Все для Рода

Время в Хогвартсе не тянулось резиной, учиться было интересно. До Йоля оставались считанные дни, когда я наконец-то дождался итогов расследования Лорда Авергейла. Новости меня разозлили. Оставлять все как есть и не отомстить оставшимся Врагам Рода я не собирался. Осталось определиться с точным количеством живых врагов.

Для начала я пригласил всех Блеков в мэнор. В парадной гостиной рядом со мной на диване расположился юный Арктур. Напротив, в удобном кресле сидела Дора с уже хорошо видимым выпирающим животиком. Рядом с ней в парном кресле присела Андромеда. Нарцисса сидела с другой стороны рядом с Беллой, которая выглядела бесподобно. Больше я никого не звал. Разве что Портреты предков не пустовали в этот момент.

— Я собрал вас здесь, чтобы рассказать об итогах расследования, которое провели нанятые мною специалисты и Лорд Авергейл. Расследование я начал, когда впервые увидел Арктура. В Книге Душ Хогвартса Арктур числился полукровкой, и однозначно сыном Сириуса Блека. Мне удалось выяснить, каким образом был зачат Арктур, если Сириус все двенадцать лет просидел в Азкабане.

Я немного помолчал и собрался с мыслями, потом посмотрел на Дору.

— Может, Доре выпить сразу успокоительного? — обратился я к Андромеде. — Я не знаю, какая будет реакция, но лучше предотвратить лишние волнения.

— Спасибо, мы так и сделаем, — кивнула Меда.

— Я уже догадалась, что сегодня будет серьезный разговор, касающийся только членов Рода, раз ты запретил ставить в известность об этом разговоре наших мужей и Драко, — сказала Нарцисса.

— Разговор будет касаться всего Рода. Но это только наши внутренние дела, — сказал я ровным тоном.

Мы дождались Кричера с зельем для Доры, и я продолжил рассказ.

— Лорд Азкаран Авергейл, которому было поручено возглавить комиссию для проверки Азкабана, по моей просьбе проверил специальное хранилище для биологических материалов узников Азкабана в Палате Лордов. Те, кто не знает, скажу, что этот биологический материал — последняя надежда Рода в случае смерти узника, Последнего в Роду, как правило. Крестный был только Регентом Рода, но об этом не знали и его биологический материал взяли как у Последнего в Роду.

Потрясенный вздох сестер Блек, судорожно сжатые ладони Беллатрикс, расфокусированный взгляд Арктура — я выявлял каждую мелкую деталь. И только Дора благодаря зелью была спокойна.

— Когда хранилище проверили, то из биологических материалов там была только кровь. Семя использовали для искусственного оплодотворения магглы по имени Джанет Прингс, которой через две недели после родов стерли память об участии в этом. Так Арктур оказался в детском доме с надетыми ограничителями не только на Магию, но и Дары. Его ограничители мудрёнее, чем были у меня. Детство Арктура напомнило бы мое или Тома Реддла, если бы не случайность. Все работники приюта были с ментальными закладками на травлю Арктура и подталкивание других детей на плохое к нему отношение. Но так получилось, что в то время произошла маленькая реформа и детей младше полугода передали в другой приют. Так у Арктура было еще сносное детство.

Мальчик сидел с опущенной головой, сжимая кулаки. Он явно был в ярости. Я позвал Кричера с еще одной порцией зелья и влил в Арктура.

— Извини, малыш. Мне не хотелось бы потом ремонтировать гостиную, — улыбнулся я. Озадаченное выражение Арктура рассмешило Нимфадору.

— При чем тут гостиная?

— Если бы ты не сдержался, был бы магический выброс, — по-доброму улыбнулась Нарцисса.

— На тебе тоже были ограничители магии? — задал вопрос ребенок.

— Были, но я не хочу вспоминать об этом.

После удачного отвлечения Арктура от разрушительных действий, я продолжил рассказ.

— Сквибы, работающие на два мира, выяснили следующее. Учреждение, где было проведено искусственное оплодотворение женщине, было экспериментальным. Забирая семя Сириуса Блека для оплодотворения магглы, те, кто это сделал, планировали уничтожить Род Блек. Полукровка, претендующий возглавить Род, надевая Кольцо Лорда, умер бы страшной смертью. А с заблокированной Магией и Дарами, тем более. Арктура собирались контролировать, как пытались это делать со мной, показывая сказку — волшебный мир. С приютом разница была бы огромна.

— А я ведь не Наследник, как я мог надеть Кольцо Лорда по мнению этих кукловодов?

— Это сейчас в Хогвартсе можно узнать о традициях Магического Мира, а до смерти Дамблдора была полная безграмотность, на Гриффиндоре громко говорили, что если ты попал в Слизерин или общаешься со слизеринцами, то ты Пожиратель Смерти, предатель и Темный маг. Таким образом, ограждали от общения с большинством чистокровных, чтобы не узнавали традиции Магического мира и Законы Магии. Но вернемся к нашей теме. От меня планировали избавиться. По плану Дамблдора я должен был сам подставиться под «Аваду» Волан-де-Морта, а сам бывший Директор спокойно возрождается в теле своего родного брата Аберфорта и продолжает свои нечистые дела.

Нарцисса ожесточенно улыбалась, впрочем, оскал не сходил и с лица Беллы, а вот Андромеда эмоций вообще не выражала.

