Глава 47
Столько боли, а все из-за того, что должно приносить удовольствие. А сколько еще можно испытать, позволив ему овладеть собой? Внутри зарождалось неприятное чувство, скорее всего, это досада.
- Скарлет, ты в порядке? - я видела темноту, возможно, потому что мои глаза были закрыты, а может мне это просто кажется, и я сейчас вырублюсь.
- Больно, - выговорив на выдохе одно единственное слово, я сжала руками простынь и прикусила губу, пытаясь притушить пламя боли внизу живота.
- Прости, - я слышала, как скрипит кровать, пока Гарри пытался сесть, также я слышала тихие стоны парня, и знала, что ему не терпится продолжить, но сейчас меня это не волновало.
- Медленно поднимайся, ладно?
Я упиралась руками в подушку и аккуратно двигала бедрами вверх. Слезы были близко, но я всячески пыталась избежать их, не хочу плакать при мистере Стайлсе, вообще ничего не хочу.
Как только я легла на спину, почувствовала себя немного лучше, но живот продолжал болеть. Гарри натянул на меня покрывало, а сам поднялся с кровати и направился в ванную. В течении нескольких минут я слышала его тихие стоны, а потом шум воды. Это длилось около 20 минут, и за это время я ни разу не пошевелилась, боялась, что снова будет больно.
- Скарлет, тебе нужно принять душ, - я лишь кивнула в ответ, наблюдая за тем, как мистер Стайлс роется в шкафу, затем переодевается в белоснежную рубашку и узкие брюки.
- Куда ты?
Гарри стоял напротив зеркала, и я видела, как он затягивает галстук.
- Я же обещал отвезти тебя в квартиру.
- Сейчас?
- Да.
- Может немного позже?
Я хотела вернуться в квартиру, но ведь не прямо сейчас, когда у меня ужасно болит живот, и я не могу подняться с кровати.
- Я могу только сейчас.
- Ты хочешь, чтобы я уехала?
- У меня есть важные дела, которые не могут ждать.
- То есть хочешь, - я приложила левую руку к животу и, поднимаясь, слегка надавила на него.
Гарри молчал, пока я направлялась в ванную, и даже тогда, когда я вышла оттуда.
Тишина преследовала меня до самой машины, не то, чтобы мне это не нравилось, но мне действительно это не нравилось. Гарри вел себя так, будто меня не было рядом с ним, он молча думал о своем, периодически поглядывая на часы.
Когда мы ехали по улице, на которой я "живу", мистер Стайлс сбавил скорость и ехал очень медленно.
- Скарлет, надеюсь ты не будешь на меня злиться.
- В чем дело?
Машина остановилась у подъездной дорожки, и Гарри потянулся к бардачку.
- Когда ты пользовалась моим ноутбуком, забыла выйти из своей почты, - мистер Стайлс держал в руках несколько бумаг, - я тоже не стал этого делать, но, клянусь, я ничего не читал.
Я отстегнулась и прижала руки к животу, который все еще болел.
- А когда мы были у твоего отца в гостях, - Гарри отложил большинство бумаг и теперь держал в руках один лист формата А4, - пришло одно сообщение от твоего бойфренда.
У меня перехватило дыхание. Тайлер. Что мог написать Тайлер?
- Ты прочел его? - я сказала это довольно громко.
- Прости, я этого не планировал, но, прежде чем отдать его тебе, я должен был убедиться, что все в порядке.
- Значит ты читал мою почту.
- Скар, дело не в этом, - Гарри протянул мне лист, а затем потер руки об свои колени, - я боялся.
- Боялся? Чего?
- Что ты захочешь вернуться к нему.
- А сейчас не боишься?
Мистер Стайлс пожал плечами и отвернулся к окну.
- Так или иначе, это твой выбор, и я приму его, даже если он будет не в мою пользу.
Я открыла дверцу машины и выбралась на улицу.
- Спасибо, что подвез.
Гарри кивнул мне и, едва ли я успела отойти от автомобиля, сорвался с места.
Сжимая в руках лист, я добралась до квартиры и даже переоделась в длинную майку и спортивные штаны. Заварив себе крепкого чая, я забралась в постель и взяла в руки письмо. Лист был ровным, будто его только что распечатали, разве что в правом углу было немного смято, это потому, что я так крепко сжимала его, пока несла домой.
Сделав несколько больших глотков чая, я облокотилась на подушку и сосредоточилась на письме.
