Глава 25
Уитни Хьюстон сказала: "Научиться любить себя - это великая любовь"
Я никогда не полюблю себя. Но когда Луи смотрит на меня, я чувствую себя любимым. Ему нравится всё во мне. Всё плохое и хорошее, что есть во мне - он любит. (с) Гарри.
***
Песня: Young & Dramatic - Never
***
Уже второй раз, когда мне разрешают присутствовать во время приёма еды. Первый раз был вчера, но ничего не вышло. Он так и не поел. Не потому, что не хотел, а потому, что не мог. Он уже так долго ест искусственную еду, что он просто не может принять реальную еду. Но я всё равно так горжусь им. Он делает столько усилий, пытается прийти в себя, он хочет вернуться, и я это чувствую. Да, он по-прежнему ничего не ест, мало пьёт, не разговаривает ни с кем, кроме меня, но даже то, что он разговаривает со мной - большой шаг. Не знаю, что изменилось в его голове, но я вижу это в его взгляде. Что он пытается выбраться. Впервые за это время, проведённое здесь, я вижу в его глазах желание выбраться.
Но некоторые вещи требуют времени.
Шум вилки возвращает меня обратно в реальность.
- Не можешь?
Он качает головой и пытается сесть, поудобнее расположившись на подушках. Снимаю обувь и сажусь рядом с ним. Чуть наклоняюсь, чтобы ещё раз посмотреть на содержимое тарелки. Пюре и маленькие кусочки мяса. Он не привык к реальной еде, поэтому ему дают мягкие продукты, чтобы ему было легче жевать.
- Не понимаю, зачем они носят тебе дерьмо. Могли бы принести что-то более съедобное.
Он не обратил внимания. Доктор Стивен сказал, что он попросил Гарри пойти побеседовать с ним. Гарри только кивал и говорил незначительные фразы вроде "хорошо" и тому подобное. Мне кажется, Гарри просто хотел, чтобы он побыстрее замолчал. Конечно, я бы тоже не хотел разговаривать с человеком, который привязал меня к кровати.
- Ладно, - беру вилку, - Я попробую, чтобы убедиться, что они не хотят тебя отравить.
Мясо было настолько мягким, что было практически неприятно его есть. Медленно жую. Глотаю и сразу же морщусь.
- Помнишь тот день, когда мы пытались готовить?
- Да.
- Так вот, это мясо ещё хуже.
Он берёт вилку и тоже пробует. Он медленно жуёт и затем глотает. Тоже морщится.
- Ты прав, это отвратительно.
Не могу сдержать улыбку. Он только что поел. Боже, как же я его люблю.
В итоге даже мы вместе не смогли съесть тарелку с едой. Но, как оказалось, теперь питьё - не проблема. Он выпил почти полный стакан, а я не мог перестать улыбаться. После этого он сказал, что у него болит живот, и он устал. Не дожидавшись того, что он заснёт, я сказал "до завтра" и ушёл.
***
***
После того, как мы съели большую часть тарелки и выпили полностью весь компот, Доктор Стивен запретил мне появляться во время приёма пищи, потому что он должен есть для самого себя, для того, чтобы жить, а не для меня. Он должен есть потому, что это жизненно необходимо. Но Доктор Стивен не знает, что он ел не для меня, а для себя. Я его не заставлял. Он сам решил взять вилку и начать есть. Он знает, что нужно приложить усилия, если он хочет побыстрее уйти оттуда. И он действительно старается, я это вижу. Он хочет выйти из больницы, хочет вернуться домой. Он не пытается кого-то обмануть, он правда прилагает все усилия. И я так горжусь им.
228. Записав отсчёт в маленький блокнот, мы провели с ним много времени, после чего я ушёл в одиннадцать часов. Гарри спросил, мог бы я отвести Сволочь к парикмахеру. Учитывая то, что он очень много играет в саду, мы с Гарри были вынуждены мыть его каждый день. Но без Гарри я и не думал этого делать.
- Залезай.
Не думая, Сволочь запрыгивает на заднее сиденье моей машины. Беспокоюсь о том, что он разрушит мне весь солон. Закрываю за ним дверь и сажусь на водительское место. Гарри сказал мне взять его машину, потому что она больше, и Сволочи в ней будет более привычно, но я знаю, что он просто не хотел, чтобы Сволочь разнёс мою Рокси. Нет, ведь если Сволочь хоть немного поцарапает Рокси - я его задушу.
