21
Следующие две недели после ареста Амбридж Гарри просто наслаждался жизнью. Однако во вторник МакГонагалл попросила его остаться после урока. После того, как она заверила Гермиону, что много времени это не займёт, девушка неохотно ушла на обед одна. Ну а Гарри профессор отвела в свой кабинет. И там, к его удивлению, он увидел знакомое лицо.
— Мистер Поттер, рада снова вас видеть, — поприветствовала его Амелия Боунс.
— Мада... простите, министр Боунс, я тоже, — в последний момент он таки сумел обратиться к ней правильно. Однако гостью этот промах ничуть не задел. — Мэм, чем могу помочь?
— Мистер Поттер, я отдала приказ своему бывшему департаменту задержать всех, кто присутствовал в вашем воспоминании на кладбище. К сожалению, похоже, произошла утечка, и мы обнаружили только пустые дома. Я сообщаю это вам, чтобы вы приготовились — возможно, повторится прошлогодняя ситуация. И эти люди стали гораздо опаснее — теперь им намного меньше терять. Мы пытаемся заморозить их активы, однако Гринготтс пока не горит желанием идти навстречу. Чтобы посмотреть, как это воспринял мистер Поттер, Амелия взяла небольшую паузу. И теперь чувствовала себя одновременно воодушевлённой и разочарованной, увидев, как у него сузились глаза. Тем не менее, его решимость нельзя не заметить. И это дарило надежду, что он справится с любыми кознями террористов. А ведь речь-то о пятнадцатилетнем парне! Он должен к СОВ или к свиданию готовиться, а не к войне! — Но у всех этих плохих новостей есть и положительная сторона. Сбежавшие как раз и делали всё возможное, чтобы Визенгамот не разбирал дело Сириуса Блэка. Суд над ним, а так же над Петтигрю и Краучем, назначен на четверг. Учитывая тот факт, что вы пока несовершеннолетний, уже предоставленных воспоминаний и показаний, а так же показаний других свидетелей достаточно, чтобы вас в суд не вызывать. А вот обвиняемый присутствовать обязан — хотя бы чтобы выступить в собственную защиту. Поэтому я хочу попросить вас связаться с Блэком и сообщить ему, что он должен появиться в Министерстве в этот день не позднее десяти часов утра. Если он пожелает, чтобы его сопровождали, пусть появится на платформе девять и три четверти вокзала Кингс-Кросс к девяти тридцати. Поскольку в ближайшее время Хогвартс-экспресс никаких рейсов не планирует, там будет пусто. Гарри понимающе кивнул. — Передам, мэм. Мне сообщить его ответ? — поинтересовался он, мысленно отплясывая джигу и изо всех сил стараясь не пуститься в пляс на самом деле. — В этом нет необходимости — его появление и станет ответом. До указанного времени его там будут поджидать два аврора и сотрудники службы безопасности Министерства. И ещё кое-что: скорее всего, на суде станет известно о воскрешении Тома Риддла. На «Пророк» я влиять никак не могу, так что готовьтесь к реакции читателей. На сей раз кивок вышел мрачным. С его-то опытом общения с магическим сообществом... Да уж, пожалуй, такого даже врагу не пожелаешь. Тем не менее, предупреждение министра он оценил. — Мэм, а можно узнать, что случилось с Амбридж и Фаджем? У собеседницы вышло что-то среднее между весёлой улыбкой и злобной ухмылкой. — Позавчера Долорес приговорили к пожизненному заключению в Азкабане. А против бывшего министра выдвинуты обвинения в коррупции, и пока идёт расследование. Но, как я уже сказала, Гринготтс помогать не желает. Правда, мы обнаружили кое-какие доказательства в протоколах его исполнительных решений. В частности, приказ о сокращении числа охранников Азкабана сразу ПОСЛЕ того, как он просмотрел ваши воспоминания три месяца назад. Пришлось эту ситуацию быстро исправлять. Они обменялись несколькими любезностями, и профессор МакГонагалл отпустила Гарри, чтобы тот успел пообедать. Правда, добрался он до Большого зала к самому концу трапезы. Заодно