Убийственная правда или погружение в любовь 13.1
~ «Да кто его знает», — подумал Поттер, когда его ладонь сама по себе, легла на щеку мужчины и он прикоснулся своими губами к его. Гарри радуется, когда Мар, отвечает на его поцелуй. Он не знает зачем и почему он делает, но… разве, чтобы целовать такого прекрасного, человека как Мар нужны причины? Вот и Гарри думает, что нет. Поэтому и целует не задумываясь, ни о мотивах, ни о последствиях. Главное, что хорошо. Ему… хорошо. Боль, которая окутывала его с ног до головы, медленно начала отступать из-за близости с Маром. Словно по мановению палочки, Гарри стал теряться в ощущениях. Тонкие кисти, уже давно покоились на широких плечах, а Гарри… он просто плавился. Плавился под умелыми руками, которые только одним поглаживанием по спине, заставляли Гарри содрогаться. Плавился, словно мороженое под солнцем, хотя… почему словно? Гарри медленно приоткрыл веки, когда лишь на мгновение отстранился, чтобы вдохнуть воздуха, и тут же прильнуть вновь. Ему хватило несколько секунд, чтобы уловить заботливый и нежный взгляд Гонта. Гарри понял, что это далеко не «словно», ведь он плавился под солнышком. Его персональным солнышком по имени Марволо. Гонт не позволял себе ничего лишнего. Только аккуратно целовал Гарри и изредка, гладил тонкую спину Поттера. Он ощущал, как при каждом его прикосновении, Гарри слегка дергался. Мар был взволнован, он не понимал почему Гарри потряхивает. Нет, понятное дело, у него что-то случилось, это было видно, ещё сразу, как только он ступил на порог кабинета. Но изначально, он ведь успокоился в руках Гонта. Что произошло тогда сейчас? Ему были неприятны прикосновения? Или что? В очередной раз, когда Мар немного сдвинул руку на пояснице Гарри и тот вновь вздрогнул, мужчина не выдержал, и отстранился, задавая вопрос: — Тебе неприятно? — без упреков, спокойно поинтересовался мужчина, а потом немного расслабился, когда услышал встречный вопрос. Один только взгляд Гарри, давал понять, что ему не неприятно. — О чем ты? — поинтересовался Поттер, пытаясь прийти в себя от крышесносных поцелуев. Он даже приблизительно не мог понять, о чём идёт речь? О каком «неприятно» говорит Мар? Как может вообще быть в этой ситуации, что-то неприятно, если Гарри уже, только от одних поцелуев, чувствует приятно-тягучую тяжесть в паху? — Ты дрожишь, когда я пытаюсь погладить тебя, — уже с лёгкой улыбкой отвечает Гонт, по лицу Гарри понятно, что тот если и испытывает какой-то дискомфорт, то только в виде смущения. — А, ты про это, — тянет Гарри, а потом на мгновение отворачивается, чтобы тут же повернутся назад к Мару и с смущением пояснить: — Мне непривычно, а ещё… приятно. Когда ты касаешься спины, словно легкий разряд тока по всему телу проходит. — А раньше? Тогда, я тебя касался до этого, Том тоже, вроде как, гладил тебя по спине, ты чувствовал тогда то же? — Мар стараясь как можно нежнее, провел ладонью по спине Гарри. Тот легко дернулся в его руках и буквально на мгновение прикрыл глаза от удовольствия. Гонт остался довольным увиденным, поэтому продолжил аккуратно поглаживать мальчика. Гарри должен привыкнуть к прикосновениям. — Наверное, — Гарри неопределенно пожимает плечами, не задумываясь над своими действиями, коротко очерчивает пальцем, воротник футболки и пытается унять дрожь из-за приятных касаний. Видя непонимающий взгляд, он продолжает: — Сложно говорить. Алекситимия… тогда я пытался принять себя и то, что я что-то умею чувствовать, поэтому, наверное, когда была та ситуация с тобой, я все ещё думал о духовном, а не физическом. Концентрировал свое внимание на том, что чувствует мое сердце и душа, а не тело. — С Томом ситуация произошла сегодняшним утром, неужели ты все еще только пытаешься принять себя? — спрашивает Марволо, хотя какой ответ он услышит, уже