Это второй раз, когда я буду вести его 4х4. Первый раз был тем вечером, когда они с Зейном подрались, и я не доверил Гарри вести машину. И сейчас, как в прошлый раз, я вынужден задвинуть сиденье до максимума, потому что мои ноги не такие длинные, как у Гарри. И нет, это не смешно.
Сейчас первый раз, когда я выезжаю в центр города со Сволочью, и, честно, я не ожидал такого эффекта. Я открыл ему окно, но не на максимум, чтобы он не вывалился. Люди часто смотрели на него. Не знаю, то ли он казался им красивым, то ли страшным и большим.
И так же это первый раз, когда я одеваю ему поводок, и я удивлён тому, что он не пытался выбраться или укусить меня.
Долго смотрю на него, когда одеваю поводок, и думаю о том, как Гарри скучает по нему. Ему правда тяжело находится далеко от Сволочи. Он успел привязаться к этой собаке. Но он доверяет мне его, и я не хочу его разочаровать.
Я положил его в большой ящик, больше напоминающий ванну и... Сволочь предаёт меня. Он начинает вилять хвостом и он выглядит счастливым, наверное, это из-за женщины, которая ему постоянно улыбается, называет его милыми словами и гладит. Он даже не пытается сбежать. А ведь когда мы с Гарри пытались заставить его сделать хоть что-то, он сразу же убегал. Каков предатель. Она стрижёт его, параллельно хваля его и поглаживая. Эй, женщина, убери от него свои шальные ручки. Это МОЯ собака. И да, я тот ещё собственник.
- Давно вы его стригли?
- С того момента, как я переехал его на машине.
- Простите?
- Я переехал его на своей машине.
Она долго на меня смотрела, после чего громко засмеялась. Вижу замешательство на её лице, но она продолжает смеяться. Она спрашивает меня, что случилось, и я, не вдаваясь в подробности, рассказываю, как ехал под дождём, не заметил его, переехал и отвёз к ветеринару. Когда она практически заканчивает стричь его, я вспоминаю тот вечер. Понимаю, если бы не Сволочь, я бы никогда не узнал, где он работает, никогда бы не помог появиться на свет Луи-щенку. Мысль о том, что в мире есть собака с моим именем, заставляет меня улыбаться.
Из чего-то плохого всегда может получиться что-то хорошее. Например, из-за того, что я переехал Сволочь, я смог поговорить с Гарри. Так что даже попытка суицида Гарри может создать что-то хорошее. Именно с такими мыслями я покинул салон.
***
***
Песня: Dead By April - What Can I Say (Radio Version)
***
Мы идём по улице, ища нашу машину. Стараюсь не забыть спросить у Гарри, что случилось с Луи-щенком, потому что это правда важно для меня.
- Томлинсон!
Я поворачиваюсь и когда вижу Джоша, на моём лице появляется гримаса отвращения. Ну что ещё надо этому ублюдку?
Он подходит ко мне с видом Халка. Правда Джош менее сильный, большой и зелёный. Поверить не могу, что с этим идиотом мы были друзьями.
- Девайн.
- Ты реальный трус, мать твою.
Иронично смеюсь.
- Серьёзно? Ты смеешь это мне говорить, гомофобное ты дерьмо?
Я не хотел провоцировать его, но это сильнее меня. Так хочется всё высказать этому идиоту. Он сжимает кулаки и со злостью смотрит на меня.
- Ты заплатишь.
- Да ладно? И что ты сделаешь? Ударишь меня?
Похоже, да, потому что он приближается ко мне, но Сволочь встаёт между нами и начинает рычать. Джош отходит назад, а я не пытаюсь остановить Сволочь.
- На твоём месте я бы ушёл.
Джош смотрит на нас с такой ненавистью, что я удивляюсь, как он всё ещё не взорвался.
- Я подал на тебя заявление.
- И ты от этого, вижу, в восторге.
- Из-за ударов и травм.
- Ты хотел тронуть меня этой историей?
Он сжал кулаки ещё сильнее, от чего Сволочь практически прыгнул на него и залаял. К счастью, я крепко держал поводок.
- Тише, Сволочь, он того не стоит.
Вообще, я бы не особо беспокоился, если бы Сволочь сожрал его. Но Джош, похоже, правда испугался, потому что он отошёл на метра два.
- Сначала думай перед тем, как называть меня трусом, Джош.
Меня веселит то, что ему нечего ответить. Я улыбался даже тогда, когда он обречённо вздохнул и убежал. Но стоило ему скрыться за углом, я перестал улыбаться.
