретили приближаться к ним и их дому ближе, чем на сто метров.
Дамблдор оставил идею поговорить с Дурслями, зато решил попытаться достучаться до самого Гарри. К мальчику была послана особая сова. На нее тщательно наложили чары слежения и оповещения. Так что спустя неделю, после начала поисков, Дамблдор точно знал, что Поттер жив и, как минимум, самостоятельно читает свою почту. Впрочем, сова все рано вернулась без ответа. Видимо, мальчика не очень заинтересовала возможность отправиться в Хогвартс. Что еще больше убедило Альбуса в том, что ребенку промывают мозги в совершенно не нужном ему направлении.
За всей этой суетой совсем не осталось времени на то, чтобы следить за безопасностью спрятанного в школе философского камня.

ЗЫ к главе:

Lie Vital: А в Дурмстранге будут какие-нибудь маггловские штучки или техника?
E.Godz: Ниет.
Lie Vital: Как насчет школьного радио?
E.Godz: *капая слюной* Ва-а!!!
Так что почетным основателем школьного радио в Дурмстранге объявляется Lie Vital

И второе ) Канон ясно показывает нам, что если Гарри припрет, то он довольно быстро заучивает самые трудные заклинания (вспомним Акцио и Патронуса). Так что я не считаю, что в чем-то отошла от истины, когда заставила его за ночь выучить заклятие.

Последнее :Р Про имена и фамилии, забыла раньше написать! Регинлейв и Хильд это имена валькирий. Подробнее в вики. У английских чистокровных есть особенные не-маггловские имена, наверное, в других странах они тоже есть? )) Про фамилии: Beschwörung = заклинание.

Глава 6

Глава 6

Квиддичный стадион Дурмстранга был не слишком велик. Он находился за зданием школы, среди высоких голых скал. Поле окружали всего несколько рядов трибун для зрителей. Они предназначались исключительно для учеников. В школу никогда не приглашали взрослых гостей, и благодаря этому удавалось успешно скрывать ее месторасположение на протяжении веков.
Ребятам не удалось полетать на новой метле, потому что стадион оказался занят одной из четырех команд Дурмстранга. Игроки уже начали тренировки к предстоящим матчам. Все члены команды были одеты в черную квиддичную форму. Они парили над землей, ловко обращаясь с мячами и битами. Один из игроков стоял на земле и наблюдал за ними. Парень часто махал руками, заставляя то одного, то другого спускаться и что-то яростно им доказывал, потрясая перед их лицами какими-то пергаментами.
- Это команда Воронов, - сообщил Малфой друзьям, подавив завистливый вздох. Едва первокурсники обнаружили, что полетать самим не удастся, они устроились на трибунах и принялись наблюдать. - Старейшая в Дурмстранге. Остальные формировались позже, распадались, переименовывались, но Вороны существовали всегда. Так что быть одним из них очень престижно.
- Ты хотел вступить в их команду? - поинтересовался Гарри. Он с восхищением следил за ребятами в небе. Свободный полет завораживал, сердце билось часто-часто. Он не чувствовал подобного нетерпения ни разу, ни перед одним из занятий, ни перед одной книгой. Полет был чем-то захватывающим, особенным, невероятным! Поттеру хотелось самому подняться в воздух.
- Нет, у них не было свободных мест в этом году, - покачал головой Абраксис. - Я подходил к капитану Шторма, у них была должность охотника, которую мне хотелось.
- И как?
- Сказали, что я отлично летаю, но у меня не та комплекция, - грустно вздохнул Малфой. - Мне нужно чуть подрасти.
- Сочувствую, - издевательски усмехнулся Крис.
Блондин раздраженно ткнул его кулаком в плечо, но драться ему не хотелось, и запал быстро прошел.
- Так что эти Вороны сильнейшая команда школы? - спросил Блетчли у всезнающего Абраксиса, который успел за неделю собрать все школьные слухи.
- Нет, последние три года у них второе место по школе, - возразил ему друг. - В команде Гарпий великолепный ловец. Он учится только на четвертом курсе, играет третий год, но еще ни разу не упустил снитч! Представляете? Он всегда приносит им победу.
- Это Виктор Крам, да? Я что-то слышал о нем в гостиной, - пробормотал Крис.
- Точно, - кивнул Малфой. - Будьте уверены, скоро этот парень станет звездой квиддича мировой величины!
В тот день им так и не удалось полетать. Ближе к вечеру Гарри получил записку от директора с приказом явиться в его кабинет. Увидев это, Регинлейв нахмурилась и недовольно поинтересовалась у первокурсника:
- Что ты успел натворить? Это должно быть что-то ужасное, потому что обычно директор никого не вызывает к себе.
- Это из-за проблем моей семьи, - пояснил Поттер. - Ничего серьезного, конечно.
- Надеюсь, это правда, - фыркнула девушка. - Я провожу тебя к его кабинету.
Гарри был благодарен за это предложение. Он понятия не имел, где находились апартаменты Каркарова. Для того, чтобы найти их, подросткам пришлось спуститься на первый этаж, а потом путанными коридорами пройти в Башню.
- Все учителя живут здесь, - пояснила Регинлейв.
Кабинет директора находился на третьем этаже. Он скрывался от посторонних за мощной деревянной дверью, обитой железными полосами. Студенты никого не встретили, пока поднимались к нему. Коридоры в Башне были еще уже, чем в остальной школе, а ступени спиральной лестницы высотой доставали Гарри едва не до колена. Он с трудом смог подняться. Лейв вымоталась не меньше его при подъеме. Зато на лестничных проемах располагались окна, которые позволяли тусклому уличному свету проникать в помещение.
Гарри робко постучал в страшную дверь и ему тут же ответил знакомый голос:
- Входите, мистер Эванс.
Лейв кивнула ему, но сама не сделала попытки войти внутрь. Гарри тяжело вздохнул и зашел. Он удивленно распахнул глаза, стоило ему оказаться в помещении. Это оказалась самая светлая комната в Дурмстранге. За огромным окном почему-то светило яркое летнее солнце, которого и в помине не было на улице. В кабинете было множество стеклянных вещей и зеркал, которые радостно отражали свет. И здесь оказалось намного теплее, чем в любом другом месте. На полу уже привычно раскинулась шкура какого-то животного. Директор сидел за высоким столом светлого дерева. Перед ним лежала толстая стопка документов. Напротив стояло несколько кресел, однако Каркаров и не подумал предложить посетителю присесть.
Гарри часто видел директора. Он обязательно присутствовал на всех трапезах в столовой. Однако студенты не обращали на него слишком много внимания. Для них гораздо большее значение имел школьный совет. Поттер тоже привык к его молчаливому присутствию. Директор не говорил с ним и ничем не давал понять, что заинтересован в мистере Эвансе и его поведении. Так, наверное, было лучше для безопасности их обоих. Гарольд должен был быть обычным и ничем не выделяющимся.
- Итак, мистер Эванс, я рад, что вы проявили благоразумие и не стали отвечать на письмо Дамблдора. Вас не соблазнило его предложение? - признаться, Игорь был действительно озадачен тем, что мальчик не захотел связаться с Альбусом и перейти в другую школу или хотя бы узнать что-то о родителях. Каркаров совсем не был уверен, что убедительно доказал Гарри кто хороший, а кто плохой. Впрочем, первое впечатление всегда самое важное.
- Я уже нахожусь в одной из лучших европейских магических школ и не вижу смысла менять что-то, - уклончиво ответил мальчик. Он не испытывал к директору особого доверия и не собирался показывать ему свои обиду и гнев на людей, которые должны были позаботиться о нем, но так ничего и не сделали.
- Очень хороший ответ, - довольно кивнул Игорь, проводя пальцами по куцей бороде. - Я позвал тебя, чтобы сообщить последние новости. Немецкое правительство взяло под защиту твоих родственников и не подпускает к ним волшебников. Это значит, что до поры до времени никто не сможет подойти к ним и узнать, где ты. Кроме того, еще в свой первый визит я наложил на них заклинание. Они помнят, что ты уехал в школу, но не помнят в какую именно, а так же кто отправил тебя в нее. Волноваться нам не о чем.
Игорь был несказанно рад собственной предусмотрительности. Он уже тогда прекрасно понимал, что Дамблдор станет искать мальчишку.
- Это прекрасно, сэр! - довольно усмехнулся Гарри.
- Да, так что постарайся не выдать своего секрета. Тщательно следи за словами и не забывай прятать шрам, - серьезно потребовал Игорь. По его мнению, именно мальчик был самым слабым звеном в игре. Ему было всего одиннадцать, наверняка парнишке хотелось поделиться с друзьями парочкой секретов.
- Да, сэр.
- Ты не рассказал своим друзьям?
- Нет, я ничего не рассказал им.
- Хорошо. Я слышал о твоих успехах в учебе от профессоров. Молодец. Продолжай в том же темпе, - скупо похвалил Каркаров. Мальчик действительно был очень хорош. У Игоря даже появилось подозрение, что в гибели Темного Лорда есть заслуга не только Лили Поттер, но и ее сына.
- Спасибо, директор.
- До свидания, мистер Эванс.
Гарри попрощался, с трудом открыл дубовую дверь и вышел. В коридоре его ждала Лейв. Возможно, она просто отдыхала после тяжелого подъема, а может жаждала узнать, о чем шел разговор. Поттер улыбнулся ей и повторил ранее придуманную отговорку о семье.
Директор вздохнул, когда мальчик вышел за дверь. Он серьезно раздумывал, не рассказать ли ему об окклюменции и легилеменции. Однако решил, что пока что в этом нет нужды. Он был плохим окклюментом, однако частенько не брезговал сам покопаться в чужих мыслях. Хотелось оставить себе возможность контролировать мальчишку, хотя бы так. Кроме того, разоблачение пока им не грозило, ведь в школе не было студентов, способных залезть Поттеру в голову, а профессоров директор мог удержать от столь опрометчивых действий.

В воскресение после обеда Абраксис снова потащил друзей на квиддичный стадион.
- Сегодня будет жеребьевка, - возбуждено пояснил он. - Соберутся все команды, чтобы выяснить, кому с кем предстоит играть в этом учебном году. Сегодня же регистрируются новые команды, если кто-то хочет составить таковые, конечно.
Видимо, заинтересованность Малфоя разделяли многие, так как пустые вчера трибуны оказались заполнены учениками. Игроков на стадионе тоже было больше. Собрались все команды. Они переговаривались друг с другом, смеялись и хвастались между собой новыми метлами.
- В черной форме Вороны, мы их вчера уже видели, - принялся рассказывать Малфой. - В коричневом - Шторм. Гарпии - это ребята в красном... А вон, смотрите, парень с перебитым носом, видите? Это Крам.
Гарри с интересом посмотрел на коренастого смуглого подростка. Тот хмуро оглядывался по сторонам и изредка неохотно отвечал на вопросы членов своей команды. В мохнатой шубе, накинутой поверх формы, он напоминал Поттеру медведя. Такой же здоровенный и неуклюжий. Казалось удивительным, что такой парень может быть хорошим ловцом.
- А как называется команда в зеленом? - поинтересовался Крис. Он достал из кармана бинокль и теперь внимательно разглядывал всех на поле. Блетчли предложил бинокль Гарри, но тот отказался. Благодаря волшебным линзам видел он теперь великолепно.
- Ха, это Натиск. Тот, кто придумал это название, совсем был без фантазии, - скривился Абраксис.
Наконец появился тот, кого все ждали. Хаос на поле сменился тишиной и настороженностью, все игроки и зрители выжидающе уставились на симпатичного шестикурсника с шальным взглядом. Он шел, чуть подпрыгивая и напевая себе что-то под нос. В руках у парня был черный ящик.
- Это ответственный за игры и спорт из школьного совета, - опять пояснил Абраксис. - Говорят, ему в прошлом году на матче бладжер в голову попал, с тех пор он немного чокнутый.
Шестикурсник тем временем пригласил к себе капитанов команд. Им предстояло тянуть из черного ящика бумажки с названиями команд-соперников. Вся процедура заняла не больше пяти минут, и в ней не было ничего интересного для постороннего наблюдателя.
- Первая игра - Вороны против Шторма! - объявил ответственный из школьного совета, усилив голос с помощью какого-то заклинания. Болельщики завопили, приветствуя любимые команды. Капитаны помахали руками, принимая внимание, и все закончилось. Большинство ребят стало расходиться, но некоторые поспешили достать метлы и насладиться свободным полетом.
- Вот теперь мы можем полетать, - довольно заявил Малфой, доставая свой Нимбус-2000.
Гарри и Крису пришлось взять школьные метлы. Блетчли вяло сообщил, что его родителям пришлось купить новую метлу старшему брату в этом году, а покупка разом двух их семье была не по карману, так что ему придется ждать до следующего года. Малфой признался, что мать и отец копили ему на Нимбус несколько месяцев. Исходя из этого, Гарри сделал вывод, что покупка хорошей метлы у волшебников приравнивается в покупке машины у магглов. Школьные метлы были не слишком хороши, но и не плохи.
- Комета - 260, - кисло прочитал Крис на древке, а потом пояснил причины своего недовольства. - Старая, медленная, но надежная. Ее практически невозможно проклясть, в то время как создатели Нимбуса из-за сложности и скорости пренебрегают безопасностью.
Гарри не особо прислушивался. Он просто горел от предчувствия. Стоило ему прикоснуться к метловищу и провести пальцами по прутикам, как желание взлететь охватило его. Он оседлал метлу раньше, чем друзья. Малфой только протестующее вскрикнул, когда Гарри направил древко вверх и взлетел, словно вылетевший из пращи камень. Ветер растрепал его волосы и ударил в лицо. Полы мантии взлетели в разные стороны. На мгновение Гарри растерялся и задохнулся от скорости. Он чуть не выпустил метлу из рук, но быстро совладал с собой. Ощущение счастья заполнило его до краев. Полет был прекрасен, он был частью его, талантом, с которым он родился, для достижения великолепного результата в полетах Гарри не нужно было трудиться днями и ночами. Это было с ним всегда.
Он сделал пару оборотов, петлю, разогнал мету, поднялся вверх, а потом сразу вниз...
- Эй, Эванс, ты же говорил, что родители не разрешают тебе летать, - окликнул его Малфой. Гарри обернулся и увидел рядом Абраксиса. Блондин парил в нескольких метрах от него и беззаботно смеялся.
- Но их здесь нет, - ответил Поттер. Гарри не помнил, когда говорил что-то о запрете родителей. Скорей всего он просто сказал, что у него не было метлы, а Малфой додумал недосказанность за него. Минуту спустя к ним присоединился Крис. Ему полет давался не очень хорошо, но он явно не впервые летал, так что держался вполне достойно. Ребята быстро затеяли игру в салочки, к ним присоединились несколько других детей постарше, которые тоже пришли на стадион просто полетать. Снизу за ними наблюдали ребята из команд по квиддичу, поддерживая знакомых выкриками.
У Абраксиса было преимущество перед ними всеми. Нимус-2000 приобрели для своего чада только его родители. В конце концов, это была самая последняя модель, и ею пользовались лишь профессиональные игроки. Малфой был всего лишь одиннадцатилетним неопытным мальчишкой. Стоило ожидать, что он не справится с управлением. Неосторожный маневр, и вот Абраксис на глазах у всех падает вместе с метлой с высоты не менее десяти метров.
Гарри виделось все, как в замедленной съемке. Абраксис висел на метле, цепляясь слабыми пальцами за древко, пытаясь залезть обратно. Он мгновенно побледнел, а лицо исказилось ужасом и отчаянием. Метла неслась вниз почти под прямым углом, как сумасшедшая. Возможно, ее даже кто-то проклял. Большинство из тех, кто видел происходящее, застыли, растерявшись. Парочка учеников попыталась догнать метлу и хотя бы подхватить Малфоя, но Нимбус мчался слишком быстро и не давался. Кто-то внизу кричал заклинания, но попасть в быстро движущийся предмет не смог. Поттер ни о чем не думал, умом он понимал, что сделать в этом случае не может ничего. Лишь на одних инстинктах Гарри сдвинул свою метлу на несколько метров вправо и прыгнул.
Это был самый сумасшедший поступок в его жизни и, должно быть, самый опасный. Он был на высоте пяти метров от земли и наверняка бы разбился насмерть раньше Малфоя, если бы хоть малейшая деталь его почти не оформившегося плана пошла неправильно. Но, в конце концов, титул Мальчик-Который-Выжил обязывает ангела-хранителя к каким-то усилиям. Поттеру невероятно повезло, пролетев почти метр по направлению к земле, он в невероятной позе боком упал на взбесившийся Нимбус, приложившись о рукоятку носом и лбом. Бедро и грудь болезненно заныли, а по лицу потекла кровь, возможно, из разбитого носа. Мальчик застонал от боли, выбившей из него на мгновение дух. Однако несмотря на это, он сильно обхватил одной рукой древко метлы, а другую слепо протянул вниз. От удара перед глазами плясали звезды, он не видел Абраксиса, зато Малфой видел его. Блондин отчаянно вцепился в протянутую руку и несколько мгновений спустя уже сидел на метле.
Удар и дополнительный вес, к счастью, выровняли метлу, хоть и не до конца, к тому же она немного сбросила скорость. Это дало Гарри несколько дополнительным минут на то, чтобы собраться с силами и, яростно дернув метловище в сторону и вверх, затормозить каким-то совершенно невероятным образом. Если бы мог, Нимбус разозлено взвизгнул бы. Метла дернулась и сбросила Малфоя. Абраксис упал теперь уже с мизерной высоты и пропахал носом настил поля для квиддича. Гарри же покатился по стадиону вместе с Нибусом. Он упал и несколько секунд лежал неподвижно, смотря в одну точку. Поттер поверить не мог в то, что только что сделал. Он никогда не был слишком храбрым или безрассудным. Дома ему приходилось быть тихим, чтобы не вызывать недовольства родственников. У него никогда не было друзей и необходимости заботиться о ком-то. Так зачем же Гарри совершил такую глупость? Рискнул жизнью ради мальчика, который ему даже не слишком-то и нравится?
Поттер с трудом сел. К нему тут же подбежал какой-то парень. Он спешно ощупал Гарри руки и ноги, потом голову. Перед лицом Поттера появился белый платок, им поспешно вытерли окровавленное лицо. Парень запрокинул мальчику голову, бережно придерживая.
- Ты в порядке? - настойчиво спросил он, встряхнув, наконец, Гарри.
- Да, - отстраненно ответил Поттер. Он поднял уже немного осмысленный взгляд на человека перед собой. Это был Крам. Виктор с тревогой и восхищением всматривался в его лицо. Гарри рассеяно заметил, что у него красивые глаза.
- Ты сумасшедший, - заявил Крам, усмехнувшись. - Действительно чокнутый! Я такого в жизни не видел!
- Ха! Я тоже! - заявил, подходя, широкоплечий брюнет. Он был очень высок и производил пугающее впечатление. - Поздравляю тебя, мелкий! С этого дня ты ловец команды Воронов. Я скорее сдохну, чем пропущу такого сумасшедшего везучего парня! Владислав Цепеш, капитан. Приятно познакомиться!
Он протянул руку и вздернул Гарри, который все еще обнимался с метлой, на ноги. Крам недовольно посмотрел на него, но тоже поднялся и несколько раз переступил с ноги на ногу. Поттер сразу же увидел рядом Малфоя. Того поспешно ощупывали, проверяя, нет ли повреждений, и, кажется, приятель был цел. Крис шел к Гарри от толпы собравшихся вокруг шокированного Абраксиса студентов. Блетчли был бледен, видимо, еще не отошел от пережитого страха за друзей, но облегченно улыбался.
- Гарольд Эванс, - представился Гарри капитану Воронов. - Вы уверены, что я вам подойду? Я сегодня впервые сел на метлу.
Мысли Поттера были рваными и нечеткими. Гарри одновременно переживал из-за того, что скажет директор, как себя чувствует Абраксис, зачем он бросился с такой высоты, стоит ли ему играть, и как замечательно было находиться в воздухе.
- На все сто! - диковато усмехнулся Цепеш.

Уже к вечеру о подвиге первокурсника и последствиях знала вся школа. Забини по школьному радио прокричал об этом едва ли не громче, чем о жеребьевке команд. На Гарри изумленно косились старшекурсники, кто-то завистливо вздыхал. Блек исходил ядом. На ужин мальчику пришлось сесть за столик своей команды по квиддичу, отдельно от первокурсников. Гарри почувствовал себя не очень удобно среди новых знакомых, даже после того, как они все вместе водили его в кабинет к колдоведьме. Не считая его самого, в команде было десять игроков. Шесть основных, три запасных и парнишка-пятикурсник, которого капитан уважительно назвал Стратегом. Из этих десяти лишь двое были девушками.
- Теперь готовься, Эванс, - усмехнулась нападающая Тереза Габсбург. - Капитан просто зверь, он тебя загоняет. Тем более что первая игра уже через месяц.
- Видел твой прыжок на поле. Ты - псих, - мрачно кивнул ему загонщик Нил Гринграсс.
- Уверен, ты сделаешь Крама, - азартно усмехнулся худющий парень Луиджи. Он был ловцом команды, именно его потеснил Гарри, но, казалось, парень не держит на него зла за это. - Надоело, что нашу команду, а особенно меня, так унижают уже третий год.
- В следующей игре ему совсем не обязательно участвовать, - прервал их Цепеш. - Пускай натренируется до противостояния с Гарпиями.
Он повернулся к Гарри и смерил его грозным взглядом.
- Это мой последний год в Дурмстранге, мой последний год как капитана команды. Мы должны быть лучшими в этом году, ты понял? От этого зависит моя будущая карьера. Если ты меня поведешь, я оторву тебе голову, - угрожающе тихо закончил он.
- Я понял, - сглотнул Поттер, отчаянно пытаясь не показать своего страха.
Цепеш усмехнулся и хлопнул его ладонью по плечу.
- Как насчет метлы? - он презрительно глянул на не слишком дорогую одежду своего нового ловца. - Мы можем скинуться...
- Я куплю метлу сам, - поспешил прервать его Поттер. Ему не хотелось принимать чужие подачки и быть потом чем-то обязанным. Он уже знал что это такое, когда жил у Дурслей. Тем более что в его сейфе было достаточно для этого денег.
- Уверен? - нахмурился капитан. - Тебе нужна хорошая метла, не какая-нибудь Комета! Нимбус-2000 или Чистомет - 7.
- Я куплю, - упрямо возразил Поттер. Остальные лишь пожали плечами.
Он поужинал вместе с командой, прислушиваясь к их разговорам. В основном они обсуждали уроки и стратегию игры. Вороны оказались дружной компанией, объединенной общей целью, однако их вряд ли можно было назвать друзьями. У каждого за другим столом сидел кто-то более близкий, с кем они с большей охотой обсудили бы личные темы. Так же и Гарри не терпелось оставить их и поговорить с Малфоем и Крисом. Абраксиса сразу утащили с поля к колдоведьме, а потом к директору. Крис успел только сказать, что с блондином все в порядке и побежал следом, так что поговорить с друзьями о происшедшем Гарри не удалось.
Он нашел ребят после ужина в их спальне. Наложенные им чары нагревания медленно начинали рассеиваться, все же они были очень слабыми. В комнатке уже становилось довольно прохладно. В помещении стоял запах успокаивающих зелий и мази от ушибов. Малфой и Блетчли о чем-то тихо беседовали, но сразу замолчали, едва в дверях показался третий товарищ. Гарри это очень обеспокоило. Он знал, что Абраксис хотел попасть в квиддичную команду, и мог позавидовать тому, что Поттера в нее все же взяли. Потерять дружеские отношения с Малфоем ему не хотелось. Словно отвечая на его мысли, блондин резко встал.
- Эванс... - нерешительно протянул он, а потом быстро подошел, так что несколько мгновений Гарри всерьез опасался удара. Но Абраксис удивил. Он неожиданно крепко обнял своего друга. Поттер от изумления никак не отреагировал. Ему исполнилось одиннадцать лет, а Абраксис Малфой был первым на его памяти человеком, который обнял Гарри Поттера. Дурсли никогда не проявляли таких желаний, а кроме них, у Гарри никого не было. - Я обязан тебе жизнью. Что бы с нами не случилось дальше, я на твоей стороне, - прошептал он куда-то в волосы Гарри, заставив того остро почувствовать разницу в росте. - Спасибо тебе!
Поттер совсем было собрался обнять его в ответ, но Малфой быстро отстранился. Его щеки пылали от смущения, а глаза бегали.
- Ну, в общем, как-то так, - неуверенно протянул он и слабо улыбнулся. Поттер не ответил, он лишь кивнул в ответ, просто потому, что понятия не имел, как реагировать. Для себя же Гарри решил, что хотя бы ради этого тесного объятия стоило рискнуть жизнью, а если понадобится, то он сделает это снова.
Тем же вечером Гарри написал письмо в Гринготтс, приложив к нему ключ. Мальчик точно помнил, что в его сейфе достаточно денег. Он не собирался тратиться на Нимбус - 2000, это действительно было слишком дорого. Но в каталоге метел, притащенном Абраксисом, он нашел хорошую и не очень дорогую метлу марки «Чистомет-7».

Утром следующего дня его опять разбудила уже знакомая сова. Она принесла Абраксису очередное письмо от его кузена Драко. Послание оказалось весьма объемным. Похоже, на этот раз наследник дома Малфоев прислал не только письмо, но и что-то еще.
- Это английская газета, - пояснил Абраксис несколько минут спустя, развернув посылку. Он с любопытством осмотрел ее, ведь в отличие от Гарри и Криса был французом и никогда не посещал Англию. Для Блетчли «Ежедневный пророк» оказался привычным зрелищем. Его отец читал такой каждое утро. Гарри не видел такую газету никогда, но не показал удивления. - Ух ты! - воскликнул блондин, едва прочитал несколько строк. - Кажется, Гарри Поттер похищен!
- Что? - удивился Крис. - Как это? Кем?
Гарри невольно вздрогнул, но, к счастью, приятели ничего не заметили. Мальчики поспешили присоединиться к Абраксису на его постели и склонились над газетой. Поттер спешно пробежал взглядом вчерашнюю статью. Корреспондентка по имени Рита Скитер в весьма едких выражениях доносила до общественности новость о том, что директор Дамблдор, которому волшебный мир и министерство доверили Мальчика-Который-Выжил, провел последние дни в отчаянных поисках этого ребенка. По словам корреспондентки, мистера Поттера коварно вывезли из Англии враги нации и теперь укрывали в неизвестном месте.
- Ничего себе! - удивленно пробормотал Крис. - Отец ничего об этом не рассказывал. Надо написать ему письмо и узнать подробности.
- Я напишу маме! - тут же подхватил Абраксис. - Если она сама ничего не знает, то может выяснить у дяди Люциуса. Уж ему-то точно что-то известно! - насмешливо протянул Малфой. - Он же был Пожирателем смерти.
- Не стоит кричать об этом на каждом углу, - заметил Крис.
Абраксис фыркнул, но замолчал. Гарри же бросил задумчивый взгляд на друга. Он уже достаточно времени провел в библиотеке, читая книги и газеты, чтобы понимать текущую политическую ситуацию. Теперь он четко осознавал, кто такой «дядя Люциус» и чем может грозить ему знакомство с этим человеком.

За завтраком в столовой разговор о пропавшем Мальчике-Который-Выжил продолжился. В школе хоть и немного, но были английские студенты, которые получали от своих родителей свежие новости. Одна из таких девушек оказалась приятельницей Лейв. Она подошла поболтать и уселась за стол первокурсников.
- У Риты Скитер не слишком хорошая репутация, но на сенсации у этой женщины нюх.
- Ерунда, никто не похищал Поттера, - отмахнулась Лейв. - Он никому не нужен, кроме как Дамблдору. Символ победы, памятник жертвам и все такое прочее.
- Однако же Поттера нет, - справедливо возразила приятельница.
- Да он сам убежал, - фыркнула староста и тут же прикусила губу в досаде. Она явно не собиралась распространять подобные новости.
- Сказала «а», скажи и «б», - хитро усмехнулась собеседница. Гарри поморщился. Теперь становилось понятно, что девушка подсела к их старосте исключительно чтобы выведать новости. Интересно, а откуда информация у Лейв?
- Ладно, - выдохнула Кенинг, недовольно окинув взглядом помещение. Гарри последовал ее примеру и заметил несколько любопытных взглядов, направленных на нее. - Это не секретная информация. Семья Поттера переехала в Германию этим летом, а сам он сейчас в одной из европейских магических школ. В какой, не знаю.
- Ничего себе! - воскликнула ее собеседница. - Но зачем они сделали это?
- Спроси сама, когда встретишь, - огрызнулась Лейв. - Но имей в виду, что волшебникам запрещено приближаться к ним и их дому.
- Спасибо, Лейв, - кивнула приятельница. Она быстро поднялась из-за стола и побежала разносить новости дальше.
- Откуда староста это знает? - поинтересовался Гарри у друзей. Ответил, конечно, всезнающий Малфой.
- Ее семья очень влиятельна. До второй мировой войны они жили в Германии, но русские выгнали их после победы. Кенинги туда так и не вернулись даже сейчас, но свои люди в немецком правительстве у них есть.
- Это все знают, - кивнул Крис и вопросительно взглянул на приятеля.
- Я никогда не интересовался политикой, - пожал плечами Гарри, впиваясь зубами в намазанный джемом тост. До начала уроков оставалось всего полчаса, и он хотел успеть позавтракать. Гарри немного нервировало собственное имя, звучащее со всех сторон, но радовало, что никто и не подумал связать всемирно известного пропавшего победителя Темного Лорда и первокурсника Гарольда Эванса.

Глава 7

Гарри опять разбудил стук по стеклу. Он уже привычно поднялся и прошел к окну. Соседи по спальне даже не пошевелились: то ли действительно не проснулись, то ли притворялись, чтобы не вставать. Поттер осторожно приоткрыл раму и быстро закрыл ее обратно, когда внутрь влетел знакомый филин. Мальчик поежился от мороза, проникшего вместе с ранним гостем. Уже наступил ноябрь, и на улице было ужасно холодно. Гарри даже представить себе не мог, что где-то бывают такие морозы. От ледяного ветра на улице не спасали даже шубы. В коридорах гуляли сквозняки, и погреться можно было только в спальне или на зельеварении у котла. Поттер обновлял нагревающее заклинание в их комнате почти каждый день и искренне радовался, что ему не приходится постоянно просить помощи у старшекурсников, как делали многие первогодки. На улице намело гигантские сугробы снега. Столько никто из троицы ни разу в жизни не видел. Однажды ребятам пришлось идти в теплицы по свежему снегу, и один из их сокурсников провалился почти наполовину. Им пришлось доставать его совместными усилиями всей группы. Они все вывалялись в снегу так, что профессору Макиярви пришлось сушить учеников во время урока.
Залетев в комнату, филин уселся на подоконник и приветливо ущипнул Поттера за палец. Эту птицу Гарри прекрасно знал и с каждым днем все больше интересовался ее хозяином. Судя по письмам, Драко Малфой был очень похож на своего кузена Абраксиса. Мальчик потрепал филина по спинке и протянул ему совиное печенье, вытянув парочку из пакетика, который Малфой оставил на тумбочке у кровати. Филин угощение принял.
Гарри задумчиво посмотрел в покрывшееся инеем окно, вспоминая, как прошли три месяца в новой школе. Это, определенно, было на данный момент лучшее время в его жизни. У Поттера появились друзья, которые не знали Дадли и не боялись общаться с Гарри. Учителя смотрели на него без презрения и жалости, как в его маггловской школе. Наоборот, многие из них относились к нему с интересом и вниманием.
Он учился с удовольствием, узнавая о своем мире все больше и больше. Лучшим учеником Гарри не был. Блек превосходил его в зельях и Темных искусствах, Поттер лучше справлялся с трансфигурацией и чарами, по остальным предметам они были примерно равны, так что ожесточенное соперничество продолжалось. Хотя большей частью непримиримость проявлял именно Блек. Мариус был очень вспыльчивым и избалованным ребенком и то, что Гарри и его компания не признавали авторитет будущего лорда благородного и древнейшего семейства, приводило мальчика в ярость. Блек постоянно устраивал сопернику всевозможные ловушки, жестоко шутил и, вообще, издевался как мог. Гарри же предпочитал отступать, когда дело касалось его самого, вмешиваясь в ситуацию лишь если в опасности оказывались друзья. Малфой часто попадался на язвительные высказывания Блека.
Особенно сильно Мариуса бесило то, что Гарри состоял в квиддичной команде. После того, как Гарри получил по почте свой «Чистомет - 7», ему не давали поблажек. Тренировки проходили трижды в неделю, а Цепеш, поняв, что Блека данный факт ужасно раздражает, постоянно сам подходил к столу первогодок и забирал Гарри. Поттеру нравились тренировки. Порой они здорово выматывали его, заставляя без сил падать вечерами на кровать и засыпать без снов. Однако чувство полета искупало всю усталость. Его пока что не заставляли играть против других команд, оставив запасным. И это тоже было замечательно, ведь ему удавалось оставаться в тени, не привлекая к себе излишнего внимания.
Гарри несколько раз видел тренировки своего возможного будущего противника Виктора Крама. Теперь он прекрасно понимал нежелание Луиджи играть против него. Несмотря на неуклюжесть на земле, в воздухе Виктор становился просто богом полета. Поттер мог часами тайком наблюдать за тем, как четверокурсник парит в облаках. И хотя Гарри делал это издалека, порой он видел, как Крам поворачивает голову в его сторону и, усмехаясь, делает какой-нибудь особенно красивый вираж. Они никогда не разговаривали после инцидента с падением Малфоя, однако порой у Поттера возникало впечатление, что они могли бы хорошо понять друг друга.

Холодному ноябрю предшествовала последняя октябрьская неделя, традиционно посвященная в Дурмстранге дуэлям. В течение семи дней ученики могли вполне официально, не опасаясь взысканий, бросать друг другу вызовы и драться в волшебных поединках. Старшекурсники были весьма рады этому событию. Неделя прошла ярко и интересно, благодаря усилиям школьного совета. Каждая дуэль подробно описана по радио для тех, кто не видел поединка. Победители ходили с гордо поднятыми головами. Насколько Гарри понял, это был еще один способ поднять свой авторитет в школе. Главный староста одержал четыре победы и не потерпел ни одного поражения, хотя нашлось немало охотников поколебать его положение лучшего. Завершилось все грандиозным балом на Самайн.
К возмущению первокурсников, дуэльная неделя не подразумевала их участия. Они были еще слишком малы для того, чтобы драться в магическом бою, да и запас заклинаний у них был не слишком велик. Гарри было все равно, он в любом случае не собирался бросать вызовы. А вот Блек явно жалел, что не может без риска попасть в неприятности проклясть соперника.
Зато малышне позволили немного развлечься на балу. Старосты были слишком заняты праздником, чтобы проконтролировать их. Гарри впервые видел столько волшебников в парадных мантиях. Волшебный оркестр исполнял вальсы всех стран мира, а старшекурсники смело приглашали своих подруг. Поттер обрадовался, что факультативно взял несколько уроков танцев. Он даже смог набраться смелости и пригласить на вальс Сару Эпстейн, которая с радостью согласилась.

- Что там Драко пишет? - вяло поинтересовался Абраксис, высовывая нос из-под одеяла и вырывая Гарри из размышлений. Поттер взглянул на друга и, достав палочку, произнес нагревающее заклинание. Комната выстуживалась очень быстро. В морозы одного заклинания хватало едва на десять часов, хотя чары с каждым разом у Гарри получались все лучше и держались дольше. Заметив действия соседа, Малфой уже смелее выбрался из постели и забрал письмо. Крис недовольно заворчал в своей кровати, разбуженный их движениями.
Абраксис быстро развернул письмо и просмотрел текст. Гарри уже совсем было собрался идти в ванную и принять утренний душ, когда Малфой замахал руками.
- Ого! Эванс, иди сюда. Крис! Просыпайся!
Блетчли что-то проворчал, но все же уселся в постели. Поттер приблизился к Абраксису.
- Помните, Драко в последний раз писал, что в Хэллоуин кто-то впустил в их замок тролля?
- Да, - кивнул Гарри. Малфой действительно рассказывал о таком. Письмо пришло в самый первый день ноября, так что писал Драко скорей всего сразу же после того, как учеников выставили из Большого зала.
- Оказывается, тролля впустил учитель по Защите от Темных Искусств Квиррелл. Он отвлек преподавателей, пробрался в кабинет директора и украл что-то очень ценное, а потом сбежал! - восторженно сообщил Абраксис.
- Квиррелл? - удивился Крис. - Но ведь твой кузен писал, что он ни на что не годный дурак!
- Должно быть, притворялся, - азартно воскликнул Малфой. - Драко пишет, что директор даже авроров вызывал и о чем-то с ними долго говорил, а потом они даже поругались! Наверное, этот Квиррелл действительно что-то важное украл! Что бы это могло быть?
- Тапки Дамблдора? - хихикнул Гарри.
- А может, его тайный дневник с извращенными мыслишками? - подхватил Абраксис.
- Фу, - скривился Поттер.
- А дальше-то что? - перебил Блетчли.
- Что? Ну, этого Квиррелла теперь будут искать власти, наверное, - пожал плечами Малфой. - Я вам скажу, что учителям ЗоТИ доверять нельзя. Все-таки, чтобы учить защищаться, нужно знать, от чего защищаешься! Этот Квиррелл, наверняка, хорошо знает темную магию!
- Ну, не знаю, - с сомнением протянул Гарри. Он припомнил все прочитанные за два месяца книги. - Никогда не встречал такой фамилии - Квиррелл. Вряд ли он чистокровный.
- Я фамилии Эванс тоже не встречал, - усмехнулся Малфой. - Но тебе это не мешает быть одним из лучших среди первокурсников. Исконным волшебством древних фамилий могут владеть и полукровки.
- Должность учителя ЗоТИ в Хогвартсе проклята, - заявил Крис. - Мой старший брат там учится и говорит, что еще ни один учитель этого предмета не проработал дольше года. В прошлый раз профессор вообще выехал прямо в Азкабан.
- А что случилось? - с любопытством наклонился к нему Абраксис.
- Он приставал к третьекурснице с непристойными предложениями, - усмехнулся Блетчли. - Если бы это была хаффлпаффка, то промолчала бы, слизеринка воспользовалась бы ситуацией, но он додумался лезть к гриффиндорке. Она не постеснялась написать родителям, пожаловалась декану и донесла информацию до журналистов. Скандал был на всю Англию! Говорят, что профессора осудили на два месяца в Азкабане. Так что все типы на этой должности чокнутые.
- Ужас, - пробормотал Малфой. Он еще раз просмотрел письмо, прежде чем убрать его в тумбочку. - Как бы там ни было, а все же интересно, что такого важного этот Квиррелл украл у директора.
- Что-то такое, что заставило Дамблдора поругаться с аврорами, - ответил Гарри, направляясь в ванную. Оставалось совсем немного времени до завтрака и начала занятий.
В обеденный зал они пришли, когда там уже было довольно много учеников. Малфой долго копался и собирался, задержав соседей по комнате. Среди учеников царило оживленное удивление.
- Что случилось? - поинтересовался Гарри у Нила Гринграсса, который был с ним в одной команде по квиддичу. Нил неохотно оторвался от блинчиков с медом и кивнул на преподавательский стол. Гарри посмотрел туда и к собственному удивлению обнаружил нового взрослого. Это был темноволосый мрачный мужчина в черной мантии. Он о чем-то разговаривал с явно обеспокоенным директором.
- Это Северус Снейп, - сообщил Гринграсс. - Он преподаватель зельеварения в Хогвартсе. И один из лучших зельеваров в Европе. Каркарову удалось уговорить его приехать к нам на пару недель. Будет учить уму-разуму семикурсников.
- Из Хогвартса? - влез в разговор Малфой. - Это же отличный шанс узнать подробности об ограблении!
- Не лезь к нему, - посоветовал Нил. - Снейп опасный человек.
Гарри поблагодарил Гринграсса и утащил приятеля к остальным первокурсникам. Их все еще много сидело за общим столом. Малышню не спешили приглашать в компании, которые сидели за другими столами. Из тридцати трех лишь четверо отдалились от своих одногодок, предпочитая общаться со старшими.
- Мы обязаны все разузнать! - потребовал Абраксис.
- Не суйся, - посоветовал Крис. - Снейп декан Слизерина. К тому же, я никогда не слышал, чтобы Дамблдор прежде отпускал его в другие школы. Наверняка он здесь ищет Квиррелла или шпионит за нашим директором.
Малфой огорченно вздохнул, но кивнул. Пару минут спустя он уже оживленно о чем-то спорил с Лусией и Сарой.
Гарри какое-то время рассматривал хогвартского профессора, а потом решил, что будет держаться от него подальше. Дамблдор все еще искал Гарри Поттера. Возможно, этот человек приехал проверить Дурмстранг. Спрятаться, затаиться и действовать, когда от тебя этого не ожидают - вот лучшая тактика. Гарри усвоил это после долгой жизни с Дурслями, когда таскал ночами еду с кухни и делал уроки так, чтобы Дадли не испортил его работу.

- Скажи мне честно, Северус, это был он? Это Темный Лорд? - встревожено спрашивал Каркаров. До него уже дошли вести о похищении некой вещи из кабинета Дамблдора. Игорь никогда не был особенно умен, однако в этот раз все же умудрился сделать правильные выводы, а возможно просто боялся настолько, что во всем видел руку бывшего Повелителя, который вполне мог скоро вернуться - при таких-то обстоятельствах! Альбус практически не сомневался в том, кто стоит за похищением философского камня. Он прямым текстом сообщил об этом аврорам и министерству, которые предпочли не поверить. Для всех было удобнее считать, что Темный Лорд давно мертв, в его скорое возрождение не верилось никому. Однако Северус не сомневался, что Темная метка на его предплечье скоро вновь будет гореть огнем. И, кажется, Игорь тоже.
Он согласился на работу в Дурмстранге, разумеется, не по собственной воле. Ему всегда было любопытно посмотреть на чужие школы, но он боялся перемен, боялся, что визит в темную школу бросит на него подозрения, от которых его защищал Альбус. И вот теперь Дамблдор сам отправил его сюда. Не для того, чтобы узнать что-то о Волдеморте или найти Квиррелла, который все же подтвердил все самые худшие подозрения о своей персоне, оказавшись Пожирателем смерти. В преддверии возрождения Темного Лорда им нужно было найти и отправить в безопасное место Гарри Поттера.
Дурмстранг поразил Северуса. Мрачная черная глыба среди белоснежного покрывала, вот что он увидел, оказавшись здесь. Внутри царили вечная тьма и холод. В залах, в кабинетах, в личных комнатах и коридорах - нигде не было чистого яркого света, лишь факелы и свечи. За всеми по пятам шел пробирающий до костей холод, который с трудом отступал под действием чар. Это так разительно отличалось от яркого, светлого и всегда немного праздничного Хогвартса. Что за дети могли вырасти в этих стенах?
На удивление спокойные, они не бегали по коридорам, не шалили, не кричали, не сражались на вспыхивающих из-за ерунды дуэлях. Даже в столовой ребята переговаривались приглушенно, словно стремились не быть услышанными, сохранить какие-то секреты. Они не смотрели прямо, бросая на интересующего их человека косые взгляды, словно опасались, что прямой взгляд сочтут за вызов или определят интерес как слабость. Лишь единицы в зале позволяли себе открыто смотреть на то, что им любопытно. Странно, они не выглядели запуганными или несчастными. Просто их воспитывали соответствующе.
Все тягостное впечатление рассыпалось в пыль, едва под потолком зазвенел веселый молодой голос, который будто бы впитал в себя всю энергию Дурмстранга. Школьное радио разрезало тишину и тьму этого места. И смутные зловещие тени учеников в слабоосвещенном зале превратились в обычных детей.

После уроков Гарри как всегда отправился в библиотеку. Он уже привык делать здесь все письменные домашние задания, а после посвящать несколько часов приобщению к культуре магического мира. Обычно самыми разнообразными книгами его в изобилии снабжала Наталья. Она и сама читала не мало, редко бывало, чтобы во время его присутствия в библиотеке девушка не держала раскрытой какую-нибудь книгу. Однако сегодня она была занята весьма странным делом. Посреди библиотеки стоял самый настоящий саркофаг, а Наташа бродила вокруг него с задумчивым видом.
- Что это? - поинтересовался мальчик.
- Мумия, по совместительству тема моего дипломного исследования - вздохнула девушка. - Я называю его Тутанхамон. Говорят, что если правильно спросить, то он может ответить на любой вопрос.
- Ты серьезно? - усмехнулся Гарри. В говорящую всеведущую мумию верилось слабо, однако насколько он успел узнать из книг, магия была способна и на более странные вещи.
- Ха, ты сомневаешься в моей способности разговорить кого угодно? Даже если это Тутанхамон? - нахмурилась Наталья. - Вот увидишь!
Гарри на всякий случай кивнул и пошел в своей любимый уголок. Там его ждала Сара. Они вместе делали проект по Темным искусствам. Малфой и Крис как всегда составили компанию друг другу в работе. Гарри иногда смущало такое положение дел. И Блетчли, и Абраксис всегда вели себя по отношению к нему очень дружелюбно. У него не возникало не малейших сомнений в том, что их трио - друзья. Однако в отношении парочки к Гарри всегда было что-то странное. Например, они оба до сих пор обращались к нему по фамилии, хотя друг друга давно называли по имени. Или составляли пару на уроках, предоставляя ему возможность искать партнера самостоятельно. Поттеру было непонятно такое поведение, так что он чувствовал себя лишним и ненужным. К счастью, Эпстейн всегда проявляла готовность помочь ему и составить компанию. Девочка была умненькой и сообразительной, хорошо знала магический мир и все ловила на лету. И к тому же оставалась в долгу перед Гарри за постоянный подогрев девчачьей спальни.
- Что ты думаешь об этом Снейпе? - поинтересовалась Эпстейн, когда они сделали пятиминутный перерыв в работе. Гарри отложил перо, которым делал заметки. С момента приезда в школу профессора прошла уже неделя. Первогодки видели его в основном во время еды, однако уже могли составить свое мнение по отзывам старших. - Он бывший Пожиратель смерти.
- Я читал об этом, - кивнул Поттер. Наталья по его просьбе принесла ему как-то раз подшивку газет, где были статьи о судебных разбирательствах над волшебниками, подозревавшимися в пособничестве Темному Лорду. - Кажется, с него сняли все обвинения, ведь он шпионил для Дамблдора.
- Ха, кто знает, шпионил или нет? - пожала плечами Сара. - Тогда каждый использовал любые подвернувшиеся отговорки. Может, он был двойным агентом и на самом деле верно служил Темному Лорду? Вот мой дедушка Элджи, когда власти добрались до него, утверждал, что Пожиратели держали в заложниках бабушку, и только поэтому он принял метку.
- Твой дед был Пожирателем? - удивился Гарри.
- Ничего удивительного, - фыркнула девчонка. - В этой школе вряд ли найдется волшебник, у которого нет родственников Пожирателей.
- Еще бы, ведь все чистокровные связаны, - усмехнулся Поттер. Он вспомнил о своих ближайших родственниках - Блеках. Кажется, Регулус Блек получил метку в шестнадцать. Да те же Малфои, которые являются ближайшими ныне живущими родственниками Поттера. Гарри ближайшие ныне живущие родственники через Нарциссу Блек. - У меня и самого парочка есть.
- Вот видишь, - улыбнулась Эпстейн. - Так у всех. Тем более что это школа темных искусств.
- Да, но большинство здесь из континентальной Европы, даже ты. Не думал, что власть Темного Лорда распространялась так далеко, - нахмурился Гарри.
- Ну, он не везде вел боевые действия, - пояснила Эпстейн. - В Англии тоже не пришлось бы ничего делать, если бы не Дамблдор. Старик возглавлял сопротивление, которого в других странах и в помине не было.
- Хм, любопытно, - пробормотал Гарри. Он бросил на довольную подружку заинтересованный взгляд. - Сара, а ты сам хотела бы быть Пожирателем смерти?
- Я... - растерялась она на несколько мгновений. - Не знаю. Его идеи нравятся мне, но быть его последователем страшно. Дедушка рассказывал, каким Темный Лорд был в шестидесятых. Он говорил, что Лорд олицетворял силу, уверенность, власть. Они все поголовно были влюблены в него, поклонялись ему. Но все изменилось в семидесятых. Говорят, что Лорд проводил над собой какие-то эксперименты и сошел с ума. Страшно служить безумцу.
Гарри задумчиво кивнул в ответ на ее слова. У него сложилось неоднозначное впечатление о Темном Лорде из того, что он успел узнать. Каркаров, газеты, другие ученики, все они имели свое мнение о лорде Волдеморте. Гарри слышал, как возмущался их профессор Темных искусств, называя ужас Европы «талантливым самоучкой». Кто-то из учеников с восторгом повторял услышанные от родителей истории о Лорде. Другие шепотом говорили о людях, которых запытали до смерти, и дрожал от страха и жажды мести. За казалось бы красивыми идеями сохранения чистой крови, которая давала могущество и доступ к древней магии, за призывами к соблюдению традиций от Поттера не скрывались реки пролитой крови, разбитые семьи, страх и мрачная истина. Фактически на протяжении двадцатого века чистокровные волшебники только и делали, что занимались негативной евгеникой, изобретенной магглами.
Гарри не мог не восхищаться умом, талантом, магической силой Темного Лорда. Однако за ними стояли жестокость и безумные идеи, которые он не мог ни понять, ни поддержать. Нет, он не думал о мести за убитых родителей, которых никогда не знал. Единственное, что у него было, так это несколько их фотографий в газетах. Ему было немного обидно за счастливое детство, которого никогда не было, но не более того. И все же... все же Гарри никогда не стал бы Пожирателем смерти, чтобы там про это не думал директор Каркаров.
- Я совсем забыла, - спохватилась вдруг Сара, вырывая друга из размышлений. - Мы с Лусией собирались вместе пойти на факультатив по бальным танцам сегодня!
Она быстро собрала вещи, махнула рукой приятелю и через несколько мгновений выбежала из библиотеки. Гарри раздраженно вздохнул и посмотрел на сумку с туфлями, забытую девчонкой. Должно быть, она специально взяла их с собой, чтобы после библиотеки пойти на танцы. Тяжело вздохнув, он поднялся и понес вещи хозяйке. В коридоре он недовольно огляделся по сторонам, раздумывая, куда могла побежать непоседливая подружка. После минутных колебаний Гарри пошел направо и тут же услышал шум с другой стороны. Среди посторонних звуков послышались извинения мисс Эпстейн.
- Так торопилась, что кого-то сбила с ног, - недовольно проворчал Гарри, разворачиваясь.
Когда он подошел к Саре, девочка стояла посреди коридора со слезами на глазах. Мантия была испачкана пылью, а новенькая сумка треснула прямо по шву. В воздухе витал неприятный запах каких-то трав.
- Что случилось? - поинтересовался Поттер, одновременно показывая ей туфли.
- Я торопилась и, вылетев из-за угла, случайно сбила с ног профессора Снейпа, - всхлипнула она, подтверждая его мысли. - Он так грубо высказался! Это возмутительно!
- Ну, не стоило ожидать чего-то другого от такого мрачного человека, - справедливо заметил Гарри, подавляя гнев. - Мы можем сказать директору, что этот Снейп оскорбил тебя.
В глубине души Поттер одновременно и жалел, и радовался тому, что не стал свидетелем сцены. Если бы он стоял рядом с Сарой, когда этот зельедел оскорблял ее, то наверняка бросился бы на защиту подруги. А ведь ему ни в коем случае нельзя выдавать себя! Уже повезло, что свернул не в ту сторону, иначе непременно показался бы работнику Дамблдора на глаза.
- Не стоит, - вздохнула Эпстейн. Она достала платок и вытерла повлажневшие глаза. - Надо привыкать, что не все в этом мире готовы нянчиться с нами, так?
Гарри облегченно кивнул.
- Спасибо, что принес туфли, - улыбнулась подружка.

Северус откинул голову на каменную стену, прислушиваясь к голосам детей. Рассудительный мальчик чинил девчонке сумку, одновременно вяло возмущаясь ее легкомысленности. Подруга отнекивалась и звала его пойти с ней на танцы. Они внезапно напомнили Снейпу его самого в том же возрасте. Его и Лили в коридорах Хогвартса, где-то около библиотеки, ведь там они могли встречаться без помех. Северус уже успел пожалеть о том, что обругал малышку. Она не виновата в том, что он тоже не смотрел под ноги, был слишком раздражен, что в этой школе не учится никто по фамилии Поттер, что здесь так приятно преподавать студентам, которые действительно хотят заниматься зельеварением, что он не может остаться в этой чертовой школе навсегда!
- Я возвращаюсь в библиотеку, мне нужно закончить работу по Темным искусствам, - сообщил за стеной мальчик.
- Но Га... - начала девчонка и вдруг осеклась. - Конечно, тебе нужно учиться, - совсем другим, нежным тоном сказала вдруг она. - Мы надеемся на тебя, постарайся.
Снейп не понял, что она имела в виду и, судя по недоуменному восклицанию, мальчик тоже. Хотя переспросить он не успел, так как по коридору зашелестели удаляющиеся шаги подружки. На мгновение Северусу стало любопытно посмотреть на паренька, но он пересилил себя и пошел в учительскую. Глупо же надеяться, что он и внешне чем-то похож на Принца-полукровку в детстве.
Макиярви встретил Снейпа в учительской своей обычной очаровательной безобидной улыбкой. Одним своим видом профессор травологии мог разбить все представления магглов о темных волшебниках. Впрочем, с такой же легкостью он разбивал девичьи сердца. Северус поражался количеству учениц, желающих чем-то помочь дорогому профессору. Правда, у местных девчонок хватало ума не писать Макиярви любовных писем и тем самым не оставлять никаких компрометирующих вещей на будущее.
- Как вам первая учебная неделя, профессор Снейп? - сухо поинтересовалась Бэшворунг. Она проверяла за своим столом домашние работы. Он чувствовал, что не нравится ей. Возможно, когда-то она была сторонницей Волдеморта, и его служба у Дамблдора не добавляла ему симпатий в школе темных искусств.
- Я весьма впечатлен стремлением студентов к знаниям, - ответил Северус.
- Да, в этом плюс преподавания в Дурмстранге, - кивнула дама. - Как правило, дети здесь действительно стараются. Прежде я работала в небольшой частной волшебной школе в Германии, там мои уроки приносили совсем иные результаты.
- Чем же вызвано подобное? - поддержал беседу Снейп. Он сел за стол, который ему выделили на время пребывания в школе.
- Родители сильно давят на ребят, - грустно ответил ему Макиярви. - Есть действительно талантливые, но большинство работает хорошо просто потому, что дома им не прощают ошибок. Здесь ведь все дети из очень специфических семей, вы понимаете?
- Кстати, о талантах, - вмешался профессор Гербе, который преподавал зельеварение в Дурмстранге в течение последних двадцати шести лет. - Выделили вы кого-нибудь из учеников, с которыми работали, Северус?
- Поляков неплох, - неохотно признал Снейп, чем вызвал несколько удивленных улыбок среди профессоров. Их явно позабавила такая заниженная оценка.
- Это верно, лучший во всем на своем курсе, - кивнула Бэшворунг с гордостью в голосе. - Кто мог предположить такое рвение, когда он только явился в Дурмстранг?
- Да бросьте, Вильгельмина, - усмехнулся Павлов, отрываясь от чтения последнего выпуска «Le Figaro». - В первый же месяц на первом курсе уже можно сделать вывод, кто в будущем далеко пойдет.
- Да неужели? - строптиво поинтересовалась ведьма. - Порой знаешь человека годами, а потом он вдруг совершает такое, что никто и не ожидал!
- И все же лидерские качества... - возразил Гербе. - Да вот, к примеру, ваш любимец, Вильгельмина! Ведь явные задатки хорошего лидера и манипулятора. Такой парень уж точно не растворится в толпе, когда покинет школу.
Щеки Бешворунг слегка порозовели.
- И вовсе Гарольд не мой любимец! - возразила она. - Просто лучше всех справляется с заданиями!
- Это правда, мальчик хорош, - с улыбкой подтвердил Павлов, снова переключаясь на газету.
- А на моем предмете полная бездарность, - прохрипел от камина профессор Эминеску. - Мальчику совсем не дается исконное волшебство. И ведь я же вижу, что магической силы в нем достаточно. Это все его порченая кровь!
Северус с интересом слушал жаркий спор профессоров по поводу учеников. В этой учительской он чувствовал себя на удивление спокойно и уверенно. Лучше, чем в Хогвартсе. Быть может потому, что всех присутствующих английское министерство, если бы ему дали волю, без колебаний отправило бы в Азкабан за использование темной магии?
Ему оставалось преподавать в этой школе еще целую неделю. Гарри Поттера в Дурмстранге не было, да и откуда бы ему здесь быть? Избалованный мальчишка не выдержал бы и месяца в этом темном царстве. Закончив нелепые поиски, Снейп собирался просто насладиться своим пребыванием здесь.