— Таким образом, с моей смертью больше претендентов на главенство в Роду Блек не было. Драко, как возможный претендент, был бы в Азкабане за то, что стал Пожирателем смерти. Дамблдор не знал, что Драко не может претендовать на титул Лорда Блек. Сириуса они довели зельями до самоубийства, Беллатрикс они изолировали еще раньше, а Нимфадору в расчет не брали из-за мнимого отречения Андромеды от Рода. И когда последний кровный потомок...

— Не смог бы совладать с Родовой Магией, то Род вымирает, никого не задевая Откатом, — хрипло закончила Беллатрикс.

— Кто? — требовательно спросила Андромеда. В ее глазах появилась жажда крови.

— Дамблдор. Был принесен в жертву на Алтаре Рода Поттер. Аластор Грюм. Был принесен в жертву на Алтаре Рода Блек. Лорда Хорнора низверг собственный Род по решению Распорядителя. Сейчас его в живых нет, и я думаю, в посмертии ему не повезло. Эвергамп и Кроули были поцелованы дементорами после заключения в Азкабан. По отчетам работников тюрьмы это произошло случайно. Случайность — четкий и продуманный шаг единственного человека, кто избежал своего наказания, и при этом ни разу не засветился во всех преступлениях. Выяснить его личность мне удалось, — я усмехнулся.

— Гарнет, не томи, кто этот человек? — взволнованно поторопила Дора, перебивая меня. Андромеда недовольно цикнула на дочь.

— Этот человек избежал наказания Распорядителя только потому, что не присутствовал на заседании Палаты Лордов 13 августа. Он уже много лет несет ответственность за сирот, которые должны наследовать Род в Магическом мире. 13—й Лорд Белхейвен и Стентон.

— Единственный Род, который наследовал титул Лорда одновременно в Маггловском и Магическом мирах. Ему не сложно было отследить все, что происходит в Маггловском мире, — понятливо проговорила Нарцисса. — Это не он курировал лаборатории по искусственному оплодотворению у магглов?

— Официально нет. Но по сообщениям моих маггловских агентов, за всем этим стоял именно Гамильтон.

— А кто такой Гамильтон? — озадаченно спросил Арктур.

— Это и есть 13-й Лорд Белхейвен и Стентон. Так уж сложилось, что в этом Роду всегда рождались сквибы и маги. Сквибы — Гамильтоны возглавляли Род в Маггловском мире, а маги — Гамильтоны соответственно в Магическом.

— Почему этот Род участвовал в преступлениях против Магии? — задала волнующий вопрос Андромеда.

— Пока не знаю. И я собрал вас всех здесь, чтобы предупредить, что буду объявлять о кровной мести Александру Кармайклу Гамильтону, 13-му Лорду Белхейвен и Стентон в Магическом мире за попытку уничтожения Рода Блек.

— Мы поддерживаем твое решение, Гарнет, — сказала Андромеда, переглянувшись с сестрами.

— На заседании в Палате Лордов в новом году я объявлю претензии Лорду Белхейвен и Стентон, и если он не признается, то кровная месть будет осуществлена на Алтаре нашего Рода.

— Ты позволишь нам присутствовать рядом? — спросила Нарцисса кровожадно.

— Позволю, — кивнул я.

— А что делать мне? — растерянно спросил юный Блек.

— Тебе надо быть осторожнее. Проверяй всю еду и питье на примеси, на уроках зельеварения занимайся один, не позволяй никому подходить к твоему котлу и кидать ингредиенты. На уроках по Боевой Магии всегда будь внимателен. И до объявления официальной кровной мести старайся не показывать своих эмоций. Желательно, чтобы твое поведение не выбивалось за рамки обычного. Хорошо, что на днях начнутся каникулы, и я тебя заберу домой. Подарки от друзей сначала проверим на безопасность вместе.

— А после объявления кровной мести?

— А после можешь открыто проявлять свою паранойю. У чистокровных, знающих традиции магов, не будет желания стоять с тобой в паре на уроках или донимать частыми беседами. Тот, кто попытается с тобой общаться не по серьезному делу — твой враг. Запомни эту прописную истину. Друзей на время кровной мести у тебя не будет. Если кто-то попытается втереться к тебе в доверие, то тут же сообщаешь мне. И еще я надену на тебя дополнительные артефакты для защиты.

— Еще артефакты? — пораженно спросил Арктур. Видимо считал, что он и так увешан ими. Наивный.

— И не только, — подтвердил я. — Для тебя сшита специальная одежда. Ты будешь носить только ее. Она заговорена и защищена специальными рунами.

— Когда ты только успел? — покачала головой Нарцисса.

— Как только я заподозрил угрозу, то заказал специальную одежду не только Арктуру. Дора, твой гардероб привезли сегодня тоже. Я бы хотел, чтобы ты была защищена по максимуму.

— Я вот не понимаю, — немного нерешительно сказала Нимфадора. — Я отношусь к Роду Адиссон, а ты меня опекаешь так же, как и Арктура.

— Не также. По приоритетам для Рода ты выше Арктура.

— Почему?

— Магия определила Арктура моим внуком, то есть, он способен наследовать Род только после твоего будущего сына, а твой сын — мой будущий внук, и поэтому на древе Арктур изображен в позиции моего внука.

— А твои будущие дети? — продолжала Дора.

— А дети Гарнета наследники первой очереди, — ответила за меня Андромеда. На что я только кивнул в благодарность. — Поэтому будущие дети Лорда Блека будут считаться дядями для Арктура и твоего сына.