догадываться. — Все что происходило в моей жизни в последнее время заставляло меня думать, думать и ещё раз думать. Все происходящее не давало возможность мне ощущать. Даже прикосновения, — Гарри вздыхает и говорит самые важные слова для себя, за все семнадцать лет своей жизни. — Сегодня я узнал правду, она бы могла меня разрушить, но я выстоял… выстоял, зная, что у меня всегда есть люди, которые поддержат меня, помогая держаться на плаву. Буквально тридцать минут назад у Гарри Поттера началась новая жизнь. Не стража, а счастливого человека. Гарри вновь тянется за новой порцией поцелуев, в которой решается утонуть с головой. Они ведь действительно, стали частью его жизни. Именно их появление ознаменовало самый тяжёлый период в жизни Гарри. Мальчик надеялся на то, что его признание самому себе в том, что он любит Гонтов, ознаменует новый этап его жизни. Счастливой. Такой, о которой, он раньше и помыслить не мог. Потому что наверное, боялся. Всегда, с самого детства, ему казалось, что счастье — это самое хрупкое чувство в мире. Как оказалось, что самым хрупким чувством в мире оказался страх. Ведь его так легко разрушить. Поттер боялся стать таким как все, боялся влюбиться, быть любимым, быть простым и счастливым, а в итоге что? Он влюбился. Поттер, кажется, любим. Теперь Гарри знает кем является, поэтому он может себе позволить быть самим собой, не таким как прежде. И, возможно, он счастлив? Счастлив из-за того, что в момент, когда он узнал правду, с ним оказались Гонты. Он непременно расскажет Гонтам, обо всем сразу, как только узнает, что значит «любить». Гарри хочет понять значение этого слова, во всех его смыслах, но не знает, как подойти… к «тому самому». Как намекнуть Мару, что он готов? Что хочет попробовать «то самое»? «Не говорить же ему прямо в лоб, хочу заняться сексом», — думает Гарри, в те моменты, когда его мысли уже, от одних только поцелуев, расплылась в мокрую лужицу. Они просто целуются, и Мар не пытается никак перевести их взаимодействие в горизонтальное положение, что, к слову, довольно-таки расстраивает Гарри. Парень порядком уже возбужден, и Гарри мог со стопроцентной уверенностью утверждать, что на его штанах, уже виднеется заметный бугорок. Только вот Марволо это кажется не волнует. Что очень сильно не устраивает Поттера. Ничего в голову возбужденного парня, кроме как поезрать на коленях Мара, проезжаясь задницей по паху того, не пришло. Но, кажется, действия Гарри, принесли неожиданный поворот событий. Гонт тихо рыкнул в поцелуе, слегка прикусив губу младшего и тут же отстранился. — Не ерзай, — тихо выдохнул прямо в губы Гарри, Мар. Он не железный и ему далеко не пятьдесят лет. Он взрослый, нормальный мужчина, ну, насколько это применимо к гомосексуальному человеку, так что вполне нормально, что человек которого он любит, возбуждает его. Даже поцелуями. Сумасшествие. Реальное сумасшествие. Мар бы не хотел проверять свою выдержку с человеком, которого он действительно любит. — Ты меня так сильнее возбуждаешь. — А если, — Гарри мнется и не отрывает взгляда от синих глаз. Он краснеет ещё немного сильнее, но спустя пару мгновений, находит силы, чтобы продолжить: — А если я хочу тебя возбуждать? — Что? — Мар опешил и уставился на мальчика, тот тут же пожал плечами и задал тот же вопрос. — Что? — Поттер чувствовал, что его лицо пылает. Он впервые говорит, такие… вещи. Ему немного стыдно, он ведь чуть ли не прямым текстом просит Мара заняться с ним сексом. Но… если он хочет? — Гарри, с тобой точно все хорошо? Я не хочу, чтобы ты поступал необдуманно, — Гонт пытается понять, что натолкнуло Гарри на такие мысли. Что случилось? Да, он с радостью завладеет всем Гарри, но имел ли он право? Он хотел, чтобы мальчик, сделал свой выбор осознанно, а не на эмоциях. — Со мной все хорошо, — заверяет