это значило, что допрос Гермионы откладывался до момента, когда профессор Граббли-Планк попросила их зарисовать лукотрусов. Конечно, за Гарри и Сириуса девушка порадовалась — ей ли не знать, насколько отчаянно эти двое хотели стать семьёй? Остаток занятий тянулся для Гарри со скоростью сонной черепахи. И как только прозвонил колокол с последнего урока, он рванул в сторону гриффиндорской башни, первым делом забежав в свою спальню. И, схватив сквозное зеркало, опустил шторы на кровати и сразу же вызвал крёстного. Так что следующие полчаса они обсуждали нюансы предстоявшего судебного заседания. Прервать беседу пришлось Гарри, которого ждала гора домашних заданий. Что поделать — на пятом курсе нагрузка и впрямь запредельная. Весь следующий день он пребывал в приподнятом настроении, а вот в четверг заметно нервничал. Судя по отменной злобе Снейпа на Зельях, тот тоже знал, что сегодня происходит. А другие профессора обратили внимание, что Гарри Поттер на занятиях время от времени отвлекается. И его работа на уроках не дотягивает до обычных высоких стандартов. Впрочем, причину все выяснили уже в этот же день за ужином, когда в Большой зал вошёл, словно к себе домой, Сириус Блэк в компании авроров Тонкс и Шеклболта. Несколько старшекурсников, помнящих историю двухлетней давности, когда сбежавший массовый убийца пробрался в Хогвартс, с криком нырнули под стол. Оглядев зал и заметив свою «цель» за гриффиндорским столом, Сириус усмехнулся. Гарри и Гермиону этот визит изрядно удивил, однако, независимо друг от друга, оба пришли к выводу, что старый пёс слишком рад оказаться в центре внимания, чтобы сообщить о результатах судебного заседания письмом или через зеркало. А сидевшие чуть дальше первокурсники дружно припомнили слова Луны: «Вам правда не о чем беспокоиться. Понимаете, со всем странным и опасным в Хогвартсе Гарри справляется более чем хорошо. А это значит, на вашу долю ничего не останется». И когда Гарри поднялся из-за стола и шагнул навстречу Сириусу Блэку, похоже, всё подтвердилось. Правда, его слова удивили едва ли не всех, кто их услышал: — Ну что, тебя оправдали? Или просто согласились, что никаких преступлений, в которых тебя обвиняли, ты не совершал, и на этом успокоились? — веселье в голосе Поттера изрядно озадачило аудиторию. Это ведь тот самый человек, который предал его родителей! А театрально схватившийся за сердце, словно смертельно раненый, Блэк только добавил странности. — Поверить не могу — мой собственный маленький крестник такое говорит! И это после всего, что я вытерпел, чтобы к тебе вернуться! — Гарри, если ты его усыновишь, мы немедленно расстаёмся. От этого ребёнка одни проблемы будут, — а вот и Гермиона Грейнджер присоединилась. А если есть в этом замке человек, готовый ради жизни и здоровья Гарри Поттера пойти на всё, так это она. — Блэк! Какого чёрта ты здесь делаешь!? Авроры, немедленно арестуйте этого человека! Он опасный преступник, а здесь дети! — Затаив дыхание, весь Большой зал наблюдал, как на сцене появилось новое действующее лицо. При этом профессор Снейп выглядел разъярённым до крайности. Таким его даже Гаррины однокурсники никогда не видели. Неужели есть на свете человек, которого Снейп ненавидит сильнее Поттера? — Нюниус, будь так любезен — заткнись! Нам ли с тобой не знать, что я невиновен ни в одном преступлении, в которых меня обвиняли? Или надеешься, дети тебе поверят? Когда я зашёл сюда в компании двух авроров? За идиотов-то их не держи, хорошо? — Когда у них на глазах Сириус припомнил Снейпу ненавистную детскую кличку, от благоговения у близнецов Уизли чуть слёзы на глаза не навернулись. — Да, кстати, в недалёком будущем тебя наверняка ждёт обвинение в лжесвидетельстве. А то в ту ночь, когда меня чуть дементор не поцеловал, ты каким-то макаром