Надеть артефакты на Арктура и Нимфадору мы решили сразу. Я взял их из кладовых Поттер-мэнора, на время естественно. После окончания кровной мести все эти артефакты вернутся обратно в сейфы. Одежду в школьном сундуке заменили эльфы Хогвартса по моей просьбе незаметно. А комната у него была отдельная, что упрощало защиту юного Блека.

Как бы Арктур ни показывал свое недовольство, в Хогвартсе теперь за ним будет постоянный присмотр. К нему я определил сразу двух школьных эльфов в режиме невидимости. Постоянный маяк, заклятый на кровь Арктура, теперь был в виде серьги в пупке мальчика. Место было выбрано не случайно. Ближе к пуповине подобный артефакт всегда даст сигнал о местонахождении человека. Даже если человек будет в казематах мэнора чистокровного Рода с полными активированными щитами.

Три дополнительные серьги в ухе, два браслета на левой руке и пять — на правой. Рунный пояс из кожи под одеждой, три браслета с кулонами на правой ноге, и один браслет из серебра шириной пять дюймов на левой ноге.

Защита мальчика была стопроцентной, разве что от прямого попадания «Авады кедавры» не спастись. Чтобы рядом с ним датчики артефактов не зашкаливали, Арктуру пришлось смириться с временной татуировкой на левой лопатке, которая экранирует общий магический фон мальчика.

В отличие от Арктура, Нимфадора с удовольствием примеряла артефакты, прикидывая, что оставить на виду как украшение, а что лучше спрятать. Сестры Блек понимающе смотрели на мисс Адиссон, у Беллатрикс периодически алчно зажигались глазки, когда она смотрела на очередной артефакт. Надо сказать, Нарцисса от нее была не далека.

— А есть еще какие-либо новости от Лорда Авергейла? Я слышала от Люциуса, что там были неучтенные заключенные. — Нарцисса сидела с чашкой чая, периодически жмурясь от удовольствия, поедая пирожное. Андромеда смотрела на сестру и улыбалась чему-то, наверное, воспоминаниям.

— Были. Как я и предполагал, нашли там даже Лорда Девона. Слишком тот сильно перешел дорогу Дамблдору в свое время. Племянник Лорда Норфолка тоже нашелся в Азкабане. Целители еле откачали его. Он сам загнал свой разум в ловушку, чтобы не дать стереть себе воспоминания и сломать свою личность, но специалисты дело знают. Сам Норфолк в шоке от сведений, что получил от племянника. Если бы Лорд Хорнор и Дамблдор были бы живы до сих пор, то Норфолк разорвал бы их голыми руками.

— Лорд Норфолк? — удивленно спросила Нарцисса. — Он мне не кажется кровожадным.

— А он и не кровожадный. Но от таких новостей и не такое захочется сделать. А еще он провел ритуал «Воздаяние», после чего Магия определила его моим союзником. Норфолк узнал через ритуал, что я принес в жертву Дамблдора как Врага Рода Поттер, и теперь жаждет пообщаться с моей скромной геройской персоной, — я изобразил наивного мальчика с щенячьим взглядом. Арктур и Дора рассмеялись, а сестры Блек улыбнулись поднятому настроению детей.

Письмо от Лорда Норфолка я получил буквально перед разговором с Блеками, и время прочитать его у меня было. Подробности в письме он опустил, но от Азкарана я был в курсе всего происходящего. Норфолк просил меня о частной встрече с ним, согласие я отправить не успел. Да и время встречи выбрать сложно.

— Гарнет, а почему с нами нет сейчас Саннивы? Она ведь твоя сестра.

— Верно, — кивнул я, — но она не Блек, а Поттер. И о кровной мести должна будет узнать вместе с остальными официально.

— Ни мой супруг, ни супруг и сын Нарциссы, ни мужья Беллы не будут в курсе наших планов на кровную месть. Это предосторожность. — Андромеда попыталась доступно объяснить Арктуру незыблемые правила Рода Блек.

— Но общаться с ними после объявления кровной мести ты можешь спокойно, так как мы — одна семья. Правда, когда Ива выйдет замуж, то с ней уже откровенно говорить не стоит, так что для нее дозируй информацию, — сказал я. Арктур только кивнул, принимая сведения.

— Зато Драко будет на стороне Рода Блек, хоть он и Малфой — улыбнулась Нарцисса.

Оставшееся время мы провели довольно приятно, так что я еле успел до отбоя вернуть Арктура в Хогвартс. Сам уже не успевал, так что решил посетить Тайную комнату. К василиску я теперь заглядывал каждую неделю. Что интересно, от меня яйцу передавалась дополнительная энергия. Я это чувствовал, но Ссарусс меня об этом точно не предупреждал. Пока не забыл, я решил поинтересоваться у Основателей об этом казусе.

Все четверо были рады видеть меня, несмотря на некоторое смущение Салазара. Я застал его с Годриком в довольно интимный момент. Хорошо, что раздеты оба были не до конца. В такую ситуацию я попал впервые, но сделал вид, что ничего существенного не произошло.

— Я хотел уточнить вопрос о василиске. Яйцо добирает сейчас от меня энергию. Это нормально?

— Если учесть, что тебе было двенадцать лет, когда ты его убил, и на тебе были ограничители магии, то ничего страшного. Детеныш набирает недостающую энергию, — сказал Годрик после длительного молчания.

— Почему энергии не доставало? Ведь василиск обязан родиться от разового всплеска энергии после ритуального поединка!