Гарри и подаётся вперёд, чтобы вновь ощутить губы Мара на своих, но тот уклоняется и выжидающе смотрит на мальчика. И плевать, что у обоих в штанах, член неприятно ноет требуя внимания. Поттер хмурится и решает уточнить: — Разве такие решения не должны быть на эмоциях и искреннем желании? — Секс — это не главное в отношениях, — Марволо пытается донести мысль до Гарри, и дать ему понять, что он готов подождать… хотя, честно говоря, не очень хочется. Но чувства и желания Поттера, для него превыше всего. Даже превыше собственных чувств. — Да, но ведь он, неотъемлемая часть отношений, — пытается внести свою лепту Гарри. Хотя понимает, что в этом плане, он точно не опытнее Мара. Да и вообще, о каком опыте может идти речь, если даже его первый поцелуй, принадлежат Марволо? — Сексом люди и без любви занимаются, — добавляет Мар. Он знает, что эти его слова, на сто процентов правда. Он, да и его братья, ни разу не занимались сексом с людьми, которых действительно любили. Для Гонтов, было достаточно лишь мимолётного взгляда, чтобы определить, хотят ли они, провести ночь с тем или иным человеком. Весь их сексуальный опыт, был построен лишь на мимолётной симпатии, которая заканчивалась сексом. Встретились взглядом, понравились, потрахались, развернулись и ушли. И так из раза в раз. Мар со временем потерял интерес к кратковременным связям, впрочем, как и Мракс. Они лишь иногда себе находили мальчика или девочку на ночь, отдыхали с ней или ним, и все. Том же… ну он до встречи с Гарри, уже успел с кем-то сексом и не единожды заняться в Лондоне. В этом не было сомнения. Том был любвеобильным в сексе. Для него не существовало практически никаких табу, в плане секса, разве что грубость по отношению к партнеру. — Хорошо, — согласился Гарри, тут же растягивая пухлые губы в улыбке. — Как насчёт того, что бы заняться не сексом, а… любовью? Гарри стыдно… а Мар… он не может противостоять мило краснеющему парню, сидящему у него на коленях, с заметной эрекцией. Слишком… и он, повторится, не железный. — Ладно, — Мар сдается и притягивает Гарри, поближе к себе. Руки медленно ползут вниз и пальцы цепляют край толстовки. — Но нужно о кое-чем договориться. Гарри медленно кивает и не отрывает взгляда от глаз напротив, но когда теплые ладони касаются оголенной кожи он вздрагивает и буквально подскакивает на коленях Гонта, что вызывает у старшего улыбку. — Мы в любой момент можем остановиться. Как только ты поймешь, что тебя что-то волнует, тебе дискомфортно, неприятно или больно, ты всегда можешь остановить меня. А вообще, это касается нас всех, — Марволо тяжело вздыхает, когда видит потерянный взгляд мальчика. Он притягивает его ближе за края толстовки, их члены, через слои ткани трутся друг о друга, но Гарри все равно не может сдержать приглушенного стона. Мар все так же снисходительно улыбается. — Не смотри на меня так. Ты ведь и сам, солнышко, понимаешь, что рано или поздно, у тебя будет секс с Томом и Мраксом. Так вот. Всегда когда тебе некомфортно, мы остановимся. Чтобы легче было просто запомни три цвета. Красный — мне неприятно, больно, хочу прекратить. Жёлтый — будь осторожнее, поумерь пыл. Зелёный — можешь двигаться, я в порядке, сильнее. Хорошо? Интересуется Марволо, а сам тянется к волосам Гарри. — Да, — Гарри смущён настолько, что цвет его лица, помидор напоминает. Ему немного непривычно говорить о таких вещах, и ему кажется, что он никогда не сможет говорить так спокойно о сексе, как Марволо. — Все хорошо. Ты и твои чувства всегда на первом месте, — уверяет его Марволо, когда впервые за сегодняшний день, сам его целует. Так нежно и трепетно, что Гарри кажется, что его сердце кто-то сжимает до боли. Так приятно быть важным для кого-то. Гарри дрожит, когда теплые ладони Марволо, исследуют его тело под толстовской. Ему