увидел слишком много. Хотя в основном валялся без сознания. Вот ДМП и любопытно, как это у тебя получилось? Надвигавшийся конфликт одного из профессоров и члена Ордена Феникса вынудил директора вмешаться: — Достаточно, джентльмены. Мистер Блэк, примите мои поздравления по поводу вашего освобождения. Только мне интересно, что заставило вас появиться в Хогвартсе, прежде чем эта новость стала достоянием общественности? — глаза Дамблдора знакомо замерцали. — Я пришёл сообщить своему крестнику, что отныне свободен. А крыса, которая выдала его родителей тёмному магу Тому Риддлу, теперь гниёт в моей бывшей камере. А сразу после судебного заседания состоялось слушание об опеке. Так что теперь, детёныш, я официально твой опекун. — Правда?! Потрясающе! — радость Гарри была очевидна всему залу. А вот Дамблдора эта новость явно не порадовала. — Мистер Блэк, а разве нельзя было немного подождать? Или сообщить мистеру Поттеру как-то по-другому? — в его голосе прорезалось неодобрение. — Можно же не мешать ужину и не пугать детей. — На самом деле, такое письмом не сообщают, директор. Кроме того, я хотел как можно скорее рассказать Гарри, что теперь у него есть семья. — Разговаривая с Дамблдором, Сириус почему-то выглядел невозмутимым как удав. — Да, я тут ещё почтовой совой поработал. Вот, детёныш — Лунатик передал всё, что смог, — и он протянул крестнику явно уменьшенный магией пакет. Взяв его и положив в карман, Гарри поблагодарил почтальона. — Если это всё, мистер Блэк, могу я предложить, чтобы впредь подобные визиты вы согласовывали через наш персонал — как все родители и опекуны? — снова вмешался директор. — Да, конечно, — бросил Сириус, нетерпеливо отмахиваясь. — Гарри, учись хорошо. И не делай ничего, чего я не сделал бы на твоём месте. Увидимся на Рождество, хорошо? Гарри в ответ возвёл очи горе. — Я почти уверен — это взаимоисключающие вещи, но сделаю всё возможное, — пообещал он, уворачиваясь от дружеского подзатыльника. — И да — на Рождество буду дома. Они попрощались, и Сириус покинул Большой зал, на прощание махнув крестнику рукой. А тот только головой покачал. А стоило Блэку выйти, как по залу пронеслась волна шепотков — почти каждый повернулся к соседу и начал тихо обсуждать это нерядовое событие. Исключение составили Гарри, Гермиона и Луна, хотя последняя выглядела так, словно не прочь как следует расспросить друга. После ужина они втроём собрались в Выручай-Комнате, и Гарри наконец-то достал из кармана пакет. Увидев планы уроков профессора Люпина за тот год, когда он здесь преподавал, Гермиона предсказуемо пришла в восторг: — Ох, Гарри, это же чудесно! Теперь ты сможешь нас учить! — радостно воскликнула она. Впрочем, тот её восторгов не разделял. — Дай мне сначала на всё это взглянуть. Нет никаких гарантий, что я смогу вас этому научить, поэтому не будем забегать вперёд, — попытался он умерить её пыл. На что Гермиона просто улыбнулась. — Значит, ты всё-таки согласен нас учить. Тяжко вздохнув, Гарри покачал головой. — Ты тогда была права — надвигается война, а мы ужасно не готовы. И если я могу это изменить, должен хотя бы попробовать. Буквально мгновение Гермиона выглядела озадаченной, но затем чмокнула его в щёку. — Вот увидишь — ты станешь потрясающим учителем! Мама всегда говорила: лучшие учителя — это те, кто учится вместе со своими учениками, — с этими словами она отошла от стола, дав возможность Гарри разобраться с учебными планами. А сама устроилась вместе с Луной на диване с книгой. Переглянувшись, девушки наколдовали заглушающие чары и восторженно взвизгнули. С их точки зрения, перспектива обзавестись знающим профессором меньшего не заслуживала. А уже на завтра, когда в общих гостиных появились пергаменты с расписанием занятий ЗоТИ, реакция студентов лишь немного уступала