- Всё, парень, успокойся, он ушёл, - Сволочь всё ещё рычал и искал Джоша среди людей, - Он ушёл, - наконец он ко мне поворачивается, - Ты меня защищал, - наверное, он понимает меня, потому что перестаёт рычать, - Ты защищал меня, ты меня любишь. Даже не отрицай, - он толкает меня хвостом, - Ты меня любишь, - он лает в знак протеста, а я снова улыбаюсь. Я правда тронут тем, что он захотел защитить меня от Джоша, это значит, что он правда любит меня. Я тоже его люблю.
***
Песня: One Direction - Infinity
***
Вчера Гарри съел почти половину тарелки и выпил полностью стакан воды. Я так горжусь им, и я повторял это ему миллион раз, покрывая поцелуями его лицо. Я принёс полароид, но Гарри не хотел фотографироваться. Он сказал, что это не самое лучшее воспоминание, которое он хотел бы сохранить, но я настоял на своём. Я хочу сохранить в соей памяти момент, когда он приложил уже так много усилий. Стал больше есть, пить, начал общаться с сотрудниками. Я так горжусь. В будущем эта фотография будет напоминать нам, что мы можем преодолеть невозможное. Он ещё долго отказывался, но вскоре сдался. Я прижался к нему так близко, чтобы на фотографии не был видно, что мы находимся в больнице. Чтобы не было видно ни кровати, ни капельницы, ни окон. Я хотел, чтобы были видны только мы. Чтобы были видны наши поддержка и любовь.
Этот день можно было бы назвать идеальным, если бы я не пошёл через кампус после больницы.
На обратном пути от кампуса я вставляю флешку и включаю музыку. Стучу пальцами по рулю в такт The Fray. Теряю желание подпевать, когда вижу возле дома Гарри такси, из которого выгружают чемоданы.
- Я брежу.
Когда я понимаю кто это может быть, забываю как правильно дышать.
- Джулия?
Высовываю голову из окна. Смотрю в окно кухни.
- Джулия!
Выхожу из машины и захожу в дом. Я злюсь на неё. Именно на неё, а не на маленького ребёнка, который ещё даже не родился. Это после её отъезда Гарри стало хуже, так что да, она виновата. Она улыбается, когда замечает меня, но улыбка сразу же сползает, как только видит моё злое лицо. Не давая ей времени ответить, говорю:
- Что вы здесь делаете?
Она удивлена моей агрессией, поэтому молчит несколько секунд.
- Барт предупредил меня насчёт Гарри, и я...
- И что теперь?
- Прости?
- Вы приехали, и что теперь?
- Я...
- Что? У вас было так много работы? Вы не могли освободиться? Гарри пытался покончить с собой, но вы были так заняты, что даже не приехали к нему.
- Да кто ты вообще такой, чтобы разговаривать со мной в таком тоне?
- Уж не знаю, кто я, но я знаю, кто вы. Вы просто отвратительная мать.
- Я не позволю так говорить со мной!
- Меня это не волнует. Вы уехали, и Гарри стало плохо. Вы уехали из-за... - указываю на её живот, - Из-за этого ребёнка.
Она кладёт руку на свой живот, защищая ребёнка.
- Я тебе запрещаю так со мной разговаривать!
- Я буду разговаривать с вами так, как захочу. Вы, чёрт возьми, мать Гарри, и вы его бросили! Где вы были, когда он перерезал себе вены? Наслаждались жизнью, да?
- Луи!
- Что Луи? Вы появляетесь раз в тысячу лет, предлагаете ему горы чудес, а потом исчезаете. Вы никогда не занимались Гарри, а теперь ждёте ещё ребёнка. Вы не подумали о Гарри? Вы делаете ему это назло? Вы понимаете, что он в вас нуждается? Он в больнице несколько месяцев, а вы соизволили появиться только сейчас. Когда ему стало лучше. Где вы были раньше? Вы знаете, что ему и мне пришлось вытерпеть за эти месяцы? Я уже перестал считать, сколько раз у него была ломка. Почему вы пришли, блять, именно сейчас?
- Я люблю своего сына.
- Этого не достаточно.
Долгое молчание, и это меня убивает. Меня это убивает, потому что она даже не борется за Гарри. Как можно быть настолько безразличной? Даже моя мать любит меня больше. Джулия не любит Гарри. Просто привязанность.