Глава 8

Приближалось Рождество. В эту пору английские дети мечтали о подарках и паре снежинок в праздничную ночь. Дурмстранг уже несколько месяцев был погребен в сугробах и выглядел cо стороны просто жутко. Гарри Поттер знал, что ничего не получит на Рождество. Его родственники никогда не баловали племянника подарками. Если бы тетя решила прислать что-то, то это был бы старый носок Дадли или кусок засохшего пирога. Из его новых друзей мало кто знал, что такое Рождество. Чистокровные волшебные дети отмечали в конце декабря другие праздники. Многие здесь вообще враждебно относились к маггловской религии. Когда Малфой в своем обычном бесконечном трепе поднял тему Рождества, которое они праздновали дома с подачи его отца, Иеремия жестко отчитал его и перечислил целую плеяду знаменитых волшебников, погибших во времена инквизиции. Маггловские священники здесь вызывали исключительно брезгливость и страх.
Тем не менее, в школе царила праздничная атмосфера. Студентам предстояла неделя каникул и организованный школьным советом бал. В Дурмстранге любили развлекаться. Без ярких событий, без шумного радио, школа стала бы слишком уж мрачной и негостеприимной. А так большинство молодых людей даже не пожелало покинуть замок на время каникул.
- И зачем мне ехать домой? - лениво поинтересовался Цепеш у проявившего недоумение Гарри. - Родители и старшие братья будут пропадать на торжественных приемах. Сестра собирается отправиться в Индонезию со своим мужем и детьми. В замке останутся только прислуга и домовики. Уж лучше провести время в компании друзей.
Остальные члены квиддичной команды подержали капитана, и тренировка продолжилась. Не у всех отношения с родителями были такими плохими. Например, Крис и Абраксис решили остаться в школе, чтобы не оставлять Гарри одного, а Сара и Лусия желали посетить новогодний бал. Мариус Блек же, по едкому замечанию Малфоя, «отправится навестить мамочку».
Однако до праздников и каникул предстояло еще одно важное действо - квиддичный матч между Воронами и Гарпиями. После долгих уговоров и мучительных совещаний со своим Стратегом (к слову, человек с большой буквы носил ничем не примечательное имя, которое, кажется, никто и не стремился запоминать) капитан все же решил не выпускать на поле ловца - первокурсника. Гарри был этому безумно рад. Ему ни в коем случае не хотелось брать на себя такой груз ответственности. От него бы зависели 150 очков и, фактически, выигрыш или проигрыш команды. Не говоря уж о том, что Луиджи - постоянный ловец Воронов - упорно твердил, что обыграть Крама просто невозможно. Гарри остался в запасе и, таким образом, сохранял полное спокойствие перед игрой. Квиддич все еще волновал его гораздо меньше прочих проблем.
Случай хранил его, так что Гарри ни разу не встретился с профессором зельеварения, который показался ему опасной личностью. Северус Снейп уехал из Дурмстранга, отработав положенные две недели, и увез с собой очень приятное впечатление от школы, а так же полную уверенность, что Гарри Поттера в ней нет. И все же мальчик продолжал беспокоиться из-за поисков Дамблдора. Впрочем, Гарри полагался в этом вопросе на изворотливость собственного директора.
Много времени мальчик продолжал посвящать изучению волшебного мира. Он понимал, что никогда не сможет стать полноценным членом магического общества, если не узнает хотя бы половину той бытовой информации, что была известна всем детям, выросшим в волшебном мире. Нужными книгами его весьма охотно снабжала Наталья. Она уже привыкла к его постоянному присутствию в библиотеке. Точно так же к этому привыкли и все друзья - приятели, которых он завел за несколько месяцев. Чаще всего ребята сначала начинали общаться с Абраксисом. Это он своей дружелюбной болтливостью без труда налаживал новые связи. Некоторые подходили к Гарри сами - обычно за помощью по урокам.
Единственным предметом, который действительно плохо ему давался, были Темные искусства. Гарри смог более-менее разобраться с зельеварением. Профессор Гербе был внимателен к своим студентам. Он не достиг таких высот в науке зельеделия, как Снейп, зато отличался незаурядным учительским талантом. Максимилиан Гербе без труда находил слабости и недостатки первокурсников, а потом умело направлял их старания. У Гарри не оказалось предрасположенности к предмету, но он вполне достойно показывал себя на уроках. Совсем иначе все обстояло с Темными искусствами.
Профессор искал таланты, он хотел видеть, как его ученики засияют словно звезды магического мира. То, что одним из его учеников был сам Гриндевальд, явно плохо сказалось на его педагогическом таланте. И он мало интересовался теми, кто не способен был справиться с простейшими заклинаниями. Так Гарри не попал в списки его любимчиков. А исконная магия слушалась его с трудом и через раз. Оставалось лишь поджимать губы и лучше стараться на других уроках.
В ночь перед матчем с Гарпиями Гарри снились самолеты, ракеты и старый велосипед Дадли, на котором двоюродный брат перелетел через клумбу миссис Темпл и безнадежно испортил тем самым подарок своей мамочки. Разбудили его гневные вопли Малфоя и возмущенное шипение Криса. Поттер открыл глаза и с удивлением обнаружил, что в мутном слабом свете единственной свечки соседи по спальне с остервенением оттаскивают от него Влада Цепеша, который с не меньшим пылом от них отмахивается.
-Что здесь творится? - с недоумением поинтересовался мальчик, заклинанием освещая комнату. Малфой и Блетчли неохотно отошли от Владислава.
- Ну, он так крался, что мы решили, будто это злоумышленник какой-нибудь, - не очень убедительно ответил Абраксис.
- Серьезно? - недоверчиво переспросил Гарри.
- Ну, знаешь, Блек не дремлет! - преувеличенно серьезно заявил Крис. - Ночами напролет измысливает новые каверзы.
Гарри с подозрением посмотрел на друзей. Мало того, что оправдание было откровенно глупым, он еще и сильно сомневался, что кто-то подозрительно крадущийся мог разбудить Малфоя и не потревожить его самого при этом. У Поттера был чуткий сон, натренированный годами жизни с маггловскими родственниками. Чего-то соседи по спальне не договаривали, но прямо сейчас выяснять оказалось некогда.
- У меня нет времени на ваши детские разборки! - раздраженно сообщил Влад. - Эванс, у нас проблемы.
- Что случилось? - тихо спросил Гарри. Он почувствовал, как внутри все мгновенно заледенело от страха. Конечно же, Влад пришел из-за квиддича, его больше ничто не объединяло с первокурсником.
- Луиджи отравился, - мрачно сообщил капитан, подтверждая худшие догадки. - Слопал вчера какую-то ерунду, а сегодня его соседи по спальне уже сопроводили к медиведьме.
Гарри в немом ужасе ждал продолжения. Он уже догадывался, что скажет капитан, но про себя буквально умолял, чтобы Цепеш произнес что-то другое.
- Тебе придется сегодня играть за ловца, - договорил Владислав.
- Здорово, Эванс! - радостно воскликнул Абраксис и кинулся пожимать другу руку, не обращая внимания на то, как резко тот побледнел. Гарри не стал что-то еще спрашивать или отнекиваться. Ведь он прекрасно знал ситуацию в команде, что заменить ловца кроме него некому.
Столовая гудела за завтраком. Квиддич был единственным, а потому любимым спортом всех волшебников от мала до велика. И чем сложнее предстоял матч, тем больше росло возбуждение зрителей. Вороны были лучшей командой школы. Ребята играли неизменным составом три года и занимали первое место в турнире по числу забитых голов. Все знали, что капитана Воронов уже пригласили играть в лучшей Румынской квиддичной команде сразу по окончанию школы. Вот только ловца Гарпий они так ни разу и не смогли обойти. Раз за разом Крам ловил снитч прежде, чем они успевали набрать достаточное для победы количество очков. И сейчас все гадали, разработали ли Вороны новую стратегию игры?
Слух о том, что Луиджи не будет играть, разнесся по Дурмстрангу со скоростью подпаленной совы. Гарри чувствовал почти физически, что все взгляды направлены на него. Ребята гадали, насколько он хорош как ловец, пытались выявить его преимущества и недостатки, вспоминали все слухи, которые успели появиться о нем в школе. Приказ директора не привлекать внимания летел в тартарары.
- Никто не ждет от тебя чудес, - утешающее похлопала Гарри по руке Тереза. Они сидели за столом команды все вместе, уже облаченные в свою строгую темную форму. Лица у большинства были спокойные и торжественные. Они беспокоились, готовились к решительной жесткой победе, либо унизительному проигрышу. И отчаянно пытались не показать окружающим своего страха. - Луиджи ни разу не выиграл у Крама, ничего страшного, если с тобой случиться тот же конфуз. Просто выложись полностью и следуй плану. Все обсуждалось уже на тренировках.
- Что за чушь ты бормочешь? - возмущенно воскликнул Влад. - Слушай сюда, Эванс, выиграй или умри! Ты меня понял?!
- Он шутит, - буркнул Гринграсс в ответ на панический взгляд Гарри. - Делай все, что в твоих силах, мешай Краму поймать снитч, виси у него на хвосте... Да ты сам знаешь лучше меня.
Ловец кивнул. Он оглянулся и перехватил изучающий взгляд Виктора. Крам тоже сидел со своей командой. Он был облачен во все красное. Увидев, что Гарри заметил его интерес, Виктор кивнул и тут же отвернулся. Поттер удивленно моргнул, не понимая, чтобы это могло значить.
- Вообще-то Виктор хороший парень, только стеснительный очень, - улыбнулся Гарри вратарь Разван Станча. - Мы с ним на одном курсе.
- Хей, про противника перед игрой только плохое! - возразил Влад. Тереза закатила глаза в ответ на это высказывание. Она, как и Гарри, почти ничего не ела от переживаний. Лишь нервно мяла вилкой картошку в своей тарелке. Поттер наблюдал за ней и удивлялся, как при этом ей удается сохранять такое легкомысленное выражение лица.
- Пора, - наконец выдохнул Влад, поднимаясь. Практически незаметным жестом он провел пальцами по руке Терезы. Гарри удивленно вскинул на них взгляд, но тут же отвернулся, делая вид, что ничего не заметил. Знания в Дурмстранге были опасным оружием и легко могли сделать тебя врагом даже очень близкого человека. Все в школе знали, что по окончанию школы Тереза выйдет замуж за весьма влиятельную персону. Влад - будущий профессиональный игрок в квиддич - совершенно не подходил ей по статусу.
Они поднялись вслед за своим капитаном, и внезапно зал взорвался аплодисментами. У Гарри от волнения подогнулись коленки, но Нил поддержал его под локоть. Болельщики приветствовали их хлопками, криками и свистом. Кто-то кричал имена игроков. Цепеш вскинул сжатую в кулак руку, чем вызвал еще один шквал аплодисментов. Гарри увидел, как беснуются Малфой с Эпстейн и с кислой миной хлопает Крис. Вороны покинули зал тесной группой. Болельщики ненадолго утихли, чтобы чуть позже так же бурно приветствовать Гарпий.
Гарри так нервничал, что из его головы совершенно выпал отрезок времени от столовой до взлета. Вроде бы, они в раздевалке в последний раз повторяли тактику, и Влад махал рукой у него перед лицом, что-то доказывая. Вроде бы, Забини, горластый ведущий школьного радио, представлял команды. Вроде бы, капитаны пожимали друг другу руки перед тем, как судья свистнул, сообщая о начале матча. Зато стоило ему взлететь, как мысли очистились и волнение отступило. На мгновение он перехватил взгляд Виктора, на удивление живой.
- Посмотрим, на что способен новый мелкий ловец Воронов. Выглядит не слишком внушительно. Его размеры и вес, конечно, большой плюс для ловца. Они позволяют развивать большую скорость. Однако против таланта Виктора... - уловил Гарри часть комментаторской речи, но в следующий момент в ушах зашумел ветер, потому что они с Крамом одновременно бросились в пике, пытаясь нагнать мелькнувший на мгновение снитч. Они летели так быстро, что Гарри испугался, что его сдует с метлы. Поттер почти мгновенно потерял из вида золотой шарик, но Влад не ставил цели поймать его. Главное - не дать Виктору схватить снитч, пока Вороны не наберут хотя бы на 150 очков больше соперников. Поттер практически лег на метлу, обгоняя соперника. Он резко развернулся, заставляя Виктора нырнуть в сторону, сбиваясь с курса и теряя из вида мячик. После этого оба зависли на месте, настороженно наблюдая друг за другом.
- Вот это была гонка, - выдохнул в микрофон Забини. - А Цепеш тем временем передает пас Габсбург...
Следующим приемом, который Виктор решил ему показать, был финт Вронского. Гарри едва держался на метле уже через полчаса игры. Крам действительно был бесподобным игроком. Смотреть на него с трибун было интересно и волнующе, играть против него - самоубийственно. Поттер отчетливо понимал, что снитч ему не поймать. Он был разочарован в себе. И совершенно не ожидал, что Нил ободряюще хлопнет его по плечу, пролетая мимо.
- Молодец, - усмехнулся ему загонщик. - Так держать.
Счет был уже 130: 70 в пользу Воронов, когда Виктор в очередной раз вошел в рисковое пике. Гарри не видел снитча. Чутье говорило ему, что мячика там нет, но он не мог положиться только на это. Разрыв с противником был слишком мал. Поттер развернул метлу и бросился следом. Они мчались всего в нескольких метрах друг от друга, пролетели мимо Терезы, Влада и третьего нападающего, выполняющих сложный пас, мимо колец команды Гарпий... И в этот момент Гарри увидел золотую вспышку совершенно не там, куда мчался Виктор. Поттер дернул ручку метлы, собираясь повернуть, и в тот же миг в него врезался бладжер, отбрасывая на несколько метров назад. Он налетел спиной прямо на одно из колец Гарпий. Несколько секунд бладжер прижимал Поттера к нему, а потом отлетел. У Гарри перехватило дыхание. Ему никогда прежде не было так больно. Он отчаянно пытался вздохнуть, но из легких вырывались лишь всхлипы.
- Эй, - подлетел к нему вратарь противника. - Мелкий, ты в порядке? - встревожено поинтересовался он. Гарри не осознавая этого, отпустил метлу, которая все еще держала его на воздухе. Парень поспешил подхватить его. - Вот гадство, - прошептал вратарь, вытирая пальцем струйку крови, потекшую у ловца изо рта.
Наблюдавшие за ними болельщики замерли в тревожной тишине. Загонщик, пославший бладжер, побледнел до синевы. Он просто выполнял свою работу на поле. Кто мог знать, что обычный бладжер так сильно приложит мальчишку? Остальные игроки сами прекратили игру, не понадобилось свистка судьи, и начали подлетать к кольцам Гарпий, чтобы посмотреть на происходящее.
- Я поймал снитч, - сквозь начавшийся кашель сообщил Гарри.
- Что? - переспросил вратарь.
Гарри протянул вперед левую руку и показал, что зажато в ней. Цепеш торжествующе взвыл.
- Гарольд Эванс поймал снитч! - тут же подхватил его вопль комментатор. - Мелкий поймал снитч! Не знаю, как он это сделал, но Вороны только что выиграли у Гарпий со счетом 270: 70. Вот это да!
- Снитч был прямо у бладжера на дороге, - пояснил подлетевший Гринграсс. - Его просто впечатало в Эванса.
- Ему от этого не легче, - оборвал Крам. Он недовольно посмотрел на беснующегося Цепеша, от радости совсем забывшего про травму своего ловца. - Нам надо опустить мальчика на землю и передать медиведьме.
Врач уже ждала их внизу с носилками, встревожено глядя в высоту. Вратарь, все еще державший Гарри на руках, подтверждающее кивнул. Они вдвоем поудобнее устроили раненого ребенка и осторожно опустились. Старушка - медиведьма уложила мальчика на носилки и направила их в школу. По дороге к ней присоединился Каркаров.
Гарри очнулся от тихого шепота. За одиннадцать лет с магглами он ни разу ни болел. Магия и суровое воспитание тетки надежно защищали его от простуд, ветрянок и скарлатин, синяки заживали прямо на глазах, а более серьезных травм он старался не получать. Но стоило попасть в волшебный мир, и все изменилось. Из первокурсников никто не бывал в медицинском кабинете чаще Эванса. Его словно магнитом тянуло к пожилой медиведьме. Поэтому, очнувшись, он сразу понял, где находится по запаху лечебных зелий.
- Насколько все серьезно?
- Четыре ребра сломаны, повреждено легкое, да еще и гематома на спине. Еще бы немного, и он мог повредить позвоночник, но этого не произошло. Внутреннее кровотечение быстро удалось остановить, - тихо перечисляла врач.
- Но ты все вылечила? - настырно переспросил директор.
- Разумеется! Правда ему предстоит несколько мучительных часов, пока восстанавливаются ребра, но в остальном его здоровью ничего не угрожает. Счастливчик, - насмешливо закончила ведьма. - Никогда не видела, прежде, чтобы ты так волновался за ученика, Игорь.
- Если он погибнет, Капелла, моя жизнь не будет и ломаного гроша стоить, - выдохнул Каркаров. Пока мальчик был жив, Игорь мог выкупить свою жизнь у Темного Лорда, но если Поттер умер бы так неудачно, всего лишь от глупой игры, то ситуация повернулась бы совсем иной стороной. У Волдеморта мог возникнуть вопрос - зачем Игорь вообще взял Гарри под свое крыло? Быть может, это очередное предательство? Нет, Поттер должен жить. Тем более, если бы кто-то из светлых вдруг узнал, что их драгоценный ребенок умер в школе Пожирателя смерти, не миновать еще и проблем от них.
- Он очнулся. Можешь поговорить с ним, но не долго, - сообщила ведьма, бросила напоследок задумчивый взгляд на директора и ушла в соседнюю комнату.
Гарри неохотно открыл глаза. Он был бы не прочь еще немного послушать беседу директора, прикидываясь спящим. Он прекрасно понимал, что Каркаров сейчас не в духе и приятного разговора не получиться.
- Я, кажется, не раз говорил вам, мистер Эванс, главное правило. Не выделяться! Не раскрываться! Не привлекать внимания! - сердито заговорил Игорь, приблизившись к постели ребенка. Поттер казался таким маленьким, беспомощным и хрупким, что Каркарову казалось, будто он умирает, даже несмотря на заверения Капеллы. Директор давненько так не боялся, как в момент, когда мальчишку ударило бладжером.
- Да, сэр, - вяло ответил ребенок.
- Ты не понимаешь, - зло прошипел Игорь. - Если нас раскроют, то несладко придется обоим. А если ты погибнешь?
- Вряд ли кто-то будет плакать, сэр.
- Причем тут это? Не забывай, кто ты! Трижды подумай, какое значение имеет для магического мира Гарри Джеймс Поттер, прежде чем влипать в неприятности! - продолжил Каркаров, все сильнее наклоняясь над учеником. - Я знаю, ты много времени проводил в библиотеке! Ты уже должен был понять, что ты не просто ребенок!
Гарри молча смотрел на директора. Откровенно говоря, что-то отвечать не хотелось. Он прекрасно знал, что в этот момент Каркаров переживает только о себе.
- Больше никакого квиддича, - огласил вердикт Игорь.
- Что?! - возмущенно воскликнул Гарри. Он любил летать, любил шум ветра в ушах. Его не слишком-то привлекали тренировки, но сама игра оказалась ни с чем несравнимым удовольствием. В крови играл азарт, а гонка с тем, кто не уступает тебе, а даже превосходит, туманила рассудок.
- Я все сказал, - отрезал Каркаров и быстрым шагом покинул палату. Гарри попытался приподняться и возразить. Но грудь и живот свело в спазме, и он с тихим стоном упал на постель. Да и что толку было бы возражать? Он полностью зависел от Каркарова. Тот единственный знал, кто такой Гарри Эванс, так же как и то, что никто не хватится мальчика, если тот внезапно пропадет. А Гарри Поттер? Что ж, ведь он потерян уже давно.
У входа в палату директора встретила взволнованная толпа ребят. Первая волна эйфории после игры прошла, и теперь все желали повидать героя дня, только строгая медиведьма удерживала их от визита.
- Как он, сэр? - тут же поинтересовался кто-то у директора.
- Госпожа Капелла подлечила его, но большого количества посетителей он не выдержит. Повидаетесь завтра, - сообщил Игорь. Ответом ему стал дружный разочарованный стон.
- Ничего, народ, - бодрым голосом привлек всеобщее внимание Влад. - Мы его после следующего матча на руках носить будем! Он мне все снитчи переловит!
- Жаль разочаровывать вас, Цепеш, - холодно прервал его Каркаров. - Но Эванс больше не будет играть в квиддич.
- Это еще почему? - возмущенно заорал Влад.
Мгновение Игорь колебался, прежде чем солгать:
- Его родители запретили ему. У мистера Эванса в жизни найдутся более важные и полезные занятия, чем гоняться за мячиком.
Дети в коридоре разочарованно застонали.
- Ну, вообще-то Эванс и раньше говорил, что ему дома не разрешали летать, - сообщил всем Малфой. - Неудивительно, что его родители испугались, когда он так разбился.
- Это несправедливо, - вздохнула Эпстейн, глядя вслед удаляющемуся директору.
- Ну, хотя бы этот матч мы выиграли, - вздохнул Луиджи.
- Тебя там не было, - насмешливо сказал Нил, толкнув приятеля локтем в бок.
- Ну да. Мой взнос был в поедании тухлых помидоров, - скривился ловец, выразительно посмотрев на капитана.
- Ты его специально отравил?! - воскликнула Тереза. Она не нашла больше слов, чтобы выразить возмущение и отвесила капитану подзатыльник.
- Я знал, что Эванс у Крама выиграет! - самодовольно ответил Цепеш, уклоняясь от дальнейших побоев. - Вот как только увидел его, так сразу это понял! А вы все не соглашались его на поле выпускать.
- И были правы! - топнула ногой Тереза. - К тому же это была просто случайность, что Эванс поймал снитч.
- Пф, ерунда. Завтра к утру он будет в порядке, - отмахнулся Влад. - А запрет родителей... Я еще подумаю, что можно с этим сделать.
Цепеш задумчиво посмотрел на дверь медицинского кабинета. Тереза тяжело вздохнула, но не стала комментировать последнее высказывание.
- Пойдемте праздновать, - предложила она. Ребята поддержали ее и с шумом последовали в столовую, где уже накрывали ужин.
Выйдя из палаты на следующее утро, Гарри вынужден был столкнуться с всеобщим обожанием. Большинство студентов верили, что его победа над Крамом лишь случайность, однако из-за этого они не переставали поздравлять его или просто смотреть на него непонятными взглядами. Даже староста девочек соизволила потрепать его по голове, проходя мимо. Все это внимание к сопернику, разумеется, бесило Блека, но он, к счастью, вскоре отправился домой жаловаться на ужасных полукровок мамочке. Малфой же грелся в этом внимании так, словно сам стал победителем памятного матча. Гарри с Крисом только понимающе переглядывались, косясь на друга.
Товарищи по команде не уставали благодарить Гарри за победу.
- Теперь нам, как победителям, достанутся на балу лучшие девчонки! - довольно ухмылялся Луиджи.
- Ко мне уже трое подходили, сами приглашали, - вторил ему Нил.
Самого Гарри, естественно, никто на бал не приглашал. Он был слишком мал, чтобы им заинтересовались девочки постарше, а одногодок распугала Сара. Эвансу не оставалось ничего другого, кроме как пригласить ее. Не то, чтобы он жаловался, конечно. Лусию пригласил Малфой, а Крис предпочел отправиться на бал в гордом одиночестве. Для очередного бала пришлось купить новую парадную мантию. Единственную, которая была у Гарри, он уже одевал на Самайн, а Абраксис заявил, что дважды появляться в одном обществе в одном и том же наряде это моветон. По почте он заказал в Косом переулке бархатную темно-зеленую мантию, которая очень ему шла. Сара осмотрела наряд немного нервно, но осталась довольна.
- На праздник приедет тетя Рахель, - пояснила она друзьям свое внимание к чужому костюму. - Она не будет особо внимательно присматриваться, я полукровка и не имею для нее особого значения, но пару взглядов в нашу сторону бросит.
- Я думал, в Дурмстранг не могут приезжать взрослые, - удивился Крис, подняв взгляд от книги по зельям. Ему нравился предмет, и он проводил почти все свободное время за дополнительной литературой по нему.
- Да, что-то связано с самой магией школы, - кивнула Эпстейн. - Волшебники старше семнадцати лет могут находиться здесь, только если они преподаватели или персонал. Кажется, они еще и магический контракт заключают.
- Так в чем же дело? - подтолкнул ее к дальнейшим объяснениям Крис.
- Раз в год защита школы слабеет или усиливается, точно не знаю, - нахмурилась девочка. - В любом случае, взрослые могут попасть сюда на два-три часа, но потом все равно не могут вспомнить, где находится школа. Чудесная магия, верно? Такой защиты не найдешь нигде в Европе. Давно забытые знания.
- Как и переводческое заклинание, - буркнул Гарри.
- О чем ты? - удивился Малфой.
- Заклинание, благодаря которому мы все можем понимать друг друга, - пояснил Поттер. - Его наложили на школу несколько веков назад как раз тогда же, когда Дурмстранг стал скрыт. Но потом эти заклятия были утеряны. Современные знания помогают с помощью волшебства понимать максимум один чужой язык, а не все подряд.
- Как здорово! Вот бы однажды найти эти потерянные знания! Интересно, а почему они были утеряны? - загорелся Абраксис.
- Из-за гонений на магов, из-за войн против исконной магии, - пожал плечами Крис. - Это же очевидно. Из-за того, что наша темная магия непопулярна, теряются великолепные возможности, а маги становятся слабее.
- Дядя Люциус говорит, что это из-за смешения крови, - скривился Малфой.
- Возможно, это и верно отчасти, - кивнул Крис. Он бросил виноватый взгляд на Гарри. - Все полукровки на нашем курсе уступают во владении Темными искусствами чистокровным волшебникам.
- Мальчики, почему мы начали с обсуждения мантий и закончили такими глобальными вопросами? - в отчаянии спросила Лусия. - Посмотрите, какую брошку мне прислала старшая сестра. Я надену ее на бал.
Она положила на стол перед ними красивую вещицу и радостно улыбнулась. Малфой тут же склонился над ней с интересом сороки, мгновенно отвлекаясь от серьезной темы.
- Так зачем приезжает твоя тетя? - обратился Гарри к Эпстейн, немного понаблюдав за щебечущими ребятами.
- Ни она одна, - кисло сообщила Сара. - Тут будет полно взрослых. Кто-то приезжает посмотреть на своих детей, но некоторые присматриваются и к остальным.
- Зачем?
- Эванс, что за наивность, - покачал головой Кристофер. - Здесь же детки чистокровной европейской элиты. Да еще и без пристального родительского ока, как на балах летом. Удобный шанс узнать, кто и что из себя действительно представляет. Надо присмотреть, за кого своего ребеночка посватать, кто-то, может, и сам жениться на молоденькой планирует, кто-то какого-нибудь старшеклассника посообразительнее себе в секретари пристроит. Удобно же. Для студентов тоже. Хотя вот Блека родители разумно домой забрали. По нему-то сразу видно, что он ничего собой не представляет.
- Еще и поэтому Гарольду важно хорошо выглядеть, - влезла в разговор Эпстейн. - Пусть посмотрят на звезду школы.
- Да какая я звезда, - отмахнулся Гарри. Он немного нахмурился, волнуясь. Директор опять будет сердиться из-за того, что он привлекает к себе лишнее внимание? Ему хотелось пойти на праздник и повеселиться, однако ради безопасности мог бы и отказать себе в удовольствии. Но избежать бала будет сложно, не хотелось подводить Эпстейн. Поттер взглянул на девочку. Сара могла бы пойти на бал и с Блетчли. Она озадачено глянула в ответ и слабо улыбнулась. Гарри точно знал, что ей хочется пойти на бал именно с ним, а он не мог разочаровать своего лучшего друга.

Кстати, Капелла - самая яркая звезда в созвездии Возничего.

Глава 9

Глава 9

Читать под венский вальс, только быстренький.

В честь праздника профессора превратили обычно темную столовую в настоящий бальный зал из сказки. Все было залито светом. Гобелены, обычно закрывающие стены помещения, сменились огромными зеркалами. Тут и там зеленели омела и пышные еловые лапы. Тяжелые обеденные столы сменились белыми ажурными столиками, прикрытыми кружевными скатертями. На них высились редкие в Дурмстранге тропические фрукты и сладости. Старшекурсникам подали слабое вино, а малышне сливочное пиво. Подростки соответствовали обстановке. Все оделись в парадные мантии, девушки уложили волосы в хрупкие на первый взгляд прически. Блестели в ярком волшебном свете выпрошенные у мам броши, диадемы и колье. Откуда-то, казалось, что с потолка, играла приятная музыка.
Во время ужина взрослые устроились за отдельными столами в дальнем углу зала. Компании Эванса удалось занять столик, который находился достаточно далеко от них. Гарри украдкой рассматривал гостей. Он успел прочитать немало газет за последнее время, так что среди взрослых усмотрел несколько знакомых лиц. Старшекурсники бесстрашно подсаживались за некоторые столики и разговаривали со знакомыми гостями. Главный староста был нарасхват. Он вежливо улыбался и охотно, без стеснения, разговаривал со всеми желающими. Впрочем, во всеобщем внимании купался весь школьный совет. Они были не просто элитой Дурмстранга, но и в будущем яркими членами европейского магического общества.
- Слышала, Полякову предложили место заместителя директора в департаменте международного сотрудничества у него на родине, - сообщила Эпстейн Гарри. - Неплохо для выпускника.
- Поляков один из самых блестящих студентов за всю историю Дурмстранга, ничего удивительного в его впечатляющей карьере не будет, - пожал плечами Малфой. - Мне бы так!
- Кто тебе мешает? - фыркнула Сара. - Учись лучше, плети интриг побольше и будет тебе слава и почет.
- Я знаю более простой способ, - усмехнулся Абраксис. По его губам прошла незнакомая Гарри коварная усмешка. На следующие его слова Эпстейн едва не зарычала в ответ. - И держу пари - ты тоже, ведь сама используешь его.
- Я этого не делаю! - взвизгнула она.
- Ну конечно, - презрительно скривился Малфой. - Я будто бы слепой!
Гарри нахмурился, пытаясь понять, о чем они говорят. Лучшая подруга и друг сверлили друг друга взглядами несколько минут, но потом, признав ничью, отвернулись. Крис невозмутимо отпил из своего бокала, словно ничего и не произошло, а Лусия едва не застонала. Ей не нравилась напряженная атмосфера за столиком. Она в панике поглядела по сторонам, но всего лишь встретилась с надменным взглядом какого-то молодого мужчины и трусливо опустила голову.
- Ну, и что интересного ты мне расскажешь? - пренебрежительно поинтересовался Лайота у своего младшего брата, отвернувшись от вертлявой девчонки. Влад Цепеш недовольно скривил губы в ответ на его вялое любопытство.
- Ничего, что могло бы тебя развлечь, - спокойно ответил он.
- Я слышал, среди первокурсников в этом году много английских детей? - спросил Лайота.
- Верно, - осторожно кивнул Влад, нахмурившись. Его среди малышни интересовал только один конкретный мальчик. По стечению обстоятельств, как раз англичанин. Непонятно чем вызванный интерес брата ему не нравился.
- И что, есть кто-то особенный? - живо поинтересовалась леди, сидевшая рядом. Она тряхнула светлыми кудрями и фальшиво улыбнулась. - Фройлянд Хильд, я заместитель министра магии Германии. Приятно познакомиться.
Она протянула Владу тонкую руку, которую тот вежливо пожал. Хватка у фройлянд была совсем не мягкая. Она сжала юношескую ладонь словно тисками, дожидаясь ответа. Цепеш не понимал ее любопытства. Влада мгновенно бросило в пот. Он внутренне заметался, не зная, что ответить, но быстро взял себя в руки.
- Смотря, что конкретно вас интересует. Есть дети из старых английских семей: Блек и Лестрандж.
- Поттер, - сказала она с ухмылкой. - Меня интересует, есть ли здесь Гарри Поттер.
Хватка на руке Влада усилилась. Он попытался незаметно вырвать руку, но леди не позволила.
- Право, - вмешался в разговор Лайота. Он ловко взял Хильд за запястье и слегка приложился к нему губами. Фройлянд невольно расслабила пальцы, отпуская Влада. - Если бы мистер Поттер был здесь, мы бы уже знали об этом, леди.
- Думаю, не знали бы, - справедливо возразила женщина. Она вздохнула и перевела взгляд на зал, обшаривая его взглядом.
Владислав благодарно кивнул брату, радуясь избавлению, и получил в ответ насмешливую улыбку.
За соседним столом Каркаров поддерживал беседу сразу с несколькими влиятельными волшебниками.
- Слышал, профессор Эминеску совсем плох? - хмуро уточнил один из собеседников. Игорь нервно нахмурился, но постарался невозмутимо улыбнуться.
- Вовсе нет, господа, некоторая слабость естественна в его возрасте, но думаю, он еще прекрасно выучит не одно поколение студентов.
- Директор, ему скоро исполнится полторы сотни лет, - сурово заметила госпожа Эпстейн, глядя на Игоря сквозь старомодное пенсне. - В этом возрасте даже могущественные волшебники начинают терять свою хватку. Это не стыдно, но пора подумать о новом преподавателе Темных искусств.
- Он преподавал самому Гриндевальду, - жалко протянул Каркаров.
- Необычайно талантливому волшебнику и харизматичному лидеру, безусловно, - громко заверил светловолосый маг в темной мантии. - Однако это было очень давно. Я слышал, нынче у профессора Эминеску нет таких успехов в преподавании.
- К слову об успехах, есть талантливые первокурсники в этом году? - поинтересовалась Эпстейн, окидывая пытливым взглядом зал, где все больше учеников поднимались из-за праздничных столов, чтобы развлечься танцами.
- Рахель, - насмешливо покачал головой светловолосый. - Неужели и вы увлечены поиском Гарри Поттера?
- Поиск ребенка становится похож на азартную игру, охватившую всю Европу, - насмешливо подхватил кто-то.
- Что бы не говорил Дамблдор, я уверена, что с мальчиком все в порядке, - сурово заметила пожилая леди в золотистом платье. - Может, он намерено убежал от Альбуса?
- Было бы проще, если бы мы знали, как мальчик выглядит! Хоть единая фотография кроме тех, что остались со времен его жизни с родителями! - воскликнул какой-то молодой человек.
- У нас есть главная примета - шрам в виде молнии на лбу.
- Который очень легко спрятать.
- Господа-господа, если бы он был здесь, я бы знал, - поспешил заверить их Каркаров. Он удержался от порыва обтереть мгновенно вспотевшие ладони. - Я всегда тщательно изучаю списки студентов, поступающих в Дурмстранг. Ни одного сироты в этом году, будьте уверены.
- Но если вы ищете кого-то интересного, - вмешался в разговор подошедший Поляков. Он приветственно поклонился взрослым, мгновенно сосредоточившим на нем свое внимание. - Обратите внимание на нашу маленькую звезду.
Староста кивнул головой в нужную сторону и взоры всех, кто слышал его, обратились на мальчика в темно-зеленой мантии, который аккуратно вел по бальному залу свою партнершу по танцу. Лица обоих ребят были сосредоточены. Они еще не достигли настоящего мастерства и больше думали о том, как не сбиться с шага, чем о необходимости поддерживать светскую беседу или сохранять нейтральное выражение лица.
- Гарольд Эванс, персона во всех отношениях удивительная, - продолжил Поляков. - Хорошо учится, великолепно играет в квиддич, неплохой лидер...
- Полная бездарность в Темных искусствах, а его победа в квиддич лишь относительно удачное стечение обстоятельств, - прервал его речь Игорь. Он гневно посмотрел на Главного старосту, который неосторожно привлек внимание к Гарри. Конечно, Поляков и понятия не имел, чем могла обернуться его попытка помочь безвестному мальчишке-полукровке. Главный староста недоуменно посмотрел на рассерженного директора и предпочел тихо удалиться.
- Он танцует с вашей племянницей, верно? - уточнил у госпожи Эпстейн один из гостей.
- Да, - кивнула та, скользя по мальчику оценивающим взглядом.
- Случайная победа? - отвлекся от подслушивания обсуждения Лайота. Он с любопытством взглянул в глаза брату, которые, казалось, вспыхнули шальной искрой.
- Я не верю в такие случайности, особенно если они повторяются, - усмехнулся Влад, переводя взгляд на своего теперь уже бывшего ловца.
Сара с удовольствием бы танцевала всю ночь напролет. Ей нравился вальс, равно как и ее партнер по танцу. Эпстейн даже знала, что Гарольд не откажется, если она попросит еще и еще кружить ее по залу, но так же Сара понимала, что ему самому не нравится танцевать. Поэтому чуть погодя девочка позволила ему вернуть себя на место за столиком, где Крис лениво что-то обсуждал с другими ребятами.
- Печенье с предсказаниями, - протянул он мисочку с ним Эвансу.
- Здорово! - радостно воскликнула Сара. Она проигнорировала то, что печенье протянули не ей, и вытянула одну штучку.
- Что за маггловский способ развлечения? - удивился Гарри.
- Они сбываются, - возразила Эпстейн. - Это особое дурмстранговское зимнее печенье! Я слышала от старшеклассниц, что предсказания из него всегда сбываются. Хотя они мутные и непонятные.
- Я не верю в предсказания. Папа говорит, что нет более неточной магической науки, чем эта, - хмыкнул Крис. Он надкусил свое печенье и вынул клочок пергамента. - «Приказ не допускает противоречия». Что бы это могло означать?
- Это афоризм, - сообщил ему Гарри. - Ты прав, такое предсказание мог и я тебе сделать.
Мальчишки рассмеялись, но только рассердили этим Сару.
- Не нужно недооценивать печенье! - воскликнула она. - Вот увидишь, Крис! Скоро случится что-то, подтверждающее это высказывание! Кто-то отдаст тебе приказ, и ты не сможешь ослушаться!
- Тогда это скорей совет, - возразил Эванс. - Дескать, будут приказывать - не сопротивляйся. А что в твоей печенюшке?
Сара покраснела. Она спрятала бумажку и покачала головой.
- Это личное.
- Да, брось! Там наверняка тоже что-то мутное, - нахмурился Крис. Но Эпстейн уже спрятала записочку в кармашек и выжидающе посмотрела на своего кавалера. Гарри ничего не оставалось, кроме как укусить оказавшееся очень вкусным печенье и позволить ей взять кусочек пергамента.
- «Гость иногда за три дня увидит в доме больше, чем хозяин за целый год», - прочитала она. - Думаю, это довольно четко говорит нам о будущем. К тебе приедут гости!
- Сомневаюсь, - покачал головой Гарри. На мгновение он представил, кто мог бы к нему приехать. Его дом был там, где тетя Петуния, где бы это ни было. Пригласить своих волшебных друзей к ней? Это было невозможно. Разве что гости окажутся незваными и узнают что-то лишнее. - Глупое предсказание.
Эпстейн надулась и отвернулась от мальчишек. Малфой танцевал с какой-то девчонкой, и Саре тоже хотелось туда. Эванс тяжело вздохнул и предложил ей руку примирения. Она улыбнулась и, схватив чужую ладонь, потащила Эванса в гущу танцующих.
Гарри запыхался после нескольких быстрых танцев. Эпстейн веселилась вовсю. Он лишь благодарно кивнул Крису, который после очередной вымотавшей друга мазурки, галантно пригласил Эпстейн на следующий танец. Поттер видел по его взгляду, что Блетчли предпочел бы поскучать в уголке и просто хочет выручить Гарри. И оттого благодарность была только больше. Он направился к своему столику, надеясь глотнуть немного сока, когда его руку мягко придержали.
Под потолком проиграли первые аккорды вальса. Гарри, нахмурившись, посмотрел на человека, который мешал ему пройти.
- Могу я попросить один танец от победителя? - неловко улыбнувшись, мягко сказал Крам. На лучшем ловце Дурмстранга была бордовая бархатная мантия, которая ему необычайно шла. Он хотел было отпустить руку Гарри, заметив его недовольство, но Поттер быстро перехватил ладонь. Гарри достаточно хорошо успел изучить волшебный мир, чтобы не пугаться таких предложений от другого мальчика. В мире, где пол, возраст и облик можно изменить, всего лишь глотнув зелья, не обращали внимания на мелочи вроде своеобразных личных предпочтений. А еще он видел румянец на лице Виктора и представлял себе, сколько смелости тому потребовалось, чтобы подойти с этим предложением. Все знали, что Крам очень замкнут и стеснителен. Поттеру не хотелось обижать ловца, которым он восхищался. Конечно, предложение смутило его, щеки вспыхнули розовым, но он быстро взял себя в руки, понимая, что за приглашением не стоит ничего «такого».
- Я с удовольствием потанцую, - улыбнувшись, кивнул Гарри, хотя с большей радостью он спокойно посидел бы несколько минут, пока Крис отвлекал Эпстейн.
Виктор перехватил его руку, и они мгновенно влились в толпу танцующих. Крам был неловок на земле, и Гарри ожидал отдавленных ног, но Виктор неожиданно хорошо вел. Поттер невольно хмыкнул, когда убедился в этом. Он раньше всегда вел в танце партнершу, было необычно чувствовать себя ведомым.
- У нас не очень много возможностей поговорить, - сказал Виктор. - Все в этой школе говорят, что ты победил меня просто потому, что тебе повезло, но я не согласен.
- И все же это так, - пожал плечами Гарри. Виктор вел немного быстрее, чем Эванс привык, он еще не умел танцевать достаточно хорошо для такого темпа, но уверенная рука на спине не давала ему сбиться с шага.
- Ты висел у меня на хвосте и несколько раз очень ловко сбивал с курса. Так не каждый может. К тому же я видел, что ты повернул метлу в последний момент, - покачал головой Виктор. - Ты бы поймал снитч раньше меня все равно.
- Но мне не хватило опыта, чтобы одновременно ловить и уклоняться, - усмехнулся Гарри.
- Да, - подтвердил Крам, ответив на эту улыбку. - Мне жаль, что тебе запретили играть в квиддич. Я бы с удовольствием сыграл еще раз. Впервые мне было действительно так чертовски сложно!
- Мне запретили участвовать в матчах, - возразил Гарри. - Но я вполне могу просто потренироваться. Я... Знаю, что нагло просить тебя о таком, но если будет желание, полетаешь со мной еще когда-нибудь?
- Буду рад, - кивнул Виктор. - Играть против такого хорошего ловца и для меня полезно.
- Ловлю тебя на слове! - радостно воскликнул Поттер.
Музыка ненадолго прервалась, позволяя желающим пригласить на танец другого партнера или найти кого-то в толпе. Гарри видел краем глаза, как направилась к нему Сара, но ее ловко перехватил Абраксис, пока Крис с вежливой улыбкой сопровождал немного растерянную Лусию к их столику.
- Спасибо за танец, - поклонился Виктор.
- Тебе спасибо, - ответил Гарри.
Они расцепили руки и с улыбками разошлись в разные стороны, не замечая нацеленных на них внимательных взглядов.
- О чем говорили с Крамом? - как бы между прочим спросил его позже Абраксис.
- О квиддиче, - пожал плечами Гарри. У них больше не было общих тем для беседы. Малфой кивнул, но никак не прокомментировал ответ друга.
В тот же вечер мальчишки устроили маленький вечер подарков. Гарри и Абраксис провели детство в маггловском мире, так что знали и любили традицию магглов дарить друг другу что-нибудь на Рождество или Новый год. Крис решил поддержать их. Так что после бала, в своей комнате они обменялись свертками. Там не было ничего особо ценного и примечательного. Всего лишь волшебные сладости и книги, но это оказались первые настоящие подарки в жизни Гарри. Он никогда не забудет тех, кто подарил их ему, так же, как и первое в своей жизни объятие.
В тот вечер Поттер окончательно понял, что как бы там не повернулась дальше его история, за Абраксиса Малфоя и Кристофера Блетчли он всегда будет готов отдать жизнь. Потому что именно с ними он начал понимать, что такое привязанность и любовь.

Гарри проснулся посреди ночи, задыхаясь. Он схватил с прикроватной тумбочки графин с водой и щедро налил ее в стакан. Часть жидкости выплеснулась, но его это не обеспокоило, мальчик жадно припал к воде и быстро опустошил емкость.
- Что случилось? - сонно поинтересовался Крис, приподнимаясь с кровати.
- Все хорошо, просто пить захотелось. Спи, - ответил Гарри, падая обратно на подушки. Блетчли несколько мгновений смотрел на него, а потом улегся тоже.
Поттер уставился в полог кровати. Ему приснился необычайно яркий сон, уснуть после такого он бы не смог.
Во сне Гарри лежал на жесткой постели в слабо освещенной огнем, полыхающим в камине, комнате. Все его тело было опутано какими-то тряпками. Запах от них шел просто невыносимый, но лежать приходилось спокойно. Хотелось ерзать, отбросить тряпки, но без них кожа начала бы зудеть и причинять еще больше мучений. Правда, под рукой лежала волшебная палочка, и это немного успокаивало. Совсем чуть-чуть, ведь это была чужая волшебная палочка. Всего его переполняло чувство торжества, нетерпения и приближающегося избавления. Внимание было сосредоточено на человеке у камина.
Молодой незнакомец варил зелье. Он помешивал его и принюхивался.
- Еще немного, совсем чуть-чуть, - бормотал зельевар. Хотелось поторопить его, но этого тоже нельзя было делать. Спешка могла испортить зелье на последнем этапе, и тогда напиток пришлось бы готовить снова, еще несколько месяцев он просто не смог бы терпеть. Хотя, куда бы он делся?
Наконец волшебник у котла радостно вскрикнул:
- Оно стало прозрачным, хозяин! Оно готово!
- Тогда поторопись, Квиринус! - холодным, страшным и чужим голосом велел Гарри. Он протянул к незнакомцу крохотные ручки и тот, ничуть не колеблясь, поднял его. Поттер почувствовал себя крохотным, беспомощным. Все внутри буквально всколыхнулось от желания убить зельевара просто потому, что он видел его таким. Гарри в жизни не чувствовал такой волны ненависти, и это напугало его.
- Опускай же! - раздраженно велел он. Незнакомец тяжело сглотнул и аккуратно опустил его в кипящую жидкость. На секунду Гарри испугался боли, но ее не было. По мере того, как он опускался в котел, перед своими глазами он видел все больше яркого света. Тело приятно пощипывало. И ему внезапно захотелось петь.
Он знал, что это все из-за того, что в зелье добавлены несколько капель слез феникса. Хотя не знал, откуда пришло понимание этого. Но на секунду страх снова затопил его. Он не знал и никогда не понимал этой созидающей теплой силы. И понятия не имел, какие побочные эффекты она может дать. Тело погружалось все глубже, а потом в легких кончился воздух. Он стал задыхаться и на несколько страшных минут решил, что утонет, просто захлебнется. Гарри закашлялся, глотнул зелья, засучил маленькими ручками и ножками, пытаясь спастись. И он вынырнул! А потом котел стал слишком мал для него, и Гарри перевернул медную посудину, пытаясь выбраться наружу. Он упал на четвереньки перед камином. Голый, замерзший и дрожащий.
- Мой Лорд, мой господин, - Квиринус ползал перед ним на коленях, как заведенный повторяя одно и то же. Он протягивал своему повелителю полотенце. Гарри взглянул на свои руки. У него снова были нормальные руки! Восторг затопил его, словно в жизни он не переживал ощущения более чудесного и великолепного, чем осознание, что у него есть полноценное тело.
- Где моя палочка? - хрипло спросил Гарри. Квиррелл поспешил подать ему деревяшку, которой он обходился последний месяц. Это была не его замечательная, мощная палочка. О, он скоро найдет ее!
- Хозяин, вы еще слабы! Вам надо отдохнуть, - проскулил Квиринус. Злость обуяла Гарри. В восторге возрождения он почти забыл о том, что этот человек видел его ничтожным и слабым. И все еще продолжает считать таковым.
- Круцио! - воскликнул Гарри. Еще одна волна экстаза накатила на него, когда волшебник перед ним затрясся в конвульсиях боли. Чужие страдания были великолепны. Квиррелл все кричал, кричал, кричал... А Гарри не находил в себе сил остановиться. Он проснулся, к счастью для себя, иначе не выдержал бы этого кошмара.
Сон был настолько ярким, что Поттер усомнился, что это сон. Шрам на его лбу, о котором он успел почти забыть за несколько месяцев, горел и пульсировал. Мальчик провел рукой по молнии. Видел ли он только что возрождение Лорда Волдеморта? Хотелось рассказать об этом кому-нибудь взрослому и спросить совета, но единственным, с кем Поттер мог поговорить, был директор. Гарри все еще не знал, считать ли Каркарова врагом или союзником. Все же Игорь был Пожирателем Смерти, о чем он неоднократно читал в старых газетах. Чем быстрее директор узнает о возрождении хозяина, тем быстрее Гарри подвергнется опасности.
Да возможно, опасности-то и нет никакой? Это всего лишь сон. Гарри вообще сомневался в том, что Темный Лорд может возродиться. Многие в школе верили в это, но никто не мог гарантировать возрождение Волдеморта, не было никаких доказательств его бессмертия, кроме того, что тот сам утверждал это.
Сердце мальчика колотилось, как сумасшедшее.
Следовало бежать к Дамблдору, пока есть возможность? Он не знал, как покинуть школу. Даже если бы он взял метлу и полетел, то в какую сторону? Его бы нашли и перехватили раньше, чем он долетел бы куда-нибудь, если бы он сам не замерз насмерть или не свалился в сугроб за это время. Гарри знал, что существуют разные способы перемещения, но только в теории. Он понятия не имел, как аппарировать, есть ли в Дурмстранге камины, подключенные к сети летучего пороха. Такой побег был бы опасен в любом случае. Если бы Гарри знал точно, что Лорд жив, но нет. У него был просто очень яркий сон. Это не стоило риска.
Поттер закрыл глаза. И на следующее утро пошел на уроки как обычно, будто бы ничего и не произошло ночью.
Шли месяцы, и в жизни Гарри не происходило ничего нового. Медленно отступала зима. День становился все длиннее, а солнышко потихоньку растапливало сугробы вокруг школы. Больше не приходилось вытряхивать из сапог снег после похода к теплицам, а Малфой забросил коньки в сундук, потому что каток вдруг оттаял, а старшекурсники почему-то отказались замораживать его волшебством. Ни знакомые школьники, ни магические газеты разных стран, которые попадали в Дурмстранг, ни директор, никто не поднимал тревогу, даже намеком не давал понять, что где-то возродился Темный Лорд. К началу мая Гарри окончательно убедился, что ему приснился всего лишь слишком яркий сон и успокоился. Его ждали более насущные проблемы: экзамены, предстоящие каникулы с Дурслями и очередное традиционное развлечение Дурмстранга.
- Что еще за поход такой? - удивленно поинтересовался Малфой за завтраком у Эпстейн.
- Не назвала бы это походом, - покачала головой девочка. - Нас просто выкинут в волшебный лес. Все, что от нас требуется - выжить в течение двух-трех дней. Без волшебных палочек.
- Это возмутительно! Зачем такое делают?
- Ну, лет сто назад, - влезла староста, - один из выпускников Дурмстранга, очень перспективный молодой человек, случайно сломал палочку и заблудился в лесу. Бедолага блуждал там несколько суток и в итоге свалился в какую-то канаву и умер от голода! Так рассказывают. С тех пор ежегодно ученики проходят своеобразное испытание.
- Что, все? - простонал Малфой.
- Младшекурсников отправляют блуждать по лесу, а старшекурсников - искать малышню, когда приходит пора их забирать, - пояснила Лейв. - Без травм не обходится, но не волнуйтесь, за последние сорок лет - никто не погиб!
- Это слабое утешение.
- Не советую прогуливать курсы по выживанию! - махнула им староста, отправляясь на свои занятия.
- Это глупая традиция, - заявил Поттер. - Нам всего по одиннадцать, а они хотят просто бросить нас в диком лесу!
- Вот уж точно. В Хогвартсе таких опасных традиций нет, - поддакнул Абраксис.
- Это часть нашей подготовки к будущей жизни, - пожала плечами Сара. - Кстати, всем родителям рассылают предупреждения об этом испытании. Как правило, никто не отказывается.
Гарри скептически хмыкнул. Даже если Каркаров послал тетушке предупреждение, она скорей всего только порадовалась, что скоро избавится от племянника. Наверное, все семейство Дурслей ждет не дождется, когда же проклятый Гарри Поттер сгинет в лесу.
Ребята все же послушались совета старшекурсницы и ходили на дополнительные занятия. Никто не хотел остаться в лесу, без волшебной палочки и необходимых знаний, один на один с хищными зверями и магическими растениями. Волнующий день отправки наступил в начале июня, совсем перед экзаменами. Старшекурсники проверили отсутствие у детишек волшебных палочек и других запрещенных предметов. Никому не разрешили взять с собой волшебные вещи или хотя бы еду или одеяла. Школьный совет выдал запас воды и вручил порталы.
- Не волнуйтесь, - велел Иеремия напоследок своим подопечным. - Продержитесь всего два дня, а потом мы заберем вас оттуда.
- Ненавижу это, - простонал какой-то второкурсник, стоявший недалеко от Гарри. - В прошлом году я сломал ногу.
Его однокурсники угрюмо кивнули, кто-то сочувственно похлопал по плечу. Поттер услышал шепоты о змеиных укусах и зарослях дьявольских силков. Его это не напугало. Ужастиков о летнем походе он успел наслушаться в предыдущие месяцы учебы предостаточно.
- Похоже, это будет сложно, - пробормотал Крис. - Сложнее чем все, что мы делали до этого. Надо держаться вместе.
- Не получится, - покачала плечами Лейв. - Порталы случайны. Вас разобьет на три группы по одиннадцать человек, но кто будет в этих группах - неизвестно.
- Ах, ну великолепно! - завопил Малфой. - Мало того, что закидывают неизвестно куда, так еще и неизвестно с кем! А если я попаду в одну группу с Блеком? Он же прибьет меня где-нибудь под дубом!
- Это просто еще одна проверка ваших лидерских качеств, очевидно, - сказала староста, скептически усмехнувшись на мрачные предсказания Абраксиса. Гарри нахмурился, сжав в руке портал. Он еще раз оглядел взволнованную толпу учеников и встретился взглядом с Главным старостой. Тот смотрел на мистера Эванса с насмешливым интересом.
- Отправка! - крикнул один из членов Совета. Гарри напрягся. Он лишь раз в жизни путешествовал с помощью портала. Все внутренности сжало, на мгновение он задохнулся. Ему опять показалось, что его словно куда-то тянет сквозь бесконечную волшебную трубу. А секунду спустя Гарри уже сидел на траве с бешено стучащим сердцем. В ноздри ударил запах леса. Поттер никогда прежде не был в чаще, но аромат хвои и травы он бы ни с чем не перепутал.

Глава 10

Прода здесь появляется редко, потому что я на Хогнете практически не бываю, да и комментят тут не очень *это такая парфянская стрела ))* Но фанфик не заброшен ))

Глава 10.