этой. На самом деле, Гарри просто раздал расписание префектам, которых оставил после первого собрания, попутно снабдив списком книг. Таким образом, каждый день в промежутке между окончанием занятий и ужином к нему будет ходить по одному курсу. Письменных домашних заданий — никаких, но все обязаны готовиться к уроку. А вот пятый и седьмой курсы будут заниматься по выходным. Впрочем, ничуть не удивительно — их уроки более продолжительные, поскольку впереди маячат СОВы и ТРИТОНы. Не мудрствуя лукаво, Гарри принял учебный план Ремуса, поэтому и список книг не менял. На удивление, Люпин для подготовки к ТРИТОН посоветовал ровно ту же книгу, что и в своё время Снейп. Тем не менее, судя по высказываниям Гермионы на шестом курсе в «прошлый» раз, в Гаррин стиль преподавания этот учебник вписывался хорошо. * * * Девятнадцатого сентября Гарри решил сделать всё возможное, чтобы этот день рождения Гермиона не забыла никогда. Первоначально он собирался праздновать в Выручай-Комнате исключительно в компании подруг, однако проговорился о знаменательной дате на глазах у первокурсников. И его тут же буквально завалили просьбами присоединиться. А поскольку разговоры не прекращались, вскоре и старшие курсы просветили. И эдакими распорядителями торжества тут же сами себя назначили близнецы Уизли. Так что теперь Гарри в основном следил, чтобы эти двое не размахнулись слишком широко. И решил считать, что таким образом близнецы давали понять, что больше не обижаются из-за истории с их братом и сестрой. Отмечать день рождения решили после занятий, и Гарри поручили привести виновницу торжества в свободную аудиторию, где её будут поджидать «гости». Конечно, Гермиона легко согласилась с ним пойти. А её нетерпеливый взгляд серьёзно так намекал, что сегодня она от него и ждала чего-то подобного. Поэтому стоило им зайти в нужный класс, как Гермиона одарила любимого горячим поцелуем, даже не дождавшись, пока закроется дверь. Но тут у неё за спиной кто-то нарочито громко откашлялся. Конечно, именинница моментально обернулась. И когда увидела толпу народа, а также столы с угощением и подарками, её брови удивлённо поползли вверх. — Ай-яй-яй, мисс Грейнджер. Что подумают эти впечатлительные молодые люди? — поинтересовался Джордж, качая головой и указывая на ухмылявшихся первокурсников. — Ну никакого приличия, братец, — тут же добавил Фред. — Может, она считает, что такое поведение ей сойдёт с рук, поскольку сегодня у неё день рождения? — предположил Джордж. Его брат изобразил глубокую задумчивость. — А разве нет? — Хватит, ребята. Просто она сделала Гарри прививку от вракпутов, — вмешалась Луна. — С днём рождения, Гермиона! Такое заявление сбило с толку даже самых завзятых шутников, поэтому теперь и остальные стали поздравлять именинницу. Впрочем, близнецы быстро пришли в себя, и уже вскоре по классу летала масса воздушных шаров в виде разнообразных животных, сыпались конфетти, а столы ломились от сладостей. От счастья Гермиона была на седьмом небе. Ещё НИКОГДА её день рождения не отмечало столько народа. Правда, сейчас она наблюдала, как Гарри заставлял Фреда и Джорджа удостовериться, что первокурсники не пострадают после каких-нибудь непроверенных розыгрышей. А вспоминая, как изменилась её жизнь с тех пор, как они познакомились, виновница торжества не переставала улыбаться. А ведь с тех пор, как они начали встречаться, изменилось ещё больше. Нет, лучшего и пожелать нельзя! Сейчас она с удовольствием вспоминала сегодняшнее утро, когда Гарри вручил ей свой подарок — чрезвычайно редкий «Нумерологический альманах Аль-Нуада». И понятия не имела, где он его достал. Ну ничего, мистер Поттер, в самом ближайшем будущем ждёт вас подробный допрос с пристрастием. Вынырнув из воспоминаний, она вновь обратила внимание на