- Если вы собираетесь пойти к нему, поговорить, а потом исчезнуть после родов, то не стоит. Либо вы пытаетесь стать его настоящей матерью, либо даже не думайте подходить к нему. Если вы не остаётесь и не любите его - уходите. Он уже достаточно страдал из-за вас. Если вы пообщаетесь с ним, а потом исчезнете, то это принесёт ему вреда больше, если он не увидит вас вовсе. Выбирайте.
И я просто не выдерживаю. Ухожу. Я уже достаточно сказал ей. Не хочу, чтобы у неё случился стресс, от этого зависит здоровье ребёнка. Прихожу домой поздно вечером, чтобы ни с кем не видеться.
***
Песня: One DIrection - Right Now
***
Я взволнован. Сегодня ему разрешили выйти в сад больницы, и я очень рад. Даже его мать не могла испортить мне настроение. Даже инвалидная коляска, в которую медсестра помогает Гарри сесть. Она спрашивает, нужно ли нас сопроводить. Качаю головой.
- Нет-нет, спасибо, всё будет хорошо.
Я хочу заботиться о нём сам. Когда мы вышли, точнее я вышел, а Гарри выехал, то я в сотый раз спрашиваю, не будет ли ему холодно, как он себя чувствует и удобно ли ему в этой коляске. С улыбкой на лице он отвечает, что всё хорошо. Но я знаю, что даже если он ничего не говорит, то ему не нравится сидеть в этом кресле. И мне тоже оно не нравится, но оно необходимо. Практически всё это время он лежал у себя в комнате и никуда не ходил, и ноги ещё не окрепли.
Воздух должен пойти ему на пользу. Он слишком долго сидел в четырёх стенах, поэтому проветриться ему не помешает. И я решил его немного приободрить. Когда мы вышли в безлюдный коридор, я побежал, и он широко улыбнулся. Я крутил его, и он смеялся. Потом мы зашли в лифт, и у меня появилось странное желание поцеловать его, что я и сделал. Я так давно не чувствовал его запах мяты. Рядом с нами стояла женщина, на которую я даже не обращал внимания. Но вместо того, чтобы назвать нас педиками и одарить своим гомофобным взглядом, она нам улыбнулась и вышла на втором этаже. После её ухода я нежно погладил плечо Гарри. Мы быстро проходим через холл и оказываемся на улице. Слышу, как он глубже вдыхает свежий воздух.
- Тебе не холодно?
Я не мог не спросить ему об этом в миллионный раз, не смотря на яркое солнце и полное безветрие.
- Всё в порядке, Луи.
Веду его в сторону сада. Хмурюсь, когда вижу, чтобы здесь никого нет. Останавливаю я рядом со скамейкой, а сам сажусь на неё. Обращаю внимание на больничную парковку.
- Подождёшь немного? Мне нужно кое-что найти.
- Что найти?
- Потом узнаешь. Обещаешь не уходить?
- Обещаю.
Я быстро поцеловал его в лоб, после чего ушёл. Вижу Сволочь на поводке, который очень перевозбуждён, будто он чувствует присутствие Гарри здесь. Подхожу и снимаю поводок. Он сразу же убегает и как только видит Гарри, набрасывается на него. Сволочь кидается к нему и начинается лаять. Как только я подхожу, Гарри плачет. Но он улыбается. Это слёзы счастья. Он обеими руками ласкает и гладит Сволочь, пока тот прыгает, лает и виляет хвостом. По мне так он скоро взорвётся от счастья.
- Спасибо.
Всё, что сказал Гарри. С тех пор, как он здесь, я в первый раз вижу его таким счастливым. Сажусь на скамейку рядом с креслом. Беру Гарри за руку, пока Сволочь ещё мнут пятнадцать прыгает вокруг нас.
Когда он наконец успокоился, Гарри спокойно поглаживал его и целовал. Честно, я немного ревную. Да, я ревную его к собаке, и это не смешно.
- Спасибо, что привёз его.
- Не за что, - улыбаюсь, - У меня ещё один сюрприз для тебя.
Копаюсь в куртке и вытаскиваю свой телефон. Показываю ему фотографии.
- Это Хоуп?
Я кивнул и показал ещё фотографии.
- Я ходил к Карле вчера вечером.
- И как?
- Хорошо, он нормально питается, и он набрал 600 грамм. Но ему всё ещё трудно кусать и передвигаться.