Гарри огляделся по сторонам. Он оказался на полянке, окруженной высокими мощными деревьями. Земля под ногами поросла свежей, словно после дождя, травой. На открытом месте было светло, а вот под кронами деревьев таился опасный полумрак. Отовсюду доносились таинственные шорохи. Вокруг Поттера было полно других детей с их курса. Все они сидели, пытаясь справиться с последствием переноса. Некоторые, как и он, уже оглядывались по сторонам. Пока что все, кажется, были в полном порядке. Плохо то, что среди них Гарри увидел Мариуса Блека и Младена Левски. Оба были со своими соседями по спальне. Точно так же рядом с Гарри находились Малфой и Блетчли. Еще двумя членами их группы оказались Ромильда Лестрандж и Сара Эпстейн. Гарри тяжело вздохнул. Теперь ясно, что имела в виду Регинлейв, когда говорила об очередном испытании лидерских качеств.
Левски поднялся с травы первым с издевательской улыбкой на лице:
- И это они называют случайные порталы.
- Они хотят, чтобы мы тут друг друга поубивали, что ли? - зло поинтересовался Абраксис. Он гневно уставился на Блека, словно это он был во всем виноват. Мариус привычно попытался достать волшебную палочку, но ее, разумеется, не оказалось.
- Поубивать друг друга вручную будет сложно, - возразил Левски. - Нам ведь даже шпаг не дали! Да и вообще, это я тут в меньшинстве и опасности. Лестрандж, конечно, будет защищать Блека, а Эпстейн - Эванса. Что ж, выясняйте отношения, а я поддержу победителя!
- Мы быстро, - усмехнулся Блек. Один из его соседей поднял с травы палку. Лестрандж в панике кусала губы и заламывала руки, драться ей явно не хотелось. А вот Сара в прищур уже изучала соперницу. Малфой и Блетчли приготовились драться.
- Прекратите, - велел резко Гарри. - Никаких драк.
- С чего бы это? Струсил? - ехидно уточнил Блек.
- Любая наша с тобой драка прямо сейчас мало того, что приведет к победе Левски в итоге, так еще и ослабит команду. Что, если придется убегать, а мы будем ослаблены? - решительно опроверг его утверждение Гарри. Когда Поттер был маленьким, у его кузена и его друзей существовала игра «охота на Гарри». Так что мальчик отлично знал - нельзя терять бдительности ни на секунду, иначе враг может напасть из засады, а если будешь ранен - побежишь медленнее.
- Если бы была возможность, то вопрос лучше было решить голосованием, но боюсь, в данном случае это нам ничего не даст, голоса распределяться поровну. Нужно договориться.
Левски хмыкнул и вяло похлопал в ладоши. В недолгой тишине, повисшей над поляной, Гарри услышал несколько встревоженных чужих голосов. Он быстро огляделся, рассчитывая увидеть их обладателей. Быть может, рядом другая группа?
- Он вот-вот наступит на мой дом! - возмущенно утверждал один голос.
- Гадкий-гадкий запах, - вторил ему другой.
- Признай мое лидерство и считай, что мы договорились, - довольно сказал Блек, на которого рассуждения наглого полукровки не особо произвели впечатление. Громкий голос потомка древнейшего и благороднейшего дома заглушил все остальное. Гарри нахмурился и еще раз посмотрел по сторонам, но так никого и не заметил, а потом отвлекся на ссорящихся ребят. Может быть, ему просто показалось? Голоса звучали словно шорох листьев.
- Так не пойдет, - заявил Младен. - Если Эванс сдается, то я выдвигаю на роль лидера свою кандидатуру. Тебя слушаться, когда нам грозит опасность, это самоубийство. Поверь, зверюгам плевать на твою родословную.
- То есть ты за то, чтобы приказывал Эванс? - фыркнул Мариус. - Я не буду слушаться полукровку!
- Ну и дурак, - буркнул Левски.
- Приказ не допускает противоречия, - вспомнила вдруг Сара и засмеялась. Все удивленно посмотрели на нее. - Печенье! Печенье! - попыталась объяснить она. Но только Блетчли понял и скривился.
Полянку, на которой они находились, освещало яркое летнее солнышко. Было тепло, есть пока что не хотелось, до темноты оставалось не менее восьми часов, а поблизости, кажется, не находилось ничего опасного. Одиннадцатилетние дети просто не могли хорошо понять в какой ситуации оказались, пока рядом не раздался душераздирающий вой. Они на мгновение притихли.
- Ветер? - уточнил Блек. - Волки ведь не охотятся днем?
- Это волшебный лес, - заверил Левски. - Так что это могут быть и не волки.
- Ну, оборотни точно только ночью появляются, - легкомысленно отмахнулся Мариус. Именно в этот момент незнакомое существо завыло опять, только гораздо ближе. Детям показалось, что самый настоящий мороз прошел по их коже. Лестрандж всхлипнула и закрыла рот руками. Совсем рядом раздался треск ломаемых под чьими-то здоровенными лапами сухих веток. Ребята повернулись на звук и уставились в непроглядную чащу.
- Бежим! - неожиданно для себя рявкнул Гарри. Он первым бросился прочь от источника звука. Мальчишки, не колеблясь, побежали следом. Малфой при этом, ругнувшись, подцепил под локоть трясущуюся Лестрандж. Гарри рванул за руку оцепеневшего Блека, и тот покорно побежал за ним. Остальных подгонять не пришлось. Левски бежал прямо за Гарри с на редкость сосредоточенным выражением лица. Эпстейн словами подгоняла Криса, который, по ее мнению, бежал не достаточно быстро. От подростков по всему лесу распространялся шум, как от стада молодых оленей. Треск распугивал мелкую живность с их пути. Поттер несся по лесу, каким-то непонятным шестым чувством выбирая наиболее легкую дорогу. Он сам не смог бы сказать, каким образом сумел взять ситуацию под контроль. Но ребята покорно, бежали за ним, след в след огибая поваленные деревья, перепрыгивая маленькие канавки и ныряя под нависшие ветки. Удивительно, как им вообще удавалось так быстро передвигаться по непроходимой чаще. А потом Гарри внезапно остановился и огляделся.
Запах вокруг них изменился, рядом журчала вода, хотя источника звука видно не было. Почему-то Гарри подумалось, что здесь безопасно, да и шагов неведомого лесного обитателя, напугавшего их, больше не было слышно. Он обернулся к ребятам и пересчитал их. Крис привалился к дереву, Малфой держал бледную запыхавшуюся Лестрандж. Остальные тоже были на месте.
Неожиданно для всех Левски начал хохотать. Только тогда Гарри понял, что до сих пор держит за руку Блека, и всю дорогу тащил его за собой. Он быстро отпустил Мариуса.
- Да, не мудрено тут ногу сломать, - сказал Младен, отсмеявшись. - Ну, думаю, теперь-то мы точно определили лидера?
Блек скривился и отвернулся, но возражать не стал. Гарри тяжело вздохнул. Ответственность брать на себя совсем не хотелось. Он был бы не против, если бы Левски стал лидером, ведь болгарин совсем не глуп. Да, Блек учился лучше Младена, но к жизни был совершенно не приспособлен. Теперь Гарри самому следовало обдумать, где и как они переночуют, что поедят и как уберегутся от волшебных тварей.
- Мальчики, а что вы тут делаете? - благожелательно поинтересовался вдруг незнакомый голос, вырывая Поттера из тяжких дум. Ребята резко развернулись в нужную сторону и наткнулись на приятного мужчину средних лет. Он держал за руку светловолосую девочку на год-два младше первокурсников. Глаза навыкате придавали ей удивленный вид. На шее у девочки болталось ожерелье из пробок.
- А вы? - шокировано поинтересовался Гарри. Странно было встретить посреди чащи, о которой они слышали от старшекурсников столько ужасного, такую беспечную парочку. Наставления из давно прочитанной и заученной книги по этикету вылетели из головы, словно их и не было.
- О, мы гуляем, - с радостью поведала им девочка.
- И мы тоже, знаете, гуляем, - ошарашено ответил Малфой.
- У вас такая интересная форма одежды, - мягко улыбнулся мужчина. - Вы ученики Дурмстранга, верно?
- Да, сэр. Я - Абраксис Малфой, а вы? - мальчик словно опомнился и начал то, что у него получалось лучше всего.
- Ксенофилиус Лавгуд, а это моя дочь Полумна. Приятно познакомиться, молодой Малфой. Правда, мне казалось, что сына Люциуса зовут иначе, - благожелательно протянул Лавгуд. - Тебя в честь деда назвали, да? Интересно-интересно, с чем это связано?
- Сына мистера Малфоя зовут Драко, - настороженно отозвался Абраксис. - Это мой кузен. Так вы просто решили прогуляться в зачарованном лесу? Погода как раз располагает, верно?
- Мы приехали сюда специально, что бы найти уникальный экземпляр волшебной фауны! - радостно заверил их Ксенофилиус. - Морщерогих кизляков!
Ребята молча уставились на старшего волшебника. Никто из них никогда не слышал о таком создании.
- Это замечательные животные! - захлопала в ладоши девочка. - У них маленькие ушки и закрученные винтом рога! А еще они способны к самоисцелению!
- Потрясающе! - поддержал ее Абраксис. Крис подмигнул Гарри, а Сара незаметно покрутила пальцем у виска. - Так где вы остановились?
- Маленькая деревня находится совсем близко отсюда, - сказал Ксенофилиус. - Там есть небольшой постоялый двор. Пожалуй, ваша компания в него вместится.
Они расспросили про дорогу подробнее и отправились в указанную сторону. Никто из ребят не желал проводить ночь в лесу на стылой земле, если рядом находится теплое человеческое жилье. Лавгуды с умилением помахали им вслед.
- Пугающая парочка, - ошарашено сказал Блек, когда маги скрылись за деревьями.
- Лавгуд издатель «Придиры», - мрачно сообщил Крис. Он был здесь единственным английским ребенком, выросшим в волшебном мире, так что лучше всех знал подробности. - Пишет всякие глупости и считает себя ученым, но большинство считает его сумасшедшим.
- Постой-постой! - вдруг воскликнул Малфой. - А ведь он чистокровный! Троюродный кузен моей матери, кажется.
- Я вижу родственное сходство, - буркнула Сара. Абраксис сердито посмотрел на нее и приготовился начать новую ссору, но их перебил неожиданно остановившийся посреди дорожки Мариус.
- У кого есть деньги? - неохотно поинтересовался Блек. Домики деревеньки уже показались среди буковых стволов. Простая фраза остановила всех лучше, чем что-либо другое. Ребята переглянулись. Никто из них не озаботился загрузить в карманы галеоны, сикли и кнаты. В конце концов, школьники не предполагали, что они понадобятся им на испытании. Никому никогда еще не пригождалось. Подростки поспешно запустили руки в карманы мантий и начали доставать оттуда всякий хлам. После пятнадцатиминутных поисков один из приятелей Левски продемонстрировал группе единственный сикль.
- Проблемка, - протянул Малфой.
- Не совсем, - тихо заявила Ромильда. Все обратили на нее взгляды. Лестрандж была полной противоположностью своей легендарной матери. Многие в Дурмстранге восхищались мадам Лестрандж: ее магическими способностями, верностью хозяину, смелостью. Однако ее дочь выросла совсем другой. Ромильда никогда ни с кем не заговаривала первой, сторонилась одноклассников и краснела, стоило кому-нибудь посмотреть на нее и не слишком хорошо справлялась с школьной программой. Ей, должно быть, стоило огромных трудов заставить себя обратиться к ребятам, а всеобщее внимание мгновенно привело ее в смятение, но она все же пояснила: - На этот сикль мы можем нанять сову.
- Вряд ли родители пришлют нам денег на то, чтобы мы удачно избежали прохождения зачета по выживанию, - скептически фыркнула Сара.
- Нет, у меня есть это, - девочка показала однокурсникам перстень-печатку, который до этого висел у нее на цепочке под мантией. - Я могу написать письмо, оттиснуть печать и отправить в банк. Мне уже разрешают самостоятельно пользоваться сейфом. Думаю, нам хватит на ночевку.
Гарри кивнул. У него тоже был перстень с печатью Поттеров, правда, он не носил его на шее, а прятал в свой сундук подальше от внимания друзей. Гарри никогда бы не осмелился воспользоваться им в присутствии посторонних.
- Решили проблему, - усмехнулся Левски.
Постоялый двор оказался небольшим, но уютным. Их появление засвидетельствовали несколько ученых, которые изучали обитателей волшебного леса. Один из них оказался бывшим учеником Дурмстранга. Его немало повеселил их рассказ о том, как они нашли эту гостиницу.
- Теоретически, нет ничего удивительного, что вы пришли сюда, - сказал он. Ребята сидели с ним за столиком в уютном ресторанчике гостиницы, пока ждали возвращения совы с деньгами. - Дикий лес, куда выбросил вас портал, не отгорожен от гостиницы ни волшебными, ни обычными барьерами. Представляете, как обидно мне было, когда я закончил школу и узнал об этом? Любой может прийти сюда, но я никогда не слышал, чтобы приходили. Да и вы здесь оказались по чистой удаче. Стоило вам взять чуть влево, и прошли бы мимо!
- Удача - это специализация Эванса, - подмигнул Левски. Он толкнул Гарри в бок, усмехаясь. - Теперь точно буду звать тебя Счастливчик.
На средства Ромильды ребята с удобствами разместились на постоялом дворе. Брать у нее взаймы никто не постеснялся. Все могли легко возместить ей затраченное, вернувшись в Дурмстранг, где в сундуках каждого нашлось бы несколько галеонов. Мальчики еще поостереглись бы оказываться в должниках друг у друга, но Лестрандж совсем не вызывала у них настороженности.
Следующие дни прошли весьма весело за играми, необременительными прогулками и купаниями в бассейне гостиницы. По окончанию третьего дня ребята обеспокоились тем, что их не спешат забирать из этого уютного гнездышка, но даже не подумали его покинуть, соблазн остаться в тепле и безопасности оказался слишком велик.
Они не знали, что группа старшекурсников, посланных на их поиски, утром четвертого дня явилась потрепанная и чрезвычайно расстроенная неудачей. У командира группы было вывихнуто запястье, а еще двое щеголяли перевязанными наскоро ранами. В поисках непутевых детишек они сунулись в один из самых опасных уголков леса, где на них помимо всего прочего напали дикие клабберты. Однако успеха горе-поисковики, разумеется, не добились.
- Неудачники, - презрительно припечатал ребят школьный совет, самостоятельно отправляясь на поиски, которые, к сожалению, тоже не увенчались успехом. Главной старосте девочек удалось отобрать у стаи волков платочек Лестрандж. Скорей всего, Ромильда потеряла его, пока неслась по лесу за Гарри, но старшекурсники-то этого не знали! Зато отлично понимали, что даже десятку первокурсников не справится с волками этого леса. Утром пятого дня новость осторожно донесли до директора. По школе тем временем ползли тревожные слухи о погибших во цвете лет отпрысках достойнейших европейских семей. Когда Каркаров узнал состав потерявшейся группы младшекурсников, он едва не поседел. Главный староста никогда не видел на лице уважаемого директора такой смеси эмоций: ужаса, истеричного веселья и ярости.
- Да этот ребенок меня в могилу свести хочет?! - стукнул по столу кулаком директор. На поиски направились учителя. Они изловили и допросили то самое нечто, что напугало детишек в первый день, сверили маршрут, побеседовали со все еще бродящим по окрестностям Лавгудом и очень сердитые заявились под вечер пятого дня в гостиницу. Первогодкам устроили головомойку и вернули в стены родной школы. Однако рассказ об их приключениях разлетелся по Дурмстрангу в мгновение ока. Малфой и его байки сразу оказались нарасхват. Эвансу уважительно пожимали руку. С подачи Левски как-то очень быстро прижилось прозвище Счастливчик. Гарри прятался в своей комнате и пытался готовиться к экзаменам. Каркаров, как самая настоящая строгая мамаша, устроил ему скандал по возвращению, ведь Эванс опять привлек к себе всеобщее внимание!
Экзамены сдавали в середине июня. В Дурмстранге очень серьезно относились к этому действу. Родители действительно здорово давили на большинство учеников, требуя высоких оценок. Получить меньше, чем «хорошо» было стыдно. Однако, к своему собственному ужасу, практику по Темным Искусствам Гарри сдал едва-едва. Профессор Эминеску цыкнул, однако учел отличное знание теории и все же поставил любимцу школы проходной балл. Со всеми остальными предметами было гораздо легче.
- Сегодня заседание школьного совета, - поделился новостью в один из дней Малфой. У Гарри через пару часов должен был быть экзамен по рунам, так что его мало интересовал этот вопрос. Он внимательно перелистывал страницы учебника, однако его невнимание не остановило Абраксиса. - Будут выбирать следующего Главного старосту и старосту девочек, а еще старосту нашего курса.
- Это будет Гарольд! - бескомпромиссно заявила Сара. - У меня даже сомнений нет.
Поттер на мгновение оторвался от учебника, прислушиваясь. На самом деле мысль о том, что его могут сделать старостой их курса, смущала его. Он не чувствовал себя способным на руководство.
- На самом деле вероятность того, что старостой выберут другого, весьма высока, - пробубнил в книжку, которую читал в уголке, Крис. - Эванс, конечно, сейчас популярен, но Блек и Левски тоже имеют влияние.
- Староста Блек? О нет! - всплеснул руками Абраксис. - Он нам никакого житья не даст. Будет третировать! Эванс! Сделай что-нибудь!
- И что я должен предпринять? - хмуро уточнил Поттер. Его тоже не радовала мысль о Мариусе - старосте, но он действительно ничего не мог поделать с этим.
- Что угодно, но не дай ему нас мучить! - угрожающе протянул Абраксис.
- Вот сам что-нибудь и сделай! - толкнула его Сара. Между парочкой быстро завязалась очередная ссора, и Гарри вернулся к учебнику, однако тревожная мысль уже не отступала.
После экзамена по рунам его неожиданно встретила Регинлейв. Она отозвала Гарри в сторону для разговора, уводя от любопытных взглядов однокурсников.
- Ситуация не очень приятная, Эванс, - пробормотала она, заводя его в один из пустующих классов. Гарри, послушно следовавший за ней, вздрогнул, обнаружив Главного старосту школы, сидящего на парте у окна. Мгновение спустя Поттер заметил, что на лацкане его красной мантии больше нет значка. Поляков поймал его взгляд и усмехнулся.
- Я оканчиваю школу в этом году, так что по правилам передал пост Главного старосты следующему.
- Ясно, - кивнул Гарри растеряно. Он не понимал, зачем его сюда привели и что хотят, но был настороже. У этого парня не было ни единой причины заманивать в пустующий класс какого-то первокурсника. Неужели Поляков как-то выяснил, кто такой Гарольд Эванс? Тогда становилось понятно его подозрительное внимание в последнее время. Регинлейв тихо вышла из комнаты, и это еще больше напугало Гарри. Он невольно попятился к выходу, когда Поляков поднялся со своего места.
- Не волнуйся, - усмехнулся старшекурсник, заметив его страх. - Просто участникам школьного совета запрещено рассказывать, что на нем происходило. Мы с Лейв были там, однако я, в отличие от нее, больше не скован правилами Дурмстранга.
- Я не понимаю, - пробормотал Гарри. Зачем это бывший Главный староста будет рассказывать первокурснику о том, что произошло на совете?
- Видишь ли, какой интересный факт - власть Главного старосты в школе абсолютна и совет полностью поддерживает его. Однако это власть на один год, - серьезно сообщил Поляков. - И все это знают. Пока я был Главным старостой, за моей спиной шестикурсники уже дрались за мое место. Стоило снять с себя значок, как его тут же подхватили чужие жадные пальцы. Не думай, что я не знал этого. Год назад сам таким же был. Я с первого курса боролся за место Главного старосты.
- К чему вы это рассказываете? - перебил Гарри.
- Дело в том, что ребята из моей команды, которым я рассчитывал передать Дурмстранг, проиграли бой за власть, - невесело сообщил бывший Главный староста. - Немного стыдно за них. Видимо, я ошибся, набирая себе сторонников.
- Сочувствую, - протянул Поттер.
- Мы хотели назначить тебя старостой второго курса, - прямо сообщил Поляков, разъясняя ситуацию. - Но новый школьный совет в пику мне назначил Блека. Аргументировали тем, что ты не слишком общительный, полукровка, да и все твои достижения - сплошное везение. Знаешь, что я думаю? Не может быть столько везения!
Гарри фыркнул. Уж он-то точно знал, что за всеми его «достижениями» стоит исключительно удача, а не хитрый расчет. Однако следующая мысль заставила нахмуриться. Блек не даст ему спокойно жить. После случая в лесу, когда он проиграл битву за лидерство, пусть и из-за случайности, да еще и был спасен, особенно. И ладно еще сам Гарри. Поттер привык к издевательствам Дадли, а летом ему представится шанс вспомнить это «прекрасное» время. Однако Мариус, наверняка, станет изводить и Абраксиса с Крисом.
- Помощь тебе пришла с неожиданной стороны, - прервал его размышления Поляков. - От ответственного за спорт в школьном совете. Он не мой приятель, да и вообще парень странноватый, но на твою удачу они с Цепешем старые знакомцы.
- С Владом?
- Ага, он настоял на наставничестве для тебя.
Гарри озадаченно посмотрел на бывшего главного старосту. О практике наставничества в Дурмстранге он слышал и раньше. Кого-нибудь из учеников с «особым» талантом могли прикрепить к другому, который мог развить его способности. Оба получали некоторые привилегии вроде разрешения бродить по школе после отбоя и комнаты на двоих. Однако ученики не очень любили наставничество. Как правило, старшекурсники издевались над своими младшими компаньонами и заставляли их делать за них какую-нибудь неприятную работу. Некоторым малышам везло, но редко.
- Я бы не сказал, что это лучший выход, - пробормотал Гарри.
- Просто не слышал имени своего наставника, - хихикнул Поляков. - Цепеш настаивает, что Виктор Крам должен натаскать тебя в квиддич.
Поттер удивленно уставился на бывшего Главного старосту. От изумления мальчик не мог сказать ни слова. Поляков усмехнулся его реакции и продолжил:
- Тебе ведь запретили играть, верно? Но после семнадцатилетия запрет родителей будет уже не важен. Похоже, Влад мечтает снова играть с тобой в одной команде после того, как ты закончишь школу.
- И школьный совет одобрил?
- Полностью, - усмехнулся Поляков. - Они могут попытаться притопить тебя, чтобы показать, насколько моя власть в Дурмстранге теперь мала, но им ни к чему закапывать твои таланты в землю. Мне жаль, но твой проигрыш Блеку на этом этапе просто орудие в более сложной и опасной войне.
- Вряд ли это можно назвать проигрышем, - пожал плечами Гарри. - Я не стремлюсь попасть в школьный совет. Меня сейчас волнует только то, что я должен как-то защитить друзей от Блека.
Поляков задумчиво посмотрел на него оценивающим взглядом.
- Почему директор так выделяет тебя среди остальных первогодок? - спросил он, наконец.
- Кто знает? - отвел взгляд Поттер.
- Думаю, Эванс не твоя настоящая фамилия, - начал рассуждать Поляков, не обращая внимания на недовольное лицо мальчика. - Говорят, что твоя мать ведьма из английской аристократической семьи, а отец маггл. Ты не бедствуешь, метлу купил без особых проблем, но излишком денег тоже не можешь похвастаться. Твоя одежда приличная и уместная, но не более того. Ничего роскошного и шикарного. Кто твоя мать, Гарольд? Чья она дочь? Ты скрываешь это. Очень любопытно.
Гарри замялся. Что он мог ответить на это? Что его мать - магглорожденная, что его отец как раз из старой английской семьи, что они оба умерли? Да проще просто сразу назвать свою настоящую фамилию! Поляков немного полюбовался его колебаниями и, усмехаясь, отвернулся к окну, а потом обернулся с шальным блеском в глазах и, казалось бы, сменил тему:
- Ты знаешь, что Каркаров был Пожирателем смерти?
- Я знаю об этом, - пожал плечами Поттер. Он нахмурился, соображая, а потом расхохотался. - Ты думаешь, что я родственник Темного Лорда?
- Нет?
- Конечно, нет, - отмахнулся Гарри сквозь смех. - Впрочем, все английские чистокровные маги родственники так или иначе. Может быть, он мой четвероюродный кузен? Понятия не имею.
Поляков разочарованно пожал плечами.
- Да, теория была не очень, но попробовать и посмотреть на твою реакцию стоило. Хорошо, теперь объясню, зачем Лейв тебя сюда привела. Сказать честно, я рассчитывал, что ты, как и я, хочешь стать Главным старостой, поэтому много учишься, завоевываешь авторитет среди одноклассников. Мне должно быть все равно, потому что стать им ты все равно сможешь не раньше, чем лет через пять, но то, что новый Главный староста бросил мне напоследок такой вызов... оскорбляет, если честно. Поэтому я хотел, чтобы ты все же смог больше.
- И как мне это сделать? - спросил Поттер. Возможно, Поляков помог бы ему защититься от Блека?
- Регинлейв приглашает тебя в гости на пару недель в июле, - сообщил бывший главный староста. - Она тебя натаскает, объяснит как и какие обязанности выполняют старосты. Блек не узнает о своем назначении до первого сентября, а значит приедет неподготовленным на свой второй курс. Ты сможешь подавить его своими знаниями.
- Интересный план.
- Тебе, наверное, хочется пообщаться с семьей сначала?
- Нет, - фыркнул Гарри. - Если Лейв готова, то я поехал бы к ней прямо из школы.
- Так даже удобнее, - усмехнулся Поляков. - Я сообщу ей.
Гарри смотрел, как старшекурсник проходит мимо него через класс. Поттеру очень хотелось задать ему личный вопрос.
- Почему Лейв согласилась на это? Ей, в общем-то, должно быть все равно, кто из нас двоих будет старостой.
Поляков остановился у дверей, искоса глянув на Гарри.
- Ей без разницы, кто будет старостой, ты прав, - подтвердил он. - Но я попросил Лейв присмотреть за тобой в ее последний год в Дурмстранге, она не отказала мне в помощи. Все-таки через год мы с ней поженимся. У меня на родине говорят: муж и жена - одна сатана.
- Но ты встречаешься с другой девушкой!
- Что такого? Любовь границ не знает, - ответил Поляков, махнул Гарри на прощание рукой и вышел, оставив ребенка в задумчивости. Поттер уже жалел, что принял приглашение. Провести лето в доме незнакомых темных волшебников, что может быть опаснее? Что, если они догадываются, кто он, и просто собираются заманить в ловушку? Или узнают об этом, когда он будет жить у них. Гарри прекрасно понимал, что окажется не в силах защититься от взрослого темного мага. Что если в доме Лейв его найдет Дамблдор? Впрочем, вот это как раз вряд ли. Кеннинги в прошлом были сторонниками Гриндевальда.
Однако Лейв не выглядела человеком, вынашивающим опасные планы. Она заботилась о первокурсниках весь год, в том числе и о Гарри: давала советы, веселила, помогала, чем могла. Да и к Дурслям Гарри возвращаться отчаянно не хотелось. Вряд ли тетя и дядя обрадуются, когда он окажется у них на пороге, учитывая побег в сентябре. Позже Гарри отослал им сову, что, разумеется, добавило родственникам еще больше негативных впечатлений о племяннике. И потом, если Гарри Поттера захотят убить, то точно так же найдут в доме дяди и тети, как нашел директор.
В тот же вечер, когда произошел разговор Гарри и Полякова, тот впервые за последние три года не поднялся для ужина на пьедестал школьного совета вместе с еще двумя ребятами. В этом году все трое закончили школу и уступили места шестикурсникам, как Поляков и рассказывал Поттеру. Место Главного старосты занял парень по имени Поль ди Адамо. Он являлся прямым потомком знаменитой Теофании из Палермо и справедливо считался лучшим среди учеников зельеваром Дурмстранга.
На всякий случай Гарри не стал рассказывать друзьям о своих планах на лето. Даже если с ним что-то случится, они все равно ничем не помогут, а распространяться о причинах такой поездки Поттер не спешил. Пускай не волнуются во время каникул о том, что Блек стал старостой. Гарри только послал еще одно письмо тете Петунье с радостным известием о том, что домой вернется еще не скоро.
Из школы учеников забирал все тот же корабль. Гарри стоял на палубе столько, сколько мог, рассматривая скалы, озеро, замок. Ему казалось, что стоит спуститься внутрь, как все окажется просто ярким сном, а прошедший год - игрой его воображения. Да, он не собирался пока возвращаться к Дурслям в маггловский мир. Однако эта мрачная, полная трудностей школа стала местом, где он обрел своих первых друзей, получил первые настоящие подарки и объятия, научился невероятным вещам. Наверное, можно сказать, что это место стало для него домом. И оставлять его отчаянно не хотелось.
- Гарольд, ты идешь? - дернула его за рукав Эпстейн. Он кивнул и нехотя спустился за ней вниз.
Он, должно быть, был единственным ребенком в школе, кто не радовался летним каникулам. Ребята в каютах радостно обсуждали, как будут развлекаться летом. Кто-то предвкушал встречи с друзьями и родственниками. Лейв радостно сообщила ребятам, что в этот раз они могут разместиться в отдельных каютах, своими компаниями, а не всей толпой в помещении для первогодок. Их компания из пяти человек устроилась в одной из них, но к удивлению Гарри к ним постоянно кто-то заглядывал. Некоторые говорили пару слов и бежали дальше, кто-то садился поболтать и задерживался надолго.
- Подлизываются к тебе, - довольно заметила Сара. - Тоже думают, что ты станешь старостой.
Гарри отвел от нее глаза. Старостой ему не быть, так что Эпстейн, как и многие другие, будет сильно разочарована.
- Ты ведь напишешь мне летом? - неуверенно поинтересовалась подруга, когда каюту на несколько минут оставили все посторонние и прекратилась незатихающая болтовня Абраксиса. Гарри так и не приобрел сову, у него не было возможности отправить письмо.
- И мне, - тут же влез Малфой, не дав Поттеру объяснить ситуацию. - Я и сам тебе напишу. Можешь даже не говорить адрес! Наши совы сами находят адресата. А еще лучше, если приедешь в гости!
- В гости? - нахмурилась Сара.
- Ну да, моя мама мечтает познакомиться с Эвансом. Ты ведь спас мне жизнь, - немного смущенно пояснил Абраксис.
- Тогда я тоже приеду! - безапелляционно заявила Эпстейн. Крис помахал рукой из-за книги, подтверждая и свое намерение.
- С вами мама не хочет знакомиться, - возразил Малфой. Гарри тихонько засмеялся, когда Сара и Абраксис привычно перешли на личности. Он не ответил на предложение друга ни да, ни нет, но ему очень хотелось познакомиться с его мамой.
Лейв ждала Гарри на причале. Она прощалась с подругами, так что у него тоже нашлось время сказать прощальные слова друзьям. А потом староста взяла его за руку.
- Готовься аппарировать, - сказала она с улыбкой. - Я только недавно сдала экзамен.
Гарри в ужасе посмотрел на девушку. Он прочитал вдоволь историй о том, что случалось с неудачливыми телепортантами, однако выбора уже не было.

Глава 11

Дом Регинлейв был светлым и большим. Конечно, не таким большим, как школа, но гораздо больше, чем те дома, в которых Гарри приходилось бывать прежде. Над землей возвышались три этажа. Сквозь открытые окна в дом врывался солнечный свет и прохладный ветер с моря. Пахло старыми ракушками и морской водой. Стены украшали портреты предков. Они передвигались и могли разговаривать, в коридорах и ванных зеркала делали вежливые замечания, всюду было полно других волшебных предметов, большинство из которых Гарри уже видел в школе или на картинках в книгах. Ему удалось не показать излишнего любопытства и не дать Регинлейв понять, что он впервые находится в доме волшебника.
Особняк находился на острове Анхольд. Маггловского населения здесь почти не было, так что Кенинги жили, почти не скрываясь. По словам Лейв дом построили около двухсот лет назад и использовался долгое время исключительно в качестве коттеджа у моря, куда семья изредка приезжала отдыхать. Но поражение Гриндевальда сильно ударило по роду Кеннинг. Магические войска противников Темного лорда изгнали или убили всех аристократов, которые оказывали ему какую-либо поддержку. Европейские правительства ужасно боялись продолжения войны и всячески пытались устранить угрозу. Тогдашнему главе семьи Кеннинг удалось бежать в Данию и укрыть родных в этом особнячке. С тех пор, более сорока лет, Кеннинги жили здесь. Сейчас у них была возможность вернуться на историческую родину. В Европе в последние годы отношение к старой волшебной аристократии стало меняться. Умерли многие из тех, кто еще помнил террор Гриндевальда, стали подзабываться действия Волдеморта, власти утратили бдительность. Чистокровные тут же воспользовались этим, чтобы восстановить свои прежде утерянные позиции. Однако не смотря на возросшее влияние, Кеннинги не спешили возвращаться в Германию. Нынешнее поколение родилось и выросло в Дании, она стала их новой тихой и уютной родиной.
Лейв жила с братом, который был всего на шесть лет старше ее самой. Их родители скончались несколько лет назад, оставив Хагена управлять всем имуществом. Старшего брата Гарри увидел всего на несколько мгновений. Регинлейв представила его, объяснила, что помогает ребенку по просьбе Полякова, и поспешила увести. Хаген Гарри не заинтересовался, и мальчик выдохнул с облегчением. Похоже, этот дом все же не был смертельной ловушкой для Гарри Поттера.
Лейв выделила гостю просторную комнату с большой постелью, стенным шкафом и отдельной ванной комнатой. Раньше у Гарри никогда не было своей комнаты, если не считать нескольких дней, которые он прожил в новом доме Дурслей. Впрочем, чулан в некотором роде был его собственной маленькой комнатой. В общем, выделенное место Поттеру более, чем понравилось.
У них с Лейв очень быстро установился постоянный распорядок дня. Гарри с облегчением понял, что ему не придется следовать какому-то особому распорядку, придуманному взрослыми. До полудня девушка спала, Гарри привыкший вставать рано, занимался в это время своими делами - обычно читал книги, которые ему позволили брать из домашней библиотеки Кениннгов. Там было не так уж много литературы на английском, но то, что имелось, Гарри вполне устраивало. Потом ребята вместе ели, болтая о всякой ерунде. Ближе к часу дня Лейв начинала занятие. Она не только рассказывала ему всякую полезную информацию о жизни старост в Дурмстранге, но и помогала с домашним заданием. Кроме того, Лейв учила Гарри немецкому языку. К счастью для Поттера, девушка вполне прилично говорила по-английски, иначе они могли бы столкнуться с проблемой полного не понимания. Живя в Дурмтсранге, мальчик совершенно забыл о языковых барьерах. А ведь он мог поехать к тетке Петунии летом, туда где совсем не смог бы объясниться с окружающими! Поэтому он с энтузиазмом взялся учить новый язык.
- Всегда мечтала иметь младшего братика, - усмехнулась Лейв через неделю их совместного проживания. - Тем более такого умного и спокойного.
В глубине души Гарри понимал, почему она говорит это. Лейв было одиноко в большом пустом доме. Она не видела занятого старшего брата, а больше в особняке никто не жил. Скорей всего, обычно Лейв много времени проводила с подружками, но не постоянно же. Гарри отлично понимал, что такое одиночество. Но ему не хотелось говорить с ней об этом.
- Ты бы меня разбаловала, - ответил ей Гарри. Девушка нехотя согласилась. Она протянула руку, словно хотела потрепать его по волосам, но быстро одумалась и вернула ее.
- Лейв, можно задать личный вопрос? - робко поинтересовался Гарри. Загадка не давала ему покоя, хотя спрашивать он стеснялся. Но девушка кивнула, и Поттер решился. - Поляков сказал, что следующим летом вы поженитесь. Как ты относишься к тому, что он встречается с другой девушкой?
Она странно посмотрела на Гарри, удивленная его словами, краешком губ прикусила кончик пера. Поттер решил, что она не ответит. Вопрос действительно был слишком уж личным. Однако Лейв вдруг заговорила:
- Когда дед бежал из Германии в сорок пятом, ему пришлось бросить почти все наше имущество. Конечно, кое-что осталось в Гринготсе, что-то он смог утащить сам, однако наше состояние уменьшилось вдвое, а послевоенная разруха, потеря земель и бизнеса уменьшила его еще больше. Иначе говоря, мы стали практически нищими. Все, что у нас осталось - безупречная родословная. Да, многое удалось восстановить за прошедшие годы, но былого нам, наверное, еще не скоро удастся достичь. Брат очень усердно работает, но этого не достаточно. Алекс Поляков не из древней аристократии. Он и его младший брат всего лишь третье чистокровное поколение в семье. И они первые среди Поляковых, кто смог овладеть исконной магией. Его отец безумно богат, но этого совсем не достаточно, чтобы стать желанным гостем в европейских светских салонах. Для них все изменится, стоит мне войти в их семью. Три года назад брат просто вынужден был продать меня. Поляков старший предложил столько, что отказываться было бы кощунством. Брат еще поколебался бы, если бы Алекс был страшным уродом или глупцом, но мой будущий муж умен и красив. О таком все девушки мечтают.
- Просто брак по расчету, - кивнул Гарри. Он уже понял, что такое среди древних волшебных семей часто случается. Они берегли свою способность к исконной магии и тщательно подбирали партнеров для брака, чтобы получить хорошее потомство. Личные чувства не имели ни малейшего значения. Гарри удивился, когда нашел подтверждение словам Каркарова и понял, что его отец действительно совершил на взгляд чистокровных ужасную вещь и женился на магглорожденной девушке. Если бы Чарльз и Дорея Поттер были живы к тому моменту, то скорей всего не позволили бы ему такого. Однако теперь Гарри уже свыкся с мыслью о браках по расчету и не удивлялся услышанному.
- Да, так что для меня не имеет значения, с кем встречается Алекс, - подтвердила Лейв. - Мы с ним не влюбленные, мы - союзники. Когда поженимся, станем одной семьей, с одними целями. Его благополучие - мое благополучие.
- И тебе совсем не обидно? - все же спросил он.
- Совсем нет, я ведь то же встречаюсь с другими, - подмигнула ему девушка. Гарри только головой покачал от ее легкомысленного тона. Он не мог сформулировать в слова то, что чувствовал, но он точно знал, что к отношениям нужно относиться более серьезно. - К тому же, в школе сложно перевести отношения на более глубокий уровень, чем парочка невинных поцелуев.
- Почему? - Гарри покраснел, но все же пересилил смущение и спросил. Не то, чтобы он задумывался об этом раньше, но в Дурмстранге было множество укромных уголков и отдельных комнат.
- Потому что школьный совет приглядывает за этим, - ухмыльнулась Лейв. - Всего в совете семь человек, так не возникает проблем с голосованием. Главный староста, главная староста девочек, ответственный за прессу, за спорт и развлечения, комендант, секретарь и ответственный за нравственность.
Гарри слышал все это и раньше. Невозможно прожить в Дурмстранге целый год и не знать, кто входит в школьный совет. Даже если тебе не хочется ничего знать, школьное радио доступно обо всем рассказывало, а спрятаться от назойливого голоса Энтони Забини было сложно. Очевидно, что ответственный за прессу контролировал школьную газету и радио, так же в его обязанности входило взаимодействие с внешним миром, например, приглашения на зимний бал рассылал именно он. Комендант следил за хозяйственной частью: контактировал с домовиками, составлял меню, осуществлял закупки. Ответственный за спорт и развлечения занимался организацией праздников, соревнований, в том числе и дуэльной недели. Секретарь вел летопись школы, записывая все значительные события, он же считался знатоком всех традиций. Однако про ответственного за нравственность говорили мало, словно он ничего не делал, Гарри даже не задумывался о том, чем этот член школьного совета занимается. Он даже не мог припомнить, кто занимает этот пост.
- На самом деле, это один из самых трудных постов в совете, - улыбнулась Лейв, заметив его недоумение. - Если верить статистике, то примерно три четвертых студентов, ставших Главными старостами занимали сначала именно эту должность.
- Но, чем он занимается? - в слух поинтересовался Гарри.
- А сам подумай! В Дурмстранге без присмотра родителей почти круглогодично находятся примерно две сотни разнополых подростков, - воскликнула девушка. - Если пустить все на самотек, то сколько же появится незапланированных беременностей? Да и само по себе лишение невинности это важное событие для магов, ведь это сильнейший источник волшебной силы, который нужно использовать с толком. Кто-то должен контролировать ситуацию, сдерживая школьникам гормоны. И это ответственный за нравственность.
Щеки Гарри пылали. Он совсем не думал, что его разговор со старостой зайдет на такие темы, когда неосторожно задал ей вопрос. Конечно, он не был бесчувственным чурбаном и любил хотя бы искоса глянуть на симпатичную девчонку, но это не слишком занимало его. Вокруг было полно куда более важных вещей. Гарри так же отлично знал, откуда берутся дети и что такое лишение невинности, но говорить об этом вслух, да еще и с девушкой было ужасно неловко.
- И как же он это делает? - сглотнув, с трудом выдавил из себя вопрос Поттер.
- Я не знаю, - просто ответила Лейв. - Думаю, они все делают это по-разному.
- Но ведь школьный совет подчиняется Главному старосте, и если он хочет... м-м-м... сделать что-то неподобающее, разве его кто-то станет останавливать? - промямлил Гарри.
- В обычной ситуации нет, - довольно усмехнулась Лейв. - На мое счастье последние два года ответственным за нравственность была моя двоюродная сестра.
- А-а, - понимающе протянул Поттер, подхватывая улыбку. Потом в голову пришел еще один вопрос. - А может быть Главным старостой девушка?
- Правилами не запрещено, - пожала плечами Лейв. - Но мало осуществимо на самом деле. Школьный совет существует уже несколько столетий, а девушки становились во главе едва ли с десяток раз. Тогда соответственно она была Главной старостой и обладала всей положенной властью, а ее партнер становился просто главным старостой мальчиков. Впрочем, причина этого более чем понятна. Девочек в чистокровных семьях часто не учат пробиваться вперед. Скромность, красота, покорность, хорошее происхождение, умение петь и рисовать - вот качества, которые ценятся больше всего. Да, есть такие как твоя знакомая Тереза, сильные личности, которые выбиваются из общей массы. Или как твоя подруга Сара, ей-то ни на внешность, ни на хорошее происхождение положиться нельзя.
Гарри покачал головой. Он не был влюблен в подругу, но считал ее очень симпатичной.
- К тому же, говорят, что если девушка станет Главной старостой, то будет проклята и никогда не выйдет замуж. Но я думаю, что это скорей показатель их властности и желания стать независимыми женщинами, - с легкой завистью закончила Лейв.
Несколько дней спустя после этого разговора Гарри привычно проводил утро в библиотеке. Обычно он выбирал какую-нибудь книгу или две, а потом шел с ними в свою комнату. Хотя в библиотеке было место, где можно сесть и почитать, мальчику больше нравилось упасть с книжкой на кровать и читать, попивая принесенный домовиками сок. Но книга, которую он нашел сегодня, настолько захватила его с первых же страниц, что закрыть ее и куда-то пойти оказалось просто невозможно. Он присел на корточки около стеллажа, а потом и вовсе уселся на пол, вытянув ноги. Это была книга о темных искусствах. Гарри любил читать о них, пытаясь исправить свою неспособность к практике теоретическими знаниями. Пока что ни одна книга не объяснила ему, как увеличить свои способности к исконному волшебству, но зато ритуалов и заклинаний он, наверняка, знал раза в два больше, чем большинство его однокурсников.
Сидящим у стеллажа и поглощенным чтением обнаружил Гарри хозяин дома. Гость встречал господина Кеннинга редко. Во время таких контактов они просто вежливо кивали друг другу и расходились. Гарри очень плохо знал немецкий, совсем не владел датским. Поттер понятия не имел, умеет ли Хаген говорить по-английски. Но сегодня что-то изменилось. Кениннг замер в проходе и некоторое время смотрел на читающего мальчика, прежде чем подойти и на ломаном английском спросить:
- Интересная книга? - Гарри был так поглощен чтением, что не заметил его. Вопрос заставил ребенка вздрогнуть. Он робко улыбнулся, поняв, в каком виде его застали. Поттер поднялся и поздоровался.
- Книга очень интересная, - кивнул он. - Язык архаичный и сложно продираться сквозь некоторые обороты, но тут изложены несколько интересных теорий о развитии исконного волшебства. Профессор никогда не поднимал таких тем на уроках, хотя они могли бы быть весьма полезны.
Хаген мягко улыбнулся.
- Возможно, профессор Эминеску просто не знает этих теорий.
- Сложно представить, будто он не знает чего-то о темном волшебстве, - хмыкнул Гарри. - Ему же так много лет! Наверняка изучил все, что только мог.
- Дело в том, что эта книга уникальна. Она существует в единственном экземпляре и веками храниться в нашей семье, - пояснил Хаген.
- Ой, я надеюсь, что не нарушил какого-нибудь правила, взяв ее почитать? - испуганно поинтересовался Поттер. Ему совсем не хотелось по оплошности узнать какой-нибудь семейный секрет.
- Нет, она ведь стоит на общей полке, - засмеялся хозяин дома. - К тому же, я все равно понятия не имею, о чем она. Никогда ее не читал.
- Я думаю, стоит, - кивнул Гарри.
- Спасибо за совет, но не думаю, что смогу это сделать, - продолжал веселиться Кениннг. Его поведение уже начало вызывать у Поттера недоумение и настороженность. Мальчику начало казаться, что старший волшебник смеется именно над ним, а причины этого не понимал. Почему Хаген не мог прочитать книгу? Слишком занят? Не знает языка? Но это же глупо! Если эта книга так уникальна, то ее просто необходимо, хотя бы пролистать, и можно нанять переводчика. Тем более если она в семье несколько веков, то перевод должны были сделать очень давно. А потом Гарри вспомнил историю. Несколько веков назад, интересно сколько это? Книга выглядела старой, но на ней явно лежали чары для лучшей сохранности. Долгое время вся литература Европы писалась на латинском языке. Гарри изучал в Дурмстранге латынь и мог по ней читать, однако он был уверен, что книга на английском. Невольно Поттер перевернул обложку и прочитал имя автора.
- Она на змеином языке, - сказал Хаген. - Предполагается, что автор сам Салазар Слизерин.
- На обложке так и написано, - тяжело вздохнул Поттер. Он корил себя, что не увидел этого сразу. Гарри разговаривал со змеями и раньше. Не за долго до появления в их доме Каркарова Дурсли брали племянника с собой в террариум, где мальчик побеседовал с бразильским удавом. В школе он узнал, что змеиный язык это особый дар, которым обладали лишь наследники Слизерина, последним из которых был Волдеморт. Поттер тщательно проверил родословную своего отца и не нашел там никого, кто владел бы змеиным языком. Мать была магглорожденной, а значит с ее стороны такого наследия быть не могло. Гарри сделал правильный вывод о том, что дар достался ему от Темного Лорда вместе со шрамом, поэтому скрывал свою способность. Но ему никогда не приходило в голову, что на этом языке можно писать! Поттер ни разу даже не слышал о книгах, написанных на змеином.
- По семейной легенде владелец этой книги отдал ее нашей семье на сохранение, а потом погиб. Так она и лежит, ожидая возвращения хозяина, - рассказал хозяин дома. - Мы ее даже не прячем в сейф. Книги на змеином языке уникальны и бесценны, но никто не может их прочитать, так что и красть не станут и секретов никаких не разведают. Так принято считать.
- Ясно, - кивнул Поттер. Он мог думать только о том, что их с Каркаровым игра провалилась из-за его глупости. Мальчик не представлял, что делать. Ему некого было звать на помощь, и он не представлял, что сделает с ним Кенинг. И похоже хозяин дома заметил его панику.
- Не стоит волноваться, я никому не скажу, - усмехнулся он. - Мне совсем не выгодно ссориться с, полагаю, внуком Темного Лорда.
Гарри вскинул на него удивленный взгляд. Хаген допустил ту же ошибку, что и Поляков. Волшебники полагали, что дар говорить со змеями, можно получить лишь по наследству, а единственным обладателем способности, о котором было известно, являлся Волдеморт. В, общем-то, Гарри действительно получил его от Темного Лорда, но таким путем, какой никому и в голову придти не мог. Никто не знал, что в роковой Хэллоуин маленький Гарри стал обладателем не только странного шрама, но и куда более ценного приобретения. Учитывая, сколь многие чистокровные волшебники верили в возвращение Волдеморта, не удивительно, что Хаген хотел сохранить с его родственником хорошие отношения.
- Или все же с сыном? - живо переспросил Кенинг, заметив растерянность своего гостя. Гарри вспомнил, что хозяину дома всего лишь двадцать три года. Будь Хаген старше, то ситуация грозила обратиться действительно большими проблемами, но молодому человеку не хватало опыта, мудрости, изворотливости.
Поттер поклонился ему и попроси:
- Буду очень благодарен, если вы никому не скажете о том, что сейчас узнали.
- Я запомню, что у тебя передо мной долг, - довольно кивнул Кенинг. - Могу я познакомиться с твоей семьей?
- Нет, - решительно отрезал Гарри.
- Понял, - снова засмеялся Хаген. Он выглядел немного смущенным отказом, но настаивать, похоже, не собирался. Гарри невольно перевел дух. Ему показалось, что он только что прошел по кромке ножа. Сейчас он был полностью во власти этого молодого человека, но Кенинг даже не подозревал об этом. Хаген думал, что его гость под надежной защитой своей семьи. И предположение о том, что это семья Темного Лорда пугало его.
После этого все изменилось. Кенинг постоянно старался попасться Гарри на глаза. Хаген приходил на уроки, присутствовал во время еды, развлекал гостя вечером. Он не заискивал, но явно проявлял интерес. Гарри напрягало такое внимание. Оно каждое мгновение напоминало о допущенной ошибке и возможных последствиях. Дом перестал быть уютным мгновенно. Это насторожило Регинлейв, но Поттер с облегчением понял, что Хаген действительно не планирует кому-то о чем-то рассказывать. Кенинг решил приберечь столь ценную информацию, так же как и долг, который взял на себя Поттер в обмен на сохранение секрета. Но ситуация Гарри все равно не нравилась. Лейв уже рассказала все необходимое о работе старост, так что после трех недель в гостях Поттер собрался вернуться домой. Не то, чтобы ему хотелось снова жить с Дурслями, в окружении их своеобразной заботы. Кроме того, о том, где они живут, знал весь магический мир. И весь мир сразу поймет, что он дома, стоит лишь перешагнуть порог. Это было по меньшей мере опасно. Однако когда-то следовало сделать вернуться. Проблема была в том, что он даже не представлял как попасть домой. Конечно, Лейв могла его аппарировать, или создать портал, но при этом она могла догадаться, кого и куда доставляет. А если перенести точку аппарации достаточно далеко от дома, то как потом добраться до него самостоятельно? Поттер не подумал об этом, когда соглашался на предложение Полякова, а теперь очень жалел.
Впрочем, проблему разрешил Малфой. Он прислал сову с приглашением для Гарри провести с ним остаток летних каникул. Друг хотел отпраздновать с ним свой день рождения, познакомить с родственниками и приятелями из Шармбатона, а в конце августа вместе посетить магические магазины и поехать в школу. Получалось, что в гостях у Малфоев Гарри проведет больше месяца, но Поттер собирался бесстыдно воспользоваться гостеприимством друга. В конце концов, Абраксис был обязан ему жизнью.
Хаген очень огорчился, когда Гарри сообщил, что покидает их дом. Под подозрительным взглядом сестры Кенинг попытался уговорить гостя остаться еще не на долго, но в конце концов сдался и позволил Гарри воспользоваться каминной сетью. Напоследок он вручил ему ту самую книгу на змеином языке.
- Думаю, она все равно принадлежит твоей семье, - пожал плечами он. - У нас на ней только пыль скапливается, а тебе пригодится.
Поттер неохотно принял подарок. Книгу-предательницу, выдавшую его дар, он так и не дочитал, но ему этого все же очень хотелось. Вежливо поблагодарив за подарок и гостеприимство, Гарри попрощался с братом и сестрой, которая, к счастью, не поняла, что именно брат подарил ее подопечному.
Из камина Гарри выскочил уже во Франции. Это был маленькая шляпная мастерская с прилегающим к ней магазинчиком в Париже. Заведение принадлежало подруге мадам Малфой, так что она могла спокойно подождать появления мальчика за чашечкой чая. Изначально друг предлагал перенестись прямо в его дом, но Гарри не хотел сообщать Хагену Кенингу, к кому отправился. Было бы спокойней, если он думал, что наследник Темного Лорда живет в Париже.
Мадам Малфой оказалась высокой блондинкой приятной внешности. Она была просто копией своего старшего брата Люциуса, которого Поттер видел на фотографиях в газетах. Дама посмотрела на мальчика своими холодными проницательными глазами. Удивительно, что у женщины с таким взглядом вырос настолько легкомысленный сын. И совсем не удивительно, что она смогла побороть семью и выйти за приглянувшегося человека. Малфой текучим движением поднялась со своего кресла и подошла к Гарри, а потом неожиданно склонила голову.
- Мой сын теперь в полной вашей власти, прошу вас позаботиться о нем, - тихо, но четко произнесла она. Мадам Малфой была англичанкой по происхождению и прекрасно говорила по-английски. Гарри невольно отшатнулся. Да, конечно, Абраксис действительно был в некотором роде во власти своего друга из-за долга жизни, но такая покорность просто пугала, да и не было в ней необходимости. Она пыталась навязать Гарри заботу о своем сыне. Должно быть, Абраксис нарассказывал ей небылиц о свершениях Эванса в Дурмстранге, и ведьма вообразила себе невесть что.
- Он мой лучший друг, конечно, я позабочусь о нем, - кивнул Гарри в ответ. Она поджала губы, недовольная таким ответом, видимо, ожидала чего-то другого.
- Я Чарис Малфой, - представилась она запоздало. - Можешь звать меня мадам Чарис.
- Очень приятно, Гарольд Эванс.
Она протянула ему руку, которую Гарри принял, решив, что таким образом они поприветствуют друг друга, но она аппарировала их, лишь кивнув напоследок дамам в магазинчике.
Абраксис нетерпеливо бросился к Гарри, стоило тому появиться на ковре гостиной. Мадам Чарис тут же отпустила его руку, позволив сыну полностью завладеть вниманием гостя, и вышла.
- Я успел соскучиться! - сообщил Абраксис своему другу. Он говорил с заметным акцентом, но все же на вполне приличном английском, так что Поттер вздохнул с облегчением. Каникулы научили его опасаться языкового барьера. - Ты хорошо провел начало каникул? Повидался с семьей?
- Было неплохо, - уклончиво ответил Гарри, осматриваясь. Гостиная была небольшой и уютной, совершенно маггловской, как у тетки Петунии.
- Идем, я покажу, тебе твою комнату, -- потянул Абраксис, отвлекая Гарри. Они прошли на второй этаж. Поттер быстро понял, что попал в типичный маггловский загородный коттедж. Здесь было четыре спальни, кухня, гостиная и пара туалетов. Однако если гостиная и была похожа на маггловскую, то второй этаж выглядел по настоящему волшебно. Поттер увидел движущиеся портреты, услышал комментарии волшебного зеркала, а стрелок на часах было пять, и показывали они на планеты, а не цифры.
- Иногда к папе приходят друзья - магглы, поэтому внизу комнаты совсем обычные, - пояснил ему Абраксис.
- Твой отец на работе?
- Нет, он работает дома. Отец переводит книги. Сидит где-нибудь в саду и перепечатывает текст, - пояснил Абраксис. Малфой открыл одну из дверей и с гордостью провел друга внутрь. - Это твоя спальня. Сначала я хотел, чтобы ты спал со мной, но мама сказала, что это будет невежливо по отношению к тебе. Так что когда приедет Крис, он будет спать в моей комнате, - уныло закончил мальчик. Гарри с трудом сдержал восхищенный вздох, когда огляделся. Эта комната была примерно того же размера, что и та, в которой он жил у Регинлейв. Но это коттедж был значительно меньше, а значит и помещение раздвинули с помощью пространственной магии. Выглядело просто чудесно, даже не смотря на то, что обстановка была гораздо проще и дешевле, чем в доме Кенингов. Понятия Лейв о нищенстве все же были сильно преувеличены.
- А приедет Крис? - выдавил из себя Поттер.
- Ага, через пару недель, к моему дню рождения, - радостно откликнулся Абраксис. Он заметил, что Гарри восхищен комнатой, и теперь пыжился от гордости за свой дом. - Мне удалось отделаться от Эпстейн, - Малфой осторожно покосился на Гарри. - Надеюсь, ты не против.
- Это твой дом, - пожал плечами Гарри. Он вошел внутрь и бросил вещи на пол у кровати. Как же все-таки здорово, что почти год назад в Косом переулке Каркаров велел ему купить сумку, которая внутри была больше, чем снаружи, вместо огромного громоздкого чемодана.
- Ну, она ведь твоя подружка, - усмехнулся Малфой. Поттер удивленно посмотрел на него и яростно замотал головой в отрицании. - Значит, нет? Ха, так и знал. О, я еще забыл сказать, что здесь мой кузен?
- Драко? - переспросил Гарри. Фактически Драко Малфой был и кузеном Поттеру тоже. Нарцисса Малфой являлась одной из самых ближайших родственниц Гарри, поэтому ему очень хотелось познакомиться с ней и ее сыном, однако он даже не предполагал, что может подвернуться такой шанс.
- Да, - кисло согласился Абраксис. - Там, у вас в Англии что-то стряслось, поэтому его отец отослал Драко сюда еще в начале лета. Сказал моей маме, что тут безопаснее.
- Ты не выглядишь слишком счастливым, - усмехнулся Гарри.
- Во время переписки кузен куда милее, чем если жить с ним долгое время под одной крышей, - сообщил Малфой. Поттер засмеялся. Дадли теперь и ему казался намного безобиднее, после расставания на несколько месяцев. Их разговор прервал светловолосый худой мальчик, очень похожий на Абраксиса. Гарри сразу понял, что это и есть Драко. Малфой влетел в комнату и не утруждая себя приветствиями протянул двум остальным мальчишкам газету.
- Это сегодняшний «Пророк»! - воскликнул он. - Только что сова принесла!
Абраксис глянул на страницы и капризно поморщился.
- Ненавижу читать по-английски.
- Сириус Блек бежал из Азкабана, - прочитал за него Гарри. Поттер нахмурился и принялся внимательно читать статью.
- Кто такой Сириус Блек? - спросил Абраксис.
- Он был правой рукой Темного Лорда, - возбужденно сказал Драко. Правда газета интересовала его уже меньше, чем стоящий рядом с братом мальчик. - Убил кучу магглов. После октября восемьдесят первого попал в тюрьму. А теперь бежал и...
- ... если верить газете, ищет Поттера, - с тяжелым вздохом закончил Гарри.

Глава 12

Да, это ООС. (((( Но это оправданный ООС, причина которого будет объяснена дальше в фанфике.

Глава 12.

- Ничего удивительного, Поттера не ищет только ленивый, - фыркнул Драко. Байки о Мальчике-Который-Выжил порядком надоели Малфою. В Хогвартсе профессора и студенты до сих пор живо сожалели, что Гарри не смог поступить сюда в этом году, однако не теряли надежду на то, что мальчик приедет в следующем. Драко поймал взгляд Гарри и важно протянул: - Я Драко Малфой. Наследник древнего и благородного рода.
- Гарольд Эванс, - Гарри тоже мог бы сказать, что он наследник не менее древнего и могущественного рода, однако это разрушило бы его легенду.
- Ты уже должен был понять, Гарольд, что в нашем мире существуют династии, стоящие куда выше остальных. Судя по тому, что я слышал от Абраксиса, ты не так-то прост, а значит, не должен дружить с теми, кто этого не достоин. Подумай, Гарольд, ты же не заведешь себе неправильных друзей?
С этими словами Малфой протянул ему руку, ожидая, что Гарри тут же пожмет ее. Но тот нарочито уткнулся носом в газету, не обращая на нее внимания. Этот мальчик отчетливо напомнил Блека своим поведением. Такой же наглый, самоуверенный. Не говоря уж о том, что обращение по имени от мальчишки, которого он в первый раз видел - покоробило. Только Сара называла его Гарольдом
- Не волнуйся, я могу разобраться, кто чего достоин, - сказал Гарри. - Иначе не дружил бы с Абраксисом.
На щеках Драко появились розовые пятна, в то время как остальное лицо, кажется, еще больше побледнело. Абраксис выглядел напуганным, его взгляд метался от уставившегося в газету Гарри к разочарованному Драко, который все еще держал протянутой свою руку. Абраксис отлично знал, как хотелось кузену познакомиться с его другом. В окружении Драко находились только дети, которые преклонялись перед ним и его фамилией, но не было никого, кто щелкнул бы его по носу, никого, кто смог бы перехватить у него пальму первенства. Возможно, инстинктивно, наследник семьи Малфой искал такого человека.
Драко быстро опомнился и хотел убрать руку, когда Гарри перехватил ее и крепко пожал. Кузены снова удивленно посмотрели на него.
- Прости за грубость, - улыбнулся Поттер. - Но ты был слишком заносчивым. Мне нравилось зимой вместе с Абри читать твои письма. Надеюсь, мы сможем подружиться.
- Эванс, ты меня напугал, - выдохнул Абраксис, вцепившись в рукав Гарри, словно ища в этом поддержку.
- После такого представления меня еще называют заносчивым, - буркнул Драко, но все же сжал руку в ответ. Мальчики улыбнулись друг другу.
- Могу я теперь немного освоиться и разложить вещи? - спросил Гарри. Не то чтобы у него было много вещей. Всего лишь несколько мантий и пара комплектов маггловской одежды.
- Да, конечно! - заверил его Абраксис. Он подхватил Драко и почти вытащил его из комнаты. - Обед будет через час, спускайся в кухню!
Гарри кивнул. Стоило за кузенами закрыться двери, как он обессилено упал на постель. То, как он повел себя с новым знакомым, было простой импровизацией. Гарри не хотел пожимать руку Драко после такого представления, однако вспомнил о том, что в своих письмах к кузену Малфой был забавным, наблюдательным парнем, и передумал. Если честно, Гарри сам не понимал, как ему удавалось поддерживать разговор с мальчишками, когда внутри бушевала буря.
Сириус Блек.
Поттер читал о нем в газетах прошлых лет. Этот человек был крестным Гарри, лучшим другом родителей, тем, кто безжалостно предал их Темному Лорду. Мысль о нем не вызывала в Гарри ненависти, лишь отчетливую неприязнь и немного обиду. Как и в случае с Волдемортом, Поттер просто не мог испытывать действительно сильных чувств из-за смерти родителей, которых видел только на фотографиях, опубликованных в старых газетах. Однако внутри неповоротливым комком клубился страх. Поттера искали и раньше, но он всегда знал, что ничего особо опасного ему в случае обнаружения не грозит. Разве что из Дурмстранга заберут и отправят в Хогвартс. Но совсем другое - безжалостный убийца Сириус Блек. Наверняка, он хочет убить Гарри. Кроме того, Поттеру не понравились слова Абраксиса о том, что Драко отослали из Англии в безопасное место еще в самом начале каникул, задолго до побега Блека. Значит, происходило что-то еще? О, Гарри мог себе представить, что! Он убедил себя в том, что возрождение Темного Лорда лишь приснилось ему, но в глубине души все время жила упрямая мыслишка о том, что на самом деле Волдеморт снова жив и накапливает где-то силы. Возможно, он помог своей правой руке - Блеку, бежать из Азкабана?
Уже не в первый раз мысль о том, что нужно просить помощи у Дамблдора, посетила Гарри. Это было бы, по меньшей мере, разумно. И единственное, что останавливало Поттера - боязнь неизвестности. За год в Дурмстранге он привык видеть волшебный мир со стороны темных магов. Но как видят его простые волшебники или магглорожденные? Гарри не знал. Что представляет собой Дамблдор? Правда ли он добрый, слегка безумный маг или за красивой оболочкой скрывается кто-то сильный и опасный? Что он сделает, когда заполучит Гарри Поттера: запрет, спрячет, даст жить нормальной жизнью в таинственном Хогвартсе? Придется ли Гарри принять на себя титул Мальчика-Который-Выжил и как-то бороться с Темным Лордом? У Поттера был миллион вопросов, ответов на которые он не знал.
Но если Каркаров все-таки решит отдать его Темному Лорду... Гарри знал, что просто скажет Волдеморту, что не собирается сражаться против него, а тот либо примет это, либо убьет Поттера. Скорей всего примет, ведь Лорд должен точно знать - его смерть заслуга не Гарри, а Лили, как и говорил Каркаров. Поттеру хотелось рискнуть. Тем более что он действительно до сих пор не знал: жив или мертв Темный Лорд. Если бы Волдеморт возродился зимой, разве Каркаров уже не отдал бы Гарри ему?
В любом случае, Поттер прямо сейчас был в полной безопасности. Никто не знал, где он находится. Конечно, Сириус Блек точно должен был помнить, что фамилия Лили - Эванс, ведь он долгие годы притворялся другом Джеймса Поттера. Допустим, кто-то из Малфоев, при условии, что они общаются с Блеком, скажет ему о друге Абраксиса. Даже тогда крестный не сможет навредить ему под крышей этого дома. Ведь Абраксис обязан Гарри жизнью, никакая волшебная семья не станет пренебрегать этим. Они ни за что не позволят причинить зло Гарри под крышей их дома. Если ситуация примет скверный оборот, то у Поттера есть еще целый месяц, чтобы все обдумать, оценить события и, в крайнем случае, бежать под крылышко к Дамблдору.
Гарри достал из сумки утащенный из школы флакон с успокоительным и выпил немного. Это ему понадобится, чтобы выглядеть достойно за обедом.

Но дни шли, а ничего опять не происходило. Абраксис переводил местные газеты для Драко и Гарри. Французские репортеры забавлялись, публикуя новости о Сириусе Блеке. Они обвиняли английские власти в том, что сначала те потеряли и не смогли найти Поттера, теперь упустили и опять не могут найти Блека. Гарри и Драко сами читали «Пророк», который выписывал Малфой. Английские репортеры были в панике. Сириуса действительно боялись, считали его безумным и сравнивали с Беллатрикс. Не говоря уж о том, что это был первый за всю историю побег из Азкабана. Но никто из них даже предположить не смел, что бежать из тюрьмы Блеку помог Темный Лорд.
Жизнь в доме Малфоев оказалась одновременно и сложнее, и интереснее, чем у Кенингов. Отца Абраксиса ребята видели редко. Он оказался очень симпатичным светловолосым магглом, который, на взгляд Гарри, все время витал в облаках. Мужчина полностью подчинялся своей строгой супруге. Гарри недоумевал, как такой человек и гордая дочь семьи Малфой вообще сошлись. Мадам Чарис серьезно восприняла обязанность присматривать за чужими детками. В первый день за ужином дама сильно напугала Гарри.
- Насколько у вас с Драко близкое родство? - спросила она ни с того ни с сего.
- О чем вы, тетя? - удивился Драко. Гарри тоже посмотрел на нее с удивлением. Они с наследником Малфоев были совсем не похожи.
- Молодой человек, я художница, портреты удаются мне особенно, так что обмануть меня довольно сложно, - снисходительно усмехнулась Чарис. - Нос, губы, скулы, да и эти темные волосы - все типичное для Блеков. Мистер Эванс, вы слишком похожи на Беллу Лестрандж, чтобы я могла назвать это случайным сходством. Тем более, Абри говорил мне, что как минимум один из ваших родителей из древней английской чистокровной семьи.
Гарри озадаченно нахмурился. Он знал, что если бы ходил в очках и с короткими волосами, то был бы сильно похож на отца. Но, похоже, Каркаров был прав - стоило Гарри избавиться от этих заметных аксессуаров, как стало заметно сходство с Блеками, ведь его бабушка принадлежала к этой семье. Но ему даже в голову не приходило, что он похож на Беллатрикс. Драко смотрел на Гарри широко распахнутыми глазами и, явно с нетерпением, ждал ответа.
- Все английские чистокровные семьи состоят в родстве, - воспользовался привычной отговоркой Гарри. Чарис снисходительно усмехнулась, но, видимо, решила не продолжать расспросы. На этом тема была закрыта, но Поттер понимал, что никто не забыл этот разговор.
Чарис следила за тем, чтобы ребята ели в определенное время, ложились спать хотя бы до полуночи и умывались по утрам. Мама Абраксиса требовала от них строгого следования всем правилам этикета. Дважды в неделю к ним приходил преподаватель - волшебник, который не давал знаниям, усвоенным за учебный год, кануть в лету. Однако стоило мальчишкам вырваться из-под наблюдения взрослых, как начинались гонки на метлах, бои подушками, состязания в плюй-камни и другие развлечения. Через две недели после прибытия Гарри к компании присоединился Кристофер, и веселье перешло на новый уровень. У троицы из Дурмстранга нечасто появлялась возможность развлечься во время учебы, слишком уж много времени уходило на занятия, так что они смогли, наконец, оторваться как следует.
- Брат меня достал, - сообщил ребятам Крис, едва вошел в поместье. - Как же здорово, что мы с ним учимся в разных школах.
- Я соскучился! - радостно возопил Малфой, не слушая его, и повис у друга на шее. Блетчли поморщился и обнял его в ответ. Гарри засмеялся. Однако новое открытие вдруг потрясло его. Он ведь тоже скучал, пока несколько недель гостил у Лейв. Абраксис, Крис и Сара стали его самыми близкими людьми, ему не хватало их. Как же здорово оказалось снова быть вместе! Поттер подошел к друзьям и присоединился к их объятиям.
- Итак, наше великое трио снова вместе! - довольно протянул Абраксис.
- Великое? - скептически переспросил Драко. Он наблюдал за объятиями со стороны и чувствовал себя немного неуютно.
- Ха, ты еще увидишь, на что мы способны! - заверил его кузен. Гарри подмигнул Драко. После некоторых неудобных моментов в первые дни, которые последовали после знакомства, Поттер привык к неуместному порой высокомерию Малфоя. Драко был ехидным, нахальным парнем, однако его комментарии всегда были в тему и казались очень забавными, если не были направлены на тебя самого. Кроме того, при ближайшем знакомстве он оказался такой же болтушкой, как и Абраксис. При других обстоятельствах Гарри все же не стал бы завязывать дружбу с ним, однако Драко был и его кузеном тоже, кроме того, они временно жили в одном доме и от этого никуда не деться.