приятно и волнительно. А ещё… ему неловко от того, насколько он худой. Когда Марволо обхватив его за талию ладонями, большими пальцами прошёлся по нижним ребрам, Гарри вздрогнул, а в голову пришла глупая мысль о том, что стоит предупредить Марволо, чтобы он был аккуратным, а то порезаться может. Но Марволо, кажется, его худоба не слишком волновала. Гонт увлеченно исследовал тело Гарри ладонями, пока его язык, аккуратно скользил во рту Гарри. Поттер потерялся в ощущениях нежных касаний, поэтому и дернулся как током пришибленный, когда пальцы Мара, неожиданно скользнули на соски и начали поглаживать их. Гарри не мог больше целовать мужчину, по телу проходили сильные волны неизведанного до этого ощущения. Он запрокинул голову назад и вновь задохнулся. Когда к ощущению пальцев на сосках, присоединился горячий рот Марволо на его шее. Гонт не терял возможности, поэтому как только его взору открылся новый объект для исследования, он принялся за него. С одной стороны, пару небольших засосов на шее Гарри, безумно подойдут ему, а с другой, у них ещё очень много времени. Он не спешил. Просто дарил любовь и нежность, что он испытывал к Гарри. Теперь он мог показать её ему во всех проявлениях. Гарри едва ли не застонал от разочарования, когда руки с его груди, исчезли. Но Марволо молниеносно уловил изменения, мило улыбнулся, погладив бока мальчика, взялся за низ толстовки. — Все будет, только нужно снять это, ты не против? — Мар легко дернул мальчика за край толстовки и тот согласно кивнул. Когда верхняя часть одежды соскользнула с тела Поттера, он прикусил губу. Ему не нравилось свое тело, но понравится ли он Марволо? Тот словно мысли читая, сказал невзначай: — Ты прекрасный, но… — он сделал паузу, хитро улыбнулся и подхватив ничего не ожидающего мальчика под попку, вставая с кресла и неся его в свою комнату. — Но, когда я тебя откормлю, то из дому выпускать не буду. Такое золото украсть могут. — Кто ещё кого, — тихо хихикнул Гарри и сам опешил от своего глупого поведения. «Любовь или может мозги перестали функционировать из-за жуткого стояка?» — подумалось Поттеру, на что он в реальности лишь фыркнул и посильнее прижался к Мару. Было волнительно, но так… желанно? Когда двери комнаты Марволо открылись и Гарри опустили на мягкую кровать, он тихо вздохнул. Холодная простынь неприятно холодила разгоряченную кожу. Но едва ли это надолго отвлекло Поттера, ведь склонившийся над ним Мар, затянул его в очередной поцелуй. Гарри плавился, ему нравилось все происходящее. Так приятно, а ещё… это чувство ожидания. Предвкушение, которое Поттер испытывал сейчас, он мог сравнить только с предвкушением перед своим первым убийством. Но тогда он очень сильно разочаровался. Он доверял своим ощущениям, поэтому с головой погрузился в чувства, Гарри знал, что это будет прекрасно. Мар всего лишь на мгновение отстранился, чтобы стащить с себя свободную футболку. Склонившись вновь над Гарри, он позволил мальчику слегка боязливо опустить на свою грудь тонкие ладони. Длинные холодные пальчики приятно скользили по светлой коже. Марволо было приятно. Приятно ощущать ладони Гарри, которые уже с большей уверенностью скользили по широкой груди. Приятно наблюдать за смущенным выражением лица, слегка приоткрытым зацелованными губами, блестящими зелёными глазками полными желания. Как же Марволо рад, он любим. Его хотят, желают как любимого человека. Гарри прикусил губу, когда его ладонь скользнула ниже, к слабо выраженному рельефу пресса. Он прикоснулся к кромке штанов Марволо, но тот тут же мягко улыбнулся и не отрывая взгляда от непонимающего взгляда зелёных глаза, сполз вниз. На уровень паха Гарри. — Мар, что ты? — Гарри толком договорить не дали, он сам замолчал, когда его штаны приспустил, а прямо перед лицом Мара появился гордо стоящий член. Было