— Ограничители магии мешали, а теперь детеныш почувствовал, что при зачатии не забрал все, что мог. Раньше несовершеннолетние в ритуальных убийствах василисков не участвовали, поэтому спросить об этом придется у детеныша. Память его предков будет с ним всегда.

— Он так в нага перекидываться научится, — пробормотал я растерянно.

— И это будет показателем твоей силы, — усмехнулся Салазар. — Если он сейчас начал тянуть из тебя энергию, то раньше следующего года не вылупится. Но продолжай приходить к нему каждую неделю.

— Ты знаешь об этом больше, чем говоришь? — подозрительно спросил я у Салазара.

— Пусть это останется моим секретом, — хитро усмехнулся алхимик.

— Ты что-то еще хотел узнать, папаша? — ехидно спросила Хельга, усмехаясь. Салазар, уже не стесняясь моего присутствия, продолжил пока невинно соблазнять Годрика, и я сбежал от них. Потому что томный вздох Ровены, внимательно следящей за шаловливой рукой Салазара на животе Годрика, оказался для меня слишком громким.

Чтобы не попасться патрулирующим преподавателям, я был в мантии-невидимке. Прижатого к стене в пустом коридоре Эрни МакМиллана, подставляющего шею под поцелуи Драко Малфоя, я увидеть не ожидал. Передернув плечами, я отправился в гостиную факультета, в надежде, что больше мне свидетелем подобных сцен быть не удастся. Как же я ошибался.

Моя довольно активная однокурсница Фей Данбар, играющая в этом году в квиддич охотником издавала довольно громкие неприличные звуки в компании Блейза Забини в одном из заброшенных кабинетов. Забини я тоже узнал по довольно громким экспрессивным восклицаниям на итальянском языке. Мимо этого кабинета я пробежал, чтобы случайно не попасть под раздачу патрулирующим учителям. А то, что этих двоих обязательно услышат, я не сомневался.

В гостиной Гриффиндора я тихо выдохнул. Невилл сидел у камина, и я присоединился к нему, предварительно заказав подогретое вино у домовиков для себя и друга. Рассказав ему сегодняшние приключения, Лонгботтом смеялся надо мной, держась за живот. Томас и Финниган, увидев меня и смеющегося Невилла, после неполного и искаженного пересказа событий во время возвращения в гостиную, тоже смеялись долго. Тотализатор на обнаружение этой парочки был открыт. Томас ставил на то, что их не обнаружат, я на то, что обязательно обнаружат и снимут баллы с обоих. Невилл на то, что обнаружат и снимут баллы только с Забини, а Финнинган решил, что их обнаружит Снейп и снимет баллы только с Гриффиндора.

В итоге выиграл я. Их обнаружила МакГонагалл. Не зря ведь я быстро покинул ту территорию, Хогвартс мне просигнализировал ее приближение. По пятьдесят баллов с каждого за непотребный вид с них взыскали.

Кстати, Невиллу я не рассказал, кого именно целовал Драко Малфой. Все-таки, это его личное дело. Захочет — сам расскажет.

Ритуалы Йоля я проводил у себя в Домах, уже не скрываясь. Теперь помимо Блек-мэнора и Поттер-мэнора, ритуалы надо было проводить и в Замке Певерелл и в Хогвартсе. Ровена меня предупредила, что три ритуала в эти дни надо провести обязательно. Но даже, занятый ритуалами и устройством Новогоднего Бала в Поттер-мэноре, а также заботой о братьях Уэсли, у меня свободное время оставалось.

И это свободное время было практически полностью отдано Маркусу Поттеру, которому хотелось сделать из меня Боевого Мага. Уставал я неимоверно, но молча выполнял указания Маркуса.

С Лордом Норфолком мы решили для начала встретиться на Балу, а потом удалиться на пятнадцать минут в кабинет. Этикетом подобные отлучки с Главами других Родов во время Балов и Приемов предусматривались. В свете того, что Магия посчитала наши Рода союзниками, подобный шаг был удобен для обозначения позиций.

Новогодний Бал в Поттер-мэноре — событие важное для аристократии. Здесь двадцать лет не проводились никакие мероприятия, поэтому каждому аристократическому Роду было интересно сравнить свои прошлые впечатления. Мэнор сверкал в великолепии. Парадный Бальный Зал Поттер-мэнора на пятьсот человек помнили все, здесь каждое посещение был новый антураж.

Какие только виды здесь не показывали. И небо, по принципу Большого Зала в Хогвартсе, и роскошный потолок, скопированный с произведения искусства какого-либо века. Например, имитирующий потолок одного из Соборов в Ватикане, очень сильно впечатлил волшебников Британии в 1973 году на приеме по случаю дня рождения Дореи Поттер.

Я долго думал, чем поразить искушенную публику. Пока мне не напомнили, что картинка на потолке может быть движущейся. Вспомнив современный кинематограф, моей задумкой стал глубокий космос. Звездное небо наверняка здесь не раз показывали, а вот движение в космосе — ни разу. Я специально расспрашивал портреты Леди Поттер. Движение в космосе я запомнил, просматривая фильм БиБиСи у Мэллоунов. Я помню, как меня поразило тогда это действо на экране обычного телевизора, хоть и цветного. Я с восторгом ожидал реакции гостей, так как сам уже успел насмотреться вместе со своими предками. Поттеры все тоже были в восторге и по очереди посетили Бальный Зал.