День рождения Абраксиса отпраздновали шумно. Рядом с домом Малфоев жили еще несколько волшебных семей, в которых тоже были дети. Абраксис дружил с ними до школы, и теперь был рад снова провести с друзьями детства время. Троих пришедших в гости ребят отправили учиться в Шармбатон. Они немного рассказали друзьям о своей школе, хотя явно неохотно. Всемером подростки устроили настоящий хаос в саду мадам Чарис, но она не повела и бровью, только принесла еще пару графинов сока и огромный торт.
- Кстати, - вспомнил Крис тем же вечером. Ребята отдыхали после праздника, валяясь на веранде и глазея на звезды. Рядом стояли чашки и поднос с остатками торта. - Эванс, а у тебя когда день рождения?
Гарри поморщился. Весь мир знал, когда праздник у Мальчика-Который-Выжил. Стоило ему назвать настоящую дату, как у друзей возникли бы если не естественные подозрения, то нежелательные ассоциации точно.
- Тридцатого июня, - соврал он первое, что пришло в голову.
- Так оно уже было? - расстроено воскликнул Абраксис. - А мы не подарили тебе подарки! Почему сразу не сказал, Эванс?
- Ничего, подарите что-нибудь в следующий раз, - пожал плечами Гарри. Его немного грызла совесть за ложь.
- Нет, мы купим все, когда пойдем по магазинам, - решительно заявил Драко. Остальные поддержали, а Поттер не стал отказываться. Не так уж часто ему выпадала возможность получить подарки.
Когда до отправления в школу осталось всего два дня, мама Абраксиса, наконец, решила, что пора сходить за покупками. Гарри довольно констатировал, что ему нужны новые мантии, потому что из старых он вырос. Они стали коротки всего на пару дюймов, но Поттер радовался хотя бы этому, потому что до сих пор Гарри оставался самым низким мальчиком на своем курсе. Кроме того, требовалось закупить кое-какие ингредиенты для зелий, а так же пополнить запас перьев, пергамента и чернил, не говоря уж об учебниках для второго курса. То же следовало приобрести и его друзьям. Однако, к ужасу Гарри, за покупками мадам Чарис вознамерилась идти в Косой переулок. Там она должна была передать Драко в руки его отца, а Криса в руки матери, с которой они оказались школьными приятельницами. В Англию Поттер решительно не хотел, но как он мог объяснить свое нежелание, не вызывая подозрений? Если он правильно помнил содержание разговора годичной давности со служащей немецкого аэропорта, английские власти не отслеживали перемещения детей. Значит, они не узнают, что Гарри Поттер побывал у них. Однако возвращаться на историческую родину, когда где-то там бродит Сириус Блек, и ждет не дождется Мальчика-Который-Выжил Дамблдор, казалось слишком опасным.
Гарри совсем было собирался сказаться больным и никуда не ходить, а все нужное потом заказать по почте, но взгляд мадам Чарис словно просветил его рентгеном. Врать Поттеру враз расхотелось. Гарри махнул на все рукой: в конце концов, не может же Блек просто ходить по Косому переулку, на глазах сотен волшебников?
- Будьте осторожны при перемещении, говорите слова четко, - велела мадам Малфой, вручая ребятам коробку с летучим порохом. Гарри взял щепотку. Он совсем не боялся перемещаться через камин. Первый опыт оказался удачным, так что Поттер надеялся, что и дальше все пойдет не хуже. - Выйдите прямо в магазине Мэтта Малкина и подождите меня, хорошо?
Подростки кивнули. Крис первым шагнул в камин. Он махнул рукой друзьям.
- Встретимся в Англии, - усмехнулся Блетчли. Порох из его распахнутой руки упал в огонь, и парень исчез во всполохах зеленого пламени. За ним отправился Драко. Гарри шагнул в камин третьим. Он улыбнулся взволнованному Абраксису и крикнул название лавки господина Малкина. Вот только немного пороха попало ему на язык, и Гарри непроизвольно фыркнул.
- Что он сказал? - неуверенно переспросила Чарис у сына.
- Я не понял, - с трудом выдавил из себя Абраксис. Они переглянулись. - Он же мог улететь куда угодно!

Гарри вывалился из камина в темной и неуютной комнате. Он еще в пути понял, что неверно произнес название пункта назначения, так что радовался уже тому, что оказался хоть где-то, а не сгорел и не застрял в трубе. Завтрак просился наружу. Гарри едва не захихикал, когда вспомнил, что больше не носит очков, иначе они непременно сейчас бы разбились. Он тихо ругнулся. Ведь знал же, что путешествие в Англию не сулит ничего хорошего. Теперь следовало срочно вернуться в коттедж Малфоев или найти Косой переулок.
Поттер поднялся с пола, отряхнул с мантии сажу и огляделся. Это была, несомненно, волшебная лавка, но товары едва не заставили Поттера запаниковать. В витрине оказалась выставлена сушеная рука, в которой Гарри узнал Руку славы. По стенам владелец развесил страшные маски и инструменты пыток. Окно открывало вид на узенькую темную улочку. Поттер опять выругался. У него не возникло сомнений, что он попал в Лютный переулок. Прошлый раз Гарри был здесь совсем недолго. Да еще и в сопровождении взрослого, однако этого вполне хватило, чтобы понять - ребенку здесь делать нечего. Он оглядел камин, рассчитывая найти там баночку с летучим порохом, однако ее не оказалось. Вообще-то Гарри мог бы выйти на улицу и добежать до Косого переулка, но делать этого не хотелось. Впрочем, выбора у него не было.
Минуту поколебавшись, он все же вышел и как можно уверенней пошел в направлении, которое показалось ему правильным, понадеявшись на свою прославленную удачу. Если он не будет выглядеть испуганным, быть может, всякие подозрительные личности решат, что он здесь не один. В кармане у Гарри была волшебная палочка, и мальчик непроизвольно теребил ее. Драко рассказывал ему, что ученикам Хогвартса запрещали колдовать на каникулах и даже выдавали специальные предупреждения. Дурмстранг такого не практиковал. Регинлейв объяснила Гарри, что нельзя отличить магию ребенка от магии взрослого. Если в доме, где живет волшебная семья, происходит колдовство, то никто не может определить, совершил ли его дипломированный маг или его несовершеннолетний отпрыск. А так как все дети в Дурмстранге жили в волшебных семьях, выдавать такие предупреждения было бы чистым переводом бумаги. Гарри знал, что в случае опасности может спокойно использовать колдовство, другое дело, что он не смог бы справиться с взрослым магом.
Тесная улочка, по которой шел Гарри, была забита лавками с ужасающим товаром. Поттер видел сушеные человеческие головы на прилавках, большие клетки, кишащие мерзкими черными пауками, ядовитые свечи. Гарри прекрасно себе представлял, в какие случаях могут пригодиться такие товары, в каких зельях их используют. В конце концов, он обучался в школе темных искусств, преподаватели часто довольно пренебрежительно относились к законам. Не раз профессор Гербе отпускал замечания вроде:
- В этом зелье лучше всего использовать кровь недавно убитого маггла.
А профессор Эминеску смаковал описания пыток. Гарри видел в библиотеке книги, обтянутые в человеческую кожу, хотя до сих пор не смог побороть отвращение и взять их в руки. Однако такие вещи были привычны в безопасной школе. Не в страшном переулке, где неоткуда было ожидать помощи, если кто-то захочет сварить зелье из него. Поттер перехватил взгляд двух тощих волшебников, которые внимательно рассматривали его и шушукались о чем-то, и пошел чуть быстрее. Сердце в груди колотилось, как бешенное. Он искренне надеялся, что идет в нужную сторону.
В закутке между двумя лавками били человека. Трое грязных волшебников теснили к стене мужчину, что был одет немного чище их. Тот выглядел бледным, осунувшимся и казался больным. Он отбивался достаточно удачно, хотя сила явно не была на его стороне. Поттер хотел пройти мимо. Это было не его дело, во-первых, а во-вторых, этот человек, возможно, вполне заслужил такое обращение. Однако Гарри неожиданно схватили за рукав и потянули в сторону драки. Он панически дернулся, и в него вцепились крепче, приподняв над землей. Затылок обдало горячим дыханием. Возможно, это был посторонний волшебник, который присмотрел Гарри как ингредиент для какого-нибудь зелья, может быть сообщник троицы, решивший, что Поттер представляет угрозу. Гарри не знал, он действовал, как всегда, когда Дадли хватал его со спины. Поттер резко откинул голову, ударив нападавшего. Тот вскрикнул и схватился руками за лицо, освободив тем самым Гарри, мальчик сразу отскочил подальше. Он в ужасе взглянул на повернувшихся к нему магов. У него не было ни шанса против них всех, поэтому Поттер сделал первое, что пришло ему в голову, воспользовавшись тем, что нападения от него просто не ждут.
- Ступефай! - воскликнул он, направляя палочку на противников. Те мгновенно упали. Тот, что напал со спины, тоже схватился за волшебную палочку и направил ее на Гарри, однако удар в лицо, кажется, повредил его нос, а может, выбил зуб, так что внятно проговорить заклятие ему не удалось. Враг пробормотал абракадабру, которая тут же и ударила в него самого. Всего пару секунд спустя после начал драки Гарри остался стоять на улице в гордом одиночестве. Лишь незнакомец в закутке, которого Поттер случайно спас, тихо кашлял. Гарри осторожно приблизился к нему и поинтересовался:
- Вам нужна помощь?
Волшебник зло взглянул на него, так что Гарри непроизвольно отшатнулся. Незнакомец выглядел не старше, чем лет на тридцать, и оказался довольно привлекателен. У него были правильные черты лица, длинные темные волосы, полные губы, однако все портила практически трупная бледность. Он был похож на инфери, изображение которого Поттер видел в книжке. Незнакомец снова закашлялся и на ладони, которой он прикрывал рот, появилось кровавое пятно.
- Тебе очень повезло, мальчишка, - зло процедил мужчина.
- Мое прозвище Счастливчик, - невесело усмехнулся Гарри. Волшебник удивленно вскинул брови. Он попытался подняться с земли, но ему это не удалось. Тогда Поттер пересилил себя и протянул этому страшному человеку руку, чтобы помочь подняться. После некоторого колебания тот ее все же принял.
- Я снимаю здесь комнату, - сказал он недовольно, кивнул на дом напротив. Казалось, сама мысль о том, что придется просить помощи, заставляла его беситься, и одновременно он понимал, что не справится сам. Ему явно требовалась помощь для того, чтобы вернуться домой, но он не хотел говорить об этом. С другой стороны, Гарри совсем не хотелось идти в дом к этому инфери, однако Поттер понятия не имел, в какую сторону направиться, чтобы выбраться из Лютного переулка, а нападавшие скоро придут в себя и попытаются закончить начатое. Кроме того, нехорошо бросать человека, оказавшегося в беде.
- Я провожу вас, - выдохнул Поттер. Может ему повезет, и этот маг из чувства благодарности позволит воспользоваться своим камином? Незнакомец еще сильнее навалился на руку Гарри после его слов. Они перешли дорогу под подозрительными взглядами прохожих.
- Им удалось застать меня врасплох, - неохотно сказал волшебник, когда они проходили мимо поверженных Поттером врагов. - Они напали со спины и отняли у меня палочку.
- Уверен, если бы вы были здоровы, то справились бы с ними, - заверил его Поттер.
- Конечно, - высокомерно протянул «инфери». - Тот, который поразил себя своим же проклятием, очевидно, даже не мог колдовать невербально.
- А вы можете? - удивился Гарри. Способность колдовать без слов была не такой уж и редкой. Каждый ученик Дурмстранга старше четвертого курса мог это делать. Однако Гарри казалось, что в Лютном переулке обитает только ни на что не годное отребье.
- Могу, - холодно отрезал волшебник.
Гарри помог ему подняться на второй этаж. Лестница под ними скрипела, отзываясь на каждый шаг и, казалось, вот-вот провалится. Дом давно прогнил. Запах стоял ужасный. Удивительно, что здесь вообще кто-то жил. Очевидно, снимать здесь комнату стоило очень дешево.
Хлипкая дверь открылась от одного прикосновения хозяина. Гарри вошел в комнату следом и прикрыл ее за собой. Помещение было крохотным. Его освещал лишь дневной свет, с трудом проникавший сквозь немытое окно. У стены стояла узкая кровать, на которую его новый знакомый поспешил упасть. У окна стоял стол, на нем - тарелка с горбушкой хлеба и куском сыра. В небольшом камине горел волшебный огонь, на котором кипело зелье. На несколько секунд комната показалась Гарри знакомой, но он не мог вспомнить, где мог видеть что-то подобное. Мальчик неуверенно потоптался на пороге, а потом прошел к столу и сел на стул.
- Это зелье поможет вам выздороветь? - поинтересовался он.
- Нет, - раздраженно ответил волшебник с постели. - И я не приглашал тебя сюда.
- Я хотел воспользоваться вашим камином, чтобы уйти отсюда, - честно ответил Гарри.
- Он не подключен к сети, глупый мальчишка, - отозвался хозяин комнаты. - Это место похоже на то, которое обычно подключают? Ты теперь не выберешься, да и я тоже.
- Почему? - в панике спросил Гарри.
- Неужели не ясно, что наши новые знакомцы будут ждать снаружи, пока мы не выйдем? Черт, - он стукнул кулаком по постели. - Как же раздражает это бессилие.
- Вы не можете аппарировать? - поинтересовался Поттер.
- Похоже, что могу? - зло спросил волшебник. - В любом случае, тебе бы это не помогло. У меня нет причин тебя спасать.
- Как насчет чувства благодарности? - фыркнул Гарри. Но ответом ему был только очередной злой взгляд. Лестница заскрипела под чьими-то шагами. Кто-то подошел к двери и застыл там. Гарри затаил дыхание. Ему только что пришло в голову, что это помещение не может служить им защитой. Выломать такую дверь может даже маггл. Однако шаги вдруг двинулись дальше, правда, это не заставило Поттера расслабиться.
- Ха, - выдохнул хозяин комнатушки. Должно быть, он заметил страх Гарри, и это его повеселило. - Они не смогут войти. Дверь зачарована.
Поттер вздохнул с облегчением, но тут же напрягся снова. Это не облегчало их ситуацию.
- Где твои родители? - поинтересовался, наконец, новый знакомый.
- Меня никто не догадается искать здесь, если вы об этом, - скованно ответил Гарри. От ужасной правдивости этих слов закололо сердце. Да, мадам Чарис, конечно, ищет его, однако как ей догадаться, куда унесло его пламя? А ведь он еще и ушел довольно далеко от магазина, в котором выпал из камина. Стоило остаться там и попросить помощи у продавца. Ну почему он не подумал об этом раньше?
- А еще зовешь себя Счастливчиком, - устало усмехнулся волшебник.
Они просидели еще несколько минут в тишине, нарушаемой только хриплым дыханием хозяина комнаты. Гарри было страшно. Наверное, впервые в жизни настолько сильно его охватывало это чувство. Даже в лесу, когда они бежали от неизвестного монстра, не было так жутко. Все тело вздрагивало от случайно пролетающих в голове мыслей.
- Так что за зелье вы варите? - спросил Гарри. Ему необходимо было хоть немного отвлечься, поговорить с кем-то. Лучше, если бы здесь был Абраксис с его постоянной болтовней. Хотя нет, хорошо, что здесь нет Малфоя. Не хотелось подвергать друга опасности.
- Мое лекарство, - отстраненно ответил «инфери». То ли он размышлял, как им выбраться из смертельной ловушки, то ли смирился с происходящим.
- Вы же сказали, что оно не вылечит вас! - возмутился Гарри.
- Нет, не вылечит, потому что не хватает самого важного ингредиента.
- Так вы за ним и пошли? - догадался Гарри.
- Нет! - вдруг воскликнул этот тип. Он приподнялся на постели и опять устремил на Поттера свой полный злости и ярости взгляд. - Нет! Не за ним! Потому что этого компонента не существует! Его не достать! Я потратил впустую прорву усилий и все равно не могу получить этот проклятый ингредиент! И теперь мое тело разлагается! Ты понял? И хватит расспрашивать!
Вспышка чужой злости заставила Гарри соскочить с места и отшатнуться подальше от волшебника. Шрам закололо, и мальчик с трудом подавил порыв прижать к нему ладонь. Маг в бессилии упал обратно на постель. Он снова закашлялся. Гарри осторожно уселся обратно на стул. В комнате опять повисла тишина. На столе лежала тонкая записная книжка. Гарри протянул руку и взял ее. Хозяин комнаты прикрыл глаза и, казалось, дремал, так что не заметил ничего. Гарри не утерпел и заглянул внутрь. Все листы были исписаны красивым почерком. Поттер вчитался и понял, что это рецепты незнакомых зелий и описания действий разных ингредиентов. Слова были перечеркнуты то тут, то там, что-то, наоборот, оказалось обведено в кружок, чтобы хозяин не забыл об этом. Мальчик пролистал книжку до последней исписанной страницы и прочитал аккуратно записанный последний рецепт. Он оказался очень сложным. Первокурснику с таким ни за что не справиться. Впрочем, Гарри сомневался, что, даже став дипломированным магом, сможет сварить такое зелье. А ведь новый знакомый составил рецепт сам. Должно быть, маг действительно был довольно-таки талантлив.
Интересно, как он подцепил такую странную болезнь? Может быть, попал под проклятие какого-нибудь врага?
Гарри еще раз с интересом просмотрел список ингредиентов. Некоторые оказались знакомыми и довольно безобидными: лепестки ромашки и тертый рог двурога, но в состав так же входили и куда более рискованные компоненты, в том числе и частицы человеческого тела. Последний ингредиент оказался перечеркнут несколько раз. Гарри долго рассматривал строчку, прежде чем хозяин комнаты устало пояснил ему:
- Мне нужна кровь человека, который благожелательно относится ко мне.
Гарри вздрогнул от неожиданности. Он думал, что человек спит. Однако тот сверлил его раздраженным взглядом.
- Первоначально это должна была быть кровь врага, но из-за ошибки в самом начале часть свойств зелья поменялась с минуса на плюс. Мало того, что из-за этого я сам на себя не похож. Терплю общество какого-то паршивца, хотя в обычной ситуации давно бы избавился от тебя, - зло простонал он. - Как же я это ненавижу. Проклятье!
- Кровь врага достать для вас проще? - сглотнул Гарри. Новая вспышка бешенства хозяина комнаты уже не пугала так сильно, несмотря на угрозы. Волшебник явно был слишком слаб, чтобы совершить что-то плохое. Поттер закрыл книжку и положил ее на место.
- Намного проще! - фыркнул тот. - Нет ни одного человека, который был бы благожелательно настроен ко мне. Да я и не рискнул бы приблизиться к кому-либо из своих знакомых в таком виде.
- Почему?
- Они, не раздумывая, воспользовались бы моей слабостью!
- Должно быть, вы действительно плохой парень, - усмехнулся Гарри. - Наверное, не стоило помогать вам.
- Да, наверное, не стоило, - подхватил веселье «инфери». Он засмеялся высоким холодным смехом, который пробрал Гарри до самых костей. По позвоночнику побежали мурашки страха. Он действительно оказался в комнатке с кем-то слишком опасным. Однако этот человек был слаб и практически беспомощен. И Поттеру стало его жаль.
- Вы сдались? - спросил Гарри.
- Нет, - резко отрезал хозяин комнатушки. - Я смогу что-то придумать и никогда не сдамся.
Внизу раздались громкие раздраженные голоса. Казалось, ругались несколько мужчин.
- Наша свита кому-то не угодила, - пробормотал волшебник. - Твой шанс сбежать. Если спустишься с крыльца, то беги налево. Выйдешь к Косому переулку.
- А вы?
- Я не смогу быстро передвигаться. И не брошу зелье, - раздраженно ответил хозяин комнатушки. Гарри глянул на тряпку, которой тот вытирал кровь со своего рта.
- А я не смогу привести вам помощь, - признался Поттер. - Я сейчас живу у друга, а его родители вряд ли захотят пойти в Лютный, чтобы помочь какому-то подозрительному типу.
Незнакомец фыркнул.
- Мне не нужна помощь.
Голоса внизу становились все громче. К ним прибавился женский визг. Гарри прекрасно понимал, что времени терять нельзя. Он взглянул на незнакомца. Скорей всего, тот был действительно плохим парнем, однако он советовал Гарри бежать и бросить его. Видимо, все же не хотел, чтобы погиб ребенок.
- Как вас зовут? - спросил Поттер.
- К чему тебе это?
- Как? - настойчиво повторил Гарри.
- Не важно, - отвернулся хозяин комнатушки, потом раздраженно добавил, - пусть будет Том, довольно распространенное имя.
- Но не ваше?
Том не отозвался. Гарри прикусил губу и решительно подошел к котлу. Он взял с каминной полки нож и быстро провел по своей ладони. Она сразу начала обильно кровоточить, и Гарри распростер ее над кипящей темно-зеленой жидкостью.
- Что ты делаешь? - пораженно спросил Том за его спиной. Несколько капель крови упало в котел, и Поттер убрал руку, поспешив обмотать ее носовым платком.
- Дальше все зависит только от вас, Том, - сказал Гарри. Он быстро выбежал из комнаты, не давая себе шанса передумать и совершить еще какую-нибудь глупость. Драка внизу уже приняла впечатляющие обороты. Все, кто не был в ней занят, глазели на участников, забыв обо всем. Лестница отчаянно скрипела. Однако Гарри чудом удалось проскочить, выбежать на улицу и броситься в сторону, которую указал ему Том. Он уже не видел, как его новый знакомый, с трудом опираясь на подоконник, смотрит ему вслед сквозь грязное стекло.
- Счастливчик, да? - со злой ухмылкой прошептал он.

Глава 13

С праздником Влюбленных ))
Глава в подарок всем, кто не ушел на свидание, а сидит перед компом ))

Глава 13.

В магазине господина Малкина, куда Гарри прибежал после своего жуткого приключения, обнаружились бледный как полотно Абраксис и Крис с матерью. Они все разом завопили, стоило ему переступить порог. Даже обычно невозмутимый Блетчли выглядел встревоженным. Малфой же и вовсе повис на шее у друга, словно чувствительная девица.
- Где ты был?
- Ты в порядке?
- Никто тебя не обидел?
Гарри позволил им ощупать себя и убедиться, что он цел и невредим. После этого миссис Блетчли поспешила связаться с мадам Чарис и сообщить ей, что ребенок найден. Оказывается, мама Абраксиса попыталась его найти через сотрудников службы каминной сети. Так что для Гарри действительно было бы лучше просто подождать ее в том странном магазине, куда его выбросило. Пока Крис рассказывал другу про поиски, Абраксис вспомнил, что нужно сообщить новость Драко, которого отец уже забрал домой. Люциус был слишком занят, чтобы терять время и волноваться о каком-то безвестном мальчишке, пусть тот и подружился с Драко. Только после того, как все, наконец, собрались, а порезанная рука Гарри была излечена, снова прозвучал вопрос:
- Так где же ты все-таки приземлился?
- В Лютном, - честно признался Гарри. Он уже немного успокоился, перестал бояться стать ингредиентом для какого-нибудь зелья или оказаться проданным в рабство. Руки пусть и чужих, но благожелательных женщин утешили его. Гарри, наконец, понял, что совершил - накапал свою кровь в совершенно неизвестное ему зелье для того, чтобы помочь явно плохому волшебнику излечиться от проклятия. А ведь этого типа мог разыскивать аврорат! Может быть, Том был убийцей и насильником? Думать об этом не хотелось. Гарри решил, что никогда и никому не расскажет о том, что сделал, иначе не миновать ему серьезных неприятностей. Вряд ли Том сам когда-нибудь захочет его найти, чтобы вернуть долг. Не похож спасенный на такого человека. В конце концов, Гарри и так врет всем вокруг о себе, еще одна маленькая ложь не отяготит его сильнее. - Я не нашел в том месте, где оказался, летучего пороха, вынужден был выйти на улицу и немного заплутал, но к счастью, мне удалось выбраться.
- И все? - мрачно уточнила мадам Чарис. Гарри поспешно кивнул. - У тебя рука разрезана. И попробуй только сказать, что упал!
Поттер поморщился. Она была слишком проницательна!
- Я влез в небольшую стычку, - неохотно признался Поттер. - Но мне удалось отбиться! Хотя это и было настоящее чудо.
- Ха, ты же Счастливчик, - подмигнул ему Малфой.
- Это не смешно, Абри, - строго возразила ему мать. - Вы еще слишком малы, чтобы без присмотра разгуливать по Лютному переулку. Не вздумайте повторить приключение мистера Эванса. Гарольд, будь осторожнее, что бы я сказала твоим родителям, если бы с тобой что-то случилось?
Гарри опустил голову. Ему было жаль, что он заставил мадам Чарис волноваться. Конечно, у него не было никаких родителей, о мнении которых ей следовало беспокоиться, однако мать друга потратила на него кучу времени и нервов.
- Извините.
- Тебе действительно повезло, что отбился от противников, - ласково улыбнулась мальчику миссис Блетчли и ласково потрепала его за щеку. - Молодец! Впрочем, все Блеки отличные дуэлянты.
- Я не Блек, - мрачно возразил Гарри. Похоже, матери его друзей уже все для себя решили, и переубедить их будет очень сложно.
Они совершили все покупки довольно быстро. Одновременно Крис и Абри делились с Гарри свежими новостями, которые узнали, пока ждали его возвращения.
- Я вообще не сомневался, что с тобой все в порядке, Эванс, - спокойно заявил Крис. - Это же ты.
Они рассказали Гарри, что в Хогвартс в этом году взяли очередного учителя защиты от темных искусств. Им оказался талантливый писатель Златопуст Локонс, любимец многих ведьм, обладатель Ордена Мерлина и приза за самую очаровательную улыбку. Даже в Дурмстранге Гарри несколько раз натыкался на его книги в гостиной и календари с его улыбающимся изображением в руках девушек, однако у него не было времени читать приключенческие романы.
- Вот повезло Драко, - протянул Абри. - Учиться у такого великого мага.
- Наверняка он-то сможет перебороть проклятие, которое лежит на всех преподавателях защиты в Хогвартсе, - задумчиво предположил Крис.
- Этот Златопуст бездарный волшебник и хвастун, - оборвала его мадам Чарис. - Вот уж верно говорят: не суди о книге по обложке.
- Ты уверена, Чарис? - переспросила ее миссис Блетчли. - Он ведь победил столько темных созданий. И симпатичный к тому же.
Мальчишки за спинами дам скривились от такого комментария и принялись обсуждать более интересные темы. В конце дня Крис отправился с матерью домой, а Гарри и Абри вернулись в коттедж вместе с мадам Чарис.
- Тебе совсем не хочется повидаться с семьей, прежде чем вернешься в школу? - поинтересовался Малфой у друга. Ему не хотелось, чтобы Гарри уезжал, но любопытство заставляло спросить.
- Странно, конечно, не видеться с ними, - пробормотал Поттер. Это была чистая правда. Он не помнил Поттеров. Всю свою сознательную жизнь Гарри провел с Дурслями. Действительно странно было не слышать едких комментариев тетки, ворчания дяди и стенаний Дадлика. Пусть они были далеко не самыми любящими, но они были единственной семьей, которую Гарри знал. - Однако я не скучаю.

Два дня спустя они поднялись на борт дурмстранговского корабля. Гарри с палубы наблюдал за тем, как мадам Чарис поцеловала сына в щеку и дала последние наставления. На мгновение в его сердце колыхнулась зависть, но быстро погасла. Он много лет подряд наблюдал, как матери ласкают своих детей, и уже привык к тому, что никогда не узнает родительской любви. Гарри отвернулся и направился внутрь корабля, думая о том, что нужно найти Сару и Криса. На лестнице на него налетел маленький темноволосый мальчишка. Он бежал вниз и чуть не сбил их обоих. Гарри вцепился в перила, и только благодаря этому они не полетели кубарем вниз, прихватив по пути еще нескольких студентов.
- Извини, - умоляющим тоном простонал мальчик.
- Ничего, - кивнул Гарри. - Но нужно быть осторожнее. Ты первокурсник?
- Да, - ребенок кивнул. - Я заблудился, не мог найти нужную каюту и решил выйти поискать старост.
- Давай провожу, - предложил Гарри. - Не стоит выходить наружу, а то можем отчалить без тебя.
- Спасибо, - мальчик довольно улыбнулся. - Я Гельмут Бешворунг.
- О, профессор Бешворунг?
- Моя двоюродная тетя, - подтвердил ребенок. - Но не думаю, что она станет относиться ко мне из-за родства иначе, чем к другим ученикам. Скорее, больше спрашивать станет.
- Думаю, ты прав, - усмехнулся Гарри. Бешворунг была его любимым профессором, несмотря на ее строгость. Большей частью из-за того, что ее предмет давался Гарри легче всех остальных, из-за этого и занимался он им с удовольствием, и профессор относилась к нему с большой теплотой. - Тебе сюда.
Он открыл дверь нужной каюты и впустил ребенка внутрь. На них тут же уставились все, кто уже был в помещении.
- О, Эванс, спасибо, что нашел его, мы уже начали беспокоиться, - облегченно улыбнулась старшекурсница, которая, должно быть, была старостой первокурсников в этом году. Гарри видел ее в школе, но не был знаком, так что на мгновение удивился, что она знает его фамилию. Но тут же вспомнил, какой ажиотаж подняли Малфой и Левски в прошлом году вокруг их удачного похода по лесу. После этого Гарри запомнили даже те, кто не интересовался его победой над Крамом.
- Обращайтесь, - кивнул он, выходя обратно в коридор.
- Гарольд, вот ты где! - тут же привлек его внимание радостный крик. В следующее мгновение Сара едва не сбила его с ног, однако под осуждающими взглядами окружающих быстро отстранилась и оправила мантию. Гарри не мог не заметить, как блеснул на лацкане значок. Он протянул руку и провел по нему пальцами.
- Ты стала старостой, - улыбнулся он. - Поздравляю!
- Да, - подтвердила Эпстейн. Она осмотрела отвороты его мантии, и улыбка тут же покинула ее губы. Девочка вопросительно посмотрела на своего друга.
- Мариус, - подтвердил ее подозрения Гарри. Лицо подружки на мгновение перекосило, но она быстро взяла себя в руки.
- Ненавижу его, - топнула ногой девочка.
- Я тебя тоже, - отозвался подошедший Малфой. - Вы же про меня говорите?
- Про Блека, - кисло ответила Эпстейн. - Он стал старостой.
- Да, уже знаю, - тяжело вздохнул Абраксис. - Не сладко нам придется.
- Все будет нормально, - ответил Крис. Ребята повернули головы и увидели, что он уже некоторое время стоит недалеко от них, листая книгу. Рядом с ним переминалась с ноги на ногу Лусия. Гарри обвел их всех взглядом и улыбнулся. Наконец-то его компания была в сборе. - Эванс как всегда что-нибудь придумает. Прозвища в магическом мире материальны.
- Что? - не понял Малфой.
- Ну, вот например, имя, которое взял себе Темный Лорд. Знаешь, что оно означает?
- Не знаю и сейчас не хочу об этом знать, - скривился Абраксис. - У нас сейчас есть проблемы посерьезнее.
- Я, правда, что-нибудь придумаю, - кивнул Гарри, отвлекая Малфоя. - Но, Сара, у тебя разве есть время на разговоры? Пора приступать к выполнению своих обязанностей.
- Ах, об этом, - неловко помялась девочка. - Я не могу найти ни Иеремию, ни Ренгинлейв. Они должны были объяснить обязанности старосты, так было написано в письме из школы. Я понимаю, что Иеремия опять где-то развлекается, но где Лейв?
Она растеряно повертела головой из стороны в сторону, словно рассчитывая на то, что староста выпрыгнет из-за ближайшего поворота по ее желанию.
- Для начала ты должна проверить, все ли второкурсники поднялись на борт, - сообщил ей Эванс. - И найти твоего напарника тоже было бы неплохо.
- Надеюсь, он-то как раз и не поднялся на борт, - ядовито высказался Малфой.
- Рад разочаровать тебя, но я здесь, - отозвался на эти слова Блек. Он вышел из-за поворота и, видимо, слышал какую-то часть их беседы. Гарри невольно бросил взгляд на значок старосты, украшавший его мантию. Если бы все пошло немного иначе, то старостой мог бы стать Гарри. Впрочем, у Поттера не было никакого желания получать власть, лишь необходимость защитить друзей. - В отличие от наших старост. Кстати, господин умник, - обратился он к Гарри, - думаешь, так легко найти всех второкурсников на корабле?
- Для старосты проще простого, - отозвался Гарри. - Трудно переловить только первокурсников, но эту сложную задачу выполняют старшие.
С этими словами он достал волшебную палочку и трижды постучал ею по значку Сары, которая на мгновение дернулась от неожиданности.
- Проведи меня ко всем второкурсникам, - сказал Гарри. Значок слабо засветился, и от него вдруг потянулась тонкая серебристая нить. - Единственный минус в том, что они разбросаны по всему кораблю, так что нам придется побродить. Советую записывать всех, кого нашли.
Крис тут же с ухмылкой достал из кармана блокнот и самопишущее перо. Мариус скривился и собрался постучать по своему значку.
- Лучше ходить вместе, - возразил Гарри. - Если будете бродить отдельно, то запутаетесь, кого уже видели, а кого нет.
- Но я не хочу с ним ходить, - простонала Сара.
- Все нормально, - радостно заявил Абраксис. - Мы с вами пройдемся.
Он подхватил Гарри под руку и потащил в направлении, куда указывала нить, тянущаяся от значка. Сара быстро пристроилась с другой стороны, ревниво покосившись на Малфоя, а Крис побрел следом, не отрывая взгляда от книги. Мариус мгновение поколебался. Слушаться Эванса ему категорически не хотелось, но он понятия не имел, что делать ему, как старосте, после обнаружения всех однокурсников, а вот соперник, похоже, все это знал. Был шанс в процессе поиска ребят обнаружить так же старост и разузнать все у них, но в нем Блек сильно сомневался. Не говоря уж о том, что в июне Мариус убедился, что в критической ситуации у Эванса лучше получается принимать решения. Блек в досаде пнул стенку и побрел вслед за вражеской компанией.
С ними здоровались все встречные, пока они продвигались по судну в поисках однокурсников. Это разительно отличалось от прошлого года, когда они поднялись на борт никому не известными малявками, которых сразу загнали в большую каюту, чтобы то ли не мешали остальным, то ли сами не потерялись. Многие встречные даже не скрывали своего удивления в том, что старостой сделали Мариуса, а не Гарри, чем злили Блека. После того, как они нашли всех своих однокурсников, Поттер отправил Сару в каюту старост, чтобы она отчиталась перед Главным. Он не обращался к Мариусу, но тот все понял и сам, так что с кислым выражением лица поплелся за Эпстейн.
- Мне вот интересно, - с ухмылкой поинтересовался Малфой, стоило парочке скрыться из виду. - Откуда ты знаешь, что нужно делать старосте? Сомневаюсь, что из какой-нибудь книги.
- Птичка на хвосте принесла, - подмигнул ему Гарри. Абраксис засмеялся. Ему, правда, было любопытно, но если друг не хотел рассказывать, то Малфой предпочитал не настаивать.
Несколько часов спустя корабль поднялся на поверхность, и ребята снова увидели Дурмстранг. В этот раз на территории школы стояла теплая погода. Снегом еще и не пахло, зато на мелких местных кустиках еще оставались листья. Ребята не стали надевать теплую одежду. Мальчишки и девчонки взяли свои вещи и отправились знакомой мощеной дорогой к замку.
- Я уже начал забывать, какой он красивый, - улыбнулся Гарри. Темная твердыня школы смотрелась среди последней зелени так же величественно и гордо, как и среди белого снежного покрывала.
- Эванс, у тебя отвратительный вкус, - проходя мимо ехидно заверил Блек. - Сразу понятно, кто занимался твоим воспитанием.
Мариус быстро миновал компанию соперника. Он очень нервничал из-за недавнего унижения и надеялся, что больше никогда не придется зависеть от знаний Гарри. Поттер пожал плечами. Для него Дурмстранг был прекрасен, потому что стал первым местом, где он был счастлив и нашел настоящих друзей, а ядовитый язык возможного наследника Блеков стал так же привычен, как и вечный холод в коридорах школы.
- Предлагаю занять отдельный стол в столовой, - сказала Сара. - Наша компания достаточно велика для этого. Посмотрим, кто еще захочет присоединиться.
- Эпстейн, сегодня первый день учебы, а ты уже хочешь начать интриги плести? - иронично поинтересовался Абраксис. - Не рано ли проверять ребят на лояльность? Игра может сложиться не в нашу пользу. Вот если бы Эванс стал старостой...
- Если бы Гарольд стал старостой, это не имело бы смысла, - фыркнула Сара. - Понятно, что все были бы на его стороне.
Поттер краем уха прислушивался к их разговору. Он хорошо знал своих друзей. Да, Малфой был болтливым мальчишкой, а Сара девчонкой, увлекавшейся украшениями и танцами, но они оба были амбициозны, им хотелось получить власть и влияние. Друзья готовы были действовать практически любыми путями, дабы получить и то и другое. Самого Поттера власть не волновала, желание не кипятило его кровь, однако Гарри знал, что должен ее получить, чтобы помочь друзьям.
Они сложили вещи на лавки в холле как и в прошлый раз, и лишь потом зашли в столовую. Там уже были ребята, которые шли быстрее и добрались раньше их. Сара сразу же потащила друзей к свободному столику и уселась там, словно королева, высокомерно разглядывая зал. Гарри сел рядом с ней.
- Вообще-то шансы почти равны, - шептал Малфой Крису. - И Эпстейн, и Блек старосты. Другое дело, что Мариус чистокровный, а Сара только полукровка.
- Но с нами же Гарольд, - робко улыбнулась ему Лусия, тихой мышкой следовавшая за компанией все время. - Его многие знают и уважают.
Гарри ненадолго отвлекся от их разговора, когда к нему обратился Нил Гринграсс. Он проходил мимо и решил немного поболтать с бывшим ловцом своей команды.
- В этом году я капитан, - пояснил Нил. - Влад и Тереза покинули команду, а это огромная потеря. Они оба первоклассные охотники.
- Прости, я бы с удовольствием поиграл с вами, но директор...
- Знаю, говорят, пока не окончишь школу - на метлу не сядешь?
- Нет, не совсем так, - возразил Гарри. Он улыбнулся Виктору, который приблизился к ним. Поттер не разговаривал с Крамом о наставничестве. Насколько Гарри знал, об этом Виктору должен был сообщить кто-то из школьного совета. Откровенно говоря, Поттер очень волновался, как лучший ловец Дурмстранга может отреагировать на новости. Слишком часто по школе ходили слухи о том, как издевались наставники над своими, навязанными им советом, подопечными. Гарри знал, что Виктор не такой человек, но все же опасался гнева будущего наставника.
- Я уже знаю, - кивнул Крам Поттеру, не поздоровавшись. Он выглядел взволнованным, но не сердитым. - Большая честь для меня учить кого-то. Хотя способности к квиддичу, по моему мнению, это дар. У тебя его и так в избытке.
- Спасибо, - еще раз улыбнулся Гарри. - Набраться немного опыта все же не помешает.
- Но пригодится ли тебе это в жизни? - неловко пожал плечами Виктор. - Цепеш зациклился на том, что ты должен заниматься полетами профессионально после окончания школы. Разрешат ли тебе это родители?
- Сомневаюсь, - покачал головой Гарри. Дело было даже не в том, что его родителей не было в живых. За год в школе он прочитал немало полезной литературы об устройстве волшебного мира. Как бы не обстояла ситуация с происхождением его матери - Гарри все же оставался последним отпрыском прямой линии Поттеров, а это налагало на него определенные обязанности. Не говоря уж о Волдеморте, который скорей всего был жив и мечтал сделать что-нибудь нехорошее с волшебным миром. Гарри не задумывался об этом раньше, но даже минутных раздумий хватило, чтобы понять - вряд ли у него будет возможность профессионально заниматься квиддичем.
Виктор хлопнул его по плечу, отвлекая от тяжких раздумий.
- Поговорим об этом позже, хорошо? После ужина подходи ко мне, вместе посмотрим на нашу новую комнату.
Гарри кивнул. У Виктора были розовые щеки, то ли от долгой ходьбы, то ли от смущения. Поттер очень надеялся, что его впечатление от лучшего ловца Дурмстранга не изменится после того, как они начнут близко общаться.
- Я не ослышался? - переспросил с ухмылкой Нил. - И правильно все понял? Совет решил сделать Виктора твоим наставником?
- Да, Влад перед уходом поспособствовал, - подтвердил Гарри.
- Поздравляю, - протянул Гринграсс. - Или сочувствую. Влад всегда вцепляется как собака в кость. Не отпустит. Потому и охотник прекрасный - квофл у него не отнять. Кстати, слышал? Его взяли в Стяуа. В Румынии это лучшая команда.
- Рад за него.
- Да, - Нил помахал какому-то мальчику, только что вошедшему в зал. И кивнул Гарри. - Как же жаль, что ты все-таки не сможешь играть. Твоя удача пригодилась бы нам.
Он пошел к своим друзьям, а Поттер обернулся к своим и оказался на пересечении их взглядов.
- Ты нам не рассказал. Неужели мы совсем не заслуживаем доверия, - укоризненно протянул Малфой.
- Простите, - пожал плечами Поттер. - Мне рассказали об этом в конце прошлого учебного года, но я не хотел волновать вас.
- Конечно, мы бы сразу поняли, что тебя не сделают старостой, - подтвердила Эпстейн.
- Мне хотелось, чтобы вы ни о чем не беспокоились во время каникул, - улыбнулся Гарри. Он неловко поерзал под взглядами друзей, пока Малфой не толкнул его слегка в плечо:
- Поменьше беспокойся о нас. Друзья должны помогать друг другу. Мне все больше интересно, откуда ты получаешь информацию. Мне казалось, что знать все, собирать слухи в нашей компании - это моя обязанность.
- Не оспариваю, - в сдающемся жесте поднял руки Гарри. Он перевел взгляд немного в сторону и увидел входящего в столовую Левски. Тот вместе с друзьями остановился в дверях, оглядел помещение и остановил взгляд на отдельно расположившихся компаниях Мариуса и Гарри. Младен укоризненно покачал головой и направился к Поттеру. Он сел прямо напротив Гарри, к вящему негодованию Блека.
- Заставляете выбирать прямо в первый день, - напоказ вздохнул Левски.
- Мог бы и отдельно сесть, - возразила Сара.
- Не мог, - покачал головой Младен. - При нынешнем раскладе это было бы нелогично. Мне в это противостояние лезть глупо. Я не староста и не так популярен, как Эванс. Да и подружки-старосты у меня нет. Так что сдаю свои позиции в вашу пользу. Надеюсь, принесешь мне удачу, Счастливчик.
Пока ученики собирались, Сара не переставала внимательно следить за тем, сколько человек подошло к столу, за которым сидел новый староста второкурсников, сколько учеников с ним поздоровались, сколько решилось сидеть вместе с ним. Присоединившегося к ним Левски она восприняла как свою личную победу и довольно задрала нос, не слушая ворчания Абраксиса.
- Нас больше уважают, - сделала она вывод на ухо Гарри, за минуту до того, как директор поднялся, чтобы произнести свою ежегодную речь. Эванс не слушал его. Он с интересом оглядывал зал. В прошлом году они был объектом интереса старшекурсников, которые думали о том, кто из них на что способен. Сидели, напрягшись под чужими взглядами, стеснялись и боялись. И вот в этом году Гарри и компания уже начинают плести собственные интриги и незамысловатые заговоры, показывая свои зубки. Пришла их очередь смотреть на первокурсников свысока. Гарри глянул на стол малявок. Он не знал никого из них, кроме племянника профессора Бэшворунг. Из другого конца зала Гарри помахала Лейв. Поттер отлично понял, что она специально где-то спряталась во время плавания, чтобы он мог продемонстрировать однокурсникам новые знания. Гарри охотно помахал ей в ответ.
- Кто теперь будет греть нам комнату? - с ужасом спросил вдруг Малфой, отвлекая всех сидящих за столом. Левски и еще несколько ребят, которые присоединились к ним после того, как Виктор подходил здороваться, недоуменно посмотрели на Абраксиса.
- О, у меня же теперь вообще отдельная комната, - пробормотала Сара. - Гарольд...
- Я зайду, - пообещал Поттер с усмешкой. - Но, может, пора уже и самим научиться?
- Чары нагревания будем проходить ближе к Йолю, - поведал Крис. - Конечно, они будут уровнем повыше тех, которыми пользуется Эванс. Но все равно сейчас мы никаких не умеем.
Ответом ему были стоны тех, кому Гарри добросовестно заклинал комнаты весь предыдущий год.

Минерва с легким звоном поставила чашку на стол, пытаясь привлечь внимание Альбуса. Они всегда собирались на чашку чая в начале учебного года, подбадривая друг друга перед месяцами непрестанных волнений и забот о детях, обсуждая профессоров и прошедшие каникулы. Сегодняшний вечер был полон дурных воспоминаний о предыдущем первом сентября, когда они впервые поняли, что потеряли Гарри Поттера. Альбус вздрогнул в ответ на звон стекла и слегка улыбнулся ей. Макгонагалл печально опустила голову. Дамблдор сильно постарел за последний год, словно исчезновение Гарри Поттера прорвало плотину долго накапливаемых плохих эмоций, будто целая гора внезапно навалилась на директора, а он выстоял с огромным трудом. Ее взгляд случайно упал на газету, лежащую на столе. На первой странице было фото Сириуса Блека.
- Я помню Сириуса в школе, - сказала она. - Он был таким шебутным, веселым ребенком, несмотря на его происхождение хорошо относился к магглорожденным. Как Сами-Знаете-Кто смог перетащить его на свою сторону? Что такого этот ублюдок сказал Сириусу, что тот предал Джеймса, лучшего друга? Они же были даже более близки, чем родные братья.
- Порченный мальчишка, - зло прошептал портрет одного из предыдущих директоров. Минерва даже не стала оглядываться. Она хорошо знала голос Найджелуса Блека, он казался ей самым болтливым из портретов, хотя слова его всегда были полны яда. Минерва сомневалась, что старший Блек возмущается тем, что Сириус предал друга, скорее тем, что привечал магглорожденных. Альбус тоже не обратил внимания на своего предшественника, он посмотрел на фото в «Пророке», а потом взял газету и осторожно свернул ее, чтобы не видеть безумного лица бывшего ученика.
- Я не перестаю думать об этом, Минерва. Что он сказал ему, им всем? Помнишь, каким милым мальчиком был Квиринус? В нем не было ни капли зла, ненависти, желания получить власть или причинить боль. Но Том смог найти лазейку в его сердце.
- Он всегда был искусным манипулятором, - кивнула Макгонагалл.
- Сейчас я больше беспокоюсь о другом, - признался Альбус. - Сириус совершил побег, возможно, он попытается найти Гарри, а как у крестного у него куда больше возможностей сделать это, чем у нас.
- У вас все еще нет идей, где может быть мальчик?
- Мы проверили все европейские школы, Северус даже смог попасть в Дурмстранг, но результатов это не дало, - покачал седой головой директор. - Гарри очень хорошо спрятали, и это дело рук знатной и богатой чистокровной семьи.
- Почему вы так думаете?
- Никому другому не хватило бы на такое ни средств, ни возможностей. Скорей всего, у них есть сторонники в правительствах нескольких стран.
- Да, конечно, мальчик не мог остаться на лето в школе, но и дома у Дурслей не появлялся, значит ездил куда-то, а нам не сообщили о том, что он бывал в какой-то стране, - подтвердила Минерва.
- Ничего удивительного, - кивнул Альбус. - Темные семьи в Европе очень влиятельны и сильны, а меня недолюбливают. Искренне надеюсь только на то, что те, кто присматривает за мальчиком, не желают Гарри зла и хорошо заботятся о нем, - грустно сказал Дамблдор. Он взял из вазочки конфету и задумчиво повертел в руке, прежде чем положить в рот. - Самое печальное в том, что мы не знаем, чему эти люди учат ребенка.
- Они могут настроить его против вас, Альбус, - подтвердила Минерва.
- Мне не так уж важна его приязнь ко мне, - честно ответил директор. - Хотя очень хотелось бы заполучить ее, но на свете много хороших и умных волшебников, которые совсем не любят меня. Другое дело, что Гарри могут вырастить жестоким, не способным к любви и прощению. Это было бы огромной потерей для нас.
Макгонаггал промолчала, не зная, что можно ответить на эти слова.
- Ах, лучше бы мы обсудили нашего нового профессора защиты от Темных искусств, - сказала она. - Этот Златопуст совершенно бесполезен и уже рассердил Северуса.
- Он единственный достаточно уверен в себе, чтобы рискнуть и придти работать на эту должность.
Директор с грустной улыбкой посмотрел на Минерву и удивленно вздернул бровь, когда она неожиданно вздрогнула.
- Что-то не так в башне Гриффиндора, - встревожено сказала декан. Она быстро поднялась со стула и направилась к выходу. Портреты с любопытством проследили за ней. Через несколько минут директору сообщили, что Сириус Блек пробрался в Хогвартс.

Глава 14

Глава 14

То, что Виктор скромно назвал комнатой, оказалось целым комплексом помещений. В месте, где они должны были жить, имелось две спальни, общая небольшая гостиная, одна на двоих ванная. Обстановка везде была скромная. В спальне - кровать, шкаф, в котором привычно нашлись одеяла, в гостиной - диван, три кресла и два стола с полками для книг. В каждой комнате были окна, но Гарри уже знал по опыту предыдущего года, что с наступлением зимы от них будет больше проблем, чем пользы: света они не давали, зато в щели между створками проникал ледяной ветер. Дверь из гостиной вела в коридор, куда выходили все двери жилых помещений Дурмстранга. Гарри нужно было пройти довольно большое расстояние влево, до входа в гостиную нынешних второкурсников. Но он все еще мог пойти туда, когда ему хотелось и провести время с друзьями. Напротив нового жилья Гарри находилась дверь в гостиную четверокурсников. Это означало неизбежное знакомство с кем-то из них в будущем.
- Я возьму спальню слева, если ты не против, - сказал Виктор после некоторой паузы, которая возникла после того, как они осмотрели доставшиеся владения.
- Нет, не против, - улыбнулся Гарри. Спальни были совершенно одинаковыми, так что спорить из-за такой ерунды было просто глупо. Виктор взял свои вещи, оставленные домовыми эльфами посреди гостиной, и пошел в свою комнату. Он сразу же закрыл за собой дверь, что Гарри истолковал как нежелание продолжать общение сегодня вечером. Поттер выдохнул. Вся эта ситуация его немного напрягала. Ему нравился Виктор, он восхищался им как ловцом, но Гарри плохо умел налаживать дружеские связи и очень беспокоился о том, как они поладят. Не окажется ли Виктор большим разочарованием при ближайшем знакомстве? Гарри взял свои вещи и отправился в новую комнату.
Она ничем не отличалась от его предыдущей, кроме того, что кровать здесь была только одна. За время каникул он уже привык жить в одиночестве в больших пустых помещениях, однако с большим удовольствием Гарри сейчас оказался бы в спальне с Абраксисом и Крисом. Они бы поболтали перед сном, он согрел бы комнату заклинанием, а потом уснул под ворчание Малфоя.
Поттер вынул из шкафа дополнительное одеяло и застелил постель в тишине. Ему было интересно, чувствует ли себя сейчас так же Сара, оставшаяся в одиночестве в новой спальне старосты.
Утро началось с неожиданного визита. Гарри как раз ждал, когда к нему зайдут Блетчли и Малфой, чтобы передать копию расписания, когда в дверь гостиной постучали. После разрешения войти внутрь просочился худой веснушчатый парень. Его лицо едва не трескалось от широкой улыбки.
- Ты Эванс? Приятно познакомиться, - сказал он, сразу вцепившись в руку Гарри и начиная ее трясти. - Хотя, на самом деле, не очень приятно. От тебя одни проблемы и чем ты старше, тем их будет больше. Ужасная ситуация, не знаю, как я с этим справлюсь.
Парень тараторил так быстро, что Гарри оставалось только открывать и закрывать рот, потому что он не успевал вставить ни слова. Мальчик с трудом выдернул руку из цепкой хватки парня и отступил на шаг, опасаясь, что тот последует за ним.
- Кстати, я не представился. Антон Поляков, приятно познакомиться. Ах, я это уже говорил, да? Извини за повтор. Мы с Виктором однокурсники и лучшие друзья. А еще я двоюродный брат предыдущего Главного старосты. Помнишь Александра, да? Хотя мы с ним не очень ладим.
Чем дольше новый знакомый продолжал тараторить, тем больше Гарри хотелось убежать от него подальше. Даже Малфой вряд ли смог переболтать этого парня. Поттер и раньше слышал, что в школе не один Поляков, что кузен Александра неряха и болтун, но такого даже представить себе не мог. Не удивительно, что предыдущий Главный староста не ладил с этим парнем, совершенно невыносимый человек. Лучший друг? Спаси Мерлин Гарри от таких друзей! У Поттера пробежали мурашки ужаса по спине, когда он представил, что и Абраксис когда-нибудь станет таким же.
- Антон, - прервал бесконечный монолог голос Виктора. Молодые люди обернулись и увидели в дверях спальни Крама. Он был небрежно одет и спешно вытирал полотенцем мокрые волосы.
- Ах, ты уже поднялся! - радостно поприветствовал однокурсника Поляков. - А я пришел посмотреть на твою новую комнату. Она удобная? Ты выспался?
- Да, - кратко ответил Виктор. Антон закивал и быстро проскользнул внутрь спальни, чтобы осмотреться получше, оставив шокированного Гарри у входа в гостиную. - Извини за это, - кивнул ему Крам и немного смущенно помялся. - Он, правда, мой хороший друг и часто будет приходить.
- Ясно, - отрешенно кивнул Поттер.
- Извини, - еще раз кивнул Крам. Он опустил взгляд и закрыл дверь в комнату.
- Ужас какой, - раздался голос за спиной Поттера. Он едва не подпрыгнул от неожиданности и развернулся. Сзади стояла Сара и смотрела на только что закрывшуюся дверь в комнату наставника Гарри. - И это один из школьного совета!
- Он из школьного совета? - переспросил ее друг.
- Да, ответственный за нравственность, - подтвердила Эпстейн. - Все знают, что его взяли в совет только в пику Александру. Антон ведь ужасный болтун, неряха и обжора к тому же.
- Я думаю, им просто больше взять было некого, - тихо заметила Лусия, показавшись из-за спины подруги.
- Не стоит так говорить о членах совета, это может плохо отразиться на вас, - предупредил девчонок подошедший Малфой. Он оправил мантию и заглянул в комнату. - Мы можем посмотреть, как ты устроился?
- Мы опаздываем, - прервала его Сара. Она протянула Гарри расписание занятий. Он посмотрел, какие уроки должны были быть сегодня, и пошел собирать сумку. - И еще, Малфой, если ты когда-нибудь станешь таким же болтливым, как Поляков, я свяжу тебя и утоплю в озере.
- Мечтай, - фыркнул Абраксис и с опаской покосился на подругу.
За завтраком в столовой было шумно. Ребята все еще не насладились полностью компанией однокурсников и друзей после каникул, так что спешили поделиться друг с другом всеми новостями. Сара опять потащила Гарри за отдельный стол, после этого к их компании скоро присоединился сонный Левски с друзьями и еще несколько однокурсников. Девчонки сразу принялись болтать между собой. Кто-то обсуждал расписание и домашнюю работу, которую задавали на каникулы. Казалось, с прошлого года ничего не изменилось.
- Доброе утро! - рядом с Гарри остановился парнишка, с которым он вчера познакомился на корабле. Мальчик так и сиял нерастраченной энергией. Рядом с ним переминалась с ноги на ногу худенькая девушка азиатской внешности. - Помнишь меня?
- Да, - улыбнулся Поттер. - Гельмут, верно?
- Да, - энергично кивнул мальчик. - Почему ты вчера не сказал мне, что ты - Эванс?
- А это имело значение? Какие-то проблемы? - воинственно поинтересовалась Сара, приподнимаясь с места.
- Конечно! - воскликнул Гельмут, ничуть не испугавшись Эпстейн. - Он же любимый ученик моей тети! Она несколько раз упоминала об этом летом! Сказала брать с него пример и так же усердно заниматься! А еще он во время июньского испытания вышел прямо к гостинице, проведя друзей через лес, полный чудовищ!
Абраксис фыркнул, сдерживая смех. Гарри покачал головой. Он помнил, сколько рассказали об их приключении Левски и Малфой после того, как вернулись из леса. Распространяясь, сплетни, конечно, менялись, обрастая небылицами. Простое бегство постепенно превращалось в героическое сражение.
- Тети? - не поняла Сара, сосредоточившись на главном.
- Он родственник профессора Бэшворунг, - пояснил для нее Гарри.
- Ах, ясно, приятно познакомится, - тут же заулыбалась девушка. - Я Сара Эпстейн, лучшая подруга Гарольда.
Мальчик поклонился ей и тут же вспомнил о своей спутнице.
- Это Юн Чанг. Мы с ней познакомились на корабле.
- О, я не знал, что даже азиатки поступают в Дурмстранг, - удивился Малфой. Он улыбнулся смутившейся девочке.
- Наша семья живет в Англии, хотя корни у нас китайские - сказала она. - Старшая сестра отправилась учиться в Хогвартс, а мне повезло, я получила письмо из Дурмстранга.
- Ты права, тебе очень повезло, - кивнула Сара.
- Но разве англичане не считают Хогвартс лучшей в мире школой? - лениво протянул со своего места Левски. - Хотя это смешно, там даже не изучают исконные искусства и полно магглорожденных.
- Это так, - кивнула азиатка. Она чуть поджала губы. - Поэтому и нужно поступать в Дурмстранг. Если девушка окончила нашу школу, значит, у нее есть способности к темной магии, которые она может передать своим детям, а значит, такая девушка более выгодная партия. Мой отец не богат и не может дать за меня большого приданого, так что я использую все шансы, чтобы выгодно выйти замуж.
- Какая практичная, - нахмурилась Сара. - Тебе всего одиннадцать, не рановато думать о таких вещах? - она смерила девушку подозрительным взглядом, тут же разглядев в ней соперницу. Мальчишки переглянулись, сдерживая смех. Возразить первокурснице было нечем. Она говорила чистую правду.
Занятия в расписании строились по тому же принципу, что и в прошлом году. До обеда занимались несколько часов подряд с одним профессором, после еды меняли деятельность. Занятия не стали сложнее, однако если бы летом с Гарри не занимался преподаватель, которого мадам Чарис наняла для подготовки детей, то ему пришлось бы туго, ибо он мог многое подзабыть. Теперь же он быстро втянулся в учебу.
- В этом году мы займемся изучением нескольких отраслей трансфигурации, - сообщил профессор Павлов, поприветствовав класс. - И одной из самых сложных будет анимагия. Кто ответит, что это? Эванс?
- Это волшебство, которое позволяет волшебнику превращаться в животное, - ответил Гарри. Он читал об анимагии немного прошлой зимой. Возможность превращаться в животное была интересной, но он прекрасно понимал, что еще слишком мал для таких опытов, так что отложил книгу на будущее.
- Да все это знают, - презрительно фыркнул Мариус с другого конца класса. Блек опять не справился утром со своими обязанностями, его опередила Эпстейн, которую все привыкли воспринимать как лучшую подругу Эванса. Мариус снова почувствовал себя униженным и считал Гарри виноватым. Павлов строго посмотрел на него, осуждая за высказывание.
- Профессор, мы будем учиться превращаться в животных? - спросил Абраксис. Он поднял руку, однако не стал дожидаться, когда его спросят, и заговорил одновременно с движением. Профессор только головой покачал, уже привычный к непоседливости мальчика.
- Конечно, нет, Малфой, - возразил он. - Трансфигурацию такого уровня способен освоить далеко не каждый, тем более не второкурсники. Мы пройдем лишь теоретическую часть, а в будущем, если вы захотите, то сможете изучать анимагию самостоятельно.
- Но самостоятельно мы точно не справимся, - буркнул Абраксис.
- Малфой, ты разве не понимаешь, почему тебе не выгодно становиться анимагом в присутствии посторонних? Кто скажет, почему? Левски?
- Потому что если все будут знать, в кого ты превращаешься, то нельзя будет это использовать, - ответил Младен. - К примеру, если тебя похитили и заперли в камере, то ты можешь превратиться в мышь и убежать, но если твои похитители уже знают, что ты умеешь превращаться в мышь, то они примут меры против этого.
- Хорошо, но я бы предпочел, чтобы ты сформулировал это немного иначе. Тем не менее, суть верна и всем стало понятно, не так ли? - уточнил профессор. Ребята кивнули, некоторые выглядели задумавшимися. - По международному закону все анимаги должны быть зарегистрированы в специальном Реестре, там подробно описывается, как они выглядят в своей животной форме. Сейчас в Европе зарегистрировано семь анимагов. Разумеется, на самом деле их гораздо больше. Если вы посмотрите в учебник, то найдете этот Реестр на странице пятнадцать. Что вы можете сказать о людях, которые в нем?
- Они либо очень глупы, либо законопослушны, - сказал Мариус.
- Это не совсем так, Блек, - улыбнулся профессор. - Например, Минерва Макгонагалл, нашли в списке? Она профессор трансфигурации в Хогвартсе. В ее случае владение анимагией подчеркивает ее статус, а значит и статус школы. Понимаете? Регистрация может быть и плюсом, и минусом, но, пожалуйста, помните, что за незаконные превращения в животных полагается наказание в виде заключения в Азкабане. А теперь перейдем к самой теории превращений.
Вечером третьего дня в школе Виктор пригласил Гарри на тренировку своей квиддичной команды. Кроме этого, Крам мало говорил со своим подопечным. Обычно они просто обменивались приветствиями утром и желали друг другу спокойно ночи. Гарри не требовалась помощь в учебе, ему вполне хватало собственных умений и библиотеки. Разве что от репетитора по темным искусствам мальчик бы не отказался, но Виктор ему не предлагал, а Гарри не навязывался. Поттер быстро понял, что Виктор просто не знает, о чем еще поговорить с подопечным, но не знал, как наладить отношения, так что пока все шло своим чередом.
Другое дело совместные тренировки. После фиаско на единственном квиддичном матче, в котором он участвовал, Гарри не осмеливался сесть на метлу, опасаясь гнева директора. Но теперь сам школьный совет настаивал на том, что Гарольд Эванс должен летать. Просто сесть и полететь, ощутить чувство свободы уже было бы просто чудесно, а уж летать наперегонки с Крамом, пытаясь заметить и перехватить снитч раньше него, выписывать петли и бочки, подражая его стилю, и вовсе оказалось невероятно занятным делом. Такие тренировки были лучше любого отдыха. Под радостные вопли наблюдателей они поочередно обыгрывали друг друга, выхватывая снитч из-под носа. В такие минуты мальчики забывали о неловкости, которая возникала между ними на земле. Они вместе смеялись и болтали, обсуждая особенно удачный финт.
Через пару дней после начала учебы Драко прислал друзьям «Пророк» и письмо, в котором рассказал о вторжении в Хогвартс Сириуса Блека. Преступник посреди ночи ворвался в башню Гриффиндора, когда все дети уснули, пробрался в спальню мальчиков-второкурсников и попытался убить их. Журналисты объяснили причину вторжения тем, что у Блека помутился разум в тюрьме, и он считает, будто Гарри Поттер учится в Хогвартсе.
Драко был со взрослыми категорически не согласен. Ему не верилось, что волшебник, впервые в истории волшебного мира совершивший побег из Азкабана, сумевший тайком проникнуть в самое безопасное в Англии место - Хогвартс, сообразивший, как украсть пароль от Гриффиндорской башни, настолько безумен, что не в состоянии понять - Гарри Поттер пропал.
- Драко прав, - заявил Абраксис, прочитав газету, а потом письмо. Он сидел на своей постели и довольно поглядывал на заглянувшего в гости Эванса. Тот только что закончил ходить по спальням однокурсников и произносить утепляющие заклинания. Теперь он свернулся калачиком на своем старом месте.
- Не знаю - не знаю, - пожал плечами Крис. - Кто знает, что творится в голове у безумца? Дементоры устраивают такую кашу в голове людей, что он может даже своего имени не помнить.
- Эванс, ты что думаешь?
- Не знаю, - эхом откликнулся Гарри. Ему даже думать о Блеке было страшно. Он хотел бы просто радоваться тому, что Сириус ищет его в Хогвартсе и понятия не имеет, где крестник на самом деле. - Может быть, он ищет совсем не Поттера?
- А кого еще? - пожал плечами Малфой. - Мама говорила мне, что все волшебники, которые попали в Азкабан после падения Темного Лорда, были одержимы своим лидером и мечтали лишь о том, чтобы вернуть его, готовы были на все ради этого. Может, Блек думает, что убив Поттера, воскресит Темного Лорда?
- Нет, он не может так думать, - покачал головой Гарри. Он все еще колебался, когда думал о том, жив уже Волдеморт снова или нет. Ему казалось, что так же должны колебаться и все Пожиратели смерти. Они не стали бы рисковать, находясь в неопределенности, и предпринимать что-то неразумное. А если их действия обдуманы, то в Хогвартсе они Гарри Поттера искать не стали бы.
- Хм, почему мне кажется, что ты что-то знаешь, но нам не говоришь? - подозрительно посмотрел на друга Крис. Гарри пожал плечами. Он действительно любил свои друзей, но доверить свои тайны не спешил. В конце концов, от этого зависела его жизнь. Хотя Поттер собирался однажды рассказать им все. - Предположим, ты прав - Сириус Блек ищет вовсе не Поттера. Что тогда?
- Может, какую-то вещь, которая принадлежала Темному Лорду? - предложил вариант Абраксис, загоревшись идей. Он схватил подушку и в волнении начал мять ее. - Или человека?
- Не просто человека, а гриффиндорца! - подхватил Блетчли. - Вряд ли кто-то стал бы искать вещи Темного Лорда в гриффиндорской башне!
- А может, гриффиндорцы что-то украли у него, - возразил Малфой. - И спрятали. Может, какая-то вещь уже не один десяток лет в гостиной Гриффиндора припрятана.
- Действительно, какого такого человека мог Блек искать в спальне второкурсников, - задумчиво пробормотал Гарри. - А Драко не написал их имена?
- Конечно, написал! - радостно подтвердил Абраксис. - Ты помнишь Рона Уизли? Ну, того, нищего, которого он все время упоминает в своих письмах?
- Да, - усмехнулся Гарри. Драко действительно часто упоминал в письмах ребенка из семьи предателей крови, учащегося в Гриффиндоре. Рон Уизли был в представлении наследника Малфоев источником всего самого отвратительного: его одежда была поношена, волосы полыхали рыжиной, мальчик не обладал хорошими манерами и в довершение всего постоянно нарывался на ссоры с Драко. Гарри справедливо полагал, что незнакомый ему Рон Уизли просто завидует Малфою, который получал все, чего рыжему второкурснику не хватало.
- Так вот, это именно он поднял тревогу. Этот Рон рассказывает, что проснулся посреди ночи и увидел над своей постелью Блека с ножом. Он поднял крик и перебудил всех. Убийца поспешил сбежать.
- Странно, зачем он сбежал? - удивился Крис.
- Чтобы его не поймали, конечно! - пояснил Малфой.
- Глупо, ему надо было просто добить этого Рона Уизли, - пожал плечами Блетчли. - Хотя вообще непонятно, зачем он пытался убить его. Может, тоже ненавидит предателей крови? А может, это вендетта? Отец Уизли случайно не убил во время войны младшую сестренку Блека?
- У него был младший брат, и его убил Темный Лорд, - возразил Гарри, он внимательно слушал предположения друзей и молча строил собственные предположения на основе имеющихся секретных сведений.
- О, да? Откуда знаешь? - поинтересовался Малфой. Гарри поморщился. Ему не хотелось говорить друзьям, что он внимательно изучил всю информацию о крестном, которую только смог найти. Ребята непременно заинтересовались бы причиной такого пристального интереса. - Впрочем, и так ясно. Если мама права, и ты сам из семьи Блеков, то изучал свою родословную.
- Я уже говорил, что нет, - вздохнул Гарри. Он устал отрицать родство. Однако пусть лучше ребята считают его незаконным отпрыском семьи Блек, чем Гарри Поттером.
- Я бы не смог верно служить человеку, который убил моего брата, - вдруг сказал помрачневший Крис. Мальчики задумчиво посмотрели на него. Ни у Малфоя, ни у Гарри не было братьев, так что подобные чувства были им не знакомы.
- Видимо, для некоторых идеи важнее семьи, - пожал плечами Абраксис. - Слушайте, а что если Блек просто перепутал кровати?
Он снова взялся перечитывать письмо.
- Вот в той же спальне живут Дин Томас - грязнокровка, Симус Финниган - полукровка и Невилл Лонгботтом - ох, хоть один чистокровный, - перечислил Малфой. - Может Блек хотел убить кого-то из них? Если подумать, то если бы Поттер пошел в Хогвартс, то он спал бы в этой спальне. Все же, велика вероятность того, что Блек обезумел.
- А может, в комнате был кто-то еще? - вдруг выдвинул гипотезу Крис. - Точно! Блек гнался за своим врагом, тот забежал в спальню второкурсников и они сцепились, но тут проснулся Уизли, который увидел только Блека...
- Но все равно получается, что убийца пришел за кем-то из гриффиндорцев, - продолжил разрабатывать идею Малфой. - Ведь Блек заранее узнал у кого-то все пароли!
- Нам не вычислить, - усмехнулся Гарри. - Даже если Драко пришлет нам список всех учеников львиного факультета.
- Все равно это ради какой-то мести, иначе бессмысленно, - упрямо заявил Абраксис. - Понимаете, все эти дети были еще слишком малы, когда Лорд пал. Смысл убивать их? А вот сделать гадость кому-то из их родителей...
- Вроде как мать Ромильды арестовали, когда она пытала Лонгботтомов, - припомнил Блетчли. - А Беллатрикс Сириусу двоюродная сестра.
- Пф-ф, - отмахнулся Малфой. - Тетя Нарцисса вообще родная сестра ей, и что?
- Да бред это! - вдруг стукнул кулаком по подушке Гарри. - Ну как не посмотри. Человек сидит в Азкабане больше десяти лет, потом ему удается бежать, и он тут же кидается мстить?
- Как раз очень логично, - возразил Малфой уверенно.
- Как он вообще из Азкабана убежал? Десять лет подкоп рыл? А потом бросился в воды Северного моря? - хмуро уточнил Крис.
- Если бы убежать можно было, лишь вырыв подкоп, то из Азкабана убежала бы куча народа уже, - покачал головой Абраксис.
- Все просто, он превратился в мышь и просочился сквозь решетки, - заявила Сара. Мальчишки обернулись на голос и увидели, что девочка стоит, облокотившись о дверной косяк, и слушает их беседу. - Сколько можно уже обсуждать Сириуса Блека? Какое вам дело до него? Гарольд, помоги мне с чарами? Что-то не получается с новым заклинанием.
Поттер хотел было отказаться, но случайно глянул на часы.
- Уже так поздно, - удивился он. - Мне пора к себе возвращаться.
- Переночуй сегодня здесь! - заканючил Малфой. - Ну, какая разница, где спать.
- Большая, - фыркнул Гарри. - Я хотел перед сном еще почитать немного.
Он поспешил подняться с постели и направился к дверям, оставив троих друзей в комнате.
- Эпстейн, вот кто тебя просил приходить? - недовольно поинтересовался Малфой. - Это вообще мужская комната, а ты даже не постучалась.
- Я староста, мне можно, - самоуверенно ответила девушка.
Гарри только фыркнул на их препирательства. У Абраксиса скорей язык бы отсох, чем он перестал бы ругаться с Сарой. Друзья быстро выкинули из головы тему беглого Пожирателя. Она и правда их не касалась. Другое дело, сам Гарри. Ведь он действительно боялся за свою жизнь. Но придумать, зачем крестному вламываться в спальню второкурсников, он не мог. Разве что действительно гнался за кем-то, кого мальчишки не успели разглядеть?