"Скарлет, я должен был написать это еще две недели назад, но просто не знал, что сказать. Милая, я допустил множество ошибок, знаю, они непростительны, но ты должна знать, что я не хотел причинить тебе столько боли своими поступками. Вчера я оплатил счета, и в течении следующей недели выплачу кредит, который брал еще год назад. Я изменился. Я нашел работу, и даже не одну. Моя мама спрашивала как ты, но я ничего не смог ответить, потому что не знал. В квартире так пусто и одиноко, ведь без тебя эта квартира ничего не стоит; тишина, в которой я обитаю в последнее время просто убивает, не могу поверить, что позволил тебе уйти. Я не должен был. Скарлет, если я могу что-нибудь сделать для тебя, я это обязательно сделаю, просто дай мне знать. Возможно, ты этого даже не прочтешь, но я все же надеюсь, что ты не разобьешь свой ноутбук, увидев это сообщение от меня, и не удалишь свой аккаунт, ведь это единственная нить, за которую я держусь. Надеюсь, что мы увидимся, ведь я тебя безумно люблю и буду ждать столько, сколько потребуется.
Тайлер хх"
Я сорвалась с кровати и бросила письмо на пол.
- Невозможно, - слово, которое крутилось у меня на языке так легко вырвалось.
Я собрала волосы и побежала на кухню. Из холодильника я достала немного овощей и два яйца.
- Невозможно, - повторила я.
Тайлер, которого я знала, всегда твердил, что не станет меняться ради кого-то, потому что это пустая трата времени, ведь люди приходят и уходят, но сейчас... я была в замешательстве. Мне хотелось набрать его номер и просто поговорить, удостовериться, что это тот же самый человек, что и прежде.
Мысли крутились у меня в голове, и я не могла сдерживать этот поток. Тайлер - мой шанс вернуться к прежней жизни с малейшими потерями. Гарри - мой шанс продолжить жить в Ньюкасле, но ведь неизвестно, как долго я буду ему интересна. Может быть, уже завтра какая-нибудь девица разобьет ему лобовое стекло и подпишет договор, но не на месяц, а на пол года, и что тогда? Он вышвырнет меня? Оставит вторым вариантом?
Овощи были готовы, и я вбила в них два яйца.
Слишком сложно. Слишком сложно выбрать.
***
Все утро я сидела в постели, перечитывая письмо Тайлера, то, что он написал мне, было лучшим из всего того, что он когда-либо говорил. Если я вернусь в Лондон, я вернусь к своей учебе, вернусь к своему парню и, возможно, верну какую-нибудь часть своего достоинства. Нельзя допустить ошибку, выбирая между Гарри и Тайлером.
Я чувствовала себя виноватой из-за сложившейся ситуации, ведь что может быть хуже выбора? Разве что его отсутствие.
Весь день будто на иголках, не могу терпеть своего собственного общества.
Гарри просто замечательный парень, и он оказался намного сложнее японской головоломки, над которой гадают уже не одно столетие, он оказался намного лучше, чем я предполагала, и одновременно намного хуже, чем я представляла.
От моих раздумий меня отвлек звонок в дверь. Спрятав письмо под подушкой, я встала с кровати и прошла в коридор.
- Скарлет, - Гарри улыбался мне, в руках он держал небольшой портфель, в котором, как я полагаю, лежит договор, - я хотел приехать позже, но не в силах больше ждать, хочу разобраться со всем, как можно скорее.
Волнение, которое он показывал мне, казалось фальшивым, а улыбка на лице с каждым мгновеньем исчезала.
Я указала рукой в сторону кухни и прошла следом за Гарри.
- Кажется, я дал тебе достаточно времени, - сейчас мистер Стайлс совсем не улыбался, его челюсти были плотно сжаты, а зеленые глаза метались по кухне.
Не было сил ответить, поэтому я тяжело вздохнула, облокачиваясь на стол.
- Ты прочла письмо своего бойфренда? - я кивнула. - Хорошо.
Я поджала губы, еще раз обдумывая свое решение, и слова, которые планирую сказать.
- Мы так и будем стоять? - Гарри действительно не мог терпеть. Не могу понять, он боится, или просто хочет покончить с этим и уехать заниматься своими делами.
- Дай мне минуту.
Я опустила руки и ухватилась за скатерть, в поисках поддержки.
- Сколько угодно.
Меня подташнивало, скорее всего от самой себя.
- На самом деле, письмо от Тайлера выбило меня из колеи, - Гарри стоял напротив, он по-прежнему держал в руке портфель, - и я много раз перечитывала его.
Говорить становилось все труднее, по мере приближения. Какой будет его реакция?
- Уверена, ты хорошо знаешь содержание, но я знаю лучше.