Для надежности я еще раз просмотрел тот фильм, заодно навестив Мэллоунов-Бентонов. Мои вассалы обещали быть на Балу обязательно. Впрочем, я в основном занимался мэнором и пригласительными билетами, а Саннива фуршетом и подбором музыки. Для фуршетов отводился специальный зал за тремя большими арочными проемами. Этот зал для фуршетов использовался всегда, отсюда хорошо было видно почти все, что происходит в Бальном Зале.

Очень важно было подобрать правильные цвета для моего наряда. Это была дилемма. Три Рода обозначены быть не могут. Умные люди поймут. Значит, фиолетовый цвет отменяется. Но оставшиеся цвета белый с красным и черный с синим вместе в одном костюме для бала никак не сочетались. Решение предложила Дорея Поттер. Саннива одевается в традиционные цвета Поттеров, а я в традиционные цвета Блеков, и встречаем мы гостей обязательно вместе. Лорд Принц, как жених Саннивы, обязан находиться с ней рядом сразу после прибытия, поэтому его мы пригласили ближе к началу Бала.

Гости стали прибывать с 18 часов. Мы с Саннивой стояли под космическим небом, «путешествуя» между звездами и планетами. В этот раз пол был черного цвета с зеркальным эффектом. Прибывшие гости периодически застывали в восхищении. Магический свет на стенах был достаточно ярким, поэтому Бальный Зал темным не казался.

Наконец, прибыл Лорд Принц. Он был в своем истинном виде без иллюзии. Я поприветствовал его как равного, и Северус встал рядом с Саннивой, делая своей даме комплименты. Почти последним прибыл Лорд Кент-Саффолк, после него вошли братья Уэсли.

После получения Знаков Регентов Рода, Джордж и Фредерик Уэсли сменили цвет волос. Их волосы стали красными. Чарли Уэсли, принятый в Род братьями после изматывающих ритуалов и чествования Магии, перестал быть коренастым мужчиной, стал более тонким и гибким, при этом его волосы сменили цвет с рыжины на иной оттенок. Ощущение, что на голове у Чарли жидкое золото, не проходило. Его волосы были собраны в короткий хвост. Волосы Фредерика и Джорджа достигали лопаток. Я знал, что это был их максимум, большей длины достигнут только волосы их сына, будущего Главы Рода и Лорда Уэсли.

Появление братьев Уэсли заинтересовало многих. Наверняка, кроме моих союзников, знающих мои некоторые секреты, в этих трех молодцах бывших братьев Уизли не узнали.

Бал начался с традиционного приветствия гостей и обязательного танца хозяев. Я закружил Санниву в традиционном вальсе, а после аплодисментов подвел ее к Северусу, и следующих два танца они не меняли партнера. Северус Принц всем продемонстрировал, что Саннива Поттер — его невеста. Конечно, ко второму танцу сразу присоединились другие гости, а я отправился переговорить со своими гостями, периодически приглашая некоторых дам на танец.

С Нарциссой я танцевал контрданс, а с Беллатрикс мы станцевали польку. Сама Белла получала удовольствие от бала, была весела и мила. Выглядела она бесподобно, а многие гости с недоумением смотрели, как Белла весело шепчет что-то Алисе Лонгботтом, а та хихикает как девчонка и ей также на ушко отвечает.

Невилл с Рабастаном на такой концерт синхронно закатывают глаза, и сквозь смех что-то отвечают подошедшему Рудольфусу. Фрэнк Лонгботтом стоит рядом с Люциусом, увлеченно что-то обсуждая. Лорд Кент-Саффолк о чем-то говорит с Лордом Прюеттом, Лорд Ноффолк со своей супругой беседует с Лордом Авергейлом. Я высматривал интересные детали, каждую мелочь, чтобы потом внимательно рассмотреть в думосборе все события бала.

Небольшой перерыв в танцах для важных объявлений по традиции сделан через полтора часа после начала бала.

— Дамы и Господа! Гости моего Дома! Я бы хотел объявить всем присутствующим значимую для Магической Британии новость. В дни Йоля был окончательно возрожден старинный Магический Род. Род Уэсли! Рад вам представить Регентов Рода магических близнецов Джорджа и Фредерика Уэсли.

Близнецы поклонились, сдержанно улыбаясь моим гостям. Высокая публика восторженно охала, узнав о возрождении старого Рода, а затем продолжились танцы.

— Так вот почему вы сейчас управляете голосом Рода Уэсли в Палате Лордов! Вы возродили этот Род, — сказал Лорд Кент-Саффолк достаточно громко, чтобы его услышал стоящий неподалеку Игнатиус Прюетт.

— Что вы? Род возродили близнецы Уэсли и их брат Чарльз, я всего лишь помог советом своим друзьям, — наивно улыбнулся я.

— А остальные Уизли почему в Род не вошли? — Лорд Прюетт вмешался в разговор, он был зол, хотя старался скрыть свои эмоции. Он мог обмануть кого угодно, но не хозяина Дома.

— Остальные Уизли не смогли избавиться от Печати Предателей Крови. К сожалению, Молли Уизли всех утянула назад. Без нее и бывшего Директора Хогвартса Артур Уизли сам мог бы освободиться от клейма, — сочувственно сказал я Игнатиусу. Эта старая мразь посмела вмешиваться в мои дела. Уэсли, если услышат мои нелестные высказывания, меня поймут, я могу сейчас плохо отозваться о любом члене их бывшей семьи.

Я довольно смотрел на Лорда Прюетта, и он понимал, что проиграл мне. Все знают, что Молли из Прюеттов, и если ей не объяснили Законы Магии, то виноват, прежде всего, Глава Рода. И то, что он до сих пор не помог возродить Род Уэсли, хотя вроде как кровно заинтересован, то это только его трудности.