Письмо пришло неожиданно. Да впрочем, как Гарри мог его ожидать? Ведь никто, кроме друзей, не посылал ему почту, а пока они были рядом, то написать Поттеру было некому. Хотя Дамблдор и сделал в прошлом году сюрприз своим посланием. Сова села перед Эвансом во время завтрака. Сначала он не обратил на нее внимания, однако наглая птица легонько клюнула его руку, привлекая к себе внимание.
- Тебе письмо, - констатировал Малфой и посмотрел на друга с любопытством. Ему всегда было интересно, почему родственники Гарольда не общаются с ним. Поттер с опаской освободил сову от почты и осмотрел послание. Оно было не подписано, что радовало: было бы неприятно, если бы адресатом значился Гарри Поттер, и все увидели это.
- От кого? - спросила Сара.
Гарри пожал плечами и осторожно открыл конверт, опасаясь какого-нибудь проклятия. Он не стал разворачивать письмо полностью, чтобы лишняя информация, если она в нем была, не попалась на глаза друзьям, однако подпись, которую мальчик успел увидеть, прежде чем сложить письмо обратно, напугала его так, что Сара сразу же взволнованно спросила снова.
- Гарольд, от кого?
- Не важно, - ответил он, пытаясь справиться с собой. - Я прочитаю позже, нам пора на занятия.
Он поспешил засунуть письмо в книгу, но так и не смог полностью совладать с собой. Даже на занятиях думал о послании, постоянно косясь на сумку. И друзья, и профессора с удивлением смотрели на него, когда Эванс не мог сосредоточиться и выполнить задание. Сара от переживаний вся извелась. Мысленно она уже ненавидела автора письма, кем бы он ни был. Похожие чувства испытывали Крис и Абраксис. Они не привыкли видеть своего друга настолько взволнованным, настолько искренним и открытым перед всеми и гадали, что и кто мог настолько его обеспокоить.
- Гарольд, что случилось? - спросила Сара снова на перемене. - Я же волнуюсь.
- Не волнуйся, это мои проблемы, - ответил он немного резко.
- Но мы же друзья. Я тебе обо всем рассказываю, - неловко сказала девочка. Гарри вздрогнул. Малфой подтверждающее закивал. Вот уж он-то точно не стеснялся рассказывать о своих проблемах.
- Извините, - тяжело выдохнул Гарри. Он не мог им рассказать, что произошло, от кого письмо, о своих проблемах, потому что за этим неизбежно последовало бы его раскрытие как Поттера. Ему было ужасно стыдно, но он не мог довериться им настолько.
Вместо обеда мальчик оставил расстроенных друзей и пошел в свою комнату. Только закрывшись там, он снова достал письмо. На этот раз Гарри развернул его полностью и еще раз взглянул на подпись, чтобы удостовериться, что ему не показалось. Под текстом стояло имя Сириуса Блека.
Мальчик собрался с силами и сосредоточился на написанном.
«Дорогой Гарри!
Уверен, ты был очень удивлен, поняв, от кого получил письмо. Возможно, ты не знаешь, но я твой крестный. А даже если и знаешь, наверняка думаешь, что я предал твоих родителей и передал их Волдеморту. Это не так! Я вовсе не пытаюсь найти способ убить тебя!
Джеймс Поттер был моим лучшим другом, я бы никогда не причинил ему вреда. Когда твои родители узнали, что за ними идет охота, они укрыли свой дом заклятием Доверия. Хранителем тайны стал наш общий друг Питер, но все думали, что им стал я. Это помогло отвлечь внимание от Питера, никто не стал бы пытаться поймать его и выведать секрет. Но он оказался Пожирателем Смерти и доложил обо всем Волдеморту. Сразу после смерти твоих родителей я попытался найти его и отомстить за них. Но Питер обхитрил меня. Когда я загнал его в угол, этот ублюдок произнес взрывающее заклятие и сбежал, оставив на месте преступления лишь палец. Питер - анимаг, способный превращаться в крысу, поэтому ему все удалось. Меня посадили в Азкабан, а он до сих пор на свободе, живет под видом домашнего животного в доме Уизли. Возможно, ты уже слышал о моей попытке поймать его?
Но сбежал я не потому, что хотел отомстить. Случайно подслушав разговор охранников в Азкабане, я узнал, что ты пропал, и никто не может найти тебя. Джеймс доверил мне заботиться о своем сыне, но крестный из меня вышел плохой. Я пытался связаться с тобой с тех пор, как сбежал, но все мои попытки были неудачными. Похоже, те люди, с которыми ты сейчас, перехватывают твою почту. А может, ты сам не хочешь отвечать? В любом случае, в это послание я вложил немного магии и ищу тебя теперь не как посторонний волшебник, а как ближайший родственник. Ответь мне и сообщи, все ли с тобой в порядке? С кем ты сейчас?
Вскоре напишу снова. Сириус ».
Гарри продолжал перечитывать письмо раз за разом, пока в дверь не постучали.

Глава 15

Глава 15

Всех дам с наступающим праздником!

Гарри вздрогнул, когда услышал за за стенкой отчаянные причитания Малфоя. Мальчик поспешил убрать письмо подальше и открыл другу дверь.
- Гарольд, с тобой все в порядке? - Малфой выглядел действительно встревоженным, а еще впервые назвал Гарри по имени, однако им обоим было не до того, чтобы заметить это.
- Да, что-то случилось? - солгал Поттер. Он поднял с пола сумку с учебниками и поспешил вывести Абраксиса из спальни, подальше от письма.
- Случилось? - ахнул Малфой. - Ты впервые опоздал на занятие. Профессор Макиярви отправил меня искать тебя.
Гарри кивнул, поморщившись. Он совсем забыл про уроки. Повезло еще, что пропустил травологию, а не темные искусства или трансфигурацию. Макиярви добр и доверчив, так что вряд ли накажет обычно ответственного Эванса.
- Может, ты плохо себя чувствуешь? Стоит пойти в медицинский кабинет? - предложил Малфой. Гарри уже направлялся быстрым шагом в сторону теплиц, так что другу оставалось семенить следом.
- Все нормально.
- Да на тебе лица нет! Когда ты открыл дверь, я думал, ты на грани обморока! - воскликнул Абраксис, хватая Гарри за руку и останавливая. - Сейчас же говори, что случилось! Я могу помочь тебе?
Поттер почти разозлился на такое обращение. Требования ассоциировались с приказами тетки Петунии. А уж вмешиваться в его личное пространство пока что не пробовал никто вообще. Но Малфой действительно беспокоился, Гарри видел это по его взгляду, поэтому и успокоился.
- Это просто проблемы с родственниками, ты ничем не можешь помочь, - сказал он и заставил себя улыбнуться. - Просто семейные проблемы.
Он видел, как Малфой расстроено опустил плечи и тяжело вздохнул. Гарри даже почувствовал себя виноватым в том, что не дал другу возможности проявить себя. Он только похлопал Абраксиса по плечу и пошел дальше по направлению к теплицам.
- Между прочим, ты не мог бы спросить у Драко, какое домашнее животное у Рона Уизли? - спросил Гарри.
- М-м? - удивился друг. - Кажется, он писал об этом как-то раз... Крыса?
Гарри кивнул и еще раз улыбнулся через силу, прежде чем войти в теплицу и извиниться перед профессором.
- Ничего-ничего, герр Эванс, герр Малфой, скорей берите перчатки и наушники! - радостно отмахнулся Макиярви. - Сегодня мы проходим мандрагоры!
Гарри послушно взял перчатки и позволил Саре запечатать свои уши меховыми наушниками. Эпстейн выглядела такой же обеспокоенной, как и Абраксис, но не стала ничего спрашивать во время урока. Поттер постарался сконцентрироваться на пересаживании волшебного растения, на время отложив мысли о крестном.
Однако стоило урокам закончиться, как он быстро попрощался с друзьями и вернулся в свою новую комнату. Виктора еще не было. Обычно наставник приходил позже, потому что занятий у него было больше, да и как сам Гарри, он любил посидеть в библиотеке. Поэтому Поттер устроился в гостиной за столом и еще раз перечитал письмо крестного.
Написанное было очень похоже на правду. Ведь они и сами пришли в своих размышлениях к выводу о том, что Блек искал в спальне мальчиков-второкурсников кого-то, о ком не знали взрослые. Анимаг-крыса очень удачно вписывался в эту историю. Но все же просто взять и довериться Блеку Гарри не мог, ведь Сириус мог придумать эту историю, чтобы выманить крестника и отдать его своему Лорду. Возможно, даже набег на Хогвартс был его коварным планом!
Гарри бы просто забросил письмо куда подальше или еще лучше - сжег его, если бы не одна строчка. Каркаров перехватывал его почту. Гарри и так знал, что директор пристально следит за его жизнью. Оно и понятно, ведь от этого зависело существование их обоих. Гарри даже был немного благодарен директору, ведь если бы Каркаров не перехватывал почту, то Поттера наверняка бы завалили письмами все те, кто искал Мальчика-Который-Выжил по всей Европе, тогда раскрыли бы его за считанные дни. Единственные же, от кого Гарри хотел получать письма, всегда находились рядом с ним. Однако лишнее напоминание о том, насколько он подконтролен директору, покоробило Гарри. У него не было никого, кроме Игоря, он зависел от директора, а это постоянно заставляло Поттера держаться настороже. Гарри знал, что ему нужен взрослый волшебник, который мог бы заступиться за него. Если Сириус действительно невиновен, действительно хочет защитить его, то это был шанс Гарри спастись.
Не обязательно было даже слишком откровенничать с Блеком или назначать встречу. Просто черкнуть ему пару строк для начала. Гарри взял перо и написал коротенькое послание.
«Мистер Блек!
Ваши объяснения совпадают с моими рассуждениями, но я все еще не могу доверять вам, пока не увижу каких-либо доказательств. Со мной все хорошо. Я нахожусь в безопасности.
Г.П.»
Написав, он быстро свернул письмо. Гарри сильно рисковал, отправляя это. Даже инициалы, если их увидит посторонний, могли стать началом конца. В порыве Гарри достал палочку и сжег письмо Сириуса. От пергамента мгновенно осталась только горстка пепла. Однако запечатать и отправить свое письмо мальчик так и не решился. Что если Каркаров узнает о его попытке связаться с крестным? Директор будет совсем не доволен.
Поглощенный раздумьями, Гарри не заметил, как в комнату вошел Виктор. Крам неловко остановился посреди гостиной, разглядывая своего подопечного. Мальчик выглядел непривычно грустным. Уже вся школа судачила о том, что у Гарольда Эванса проблемы дома. Новость огласил Малфой в ответ на какую-то подколку Блека, пошутившего насчет сегодняшнего поведения Эванса. Однако сплетники успели выставить сотни вариантов случившегося. Кто-то говорил, что у Гарри умер дед, другие - будто Эванса лишили наследства. Виктор не спешил верить слухам, но он видел, что мальчик в подавленном состоянии. Крам прошел к себе и бросил на кровать сумку с учебниками. Он совсем не умел утешать, тем более, что все в этой школе так или иначе переживали в свое время семейные проблемы.
- Тинки, - позвал он. В ответ на его оклик с хлопком появился эльф. Он поклонился и выжидающе посмотрел на молодого волшебника. - Принеси две чашки какао и бутерброды.
Эльф поклонился, а секунду спустя перед Виктором появился поднос со всем, что он перечислил. Над белыми большими кружками завивался парок, и вся комната мгновенно наполнилась одуряющим запахом. Крам еще минутку поколебался, прошел по комнате туда - сюда, косясь на угощение, но потом взял поднос и вернулся в гостиную. Гарри сидел все так же. Его губы слегка шевелились, словно он рассуждал про себя. Виктор сел рядом, но мальчик даже не заметил его. Тогда Крам молча пододвинул чашку с какао ему прямо под нос, заставив подопечного вздрогнуть.
Гарри вскинул на него удивленный взгляд, и Виктор просто пожал плечами в ответ.
- Ты же не ужинал?
Поттер несколько мгновений смотрел на него, потом на кружку и, наконец, с несколько искусственной улыбкой взял ее.
- Спасибо, - кивнул он. - Я забыл поесть.
Виктор немного помялся, а потом сказал:
- Знаешь, у нас у всех бывают проблемы. Надо просто как-то держаться.
- Ничего страшного не случилось, - ответил Гарри. Да, с его точки зрения письмо от крестного было действительно опасным событием, однако это было далеко не так страшно, как известие о чьей-то смерти или что-то подобное. - Я просто слишком много думаю.
- А ты не думай, повинуйся инстинктам, как в квиддиче. Если верить школьным слухам, то твоя удача тебя никогда не подводит, - неловко подмигнул Виктор.
Гарри засмеялся.
- Да, прозвище мне дали не за красивые глаза.
- Хотя они очень красивые, - шутливо откликнулся Виктор, чуть-чуть расслабившись от того, что смог помочь.
Поттер облегченно вдохнул приятный аромат какао и взял с тарелки бутерброд, с жадностью укусив его. Он только сейчас заметил, насколько голоден. Должно быть, после занятий прошло уже несколько часов, а он даже не делал домашнее задание, как привык.
- Виктор, ты не мог бы одолжить мне свою сову? - спросил Гарри после пары минут уютного молчания.
- Конечно, - кивнул Крам.
Гарри доел бутерброд.
- Ты прав, лучше всего у меня получается, когда я действую не думая, - решил он наконец. Поттер свернул письмо и капнул на кромку немного воска.

В первый день Дуэльной недели небеса, наконец, рассыпали над школой первый снег. Снежинки медленно опускались на стылую черную землю, заставляя учеников хандрить и печалиться.
- Говорят, первый снег над школой идет в день, когда разбивается чье-то сердце, - проникновенно сказала Сара за завтраком, размешивая сахар в кофе. - И это не снег вовсе, а пепел от перегоревшей любви.
Малфой за ее спиной скорчил рожу, показывая всем, что он об этом думает.
- По-моему, девчонкам в Дурмстранге просто нечем заняться, - усмехнулся Крис, отламывая кусочек тоста. - Глупость же какая-то.
- Согласен, - неожиданно поддержал его Левски, который, оказывается, тоже прислушивался к разговору. - Никогда не слышал о подобном волшебстве.
- Все старшекурсницы знают эту легенду! - воинственно заявила Сара.
- И все дуры, - заявил Малфой.
- Знаете, мальчики, - осторожно вмешалась в разговор Лусия. - Моя мама - маггла, так вот она говорит, что никто не верит в магию меньше, чем чистокровные волшебники.
- И что это должно означать? - хмуро поинтересовался Малфой.
- Вы знаете столько проявлений магии, что вам кажется, будто то, о чем вы не знаете, не может существовать, - улыбнулась Лусия. - Почему бы не поверить в чудо, в то, что первый снег идет, потому что кому-то разбили сердце?
- Эванс, а ты что думаешь? - поинтересовался Гельмут, с раскрытым ртом следящий за беседой второкурсников.
- Не знаю, думаю, Лусия права, - пожал плечами Гарри. - Почему бы не поверить в это?
Мысли Поттера были далеко от рассуждений друзей. Сова Виктора, носящая смешное имя Бонбони, давно вернулась, успешно доставив письмо адресату, однако ответного послания от крестного Гарри так и не получил. Поттер беспокоился о том, что совершил огромную ошибку, которая может стоить ему жизни.
Сара довольно задрала нос, гордясь поддержкой Гарольда.
- Эванс, ты иногда такая девчонка, - пробормотал Левски. Гельмут засмеялся, услышав это, чем невольно привлек к себе и Чанг пристальное внимание Эпстейн.
- А вы вообще почему тут сидите?
- Мы же всегда с вами разговариваем во время завтрака, проще просто поесть с вами, чем бежать через ползала, разве нет? - пожала плечами первокурсница.
- Вообще-то нельзя просто подсесть к кому-то за стол, нужно дождаться приглашения, - заметила Сара.
- Да ладно тебе, пусть сидят, - отмахнулся Малфой.
- Хей, я тут главная, так что я и решу, - отвесила ему подзатыльник Эпстейн.
- И давно ли ты тут главная? - как бы между прочим поинтересовался Левски. Он усмехнулся и смерил девочку оценивающим взглядом. Сара невольно напряглась, когда почувствовала, как взгляды всех сидящих за столом скрестились на ней. - Эй, Эпстейн, не обманывайся, ты, конечно, староста, но мы сидим здесь из-за Счастливчика.
Сара испуганно посмотрела на Гарри, а потом несколько раз кивнула. Сам Эванс только поморщился в ответ на эти разборки.
- Пусть останутся, - равнодушно сказал он. Гельмут торжествующе усмехнулся и показал Саре язык. - Только побольше уважения местным традициям, ладно? - попросил его Гарри. Мальчик сконфуженно опустил голову.
- Извини, нам надо было дождаться приглашения.
Гарри кивнул, радуясь, что ситуация наладилась, и вернулся к своему завтраку. В тот же момент перед ним на стол упала перчатка. Поттер поднял голову. Рядом стоял Мариус Блек с самодовольным выражением на лице. Эпстейн возмущенно вскрикнула. Малфой вскочил с места, как и некоторые другие ребята. Этим они ненамеренно мгновенно привлекли внимание к происходящему.
- Эванс, я вызываю тебя на дуэль, - пояснил Блек, хотя все уже и так было понятно.
- Идиот, - тихо, но так, что все услышали, пробормотал Левски.
- Совсем страх потерял? - зло поинтересовалась у Блека Сара, но тот ее проигнорировал. Эпстейн встала и сделала шаг ко второму старосте, однако Крис поймал ее за локоть и не пустил. Гарри секунду молчал, а потом взял перчатку. Выбора у него не было. Отказаться сейчас от дуэли значило пустить насмарку все усилия последних месяцев. В Дурмстранге сложно было сделать что-либо более позорное, чем отступить в данной ситуации, проиграть и то было достойнее.
- Думаю, условия дуэли позволим установить школьному совету? - уточнил он.
- Конечно, - усмехнулся Блек.
Гарри встал со своего места, поклонился и покинул столовую. За ним тут же потянулись его друзья. Лишь Левски со своей компанией остались на месте, продолжая завтракать. Остальные ученики сразу принялись обсуждать произошедшее. Когда внимание других студентов переключилось от их стола, к нему подошел Главный староста.
- Младен, сам-то не хочешь бросить Эвансу вызов? - как бы между прочим поинтересовался он.
Левски покосился на него, но продолжил есть.
- Не рискну, - протянул он. - Хотя я размышлял об этом. Написал отцу и спросил, что он об этом думает.
- И что твой отец?
- Он сказал, что это глупо. Я могу победить в дуэли, и это немного поднимет мой рейтинг, однако говорить все равно будут больше о поражении Эванса, чем о моей победе. А потом он снова сделает что-то, что привлечет к нему всеобщее внимание, снова сделает его знаменитым, - парень пожал плечами. - Я не смогу так же поддерживать свой статус, как Эванс, так что это не имеет смысла. Гораздо разумнее не делать его своим врагом.
- Да, ваша семья так любит политику невмешательства, - фыркнул Главный староста. - Ты поэтому отказался стать старостой? Или побоялся оказаться в том же положении, что и Блек сейчас?
- Я бы не оказался в том же положении, - возразил Левски. - Эванс опускает его только потому, что Блек задирает полукровок. Наш Счастливчик заботиться о своих друзьях.
- Похоже, вашему старосте даже невдомек, что его выбрали только в пику Полякову, - задумчиво пробормотал Поль. Он заметил, с каким интересом его слушают приятели Левски, и легкомысленно подмигнул им. - Но ему в любом случае не следовало бросать Эвансу вызов. В конце концов, по неписанным школьным правилам, старосты никогда не должны делать подобного.
- Согласен, - кивнул Младен. - Этим он только показал всем, что не может справиться с ситуацией и прибегает к силе. Идиот. Хотя его и можно понять. Эванс день за днем перехватывает у него обязанности старосты, Блек всегда на шаг позади. Да еще и все первокурсники знают - нужна помощь с домашним заданием? Обращайся к Эвансу. Хочешь спать в теплой комнате - обратись к Эвансу. Когда Счастливчик вечером заходит в гостиную, к нему люди тянутся - что-то спросить, поделиться переживаниями, просто рядом посидеть. К их компании мгновенно подсаживаются, тут дело и в том, что Малфой болтун, и Эпстейн староста, но они оба на стороне Эванса. Проще говоря, Блек почти каждый день осознает свою незначительность и бесполезность своих действий. Хотя у него неплохой шанс на победу в дуэли.
- Да, я слышал, у господина Эванса совсем плохо с Темными искусствами, а ведь ими проще всего атаковать, - усмехнулся главный староста.
- Ну, практически уверен, что удача ему не откажет, - ответил Левски. Он неохотно отложил ложку и поднялся, кивнув друзьям. Те поспешили закончить завтрак и, попрощавшись с Главным старостой, отошли немного. - Поль, прекрати это.
- Не понимаю, о чем ты, - высокомерно усмехнулся тот.
- Мне не нужна твоя помощь в борьбе за власть в школе, да и в чем-то другом тоже. Тем более что теперь ты не извлекаешь из этого никакой выгоды. Мой брат не любит тебя, - резко заявил Младен. - Он очень ясно показал это нам всем, когда разорвал все связи с семьей, бежал из дома и вступил в заштатную квиддичную команду. Ваша помолвка для него - ничто.
Поль молча выслушал его, а потом развернулся и пошел прочь. Завидев, что Главный староста закончил разговор, к нему тут же подошли несколько молодых людей. Компания направилась на занятия.
- Так что, он влюблен в твоего старшего брата? - с любопытством уточнил один из приятелей Левски.
Младен невесело усмехнулся.
- Ну, если верить Эпстейн, то в прошлом году первый снег выпал из-за нашего Главного старосты.

Вечером, когда Гарри как раз доделывал эссе по трансфигурации, в его гостиную явился Поляков. Скорчив лицо в сочувствующую гримасу, он вручил карточку, на которой значилось время дуэли.
- Это будет первая дуэль в этом году, так как ваш горячий староста умудрился бросить вызов самым первым. Откроете сезон, так сказать. Жалко парня невообразимо. Пойми правильно, ты, конечно, как староста всех устроил бы намного больше, но коней на переправе не меняют. Если он проиграет дуэль, то Поль с ним расправится жестоко. Мало того, что вызов сам бросил, так еще и с честью из ситуации не вышел. Кстати, я слышал...
- Антон, - прервал его бесконечную речь Крам. Поляков улыбнулся и пожал плечами.
- Судить будут секретарь и главная староста девочек, - закончил он. - Постарайся! Хотя твою репутацию сложно испортить.
- Какой-то странный состав судей, - удивился Виктор. Он сел на диванчик, Поляков тут же устроился рядышком.
- Хах, - засмеялся Антон. - Пытались найти кого-нибудь непредвзятого. Было довольно забавно наблюдать за этим. Плохой у нас Совет. Уверен, при Александре все по другому было.
- Дуэль завтра вечером, - вздохнул Гарри. Он знал, что в любом случае не сможет овладеть Темной магией и сражаться с ее помощью. Следовало как-то воспользоваться своим преимуществом в чарах и трансфигурации, чтобы победить противника.
- Показать тебе пару приемов? - предложил Виктор неохотно. Он явно не был уверен в том, что стоит предлагать это, однако не мог не предложить, будучи наставником.
- А ты раньше сражался на дуэлях? - спросил Гарри.
- Два года назад, - кивнул Виктор.
- Выиграл?
- Да, но с трудом, - признался Крам. Поляков фыркнул и засмеялся, не сдержавшись. Виктор покраснел и отвернулся, не желая разговаривать об этом. Гарри не понимал, почему Антон смеется, но улыбнулся тоже. Виктор был ужасно стеснительным и неразговорчивым, Поляков ужасным болтуном и неряхой, однако у Поттера было ощущение, будто он нашел пару новых отличных друзей. И за это стоило сказать спасибо настырности Влада Цепеша.

Для того, чтобы посмотреть на первую дуэль этого года, в специально приготовленный зал набилась целая толпа народу. Редкое сражение вызывало столько интереса. Тем более, если дрались всего лишь второкурсники. Гарри страшно нервничал, к счастью, он уже успел привыкнуть к вниманию окружающих, и это не сильно смущало его. Сара попыталась поцеловать дуэлянта в щеку перед тем, как он поднялся на помост. К счастью, Малфой и Блетчли остановили ее, чем привели старосту в ярость, а остальных наблюдающих в дикий восторг.
Теперь Гарри стоял в двадцати шагах от противника. Мариус самоуверенно улыбался, почти не сомневаясь в своей победе. Секретарь школьного совета - семикурсник в очках с огромной уродливой оправой - морщился и недовольно смотрел то на одного, то на другого мальчика. Наконец, он посмотрел на часы, переглянулся с напарницей и крикнул:
- Приготовились!
Мальчики достали волшебные палочки. Гарри постарался вспомнить все заклинания, которые вчера вечером советовали ему использовать Виктор и Антон. Даже профессор Павлов сегодня задержал своего любимца после урока и поддержал его.
- Трансфигурация тоже мощное оружие. Альбус Дамблдор профессор трансфигурации, однако именно его единственного опасались Темные Лорды нашего столетия. Да, Блек сильнее тебя в темной магии, но ты гораздо способнее в моем предмете. Подумай, как использовать это!
- Раз! Два! - прорезал установившуюся в зале тишину высокий голос главной старосты девочек. - Три!
Реакция у Гарри, как у ловца, была гораздо лучше, чем у Блека, поэтому он успел первым выпустить заклинание и даже увернулся от того, что послал Мариус. Противник отразил атаку щитом и тут же атаковал снова. Гарри знал все заклятия, которыми его атаковал Блек, однако большинством из них не способен был воспользоваться самостоятельно. Раз за разом Поттер кричал:
- Протего!
От некоторых просто уклонялся, зная, что такие простые щитовые чары не спасут от подобных заклятий. Его атаки Блеку тоже удавалось отражать. Щиты, которые показывал им Эминеску, были куда более действенными, чем тот, что использовал Гарри. К тому же Поттер атаковал простыми чарами. Зрители сохраняли молчание недолго. Через пару минут они стали свистеть и хлопать на особо впечатляющих действиях, кто-то придумывал ободряющие кричалки. Все это сильно напоминало атмосферу на квиддичном матче.
Кто знает, сколько бы все это продлилось, и кто выдохся бы первым, если бы не вмешалась знаменитая удача Гарри, а может просто Мариусу ужасно не повезло. В пылу дуэли Блек использовал заклинание, создающее ледяную дорожку, в надежде, что Гарри поскользнется на ней. Поттер на этот трюк не попался, и до конца поединка лед стаивал с арены, образуя маленькие холодные лужицы.
Мариус легко отразил заклинание Гарри, уже предвкушая победу. Она вышла нелегкой, однако в ней Блек не сомневался. Эванс был неопытен в дуэлях, в отличие от самого Мариуса, которого немного тренировал отец. Чтобы поставить жирную точку в их противостоянии, Блек произнес свое последнее заклинание:
- Серпенсортиа!
Гарри изумленно отступил, когда на арену перед ним шлепнулась огромная черная змея. Она зло зашипела, оглядываясь в поисках противника, а потом поползла прямо к Гарри. Блек самодовольно усмехался, судьи были встревожены и явно ожидали какого-нибудь знака от дуэлянтов, чтобы вмешаться и избавиться от нее. Змея не представляла для Поттера ни малейшей угрозы. Насколько он понял из книг, которые нашел в школьной библиотеке, твари покорно слушались тех волшебников, что могли говорить с ними. Однако он не мог заговорить с ней, пока на него смотрело такое огромное количество народу. Гарри поднял палочку и прошептал едва слышно:
- Напади на того, кто вызвал тебя, - а потом усилием воли заставил палочку просыпать несколько искр, так что походило на то, что он просто произнес какое-то заклинание шепотом. Змея покорно развернулась и направилась к Мариусу. Блек легко мог уничтожить ее, в конце концов по его воле тварь появилась здесь, однако на мгновение он, как и Гарри ранее, растерялся и отступил, к несчастью, попав ногой на наколдованную им самим ледяную дорожку, точнее, ее остатки. Блек поскользнулся, упал и ударился головой.
Главная староста девочек тут же бросилась к нему, чтобы проверить самочувствие ребенка, а секретарь школьного совета с кривой ухмылкой огласил.
- Победа за мистером Эвансом!
Зрители зааплодировали. И Гарри, улыбаясь, раскланялся под радостный смех своих болельщиков, одновременно вглядываясь в них, скрывая напряжение. Ему не следовало использовать змеиный язык для такой пустяковой победы, однако реагировать нужно было быстро, так что лучшего решения Поттер не придумал и, кажется, никто ничего не заметил. Даже у членов школьного совета, которые стояли буквально в двух шагах от него, не возникло сомнений в том, что мальчик использовал какое-то заклинание, отпугнувшее змею.
Он спустился с арены под радостные вопли окружающих. Эпстейн снова повисла у победителя на шее. Малфой и Крис пыжились от гордости, а некоторые пытались пожать Гарри руку. В победе, в общем-то, не было его заслуги. Мариус пострадал от своих же заклинаний, однако студенты видели в этом подтверждение легенды о его бесконечной удаче.
- Счастливчик! Счастливчик! - начал скандировать кто-то. У Гарри возникло предчувствие, что директор его за очередную выходку не поздравит.
- Это надо отпраздновать! - заявил Малфой. - Устроим пирушку в гостиной!
- Правильно, - усмехнулась Эпстейн и с мрачным торжеством посмотрела на Ромильду Лестрандж, которая помогала Мариусу выйти из зала. Скорей всего, девочка собиралась отвести друга в медицинский кабинет.
Это была первая дуэль среди второкурсников с тех пор, как они пришли в Дурмстранг. И хотя на протяжении недели больше никто с их курса не осмелился сразиться на дуэли, все они знали, что им это предстоит в дальнейшем, если, конечно, удастся чего-то достигнуть, добиться власти или влияния, которые будут вызывать чью-то зависть. Никто не дерется на дуэлях с ничтожествами. Во время пирушки после победы Гарри все второкурсники невольно оценивали свое положение в школе, свои таланты и стремления. Первая дуэль лишила их возможности быть беззаботными. Второкурсники осознали, что пришла пора действовать.

Глава 16

Глава 16

- Они расставили вокруг Хогвартса дементоров, - с придыханием сказал Малфой. - На что они рассчитывают? Хотят избавиться ото всех детей в магической Англии? Это заговор?
- Я в очередной раз несказанно доволен тем, что оказался именно в Дурмстранге, - ответил Крис. Гарри кивнул. Судя по статьям в газетах, Сириуса Блека готовы были поймать любой ценой. Скорей всего, крестный сейчас затих в какой-нибудь дыре и не решается высунуть нос, не удивительно, что написать Гарри у него нет возможности. Однако Поттер ждал ответа уже несколько месяцев и действительно начинал беспокоиться. Оставалось радоваться лишь тому, что Дамблдор, похоже, бросил все силы на поиски Блека, отложив поимку Мальчика-Который-Выжил. Гарри немного стыдился таких мыслей. Выходило так, будто он хочет душой крестного расплатиться за свою безопасность.
- Разве ты совсем не беспокоишься за своего брата? - поинтересовалась Сара. Вся компания утроилась в комнате Малфоя и Блетчли. Они запаслись едой и теперь праздновали Рождество. Ребята уже обменялись подарками и теперь просто болтали.
- За брата пусть беспокоятся родители, - легкомысленно ответил Крис. - Мать по-прежнему утверждает, что Хогвартс самое безопасное место, поэтому мне следовало пойти туда. Надеюсь, в этом году она изменит свое мнение.
- Особенно насчет качества преподавания, - захихикал Малфой. Не так давно он получил письмо от Драко, где тот со вкусом жаловался на учителя по Защите от Темных искусств - Златопуста Локонса. В Дурмстранге никогда не стали бы держать профессора настолько бесполезного, как этот безмозглый красавчик или приведение.
- Мне вот интересно, если Сириус Блек действительно был правой рукой Темного Лорда, как утверждают англичане, то почему другие Пожиратели не пытаются помочь ему с... чем бы он там не занимался? - задумчиво протянула Сара.
- Потому что он сумасшедший,- спокойно ответил Крис.
- Мы уже это обсуждали, - проворчал Малфой. - Не думаю, что человек, который смог сбежать из неприступной тюрьмы, безумен.
- Не думаю, что он был правой рукой Темного Лорда, - вставила Лусия, стремясь прекратить спор мальчиков. - Может быть, шпионом?
- Почему бы нам не спросить у Блека? В смысле, у Мариуса, - предложил Абраксис. - Они же родственники.
- Очень дальние, - поморщилась Сара. - Только фамилия общая. Разумнее было бы у твоего дяди Люциуса спросить.
- Так дядя что-то и сказал бы! - отмахнулся Малфой. - Он даже Драко ничего не рассказывает, кроме сказок о величии Темного Лорда.
- Сказок? - переспросил Гарри.
- Мама рассказывала, что Темный Лорд перед своим падением был совершенно безумен, - шепотом сказал Абраксис. - Это стало одной из причин того, что она вышла за папу и убежала во Францию. Она говорила, что когда-то он был прекрасным мужчиной и непревзойденным гением, но не в последний год. Что-то свело его с ума.
- Я бы даже сейчас не советовала вести такие разговоры, - серьезно перебила Лусия. - Мой отец говорит, что у Темного Лорда везде есть свои уши, и когда он вернется, то все получат то, что заслужили.
- Твой отец Пожиратель смерти? - удивленно спросила Сара. Она в этот момент жевала виноградину и от неожиданности подавилась косточкой. Лусия смутилась и опустила голову, жалея, что заговорила.
- Но ты полукровка! - нетактично воскликнул Малфой.
- Маму изнасиловали, - неловко ответила девочка. - Она случайно забеременела, отец бы меня никогда не признал, но у меня появилась способность к исконным искусствам. Я разве когда-нибудь говорила, что он хороший человек?
В комнате на несколько мгновений повила тишина. Ребята не знали, что сказать на такое. Гарри, Сара и Абраксис тоже родились полукровками, однако все они были плодами любви. Пусть даже Гарри не помнил родителей, он был уверен, что их брак был совсем не по расчету.
- Вы подготовились к балу? - тихо поинтересовалась Лусия, переводя тему.
- Я уже приготовила мантию, - сразу же переключилась Эпстейн. - Она серебристая. Гарольд, ты как всегда в зеленом?
- Не ошиблась, - усмехнулся Поттер. Еще в Косом переулке под присмотром мадам Чарис он купил две изумрудных мантии. Одну с черной, другую с серебристой отделкой. Выбором Гарри был доволен, ведь зеленый цвет чрезвычайно шел к его глазам.
- В этом году на бал придет меньше гостей, чем в прошлый, - сообщил друзьям Малфой. - В прошлом было множество посторонних, потому что некоторые искали Гарри Поттера. Но в этом году ажиотаж прошел. Искать Мальчика-Который-Выжил уже не модно.
- Кто тебе сказал такую чушь? - захохотала Сара.
- Энтони Забини, - довольно ответил Абраксис.
- Мне уже страшно, - усмехнулся Крис. - Как и когда ты успел сдружиться с шестикурсником, да не простым, а с ведущим школьного радио?
- А я теперь один из журналистов школьной газеты, - гордо ответил Малфой. - Уже две недели!
Ребята радостно заулюлюкали и зааплодировали. Достижение для второкурсника было немалое. Впрочем, для Абраксиса в пресслужбе школы было самое место, там он смог бы с толком применить свои таланты.
Они болтали до поздней ночи, а после решили не расходиться по своим комнатам, чтобы случайно не попасться патрулирующим жилой этаж профессорам или старшим ученикам. Коробку, пришедшую в подарок на Рождество, Гарри нашел в своей спальне только следующим утром. Большой сверток с бантом мгновенно внушил подозрения. Кроме друзей подарок могли прислать только Дурсли, но обычно они ограничивались старыми носками и растянутыми свитерами Дадли.
Поттер не решился сразу взять коробку. Она искушающе лежала на полу перед кроватью, ожидая его. Защита школы не пропускала письма с вредоносными заклинаниями, да и если верить Блеку, Каркаров перехватывал почту Гарри. Скорей всего, открыть ее можно было без опаски. Будь он обычным мальчишкой, так бы и сделал, но Гарри являлся одним из самых разыскиваемых людей в мире. Ему было страшно открывать коробку незнамо от кого. Мальчик поклялся себе, что сходит в библиотеку и разузнает какие-нибудь распознающие чары. Поттер минуту поколебался, а потом поднял подарок и поставил его на кровать. Он не знал заклинания, которое помогло бы ему развернуть посылку, не прикасаясь к ней, поэтому Поттер все же дернул за пышный бант и тут же отскочил. Ничего не произошло. Нехотя мальчик собрался с мужеством и открыл коробку. Никто не выскочил оттуда и не укусил. Гарри невольно выдохнул с облегчением и заглянул внутрь. К его удивлению там оказался кусок черной ткани, который при ближайшем рассмотрении оказался мантией. Гарри вытряхнул ее на постель и с изумлением аккуратно разложил по покрывалу. Ткань оказалась очень приятной на ощупь, да еще и почти невесомой. По подолу шла вышивка золотой ниткой, изображающая драконов и гиппогрифов. Зачарованные неведомым волшебством они махали крыльями и разевали пасти. Поттеру оставалось только восхищено вздохнуть. Подобную красоту он видел лишь на прошлом новогоднем балу. Мантии ручной работы, а это явно была одна из них, далеко не каждому были по карману, даже в Дурмстранге.
После некоторого замешательства Гарри еще раз заглянул в коробку и нашел там лист пергамента.
«Дорогой Гарри!
Прости, что не мог написать раньше. Возможно, ты слышал о мерах, которые предпринимает министерство для моей поимки? Очень трудно связаться с кем-либо, не привлекая внимания их соглядатаев. Однако я не отступлю и поймаю Петтигрю, чтобы отомстить за Лили и Джеймса, а также доказать мою невиновность. Я никогда не прощу ему предательства!
Мне удалось связаться с гоблинами, и появилась возможность сделать тебе подарок. Однако я ничего о тебе не знаю. Ты играешь в квиддич? Джеймс был потрясающим охотником в команде Гриффиндора! Напиши мне, чего бы тебе хотелось? А пока прими эту мантию, надеюсь, она тебе пригодится!
Сириус»
Гарри еще раз перечитал письмо и тяжело вздохнул. Крестный совершенно не заботился ни о своей безопасности, ни о безопасности Гарри и безалаберно подписывал письма своим именем. Что, если бы письмо попало в чужие руки? К тому же Поттер не мог надеть эту мантию. За все время учебы он никогда не надевал ничего столь дорогого, как этот подарок. Бал был отличным поводом нарядно одеться, но не настолько же! По школе опять поползли бы нежелательные слухи. Не говоря уж о том, что присланная одежда была ему велика даже на первый взгляд. Гарри еще раз полюбовался на мантию, а потом аккуратно сложил ее и убрал в свою сумку. Для нее еще не пришло время.
Желание крестного отомстить не приведет их ни к чему хорошему. Гарри мог понять, что Сириус очень зол на этого Петтигрю за предательство, в результате которого погибли двое лучших друзей, а сам он провел в тюрьме десять лет. Гарри опасался, что от одержимого местью родственника ему не будет никакого толку. Более того, такой безалаберный крестный подвергает его неоправданному риску быть раскрытым. Не говоря уж о том, что Поттер до сих пор был не уверен в том, что Блек не обманывает его, пытаясь заманить в ловушку.

Новогодний бал школьному совету удался. Впрочем, он был традиционен, его уже не одно десятилетие готовили по накатанной схеме, так что провалиться с организацией казалось невозможной задачей. Хотя гостей, как и предсказывал Малфой, оказалось меньше, чем в прошлом году. Гарри вошел в бальный зал под руку с Сарой. Поттеру даже в голову не приходило пригласить кого-то другого. Она самодовольно задрала нос и высокомерно поглядывала по сторонам. И, конечно же, снова потащила его танцевать, едва дав ему поесть. Поттер танцевать по-прежнему не любил, но подруге отказывать не стал, тем более что перед балом они немного поговорили откровенно. Хоть и нехотя, она согласилась на то, что вместе они потанцуют только семь танцев. Все остальное время Гарри собирался общаться с друзьями и есть вкусные пирожные, запивая их тыквенным соком.
Они оттанцевали два из семи, когда Сара вспомнила об этом договоре и решила растянуть удовольствие. Гарри облегченно вздохнул и вернул ее за столик. Лусия сидела там одна с несчастным видом. Официально на бал ее пригласил Кристофер, но танцевать с ней, должно быть, было выше его сил, хотя девочке, разумеется, хотелось.
- Где мальчишки? - пренебрежительно спросила Сара.
- Крис ушел за печеньем с предсказаниями, а Абраксис танцует с какой-то третьекурсницей. Я ее не знаю, - печально сказала Лусия.
- Интересно, - протянула Эпстейн. Она оглянулась и хищно оглядела зал в поисках парочки. Гарри, в свою очередь, предложил второй своей лучшей подруге потанцевать. Она выглядела такой несчастной. Они станцевали менуэт, а потом полонез. Лусия уже не выглядела такой грустной, и Гарри предложил ей вернуться на место. В целом бал проходил тихо, мирно и по-домашнему. Поттер решил, что в прошлом году это событие взбудоражило его только тем, что было впервые. Кристофер вернулся с миской печенья и начал объедать свое. Сара хмурилась над уже выеденным предсказанием. Блетчли пододвинул миску к Гарри. Поттер вытащил то, что лежало поближе, Лусия же долго рылась в мисочке, выбирая.
- «Любовь несправедлива, но одной справедливости недостаточно», - вдруг прочитала Эпстейн. - Что бы это значило?
- О-о, дорогая, по-моему тут даже трактовать нечего, - нахально заявил Малфой, неожиданно появляясь около них. Он, в свою очередь, достал печенье и тут же засунул его в рот, так что следующая фраза прозвучало не очень внятно. - Ждет тебя неразделенная любовь.
Сара с Лусией переглянулись, а потом Эпстейн неохотно сказала:
- В прошлом году мне попалось то же самое предсказание.
Малфой удивленно присвистнул. Крис задумчиво почесал нос.
- Вряд ли это простое совпадение, - сказал он. - Хотя я все еще не очень доверяю этим мнимым пророчествам.
- Твое же в прошлом году сбылось.
- Ну, его можно было трактовать слишком широко. Гарри, а что насчет твоего?
- Ну, я кое-что увидел, когда был в гостях, - вспомнил Поттер с ухмылкой, имея в виду книгу Салазара Слизерина.
- Эй, что ты такое увидел? - нахмурился Малфой. Гарри вспомнил, что друзья не знали о его проживании у Регинлейв, и немного смутился. Врать было так сложно.
- Не волнуйся, ничего особенного.
Он поспешил развернуть полоску пергамента с предсказанием. «Настоящее образование включает умение хорошо петь и танцевать», - сообщило ему школьное печенье. Гарри вздохнул.
- Похоже, стоит начать ходить в клуб танцев чаще, - вздохнул Поттер. По настоянию Эпстейн он и так посещал его хотя бы раз в неделю, иначе не выписывать бы ему на балу польки, менуэты и полонезы. Однако провидение, наверное, считало, что этого не достаточно.
- А у меня посерьезнее, - недовольно сказал Абраксис. - «Ссора всегда - наихудший из аргументов».
- Похоже, пора начать сдерживать характер, - зло усмехнулась Сара.
- Тебе бы тоже не помешало, иначе так и будешь страдать от неразделенной любви, - не остался в долгу Малфой. - Думаешь, никто не знает к кому?
Грозила разразиться очередная ссора. Гарри не знал, смеяться или искать способ предотвратить ее.
- Эванс, - внезапно обратились к нему. Поттер обернулся и увидел Чанг, которая странно краснела и неловко переминалась с ноги на ногу. - Не хочешь потанцевать?
Гарри удивленно моргнул. Сара мгновенно оставила Малфоя и приготовилась дать бой сопернице, но Поттер не дал ей шанса.
- Конечно, идем.
Как раз начинался вальс. Его Гарри стал танцевать заметно лучше с прошлого года, так что вел подругу довольно прилично. Невольно вспомнился танец с Виктором. Гарри улыбнулся. Ему бы хотелось потанцевать с Крамом и сегодня, но наставник не спешил приглашать его, а сам Поттер не хотел бы досаждать. Он провел довольную первокурсницу по танцполу и поклонился ей при последних аккордах. Танцевать с ней еще раз не хотелось, и Чанг это прекрасно поняла. Тем более что Сара могла простить лишний танец с ее кавалером Лусие, но никак не другой девчонке. Гарри как раз повел партнершу к ее месту, когда заиграли первые ноты для танго.
Старшекурсники вмиг оживились, поднимаясь со своих мест, спеша пригласить партнерш и партнеров. Танго в течение бала им разрешали станцевать только одно. Танец считался довольно неприличным, тем более что некоторые позволяли себе вольности. Но это все же был не совсем формальный бал, а детям хотелось повеселиться и расслабиться. В прошлом году парочка семикурсников устроила настоящее представление с выхватыванием друг у друга розы и тасканием партнера по полу. Им, конечно, потом влетело за это, но позже парочке долго аплодировали в коридорах при случайной встрече. Гарри решил поскорее отвести Чанг на место, чтобы не пропустить представление и не путаться под ногами старшекурсников. Однако на полпути к месту его ловко перехватили.
Гарри сделал положенные шаги назад просто по инерции. Ведь партнер вел его, а танго мальчик немного знал. Мариус схватил Гарри за руку, но Поттер оттолкнул его.
- Ты свихнулся? - поинтересовался он.
- В сторону, - неожиданно приказал Блек, снова перехватывая руки. Гарри покорно выполнил зигзаг, хотя и не был уверен, что правильно ставил ноги. Мариус неловко сделал встряхивание, Гарри подумал, что с большим удовольствием Блек его бы просто затряхнул. Хватка на талии и руке была сильная. Гарри попытался оценить ситуацию. Стоило ли начинать вырываться или это привлечет ненужное внимание?
- Ты меня недооцениваешь, Эванс, - зло сообщил ему тем временем Блек. Шел он более уверенно, чем Гарри. Скорей всего, танго его танцевать учили, тогда как Поттер только несколько раз попробовал выполнять движения на занятиях. Наверное, и танец-то этот соперник выбрал, чтобы унизить Гарри, показать, что Счастливчик чего-то не умеет.
- Действительно? - удивился Гарри в ответ. Мариус его прокрутил вокруг себя, но секунды спустя притянул обратно. Поттер готов был его ударить.
- Думал, я попадусь на твои мелкие интрижки? - очередное встряхивание заставило Гарри зло зашипеть сопернику в лицо.
- Ты точно спятил, - констатировал Поттер. - Зигзаг?
Мариус кивнул и повел его в сторону.
- Доброжелатели посоветовали мне потанцевать с тобой, чтобы сгладить конфликт, - Гарри неожиданно почувствовал, что вот-вот поскользнется. Нога поехала в сторону, но Блек подхватил движение, а заодно и Гарри, так что у них получилась какая-то дикая экзотическая фигура. - Не собираюсь я ничего сглаживать! - рявкнул Мариус.
- Пошел к черту! - фыркнул Гарри. Они поднялись. Хватка на руке ослабла, и Поттер решил, что может удалиться. Он сделал пару шагов в сторону, но Мариус поймал его, развернул к себе. И они, наконец, сделали несколько шагов классического аргентинского танго.
- Это будет война до победы! - заверил его Мариус.
- Просто оставь меня и моих друзей в покое, и не будет никакой войны, - резко сказал Гарри. Они замерли на мгновение, отставив в сторону ноги. Блек начал обводить носком круг, и Гарри повторил движение.
Мальчишкам и в голову не приходило, что за их своеобразным разговором наблюдают. При первых тактах Сара, которая все время пристально следила за своим кавалером, подавилась соком и едва не оплевала всех вокруг. За ее невнятным мычанием и вытянутым пальцем проследил Крис. Кусочек пирожного выпал из его рта на парадную мантию.
- Ох ты ж мать моя, - пробормотал он. Малфой только выразительно присвистнул. А Левски заявил своим друзьям:
- Всегда подозревал, что Блек к Эвансу неровно дышит, но чтоб такая страсть...
- Я его убью, - выдохнула в конце концов Эпстейн. Она поднялась из-за стола. Больше друзья за танцем наблюдать не могли, потому что повисли на рвущейся в бой девчонке. В это время так же выразительно, как Сара, на другом краю зала плевался соком Антон Поляков.
- Как следить за нравственностью в этой школе? Им же всего по двенадцать! Что дальше будет?! - в отчаянии вопрошал он сидевшего рядом Крама, но тот слишком внимательно смотрел на действия своего подопечного и этого не слышал. Пальцы лучшего ловца Дурмстранга выстукивали ритм танца на столешнице. За соседним столиком Главный староста то ли рыдал, то ли смеялся. Каркаров обреченно закрыл лицо руками и не отвечал на вопросы парочки дам преклонного возраста, которые спешили спросить у него имена танцующих мальчиков. После дуэльной недели Игорь обнаружил у себя несколько седых волосков. Он начинал подозревать, что мгновенная смерть после возрождения Темного Лорда была бы намного более милосердна, чем многолетние страдания рядом с Гарри Поттером. Игорь уже слышал, как по залу идет ставший привычным за полтора года шепоток:
- Эванс... Эванс... Эванс...-
Профессор Эминеску сделал глоток пунша и отставил бокал. Его собеседник наблюдал за танцем сквозь пенсне, довольно жмурясь. Большой живот колыхался в такт когда он притопывал, а лощеные усы делали своего хозяина похожим на моржа.
- Ах, какие смелые, - наконец произнес он. - Кто эти мальчики?
- Второкурсники, - презрительно сообщил Эминеску. - Все еще слишком молодые для твоего внимания. Хотя через пару лет, наверное, тебе следует познакомиться с ними обоими. Они лучшие на своем курсе. А пока присмотрись к школьному совету.
- Ох, Штефан, к школьному совету я и так присматриваюсь, - хихикнул собеседник, слегка исковеркав имя профессора. - Ко мне уже подходил Поль. Чудесный мальчик. Но есть ли в этом году кто-то столь же заметный, как Александр? Так жаль, что я не смог увидеться с ним на прошлогоднем балу.
- Да, тогда на бал было не попасть из-за желающих найти здесь Гарри Поттера, - буркнул Эминеску. Он закашлялся. Собеседник молчал, ожидая, пока друг придет в себя.
- Нашли? - посмеиваясь, уточнил Слизнорт.
- Ты ведь учил его родителей, не так ли?
- Да, было дело, - подтвердил Гораций. - Джеймс был шутник, а Лили - очаровательно дерзкая ведьма, но до чего талантливая! Жаль, что магглорожденная. А ее зеленые глаза пленяли всех мальчишек вокруг!
- Зеленые, говоришь, - пробормотал Эминеску и впервые за разговор улыбнулся. Гораций вскинул брови, но Штефан не продолжил.
- Такие заметные мальчишки, как Александр, не каждый год поступают, - фыркнул Эминеску, возвращаясь к предыдущей теме. Он принял к сведенью информацию коллеги, но они оба уже были слишком стары, чтобы пускаться на поиски. Это были просто интересные факты и не более того. - За все годы, что я здесь работаю, едва ли наберется с десяток. Геллерт в том числе. А у вас в Хогвартсе?
Горация Слизнорта заметно передернуло. Эминеску не мог утверждать точно, но догадывался, что Гораций был одним из преподавателей Волдеморта. Прошло уже одиннадцать лет после смерти Темного Лорда, а из бывшего слизеринского декана все еще нельзя было вытрясти ни слова об этом мальчике. Штефан был куда откровеннее в разговорах о Гриндевальде, хотя тот как раз все еще был жив.
- Да, не часто, - пробормотал Слизнорт, завозившись на стуле. - Однако же как давно мы работаем, особенно ты. Не пора ли уйти на заслуженный отдых, друг мой?
- Что-то ваш Альбус не торопиться покидать свой пост, - хрипло откликнулся Эминеску.
- Так ведь он младше тебя, - приятно улыбнулся Гораций. - Знал бы ты, Штефан, как приятно спокойно отдыхать у себя дома, вместо того, чтобы тратить нервы, воспитывая детишек.
- Держу пари, старые ученики не оставляют тебя?
- Нет, конечно, нет. Бывает, получаю билеты на матч или засахаренные ананасы, - откликнулся Гораций. - Однако же какие занятные мальчики, жаль я не могу отсюда как следует рассмотреть их и запомнить.
Эминеску усмехнулся, снова приложившись к пуншу. У него странно кололо в груди. Хотелось немного полежать. Гораций ничего не замечал, поглощенный разглядыванием учеников. Штефан не любил, когда на его откровенность отвечали увиливаниями. Если Слизнорт не хочет говорить о Волдеморте, то Эминеску не станет говорить о Гарольде Эвансе. Профессор бросил взгляд на любимца школьников. Зеленые глаза, змеиный язык, неопределенное семейное положение. Каркаров, должно быть, считает всех своих профессоров идиотами.