Мистер Стайлс молчал, я могла чувствовать напряжение между нами, но делала вид, будто не замечаю этого.
- Еще в самом начале наших не простых "отношений", - я показала кавычки в воздухе, - мне хотелось, чтобы это закончилось, как можно скорее, я не планировала возвращаться в Лондон, я просто считала, что моя жизнь была бы куда лучше, если бы в ней не было тебя.
- А сейчас, ты все еще так считаешь? - Гарри отложил портфель и приблизился ко мне.
Отойдя от стола, я вышла из кухни, но не для того, чтобы избежать разговора, а для того, чтобы принести то, что мне не принадлежит.
Аккуратно положив на стол кредитку и ключи от квартиры, я посмотрела на Гарри. Его волосы отросли за последний месяц, он не брился несколько дней, и поэтому легкая щетина была на его лице. Выглаженная рубашка и узкий черный галстук, брюки и черные ботинки - все это было родным и чужим одновременно. Мне показалось, что я могу расплакаться прямо сейчас, но я не могу этого допустить. Не при нем.
- Как я понимаю, ты не будешь ничего подписывать, - голос Гарри звучал четко и жестко. Я ожидала более бурной реакции, но мистер Стайлс не из тех, кто будет закатывать истерику.
- Я собираюсь купить билет до Лондона на вечерний поезд.
- Ты веришь ему?
Я прекрасно понимала, о ком идет речь.
- Я хочу ему верить.
Гарри покачал головой и посмотрел на наручные часы.
- Последний поезд отправляется в девять, может быть ты составишь мне компанию, а потом я тебя отвезу на вокзал?
Если я останусь, возможно, потом и вовсе не уеду.
Этот день был не простым, и мне нужно еще немного одиночества, чтобы прийти в себя.
- Гарри, спасибо большое, но не стоит.
Простояв на кухне еще около минуты, я развернулась и собиралась уйти, но мистер Стайлс схватил меня за руку и притянул к себе. Оказавшись в объятиях, я не пыталась вырваться, даже наоборот, я усилила хватку и вжалась в его грудь, ощущая приятный запах одеколона.
- Спасибо за отлично проведенное время, - шепот Гарри был хриплым, а его горячее дыхание распространялось жаром по всему моему телу. Подняв взгляд, я встретилась с зелеными глазами и попыталась улыбнуться. В груди жгло и дышать становилось тяжелее. Гарри наклонился чуть ниже, и я почувствовала, как быстро стучит мое сердце, его губы были близки, как никогда, и я уговаривала себя отойти от него и сделала бы это, если бы только он меня не поцеловал.
Легкое прикосновение его губ заставило меня замереть, это было так неожиданно и приятно, что я была готова задохнуться. Мои щеки покраснели, а рот приоткрылся, наверное больше от удивления, нежели от желания продолжить начатое, но Гарри воспринял это за второе. Я слышала его мычание, будто он хотел что-то сказать, а потом я почувствовала его язык у себя во рту, он так легко скользил по моему нёбу, и я совершенно забыла, что только что отказалась от всего этого.
Обнимая руками шею мистера Стайлса, я чувствовала себя более, чем восхитительно, касаясь его кудрявых волос, я сходила с ума, а ощущая вкус мятных леденцов, я была готова остаться лужей на полу кухни.
Толчок в плечо, а затем тяжелое дыхание. Гарри стоял с закрытыми глазами, крепко сжимая мое плечо, от него пахло мятой, и мне снова хотелось поцеловать его, но я во время опомнилась. Отступив на несколько шагов, я сорвалась с места и побежала в спальню. Достав из-под подушки письмо и натянув кое-как джинсы, я пыталась привести в норму свое дыхание, но вместо этого из груди вырывались хриплые стоны. Хватая свой чемодан, я споткнулась и чуть не упала, но удержалась на ногах.
Мне ужасно не хотелось столкнуться с Гарри на выходе, и я тихо бежала до входной двери, рискуя быть пойманной.
Пробегая кухню, я заметила что Гарри стоит на том же месте, и все еще с закрытыми глазами, его рот был приоткрыт, а руки сжимали края пиджака.
Пролизнув мимо, я натянула балетки и выскочила из квартиры, громко хлопнув дверью.
Если ему сейчас больно, тогда мне невыносимо больно. Оставляя его одного, я не чувствовала себя виноватой, и мне не было его жаль, мне было жаль себя, потому что я позволила себе думать, будто все будет решено, если я уеду, оставив все так, как есть. Но на самом деле ничего не решено, и мне вовсе не стало легче. Разве все это может быть концом?