ребят, которым помогала с Нумерологией — настал их черёд поздравлять и вручать подарки. Нет, это точно лучший день рождения в её жизни! * * * Отпреподавав неделю, плюс собственные уроки, плюс занятия по разрушению проклятий и три квиддичные тренировки... короче, к воскресному вечеру Гарри на ногах не держался. Тем не менее, по просьбе Невилла согласился в субботу после урока для пятикурсников позаниматься с ним индивидуально. Знал ведь, что Невиллу грозит нешуточная опасность со стороны головорезов Риддла, которым известна лишь часть пророчества. Да и помнил он, каким уверенным стал друг после занятий ОД в «прошлый» раз. К счастью, после ареста Жабы в понедельник последняя пара свободна, поэтому можно немного вздремнуть. А дальше его ждёт второе занятие с первокурсниками. Что ж, по крайней мере, у него достойный повод так издеваться над собой. Отправив первокурсников на ужин, он начал приводить аудиторию в порядок. И уже заканчивал, когда распахнулась дверь, и на пороге появилась Гермиона. — Здравствуйте, профессор Поттер. Готовы идти на ужин? — поинтересовалась она с озорной улыбкой. Перестав размахивать палочкой, Гарри повернулся к ней и состроил страдальческую гримасу. — Помнишь, почему мы не называем Луну тётушкой? Давай и «профессор Поттер» отправим в ту же категорию. Усмехнувшись, его любимая ведьмочка подошла поближе. — Но профессор, я так надеялась на индивидуальные занятия! — выдала она голосом пай-девочки. Гарри приподнял бровь. — Мне вас как следует наказать, мисс Грейнджер? У той аж рот приоткрылся, однако она быстро взяла себя в руки: — Профессор, неужели вы собираетесь сделать что-то неподобающее? — и снова этот невинный взгляд и широко распахнутые глаза, но всё испортил её громко заурчавший живот. — Думаю, весь ваш визит можно назвать неподобающим, мисс Грейнджер, — выдал Гарри, чмокнув её в губы. — Предлагаю пойти поужинать, а то и впрямь тут чего-нибудь устроим. — Изрядно смущённая Гермиона (ну как же — собственный желудок предал!) только кивнула. До Большого зала они дошли в уютной тишине. Однако стоило им зайти внутрь, как оба застыли на месте. Нет, не потому, что над гриффиндорским столом висел немалых размеров плакат — просто они никак не могли поверить собственным глазам. На волшебном плакате изобразили Гарри, который сидел в окружении первокурсников и явно что-то то ли рассказывал, то ли объяснял. Вокруг ходила Гермиона, раздавая кружки с горячим шоколадом. На спинке кресла сидела Хедвиг, словно подтверждая серьёзность слов хозяина, а на коленях у Абби вытянулся Живоглот. И всё это на фоне пылающего камина в общей гостиной Гриффиндора. Сама по себе картина — ещё ничего, однако кто-то добавил подпись: МАМА И ПАПА ПРИВЕТСТВУЮТ ВАС В ГРИФФИНДОРСКОЙ СЕМЬЕ — Что... как?! — Гермиона тщетно пыталась выразить словами безмерное удивление. А Гарри уже внимательно осматривал «родной» стол. И быстро обнаружил две самодовольные рыжие физиономии. — В первую очередь подозреваю близнецов, — ответил он на не высказанный вопрос спутницы, потянув её к столу. — Думаю, лучше всего не обращать внимания. Тем временем Гермиона уже взяла себя в руки. И хотя такая стратегия вызывала у неё сильные сомнения, ещё не хватало из-за чьей-то шутки остаться голодной. Поэтому, устроившись рядом с виновато улыбавшейся Луной, они с Гарри стали есть настолько быстро, насколько могли (само собой, не забывая о манерах). Правда, чувствовали себя чрезвычайно неловко. Однако заметили, что откровенно смеявшихся немного, а гриффиндорцы-первокурсники вообще светились от гордости. У Гермионы даже теория возникла: мало кто смеётся, поскольку все знают, что лишь благодаря Гарри им сейчас хоть как-то преподают Защиту. И оскорбить нежданного профессора — серьёзно рисковать этих уроков лишиться. Впрочем, несколько