Когда танец закончился, Гарри с трудом подавил порыв просто пнуть Мариуса под коленку. Если бы Поттер знал, какую канитель Блек поднял своей выходкой, то не сдержался бы и врезал ему. Но к счастью для них обоих, Гарри еще ничего не знал. Он начал понимать, что станцевать танго, которое остальным показалось на редкость страстным, на новогодней вечеринке перед всей школой - это очень плохая идея, когда увидел шокированные лица своих друзей.
- Уйми ее! - попросил Эванса Левски. Он в укрощении Сары участия не принимал, что не помешало ей опрокинуть на него бокал с пуншем. Младен быстро высушился, но добрее и спокойнее это его не сделало. Слева Эпстейн держал Малфой, справа - Крис. Лусия щебетала что-то прямо у нее перед носом, но это не помогало.
- Сара, успокойся или мы немедленно уйдем! - пригрозил ей Гарри.
Девочка перестала вырываться, но не возмущенно сопеть. Друзья осторожно отпустили ее.
- Что. Это. Было? - тихо, но внушительно поинтересовалась она.
- Кажется, Мариус спятил, - устало сообщил Гарри.
- От неразделенной любви, не иначе, - пробормотал Малфой. - Давайте сядем, а то привлекаем слишком много внимания.
Гарри послушался друга и украдкой огляделся. На них смотрели все, кто не шептался. Ромильда Лестрандж красная, как вареный рак, что-то быстро говорила Мариусу, который побледнел так, что краше в гроб кладут. Видимо, он только сейчас понял, что натворил своим необдуманным приглашением на танец.
- Выглядело ужасно, Эванс, правда, - сказал Крис. - Страшно подумать даже, что теперь все думают.
- Мы ссорились, - прошептал Гарри.
- А нам показалось, что пылаете от страсти, - зло сообщила Эпстейн. - Гарольд, скажи честно, между вами что-то есть?
- Сара, у тебя тоже с головой не все в порядке? Это же Блек! - воскликнул Поттер.
- Знаю-знаю, - нервно пробормотала она. - И все же выглядело это кошмарно.
- Похоже, будто старина Мариус решил, что его репутации в школе конец и попробовал прихватить тебя с собой, - жизнерадостно сообщил Левски. - От слухов, что между вами что-то есть, тебе теперь не отмахнуться, Эванс.
- Нам всего по двенадцать лет, что между нами может быть? - хмуро уточнил у него Эванс. Однако возраст, похоже, мало кого волновал. От столика к столику шли невероятные предположения и слухи. Гарри в отчаянии закрыл лицо руками. Эта школа никогда не даст ему спокойно учиться.
- Впервые вижу, чтобы предсказание обретало смысл прямо на новогоднем балу, - весело протянула Лусия. Все уставились на нее с интересом, и девушка продемонстрировала друзьям предсказание, которое Гарри достал из печенья.
- Если это самое главное событие нового года, то я, наверное, даже счастлив, - пробормотал Эванс. Сара внезапно расхохоталась, а остальные подхватили ее смех.

Слухи о том, что Эванс и Блек на самом деле влюблены друг в друга, ходили по школе еще не один месяц. Мальчики нарочито не обращали друг на друга внимания, однако сплетников это только еще больше разогревало. Репутация старосты второкурсников летела в тартарары, тогда как самого Гарри по необъяснимому стечению обстоятельств делал еще популярнее. Большинство учеников считали, что чувства Мариуса безответны, чем еще больше унижали несчастного Блека. Поттер и мысли не допускал о том, чтобы чем-то мерзавцу помочь. В конце концов, староста сам, не подумав, стал инициатором этой ситуации.
В конце января Виктор помог своей команде с разгромным счетом победить Воронов, за которых в прошлом году играл Гарри. К несчастью, метко посланный бладжер сломал Краму нос. Виктора снова восхваляли, как лучшего ловца Дурмстранга, но и имя Гарри опять было у всех на устах. Поттер самолично вечером накладывал наставнику на переносицу компрессы. Госпожа Капелла вылечила перелом, однако припухлость осталась.
Поляков в странной задумчивости и, в кои-то веки молча, наблюдал за тем, как Гарри коленями встал на кушетку справа от сидящего Виктора, а потом наклонился к его лицу, всматриваясь в поврежденное место. Крам жмурился, чтобы ему в глаза не капала вода с компресса. Малфой в кресле напротив строчил статью для стенгазеты, а Блетчли мирно читал очередную книгу по зельям. В гостиной было тихо и уютно.
- Думаю, нос все равно свернут на сторону, - со вздохом сказал Гарри. Он сел по-хорошему и еще раз глянул на запрокинувшего голову Виктора. Тот улыбнулся:
- Это помешает мне разбить пару-тройку хрупких девчачьих сердец? - насмешливо спросил он. Нос и правда был не в порядке, потому что Крам заметно гундосил.
- Кому нужны девчонки, которые смотрят только на то, прямой ли у тебя нос? - проворчал Гарри. Он вздохнул. - Ты действительно хочешь заниматься квиддичем профессионально?
- Да, - подтвердил Виктор. - Мне уже прислали приглашение в одну команду. Они спрашивали, не хочу ли я совмещать жизнь спортсмена и учебу. Собираюсь согласиться.
- Тебе будет трудно учиться, - пробормотал Гарри.
- Я справлюсь, в конце концов, вы с Поляковым мне поможете.
Антон фыркнул что-то скептически, а Гарри стало неожиданно приятно от того, что Виктор считает его таким же своим другом, как и Поляков. Он слегка покраснел, но так ничего и не сказал. Малфой принялся строчить что-то в своем блокноте с удвоенной скоростью.

Глава 17

Глава 17

Молодой волшебник вынес на задний двор ведро с отбросами и, воровато оглядевшись, достал сигареты. Вокруг никого не было, только его хороший приятель - большой черный пес - осуждающе тявкнул. Волшебник усмехнулся, прикуривая. С этой собакой он познакомился пару месяцев назад, когда устроился на работу помощником к мадам Розмерте. Одной из обязанностей молодого человека был вынос мусора. Однажды вечером, выполняя ее, он и наткнулся на зверюгу. Сперва волшебник принял пса за Грима - вестника смерти и жутко перепугался. Однако юноша был совсем не глуп, так что быстро распознал в животном просто голодную собаку. Он стал подкармливать его по мере своих сил. Хотя этот бродяга оставался болезненно худым. Порой дворняга пропадала на несколько дней, но неизменно появлялась вновь. Вот и в этот морозный зимний денек пес зашел перекусить отходами из кафе.
- Иди-иди, - позвал волшебник приятеля. - Сегодня здесь найдется для тебя пара косточек.
Ему показалось, что пес улыбнулся, и осторожно подошел к ведру с отбросами, сунув туда нос. Дворняга чихнула, помотала лохматой головой и вытащила из кучи приглянувшийся кусок. Молодой волшебник затянулся и посмотрел на Хогвартс, высившийся над Хогсмидом. Он сам не так давно закончил школу. Мысли были полны сожаления. Волшебник скучал по друзьям, беззаботной жизни ребенка и школьным приключениям. И все же воспоминания о дементорах, которые окружали школу, остудили его ностальгию.
- Скорей бы уже поймали этого Блека, - проворчал он. Пес жалобно тявкнул и махнул ему хвостом.
- Прошу прощения, - спугнул тишину переулка за магазинчиком приятный голос. Молодой волшебник обернулся и вздрогнул, обнаружив рядом с собой привлекательного мужчину. На нем была дорогая мантия, в которой не стоило разгуливать по грязным переулкам. У волшебника невольно забилось чуть быстрее сердце от близости этого человека. Он давно не скрывал от окружающих свои предпочтения, а от незнакомца веяло пороком, роскошью и роковыми страстями. Молодой человек видел его несколько раз в Хогсмиде, но еще ни разу ему не предоставлялась возможность перекинуться с этим мужчиной даже словечком.
- Д-да? - неловко сглотнул юноша, пытаясь подумать о том, что делает такой тип в закутке рядом с мусором. Незнакомец приятно улыбнулся и мягко спросил:
- Это ваш пес?
- Нет, он бродячий, - охотно ответил молодой волшебник. - Прикармливаю его, чтоб не умер с голоду.
- Как благородно с вашей стороны, - протянул незнакомец, продолжая улыбаться. Он посмотрел на пса, который настороженно вскинулся, словно понял, что речь идет о нем. Уши бродяги встали торчком. Он подозрительно глядел на незнакомца. - Не волнуйся, глупышка, - спокойно сказал тот, успокаивающим голосом.
- Ник! - закричали у них за спиной, заставляя всех вздрогнуть. Молодой волшебник узнал голос мадам Розмерты. - Ты опять куришь, паршивец?
- Мне пора, - сказал он неловко. Сигарета полетела в сторону. Незнакомец вежливо кивнул, но не сделал и попытки удержать его, чем немного разочаровал Ника. Молодой волшебник быстро вернулся в кафе, оставив незнакомца и настороженного пса наедине.
- Иди ко мне, не бойся, - предложил волшебник, приседая и протягивая руку. Он улыбался, и весь его вид говорил о дружелюбии. Пес неуверенно махнул хвостом, но подходить не спешил. Что-то было страшное в этом человеке. Он был куда более опасен, чем патрулирующие вокруг Хогвартса дементоры.
Пес медленно попятился, не сводя с врага взгляда. Волшебник так же медленно выпрямился. Он перестал улыбаться, и его красивое лицо перестало быть невинно приятным, оно стало хищным и опасным.
- Не глупи, Сириуссс, - протянул он с повелительными интонациями. - Иди сюда.
Пес, услышав имя, прижался к земле и зарычал. Волшебник вдруг бросился вперед, пес - в сторону. Краткое мгновение сражения в узком пространстве, и укушенный волшебник схватил непокорного зверя за загривок, а потом аппарировал. Когда Ник вышел в переулок в следующий раз, он не заметил ничего подозрительного, но большой черный пес больше ни разу не приходил обедать на задворки кафе мадам Розмерты.

Гарри готов был официально признать, что никогда не видел более захватывающего зрелища, чем Виктор на метле. Честно говоря, порой, когда Крам выполнял особо сложные трюки, Поттер едва ли не ощущал в себе желание пищать и хлопать в ладоши, как многочисленные глупые поклонницы лучшего ловца Дурмстранга. Не то чтобы Гарри сам не мог делать все эти петли, бочки и прочее. Мог. Но при этом, по утверждению Малфоя, сам Поттер выглядел как воробей, тогда как Крама лучше было сравнивать с кидающимся на жертву орлом.
Виктор поймал снитч и торжествующе вскинул руку! Гарри хлопал вместе со всеми остальными с трибун. Однако тренировочный матч между Гарпиями и Штормом был закончен, разумеется, победой Гарпий. Поттер поспешил спуститься на поле и поздравить Крама.
Они стали неожиданно хорошо общаться после всех событий начала учебного года. Сначала Виктор утешил Гарри, когда тот переживал из-за Сириуса, потом помог, чем мог, при подготовке к дуэли, затем они вместе готовились и обсуждали бал. Должно быть, после таких случайных разговоров «не о квиддиче» оба мальчика расслабились, почувствовали себя свободнее друг с другом. Теперь они частенько проводили вместе вечера. Порой Гарри усаживался читать что-нибудь в гостиной, а очень скоро Крам присоединялся к нему. Они обсуждали прочитанное, магический мир, события в школе.
Наверное, Виктор порой замечал, что Гарри не знает всяких ерундовых на первый взгляд деталей, которые любой волшебный ребенок впитывает с пеленок, но не комментировал это, предпочитая спокойно пояснять для своего подопечного неясные моменты.
- Не понимаю, почему они зовут друг друга по имени, а меня по фамилии, - сказал Гарри однажды.
- Кто? - нахмурился Виктор, отрываясь от книги. Он готовился к тесту по зельям. Ему, как и Поттеру, этот предмет давался нелегко. Крам предпочитал действовать быстро, не раздумывая. Терпеливое ожидание, так необходимое при варке зелья, заставляло его нервничать.
- Абраксис и Кристофер, - пояснил Гарри.
- А ты разрешил им называть себя по имени? - удивился Крам. Он отложил книгу и с интересом посмотрел на своего подопечного. Гарри был для Виктора настоящей загадкой. Он легко ломал все тщательные расчеты других, делая непредвиденные вещи. Иногда Краму виделся расчетливый хладнокровный интриган, успешно борющийся за власть, в другие дни - наивный ласковый ребенок, высоко ценящий дружбу и справедливость. Виктор пока не мог решить, какой образ более достоверный, но Гарри ему нравился именно этим странным сочетанием. Вот только не понятно - следует ли его опасаться или, наоборот, защищать?
- Разрешил? Но мы же дружим больше года, естественно, они могут называть меня по имени, - пожал плечами мальчик.
- Это не так, - покачал головой Виктор. - Полагаю, это не прописано в книгах по этикету, раз ты не знаешь. Гарольд Эванс - лидер своей маленькой компании, он стоит выше, чем его друзья, поэтому они проявляют уважение и обращаются к нему иначе.
- Так мне нужно просто пойти и сказать им, что можно называть меня по имени?
- Вряд ли этого будет достаточно, - усмехнулся Крам. - Видишь ли, пока что вы только пробиваете себе место под солнцем. Важно, что они показывают тебе свое уважение перед другими, это повышает твой статус и, следовательно, их положение тоже улучшается.
- Это немного напоминает вассалитет, - пробормотал Гарри.
- Так и есть. Они твои неформальные вассалы, - спокойно сказал Виктор. - В твоем возрасте получить подобное уважение - хорошее достижение. Когда вы станете старше и сможете забраться в иерархии школы повыше, они начнут сами биться за право называть тебя по имени.
- Но Сара уже делает это.
- Это потому что она твоя подружка, немного иное положение, - пояснил Крам и его щеки немного порозовели. Гарри распахнул глаза в удивлении.
- Она не моя подружка! Она мой друг! - возразил мальчик.
Виктор потер подбородок, обдумывая, а потом сказал:
- Пока это не важно, но через пару лет может доставить проблемы. Люди не верят в близкую дружбу между мальчиками и девочками.
Впрочем, такие недопонимания с Гарри случались нечасто. За полтора года в Дурмстранге он успел нахвататься тут и там всякого, не говоря уж о том, что добровольно взявшая его под свое крыло библиотекарша исправно снабжала старательного ребенка подходящей литературой.
Друзья Гарри заметно ревновали к Виктору. Поттер заметил это не сразу. Сара внезапно перестала травить Мариуса к марту. К слову, Блек после новогоднего бала был подавлен и несчастен. Слухи о неразделенной любви добили его репутацию. Скорей всего, мальчика бы это не сломило. Он, как и большинство представителей своего рода, обладал сильными духом и волей. Но родители, видимо, совсем не обрадовались его поведению. Их разочарование, скорей всего, стало последней каплей. Мариус забросил обязанности старосты, полностью переложив их на Эпстейн и Эванса, снизилась его успеваемость на уроках. И хотя по школе Блек по-прежнему ходил гордо задрав нос, никаких больше реальных проблем Гарри и его друзьям он больше не доставлял.
Возможно, именно поэтому Сара, наконец, оставила его в покое и заметила, насколько сблизился Гарри со своим наставником. Эпстейн была достаточно умна для своих лет, так что действовала осторожно, но в итоге Гарри все равно заметил ее попытки рассорить их. Малфой был как всегда прямолинеен, в тот же день вызвав своего друга и лидера их компании на откровенный разговор.
- Вы ревнуете? - удивился Гарри.
- Это не ревность, - осторожно возразила Сара. - Просто ты стал так много общаться с ним.
- Раньше ты все свободное время проводил с нами, - сказал Малфой неловко. - Мы беспокоимся, что теперь стали неинтересны тебе. У вас с ним квиддич и общие комнаты, а теперь вы еще и обсуждаете книги и школьные события.
- Мы вроде и не нужны теперь, - промямлила Сара. Она чувствовала себя немного виноватой перед Эвансом. Нет, в своих действиях Эпстейн не раскаивалась, только беспокоилась о том, что, поймав ее, Гарольд не захочет больше общаться. Гарри молчал некоторое время, рассматривая взволнованные лица друзей. В компанию почему-то затесался Левски. Он сидел в углу с тетрадью и молчал, но прислушивался.
- Вы мне нужны, - сказал Гарри после паузы. Разумеется, их ревность немного раздражала его. Уж слишком навязчивыми оказались его друзья. Но в то же время это льстило. Он был им нужен! Они дорожили им. - Да, у меня появился еще один друг, но это не потому, что вы меня не устраиваете. Ну же, Крис, Абри! Сначала нас было только трое, а потом мы приняли в компанию Сару и Лусию, а уж потом Младена. Все нормально.
- Не припомню, чтобы мы приглашали в нашу компанию Эпстейн, - проворчал Малфой.
- Разве Левски наш друг? - в тот же момент буркнула Сара.
Лусия засмеялась над их реакцией. Вот уж кто, кажется, совсем не беспокоился.
- Проблема в том, что в нашей компании мы все между собой друзья, - сказал, наконец, Блетчли. Он как всегда был чрезвычайно серьезен. - А Крам только твой друг. Наше общество ему не интересно.
- Мы растем, - пожал плечами Поттер. - Расширяется наш круг общения. У Малфоя дружки в редакции школьного журнала, ты часто бываешь в компании ребят, с которыми занимаешься дополнительно по зельеварению, Сара и Лусия крутятся с девицами из танцевального кружка.
- У меня тоже кое-кто есть, - заметил из своего угла Левски, хотя его никто не спрашивал.
- Вот видите, - пожал плечами Гарри. - Но это же не значит, что мы станем меньше ценить друг друга из-за этого?
- Верно, - пробормотал не совсем уверенно Малфой.
- Ну, мы исчерпали конфликт? - шутливо усмехнулся Гарри. - Больше не будете пытаться поссорить меня с Виктором?
Сара покраснела и буркнула что-то в подтверждение. Ребята засмеялись, и, кажется, все было улажено. Однако порой Поттер видел, что его друзья прохладно относятся к Краму. Впрочем, в открытый конфликт это не переходило.
Матч Гарпий со Штормом, на котором Виктор в очередной раз поймал снитч, был последним в учебном году. Ребятам вскоре предстояло сдавать экзамены, проходить очередной курс на выживание, а потом разъезжаться на каникулы. Гарри беспокоился, что ему придется, наконец, вернуться к Дурслям после почти двухлетнего отсутствия. Кроме этого, его здорово пугало отсутствие писем от Сириуса. Он точно знал, что Блека до сих пор не поймали, потому что английское министерство, конечно, не упустило бы возможности похвастаться успехом. Значит, крестный что-то замышлял. Возможно, варил какие-нибудь сложные зелья, чтобы найти Гарри Поттера? Мальчик был на грани того, чтобы покаяться Каркарову и просить его помощи. Ну что еще он на самом деле мог сделать? В школе Гарри был в безопасности от Блека, но стоило покинуть ее, как он оказался бы совершенно беззащитен, а в намереньях Сириуса мальчик все еще сомневался. Однако ситуация с каникулами в прошлом году разрешилась буквально за несколько дней до отъезда, поэтому Гарри решил повременить с походом к директору до этого срока.
Пока же ему предстояло провести двое-трое суток в лесу без волшебной палочки. Школьное радио вовсю разглагольствовало о прошлогодних подвигах, то и дело поминая Гарольда Эванса. Первокурсники, и так смотревшие на него открыв рот, стали относиться с еще большим уважением. Гельмут со своей подружкой Чанг ходили, задрав носы, хвастаясь перед остальной мелочью своим приближенным положением к знаменитому Счастливчику. Каркаров смотрел на Гарри с подозрением и, кажется, если бы это было в его силах, вообще отказал бы ему в участии, но это опять же принесло бы только больше внимания к персоне Эванса.
В решающий день Поттер спустился к месту раздачи порталов в окружении друзей и принял из рук Поля ди Адамо свой портключ. Главный староста подозрительно оглядел его, а потом его компанию.
- Что в карманах? - высокомерно поинтересовался он у них. Карманы ребят действительно здорово оттопыривались. Гарри с подозрением посмотрел на друзей. Сам он не брал ничего лишнего. - Волшебные палочки и артефакты запрещены.
- У меня игральные карты, - пояснил Малфой.
- Деньги, - показала мешочек Эпстейн.
- Книга, - вынул из-под мантии заначку Крис.
- Вы что, на отдых собрались?! - скептически поинтересовался секретарь школьного совета. Только сейчас он обратил внимание на то, что второкурсники облачились в чистенькие повседневные мантии, хотя обычно в поход одевали что похуже. - Думаете, Эванс вас опять к гостинице выведет?
- Да, - хором ответили ребята. Гарри закрыл лицо рукой. Не могли же они рассчитывать, что ему снова совершенно случайно удастся вывести их к человеческому жилью? Он глянул на окружающих в щель между пальцами. Левски, Гельмут и еще несколько ребят вокруг смотрели на него с ожиданием. Они действительно рассчитывали на это.
- Наивные, - весело хмыкнул Поль. - Заклинания дважды в одну и ту же муху попасть не могут.
- Ставлю десять галеонов на то, что Эванс и его группа вернутся через трое суток целые и невредимые! - крикнул Поляков на весь зал. Он стоял недалеко и, должно быть, прислушивался к разговору. После клича над залом на мгновение повисла тишина, а потом пронесся ветерок шепотков. Антон создал тотализатор.
- Безумие какое-то, - пробормотал Поль, глядя на то, как бушуют подростки вокруг ржущего Антона, требуя записать их имена и ставки. Главный староста протянул секретарю немного денег. - Пойди, поставь на то, что хотя бы один член команды сломает ногу.
- Пфе, - обиженно выдохнула Сара, однако под тяжелым взглядом Поля не сказала больше ни слова. Властвовать в Дурмстранге ему оставалось всего пару недель, однако ссориться с ним второкурснице все равно было не с руки.
К моменту, когда должны были сработать портключи, школьники успокоились и уже с волнением ожидали момента отправки. Нервозности прошлого года не было вовсе. Ребята больше интересовались результатами тотализатора, да и в сердце каждого теплилась надежда на то, что в этот поход повезет не только Эвансу, но и кому-то другому. Найти гостиницу казалось вполне реальным. То, что ее не находили прежде никогда, все позабыли.
Гарри подмигнул Саре и усмехнулся остальным ребятам. Они не волновались и рассчитывали встретиться несколько минут спустя. Единственное, о чем подростки забыли, так это о том, что порталы случайны в пределах фантазии школьного совета. Самодовольство дружков Эванса главному старосте не слишком понравилось. Очухавшись от неприятного перемещения на вытоптанной неизвестными существами поляне, Гарри пересчитал компаньонов и едва не заорал от разочарования. С ним не было ни Криса, ни Сары. К счастью, рядом обнаружился Абраксис. На его лице была написана та же растерянность, что и у самого Гарри. На расстоянии нескольких шагов от них уже отряхивал мантию Мариус, о чем-то тихо беседуя с Ромильдой. Левски довольно ухмылялся двум своим постоянным приятелям, с которыми порталы его не разлучили. Так же в группе находились двое третьекурсников. Одного из них Поттер знал неплохо, потому что тот входил в квиддичную команду Виктора. Остальные участники похода были перепуганными первокурсниками, которых никто из старших не знал по именам.
- Крис и Сара, - первым нарушил тишину поляны Малфой. В отличие от остальных, он не потрудился оценить каждого члена группы, обнаружив главную для себя проблему. - Эванс, я волнуюсь.
- Я бы больше волновался, если бы здесь не было тебя, - натянуто улыбнулся ему Гарри. - Они о себе позаботятся, а вот за тобой нужен глаз да глаз.
На самом деле ему тоже хотелось бы держать друзей поблизости, знать, что им ничего не грозит и защитить их в случае необходимости, но приходилось мириться с тем, что есть. В конце концов, Блетчли и Эпстейн действительно могли позаботиться о себе.
- Ну, что будем делать? - нарочито беспечно поинтересовался Левски. - В прошлом году начали с выбора лидера команды.
Все переглянулись. Второкурсников здесь было большинство, и все они поддержали бы Эванса, в данной ситуации даже Мариус принял бы его сторону. Первокурсники слишком уважали Гарри, наслушавшись легенд о нем, да и никто из них не решился бы выдвинуть своего лидера в присутствии двух старших курсов. Сомнения вызывали третьекурсники. Они могли претендовать на роль лидера, как более опытные.
- Я за Эванса, - усмехнулся знакомый Гарри.
- Согласен, - неохотно вздохнул второй. - Хоть я и не особо верю во все эти байки о твоем небывалом уме, но смысл мне выдвигать свою кандидатуру, когда здесь все тебе в рот смотрят?
Гарри кивнул. Пока шло обсуждение, он быстро огляделся вокруг. Над поляной зеленым куполом возвышались деревья, однако на ней самой не нашлось не единой травинки. Все было изрыто копытами. Пахло гнилью и навозом.
- Значит, решено. Эванс, ты главный, - довольно констатировал Левски. - Что будем делать?
- Для начала уйдем отсюда, - предложил Гарри. Он очень старательно учился на уроках по выживанию, которые проводились в школе весь предшествующий походу месяц, поэтому отлично знал, что такие полянки могут быть любимым местом для сна какого-нибудь волшебного стада. Встречаться с ним не хотелось.
Гарри первым направился в лес, выбрав тем самым направление движения. Он не особо задумывался, в какую сторону света идти. Это не имело значения, ведь цели выйти из чащи перед ними никто не ставил. Лес был полон звуками: скрипели старые деревья, шелестела листва, птички пели что-то жизнерадостное. К счастью, в этот раз никто не рычал в кустах, а солнце свободно проникало сквозь кроны. Ребята шли быстро и легко. Лишь иногда мантии цеплялись за коварные ветки подлеска. Через два часа ходьбы они нашли новую приятную поляну, на которой решили и остаться. Рядом нашлись кусты со съедобными ягодами, которыми слегка перекусили. Мальчишки притащили дров для костра, но не стали поджигать их, оставив на вечер.
- На ужин можно грибов собрать и обжарить. Мы так в прошлом году делали, - предложил третьекурсник из квиддичной команды. За время шествия через лес они успели перезнакомиться и теперь вполне прилично общались. Обстановка расслабляла. Над полянкой то и дело раздавался смех.
- А мы пытались силки сделать и поймать кого-нибудь. Грибы нам быстро надоели, - усмехнулся другой. - Не поймали, конечно, никого.
- А мы в гостинице ужинали, - припомнила Ромильда, грустно улыбнувшись. - Кстати, может нам валежника набрать, чтобы спать на нем? На земле-то продует.
- Я бы не стал торопиться, - покачал головой все тот же третьекурсник. - Мало ли что может до вечера случиться. Выйдет какой-нибудь зверь на эту поляну и придется нам улепетывать.
В этот момент из кустов вынырнул Левски со своими приятелями, едва не переполошив неожиданным появлением расслабившихся подростков.
- Буквально в двадцати шагах от нас речка, - сообщил он. - Можно расположиться на берегу.
Ребята приняли предложение с восторгом и быстренько передислоцировались. Новое место действительно было идеальным, поэтому студенты расположились там уже со всеми удобствами, рассчитывая провести именно здесь все двое суток. Эванса снова поздравили с удачей. По словам третьекурсников, найти такое славное место было так же сложно, как и гостиницу.
- Бывало, что народ случайно в болото забредал, да и диких зверей здесь полно. Так что нам действительно повезло, - кивнул всезнающий Малфой. Он был необыкновенно молчалив сегодня и не сыпал предположениями туда и сюда. Гарри предположил, что за своего лучшего друга - Блетчли - Абраксис действительно переживает, представляя все эти ужасы. - В общем, ты очень хорошо выбрал направление и вовремя устроил привал. Остановись мы на полчаса раньше и не нашли бы реку.
Ближе к вечеру вырыли ямку и развели в ней костер, подвесив над пламенем нанизанные на палочки грибы.
- Мало, но хоть что-то, - недовольно сказал Левски. Ромильда и две первокурсницы отошли за ближайший куст, чтобы умыться. Мальчишки невольно прислушивались к их тихим ахам и плеску воды. В повисшей тишине явно прозвучала музыка. Кто-то играл на гитаре. Ребята тревожно застыли. К бренчанию вскоре присоединился приятный голос.
- По реке всегда звук далеко разносится, - пробормотал хрипло Малфой и вопросительно глянул на Гарри.
- Это на том берегу, - откликнулась подошедшая первокурсница. - Нам их не видно из-за деревьев.
- Все плавать умеют? - спросил Левски. - Речка не широкая.
- А смысл? - настороженно поинтересовался Мариус. Левски ответил многозначительным взглядом. Все оценивающе посмотрели на Гарри, словно размышляли о том, способен ли он на еще одно чудо. Надеялись, конечно, только на то, что на другом берегу может быть вожделенная гостиница с мягкими постелями и хорошей едой. Впереди замаячили трое суток безопасности и безделья. Соблазн, способный заставить любого сигануть в реку.
- Да не может такого быть, - сказал им Гарри.
- Счастливчик, - провокационно протянул Левски. - Ну, кто мешает нам проверить?
- Плавать точно все умеют? - еще раз уточнил Гарри.
Ребята радостно закивали и принялись стаскивать с себя одежду. Гарри неуверенно снял мантию. Он подозревал, что хуже всех плавает именно он. Дурсли никогда не водили его на пляж или в бассейн. Лишь несколько раз в начальной школе ему выпадало такое удовольствие, да прошлым летом, гостя у Абраксиса, он немного обновил воспоминания в реке.
- Я поплыву рядом с тобой, - прошептал ему на ухо Малфой, видимо, заметив его колебания. - Если что помогу, хорошо?
- Отлично, - с облегчением выдохнул Гарри, улыбнувшись.
Вскоре они все погрузились в теплую воду. Было еще светло, так что Гарри, плывущий рядом с Абраксисом одним из последних, мог хорошо видеть каждого члена их группы. Совсем не хотелось, чтобы кто-то утонул. Песня звучала все громче и четче по мере их приближения к противоположному берегу. Через десять минут все было кончено. Одиннадцать человек одевались на берегу, а Гарри, пересчитав их, снова вздохнул с облегчением. Он до последнего боялся, что в реке обитают какие-нибудь волшебные пираньи или водоросли-убийцы.
Осторожно ученики заглянули за деревья, прошли на звуки голосов и вскоре стояли перед компанией молодых волшебников, которые с интересом выслушали их историю. Никто из этих ребят не был учеником Дурмстранга, так что жуткие традиции одной из лучших европейских школ потрясли молодежь до глубины души. До гостиницы путь был неблизкий, хотя компании было известно, где она находится. Малышне указали верный путь и немного покормили на дорожку. Уходя, подростки слышали, как их новые знакомые обсуждают Дурмстранг.
До места назначения они добрались в сумерках, однако спать легли уже в теплые постели. Деньги, к очередному шоку Гарри, на этот раз нашлись у всех.
А три дня спустя Поль ди Адамо стучал кулаком по столу перед смущенной поисковой группой.
- Не может такого быть, - заявил он. - Вы точно все осмотрели?
- Мы чуть в болоте из-за них не утонули, Поль, - простонал командир поисковой группы. - А еще удирали от стада разъяренных кабанов. Трое пострадавших! Я слышал, что в прошлом году с Эвансом то же самое было. Поисковая группа мучалась и с волками, и с магическими монстрами, а в итоге Счастливчик со товарищи спокойно в гостинице сидели.
- Я пошлю кого-нибудь в эту гостиницу, - пригрозил главный староста поисковому отряду. - Но бойтесь, если их там не будет.
Ребята содрогнулись от угрозы, но продолжали настаивать на своей правоте. К сожалению, весь школьный совет был очень занят, подводя итоги мероприятия, так что единственным, кого Поль мог послать, был Поляков (в совете от Антона не было ни малейшей пользы, он только мешался своей болтовней).
Поляков, разумеется, обнаружил малышню сразу же, как только попал в гостиницу. Однако сообщать о своей находке не спешил. В конце концов, ему перед экзаменами тоже хотелось поплавать в бассейне, выпить коктейль - другой, попеть песни под гитару вместе с теми самыми молодыми волшебниками и сыграть в карты, которые притащил Малфой. Гарри же с Левски в этот раз не теряли времени даром и изучали карту леса, которую им показали эти ребята.
Волшебный лес оказался даже больше, чем им представлялось. С трудом могли двенадцатилетние мальчишки представить чары, которые наложили в свое время взрослые маги, чтобы скрыть эту территорию от магглов. Здесь нашлось и болото, и скалы, и река.
- Здесь очень интересно бродить. Мы каждый год с ребятами приезжаем отдыхать в этот лес, - поделился с ними впечатлениями гитарист. - В безопасную зону, конечно. Кое-куда ходить вовсе нельзя, чтобы не поссориться с кентаврами, или не попасть в пасть нунду.
- Вы, наверное, все здесь изучили? - хитро поинтересовался Левски.
- Меток для вас не оставляли, - ответил ему новый знакомый. - Мы аккуратно ходим, чтобы животным жить не мешать. Но изучили хорошо, это верно. Вот, например, смотрите, скалы кажутся опасными и непроходимыми. Но нужно только найти камень, похожий на ананас, а рядом с ним есть узкий проход. Пройдете по нему, выйдите на тропинку и вернетесь в гостиницу. Вообще все тропинки в безопасной зоне ведут к гостинице. Но вас, наверное, подальше от тропинок высаживают. Специально.
- Почему я не знал всего этого, когда еще не был в совете? - тяжко вздохнул Антон. - Вы знаете, я в этих зарослях дважды ногу ломал, а один раз руку, в тот же раз едва в болоте с Виктором не утонули.
- Серьезно, Виктор тонул в болоте? - спросил Гарри с улыбкой. Поляков важно надулся и принялся травить байки о приключениях студентов в лесу, которых знал превеликое множество. Малышня собралась вокруг него, развесив уши. За этим занятием их и застал злой профессор Павлов.
Студентов вернули в родные пенаты, Антону влетело от главного старосты, Эвансу попало от Каркарова (для профилактики).
Ну, а в Дурмстранге появилась новая легенда о Счастливчике.

Глава 18

Глава 18

Просто пройти по коридору было для Гарольда Эванса тяжким испытанием. Отовсюду слышались восторженные аплодисменты, свист и поздравления. А те, кто выиграл в школьном тотализаторе, и вовсе не стеснялись подходить и пожимать ему руку. Малышня готова была возвести ему памятник во дворе. Сара разрывалась между гордостью за то, что считается подружкой такого классного парня и разочарованием из-за того, что сама во время испытания попала в другую группу. Она была вместе с Кристофером, и совместными усилиями они смогли остаться почти целыми, однако впечатлений хватило надолго, так что оба отчаянно завидовали Малфою. Абраксис торжествовал и строчил статьи для школьной газеты.
На Дурмстранг тем временем жуткой волной нахлынули экзамены. Гарри и Виктор захламили все три свои комнаты раскиданными тут и там учебниками, дополнительной литературой и пергаментами с конспектами. Домовики не смели их трогать. Даже привитая с детства теткой Петунией любовь Гарри к порядку, не могла заставить его прибраться. Ведь так удобно было утром по пути в ванную комнату заглядывать в предусмотрительно открытый с вечера учебник. К ним перестали приходить гости, потому что даже посидеть в их владениях оказалось негде. Впрочем, в период занудной подготовки ребятам это было только на руку.
Никто не ожидал, что в эту тревожную для студентов пору случится потрясение более страшное, чем оценка «слабо». У второкурсников как раз проходил практический экзамен по трансфигурации, когда в класс влетела взволнованная четверокурсница.
- Там... профессор Эминеску... мы не знаем, что делать... он вдруг просто схватился за грудь, - заикаясь, пролепетала она.
Павлов побледнел и бросился вон из класса. Самые бойкие студенты прекратили колдовать и подбежали к нарушительнице спокойствия, чтобы расспросить ее. Но девчонка вдруг зарыдала и вылетела из кабинета. Ученики тревожно переглянулись, но убежать из класса вслед за Павловым не решались, пусть даже и в соседний кабинет. Никому не хотелось быть наказанным за нарушение дисциплины. Однако школьное радио, разумеется, не оставило их без информации. Уже на перемене они получили первые сумбурные новости.
Во время теоретического экзамена по Темным Искусствам у четвертого курса у профессора Эминеску прихватило сердце. Он умер раньше, чем ребята успели среагировать. Возможно, если бы профессор находился в окружении семикурсников, его бы удалось спасти. Однако четырнадцатилетним мальчишкам и девчонкам знаний по лечебной магии не хватило, но они сообразили, что нужно позвать на помощь. Когда Павлов вбежал в класс, старик Стефан был уже мертв. Впрочем, это никого не удивило. Эминеску исполнилось гораздо больше ста лет. А школьная медсестра госпожа Капелла сообщила, что он давно уже жаловался на сердце. Тем же вечером Каркаров попросил тишины во время ужина. Столовая уже была драпирована черным, от чего казалась еще более темной, чем обычно. Даже семикурсники ежились.
- Мы провожаем не просто человека, мы провожаем эпоху, - неожиданно серьезно и внушительно сказал Игорь. - Многие поколения темных волшебников были обучены Стефаном Эминеску: ваши деды, отцы, вы сами. Он провожал на войну Гриндевальда и его сторонников. И точно так же как им, передал свои знания вам. Помните профессора Эминеску, который отдал жизнь темным искусствам и школе.
Ребята молча встали из-за столов и подняли свои волшебные палочки в знак уважения. Они простояли так с минуту или чуть больше, а потом директор сел. Ученики последовали его примеру и принялись за еду, тихо обмениваясь замечаниями.
У младшекурсников отменили экзамены по Темным Искусствам, а старшекурсники сдавали предмет комиссии. Гарри чувствовал себя немного виноватым перед профессором, потому что не мог не радоваться тому, что у их курса отменили экзамен. Искусство все еще давалось ему плохо, даже несмотря на помощь Виктора.
Несколько дней спустя ребята снова стали свидетелями того, как в школе меняется власть. Поль ди Адамо под уважительные аплодисменты студентов спустился с пьедестала школьного совета вместе с троими своими коллегами. А его место заняла худая большеглазая девушка.
- Карла Вагнер, - пробормотала довольно Сара. - Не так часто девушки становятся в Дурмстранге главным старостой. Она молодец.
- Бедняжка, - возразила Регинлейв, которая сегодня пожелала сидеть рядом с ними за ужином. Лейв заканчивала в этом году школу и хотела провести немного времени со своими второкурсниками. Большая часть из них подсаживалась к Гарри, ведь Мариус совсем утратил влияние на однокурсников. - Ею только пользуются.
- Компромиссная фигура, - пожал плечами Малфой, жадно осматривая юную Вагнер. - Так Забини сказал. Дело в том, что особо и выбирать-то им было не из кого. Из семи человек совета - четверо заканчивают Дурмстранг в этом году. Остаются только она - бывшая староста девочек, Поляков и комендант. Что у нас за учебный год будет с таким неопытным советом? Ужас.
- Не хуже, чем обычно. Как будто ди Адамо вообще интересовался деятельностью совета. Его только собственная власть волновала, а не школа, - буркнула Сара, смерив друга сердитым взглядом. - А ты шовинист.
- Иди ты, - грубо отозвался Малфой. - Посмотришь вот, как в следующем году совет будет эту Вагнер на части рвать! Составят коалиции и начнут каждый на себя одеяло тянуть. Поляков вообще без царя в голове, чью он сторону при голосовании примет - угадать невозможно. Так что рассчитывать на него в решении важных вопросов нельзя, - начал он загибать пальцы. - Комендант с новым ответственным за прессу хорошие друзья, а с ними и новый староста мальчиков. Однокурсники все-таки. Ну, и все знают, что новый ответственный за спорт встречается с новым секретарем, не так ли?
- Я не знал, - удивленно вскинул брови Гарри. Он повернулся к возвышению, на котором гордо восседал вновь избранный школьный совет, и внимательно посмотрел на смуглого яркоглазого парнишку-секретаря, который в следующем году должен был стать уже семикурсником, а потом на его соседа по столу - рыжего большеротого парня, ответственного за спорт.
- Встречаются, верно Малфой говорит, - усмехнулась Эпстейн. - У них такая страсть! Все чуланы для метел осквернили. Куда Поляков смотрит?
- Поляков на Крама смотрит, намекающе, - хихикнула Лейв. Еще несколько человек подхватило ее веселье, и Гарри посмотрел на них с ужасом и недоумением.
- Виктор и Антон встречаются? - вопрос неожиданно взволновал его. Гарри, конечно, не был против счастья наставника, однако за целый год он не заметил, чтобы между теми двумя было что-то большее, чем просто хорошая дружба.
- Нет, - покачала головой Лейв. - Это просто старая шутка, - однако пояснять ничего не стала.
- А почему тебя это волнует? - ревниво уточнила Сара. Ее все еще терзали подозрения из-за давнего танца Гарольда с Мариусом. Поттер недовольно посмотрел на нее и отказался обсуждать эту тему.

Вопрос с каникулами все еще был не решен. За три дня до отправления к Дурслям перед Гарри остро встал вопрос, как до них вообще добраться. У него не было даже маггловских документов, чтобы можно было доехать до них самостоятельно. Не говоря уж о том, что за два года он подзабыл не только дорогу к дорогим родственникам, но и адрес. Оставалось просить помощи у директора. К счастью, Игорь скоро вызвал его в свой кабинет сам. Дорога до него уже стала для Гарольда Эванса привычной. Не раз ему приходилось подниматься по высоким ступеням башни, чтобы получить очередную трепку от любимого директора.
В кабинете Каркарова, как всегда, было светло и уютно, в отличие от остальных помещений замка. Директор выглядел уставшим, но довольным. Видимо, радовался, что тяжелая пора экзаменов миновала. Стол его был завален пергаментами. Когда, получив разрешение, Гарри вошел, он увидел, как домовик уносит поднос, заставленный чашками. Должно быть, Каркаров проводил совещание.
- Здравствуйте, директор, - вежливо поприветствовал его Поттер.
- Мистер Эванс, какие у вас планы на летние каникулы? - не утруждая себя приветствиями, поинтересовался Игорь. Он сидел за столом и недовольно раскладывал по стопкам раскиданные пергаменты.
- Пока никаких, сэр.
- Отлично. Вы же понимаете, что к родственникам вам ехать не стоит? Германские власти не подпускают к тому месту никаких чужих волшебников, но не постесняются прислать к вам своего представителя. Нам это не нужно, - сообщил директор. - Прошлым летом вы блестяще справились с проблемой сами, однако в этот раз у меня есть для вас предложение.
- Я слушаю, сэр, - с интересом посмотрел на него Поттер. Игорь не так уж часто хвалил его. Точнее, не делал этого никогда, хотя по его распоряжению Гарри учился весьма хорошо. А тут так высоко оценил прошлогоднюю эскападу! Стало неожиданно приятно.
- Один из студентов нашей школы, чтобы поправить здоровье после местного более чем сурового климата, каждый год в июле совершает небольшой круиз по Средиземному морю с длительной остановкой в Греции, - начал Игорь. - Обычно его сопровождают гувернер и друзья, но в этом году из-за семейных обстоятельств мальчики не могут покинуть свои дома. Молодому человеку требуется компания. Его родители попросили меня подобрать достойного студента Дурмстранга для этих целей.
Гарри удивленно вскинул брови, выслушав все это.
- Они не позволили ему выбрать компаньона самостоятельно?
- Он не слишком популярный мальчик в школе, у него не много друзей, - сухо заверил Игорь. - Для вас же это отличная возможность провести отпуск подальше от докучливого интереса европейской прессы.
- Разве правительство Греции не узнает, что Гарри Поттер пересек границу их государства? Они не захотят выдать меня? - чуть подумав, поинтересовался Гарри.
- В прошлом году вас это не волновало, - нахмурился Каркаров. - Мне пришлось напрячь свои связи в датском правительстве, чтобы разубедить их в необходимости оповещения волшебного сообщества. На ваше счастье, глядя на них, французы так же ничего не стали предпринимать.
- У вас и в Греции есть связи? - уточнил Поттер.
- Нет, однако волшебное Греческое правительство мало интересуется пребывающими в их страну волшебниками, особенно в июле. У них полно проблем от маггловских туристов. Как видите, идеальное для вас место пребывания.
- Ясно, сэр, - кивнул Гарри. - Вы уверены, что его родители не смогут догадаться, кто я такой?
- Его родителей вы увидите только один раз, - отрезал Каркаров. - Они, разумеется, захотят познакомиться с вами. Однако в путешествие вы отправитесь без них. Но в любом случае они никогда не жили в Англии и не могли быть лично знакомыми с вашими родителями. Ни один из них не является Пожирателем смерти.
Гарри поколебался еще мгновение, взвешивая все за и против.
- А этот мальчик говорит по-английски? Да и кто он вообще?
- Он немного говорит на вашем языке, а вы чуть-чуть говорите по-немецки, если я правильно информирован. Так что договоритесь, - ответил директор раздраженным тоном. Уговаривать мальчишку, у которого все равно не было выбора, ему поднадоело, поэтому он проигнорировал второй вопрос. Гарри все понял.
- Что ж, тогда с удовольствием принимаю ваше предложение, - улыбнулся Поттер. - Только что мне делать после? Насколько понял, их приглашение действует только в июле?
- После этого я заберу вас, если, конечно, кто-то из ваших друзей не пожелает забрать вас к себе, - раздраженно сообщил Игорь. Все пергаменты со стола, наконец, оказались аккуратно разложены в стопки. Из ящика директор достал маленькую бутылочку и коробочку. - Это новые линзы и порция зелья для маскировки шрама.
- У меня еще осталось зелье, сэр, - сказал Гарри. Последний раз волшебную мазь Поттер получил от директора всего пару недель назад, а флакона хватало довольно надолго.
- Возьмите про запас, - буркнул Игорь. Мальчик поспешил убрать дары в карман мантии. - Не садитесь в этот раз на корабль, вместо этого приходите ко мне в кабинет с вещами. Мы отправимся знакомиться с родителями мальчика с помощью каминной сети.
- Хорошо, - еще раз кивнул Гарри и приготовился уйти, однако Игорь бросил на него еще один подозрительный взгляд.
- И мистер Эванс, не делайте летом ничего странного, - сказал он. Гарри непонимающе посмотрел на директора. - Не ходите по воде, аки посуху, не становитесь причиной революции в Греции, не вызывайте извержение Санторина и не разрушайте остатки Акрополя. Вам ясно?
Гарри низко опустил голову, подавляя порыв рассмеяться. Сказать честно, Поттер Игоря серьезно опасался. Каркаров имел над ним абсолютную власть, по крайней мере до тех пор, пока Гарри не решит покаяться магическому миру. Однако Игорь так же был единственным взрослым, который хоть и из корыстных целей, но все же действительно заботился о нем: беспокоился, когда Гарри попадал в неприятности, переживал о состоянии здоровья и оценках, да еще и ругался, бегая вокруг, словно беспокойная курица-наседка. Гарри отлично понимал, что все это только из страха директора перед Волдемортом, но не мог отделаться от ощущения, что Игорь постепенно привязывается к нему.
- Да, сэр, я не стану делать ничего странного, - подтвердил Поттер. Он хотел съязвить, однако в последний момент передумал.
- Тогда вы можете идти, - подозрительно посмотрел на него директор. Гарри поспешил покинуть кабинет. Настроение было просто отличное. Своими планами он, конечно, поделился с друзьями, опустив детали насчет удачной невнимательности греческого правительства к въезжающим.
- Ну, ты просто обязан приехать ко мне в августе! Если, конечно, не хочешь поехать домой хотя бы ненадолго, - тут же заявил Абраксис.
- Он был у тебя в прошлом году, - кисло сказала Сара. - Гарольд, если бы я могла, то пригласила бы тебя к себе.
- А я могу и приглашаю! - перебил ее Крис. - Мой отец тоже хочет с тобой познакомиться.
- Вот и договорились, - постановил Гарри.
Перед самым отъездом друзья вручили Поттеру подарки на день рождения. Гарри только тогда и вспомнил, что соврал прошлым летом им о дате своего рождения. Однако он благодарно принял от них коробки. Блетчли подарил книгу о Темных искусствах, Эпстейн - серебряный браслет с подвесками в виде крохотных гиппогрифов, Малфой - пушистую меховую шапку с длинным лисьим хвостом. Украшений Гарри не носил, но просто потому, что у него их не было. Быть может, в сейфе Поттеров и обреталась шкатулка с перстнями и прочими прекрасными вещицами, однако Поттер не имел возможности ее получить. Браслет-подарок неплохо смотрелся на его руке, так что Гарри его оставил. Шапка тоже была очень кстати, хотя и смотрелась по-девчачьи, но Абраксис клялся, что фасон мужской, да и еще и Гарри она очень шла. С последним Поттер согласился. В довершение Виктор подарил ему новенькую гладкую шубу, которая смотрелась с шапкой идеально. Гарри порадовался тому, что теперь на следующую зиму ему оставалось прикупить только новые сапоги.
Он обнялся со своими друзьями напоследок. Они пригрозили ему, что будут писать каждый день, а потом отправились на корабль. Все были расстроены расставанием, однако мальчишкам и девчонкам не терпелось увидеться со своими родителями. Да и Крис справедливо заметил:
- Даже нам нужно иногда отдыхать друг от друга, иначе с ума сойдем.
Сара с ним не согласилась, однако Гарри поддержал Блетчли. Он помахал им из дверей замка, а потом, не теряя времени, направился в кабинет директора. Игорь уже нетерпеливо ждал его.
- Мистер Эванс, чтобы не было никакого конфуза, заранее предупреждаю, что оба родителя вашего будущего компаньона - мужчины. Вы ведь слышали о таком? Магглы, насколько мне известно, не позволяют себе...
- Я слышал о таком, директор, но спасибо, что предупредили, - поспешил заверить Гарри. Ему совсем не хотелось слушать рассказы об однополых браках от Каркарова. Мысль о браке между представителями одного пола не смущала Гарри. Он достаточно наслушался и насмотрелся за два года в Дурмстранге, чтобы воспринимать это адекватно. Однако мысль о том, как подобные пары могут иметь детей, заинтересовала его впервые. Хотя, конечно, Гарри не стал спрашивать об этом у директора. Каркаров вошел в пламя первым, смерив подопечного очередным недовольным взглядом, Гарри последовал за ним.
Они выпрыгнули наружу в небольшой, но уютной комнате. Гарри сразу же почувствовал запах моря. Он отличался от того, что он помнил с прошлого лета, но все равно казался безумно приятным и знакомым. В комнате стояла невыносимая жара. Обстановка была скромной: пара кресел, кушетка, несколько картин на стенах и столик с напитками. В креслах устроились и уже начали что-то тихо обсуждать Каркаров и грузный мужчина лет пятидесяти непримечательной внешности. Они говорили по-немецки, так что Гарри с трудом разобрал лишь несколько слов. У распахнутого окна стоял второй хозяин дома, который внимательно рассматривал Гарри. Он выглядел лет на двадцать или чуть старше, и был весьма фривольно одет. Должно быть, жара донимала его.
- Знакомьтесь, - наконец громко предложил Игорь, когда Гарри уже надоело стоять у камина, молча разглядывая комнату. - Гарольд Эванс, хоть и полукровка, но молодой человек весьма достойный. Мистер Эванс, перед вами господа Принц, - он указал сперва на старшего, а потом на младшего. Гарри едва сдержался от того, чтобы поморщиться. Теперь он понял, какого непопулярного в школе мальчика имел в виду Игорь. Либериус Принц закончил в этом году четвертый курс Дурмстранга. Гарри, скорей всего, никогда не узнал бы о его существовании, если бы его и Виктора комнаты не находились напротив гостиной четверокурсников. Либериус был из тех ребят, которым трудно найти друзей. Гарри и сам был таким же, к счастью, его в свое время выручила болтливость и навязчивость Малфоя, а так же собственные немалые таланты. Принц же так и остался одиночкой. Случайные мерзавцы с удовольствием этим пользовались. Например, так называемые друзья Либериуса, по мнению Гарри, были только пиявками, сосущими из Принца деньги.
- Приятно познакомиться, - вежливо улыбнулся Поттер. Младший из присутствующих Принц подошел к нему и протянул руку для пожатия.
- Мой муж для тебя, разумеется, мистер Принц, однако меня можешь называть просто Рихардом, - предложил он на сносном английском, крепко пожимая Гарри руку. - Мы много о тебе слышали.
- Действительно? - удивился Поттер. Он понятия не имел, где они могли слышать о нем. Разумеется, они читали об Избранном, однако о Гарольде Эвансе в газетах не писали.
- Мой пасынок частенько упоминает тебя в разговорах, - пояснил Рихард, смутив Гарри.
- Как я уже говорил, - влез Каркаров, обращаясь к старшему Принцу. - У Гарольда сейчас немного сложная жизненная ситуация. Ему нужно где-то скоротать июль, так что он будет рад провести его с вашим сыном.
- За разумную плату, конечно? - пророкотал его собеседник, вприщур рассматривая гостя.
- Я не нуждаюсь в деньгах, спасибо, - поморщился Гарри. Он непреднамеренно смерил Принца высокомерным взглядом и вскинул подбородок. Рихард усмехнулся. Игорь шикнул на своего подопечного.
- Нет, не стоит, не ругайте его, - улыбнулся мистер Принц Каркарову. - Английская аристократия очень щепетильна в денежных вопросах. Мне не следовало поднимать в разговоре этот предмет. Наша семья тоже происходит из Англии, мистер Эванс.
- Да, я понял по фамилии, - кивнул Гарри. Он замялся, вспоминая свое генеалогическое древо. - Если правильно помню, моя прабабушка была из вашей семьи.
- Правда? Очень хорошо, - довольно сказал хозяин дома. - Хотя мы происходим из побочной ветви. Главная ветвь оборвалась на Эйлин Принц. Что ж, раз мы хоть и дальние, но родственники, то думаю, вы действительно хорошая компания для моего сына. Либериус прибудет через несколько часов, а пока вы можете освоиться в своей комнате.
Он вызвал домовика, и Гарри уже хотел уйти, как Рихард окликнул его:
- Гарольд, директор же объяснил вам все условия? В доме вы будете жить втроем: вы, Либериус и Георгиос - гувернер. В течение месяца мы не будем навещать вас. Мой пасынок слаб здоровьем, поэтому следует воздержаться от спортивных игр и длительных прогулок по жаре.
- Я понял, Рихард, - кивнул Гарри.
- И еще насчет вашего возвращения домой, - припомнил молодой волшебник. - Последнюю неделю июля мы оставим на круиз. Прокатитесь на яхте по морю, зайдете в Палермо и на Мальту, а высадитесь в Марселе. Насколько я понял со слов директора Каркарова, вы живете во Франции.
Гарри покосился на Игоря. Он не жил во Франции, однако если август пожелает провести у Малфоев, то Марсель был более чем удобен для высадки.
- Спасибо, будет очень удобно, - поблагодарил он, не подтверждая, но и не опровергая его слов.
Молодой мужчина улыбнулся ему и отпустил. Поттер попрощался с директором и покинул гостиную. Домовик провел Гарри на второй этаж. Вместо коридора там оказался небольшой круглый зал с множеством дверей. Одна из них скрывала вход в его комнату. Помещение, выделенное для гостя, оказалось большим, но полупустым. В центре высилась кровать, нашелся платяной шкаф и столик, но больше здесь не было никакой мебели. Хотя Гарри больше ничего и не было нужно. Он только надеялся, что ему будет позволено посещать библиотеку, если она, конечно, тут была. Поттер разложил вещи и заглянул за занавески. Огромное окно вело на террасу, которая соединяла комнату Гарри с соседними. Он прошелся по ней, любуясь видом, открывающимся на море. Домик оказался небольшим, зато с выходом на пляж. Гарри мгновенно захотелось позагорать и искупаться.
Прошло несколько часов, прежде чем его пригласили спуститься вниз снова. Домовик проводил гостя во все ту же гостиную, но в этот раз здесь не было ни директора, ни супругов Принц. Только Либериус взволнованно поднялся Гарри навстречу, не скрывая своего удивления. Его светлые волосы уныло свешивались на осунувшееся лицо. Он тревожно покусывал бледные полные губы. Поттер прежде не обращал внимания на внешность Либериуса. Мальчик был ему не интересен. Однако теперь не мог не согласиться, что выглядит наследник Принцев болезненно.
- Э-эванс? - нерешительно протянул он.
- Принц, - поприветствовал его Поттер. Он поколебался, не зная на каком языке следует говорить, однако решил все же воспользоваться английским. - Похоже, тебя не предупредили о том, с кем ты должен провести лето?
- Н-нет, - пробормотал тот и смутился.
- А твои родители уже уехали?
- Они торопились, - пробормотал Принц. И добавил несколько слов по-немецки, которые Гарри не разобрал.
Вошел мужчина восточной внешности в возрасте около шестидесяти. Он вежливо поприветствовал мальчиков и представился. Это и был их гувернер. Он пригласил своих подопечных поужинать, с чем мальчики поспешно согласились. Столовая оказалось маленькой и уютной. Вообще-то, судя по всему, этот домик был ничем иным, как тайным гнездышком, куда ездят, желая уединиться. В такое место не приглашают много гостей. Домовики подали на стол блюда, которых Гарри прежде не видел.
- Это мусаку, - нерешительно протянул Либериус, указывая на одно из блюд. - Здесь у нас фета, бризола...
- Спасибо, это ведь свинина, да? Начну с нее, она выглядит знакомо, - прервал его Гарри. Принц помялся и кивнул, сглотнув. Гарри положил себе немного еды. Он видел, что хозяин чувствует себя рядом с ним неудобно, да и сам Поттер не был специалистом в налаживании связей. - Эм, мы будем жить тут вместе почти месяц, наверное, нам стоит поладить, чтобы не было некомфортно.
- А, да, - скованно ответил Либериус, ковыряясь в баклажанах. - Я обычно загораю, купаюсь и много читаю. Здесь больше нечего делать.
- В доме есть библиотека?
- Да. Правда, книг мало, но я всегда привожу свои. Если хочешь, я поделюсь с тобой.
- Было бы чудесно, - улыбнулся Гарри. - Я привык пользоваться библиотеками и почти не покупаю собственных книг.
Либериус чуть расслабился, но все еще выглядел напряженным.
- Принц, послушай, - решительно начал Гарри. - Я чем-то тебе не нравлюсь? Понятно, что ты привык проводить время со своими друзьями, а я мало того, что чужой, так еще и младше тебя почти на два года, но это всего лишь на месяц, а я не так уж и плох.
- Я не говорю, что ты плох, - испуганно отозвался собеседник. В его глазах мелькнул страх. - Ты же самый классный парень в Дурмстранге.
- Прости? - не понял Эванс.
- Ты всеобщий любимец, Счастливчик. Дня не проходит, чтобы твое имя не произнес Забини в радиоэфире. По популярности даже в школьном совете теперь мало кто может сравниться с тобой, - горько заговорил Либериус. - Мне неловко рядом с тобой... ну, просто потому, что я нахожусь на противоположном конце рейтинга популярности. Для многих в Дурмстранге совместные каникулы с тобой это большая честь.
Гарри недоверчиво моргнул. Он никогда не оценивал свое положение в школе подобным образом. Да, он знал, что известен в школе благодаря своим эскападам, что его уважают впечатлительные первокурсники и второкурсники, многие из которых были ему должны за оказание всяких мелких услуг. Но неужели его влияние распространяется и на старшие курсы? Всего лишь из-за постоянного везения?
Гарри не чувствовал себя первым в рейтинге популярности. Он не готов был знать это. Это Алекс Поляков мог идти по школе, наслаждаясь всеобщими лучами любви, но не Гарри. Да и такой власти у Поттера, конечно, не было. И он не хотел ее.
- Э-э, - протянул он в ответ на ожидающий печальный взгляд Либериуса. - Просто не думай об этом, ладно? Здесь нет всех школьников, так что давай просто насладимся нашими каникулами. Будем читать книги и купаться.
- Хорошо, - недоверчиво ответил Принц.