так стыдно… конечно до поры, до времени. До того времени, как губы Гонта не коснулись головки члена. Гарри тут же дернуло на кровати, а из губ сорвался протяжный стон. — Эй, принц, ты поаккуратнее. Я вообще-то впервые делаю что-то подобное, — Марволо усмехнулся, отстранившись он сжал ладонями бедра Гарри, пригвоздив к кровати. Уже вновь прильнув к возбужденной плоти, он тихо шепнул: — Да и член у тебя не маленький. Гарри хотел возразить, что член у него нормальный, но как минимум, понимания «нормального члена» у него не было, а как максимум, он просто не мог этого сделать. Из горла вырывались лишь тихие стоны, а как говорить, Гарри, кажется, забыл. Поттер хотел усомниться в словах Гонта, насчёт того, что тот, никогда ничего подобного не делал. Но понимает, что Мар, вряд-ли ему врал. Понимал, что если Мар никогда такого не делал, то ему делали точно. Поэтому он и знал, как приятнее. Гарри голову терял, от приятного ощущение горячего языка на члене и обволакивающего жара рта вокруг плоти. Он запрокинул голову назад, а его руки, сами собой, поползли в волосы Мара. Нет, он его не направлял, а лишь трепетно перебирал волнистые волосы, касался кончиками пальцев шеи и просто стонал. Когда Марволо заглотнул член до самого основания, Гарри громко простонал и попытался отстраниться от приятных ощущений. Но Марволо не позволил ему этого сделать, продолжая делать минет. — Я сейчас же… кончу, Мар, — какой-то жалобно простонал Гарри, а потом отчаянно сжал пальцы в волосах Марволо, громко простонал и спустил в рот Гонту. Сама мысль о том, что он кончил в рот Марволо, была такой… грязной и оттого возбуждающей? Оргазм, который расходился легкими разрядами тока по всему телу, окатил Гарри с ног до головы, заставляя выгнуться в спине и прикрыть глаза, от удовольствия. Слишком. — Ничего, ещё раз кончишь, — прошептал уже нависающий над Гарри Марволо, тут же поцеловав, ещё немного потерянного из-за оргазма мальчика. Гарри застонал прямо в поцелуе, когда ощутил на своем языке непривычный солоноватый и терпкий привкус. — Господи, как это грязно, — тихо простонал Гарри, отстранившись. — О чем… ты? — Марволо уже чувствовал свое, действительно болезненное возбуждение. Но даже оно не могло заставить мужчину, потерять голову. Он хочет, чтобы Гарри не ощутил дискомфорта, даже в их первый раз. Он себе лучше член откусит, чем причинит боль своему счастью. Марволо на мгновение скользнул вниз, чтобы окончательно снять последнюю часть одежды Гарри. Тот стеснительно отвёл взгляд, но все же поднял свою попу, помогая тем самым, мужчине снять с него штаны и белье. — О поцелуе, — как-то неуверенно говорит Поттер и прикусывает губу, когда Марволо, начинает выцеловывать его грудь, а потом останавливается и с лёгкой улыбкой, насмешливо произносит. — Поверь, поцелуи после минета — это детский лепет, в сравнении с предпочтениями Мракса. Я делаю лишь то, что нравится тебе. — Спасибо, — Гарри не знает, за что благодарит Мара, но в этот раз уже сам притягивает мужчину обнимая и целуя. Возможно, Мар поступает неправильно, и ему стоило дать больше времени Гарри, но спустя несколько минут поцелуев, он отстраняется и тянется к прикроватной тумбочке, в которой лежит смазка… банановая. Когда тюбик с жидкостью оказывается в его руках, Марволо замирает и поднимает взгляд на мальчика. — Возможно, ты хочешь быть сверху? — спрашивает мужчина, а самому волнительно. Для него это тоже был бы первый раз снизу… но он с уверенностью, мог бы довериться Гарри. Потому что любит. — В смысле сверху-сверху? — слегка удивлённо уточняет мальчик, думая, что ему возможно, предлагают просто быть сверху, в плане позы, на что получает лишь нежную улыбку и короткое: — В смысле активом. — Эм, — как-то смущённо тянет Гарри, а потом отвечает: — Возможно, в другой