хихикавших студентов, прикрывших лицо руками, она заметила. И вряд ли так лучше. В темпе поужинав, они покинули зал и направились на седьмой этаж, а Луна устремилась вдогонку. И, чтобы не сталкиваться с зубоскальством товарищей по факультету, Гарри с Гермионой просидели в Выручай-Комнате почти до отбоя. А вернувшись в башню Гриффиндора, сразу же отправились на боковую. Два дня спустя Большой зал снова гудел, но на сей раз во время обеда. Дело в том, что над гриффиндорским столом висел новый плакат: в общей гостиной сидела серьёзная Минерва МакГонагалл. А подпись снова превращала странную ситуацию в неловкую: БАБУШКА МИННИ СЛЕДИТ ЗА ТОБОЙ Войдя в зал и увидев новое «украшение», декан Гриффиндора едва не запнулась. И пока читала подпись, беззвучно шевелила губами. А дальше «взором горящим» оглядела стол своего факультета. — Мистеры Уизли! В мой кабинет! Немедленно! — рявкнула она, и её губы сжались в тонкую линию. — Что?! — Но мы не... — Я сказала немедленно! Наблюдая, как их декан выводит близнецов из зала, Гермиона испытывала серьёзные подозрения. И её взгляд тут же метнулся в сторону соседа. Да, тот сидел с таким видом, словно совершенно ни при чём, но она откуда-то ЗНАЛА. — Гарри! — прошипела она себе под нос. — Это правда необходимо? Тот какое-то время делал вид, будто вообще не понимает, о чём речь, но потом по его лицу расползлась лукавая ухмылка. — У них должок за шутку с тем плакатом. А так получилось одним выстрелом добыть двух зайцев, — тихо признался он. Глухо застонав, Гермиона спрятала лицо в ладонях. Зато со стороны явно подслушавшей Луны донеслось отчётливое хихиканье. * * * За следующий месяц Гарри таки удалось приноровиться к новому изнурительному графику. Похоже, студентам нравятся его занятия, ведь дело-то сугубо добровольное, а все старательно готовились к каждому уроку. К серьёзным нагрузкам пятого курса он тоже привык. Хорошо, что за четвёртый удалось вспомнить, как писать эссе, а то за время «охоты» на крестражи он этот навык изрядно растерял. Поэтому, несмотря на уроки ЗоТИ и тренировки в Выручай-Комнате, по-прежнему делал домашние задания гораздо быстрее, чем в «прошлый» раз. С квиддичем тоже всё складывалось неплохо. Дерек на каждой тренировке демонстрировал мастерство и целеустремлённость. Гарри даже считал, что он превзойдёт Уизли, хотя старался изо всех сил, чтобы на оценку не влияли личные чувства. Кстати, что касается Уизли, те старались держаться подальше. Кажется, Рон и Лаванда теперь вместе, поскольку снова целовались в общей гостиной. Гарри даже лёгкую тошноту почувствовал. Оставалось надеяться, что они с Гермионой не выглядели так же, когда чересчур увлекались, и их руки начинали жить собственной жизнью. Несколько раз он ловил косые взгляды Джинни в адрес Гермионы, да и на себе её внимание ощущал. Правда, близко она к ним не подходила. И такое поведение не только не успокаивало, а наоборот — беспокоило ещё сильнее. Если Рон слишком занят, чтобы вспоминать о своих бывших друзьях, то его сестра явно что-то задумала. А ещё на нервы действовал тот факт, что Малфой за целых два месяца ни разу даже не подошёл к ним. А ведь в последний раз хорёк перестал к ним приставать, когда собирался убить Дамблдора и провести Пожирателей в Хогвартс. Да и предупреждение министра Боунс, что сбежавшим Пожирателям теперь гораздо меньше терять, Гарри не забыл. Итогом стал лишний визит в Комнату Потерянных вещей, где он взорвал Изчезательный шкаф, а обломки раскидал едва ли не по всему залу. В общем, насколько времени хватило — настолько далеко и раскидал. А ещё частично поделился своими подозрениями с Гермионой и Луной. И, в отличие от их шестого курса, на сей раз Гермиона его выслушала. И даже согласилась, что для Джинни и Малфоя такое поведение и впрямь нехарактерно. Только