Лето быстро стало очень скучным. Даже сравнивать было нельзя с тем временем, что в прошлом году Гарри провел с Малфоями. По утрам Поттер и Принц лежали в шезлонгах на берегу, порой выбираясь из них, чтобы искупаться. Дабы не заснуть, они вяло обучали друг друга премудростям английского и немецкого языков. После обеда, когда жара становилась просто невыносимой, ребята отправлялись в прохладный дом, расходились по своим комнатам и делали домашнее задание к школе или читали. Либериус оказался неплохим художником. По вечерам он рисовал портрет Гарри. В остальное время мальчики практически не разговаривали. Принц все еще чувствовал себя неудобно рядом с Поттером, а Гарри был не настолько общителен, чтобы давить на него. Малфой бы наверняка быстро нашел способ расслабить Либериуса, превратив его в смеющегося подростка, но Поттер был на это не способен.
- Ты не очень ладишь с родителями, да? - спросил Гарри однажды вечером. Он сидел с книгой в руках в кресле в той же самой комнате, где познакомился с супругами Принц, а Либериус выводил линии на уже втором портрете. Первый ему не понравился и теперь лежал в углу комнаты.
- Родителями? Мать давно умерла. Рихард - мой отчим, - поморщился Либериус. - Он старше меня всего на пять лет. Это брак по расчету. Конечно, Рихард старается быть милым со мной, когда мы пересекаемся, однако я знаю, что его интересуют только деньги нашей семьи.
- У тебя все еще есть твой отец, - возразил Гарри.
- Отец разочарован во мне, - спокойно ответил Либериус. Звучало так, словно он давно смирился с этим. - Он ведь в моем возрасте уже имел немалое влияние среди студентов школы, налаживал связи, а потом был главным старостой Дурмстранга. Я на такое не способен.
- Еще не все потеряно, - улыбнулся Поттер.
- Потеряно, - горько отозвался Принц. - И ты-то уж точно понимаешь это.
Они помолчали, прежде чем разговор возобновился.
- А ты? В смысле, у нас говорят, что ты не слишком-то ладишь со своей семьей.
Гарри задумался о том, что можно ответить. Говорить о том, что сирота - нельзя. Врать не хотелось. Тогда Поттер снова вспомнил о Дурслях.
- Я не слишком с ними лажу, это верно. Все из-за того, что я полукровка, - сказанное было чистой правдой. Если бы Джеймс не был волшебником, то тетя Петуния и дядя Вернон относились бы к племяннику намного лучше.
- Но они, наверное, гордятся тобой теперь, когда ты показал блестящие успехи в школе.
- Нет, - пожал плечами Гарри, но не стал пояснять, что качество его волшебства только привело бы родственников в ярость. Разговор увял сам собой. Мальчики больше не говорили о семье. Для обоих тема казалась слишком болезненной.
За несколько дней до отплытия, где-то в середине июля, молодые волшебники посетили Афины вместе с гувернером. Принцу там было уже неинтересно. Он посещал все достопримечательности Греции с друзьями не раз. Гарри же с интересом обследовал все. Несмотря на то, что в своем юном возрасте он успел посетить уже несколько стран, Поттеру не удалось посмотреть достопримечательности ни в единой. Даже в родной Англии не выезжал дальше Лондона. Он накупил сувениров для друзей, посетовал, что у них нет фотоаппарата, и вынужден был удовольствоваться предложениями маггловских фотографов, осмотрел столько достопримечательностей, сколько смог, пока не заболели ноги. И всем этим неожиданно убедил Либериуса, что является обычным ребенком.
- Ты совсем не такой, каким я тебя представлял раньше, - стеснительно улыбаясь, сказал парень. Гарри пожал плечами. Он был слишком занят своим мороженым.
В доме их встретила радостная суета домовиков.
- О, кажется, мой кузен приехал, - поморщился Принц.
- Кузен? - удивился Гарри. - Я думал, что никто тебя летом не навещает.
- О, он меня не навещает, - недовольно буркнул Либериус. - Просто это место не только миленький домик для отдыха. Рядом находится водорослевая ферма, а он увлеченный зельевар, которому частенько требуются редкие виды водорослей. Раздражает.
- И твои родители не могут отказать ему в гостеприимстве? - поинтересовался Поттер. - Или он очень близкий родственник?
- Вовсе нет, - поморщился Либериус. Он немного поколебался, словно не хотел говорить с чужаком о семье, но не сдержался и поделился наболевшим. - Он сын Эйлин Принц.
- Я думал, у нее не было детей, - откликнулся Гарри. - Твой отец говорил что-то об этом, но я подзабыл.
- У нее не было чистокровных детей, - презрительно поправил его Либериус. Должно быть, забыл, что мальчишка рядом с ним тоже не может похвастаться блестящим происхождением. - Раздражает, конечно, но этот полукровка был Пожирателем смерти. Отец его немного побаивается. Вдруг этот мерзкий тип захочет отомстить за то, что мы получили все деньги Принцев? От бывшего Пожирателя всего можно ждать.
- Приятно знать ваше истинное отношение к моему присутствию, Либериус, - холодно отозвался человек. Мальчики вздрогнули и повернулись на голос. Они уже почти пересекли холл за разговором, и теперь им пришлось немного оглянуться, чтобы увидеть волшебника. Гарри смерил мужчину в темной мантии взглядом и мгновенно узнал в нем Северуса Снейпа. Мальчик нервно нахмурился. Встречаться с соглядатаем Дамблдора ему было совсем не к чему, но теперь избежать встречи было невозможно. Он понадеялся, что Снейп не знал его родителей.
- Здравствуйте, дядя Северус, - помялся Принц. Он избегал смотреть на старшего волшебника и явно чувствовал себя неудобно.
- Не волнуйтесь, Либериус, вы не сказали мне ничего нового, - неприятно усмехнулся Снейп и переключил внимание на компаньона своего родственника. Гарри мгновенно почувствовал его острый интерес. Чужой взгляд скользнул по лицу и остановился на глазах. Гарри поспешно отвернул голову, опасаясь легилименции, о которой мельком слышал на Темный Искусствах, и которая с тех пор стала его самым страшным ночным кошмаром.
- Мой друг - Гарольд Эванс, - представил меж тем Либериус. - Эванс, ты, наверное, помнишь моего кузена профессора Снейпа? Он как-то раз приезжал в Дурмстранг преподавать зелья.
- Я помню, приятно познакомиться, сэр, - хрипло подтвердил Гарри. Он видел, как на мгновение исказилось лицо Снейпа в крайнем потрясении.
Сомнений не оставалось. Он все понял.

Глава 19

Глава 19

Гарри метался по комнате из угла в угол. Ему хотелось вылезти в окно и бежать, куда глаза глядят, хотелось собрать вещи и сунуться в ближайший камин. Если бы он в его спальне был, то Гарри непременно так бы и сделал. Следовало немедленно написать директору, но пройдет несколько часов, а то и дней, прежде чем Игорь получит письмо - Гарри сомневался, что Снейп будет ждать с объяснениями так долго. Да и совы у Поттера под рукой все равно не было, а идти в совятню, когда по дому рыскает Снейп, казалось опасным. Хотя ведь в самом-то деле, не съел бы зельевар его. Так что пока мальчик не предпринимал ничего. «Охота на Гарри», придуманная когда-то Дадли, приучила Поттера мгновенно принимать оптимальные для выживания решения, осмысливая их где-то на подсознательном уровне. Любимый кузен невольно натренировал Гарри чутье, которое помогало определить, что бежать надо налево, а не направо, спрятаться лучше именно за тем камнем, чем за ближайшим деревом, а из комнаты прямо сейчас лучше не выходить вообще. Знаменитая удача была лишь отчасти следствием трудного детства. И сейчас чутье подсказывало, что не стоит бежать от хищника, провоцируя его на преследование.
Профессор Снейп явно узнал в нем Гарри Поттера. Должно быть, его натолкнула на мысль фамилия в сочетании с внешним сходством. Видимо, этот дамблдоров соглядатай хорошо знал Лили Эванс и Джеймса Поттера. Ведь та же мадам Чарис когда-то одновременно с ними училась в Хогвартсе, разве что на пару курсов старше. Но ей и в голову не пришло сравнить его с Поттерами. Зато она хорошо знала сестриц Блек, поэтому увидев знакомые черты в первую очередь подумала о Белле. Так и в мыслях Снейпа, наверное, сразу же появилось лицо Лили, едва он услышал фамилию.
В дверь постучали, и Гарри замер посреди помещения испуганным оленем. Стук повторился.
- Войдите, - пригласил он сдавленным голосом. Мужчина вошел решительно и быстро оглядел помещение, закрывая за собой дверь. Гарри, наконец, рассмотрел его поближе. Северусу Снейпу было около тридцати пяти лет, однако мрачное выражение лица старило его. Темные волосы сальными прядями свисали у лица. Образ ужасного профессора завершал нос с горбинкой и черные одежды. Снейп уже взял себя в руки. Шок и удивление, отразившиеся на его лице полчаса назад, при встрече, теперь не были заметны.
- Чем обязан визиту? - холодно, сдерживая дрожь в голосе, спросил Поттер.
- Хотелось познакомиться с вами поближе, мистер Эванс, - он выделил имя интонацией. Оно прозвучало, словно издевательство. - Так уж получилось, что мы с вами ни разу не пересекались в школе.
- Чем же вызван такой интерес? Уверен, что я не единственный студент, с которым вы не познакомились лично.
- Я был хорошо знаком с вашими родителями.
- Действительно? Они никогда не рассказывали о вас, - с деланным спокойствием заявил Поттер.
- Даже если и упоминали, было бы странно, если бы вы помнили об этом. Они же умерли, когда вам было полтора года, - издеваясь, протянул зельевар.
- Не понимаю, о чем вы. Мои родители живы и здоровы, - вслух сказал Гарри. Про себя он молил, чтобы Снейп поверил ему, решил, что обознался. В конце концов, даже если Северус был другом Джеймса и Лили, то он не видел их сына с младенчества. Никто не мог бы с полной уверенностью, опираясь лишь на внешнее сходство, заявить, чей Гарольд Эванс сын.
- Прекратите, Поттер, - с презрением выдохнул Снейп. Он сделал несколько шагов к Гарри, заставив того быстро отступить к окну. - Меня вам не обмануть, самонадеянный мальчишка! О чем вы думали, когда сбежали подобным образом?
- Сбежал? - непонимающе выдохнул Гарри.
- Сбежали из дома, из Хогвартса, от Дамблдора, - процедил Снейп.
- Я не сбегал, - возразил Гарри, решив, что дальше отпираться от своей фамилии бессмысленно. Снейп был уверен, что не ошибается и, кажется, готов выбивать признание силой.
- Моей семье прекрасно известно, где я учусь и как провожу каникулы. Они полностью одобряют мой выбор. Не понимаю, какое имеет к этому отношение директор Дамблдор.
Это заявление было даже не совсем ложью. Гарри отлично понимал, по крайней мере, теперь, почему им может интересоваться директор чужой школы. Дурсли вряд ли радовались тому, что их племянник обучается в волшебной школе, но им не было дела до того, Дурмстранг это или Хогвартс. Зато они полностью поддерживали его решение держаться от них как можно дальше во время каникул.
- Вы должны были пойти в Хогвартс, - сказал Снейп.
- Я не получал письма, - пожал плечами Гарри. Сердце все еще бешено колотилось в груди, но он уже успокоился достаточно, чтобы отвечать достойно. У него было два года практики в тонкой лжи и недоговорках.
- Вы были зачислены в Хогвартс с самого рождения, - скривился профессор. - И должны были прекрасно осознавать, что только под защитой Дамблдора будете в безопасности. Вы должны понимать, сколько последователей Темного Лорда мечтают найти вас и расквитаться за его падение.
- Откуда я должен был это знать? - усмехнулся Гарри. - Мои родственники - магглы, которые не имели никакой связи с волшебным миром. Мы не знали о Пожирателях смерти, не знали, что можем выбирать школу. Волшебный мир для нас был старой, полузабытой сказкой.
Снейп молча смотрел на мальчика. Никогда прежде ему в голову не приходило, насколько изолированно от магического мира жил Гарри Поттер. Ребенок был прав. Петуния, должно быть, понятия не имела, что Дурмстранг - это школа темной магии. Обмануть или запугать магглов ничего не стоило.
- Каркаров... - с ненавистью процедил зельевар. Игорь никогда не был ни самым умным, ни самым талантливым последователем Темного Лорда, однако он вовсе не был глуп и не зря занимал свой пост директора одной из лучших волшебных школ Европы. - Но теперь-то вы понимаете, какая опасность вам грозит в Дурмстранге?
- Конечно.
- Вы должны поехать в Хогвартс.
- С какой стати? Это уж точно подвергнет меня еще большей опасности, - настороженно заметил Поттер. - Все узнают, где я нахожусь. Все те Пожиратели и охотники за наградами, которые ищут меня последние два года. Не говоря уж о том, что тогда Темный Лорд однозначно решит, что я против него и захочет меня убить.
- Дамблдор защитит вас в Хогвартсе, - возразил Снейп.
- Я не могу быть уверенным в этом.
- Зато вы можете быть уверены в Игоре? Вы знаете, что он Пожиратель смерти?
- Да, я знаю. Но я не собираюсь бороться против Темного Лорда, - смело сказал Поттер, заставив Снейпа с силой втянуть воздух от удивления. - Если Каркаров выдаст меня ему, то я просто скажу Лорду об этом. Он-то должен знать, что я ничего не делал для его падения!
- Глупый мальчишка! Он убил вашу мать!
- Мне жаль, но я никогда не знал ее, - тихо ответил Поттер. - Она отдала свою жизнь, защищая меня, и я благодарен. Не думаю, что она желала, чтобы я стал одержим целью отомстить за нее, и тем самым угробил свою жизнь.
Снейп отреагировал неожиданно. Он схватил мальчика за ворот и сильно тряхнул:
- Неблагодарный ублюдок, - прошипел профессор. - В любом случае, будто Лорд будет слушать тебя!
- По крайней мере, это шанс, - ответил Гарри. Ему было очень страшно. Руками он пытался отцепить Снейпа от своего ворота, однако ему это не удавалось. - Если я перейду в Хогвартс, под защиту Дамблдора, то Темный Лорд однозначно решит, что я его враг! А ваш директор наверняка захочет, чтобы мы с ним сразились! Я не смогу победить сильнейшего темного волшебника столетия, профессор! Я точно умру.
- Сколько раз мне повторять, что Дамблдор защитит вас?! - Северус точно знал, что шанса у Гарри нет. Волдеморт захочет убить мальчишку из-за пророчества, а не из-за собственного разрушения.
- Он не защитил моих родителей, - сказал Гарри, мгновенно заставив Снейпа замолчать. Зельевар разжал руки, так что Поттер смог вырваться и отбежать от него на несколько шагов. Слова были словно удар под дых. Директор знал о пророчестве, знал, что Волдеморт придет за Поттерами, но не сделал ничего, чтобы помочь им, кроме как предупредил. Северус все еще лелеял в душе обиду на старика за эту ошибку. - Я не знаю, злой умысел это или ошибка, - между тем продолжал Гарри. - Я знаю только, что до падения Темного Лорда в войне погибло гораздо больше сторонников директора, чем Пожирателей смерти.
- У вас нет выбора, - сказал Снейп спокойно, оправившись. В словах мальчика, на удивление, была логика. С иной прической, без очков Гарри куда больше напоминал Лили, чем Джеймса, да и в словах его было куда больше здравомыслия, чем у любого Мародера. Впервые Северус осознал, что Гарри Поттер совсем не похож на своего отца. Впрочем, это не означало, что мальчик внезапно начал нравиться ему. Рассказывать парнишке о пророчестве не следовало, но Северус понял, что если не напугает его как следует, то забирать Гарри придется силой, а это сулило немалые проблемы. - Вы знаете, что Темный Лорд уже жив? - попробовал он последний козырь. Он ожидал паники или удивления, но не обреченного выдоха:
- Да.
Северус задумался на миг, откуда у мальчика это знание, однако сейчас были вопросы поважнее.
- И вы не боитесь оставаться в школе, где любой ученик с радостью воткнет вам кинжал в спину только для того, чтобы заслужить его благосклонность? - вкрадчиво продолжил Снейп.
- Нет, - покачал головой мальчик, прямо взглянув зельевару в глаза. - Дурмстранг мой дом. Там мои единственные друзья и близкие. Я знаю, кого бояться, а кому доверять. Там я чувствую себя в безопасности, даже если мне приходится лгать каждую минуту. Хогвартс не сможет дать мне этого. И, кроме того, почему вы так уверены, что Темный Лорд захочет убить меня? Каркаров так не считает.
- Он бы сказал вам что угодно, лишь бы вы остались в Дурмстранге, - скривился Снейп. - К тому же, он не сказал вам всего.
- Чего именно?
- Он не сказал, почему Темный Лорд пришел в ваш дом той ночью.
- Переманить на свою сторону моего отца, разве не так? - нахмурился Гарри. - Или же убить его в случае неповиновения.
- Ваши родители были не настолько важными персонами, чтобы он делал это лично, да еще и в одиночестве, - выплюнул презрительно Снейп. Поттер распахнул глаза в удивлении. Раньше ему не приходило в голову, что в действиях Волдеморта той ночью было что-то странное. - Все дело в пророчестве, - нехотя сказал Снейп. Он молчал об этом больше десяти лет. Казалось, каждое слово давило на язык, боясь покинуть его рот. Но мальчишку следовало напугать так, чтобы он пожелал защиты Дамблдора. Хотя Северус уже и сам немного сомневался в том, что Альбус сможет защитить Мальчика-Который-Выжил. Он даже не смог перекрыть Блеку доступ в Хогвартс этой осенью. - В январе 1980 года, за несколько месяцев до вашего рождения, было произнесено пророчество, полное содержание которого известно только директору Дамблдору. Темному Лорду стали известны лишь первые строки: «Грядёт тот, у кого хватит могущества победить Тёмного Лорда... рождённый теми, кто трижды бросал ему вызов, рождённый на исходе седьмого месяца...»
Гарри слушал его, казалось, даже не дыша. Северус понял, что, наконец, напугал его.
- Под это подходили двое мальчиков, но Темный Лорд выбрал вас, мистер Поттер, поэтому и пришел в ту ночь к вам, - вкрадчиво сказал Снейп. - Вы понимаете? Не имеет значения, хотите ли вы занять его сторону или нет. Он найдет вас и убьет, потому что Сами-Знаете-Кто не потерпит даже малейшей угрозы для себя.
В комнате повисла тишина. Гарри смотрел на него, широко распахнув глаза. В них были ужас, растерянность, паника. На мгновение профессору стало не по себе из-за того, что он сказал это мальчишке. Гарри Поттеру было лишь двенадцать лет, а он практически зачитал ему смертный приговор. Поттер моргнул, и внезапно все эти эмоции сменились упрямством.
- Откуда я знаю, что вы только что не придумали это? - спросил он. - Я никогда не слышал о пророчестве прежде, хотя перечитал все старые газеты.
- Разумеется, об этом не распространялись, - процедил Снейп, мгновенно лишившись всякого сочувствия к вредному мальчишке. Должно быть, он ошибся. Гарри очень похож на своего отца. Такой же самодовольный, упрямый, наглый и непослушный.
- Вы тоже Пожиратель смерти, как и Каркаров, да еще и работаете на Дамблдора, - сказал меж тем Гарри. - У меня нет ни малейшего повода доверять вам. Вы могли только что придумать это пророчество только для того, чтобы убедить меня вернуться в Англию.
Поспорить с его доводами Северус не мог. Слизеринского здравомыслия в Гарри Поттере было с избытком.
- Вы вынуждаете меня действовать силой, - выдавил из себя профессор. - Что мешает мне просто забрать вас отсюда прямо сейчас?
- Если вы посмеете сделать это... - сказал Гарри, отступая к окну. - Если вы только посмеете... я... дам интервью в газеты. Я ославлю вас, Дамблдора и Хогвартс так, что лично вы, бывший Пожиратель, отправитесь в Азкабан без суда и следствия, а Дамблдора, этого старого извращенца, снимут с поста директора школы.
- Много на себя берете, Поттер, - усмехнулся Снейп.
- Я смогу, - с уверенностью, которой совсем не чувствовал, заявил Гарри. - Я сделаю это.
Поттер не знал, что уж там услышал в его тоне хогвартский профессор или что увидел в его взгляде, но Снейп качнул головой и отступил.
- Вам нужно хорошо обдумать все, Поттер. Пожалуй, я могу дать вам на это несколько дней, - наконец заявил он. - Похоже вам, в отличие от ваших родителей, свойственно чувство самосохранения. Помните, что в Дурмстранге у вас нет ни единого шанса выжить.
Он быстро развернулся и вышел из комнаты. Гарри стоял несколько минут, пытаясь отдышаться, а потом обессилено упал на пол и впервые за очень долгое время заплакал. Он только что пережил один из самых напряженных моментов в жизни. Неужели некоторые боятся дурмстранговских походов в лес? Ведь это сущая мелочь. Как же Гарри нужен был взрослый человек, который смог бы защитить его, все объяснить и помочь. Существует ли на самом деле проклятое пророчество?
Всхлипывая и вытирая сопли, мальчик поднялся только через некоторое время. Чуть шатаясь, не заботясь о своем внешнем виде, он побрел в крохотную совятню. Там выбрал самую выносливую на его взгляд сову и достал из специально поставленного здесь шкафчика письменный набор. Гарри написал письмо, где рассказал о встрече со Снейпом, упустив момент с пророчеством, потом запечатал и привязал к лапке совы.
- Лети к директору Каркарову, - хриплым после плача голосом сказал он. - И постарайся поскорее.
Сова глухо ухнула и, взмахнув широкими крыльями, покинула домик.
Гарри отправился к себе и умылся, чтобы не пугать Либериуса. К счастью, он не тер глаза, так что не осталось никаких покраснений. Помятую мантию он заменил чистой из сумки, отметив для себя, что запас у него маловат, да и сам он немного подрос, так что следовало прикупить несколько новых. Мысли помогли отвлечься от разговора со Снейпом.
Либериуса он нашел в гостиной. Принц выглядел немного напуганным. Он вскочил с места при появлении своего компаньона.
- Эванс, ты в порядке?
- Да, а что случилось?
- Снейп вылетел из дома, словно заклинание из палочки, - ошарашено сказал Либериус. - Я не уверен, но мне показалось, что вы разговаривали?
- Похоже, у нас есть несколько общих знакомых, - неохотно откликнулся Гарри. Оставалось надеяться, что Принц не слышал, о чем говорили его приятель и кузен. Иначе размеры катастрофы разрослись бы в невероятных масштабах. - Мы не сошлись в своих мнениях о них.
- А, не удивительно, - облегченно выдохнул Либериус. - Снейпу никто не нравится.
Гарри натянуто улыбнулся.
- К слову, из-за него я забыл рассказать, что получил письмо от Рихарда, - вспомнил Принц. - Мое присутствие требуется на какой-то вечеринке в конце июля, поэтому мы чуть раньше покинем Грецию. Яхта будет готова завтра.
- Отлично, - улыбнулся Поттер. Ему самому не терпелось покинуть место, куда в любой момент мог вернуться этот ужасный человек. Оставалось пожалеть только о том, что яхта не забрала их отсюда еще этим утром. - Тогда соберу вещи и напишу, что меня нужно забрать из Марселя.
Гарри понятия не имел, куда ему деться дальше. Как скоро напишет ответ Игорь с рекомендациями к дальнейшим действиям? Поттер понадеялся на малфоевское гостеприимство и отправил сову к Абраксису, спрашивая разрешения посетить его.

Они с Либериусом провели остаток дня так как привыкли. Оба старались сделать вид, что все в порядке. Однако Принцу, похоже, не хотелось ехать к родителям, а Гарри слишком старался не думать о Снейпе и пророчестве. Разговоры не клеились, еще один портрет Поттера отправился в угол, а Либериус размашистыми штрихами начал третий.
Выйдя ночью на террасу, Гарри увидел в море перед домом прекрасную белую яхту. Она выглядела совершенно маггловской, но от этого не менее прекрасной. Принцы были действительно богаты, раз могли позволить себе такую вещь. В нескольких метрах от мальчика на террасе стоял Либериус. Он тоже рассматривал яхту. Гарри не мог видеть его лица, но вся поза мальчика выдавала бессилие и тоску.
- Деньги решают далеко не все, - пробормотал себе под нос Поттер и вернулся в комнату, оставляя Принца наедине с его собственными демонами. Ни один из мальчиков не спал до рассвета.

Несмотря на маггловский вид снаружи, внутри яхта оказалась волшебнее некуда. Гарри полюбовался с палубы на особняк, в котором провел пару недель, а потом спустился в каюты и ахнул, понимая, что оказался в настоящем доме. Здесь были и кухня, и несколько комнат. Их гувернер осторожной тенью проскользнул к себе. Гарри порой вообще забывал, что он существует, настолько незаметным и ненавязчивым оказался этот грек.
- Сперва зайдем на Крит, потом в Сиракузы и Палермо. Дней через десять уже будем в Марселе, - сказал Либериус. Он кисло посмотрел на зеленоватую воду за бортом. - Всего десять дней.
Гарри кивнул. Он понятия не имел, долго это или быстро для подобного плаванья. Ему только нужно было успеть получить письма. Послание от Малфоя пришло быстро. Абраксис был очень рад, что Гарри снова порадует его своим присутствием. Друг напомнил пароль от их домашнего камина и пообещал ждать с нетерпением. Поттер с облегчением вздохнул. Письмо же от Игоря пришлось ждать гораздо дольше. Гарри предположил, что директор сам немало испугался новостей и первым его порывом, должно быть, было убежать куда подальше. Однако в итоге Игорь посоветовал пока ничего не предпринимать и спокойно отправляться к Малфоям. Гарри очень надеялся, что директору удастся самостоятельно справиться с бывшим коллегой. Но мальчик чувствовал, что после этого лета его жизнь сделает крутой поворот, и не известно в лучшую или худшую сторону.
Либериус - человек привычки, не стал менять их распорядок дня и на яхте. Они все так же загорали, учили немецкий и английский по утрам. Гарри был уже вполне доволен своим уровнем немецкого и подумывал упросить Малфоя начать обучать его французскому. Поттеру не был действительно любопытен новый язык, однако при его образе жизни такое знание никогда не будет лишним. По вечерам Либериус дорисовывал третий портрет.
- Можно, я оставлю себе все три? - поинтересовался Гарри однажды. Он не знал, что станет с ними делать, однако у него почти не было собственных фотографий, так что портреты вполне могли заменить их.
- Конечно, - пожал плечами Либериус. - Тем более, мне они все равно не нравятся. Чего-то не хватает.
Гарри хотел было съязвить, что не хватает шрама на лбу, но промолчал.
- Эванс, - после паузы позвал Либериус, - а я могу разговаривать с тобой в школе? Ну, и рассказать друзьям, что мы вместе провели каникулы?
Гарри поразился странному вопросу.
- Разумеется, - пожал плечами он. - Почему нет?
- Просто это может повредить твоей репутации, - пояснил Принц. Гарри задумался на мгновение. Репутация нужна была ему, чтобы поставить на место Блека. Теперь же, когда Мариус спустил флаги и признал поражение, Сара могла уже справиться с ним своим влиянием старосты. На репутацию можно было плюнуть, тем более что приятельские отношения с Либериусом вряд ли угробят ее.
- Мне все равно, - решил Поттер. - Если хочешь, можешь общаться со мной. Хотя у меня не создалось ощущения, что тебе этого хочется. У нас не так много интересов.
Либериус усмехнулся.
- В Дурмстранге общий интерес у всех один - власть!
- Меня она мало интересует.
- Да, я уже понял, - кивнул Либериус. Он нанес несколько дополнительных штрихов и улыбнулся. - А вот теперь, кажется, всего хватает.
Гарри позже рассматривал все три портрета, но не уловил особой разницы. Лицо было одно и то же, только свет падал иначе, но Поттер никогда не был художником, так что не улавливал деталей.
Они посетили Крит, Сиракузы и Палермо, как и было обещано. Море стелилось под яхтой, словно голубая скатерть. Если бы не волнение из-за грядущих перемен в жизни, Гарри был бы счастлив: яхта, море, солнце, приятная компания. Его кожа стала приятного шоколадного цвета, знания о средиземноморье возросли в несколько раз. Что еще нужно?
В Марселе их встретил Рихард. Он поприветствовал мальчиков и вежливо осведомился, как прошел отдых. Ответы младших волшебников были сдержанными, однако молодого мистера Принца это вполне удовлетворило. Он предложил Гарри провести несколько дней у них дома, однако ему явно этого не хотелось, да и сам Поттер опасался встречи со Снейпом, так что мальчик попросил проводить его до местного магического квартала и ограничиться этим. Рихард с удовольствием выполнил просьбу. В крохотном магазинчике, которого магглы видеть не могли, нашелся камин с летучим порохом.
- Что ж, мистер Эванс, - улыбнулся ему Рихард. - Рад был познакомиться. Надеюсь, мы еще увидимся.
- Возможно, - кивнул Гарри, но он сомневался в этом. Принцы были людьми совсем не его круга - чистокровные и богатые. Обычно Поттер общался с ребятами попроще.
- Тогда удачи, - кивнул Рихард и крепко пожал мальчику ладонь. Либериус только улыбнулся и махнул рукой. Он отчаянно надеялся, что проведя месяц с друзьями, Счастливчик не откажется от него. Гарри взял горстку пороха и с радостью, но осторожно, воспользовался камином. Воспоминания о прошлогоднем фиаско с Лютным переулком были еще живы в памяти.
В этот раз все же он переместился удачно, и несколько минут спустя уже обнимался с довольным Абраксисом, который потребовал рассказать все, что с Гарри произошло за последний месяц. В этот раз Малфой оказался дома один, без Драко, так что невыносимо скучал, ибо большую часть времени болтать оказалось не с кем. Отец и мать должны были работать. От отчаяния и скуки он принялся писать сомнительного качества рассказы. Так что общество лучшего друга оказалось более чем кстати. Гарри сразу понял, почему мадам Чарис так радуется гостям. Должно быть, привыкнув отправлять непоседливое чадо в Дурмстранг, летом она просто сходила с ума от его энергии.

Письмо Игорю домой принесла незнакомая сова. Нахалка приземлилась прямо на важные бумаги и высокомерно ухнула. Каркаров поспешил отвязать письмо, кинул его в общую кучку и согнал сову со стола. Он был в плохом настроении из-за того, что приходилось вести дела дома. Защита Дурмстранга не пропускала взрослых, с которыми директору нужно было встретиться. Птица явно была недовольна таким отношением. Она сердито забила крыльями, и, чтобы отвязаться, Игорь скормил ей несколько совиных печений. Вскоре после этого нарушительница спокойствия улетела, так что он смог, наконец, сосредоточиться на своем посетителе. Гостю было слегка за пятьдесят. Приятное лицо слегка портили уже появившиеся морщины. Он одевался солидно, но не слишком богато. Звали гостя Пауль Тюсо. Судьба порадовала его хорошим происхождением и отличными способностями к темным искусствам. Теперь он претендовал на должность профессора Темных искусств в Дурмстранге.
Игорь внимательно изучил рекомендации от директора частной французской школы, где Пауль преподавал последние пятнадцать лет, правда, не темные искусства, а чары. Так же в пользу господина Тюсо высказывался профессор Павлов. Желающих занять место покойного Эминеску было много. Каркаров мог их понять. Дурмстранг был одной из немногих школ в Европе, открыто преподающих Темные Искусства. Должность была уникальная, даже если не упоминать довольно высокую по сравнению с остальными школами зарплату, а так же возможность познакомиться с будущей элитой Европы. Не просто так старик Слизнорт каждый год пытался получить приглашение на новогодний бал.
Из всех кандидатур на должность Пауль Тюсо пока что был лучшим, вот только он понравился бы Игорю больше, если бы оказался выпускником Дурмстранга. Тогда у новичка не возникло бы вопросов по поводу старых школьных традиций и самоуправства школьного совета. А сам Каркаров был бы уверен относительно его способностей.
- Что ж, вы ведь понимаете, что контингент учеников у нас особый? - уточнил директор.
- Не волнуйтесь, - самодовольно откликнулся мужчина. - С детьми знатного происхождения мне дело иметь приходилось. Я умею добиваться уважения своих учеников.
- Я вижу, что как педагог вы хороши, - кивнул Игорь и обеспокоено уточнил: - Но что у вас с Темными искусствами?
- Вы же понимаете, директор, что такими вещами нельзя заниматься свободно и безнаказанно? У меня было не так много практики, но я блестяще знаком с теорией, - заверил его Тюсо. Игорь скептически фыркнул:
- Если бы дело было в знании теории, то преподавать и наш Счастливчик смог бы, - пробормотал Каркаров себе под нос.
- Простите, не расслышал? - нахмурился Пауль. Директор только вздохнул, решив, что вспомнил о ходячем несчастье не к добру.
- Мы рассмотрим вашу кандидатуру еще раз и свяжемся с вами в течение пары недель, - ответил Каркаров. Тюсо кивнул и, попрощавшись, покинул кабинет. Игорь позвал домовика и попросил принести чай. Сегодня ему предстояло познакомиться с двумя последними кандидатами, а потом вынести решение. Он рассеяно взял полученное несколько минут назад письмо и распечатал его. Минуту спустя Игорь в ужасе метался по кабинету. Он поверить не мог, что оказался столь невнимателен, отправляя мальчишку на каникулы. И даже обвинить буйного отпрыска Поттеров оказалось не в чем, Каркаров сам нашел ему место для жилья. Если бы Гарри придумывал сам, то никогда не попал бы в дом Принцев. Всему виной была глупость самого Игоря.
Однако жалеть стало слишком поздно, пришла пора иметь дело с последствиями. Письмо Гарри написал два дня назад, судя по подписи. Сова постаралась и донесла послание в далекое от Греции обиталище Каркарова просто в рекордные сроки. Однако время все равно было упущено. Снейп, наверняка, уже обо всем рассказал Дамблдору. Удивительно, как старик еще не обвинял Игоря в похищении на страницах всех европейских газет. Конечно, тут скорей была заслуга Гарри, который не растерялся и пригрозил Снейпу, что выступит против Альбуса в прессе.
Игоря на мгновение пронзила ужасная мысль. Что если Снейп рассказал о месте обучения Гарри не только Альбусу, но и другому своему хозяину? Игорь нервно потер метку. Она была яркой и четкой, как и до падения Лорда. Игоря ни разу не вызывали, он не получал никаких вестей о возвращении властелина, но это не значило, что где-то на Туманном Альбионе тот не вынашивает коварный план, включающий в себя смерть Игоря. Волдеморт вполне мог вызывать других Пожирателей, которые и не подумали бы предупредить Игоря. Они все держались от него подальше после того, как он отмазался от Азкабана. Все они использовали все доступные средства, чтобы получить свободу. Но лишь он назвал имена своих соратников властям.
Если Темный Лорд узнает о мальчишке от кого-то другого, то это совсем не пойдет Каркарову на пользу.
Игорь постарался подавить приступ паники. В первую очередь ему нужно связаться со Снейпом. Каркаров написал ему записку и вызвал сову. Это снова была значительная потеря времени, но другого способа связаться с зельеваром он не знал. Игорь только надеялся, что для него еще не все потеряно, и он сможет сохранить свою жизнь.

Глава 20

Большое спасибо за ваши отзывы )) Приятно знать о том, какие эмоции пробуждает в вас текст )

Глава 20.

Пока яхта с Гарри Поттером на борту бороздила просторы Средиземного моря, Северус Снейп в не меньшем отчаянии, чем сам мальчик, метался по своему дому в Паучьем Тупике. Это было малоприятное старое здание, доставшееся ему от родителей. Рядом находилась маггловская фабрика, из труб которой валил дым, отравляя тем же магглам жизнь. Сам домик давно был запорошен пылью, а кое-где и порос плесенью. Снейп не любил его, но летние каникулы частенько проводил именно здесь.
Первым порывом после возвращения в Англию было связаться с Дамблдором и все ему рассказать, однако Альбуса не было ни в школе, ни дома. Взволнованный эльф сообщил, что его хозяин вынужден был отправиться в министерство. Снейп с раздражением вспомнил, что перед концом учебного года в школе случился более чем неприятный случай. У одного из гриффиндорцев - Рона Уизли, сбежала крыса, преследуемая кошкой завхоза. Мальчик бросился следом за ними, покинув замок. Так как время было позднее, и приближался комендантский час, его одноклассница Гермиона Грейнджер поспешила доложить о нарушении первому попавшемуся преподавателю, которым оказался Златопуст Локонс, успевший к концу учебного года стать объектом бессильной ненависти всего штата преподавателей. Настырная девочка вынудила профессора отправиться вместе с ней наружу, на поиски Рональда. Все трое уже возвращались в замок, сопровождаемые занудными речами самовосхваления профессора Локонса, когда на них напали все еще патрулирующие территорию Хогвартса голодные дементоры. К счастью, никто не погиб, хотя знаменитый на весь мир писатель-беллетрист, обладатель самой очаровательной улыбки и ордена Мерлина третьей степени Златопуст Локонс от пережитого шока лишился памяти. Палочка Рональда Уизли была сломана. Гриффиндор лишили двух сотен баллов за нарушение режима. А крыса, разумеется, сбежала в разразившемся хаосе. Прошло уже больше месяца после этого события, а директор все еще пытался уладить ситуацию, объясняясь с родителями, а так же пытаясь убедить министерство убрать дементоров. Было уже очевидно, что Сириуса Блека в Англии нет.
Ожидая возвращения Альбуса, Северус заварил чай и уселся в кресло у камина. Ему понадобилось не так много времени на раздумья.
Количество жертв Темного Лорда и его Пожирателей никогда не скрывали. Они становились героями и мучениками, часто посмертно. И все знали, что жертвы среди самих последователей Волдеморта ничтожно малы. До его падения лишь единицы были задержаны и посажены в тюрьмы, еще меньше - убиты. Как бы не безумствовал Темный Лорд, повергая в страх не только врагов, но и союзников, Пожиратели чувствовали себя в полной безопасности от министерства и Дамблдора. Волдеморт, как и подобает рачительному хозяину, заботился о них, хотя и руководствуясь при этом скорее собственной выгодой, чем их благополучием. Альбус никогда этого не делал. Дамблдор оплакивал жертвы, но не делал ничего, чтобы сократить их количество. Для него цель была важнее жизней нескольких сторонников. Умереть, но не отдать ни пяди земли. По гриффиндорски красиво, но как же больно.
Шли годы, а Снейп все никак не мог выкинуть из головы мысль о том, что если бы Альбус сам стал Хранителем тайны на доме Поттеров, Волдеморт никогда не смог бы убить Лили. Ведь Северус просил Дамблдора спасти ее жизнь! Он шпионил для Альбуса, рисковал собой для него. Директор не сделал ничего в ответ! После смерти любимой женщины Снейп дал клятву защищать ее ребенка, но что сделал Альбус для защиты мальчика? Снова ничего - отдал ребенка магглам, даже не думая хоть иногда проверять, как же мальчику живется. И что в итоге? Гарри Поттер равнодушно говорит о своей матери, словно о чужой, не испытывая и малой толики любви, которая до сих пор сжимает сердце самого Северуса.
Зельевар не мог не думать о том, что будет, если мальчик станет учиться в Хогвартсе? Действительно ли Альбус защитит его, как сам Северус заявил Гарри? Когда Снейп учился в школе, он никогда не получал поддержки старика. Конечно, бедного слизеринца нельзя сравнивать с Мальчиком-Который-Выжил, но что-то подсказывало Снейпу, что из всех своих неприятностей Поттеру придется выпутываться самостоятельно. А учитывая, что инкогнито Гарри будет разрушено, неприятностей этих будет чудовищно много. Но Северус был уверен, что это меньшее зло, чем Каркаров, готовый отдать мальчика Лорду в любой момент.
Но Поттер хотел поговорить с Лордом, хотел остаться нейтральным. Звучало безумно, но могло сработать, если бы не пророчество. Северус был темным волшебникам, и по своим убеждениям - Пожирателем смерти. Если бы Волдеморт не собирался убить Лили Эванс, то Снейп никогда не покинул бы его сторону. Он клялся защищать Гарри Поттера, а теперь мальчишка заявлял, что не собирается сражаться против Темного Лорда. Это невольно возрождало слабую надежду на то, что Снейп снова сможет сражаться за те идеалы, в которые верит.
Он потер метку, скрытую рукавом мантии. Она снова была сильна, как и до падения Лорда, хотя Северуса еще и не вызывали, но Темный Лорд мог вызывать других, более преданных, и уже начать строить планы. Сердце зельевара стучало быстрее, когда он воображал новые сражения, интриги и борьбу за власть, которыми переполнится окружающий мир, стоит только Темному Лорду появиться в его жизни снова. А потом, когда-нибудь, они смогут творить свою исконную магию, не опасаясь преследования, не оглядываясь на магглов и предателей крови.
Если бы только Темный Лорд вызвал его, Северус доказал бы ему, молил бы его, чтобы он пощадил Гарри Поттера. Мальчик прав - Лили мертва, и она не хотела бы, чтобы они сломали свои жизни, пытаясь отомстить за нее. Лучшее, что Северус мог сделать в память о ней - спасти жизнь Гарри. Только его слов, конечно, будет недостаточно, однако Игорь ведь может оказать поддержку. Вместе они могут убедить Лорда, что Поттер ему не соперник.
Если бы только не проклятое пророчество. Хотя его ведь полностью слышал только Дамблдор, кто знает, о чем говорит оставшаяся часть? Северус мрачно улыбнулся. Перед глазами ясно встала идея о том, как сохранить мальчишке жизнь хотя бы до тех пор, как Темный Лорд захватит министерство и войдет в Отдел Тайн.
На следующий день Северус вернулся в Грецию, чтобы поговорить с Поттером снова, но тот уже покинул дом Принцев. Искать его было бесполезно. В конце концов, этим занимались тысячи волшебников по всему миру, и пока безрезультатно. Снейп понимал, что их встреча была просто удачным для него стечением обстоятельств. Гораздо проще казалось связаться с Игорем, в надежде, что мальчишка со страху не успеет наворотить дел без присмотра. Впрочем, Гарри Поттер не показался ему глупым ребенком.
Сын Лили.

По постепенно складывающейся традиции трио воссоединилось на день рождения Абраксиса и далее решило не расставаться вплоть до школы. Месяца им хватило для того, чтобы отдохнуть друг от друга. Кристофер пообщался с братом и родителями и приехал в гости, держа в объятиях здорового черного кролика.
- Похоже, это мой фамильяр, - кисло сообщил Блетчли. Кроль довольно шевелил большущими ушами и жевал капустный лист.
- Какой миленький девчачий фамильяр, - подколол его Малфой. - Теперь-то мы с Эвансом знаем, к чему твоя душа лежит.
Сам Абраксис уже давно стал обладателем небольшой рыжей совы. Учитывая его потребность в общении, такой фамильяр ему был просто необходим. Малфой писал письма из Дурмстранга не только родителям и Драко, но и друзьям детства в Шармбатон.
Гарри же до сих пор не завел себе питомца. В сове у него не было нужды, так как и писать-то было некому. Кошек он не любил с тех пор, как Дурсли начали отправлять его к сумасшедшей кошатнице миссис Фигг, если им нужно было отлучиться из дома. Заводить змею было равносильно огромному плакату над головой с оповещением для всех желающих: «Мы с Волдемортом связаны». А о кроликах Гарри никогда не задумывался иначе, чем об источнике ингредиентов для зелья. Зато он получил от крестного в подарок метлу модели «Молния», чем привел в неописуемый восторг Малфоя. Поттер еще с первого курса усвоил, что метла - удовольствие совсем не дешевое, аналогичное покупке автомобиля в маггловском мире. Он только больше убедился в этом, когда вынужден был приобрести для игры в квиддич свое собственное транспортное средство. Новейшая скоростная метла, которую прислал Сириус Блек «в качестве подарка за все пропущенные дни рождения» была едва ли не золотым даром. Гарри спрятал бы ее, как и мантию, однако сова грохнула подарок прямо посреди стола во время завтрака. Малфой писал кипятком.
- Это от одного из моих родственников, - уклончиво ответил Поттер на вопросы друзей о том, кто может подарить такую шикарную вещь. Сам Гарри внимательно изучил записку, приложенную к подарку. Блек утверждал, что переписываться с крестником пока не может ради безопасности самого Поттера и просил не отвечать на это письмо. Гарри решил, что крестный, должно быть, утихомирился, оставил на время план с поимкой Петтигрю и осел где-то в относительно безопасном месте. То, что новостей о беглом Сириусе Блеке давно не печатали в газетах, лишь подтверждало эту теорию. Больше в записке ничего не было, поэтому Гарри решил припрятать метлу так же далеко, как и подаренную мантию. Если бы Абраксис ему позволил. Хорошо хоть мадам Чарис согласилась сперва проверить «Молнию» на какие-либо вредоносные чары, которых, к счастью, не оказалось.
Подарок Сириуса пришелся друзьям Гарри по вкусу. Даже Крис не устоял и пролетел с визгом над домом Малфоев несколько раз. Что уж говорить о самом Поттере, который обожал полеты. Подарком крестный угодил, кто спорит. Только вот взгляды друзей стали очень подозрительными. Такие подарки далеко не всем по карману, их не дарят просто так, особенно нелюбимым детям. А за два года общения у них создалось именно такое представление о Гарольде Эвансе.
Через несколько дней после этого Гарри получил приглашение от Виктора. В августе должна была состояться первая игра Крама в профессиональной команде. Он пригласил Гарри и его друзей на матч и предоставил бесплатные билеты. Поттер не мог не поддержать Виктора в такой ситуации, Малфой не мог не посетить матч по квиддичу, на который ему достали бесплатные билеты, Блетчли не мог не составить им компанию.
В установленный срок мадам Чарис отправила их через камин в болгарский город Враца, в окрестностях которого находился самый большой в Болгарии квиддичный стадион и должен был пройти матч. Она сопроводила их множеством полезных указаний о том, как следует себя вести, но позволила отправиться без сопровождения, ибо Малфой упорно ныл, что они уже не маленькие и могут не цепляться за мамину юбку. Гарри был с ним не согласен, но решил не спорить.
В итоге он оказался перед энергичным торговцем и осматривал товары в лавке с кислым выражением лица. Что говорил ему торговец, Гарри не понимал. После некоторых колебаний Поттер протянул продавцу галеон и ткнул в то, что ему приглянулось. Секунду спустя он стал обладателем омнинокля и черно-белого флажка с символикой команды, за которую собирался играть Виктор.
Гарри оглянулся вокруг и нашел взглядом ошарашенного Малфоя и мрачного Криса. Абраксис уже изменил свое негативное мнение о маминой юбке. Они не понимали ни слова из того, что говорили окружающие, а вокруг не было никого, кто хорошо говорил бы на английском, немецком или французском языках. Публики собралось довольно много. Такого количества взрослых магов мальчишки в жизни не видели. Это их здорово пугало и заставляло держаться от всей этой суеты подальше. Смущен был даже Абраксис. Виктора они, конечно, не видели, так как он был занят вместе со своей командой.
- Жалко, что билета было только три, - сказал Крис. - Можно было бы пригласить Сару.
- Это истеричку? - фыркнул Малфой, озираясь по сторонам, стараясь увидеть, как можно больше. - Она бы все испортила!
- Кстати, о Саре, - нахмурился Гарри. - Она писала кому-нибудь из вас последнее время? Я не получал от нее писем с середины июля, а уже август подходит к концу.
- Мне она никогда не пишет, - пожал плечами Абраксис. Однако, несмотря на кажущееся равнодушие, насторожился. Что бы он там не говорил, а Эпстейн была частью их компании.
- Я получал письмо перед тем, как приехать к Абри, - вспомнил Крис. - Тогда я не обратил внимания, но тон послания был какой-то подавленный. Думаешь, у нее что-то случилось?
- Да, - кивнул Гарри. - Она не отвечает на мои письма. Не то чтобы она непременно должна была это делать, но на нее не похоже.
- Скоро вернемся в школу и там узнаем, - неловко заверил Малфой. - Все равно мы пока ничего не можем сделать.
Его друзья нехотя согласились, тем более что сейчас мысли мальчишек больше занимал приближающийся матч. Гарри никогда не видел профессионального квиддича. У него была возможность смотреть только на матчи в Дурмстранге. К сожалению, он ничего не знал о командах соперниках и не мог определить, насколько сложной будет игра для Виктора.
- Уже в следующем году начнется чемпионат мира по квиддичу, - сообщил всезнающий, как обычно, Малфой Гарри и Крису, когда они уселись на свои места. К слову, Виктор достал им хорошие билеты. Мальчики оказались в ложе для почетных гостей. Взрослые провожали их удивленными взглядами, когда троица безвестных мальчишек уселась во втором ряду прямо за спиной какого-то очень важного волшебника в красной мантии. - Страны собирают свои сборные для игры, проходят отборочные. Сейчас каждому игроку важно показать себя с лучшей стороны.
- Но Виктор ведь не станет участвовать в чемпионате мира, верно? - нахмурился Гарри. - Ему нужно учиться.
- Он самый лучший ловец из тех, что я видел! Они не могут упустить его! - возразил Малфой. Он открыл приобретенную программку и неуверенно повертел ее в руках. Организаторы не ждали иностранных гостей, так что текст был на болгарском. - Кажется, Виктор играет за «Славию».
Сидящая рядом с Гарри светловолосая волшебница в симпатичной голубой мантии с интересом слушала их, а потом спросила:
- Здравствуйте. Простите мой интерес, вы англичане?
- Так и есть, мадам, - быстро ответил Малфой и улыбнулся даме. Все трое были обрадованы тем, что рядом с ними оказался кто-то англоговорящий. Они опасались, что во время матча ни слова не поймут из того, что будет говорить комментатор.
- Насколько я поняла, вы за кого-то болеете? - она слегка нервничала и чувствовала себя неуютно, поэтому и решила перекинуться с другими болельщиками парой слов.
- За нового ловца «Славии», Виктора Крама, - охотно ответил Абраксис. - Мы вместе учимся в Дурмстранге.
- Ясно, - улыбнулась дама. - Что ж, удачи ему.
В этот момент заиграл гимн Болгарии, а потом комментатор подал голос и на поле вылетели команды. Как и опасались мальчишки, ничего из речи болгарского волшебника, кроме фамилий игроков, они не понимали.
- Димитров, Петров, Левски, Волков, Искров, Ташев, Крам!
- Вот и Виктор, - довольно воскликнул Абраксис. Мальчишки захлопали вылетевшей команде. Гарри помахал купленным флажком, а Малфой засвистел. Они не обращали внимания на насмешливые взгляды взрослых волшебников. Виктор пролетел рядом с трибуной и махнул им рукой, найдя мальчишек взглядом.
- О, похоже, он решил вас поприветствовать, - хихикнула дама, вглядываясь в игроков.
- Мы хорошо знакомы, - сказал ей счастливый Малфой. Не каждый день игрок профессиональной сборной подлетает к трибунам, чтобы поприветствовать тебя. Гарри, между тем, улыбаясь, поднес к глазам омнинокль. Комментатор представил вторую команду и судью. Вскоре были вброшены мячи, и игра началась. Квоффл летал между игроками на скорости, которой не увидишь на школьных матчах, а бладжеры отбивались вышибалами с уникальной силой и меткостью.
- Димитров, Левски... Вот это пас! Петров ловит квоффл! Удастся ли закрыть ворота?! - надрывался комментатор. По крайней мере, именно это он должен был говорить, судя по происходящему на поле. Мальчишки по-прежнему не понимали ни слова.
Но Гарри следил только за ловцами. Соперник Виктору попался непростой. Он еще не знал манеры игры новичка, поэтому попытался сбить его с метлы и обмануть финтами. Гарри каждый раз ругал соперника сквозь зубы, хоть и знал, что Краму такие неприятности нипочем.
- Прекрати же вскакивать! - дернул его Малфой, когда Гарри, переживая из-за пролетевшего всего в полуметре от Виктора бладжера, поднялся с места.
- Квиддич очень опасный спорт, - огрызнулся Поттер. - Он же может опять сломать нос!
- Сказал парень, который отметил свой первый матч сломанными ребрами и кровавой рвотой, - пробурчал Малфой. - Все с Крамом будет в порядке.
Гарри огрызнулся снова, но все же уселся на место и впился в омнинокль. Непонятная речь комментатора только раздражала его, как и переживания дамы, которая сидела рядом. Похоже, она тоже болела за кого-то конкретного. Но стоило Гарри на секунду отвлечься на свою соседку, как болельщики взвыли, а комментатор закричал в восторге.
- Крам поймал снитч! - радостно сообщил Абраксис. - Ура! Я же говорил, что Виктор лучший! Счет 60:210! Ура!
Гарри едва не застонал, поняв, что все равно пропустил самый главный момент матча. Крам пролетел мимо, сжимая в вытянутой вверх руке золотой мячик. Черно-белые флаги болельщиков приветствовали его.
- Ты так радуешься, будто всю жизнь болел за «Славию», - подколол Крис Малфоя, однако он тоже довольно улыбался. Гарри хлопал в ладоши вместе с дамой. Она улыбнулась мальчикам:
- Похоже, наша команда победила.
- Вы болели за «Славию»?
- Я болела за моего сына. Алексей Левски, охотник, - пояснила она. - Хоть он и беспутный парень, но мне все же хотелось посмотреть, как он играет.
- Постойте, - насторожился Малфой. - А Младен Левски...
- Это мой младший, - кивнула дама. - Вы должны его знать, если в Дурмстранге учитесь.
- Мы его знаем, - живо подтвердил Абраксис. - И даже дружим. Я Малфой, между прочим. Абраксис Малфой.
- Оу, приятно познакомиться, - засмеялась дама. У нее, похоже, было хорошее настроение, и она оказалась не против немного поболтать с энергичным мальчишкой. - Я о тебе слышала от сына. А твои друзья это Эванс и Блетчли, верно? Ну, а я госпожа Левски.
- Приятно познакомиться, - хором протянули мальчики. Между тем команды сделали круг почета над полем, принимая восторги публики. Комментатор продолжал голосить о чем-то в микрофон.
- Виктор попросил нас спуститься после матча и подождать его у второго выхода, - сказал Гарри. Друзья закивали и поспешили попрощаться с новой знакомой. Им не терпелось поболтать с победителем матча. На выходе из ложи они неожиданно столкнулись с бывшим главным старостой. Поль ди Адамо смерил их удивленным взглядом, но приветственно кивнул. Мальчики были не менее удивлены встретить его тут, однако вежливо поздоровались, прежде чем продолжить путь. Уходя, они услышали среди чужих голосов знакомое теперь сопрано мадам Левски:
- Поль! Поль, подожди секунду! Не уходи!
Мальчикам с трудом удалось пробиться через плотную толпу, а потом пришлось ждать еще около получаса, но в итоге к ним встрепанным, но счастливым, вышел Крам.
- Ну, как? - спросил он.
- Ты был крут! - тут же оповестил его Малфой. Благодаря неумышленной взятке Виктора, Абраксис совершенно забыл о том, что ревнует Гарри к нему.
Поттер же просто быстро обнял его, поздравляя с победой.
- Великолепен, как всегда, - заверил он. - Хотя с бладжерами мог бы и повнимательнее.
Крам рассмеялся. Внутри Виктора все пело от восторга после победы. Это оказалось совсем не то, что победить в школьном матче. Ему было всего шестнадцать, а он уже играл в квиддич профессионально. Когда Крам узнал, что может пригласить на свой первый матч гостей, его первая мысль была о родителях, но отец отказался присутствовать - планы Виктора заниматься спортом иначе, чем просто развлекаясь в школе, он не одобрял. Тогда Виктор подумал о Полякове и Эвансе. Крам привык разделять восторг полета с Гарольдом. Весь прошлый год они тренировались вместе. Антон помогал Александру готовиться к свадьбе, и, к великому своему сожалению, не мог приехать в Болгарию. Так что здесь, у входа на стадион, с его первого матча Виктора ждал улыбающийся Гарольд Эванс.
- Идемте в кафе? - предложил Крам, переминаясь с ноги на ногу. - Мы должны это отпраздновать!
- Разве ты не собираешься праздновать с командой? - удивился Абраксис. В ответ Виктор покраснел. Его команда поздравляла его сегодня, хотя до матча они не слишком-то верили в то, что он сможет обыграть чужого ловца. Все они казались хорошими ребятами, но значительно старше его. Краму было не очень удобно общаться с ними, и тем более он не пошел бы в бар, как собирались сокомандники, чтобы хорошенько выпить. Гораздо удобнее было посидеть в кафе с Гарольдом и его друзьями. - Впрочем, раз не собираешься, то мы только за! Обсудим матч! - довольно заверил Крама Абраксис.
Они поспешили вернуться в Варцу, которую Виктор знал неплохо, и стали искать свободное кафе. Однако слишком много квиддичных фанатов надеялись на то же самое. Небольшой город гудел от обилия посторонних. Здесь не было магической части, так что волшебники наводнили маггловские улочки. Магглы косились на них с улыбками. Должно быть, думали, что они участники какого-нибудь шоу. К счастью, у всех хватало ума не колдовать. По крайней мере, пока фанаты были трезвы.
Иногда к их компании подходили волшебники и бурно поздравляли Виктора с успешным дебютом. Малфой с ума сходил от радости, а Гарри немного нервничал. Одна из посторонних компаний, которые сопровождали их, обсуждая матч целый квартал, подсказала им, где найти свободное кафе. Ребята радостно отправились в нужную сторону. У Крама оказались маггловские деньги, и они все с удовольствием попили чаю с бисквитным тортом, болтая о квиддиче и приближающемся учебном годе.

- Уау! - выдохнула Джинни, заходя в комнату приятельницы. - У тебя тут здорово.
Стены были обклеены плакатами с изображениями The Weird Sisters. Портрет Мирона Вогтейла висел над кроватью, а на столе, в рамочке, стояли несколько карточек из шоколадных лягушек с другими членами группы. На полу около кровати были свалены в кучу книги. Окно скрывалось за голубыми легкими занавесками. Сама комната была небольшой, но все равно просторнее, чем у Джинни.
- Мне тоже нравится, - самодовольно отозвалась Юн Чанг. Две ее другие подружки захихикали. Всем троим не слишком нравилась Джинни Уизли, но мама Юн просила ее пригласить на день рождения не только подружек из Дурмстранга, но и тех чистокровных волшебниц, с которыми Юн общалась до школы. Поэтому на ее вечеринке и оказались барышни вроде Полоумной Лавгуд и Уизли.
Джинни взяла одну из книг и прочитала название, а потом поспешно положила назад. Это был учебник по Темным Искусствам. Уизли знала, что Юн, в отличие от своей старшей сестры, отправилась учиться в Дурмстранг. Джинни ненавидела Темные Искусства, а ее родители утверждали, что именно их и изучают в той страшной школе. Юн заметила ее реакцию на книгу и скривила губы:
- Эта магия чистокровных, - гордо сказала она. - Это наше наследие от предков и в ней нет ничего плохого!
- Оставь ее, Юн, - отозвалась одна из их подружек. - Она же влюблена в Гарри Поттера, помнишь? Это подразумевает ненависть ко всем ужасным Темным магам!
Джинни покраснела, а собравшиеся в комнате девочки захихикали. Магическая община Англии была мала, так что маленькие чистокровные волшебницы хорошо знали друг друга с детства. Они отлично помнили одержимость Джиневры сказками про Мальчика-Который-Выжил.
- К слову о влюбленностях, - вдруг протянула одна из девочек с заметным акцентом. Мелица была одной из тех подружек, которые учились вместе с Чанг в Дурмстранге. Она разглядывала комнату, краем уха прислушиваясь к разговору, а теперь держала в руках чью-то фотографию. - Это что, Счастливчик? Фотографировала тайком?
Теперь пришла очередь Юн краснеть. Все девочки в комнате, даже Джинни, насторожились и быстро столпились вокруг Мелицы, чтобы посмотреть на фото. Там был изображен темноволосый зеленоглазый мальчишка. Он недовольно косился на хихикающих девчонок и отворачивался от них.
- Симпатичный, - протянул кто-то.
- Ты что, умудрилась втюриться именно в него?
- А Эпстейн не боишься?
- Почему ты назвала его счастливчиком?
- Кто это?
- Ты ведь танцевала с ним на новогоднем балу?
Девчонки засыпали смущенную Юн вопросами. Чанг шипела на них и отказывалась отвечать, пока не пришла Чжоу и не позвала их в столовую пить чай. Старшая из сестер Чанг Джинни очень нравилась. Она была красивой, уверенной в себе, доброй, да еще и ловцом в сборной по квиддичу своего факультета. Продолжая обмениваться подначками, девочки поспешили за ней вниз. Джинни еще несколько секунд рассматривала мальчика на фотографии. Он был действительно симпатичным. Однако ей бы никогда не понравился темный волшебник, ученик Дурмстранга. Она мечтала встретить своего героя, который спасал бы девиц от драконов и побеждал Темных Лордов, как Гарри Поттер, Мальчик-Который-Выжил.
- Гарри найдется, - сказала она фотографии. - Он станет защищать слабых, и тогда уже никто не будет называть таких, как мы, предателями крови!
Мальчик на портрете словно бы прислушался к ее словам и усмехнулся. Ей не понравилась эта ухмылка. Уизли положила карточку на место и побежала за остальными подружками, вскоре забыв о Счастливчике.