— Наши с вами Рода в союзе, Лорд Поттер-Блек.

— Да? — удивленно протянул я. — Что-то я не слышал этого от портретов предков. Поттеры мне ни о чем не говорили.

— Я говорю о Блеках.

— Когда мне перечисляли союзников Рода Блек, фамилии Прюетт я не услышал.

— Моей супругой была Лукреция Блек. Поэтому мы с вами в союзе. — Прюетт был очень сильно раздражен.

— Тогда почему в вашем Наследнике я не чувствую кровь Блеков, Лорд Прюетт?

— Лукреция была бесплодной.

— Она не была бесплодной, когда выходила за вас замуж, но вот после года жизни с вами стала бесплодной. Расскажите, как мне к этому относиться?

Глаза Игнатиуса пораженно округлились. Кент-Саффолк молча стоял рядом и слушал внимательно. С той точки зрения, что я им открыл, выходило, что Род Блек имел право развести супругов еще тогда, через год после свадьбы.

— Так что Лорд Прюетт, вы теперь понимаете, почему Род Блек никогда не заступался за Прюеттов? Мы доверили вам свою кровь, а вы не сумели ею правильно распорядиться. Именно поэтому наши ложи в Палате Лордов достаточно удалены друг от друга, и поэтому мы с вами союзниками не являемся.

Прюетт только кивнул в ответ на мои слова, не показывая мне своих эмоций, а я с обаятельной улыбкой подошел к Лорду и Леди Паркинсон. К Норфолку я подошел сразу после Паркинсонов. Обменявшись приветствиями и познакомившись с его супругой и детьми, мы чинно направились в сторону зала для фуршета. Поговорили мы на различные темы минут двадцать и демонстративно направились к двери, за которой располагались комнаты для гостей. Некоторые гости уже отдыхали в гостиных, устав от шума бального зала. Кабинет, в который мы направились, был предназначен как раз для подобных встреч. Благо, там постоянно дежурил домовик, чтобы посторонних в него не пропускать.

Присутствующие гости внимательно наблюдали за мной и Норфолком, но мы говорили на нейтральную тему маггловского кинотеатра, театра и оперы. А все начиналось с обсуждения потолка Бального Зала. В кабинете мы смогли позволить себе расслабиться, и пока Лорд Норфолк устраивался, мой богомол дополнительно обследовал кабинет. Что интересно, подслушивающее устройство он нашел у Норфолка в кармане, а тот с удивлением смотрел на непонятный предмет, и явно не знал, откуда у него это взялось.

— Что это? — спросил Ричард Норфолк.

— Подслушивающий артефакт. Кто-то вам его подбросил. Не волнуйтесь, я его уже обезвредил.

— Неприятно, — поморщился маг.

— Согласен с вами. Давайте перейдем к делу. У нас не так много времени.

— Лорд Поттер-Блек, я хочу знать подробности наказания Альбуса Дамблдора. Достаточно ли он получил за свои деяния?

— Достаточно. Не волнуйтесь об этом. Участие в качестве жертвы в двойном ритуальном убийстве на Алтарном камне Древнего Темного Рода — смерть не простая. А в посмертии ему отплатят за всё. Мои предки полностью удовлетворены с тем, как я расправился с Врагом Рода.

— Что сделал Дамблдор вам?

— Из-за действий Дамблдора были убиты мои родители и моя бабушка Дорея Поттер, этот человек вопреки Законам Матери отправил меня жить к магглам, ненавидящим Магию, он превратил мое детство в ад. И только благодаря своим Покровителям, я выучился и разгадал все попытки манипулирования мною этим старым педофилом.

— Педофилом? — пораженно переспросил Норфолк.

— После мнимой смерти Дамблдора, которую я устроил для всего Магического мира, я провел ритуал «IUS VERITATEM». Дамблдор часто пользовался юными учениками тринадцати — пятнадцати лет, а потом стирал им память.

— Учениками?

— Да. В основном якобы магглорожденными, потому что аристократы хорошо защищены артефактами. Да и изменения в магическом фоне девственников в таких семьях хорошо просматриваются. Даже меня хотел, — я ожесточенно улыбнулся.

— Я так понял, что у него ничего не получилось.

— Разумеется. Он боялся ко мне часто «Oblivate» применять, хотя ему очень сильно хотелось утвердиться в отношении меня. Я для него оказался чересчур проблемным, хотя именно такую личность, какую я показывал, он и создавал.

— Кто был второй жертвой рядом с Дамблдором?

— Он известен вам под именем Волан-де-Морт, — усмехнулся я.

— Вы опасный противник, — довольно сказал Норфолк. — Давайте обсудим подробности нашего союза и договоримся о встрече в удобное время.

Ричард Норфолк мои ожидания оправдал и спрашивал только о том, что было полезно ему, не пытаясь узнать лишнее. Норфолки — Светлый Род, но из всех Лордов этого Рода, нынешний Глава — самый неконфликтный человек, который известен всему Магическому Миру философским отношением к жизни. Вывести его из себя довольно трудно, но тому из-за кого пострадал его племянник, Лорд Норфолк желал самого наихудшего. За пролитую родную кровь Темные, Светлые и Нейтральные Рода мстят одинаково.