И мы говорим о нём ещё долго. Уже строю планы на то, как мы будем ухаживать за Хоуп, когда он вернётся. Но потом наступает тишина, и он успокаивается, расслабляется. Его рука по-прежнему касается Сволочи, который лежит у него в ногах.
- Гарри... - он поднял на меня глаза, - Что случилось с Луи-щенком?
Он улыбнулся.
- С ним всё хорошо. Он вместе со своей мамой.
Я рад, правда рад.
- Это круто. Его всё так же зовут Луи или по-другом?
- По-моему, теперь они называют его Лу-Лу.
- Лу-Лу, серьёзно? - взрываюсь от смеха, - Они знают, что это чертовски банально?
- Возможно, но главное, что с ним всё хорошо, и он счастлив.
И он прав. Это главное.
Снова тишина. Чувствую, как он хочет что-то сказать, но вместо этого гладит Сволочь.
- Луи?
Поднимаю на него глаза.
- Я хотел сказать спасибо за всё, что ты делаешь для меня.
- Всё в порядке.
- Нет, не в порядке. Ты поддерживаешь меня, помогаешь мне, направляешь. И я не хочу, чтобы ты думал, что я не благодарен тебе, ведь я не говорил тебе этого. Ты очень многое делаешь для меня, и я хочу сказать спасибо.
- Многое, значит?
Я знаю это, и мне не нужно слышать этого. Я знаю, что он благодарен мне, я вижу это по его глазам. Мне не нужно, чтобы он говорил это, его тело говорит это за него, и мне этого достаточно. Мне не нужно говорить, мне нужно видеть.
- Многое и даже больше.
[...]
Многое и даже больше. Его слова крутятся у меня в голове, пока я лежу в постели со Сволочью в ногах. Доктор разрешил мне присутствовать во время приёма пищи, после чего Гарри сможет ходить гулять в саду. Так что да, мне придётся на час оставить Сволочь в машине, что очень опасно. Он ведь всё разнесёт.
Многое и даже больше. Засыпаю с улыбкой на лице.
***
Сегодня утром, когда я проснулся, я получил СМС от Джулии.
"Мне жаль."
И всё. Больше ничего. Она не передо мной должна извиняться. Это ведь не меня она бросила. И больно не мне, а Гарри, её сыну. Мне жаль. Это мне жаль, что она всё ещё тут.
- Луи? Что-то не так?
Мы лежим на больничной кровати, я обнимаю его за плечи, а его голова лежит у меня на плече. Целую его в лоб.
- Нет, всё хорошо.
Понимаю, что мой ответ не правдоподобный. Он зарывается носом в мою шею.
- Ты ведь знаешь, что можешь поговорить со мной.
- Знаю.
Но не об этом. Я не могу говорить с ним об этом, так для него будет лучше. Нежно поглаживаю его волосы.
- Ты хочешь их постричь?
Он понимает, про что я, и легко касается моей руки, которая держит его волосы.
- Нет.
Улыбаюсь.
- Вот и славно, я обожаю твои волосы.
Он устал за сегодня, и я скоро уйду. Но в последний момент рушу всё молчание.
- Если бы Саманта вернулась, ты бы оставил меня?
Не знаю, зачем я спросил, но мне так хотелось узнать.
- Нет. Я бы никогда не бросил тебя.
Его ответ был мгновенным. Он даже не задумывался. Смотрит на меня.
- Ты любовь всей моей жизни, Луи.
То, что он сказал мне, потрясло меня. Мне понадобилось около минуты, чтобы прийти в себя.
- Я хочу кое-что тебе показать.
Поднимаю рукав футболки и показываю ему на своё плечо. Я считаю, что это идеальный момент. Чувствую, как его сердце начинает биться сильнее, когда он видит татуировку H у меня на плече.
- Это...
- Это моя первая татуировка, и я хотел, чтобы она была посвящена тебе.
Шепчу. Он рукой касается татуировки и практически плачет. Смотрит на меня блестящими глазами.
- До конца вселенной.
Кладу руку на его подбородок и целую его, пытаясь вложить в этот поцелуй всю свою любовь.
- До конца вселенной.
- Только +Гарри?
- Всегда.
***
"Моё имя на его коже..." (с) Гарри.
***
Я не планировала выкладывать эту главу сейчас, но решила опубликовать по случаю, произошедшем в Орландо. Мы вновь стали свидетелями жестокости гомофобов. Но не смотря на всё это дерьмо, мы все остаёмся сильными, и никого не боимся. Love Is Love.