раз? — Хорошо, солнышко, цвета не забудь, — мужчина нежно улыбается и вновь целует Гарри. Наверное, у его принца, уже губы от поцелуев болят, но главное, отвлечь его. В это время, большое количество смазки оказывается на пальцах мужчины и он неспешно начинает поглаживать колечко мышц, Гарри дёргается, но не отстраняется. Не отстраняется даже тогда, когда в него погружается первый палец. Немного непривычно. Когда к первому присоединяется второй, Гарри мелко вздрогнул и нечаянно укусил Мара за губу. Тот проигнорировал последнее, а вот на первое обратил внимание. Приподнявшись, он потянулся за откинутой смазкой и щедро полил ею свои пальцы, стараясь медленно разрабатывать колечко мышц. Гарри старался расслабиться, но когда присоединился ещё третий палец, он немного нахмурился. Было уже неприятно. Но Гарри продолжал надеяться, надеяться на то, что ему будет хорошо. Не зря. Не зря он надеялся. Спустя несколько моментов, Марволо нащупал особенно чувствительное местечко. Это заставило Гарри выгнуться и тихо простонать. Гонт остался довольным результатом, поэтому продолжил двигаться в нужном направлении, постоянно задевая ту самую точку из-за которой, Гарри постоянно дрожал и тихо стонал. Когда пальцы выскользнули из горячего нутра, Мар уловил своими губами разочарованный стон Гарри. — Перевернешься на животик? — спросил Марволо, на что Гарри отрицательно покачал головой. Мужчино вздохнул и попытался объяснить: — Так не должно быть больно. — Хочу видеть тебя, даже если будет больно, — Гарри не знал, что с ним происходит, но тут же в глазах помутнело и защипало. Он что расплакаться собирался? Сам не веря себе, Гарри прикусил щеку изнутри. Его слова были настолько важными. Только подумать: «Хочу видеть тебя, даже если будет больно», — чертовых семь слов, столько значили. Это было сказано не осознанно, но только спустя несколько мгновений, оба поняли смысл услышанного. Это было далеко не про секс. Не только про него. — Хорошо, солнышко, — любовно произнес Мар и выпрямившись притянул несколько подушек. — Подними попку, нужно подложить. Гарри не испытывал смущения находятся полностью раздетым, перед Маром, но когда мужчина соскользнул с кровати и сам стянул штаны с боксерами, Гарри стало слишком жарко. Горячо. — И это у меня член не маленький? — возмущенно воскликнул мальчик, на что Мар лишь посмеялся и забравшись на кровать, поцеловал его. Мар целовал так нежно и трепетно. Он заботился о Гарри, хотел чтобы все было хорошо, приятно и незабываемо. Марволо потянулся за смазкой и выдавив большое количество на ладонь, размазал ее по всей длине. Он волновался, словно это его первый раз. Хотя да, первый раз с любимым человеком. Он сам нервно сглотнул, когда направив член рукой и приставив к колечку мышц Гарри, мягко начал погружаться. Он боялся сделать больно. Гарри зажмурился, когда что-то крупное прислонилась к его входу. Он боялся, что будет больно. Но единственный звук, что сорвался с его губ, это блаженный стон, когда Мар, без особого дискомфорта, погрузился в него полностью. Оба облегченно вздохнули, а потом Мар неверяще уставился на Гарри. — Тебе не больно, солнышко? — словно не веря в это, спросил мужчина, на что получил сдавленное и прерывистое. — Во-первых… ты растягивал меня минут десять, если не больше. Во-вторых, во мне больше чем пол тюбика смазки. И в-третьих… боль — это когда на тебе руны выжигают. Видимо у меня болевой порог высокий после того стал, — Гарри прерывисто дышит и обхватывает мужчину ногами, прижимая к себе теснее и шепча в губы: — Двигайся, пожалуйста. Гарри буквально плакать хочется, когда Марволо начинает медленно в нем двигаться, заставляя переворачиваться все внутри, от невероятных ощущений. Он каждый раз проезжается по простате, что заставляет Гарри громко вскрикивать и цепляться длинными пальцами за