Бал продолжался. Гости, курсирующие между Бальным залом, столами для фуршета и Зимним садом, были довольны. Я продолжал обходить гостей, беседуя с ними на различные темы. Близнецы Уэсли с серьезными лицами стояли около Принца и Малфоя — старшего, и по-моему пытались не расхохотаться. Я подошел к магам с лучезарной улыбкой, отвлекая внимание близнецов от Люциуса. Этим двоим необходимо показать себя с самой лучшей стороны и вести себя прилично.

— Люциус, друг мой, — чопорно сказал я, — ты не хочешь выпить со мной сидра?

— Гарнет, я предпочитаю французский коньяк.

— Люциус, ты уверен, что хочешь сейчас выпить мой французский коньяк?

За нашим диалогом внимательно наблюдал Северус и готов был громко рассмеяться, и чтобы не опозориться, ушел, отговорившись необходимостью найти невесту. Близнецы непонимающе смотрели. Откуда им было знать, что в прошлый раз Люциус перепил «сидра» из подвалов Поттеров, и вел себя крайне неприлично, что наблюдали все Лейстренджи, остальные Малфои и Принц. Сидром тот напиток называли мои предки, но эффект от чрезмерного употребления был сродни некоторым грибочкам.

Понятно, что под «моим французским коньяком» я имел в виду напиток, чье действие будет сильнее, слабенького «сидра». Галлюцинаций Люциус не хотел, поэтому сообщил, что коньяк предпочитает свой из подвалов мэнора. Чопорный разговор со стороны мог обмануть всех слушателей, но я и Люциус видели в глазах друг друга море веселья.

Без скандала не обошлось. За внимание девятнадцатилетней Элоизы Монтегю ругались два мага. Пока я успел дойти до места ссоры узнал, что жених Элоизы недавно умер, и место это стало вакантно. Вот и попытались два молодых человека решить спор между собой. Зря они не учли ее мнение. Потому что когда я подошел, Монтегю от обоих потребовала не приближаться к ней на расстояние трех метров. Обоих спорщиков проводили в сад, чтобы те остыли.

В целом, Бал прошел великолепно. Гости расходились долго, последний покинул Поттер-мэнор в четыре часа утра. На ночь в мэноре остался только Северус Принц, за которым я еще в прошлые визиты закрепил постоянные гостевые апартаменты. Разумеется, эти апартаменты были достаточно далеко от комнат сестры. Согласно правилам приличия, хотя сейчас такая удаленность их покоев смешит.

События бала были освещены во всех печатных изданиях уже на следующий день. Отзывы были положительными, восторги от убранства зала и «знаменитого потолка Поттеров» были настоящими. В целом, я статьями, написанными журналистами, был доволен. Да и репутация моих Родов должна быть на высоте.

***

— Милорд, спасибо, что согласились на встречу со мной, — низко поклонился вампир.

— Пожалуйста, Ледум. Не стойте, присаживайтесь. Желаете что-нибудь?

— Да, спасибо. Вина будет достаточно.

— Я понимаю, что слишком неожиданно прислал свою просьбу о встрече, но мне это необходимо... нам необходимо. — Ледум начал говорить после того, как отпил из бокала вина.

— Я не верю, что вы говорите от Совета кланов.

— И вы правы. Я сейчас здесь по просьбе Вереска. Из разговора с моим птенцом Ликорисом, мне понятно, что вы знаете всех вампиров Британии.

— Я знаю о всех Кланах вампиров, кто является вассалом моего Рода. И вас я тоже знаю из перечисления значимых вампиров в Кланах. Из семи вассальных кланов остались только три. Галаха, Гриндол и Фриздон. Что с остальными — не знаю, но смутно подозреваю, что они уехали из Британии на территорию Южной Америки. Чтобы быть достаточно удаленными на случай возрождения Рода Певерелл.

— И в этом вы тоже правы, Милорд. Те, кто уехал, не помнят каково быть защищенным своим Сюзереном. Несмотря на ваши возможности убить меня мгновенно, я рядом с вами чувствую себя спокойно. И часть вампиров хотела бы вам служить лично.

— Расскажите подробности переворота.

— Переворот устроил Совет кланов. Сначала отстранили Главу клана Фриздон — Саху. Саху после гибели Магического партнера назло Совету кланов не ушел в Тень.

— Из своей врожденной вредности, вероятно? — усмехнулся я. О невероятной вредности Саху Игнотус мне рассказывал красочно.

— Вы и об этом знаете, Милорд, — уважительно сказал Ледум. — Тогда Саху собрал костяк своего Клана Фриздон и отгородился от Совета, не общаясь с ними до сих пор. Молодняк, что не помнят последнего Певерелла, Совет перетянул на свою сторону, запугав жесткими обязанностями перед Некромантом, придумав сказку о суровой несправедливости мира в отношении вампиров.

— Клан Гриндол не раскололся, я так понимаю?

— А как вы сделали подобный вывод, Милорд?

— Глава Клана Гиамат со своими верными сторонниками погибли через пару лет после смерти Антиоха Певерелла, последнего Лорда Певерелла. Остальные вампиры клана были молоды и глупы.

— Все верно. Одно исключение — Фарис Гриндол. Самый старый вампир, всегда бывший на страже этого клана, услышав о перестановках в Совете, отправил письмо Саху с просьбой дождаться Лорда Певерелла вместе с Кланом Фриздон. Саху после письма Фариса только уверовал в возрождение Рода Певерелл еще сильнее. Фарис немного умеет видеть будущее.

— Редкий дар для вампира.

— Необычный дар для вампира. У меня иногда появляются мысли, что он на четверть какое-то другое магическое существо.

— Кто знает? — пожал я плечами.