На этот раз мадам Чарис решила не рисковать, и за покупками к школе они пошли в магическую часть Парижа. Ей хватило впечатлений от прошлогодних поисков Эванса. Помимо учебников, список которых они обнаружили в письмах, пришедших из школы, ребятам нужно было пополнить запасы ингредиентов, закупить письменные принадлежности, а так же купить новую школьную форму и повседневную одежду. Мальчишки росли, и старые вещи становились маловаты.
Гарри побывал в местном отделении Гринготтса, где смог без проблем получить деньги, всего лишь продемонстрировав ключ.
- О, у тебя свой сейф, - с уважением протянул Абраксис.
- Моя семья может себе это позволить, - неловко отозвался Гарри. Лгать друзьям становилось привычно. Однако чем больше они сближались, тем противнее оказывался из-за этого осадок на душе. Когда-нибудь они все равно узнали бы правду. Гарри Поттер не смог бы скрываться вечно. Тогда он, вероятно, лишится своих друзей. Это пугало. Но пока что мальчик не мог иначе.
После похода по магазинам ребята вместе с мадам Чарис отправились на прогулку по маггловскому Парижу. Гарри с восторгом осматривал город. Он вспоминал Грецию, поход с Либериусом по Афинам, уникальные пейзажи Крита, лазурные воды Средиземного моря, качавшие на своих волнах яхту, борьбу подушками с Абраксисом и чтение его странных рассказов по вечерам, вспомнил дрессировки кролика. Гарри думал, что пережил замечательное лето, но с нетерпением ждал возможности вернуться домой, в Дурмстранг.

Глава 21

Глава 21.

Не оправдав свое прозвище, Гарри в очередной раз вступил в противоборство с корабельной лестницей, но на этот раз позорно проиграл. Кто-то не очень умный пролил на ступеньки воду и не подумал ее высушить или затереть. «Счастливчик», погруженный в мысли о предстоящей учебе и несправедливости мира - он опять был свидетелем того, как матери целуют своих детей перед долгим расставанием, и почувствовал себя брошенным и одиноким - не заметил лужи и, поскользнувшись, полетел с лестницы кувырком прямо в коридор с каютами. Сверху на него приземлился Нил Гринграсс. Гарри показалось, будто что-то подозрительно хрустнуло. Третий учебный год не мог начаться просто. В нумерологии цифра три считается одной из самых значимых.
- Привет, Эванс, - кисло поприветствовал знакомого Нил после того, как выругался. - Кажется, я сломал руку.
- Думаю, если бы это был перелом, ты сейчас не разговаривал бы столь спокойно, - сдавленно откликнулся Гарри, на котором старшекурсник вальяжно разлегся. - Но я вот точно потянул лодыжку.
- Узнаю, кто разлил эту воду, руки повыдергиваю, - зловеще пообещал Гринграсс.
- Что здесь происходит? - сурово поинтересовался третий голос. Мальчики повернули головы и увидели подозрительно разглядывающего их Полякова. - Эванс для тебя слишком молод, Нил. Я, как ответственный за нравственность в школьном совете, таких отношений не одобряю.
Гринграсс скорчил гримасу. Антон говорил чушь с совершенно невозмутимым выражением лица.
- Помог бы лучше подняться, Поляков, - буркнул он. Антон не стал возражать и спокойно позволил капитану квиддичной команды опереться на себя. Нил придерживал руку, согнутую под неестественным углом. Антон осмотрел ее и задумчиво почесал макушку.
- Пойдем к главной старосте, - предложил он, наконец. - У тебя то ли вывих, то ли перелом. Она вроде на медицинские курсы ходит. Должна сообразить, что с этим делать.
Гринграсс не стал перечить, и они пошли вглубь корабля, оставив Эванса сидеть на полу. Гарри проводил их растерянным взглядом, а когда повернулся обратно, увидел, что перед ним на корточках сидит Виктор.
- Ты в порядке? - обеспокоено уточнил Крам. Поттер облегченно вздохнул. Старшекурсники все-таки не сошли с ума и не оставили его в одиночестве разбираться со своей проблемой.
- Кажется, потянул лодыжку, - сказал он.
- Это можно вылечить одним зельем, - улыбнулся Виктор, радуясь, что с подопечным не случилось ничего серьезного. - Намажешь и посидишь спокойно пару часов, как раз пока не причалим, а там будешь, как новенький.
- Личный опыт? - игриво уточнил Гарри.
- Да, на тренировках всякое бывало.
Ученики проходили мимо, с любопытством косились на них, здоровались, но не спешили завязать беседу, видимо, считали, что Крам и Эванс очень заняты.
- Кажется, у старосты пятого курса всегда с собой несколько зелий, - вспомнил Крам. - Давай устроим тебя в каюте, а потом я схожу и поищу его.
Гарри кивнул. Виктор помог ему подняться, и Поттер приготовился хромать, терпя боль. Раньше он страдал и от переломов, и от растяжений. Дадли, бывало, выкидывал действительно страшные шутки. Однако Крам без лишних разговоров подхватил его на руки, вызвав у Гарри удивленный вскрик.
- Нам не далеко, да и ты легкий, - пояснил Виктор на изумленный взгляд подопечного.
- Я не девчонка, - сердито сообщил ему Гарри и попытался вырваться, но тут же успокоился. Поттер прожил с Виктором по соседству целый год и неплохо представлял себе, как тот мыслит. Пусть и так нелепо, но Крам попытался помочь. Если вырваться сейчас и указать на его ошибку, то Виктор будет долго смущаться и увиливать от разговоров, считая, что сделал что-то ужасно неправильное. - Ладно, но только не далеко, - буркнул Гарри и обхватил шею наставника руками.
Виктор улыбнулся и понес его. Пару секунд спустя их догнали Малфой и Блетчли.
- Эванс, чем ты заслужил подобное обращение? - со смехом поинтересовался Абраксис. - Неужели Крам считает, что твои прекрасные ноги не должны касаться грязного пола?
- Я растянул лодыжку, - кисло сообщил Гарри.
- Ты даже лодыжку растягиваешь удачно, - фыркнул Малфой. - Уверен, случись такое со мной, в Дурмстранге не нашлось бы человека, согласного нести меня на руках.
- Ах, принцесса Гарриет, могу ли я поцеловать вашу руку, когда благородный рыцарь опустит вас на землю? - присоединился к подколкам Левски, обнаружившийся в одной из ближайших кают. - Сэр Крам, заносите свою ношу ко мне!
Виктор вопросительно посмотрел на покрасневшего от издевательств Гарри. Сам Крам на шутки третьекурсников внимания решил не обращать, хоть и нахмурился. Они все еще были только глупыми мальчишками. Поттер кивнул ему, и Виктор занес мальчика в каюту. У иллюминатора примостились Лусия и Сара, рядом с Левски расположились его соседи по спальне. Места как раз хватало для закадычного трио.
- Действительно думаешь, что я их лидер? Больше похоже на мишень для шуток, - шепнул Виктору на ухо Гарри.
- А ты попробуй вести себя с ними более строго, - предложил он так же тихо и опустил мальчика на сидение.
- Но я не хочу, - ответил ему Поттер.
- Тогда прекрати делать вид, что недоволен, - справедливо возразил Крам, улыбнувшись. - Я пойду и узнаю, у кого есть зелье.
- Буду ждать, - кивнул ему Гарри. Виктор вышел, а мальчишки явно собрались снова развлечь себя за счет Поттера, но тот не дал им такого шанса, переключив внимание на Эпстейн, тем самым словно проигнорировав других сидящих в каюте.
- Здравствуй, Сара.
Против обыкновения, девочка не кинулась к нему с объятиями и приветствиями. Она невольно вжала голову в плечи, когда Гарри обратился к ней, но быстро опомнилась и выпрямилась. Однако упорно отворачивала от него свое расстроенное лицо.
- Привет, Эванс.
- Что-то случилось? - прямо спросил Поттер.
- Нет, - натянуто улыбнулась она. - У меня все хорошо. Отлично провела лето. Ездили в Египет. Все было чудесно. Пирамиды.
- Пф, - влез Малфой. - Эпстейн, даже мне очевидно, что у тебя что-то случилось. Зачем нам-то врать?
- Мальчики, - неловко позвала Лусия. Гарри с недоверием следил за тем, как наливаются слезами глаза Сары. Лусия обняла ее за плечи. - Не спрашивайте, у нее, правда, случилось.
- Как будто они сами не знают! - закричала вдруг Эпстейн, вскакивая с места. - Прекратите издеваться и расспрашивать! Ничего не случилось, ясно? Это мелочи и не надо меня унижать расспросами! Мне пора выполнять обязанности старосты!
Она вылетела из помещения в коридор, оставляя ошарашенных мальчишек.
- В нее что, бесы вселились? - ахнул Малфой. - Я всегда знал, что она истеричка, но не подозревал, что все так запущено!
- Это неспроста, - покачал головой Крис. - Но она не писала мне ни о чем таком летом.
- Вы, правда, не знаете? - робко уточнила Лусия.
Все озадаченно покачали головой. Девочка вздохнула.
- Это хорошо, что не знаете. Она гордая, не перенесла бы, если бы вы узнали.
- Ты меня пугаешь, Лусия. Она все же мой лучший друг, - сказал тихо Гарри. Девочка пожала плечами, печально посмотрела на него и ушла из каюты. Корабль мягко качнуло.
- Отчалили, - пробормотал Малфой. - Что, еще один сумасшедший учебный год?
Гарри задумчиво улыбнулся и осторожно снял ботинок и носок с больной ноги. Лодыжку немного раздуло.
- А вот и я, - оповестил Виктор. Он вошел в каюту, показывая флакон с зельем. Гарри поблагодарил и взял бутылочку. Под надзором друзей он намазал густым прозрачным варевом больное место и обвернул полотенцем, которое вытащил из своей сумки. После чего нога была водружена на место напротив, где прежде сидела Сара. За Крамом вскоре явился Антон и куда-то увел лучшего дурмстранговского ловца, а Эпстейн так и не вернулась в каюту, зато вскоре появился Мариус Блек. Он чопорно попросил разрешения войти и уселся рядом с Гарри под подозрительными взглядами его друзей, аккуратно разгладив складки на мантии.
- Шавок своих уберешь? - высокомерно поинтересовался он.
- Хэй, похоже, утраченную самоуверенность ты за летние каникулы успешно восстановил, - огрызнулся Малфой. - И не мечтай, никуда мы не пойдем. Мало ли, что в твоей буйной головушке вертится! Все знают, что Блеки - чокнутая семейка...
Он осекся и с испугом посмотрел на Гарри.
- Что за высказывания такие? - сердито сказала Ромильда, которая, оказывается, пришла вместе с Мариусом, но стояла тихо и никто не заметил ее присутствия.
- Прости, Эванс, - одновременно с ней выпалил Малфой, видно вспомнив утверждения своей матери относительно родословной друга. Поттер только головой покачал. Крис фыркнул и поднялся с места. Он взял Абраксиса под локоть и вывел из каюты.
- Пойдем, прогуляемся.
Левски проследил за ними взглядом, пожал плечами и тоже вышел вместе со своими приятелями. Ромильда закрыла дверь в каюту, оставаясь в коридоре. Мариус молчал и оглядывался, словно увидел в стандартной корабельной комнате что-то новое. Его руки яростно комкали мантию. Он покосился на раненую ногу своего соперника.
- Так о чем ты хотел поговорить?
Блек напрягся, а потом резко выдохнул воздух.
- Я говорил с отцом о ситуации, которая сложилась в школе. О нас с тобой.
- Вот как? И что он сказал? - хмуро уточнил Поттер. Он был уверен, что сможет справиться с Мариусом и перехитрит его, если придется. Однако знал, что в интриги со взрослыми пока играть не готов.
- Что иногда признать поражение не значит уронить свою гордость. Сильному противнику можно сдаться, - вскинув подбородок, сказал Блек. Гарри не стал ничего говорить. Он знал, что одно неверное слово может спровоцировать Мариуса, который вроде бы пришел заключать мир, на агрессивные действия и новый виток скандала. - Я больше не буду твоим соперником, - хмуро закончил Мариус. - Мне не потянуть. Впрочем, твоей покорной собачкой, как Малфой, я тоже быть не собираюсь!
- Абраксис не собака, - усмехнулся Гарри. Его покоробило от такого разговора о друге, но он постарался сдержать себя. Кто-то из них двоих должен был контролировать блековский темперамент. - Я не прошу тебя быть моим другом, но я рад, что ты не будешь моим врагом.
Мариус кивнул:
- Теперь, когда мы все уладили, думаю, мы можем пригласить остальных?
- А ты хочешь остаться здесь? - удивился Гарри. Неожиданно Мариус полоснул по нему полным ненависти взглядом. Поттер, конечно, понимал, что слова отца вряд ли заставили Блека любить его, но не был готов к такому.
- Я уже сказал, что мне не соревноваться с тобой во власти над нашими однокурсниками и малышней, - зло прошипел он. - Но я не собираюсь отказываться от нее вовсе, а значит, я должен стать вторым после тебя по влиянию. Думаю, если буду на твоей стороне, то, учитывая мою должность старосты, это не составит труда.
- Власть меня мало интересует, - откровенно сказал Гарри. - Но если ты хочешь стать вторым после меня на моей стороне, то должен принять правила моего круга, как это сделал Младен. Я - полукровка. Сара, Абраксис, Лусия - тоже. Тебе придется мириться с этим.
- Я все еще не считаю, что они мне ровня, - прямо откликнулся Мариус. - Я родовитее и богаче! Но я больше не буду презирать их за это.
- И все? - удивился Гарри.
- Ну, теперь они мои соперники, - с ухмылкой заявил Блек. - За влияние на тебя, за власть над однокурсниками. Естественно, я все еще буду бороться с ними.
Поттер не выдержал и засмеялся. Им было всего тринадцать, а Мариус говорил так, словно им было по сорок лет, и власть над однокурсниками выливалась в возможность править государствами и получать огромные деньги. Это было смешно, действительно. Потому что у Гарри не было никакой власти. Все, что он делал - это помогал с самостоятельными заданиями и иногда играл вместе с приятелями в карты. Он не мог, в отличие от тех же Сары или Блека, назначить наказание за плохое поведение, не мог нарушать комендантский час. О, Гарри знал, что популярен. Однако внимание других не делало его хозяином в школе. Мариус, наверное, опять сошел с ума, но Поттер готов был с этим смириться, если взамен Блек перестанет доставать их компанию. Хочет бороться не с Гарри, а с его друзьями? Ну и пожалуйста! В эту борьбу он хотя бы может вмешаться и прекратить ее в любой момент.
- Ладно, раз мы договорились, то давай впустим остальных, - предложил Гарри. Нога у него должна была пребывать в покое, поэтому он выжидающе посмотрел на Блека, ожидая, что именно он откроет дверь и пригласит остальных. Мариус же явно воспринял это как приказ лидера. Гарри хотелось перенять маггловский жест и покрутить пальцем у виска. У Блека оказалось даже больше тараканов в голове, чем Поттер ожидал.
Новость о пополнении в компании ребята приняли стоически. Малфою и Блетчли затея пришлась не по вкусу, но спорить с Гарри они почему-то не стали. Левски явно забавлялся, поэтому Малфой мстительно подпортил ему настроение и рассказал о том, что летом им удалось познакомиться с его матерью. Они стали вяло переругиваться. Кристофер в конце концов достал книгу и начал читать. Мариус с Ромильдой о чем-то тихо переговаривались, а Гарри принимал гостей. Не проходило и пяти минут, чтобы в каюту не заглянул кто-нибудь, желающий сказать им привет, рассказать и выслушать историю о каникулах, посочувствовать раненой ноге, а один третьекурсник, которого Поттер едва знал, привел своего только поступившего в Дурмстранг брата для знакомства.
Сару они снова увидели уже по дороге к замку. Гарри шел медленно, берег ногу. Соратники смирно брели рядом, хотя он неоднократно говорил, что ждать его не обязательно. Их поведение в этом году действительно начинало настораживать. Поттеру хотелось заорать и спросить, все ли у них в порядке с головами. Как ни странно, адекватным казался только Малфой. И то только потому, что всегда был странным парнем и сейчас этому своему кредо не изменял.
Сара присоединилась к ним за столом. Должно быть, уже взяла себя в руки. Она чинно села справа от Гарри, как обычно, и хищно оглядела всех, кто метил на ее законное место. Поттер вздохнул с облегчением. С ней пока что было явно не все в порядке, однако она успокоилась, и это уже радовало.
Гарри нашел взглядом Виктора, но Краму было не до него. Он неловко мялся, принимая поздравления в связи с прошедшей первой игрой. Почти все старшекурсники норовили похлопать его по плечу, некоторые завязывали беседу, которую ему явно не хотелось поддерживать, а парочка нахальных второкурсников осмелилась попросить автограф. Рядом не было Полякова, который мог бы своими наглостью и напором спасти Виктора от фанатов, и Крам чувствовал себя одиноким и несчастным.
- Мне уже не терпится, - потер руки Малфой, отвлекая Гарри от разглядывания наставника. - Я хочу посмотреть на нашего нового преподавателя Темных Искусств! Эминеску занимал этот пост вечность! Кого же директор нашел взамен?
- Двоюродный брат второго мужа моей кузины пробовался на этот пост, но у него не было опыта преподавания, и его отвергли, - сообщил Блек. Сара недовольно на него покосилась. Девочка уже сообразила, что бывшие соперники заключили перемирие. Иначе с чего бы Блеку сидеть с Гарри за одним столом? Как начинающая интриганка, она отлично понимала, чем такая дружба грозит ей. Тем более теперь. Она закусила губу, чтобы не выдать эмоций. Пережитое унижение все еще било по нервам. Она не могла понять, действительно ли никто не знает о нем, или все лишь притворяются? И все же непозволительно было бросать все, чего она успела добиться за прошедшие два года, даже если больно.
- Похоже, желающих занять должность оказалось немало, - сообщила Лусия. - Кое-кто из знакомых моего отца тоже выставлял свою кандидатуру.
- Как вы думаете, Каркаров выбрал лучшего из лучших? - спросил Малфой.
- Или лучшую из лучших, - тихо возразила Ромильда. - Женщины тоже бывают очень способными к исконному волшебству.
Все за столом вспомнили, кем является ее мать, и покивали. А Гарри впервые пришло в голову, что эта девочка состоит с ним в той же степени родства, что и Драко. Он никогда не рассматривал Ромильду с позиции родственницы, слишком уж хорошие отношения ее связывали с Мариусом.
- Давайте надеяться, что проклятие Хогвартса не распространится сюда, и у нас преподаватели не начнут меняться каждый год? - весело предложил Малфой. Шутку оценили. О ситуации с профессорами по Защите от Темных Искусств в английской школе знали все.
- Я слышал, в этом году они взяли некоего Ремуса Люпина, - сказал Блетчли. - Интересно даже, что случится с ним.
- Может, если бы у нас преподаватели так менялись, то и для нас было бы развлечение, - предложил Мариус.
- У нас тогда было бы весьма отрывочное образование, - фыркнула Сара.
- Зануда, - ухмыльнулся он ей. Сара скрипнула зубами и приготовилась кинуться в бой, но Гарри положил ей руку на локоть и покачал головой. Эпстейн поняла, что если они со вторым старостой будут воевать, то теперь это придется делать скрытно, да еще и без поддержки Эванса. Статус Гарри с каждым годом все повышался, но это значило, что теперь за место рядом с ним придется биться, удвоив силы.
Многие из соседей Гарри по столу в это время рассматривали первокурсников. Гельмут что-то шептал хихикающей Юн Чанг, косясь на малышню. Должно быть, эти двое уже чувствовали себя такими взрослыми по сравнению с новым поколением. К тому же на их лацканах гордо поблескивали значки старост второго курса. Поттер осторожно огляделся вокруг. В этом году на их компанию смотрели меньше, чем раньше. Должно быть, теперь уже представляли примерно, что можно от Эванса и его друзей ждать, да и про капитуляцию Мариуса успели узнать еще во время плавания. Сейчас все больше интересовались первокурсниками и их потенциалом.
Важно прошел через весь зал к своим местам школьный совет. Карла Вагнер села за стол на возвышении и, высоко задрав нос, оглядела притихших на несколько мгновений учеников. Но Гарри почему-то показалось, что ей очень страшно, и он понял, о чем говорил Малфой в прошлом году насчет ее назначения. Кажется, она теперь тоже это отлично понимала. Поляков сидел на самом дальнем от нее месте и болтал с комендантом. Тот, судя по выражению лица, хотел заткнуть уши.
Последними в зал по традиции входили учителя. Ученики мгновенно затихли, пытаясь скорее увидеть новое лицо. На место, где прежде сидел Эминеску, между профессорами Бэшворунг и Павловым сел темноволосый волшебник лет тридцати в темно-зеленой мантии. Он был весьма хорош собой, ухожен и сразу одарил изучающих его учеников лучезарной улыбкой. Гарри нахмурился. Ему показалось, что он где-то видел этого человека. Девицы же в столовой ахнули разом. Профессора явно с трудом сдерживали смешки.
- Красавчик, - хихикала какая-то старшеклассница за соседним столиком.
- Похоже, у профессора Макиярви появился конкурент.
- Как вы думаете, он женат?
- А кто-нибудь его знает?
Директор, как всегда, поднялся для приветственной речи. Он вынужден был постучать вилкой по бокалу, чтобы привлечь внимание зала. Студенты уже приступили к обсуждению нового профессора, однако мгновенно затихли. Ежегодную речь Каркарова они знали назубок, но рассчитывали услышать еще и имя нового профессора.
- Рад приветствовать вас в школе в новом учебном году, - сказал директор. - Уверен, что все вы хорошо отдохнули и подготовились к принятию новых знаний. Особенно семикурсники, которым в этом году предстоит сдавать последние и самые важные экзамены. Я искренне надеюсь, что вы не подведете нашу школу и покажете достойные результаты.
Он допустил небольшую паузу, подозрительно оглядел зал. Ученики напоминали ему нунду, готовых в любой момент броситься на жертву, а потом продолжил:
- А теперь поприветствуем нашу новую Главную старосту, которую в прошлом году выбрал школьный совет. Карла Вагнер.
Девушка поднялась с места и поклонилась. Несколько человек похлопали без особого энтузиазма. Популярностью новый школьный совет не пользовался.
- Позвольте вам так же представить вашего нового преподавателя Темных Искусств, - продолжил Игорь. - Профессор Том Натхайр.
Профессор поднялся и поклонился, его поприветствовали активнее, но скорее из вежливости и любопытства, чем из-за чего-то еще. На аплодисменты тот ответил очередной белозубой улыбкой.
Гарри переглянулся с Блетчли, который сидел слева от него.
- Ну, вряд ли Каркаров взял его в штат за красивые глаза, - неуверенно ответил на этот взгляд Крис.

Вильгельмина была женщиной уже немолодой и достаточно опытной. Она повидала в жизни немало и могла похвастаться тем, что неплохо контролировала свои эмоции. Однако профессор Бэшворунг, как и все в штате, с нетерпением ожидала знакомства с новым преподавателем Темных Искусств.
Она была выпускницей Дурмстранга, так же как и Павлов, и Макиярви, и Гербе, и еще несколько профессоров. Пусть они пришли сюда преподавать разные предметы, однако у всех у них был один и тот же учитель, рассказавший им в свое время о Темных искусствах. Они уважали и восхищались профессором Эминеску. Конечно, не стоило надеяться, что его заменит кто-то столь же выдающийся, однако они ожидали многого. Не того, что Игорь приведет в учительскую молодого очаровательного волшебника, который больше годился для обложки какого-нибудь журнала для легкомысленных ведьмочек.
Вильгельмина невольно вспомнила широко обсуждавшийся в преподавательских кругах случай со Златопустом Локонсом, которого Дамблдор взял в штат от отчаяния. На секунду она решила, что Каркаров последовал по этому ошибочному пути, но решила все же не делать скоропалительных выводов. Тот же Макиярви пришел преподавать в Дурмстранг в возрасте двадцати девяти лет и одним своим появлением разбил половину студенческих сердец. Однако в итоге поднабрался опыта и сейчас, пять лет спустя, радовал коллектив великолепными результатами в преподавании и активной научной работой. Хотя количество любовных писем на его столе никак не уменьшалось.
- Меня зовут Том Натхайр, приятно познакомиться, - улыбаясь, сообщил молодой волшебник. - Надеюсь, мы сработаемся.
Вильгельмина покопалась в памяти, но Гербе вспомнил раньше ее.
- Не из ирландских ли Натхайров?
- Да, - вежливо кивнул молодой человек, смерив профессора вопросительным взглядом.
- Ох, я Максимилиан Гербе, рад сотрудничеству, - смутился тот. - Мне очень жаль, я слышал, что ваша семья сильно пострадала во время войны Гриндевальда, а потом и лорда Волдеморта.
- К сожалению, все члены моей семьи действительно уже мертвы, - серьезно сказал волшебник. - Но я жив и когда-нибудь, скорей всего, исправлю эту ситуацию.
После выяснения происхождения коллеги все остальные поспешили познакомиться с новым преподавателем. Оказалось, что он не учился не в одной волшебной школе, никогда не преподавал, не работал нигде вообще, если говорить точнее, и не мог похвастаться обширными знакомствами, зато был очень вежлив и обаятелен. Вильгельмина молча недоумевала. Как Игорь мог отвергнуть куда более подходящих кандидатов ради пижона, который только и делал, что слонялся по свету в поисках острых ощущений? Да он сам уволится, как только ему станет скучно!
Однако профессор Натхайр уже на первом педсовете доказал, что жалование будет получать не за красивые глаза. Он представил собственные поурочные разработки и безжалостно внес несколько дельных исправлений в курс своего предшественника. Эминеску преподавал вполне успешно, так что его методы по умолчанию признавались лучшими, однако нововведения показались Вильгельмине интересными. Она была одной из тех, кто одобрил их.
Обсуждая позже нового преподавателя за чашкой кофе с профессором Павловым, Бэшворунг нехотя признала, что новичок не так уж и плох. Коллега пожал плечами в ответ.
- Что-то в нем есть, Вильгельмина, раз Игорь его взял, - пробормотал он. - Каркаров совсем не глуп. Не мог он ради внешности отринуть более достойных кандидатов.
- Не знаю - не знаю, - пробормотала она. - Тебе не показалось, что он сам выглядел удивленным, когда представлял нам Натхайра?
Павлов пожал плечами. Его больше интересовала собственная научная работа по трансфигурации, чем странности нового коллеги. Все они были не без греха. Павлов не стал бы укорять молодого волшебника, если бы тот добился места шантажом.
И вот сейчас этот Том Натхайр благосклонно принимал аплодисменты и напряженное внимание учеников.
- Готовьтесь, коллега, - обратился к нему Макиярви. - Уже завтра ваш стол окажется завален любовной корреспонденцией.
- Действительно?
- Ну, у старшекурсниц обычно хватает ума не писать ничего компрометирующего. Многие из них уже чьи-то невесты, а вот младшекурсницы другое дело, - поделился опытом Макиярви.
- Приму к сведенью, Олави, - усмехнулся Натхайр. Вильгельмина только головой покачала. Наверняка, Том привык получать любовную корреспонденцию. Он выглядел человеком, который с удовольствием читает любовные письма разновозрастных безмозглых дамочек. За столом преподавателей завязалась обычная для начала учебного года беседа. Они обсуждали новый школьный совет, но никто не строил ложных надежд. За время работы они видели правление многих учеников. Все они по-разному добивались и пользовались своей властью. Преподаватели не вмешивались, однако не могли не сочувствовать и не симпатизировать некоторым. Новый профессор с интересом слушал их рассказы и доводы. Ему только предстояло окунуться в странный внутренний мир Дурмстранга.
- К слову, слышал, Гринграсс упал и вывихнул руку во время плавания? - поинтересовался Гербе. - Бедный мальчик, надеюсь, квиддичу это не помешает? Я болею за Воронов!
- Вагнер вылечила его еще на корабле, - возразил кто-то. - Не стоит беспокойства. Ах да, вы знаете, что свалился он прямиком на Счастливчика?
Бэшворунг, сидевшая рядом с новым преподавателем, физически ощутила, как он дернулся. Его голова резко повернулась в ее сторону, но выражение лица осталось нейтрально-приятным.
- К счастью, он отделался легко, - улыбнулся Павлов.
- Счастливчик? - переспросил Натхайр. - Прозвище?
- Ох, да, скоро познакомитесь, - засмеялся Павлов. - Он один из самых заметных в школе студентов.
- Головная боль, - вставил раздраженно Игорь.
- Прозвище у него такое, потому что обладает уникальной способностью попасть в безвыходную ситуацию, а потом выйти из нее под торжественные фанфары, - засмеялся Макиярви.
- А еще он один из лучших по успеваемости, - сурово добавила Бэшворунг. - Хотя, сказать честно, вы вряд ли оцените, Том. С темными искусствами у него не очень.
- Полукровка, - с сожалением добавил Гербе.
- И как же зовут этот феномен? - приятно осведомился Натхайр.
- Гарольд Эванс, - охотно поведал Павлов. Он оглядел зал и кивнул в нужную сторону. Вильгельмина готова была поклясться, что в тот момент, когда взгляд профессора Натхайра нашел в толпе студентов макушку Гарольда, улыбка на лице этого человека впервые была искренней.
- Попался, - довольно сказал он.

Глава 22

Прошу прощения за то, что давно не выкладывала продолжения. Я надолго уезжала в отпуск ))
Фанфик не заброшен.

Глава 22

Гарри захлопнул вторую книгу и пожевал губу. Он не думал, что найти нужную информацию будет просто, однако явно недооценил предстоящие трудности. Поттер сдерживался больше месяца, терпеливо ожидая, когда сможет добраться до библиотеки Дурмстранга. Порой вечерами в доме у Малфоев он подавлял дрожь, кусал подушку, лишь бы удержать в себе желание заказывать в книжных магазинах все подряд произведения о предсказателях и пророчествах, но он знал, что этим привлечет ненужное внимание своих гостеприимных хозяев. Тем более что не представлял, какие конкретно книги ему нужны. В искусстве лжи и недоговорок Поттер с каждым днем все успешнее превосходил сам себя, и от этого становилось невыносимо горько.
После первого же учебного дня Гарри отправился в библиотеку, где был крепко обнят Натальей, однако даже ее удивило его желание получить книги в первый же день. Поттер ничего не знал о пророчестве - возможно, выдуманном Снейпом пророчестве - кроме того, что оно было про него и Волдеморта. Некто в январе 1980 года сообщил узкому кругу заинтересованных лиц об Избранном ребенке, но как этот человек сам получил информацию? Нагадал на кофейной гуще, по буковкам собирал строки на спиритической доске? Кем вообще был этот таинственный гадатель? Гарри точно знал, что в газетах об этом никогда не писали, иначе он давно бы наткнулся на такую интересную информацию. Оставалось только выяснить все, что возможно, о пророчествах как таковых, о том, откуда они берутся и стоит ли в них верить.
- Может, тебе стоит взять в этом году курс прорицаний? - предложила Наталья, которой Гарри изложил проблему в изрядно подкорректированном виде. - Хотя, на мой взгляд, совершенно бесполезный предмет для тех, кто не обладает пророческим даром.
Мысль пришлась Гарри по вкусу после того, как он пролистал пару книг. Написано было много, но читать пришлось бы несколько месяцев, прежде чем он смог бы поймать истину за хвост. Гораздо проще было поговорить с учителем, особенно если он не собирался открывать ему свои причины, а для этого следовало хотя бы для вида записаться на прорицания. Это загрузило бы расписание Гарри до предела, но на кону была его жизнь.
Размышления в пустой библиотеке прервал своим неожиданным появлением Малфой.
- А я принес новости! - жизнерадостно сообщил он. В библиотеке не следовало повышать голос, но кроме них в первый учебный день тут никого не было, так что вопли Абраксиса не получили должного осуждения.
- М-м? - отозвался Гарри, просматривая оглавление еще одной книги. Приближалось время ужина, и помимо личных исследований нужно было уделить время и уже заданному эссе по трансфигурации.
- Пока урок по Темным Искусствам был только у шестикурсников, - бодро заговорил Малфой. - Они не в восторге. Похоже, новый профессор не прочь поболтать и залезть в непроходимые магические дебри, а еще задал столько домашнего задания, что им впору составить тебе компанию прямо сейчас!
- У всех свои недостатки, - буркнул Гарри. Новенький волновал его мало. В жизни было полно проблем и без профессора по Темным Искусствам.
- Ну, он из старой чистокровной семьи, - продолжил говорить Малфой, заметив, что не привлек информацией внимания собеседника. - Только это была плохая семья.
Гарри изумленно вскинул брови и посмотрел на друга с интересом. Стало любопытно, а что в понимании Абраксиса значит «плохая семья».
- Они занимались инбридингом, - скривился Малфой. - На протяжении долгих столетий.
- Вся европейские волшебные чистокровные семьи грешат инбридингом на протяжении долгих столетий, - передразнил его Гарри. Он, наконец, закрыл свою книгу. Список возможных для третьекурсников факультативов должны были вывесить в гостиной через несколько дней. Если там будет курс прорицаний, то Поттер собирался взять его. - Как не противно это осознавать, но если бы не маггловская кровь в нас с тобой, то мы тоже были бы плодами этого самого инбридинга.
- Я неправильно выразился, - тут же исправился Малфой. - Это был инцест. В общем, Натхайры - это такой клан в Ирландии, большая семья. И они все время скрещивались в рамках этой семьи, почти не вступая в родственные связи с другими волшебниками. Они были сильными магами, но в последнее столетие все чаще сходили с ума или у них рождались сквибы и уродцы. В войне Гриндевальда они выступили на его стороне, и их почти полностью перебили, а остатки уничтожили авроры после падения Волдеморта, хотя никто точно не знает, были ли Натхайры Пожирателями смерти. Получается, наш профессор последний из них.
- Отвратительно, - пробормотал Поттер, скривив губы точно так же, как сам Малфой за несколько минут до этого.
- А я о чем! - радостно заверил Абраксис. - Такие семьи даже чистокровки не всегда любят. Если хорошенько следить за родословной, можно почти полностью исключить межродственное скрещивание. В прошлом за этим не слишком следили, но давно доказано, что инцест ведет к уродствам, поэтому нужно включать свежую кровь.
- Тебе не нужно убеждать в этом меня, - усмехнулся Гарри. - Поверь, я не собираюсь жениться на своей сестре. Хотя у меня ее и нет.
- Жаль, я бы не отказался встречаться с ней, - подмигнул ему Абраксис, вызвав усмешку. - Вот даже у нас в Дурмстранге есть те, кому кровь не мешало бы разбавить браком с кем-нибудь менее родовитым. Ты, возможно, знаком с Либериусом Принцем?
Гарри поднял на друга темный внимательный взгляд. Он не говорил Малфою, опасаясь вполне предсказуемой ревности друзей, с кем именно провел лето, однако Гарри не запрещал Либериусу рассказывать об этом другим. Дня хватило Абраксису, чтобы разведать все, что его интересовало, даже если Принц не слишком-то распространялся о своих каникулах.
- Принцы одна из древнейших английских фамилий, они старомодны до отвращения, и вот к чему это привело. Либериус далеко не красавчик, да еще и ни умом, ни харизмой не блещет. Чтобы произвести нормальное потомство, ему нужна тщательно отобранная супруга. Вот Сара бы как раз, кстати, подошла! Ее энергии хватило бы на несколько поколений Принцев!
Гарри не застали эти заявления врасплох. Он, к счастью, уже видел проявления ревности своих друзей. И одно дело, что он немного больше, чем они считали необходимым, общался со своим наставником, а совсем другое, когда Гарри ехал на каникулы к незнакомому парню, хотя Малфой считал лето своего друга собственной территорией. Ревность Абраксиса была понятна и привычна, хотя по-прежнему слишком неприятна и навязчива, странно вообще, что он один пришел. Хотя раз Эпстейн дуется, то, наверное, просто не хочет лишний раз с мальчишками разговаривать.
- Поосторожнее со словами, Малфой, - тихо предупредил Гарри, заставив друга вздрогнуть. У Абраксиса виновато заметался взгляд. Малфой был умным парнем и ужасным болтуном, однако наглости противостоять лидеру собственной компании и умения крутить интриги, зачатками которого обладала Сара, ему не хватало. Гарри усмехнулся, подумав, что не стоило Абри ввязываться в этот разговор в одиночку.
- Либериус не претендует на место моего лучшего друга, но может оказаться полезным знакомством.
- Понял, - неохотно подтвердил собеседник.
- Пойдем лучше ужинать. Где все? - сказал Поттер, поднимаясь со своего места.
- Заняты, - тяжело вздохнул Малфой. - Как будто сегодня не первый день занятий! Ведь не дополнительных курсов, ни домашнего задания еще нет! Хотя мне кажется, что Эпстейн просто прячется от нас.
- А вот с этого места поподробнее, - заинтересовался Гарри. Они покинули библиотеку, приветливо кивнув ее хозяйке.
- Я тут пораскинул мозгами над ее поведением, - пробормотал Малфой. - Да еще и разговор этот наш к слову пришелся. Ей ведь уже тринадцать, может, ее родители нашли ей жениха?
- Жениха? - удивленно протянул Поттер. Ему лезли в голову всякие отвратности вроде смерти близких, заключения кого-нибудь в Азкабан и прочих реалий его собственной жизни. Он как-то позабыл, что у обычных подростков другие проблемы.
- Ага, - кивнул Малфой. - Знаешь, какого-нибудь старого жирного хрыча, от одного взгляда на которого начинает тошнить. Вот она и горюет. Тем более что все знают, она как минимум год ждала, что ты падешь перед ней на колено с кольцом в руках.
Гарри фыркнул и мотнул головой. Глупо было отрицать то, что и правда знали буквально все. Ну, может, Абраксис и преувеличил немного.
- У Сары огромное приданое, - продолжил между тем Абраксис. - Кто-то должен был позариться, а если это не ты, то кто-то другой. Кстати, я действительно считаю, что если бы твои родители попросили ее руки для тебя, то она уломала бы своих согласиться. Ты, в конце концов, не так уж плох. Твои успехи немного смягчают испорченную родословную. Да и ее не идеальная.
- Я не нуждаюсь в ее деньгах, - хмуро заверил друга Гарри. В его сейфе было вполне достаточно денег для того, чтобы он не задумывался о браке как средстве обогащения. Впрочем, все равно пока что было некому оббивать пороги домов в поисках богатой невесты для Гарри Поттера.
- Ну да, у тебя родственники дарят «Молнию» и ключ от своего собственного сейфа, - расстроено пробормотал Абраксис.
- Это проблема? - уточнил Гарри.
- Нет, прости, - вздохнул друг. - Сам знаешь, Малфои богатая семья, да вот только нам от этого ни тепло, ни холодно. Маму лишили наследства, когда она сбежала из дома. Родители работают, поэтому мы не бедствуем, но и не шикуем, сам видел.
- Мне нравится у вас, - пожал плечами Гарри. - Уютно.
- Да, но если бы ты видел особняк Малфоев в Англии, - протянул Абраксис. Гарри на секунду задумался. Он не видел резиденции предков Абраксиса. Самым внушительным домом, который Гарри видел до сих пор, был особняк Кениннгов. Если жилище Малфоев было больше, то это определенно производило нешуточное впечатление. - Драко не нужно думать, кем он станет в будущем, да и слишком стараться в учебе тоже. Кому какое дело, сколько отличных оценок в табеле будущего главы семьи Малфой? А мне нельзя полагаться на родителей, я сам должен пробиться в этом мире. Горько как-то.
- Не ожидал услышать от тебя чего-то столь серьезного, - покачал головой Поттер. Он сам не задумывался над такими вопросами. Его будущее было обрисовано миллионом зыбких «если». Он зависел от собственного умения лгать, от Волдеморта и его планов, от молчания Снейпа и Каркарова, от политической обстановки и тысячи еще более непонятных и страшных вещей. - Может, тебе стоило поменьше ссориться с Сарой, тогда мог бы позариться на ее приданое. К слову, откуда «огромное»? Она полукровка и дома ее не слишком любят, разве нет?
- Одно другому не мешает, - пожал плечами Абраксис. - Не станут же они позориться, дав ей маленькое приданое, когда все знают, что у них подземелья от золота ломятся.
- Я не знал, - пожал плечами Гарри.
- Эванс, она Сара Эпстейн - не наводит ни на какие размышления? Да ты ее нос видел?
- Наводит, - удивленно вскинул брови Гарри. - Малфой, ты антисемит?
Он нарочито внимательно осмотрел светлые волосы и серые глаза своего друга. Абраксис сокрушенно покачал головой.
- Только ты мог подумать такое! - укоризненно заявил он. - У волшебников нет такого понятия. Зато все знают, что Эпстейн - семья банкиров, да в магическом мире они единственные конкуренты Гринготтсу! Без них гоблины стали бы монополистами.
В коридоре недалеко от дверей столовой к ним присоединились Мариус и Ромильда. Блек пристроился к Гарри справа, подстраиваясь под неторопливый шаг. Лестрандж смиренно пошла на пару шагов позади.
- О чем беседуете? - осведомился Мариус так, словно они с первого курса были едва ли лучшими приятелями. Он был напряжен, однако нарочито легко держал себя под подозрительным взглядом Малфоя. Компания старосты мальчиков, разумеется, сильно не нравилась друзьям Гарри. Все в Дурмстранге понимали мотивы и причины новой политики отношений между Эвансом и Блеком, никого союзом было не удивить. Однако всем было непривычно видеть вновь активного, наглого и довольного жизнью Блека, учитывая, какой бледной немочью он ползал по школе последние несколько месяцев перед каникулами. Всего лишь толика унижения и одна беседа с Гарри, и Мариус вновь оказался на коне. Он снова был старостой, к мнению которого прислушиваются, потому что на этот раз за его спиной стоял Эванс. Для младшекурсников Дурсмтранга это многое значило. Конечно, над своим статусом Мариус еще собирался хорошенько поработать.
- О Саре, - спокойно ответил Гарри. Он задумчиво глянул на своих новых «друзей». - Лестрейндж, вот ты девчонка, подскажи нам, могла ли Сара так расстроиться, потому что ее родители заключили для нее помолвку с кем-то, не очень ей подходящим?
- Старым, толстым и уродливым, - подсказал доброжелательный Малфой. Он не очень-то доверял мнению Ромильды или Блека, однако то, что Эпстейн была сама не своя, бросалось в глаза всем, а Лусия отказывалась стать посредником в переговорах. Лестрейндж бросила робкий взгляд на Мариуса и, ободренная его улыбкой, ответила:
- Н-нет, я не думаю так. Эпстейн, она не такая. Она не стала бы плакать из-за этого!
Мальчики уставились на нее с интересом, и это еще больше смутило девочку.
- Ну что такого, если ее обручили с кем-то? Понимаете, это ведь всего лишь помолвка, а не свадьба, - зачастила она. - Мало ли что успеет произойти. Жених умрет или планы поменяются. А в крайнем случае, она может просто отказаться выходить замуж, когда станет совершеннолетней. У нас ведь не средневековье. Вон у Малфоя мать так и сделала, да? Сара не стала бы плакать из-за такой ерунды!
- Верно, это не повод дуться на всех и рыдать ночами в подушку, - согласился Мариус. - Моей невесте вообще девять лет. Она играет в куклы и постоянно сюсюкает.
- Тогда что могло случиться? - раздраженно пробормотал Гарри. Блек и Лестрандж пожали плечами.

Первый урок по Темным искусствам в новом учебном году состоялся у третьекурсников через три дня. От рассуждений в библиотеке до этого события Гарри отделяли мучительные испытания. Абраксис пытался выяснить, какие предметы Гарри собирается брать для изучения в новом году, и все бы хорошо, если бы Гарри случайно не узнал, что Малфой собирается написать эту ценную информацию в школьной газете. Это, разумеется, не было никаким секретом, но Поттеру стало неприятно. Он не читал школьную газету, потому что, однажды взглянув, убедился, что это листок сплетен и объявлений, однако у него закралось подозрение, что Малфой делает в ней карьеру, как его личный биограф.
Помимо лучшего друга, хотя Поттер по-прежнему не был уверен, что Абраксис достоин этого гордого звания (их связывал долг жизни, соседство по спальне, невнятная школьная выгода и то, что никого ближе, пожалуй, у Гарри не было, однако друг? Действительно?), Гарри осаждали игроки всех школьных команд по квиддичу. Ребята хотели знать, не разрешили ли в этом году Счастливчику участвовать в школьном чемпионате.
- Конечно, нет.
А еще за ним таскалась подвижная малышня, смотревшая на него восторженными глазами. Особо нахальная троица и вовсе упросила его нагреть им спальню. Гарри согласился, для него такие чары уже давно, гораздо раньше, чем у прочих однокурсников, стали ерундовым действием. Мальчишки, согретые высочайшим вниманием и благотворительностью, имели наглость уже на следующий день усесться за стол Гарри, напоровшись на яростное шипение Эпстейн. Парочка второкурсников, так же «удостоенная чести» сидеть рядом со знаменитым Счастливчиком, оказалась еще более недовольна самоуправством молодежи. Но Гарри понравились яркие наглые глаза мелкого Антуана Мейера, и первокурсники остались за столом третьекурсников, что, естественно, существенно возвысило их в глазах ровесников. Сара же решила, что им нужен стол поменьше и только для избранных. Ребята ежились под ее грозным взглядом и угрозой чистки рядов.
Как бы там ни было, а урок был обычным. Профессор Натхайр не принес в процесс преподавания ничего новаторского или архисложного и опасного, как подсознательно ожидали все от нового профессора. Его цепкий взгляд исследовал лица учеников, пока над аудиторией плавно разливалась лекция. Это было определенно лучше, чем хриплый голос Эминеску, но Поттеру все равно больше нравилась резковатая манера преподавания старушки Вилли и Павлова. Единственное, что сбивало Гарри с толку - это ощущение, будто он где-то видел нового профессора, слышал прежде вкрадчивый голос. Однако нужные воспоминания ловко уворачивались от него.
На уроке Гарри сидел рядом с Абраксисом, и его поведение сбивало с толку, не давало сосредоточиться как следует не то что на лекции, но даже на собственной памяти. Малфой много ерзал, стремился пошептаться и покидать записочки. Гарри отвлекался и нервничал. Два года он отлично сидел в паре с Сарой, однако мучимая неведомыми проблемами девочка отказалась сидеть рядом с ним теперь. Она решила оставить его неожиданно. Просто на первом же уроке в начале учебы села за другую парту. Малфой и Блетчли не сориентировались вовремя, и в тот день все уроки Гарри провел в компании быстро увидевшего выгоду Мариуса. Больше его компания такого конфуза себе не позволяла. Но себе-то Гарри мог признаться, что сидеть рядом со спокойным и сосредоточенным на занятиях Мариусом было гораздо приятнее, чем с ополоумевшим Малфоем. С Крисом сидела Сара. Составить пару Абраксису она, конечно, не могла.
Гарри всерьез опасался, что выставил себя в невыгодном свете перед новым профессором. И это еще больше усугублялось тем, что оценки за предыдущие года по предмету у него были самые худшие в классе. К счастью, он хоть и с трудом, но смог выполнить практическое задание, не опозорившись окончательно. Но после звонка, когда все ученики торопились на обед, он все же не мог сдержать разочарованного стона, когда вкрадчивый голос профессора произнес:
- Мистер Эванс, пожалуйста, задержитесь немного.
Под сочувствующими и любопытными взглядами однокурсников Гарри побросал вещи в сумку и стал терпеливо ждать у своей парты, пока последний ученик покинет помещение. Ребята ушли быстро, быстрее обычного, потому что он ждал.
Профессор улыбнулся ему располагающей улыбкой, но Гарри она почему-то только напугала.
- Не мог не заметить, мистер Эванс, что ваши успехи в моем предмете довольно малы, - сказал тот, поняв, что Гарри не пленяет его обворожительная улыбка.
- Да, сэр.
- Но у вас хорошее знание теории и старания вам не занимать. В чем проблема? - он отошел от доски и подошел к ученику почти вплотную. Их разделяли всего несколько шагов. Гарри пришлось задрать голову, чтобы смотреть ему в лицо. Он невольно подавил в себе порыв отстраниться. Где же он видел этого человека?
- Я не знаю, сэр, - взволнованно отозвался Поттер.
- Я могу предложить позаниматься дополнительно, - сказал Натхайр. Гарри удивленно вскинулся. Профессора в Дурмстранге много занимались со студентами помимо занятий. Им действительно хорошо платили за то, чтобы маленькие представители знатнейших и богатейших родов Европы выходили из древних стен подкованными во всем, начиная с волшебных пассов и заканчивая составлением бизнес-планов. Людей, не способных натаскать малышню, в этих стенах не держали. Но еще никто из профессоров не предлагал Гарри позаниматься дополнительно. Главным образом потому, что он достаточно хорошо успевал по всем предметам, чтобы не волновать преподавателей. Ну, а профессора Эминеску его успеваемость не трогала. Если же Гарри испытывал интерес к чему-либо и хотел узнать по предмету больше, то сам записывался на факультативы. Но дополнительные занятия по Темным искусствам ему действительно были очень нужны. Гарри необходимо было разобраться со своей проблемой.
- С удовольствием, сэр, - живо откликнулся мальчик.
- Очень хорошо, - довольно протянул профессор. - Тогда я жду вас сегодня, после ужина.
Он не услышал положительного ответа сразу и насторожился.
- Простите, сэр, но у меня на сегодня назначена встреча с профессором Кеплером, - неловко сообщил Гарри. И быстро пояснил, опасаясь, что профессор мог еще не познакомиться со всеми своими коллегами. - Он преподает предсказания.
- Вы записаны на курс предсказаний? - удивился Натхайр. Он ничем не выдал, что раздражен сообщением и отменой встречи. Брезгливое недоумение скорее относилось к желанию изучать многими здравомыслящими людьми презираемый предмет. Гарри и самому не нравились предсказания. Судя по прочитанным им книгам, доверять гаданиям было нельзя. Однако Волдеморт двенадцать лет назад поверил какому-то предсказателю, если верить Снейпу.
- Собираюсь записаться, сэр.
- Хорошо, тогда завтра вечером, - быстро перенес встречу профессор.
Гарри снова замялся. Он чувствовал себя отвратительно, однако он действительно был занят. Из-за этого, похоже, мог сорваться не только его шанс решить проблему со своей успеваемостью. Он мог и поссориться с профессором, а это стало бы гвоздем в его гроб.
- Мистер Эванс, - вкрадчиво протянул Натхайр. - Мне начинает казаться, что ваш энтузиазм был разыгран. Вы не хотите этих занятий?
- Простите, сэр, - едва ли не простонал в отчаянии Гарри. - Мне действительно это нужно, если бы я знал, что вы предложите...
- О, не продолжайте, Эванс, - махнул рукой Натхайр. - Я еще помню, что значит быть популярным мальчиком в школе. Хорошо, какой день у вас свободен?
- Вы позволяете мне выбрать день? - предложение преподавателя становилось все более подозрительным. Не то чтобы он не нравился Поттеру, но вызывал определенную настороженность. Из их разговора складывалось впечатление, что именно Натхайр больше заинтересован в дополнительных занятиях.
- Суббота, сэр? - неловко предложил Гарри, напрягаясь от собственной наглости.
- Суббота, после обеда, отлично, - резко завершил переговоры раздосадованный профессор.
- Я буду, - кивнул Гарри. Он поспешил попрощаться и сбежал из кабинета раньше, чем преподаватель успел сказать что-то еще.

- Ну, что там? - вцепились в него друзья, ожидавшие за дверью.
- У меня в субботу дополнительные занятия, - выдохнул Гарри.
- Ну, сочувствую, - хлопнул его по плечу Малфой. - Твои первые дополнительные занятия.
- Мне они нужны, - пожал плечами Поттер.
- Чтобы стать лучшим учеником на потоке? - фыркнул Абри.
- Расслабься, он и так лучший, - усмехнулась Лусия. Друзья поддержали ее слова смехом и улюлюканьем. Всей компанией они отправились на обед, обмениваясь первыми впечатлениями о новом преподавателе.
Одной из причин, по которой встречу пришлось перенести аж на субботу, было нестерпимое желание потренироваться с Виктором. Наставнику хотелось увидеть «Молнию» Гарри в деле, а с начала учебного года им так и не подфартило устроить друг другу настоящий марафон на метлах. Виктор прятался от своих новоявленных поклонников и высиживал часы на дополнительных занятиях. Большинство преподавателей были уверены, что готовиться к итоговым экзаменам стоило начать с первой же недели на шестом курсе. Энтузиазмом взрослых оказался ошарашен даже Поляков, которому еще и приходилось выполнять какие-то обязанности в школьном совете. Он ходил в мантии, испачканной чем-то желтым и противным пару дней, пока Поттер не убедил его переодеться. Гарри сочувствовал парням, но сам упорно пылился в библиотеке. С Виктором Гарри встречался по вечерам, они обменивались вялыми пожеланиями спокойной ночи и расползались по комнатам.
Поэтому свободный вечер пятницы никак нельзя было потратить на душный класс с подозрительным преподавателем Темных искусств. Хотелось сесть на метлу и парить над школой, выкинув из головы все проблемы, пытаться перехватить у Крама снитч, подрезать его на полной скорости, зная, что друг не свалится, выписывать друг перед другом восьмерки. Гарри любил воздух, свободу, полеты. Здесь он был самим собой, без лжи и недоговорок, нормальным мальчишкой без проблем. Можно было совершенно расслабиться и не следить за словами. Это чувство дарил ему только Виктор.
Потом они медленно возвращались со стадиона в школу. Довольно значительное расстояние никто не запрещал преодолевать на метле, но они предпочитали ходить пешком. Так было проще обсуждать какую-нибудь интересную тему, пока школьные проблемы не навалились на обоих снова.
- Так и не выяснил, что произошло с Эпстейн? - поинтересовался Виктор в этот раз.
- Черт, нет, - фыркнул Гарри. - Я, честно говоря, особо и не лез. Захочет - сама расскажет. У меня и своих проблем навалом.
- Ну, а если предположение с помолвкой верное? - предположил Крам. - Тебя это не расстраивает?
- Мне жаль Сару, - пожал плечами Гарри. - Я помогу ей чем смогу, если она попросит, хотя в реальности не представляю, что мог бы сделать... Однако Лестрандж говорила дельные вещи на днях. Сара не из тех, кто будет просто упиваться жалостью к себе из-за того, что родители решили выдать ее замуж за какого-то противного типа. Она скорей из тех, кто подсыплет суженому яду в чашку.
Виктор закашлялся, скрывая смех.
- Я имел в виду...- наставник слегка покраснел, прежде чем договорить, - она нравится тебе, ты не ревнуешь ее?
- Сару? - удивленно распахнул глаза Гарри. Он был уверен, что его щеки мгновенно приняли не менее насыщенный оттенок, чем у собеседника. - Ты же знаешь, мы просто дружим. Если бы я хотел с ней встречаться, то давно бы... не знаю, поцеловал ее. Нам обязательно говорить на такие темы?
- Нет, - буркнул Виктор, отворачиваясь. Они прошли несколько метров в тишине, прежде чем Гарри капитулировал перед своим любопытством.
- Ну, а ты... тебе нравится кто-нибудь? - неловко поинтересовался он почти шепотом. Часть его надеялась, что Виктор не услышит вопрос. Они отлично ладили, и Гарри считал, что их давно можно назвать друзьями, но ни разу еще им не приходилось заводить разговор на такие интимные темы. Впрочем, Гарри еще ни с кем вообще не говорил о девчонках, разве что с Малфоем пару раз, да и то почти в шутку.
- Я встречался с Ингрид Гилле в прошлом году, - смущенно сообщил Виктор.
- Ага, помню, - фыркнул Гарри. Они встречались три месяца и были самой странной парой в школе. Поттер не уделял им особого внимания, просто потому что не считал, будто они действительно влюблены. Малфой уверял, что за все три месяца они даже ни разу не поцеловались. - Я про другое хотел спросить, - он снова замялся. - Знаешь, слухи...
- А-а, - расстроено протянул Крам. - Про Антона, да?
Гарри кивнул, упорно рассматривая носы собственных ботинок. Ему действительно было интересно. Старшеклассники частенько намекали на что-то, но сворачивали тему, стоило лишь проявить настоящий интерес. Чем выведывать у посторонних, лучше было обратиться к первоисточнику и узнать всю правду, пусть теперь и хотелось провалиться под землю под взглядом Крама, который Гарри трудно было истолковать. Конечно, он ничего не расскажет.
- Когда мы только приехали в Дурмстранг, - начал вдруг наставник, - нас с Антоном поселили в одну комнату. Так уж получилось с количеством студентов, что кому-то нужно было жить только вдвоем. Антон еще по пути в школу успел упасть и испачкать мантию, потом кошмарно себя вел во время ужина, так что в итоге никто не захотел спать с ним в одной комнате. Ну, а я был тихим, неразговорчивым и угрюмым. Слишком скромным, чтобы ссориться с кем-то из-за спального места.
- Держу пари, ваши одноклассники теперь локти кусают, - насмешливо заметил Гарри.
- Да, - улыбнулся Виктор в ответ. - Но тогда мы стали этакими изгоями и быстро подружились. Мы так и жили вдвоем, пока в прошлом году школьный совет не настоял на том, что я должен научить тебя летать. Как будто тебя надо было учить!
- Им просто нужно было надавить на Каркарова, чтобы мне хотя бы можно было летать, - усмехнулся Поттер.
Виктор задумчиво кивнул.
- Конечно, изгоями мы были недолго, - продолжил он. - Я классно играл в квиддич, а Антон... Не знаю, как тебе описать, его трудно вытерпеть долго из-за пары мерзких привычек и удушающей болтливости, но он быстро оброс знакомствами. Отчасти еще и потому, что существовали в школе люди, которым выгодно было стравливать Александра и его младшего кузена. Ты еще помнишь Александра?
- Бывший главный староста, да, помню, - подтвердил Гарри. Он бы никогда не забыл первого человека, который предположил, что он в родстве с Темным Лордом и фактически подтолкнул его к тому, чтобы выиграть войну против Мариуса.
- В общем, приятелей было много, но друг за друга мы держались крепко. А еще мы ни с кем не встречались, хотя разговоров о девчонках было очень много, особенно на четвертом курсе, - Виктор прикусил губу. - Сам скоро поймешь, что бушующие гормоны это просто ужас.
Они покраснели разом, опасливо переглянулись и отвернулись друг от друга, снова затихнув.
- Ладно, - наконец пробормотал Виктор. - Все нормально. Нужно закончить этот разговор. Мы же оба парни и ничего в этом страшного нет.
Гарри был не согласен. Может быть, в шестнадцать нет ничего страшного в том, чтобы говорить о подружках и... гормонах. Совсем другое в тринадцать!
- Короче, мы решили поэкспериментировать друг с другом, - скороговоркой договорил Крам. - Никакой любовью там и не пахло, просто хотелось попробовать, понимаешь?
Гарри едва пересилил себя, чтобы не замотать отчаянно головой и не зажать уши. На секунду он представил себе, что ему захотелось бы «попробовать» с Малфоем. Поттер с отвращением скривился. Последнее, чего он желал в этой жизни, это заткнуть болтливый рот Абраксиса поцелуем. Это было мерзко.
- Мы слегка увлеклись и некоторые подумали, что мы встречаемся, поэтому в конце концов я решил, что так больше продолжаться не может. Мы все обсудили и больше не занимались ничем подобным, - скомкал концовку истории Виктор. - Ни я, ни Антон с тех пор ни с кем не заводили особо серьезных отношений. Вот почему до сих пор бродят слухи.
- Не уверен, что хотел это знать, - сморщил нос Гарри и виновато улыбнулся.
- Лучше так, чем если бы ты стал думать, будто я страдаю от неразделенной любви к собственному лучшему другу, - фыркнул Виктор.
- Ну а ты уверен, что не любил его? - поинтересовался Гарри. - Ведь вам было хорошо вместе. До сих пор хорошо, так?
- Это называется дружба, - усмехнулся Крам. - Настоящая, а не как у тебя с твоими прихвостнями.
Гарри немного обиделся. Они не раз говорили о его друзьях. Виктору они не нравились почти так же, как и он им. Поттер не питал иллюзий относительно мотивов Сары, Абри и даже Криса. Но они все еще были первыми людьми, которые обнимали его, дарили подарки, вовремя вспоминали о дне рождения и заставляли чувствовать себя полноценным человеком, поэтому он немного резко поинтересовался:
- Как ты можешь отличить любовь от дружбы, ты же никогда не влюблялся?
- Да, - пробормотал Виктор. - Скажи мне, что я дурак, но я верю, что существует что-то большее, чем я когда-либо испытывал. Хочу однажды дождаться этого.