широкие плечи. Точно останутся следы. Гарри стонет отрывисто и горячо, Марволо двигается в определенном темпе. Не быстро, но и не медленно. Он входит глубоко и выходит буквально полностью, что заставляет мальчика под ним захлёбывается от ощущений. «Слишком», — думает Гарри про себя, когда Марволо начинается шептать ему какие-то глупости, при каждом новом толчке. Мужчина говорит о том, какой мальчик красивый, умный, прекрасный, желанный, прекрасный, лучший, неповторимый, но единственное что запоминается Поттеру, это тихий рык и: — Люблю тебя, моя душа, — Гарри сам задыхается на этом моменте. Кончают оба. Семя Гарри выплескивается на его живот, а Марволо кончает в него, хотя знает что не стоит. Возможно, у Гарри из-за этого, потом будет болеть его прекрасная попка, но Гонт не может себе отказать в этой маленькой слабости. Он обещает себе, что обязательно отплатит Гарри, как минимум завтраком, а как максимум… многим. Тело обоих окутывает долгожданная нега, наполняющая все тело. Но Марволо волнует далеко не это. — Я тебя тоже люблю, — слышит слабое Гонт, прежде чем Гарри погрузился в сон. Мужчина сидит, глупо улыбается и легко целует свою любовь в раскрасневшуюся щеку. Пока Гарри спит, ему предстоит отмыть их обоих от спермы. Хотя так хотелось заснуть вместе со своим мальчиком. ~ — Солнышко, вставай, — Марволо нежно целует парня в щеку, тот ворочается, лениво приоткрывает глаза и улыбается. — Зачем? — слегка хрипло шепчет он и потягивается. Мысль о том, что он одет приходит молниеносно и он опускает взгляд вниз. Простые спортивные штаны и о, кажется, эта та футболка, в которой несколько дней назад, был сам Марволо. На губах улыбка. Он счастлив? — Ребята приехали домой, Том завтрак приготовил, — Марволо тоже улыбается. Он ничего ещё не говорил братьям, но надеется, что об этом расскажет Гарри. — Хорошо, — Гарри зевает и слишком резко встает с кровати. Неприятное ощущение охватывает поясницу и зад, что заставляет ухватиться Поттера за копчик и тихо охнуть. Единственное, что он смог сказать, это: — Ого. Марволо улыбнулся и поравнявшись с Гарри, приобнял его, слегка массируя поясницу мальчика ладонями. — Должно пройти, — он вздыхает и помогает Гарри спуститься по лестнице, всего лишь приобнимая его за плечи: — Я думал, что болеть не должно, уже больше суток прошло. — Что? — Гарри удивлённо вскидывает брови и уточняет: — Я спал больше суток? — Ты очень устал и, наверное, перенервничал. Я не стал тебя будить. Ну, я вообще все это время с тобой спал, — Марволо улыбается, ему непривычно спать столько. Но чего скрывать, с Гарри он спал как младенец. — Привети… — начинает Том, заметивший ребят на кухне, и тут же одергивает себя, как только его взгляд скользит по тонкой шее в небольших багровых засосах, и слегка прихрамывающему мальчику. На губах младшего Гонта, появляется улыбка. — Нихрена себе. Когда вы только успе… — Том, ты завтрак готовил, не хочешь тарелки наполнить? — младшего одергивает старший, видя, что Гарри начинает слегка краснеть. Не то чтобы ему не нравился смущающийся мальчик, но таким смущать не стоило хотя бы в первое время. — Утро доброе, садитесь за стол. Мракс понимающе улыбается и подмигивает Мару, который лишь закатывает глаза и благодарно кивает. Он ведёт Гарри к столу, пока парень не останавливается и с какой-то вселенской болью не начинает смотреть на деревянный стул. — Мар, я думаю нам нужно поменять мебель. Там стулья с мягкой обивкой купить, уютнее будет, так по-семейному, — Мракс улыбается и на мгновение уходит с кухни, чтобы вернуться с подушкой в руках и кинуть её на стул Гарри. Тот краснеет, но на стул аккуратно усаживается. — Ага, и кровать побольше, — когда на Тома двое братьев метают предупреждающий взгляд, тот кукситься и обиженно добавляет: — Тоже чтобы уютно и по-семейному было.