Я не имею права об этом распространяться. Фарис на четверть иномирец. Его отец — случайно зачатый плод насилия во время прорыва Завесы. Сам ребенок прижился на нашем плане, и несмотря на печальные обстоятельства зачатия, своей матерью был любим. Будучи наполовину вампиром, смог многого добиться, но ушел в тень вслед за своей партнершей. Фарис в то время был уже взрослым вампиром и отнесся к уходу отца с пониманием. Когда Фарис присягал на верность Лорду Певереллу, он рассказал о своем происхождении и не пожалел. Эта тайна передается от Лорда к Наследнику.

Игнотус об этом узнал, так как именно он должен был стать Наставником будущего Наследника, который родится в семье Мраксов или Поттеров. Вроде как Регент, который передает все дела. Чем он сейчас активно занимается со мною.

— Наш Клан Галаха пытались свалить долго. Подобрались через Гемантуса, хотя тот должен помнить ощущение защиты при Сюзерене. Думаю, что он просто не захотел принять факт возрождения Рода Певерелл во внимание. Мы всегда знали, что Сюзерен будет. Гемантус предал Клан и Вереска ради мнимой власти. Вереск ушел вроде как один. На самом деле костяк клана Галаха всегда поддерживал своего Главу, а тот управляет Кланом из тени. Молодняк не в курсе. Да и того молодняка очень мало. Последний рожденный вампир — мой ученик Ликорис.

— Совет кланов практикует возрождение вампиров через обряды? — спросил я, оскалившись. Ледум испугался, но, справившись с волнением, ответил.

— Пытались. Один раз даже провели обряд, но результат испугал всех. Пока уничтожили того созданного вампира, мы «огребли» кучу проблем, — я поморщился. — Благо, что те, кто отгородился от Совета, знали, что в таком случае делать. Но именно после этого события четыре клана покинули Британию. Там из тех, кто помнил Лорда Певерелла, не осталось никого.

— С тех пор вы репутацию восстановить не можете, — резюмировал я.

— О! Мы даже не пытались, в отличие от Совета. Нам это было не нужно. Мы ждали только Вас, Милорд, чтобы продолжить служение своему Сюзерену, — склонил голову вампир.

— Это просил передать Вереск?

— Да, и не только Вереск. Саху и Фарис тоже. Они просят встречи с вами для подтверждения своих вассальных клятв.

— Я свяжусь с тобой, Ледум.

— Спасибо, что уделили мне свое время, Милорд, — поклонился вампир и вышел из кабинета.

— Ты все слышал, Игнотус?

— Разумеется, — сказал он с Портрета. — Что будешь делать?

— Отправлюсь в Замок Певерелл. Портрет Антиоха проснулся после пяти ритуалов на Йоль. Домовики сообщают, что он украдкой разглядывает происходящее, активно делая вид, что спит.

— Составить тебе компанию? — рассмеялся Игнотус.

— Составь, — тепло улыбнулся я Игнотусу.

Впечатления от знакомства с Антиохом неоднозначные. С одной стороны его пробуждение решило немало важных вопросов, которые мне пришлось откладывать до этого момента, с другой — у Антиоха очень сложный характер. В отличие от Игнотуса, Антиох крестража не имеет, поэтому на картине только слепок личности. Личности, которая имеет развитое желание гипертрофированной опеки.

Игнотус не молчал, а попросил опекать только по делу. На вопрос о еще одном Источнике, принадлежащем одному из моих Родов, Антиох посоветовал поискать у потомков Кадмуса. Потому как тот выбрал не простое место для строительства мэнора. Координаты места Антиох помнил, и передал нам для проверки территории. Решили сделать это сразу.

Каково же было мое удивление, когда мы под чарами невидимости оказались в центре оживленной улицы среди спешащих магглов. Благо, мы очутились на пешеходной части. Включив магическое зрение, я направился в сторону Источника. Оказывается, в центре этого города находился скрытый пространственный карман. Исследовать эту территорию мы решили в предпоследний день каникул.

Мракс—мэнор был почти цел. Алтарный камень оставался жизнеспособным, пока жив хоть один возможный продолжатель крови Певереллов. Пролившаяся кровь Певерелла на алтарь навсегда объединяла Род Мракс с Родом Певерелл. И только потому, что Мраксов больше не было, происходило слияние. Мне было грустно. Но здесь виноваты были сами Мраксы. Морбиус Мракс, прадед Тома Реддла закрыл доступ сыну Марволо в мэнор за неподобающее званию Наследника поведение. Больше на титул Лорда никто не претендовал. Марволо не воспитал детей должным образом и даже не отправил их в Хогвартс для обучения.

Мне было жаль, что Рода Мракс больше не существует. Даже сквибов нет. Об этом свидетельствует Родовой гобелен. Он здесь такой же необычный, как и в Замке Певереллов. Отображаются все возможные линии, даже показаны изгнанные из Рода и расписано четко за что. Марволо был изгнан, а его дети — нет, как и Том Реддл. Полукровка с отцом—сидхе, набирающий свою силу только после трехсот лет. Он не знал о своей природе, иначе никогда бы не подумал о создании крестражей.

Каникулы выдались насыщенными, а начало семестра предполагается не менее активным. Ведь Совет Лордов собирается в последний день моих каникул. Объявление о кровной мести ждать себя не заставит. Жаль, что по этикету я теперь не могу потихоньку расправиться с Врагами Рода. Теперь только официально, Кольца Лордов Магии обязывают.