вот пока они не знают причину, поэтому и поделать ничего не могут. Так что все трое согласились быть внимательней и держать ушки на макушке. Конечно, с Сириусом Гарри разговаривал регулярно. Ну да, извлёк уроки из своих ошибок на пятом курсе в «той» жизни. И хотя не думал, что свободный крёстный станет вести себя настолько безрассудно, чтобы снова столкнуться со своей кузиной-убийцей, собирался сделать всё возможное, чтобы катастрофа в Отделе Тайн ни в коем случае не повторилась. Да и то, что Сириус купил для них новый дом, на который веками не действовала тёмная магия, тоже хорошо. Только вот из-за всей этой массы внеклассных занятий с Гермионой они проводили времени всё меньше и меньше. Поэтому высоко ценили буквально каждую минуту наедине. Так что единственный пока выходной в Хогсмиде до сих пор оставался эдаким маяком отдыха и спокойствия. Впрочем, в такой занятости нашёлся и серьёзный плюс — только утром тридцать первого октября Гарри сообразил, что очередная годовщина смерти его родителей наступила незаметно. Хотя что раньше от этой даты ничего хорошего ждать не следовало, что сегодня. И напряжённая атмосфера чувствовалась уже за завтраком, когда вся школа обсуждала передовицу «Пророка»: МАССОВЫЙ ПОБЕГ ИЗ АЗКАБАНА Газета, упорно замалчивавшая воскрешение Риддла, теперь паниковала после побега из ещё недавно абсолютно надёжной тюрьмы его ближайших и самых страшных последователей. Причём у читателя обязано создаться впечатление, будто случилось это в результате ошибок нового министра и её администрации. Поэтому Гарри окончательно убедился, что политику «Пророку» теперь диктуют богатые Пожиратели смерти. Тем более, их дети сейчас самодовольно ухмылялись. На уроках в этот день царило подавленное настроение. Ясно же как день — война, которую опасались большинство студентов, вот-вот начнётся. Гарри с Гермионой даже порадовались, что Флитвик сегодня рассказывал о заглушающих чарах. Они-то их уже освоили, поэтому и поговорить могли. А вот после Трансфигурации МакГанагалл зачем-то попросила Гермиону остаться. Гарри решил подождать её в коридоре и немало удивился, когда встревоженная Гермиона вышла из аудитории в сопровождении их декана. — Мне нужно к директору, но профессор МакГонагалл не знает, почему, — опередила она его вопрос. И увидела, как он забеспокоился ещё сильнее. — Будь осторожна — не смотри ему в глаза, — посоветовал Гарри, заключая её в объятия. — А если что-то случится, зови Добби и Винки — пусть тебя оттуда вытаскивают, — шепнул он любимой на ушко, чтобы МакГонагалл не услышала. Почувствовав ответный кивок, он разжал объятия. — Тогда увидимся за обедом или на уроке. — Снова кивнув, Гермиона отправилась вслед за профессором, которая стояла поодаль, чтобы не мешать им. Стоило им скрыться за поворотом, как Гарри направился в Большой зал. И никак не мог избавиться от ощущения, что всё это не к добру. И обед, на который Гермиона не явилась, его опасений ничуть не развеял. А уж когда она не пришла на первую послеобеденную пару, опасения переросли в самую настоящую панику. Конечно, он пытался себя успокоить — мол, беседа с директором просто затянулась, но... Ага, и Снейп начнёт регулярно мыть голову. Но когда Гермиона и на Гербологии не появилась, Гарри уже собирался сорваться с урока и в поисках любимой разнести замок по камушкам. А ведь если дело снова в зельях — так и запросто. Представив, что Гермиона опять могла пострадать, он ощутимо вздрогнул. Впрочем... Уизли-то здесь, так что на его счёт можно не беспокоиться. Конечно, не слишком утешало, но пока он лично не займётся поисками Гермионы, лучше всё равно не придумать. И как только профессор Спраут объявила, что занятие окончено, он моментально выскочил из теплицы и рванул к замку. Само собой, в коридорах оказалось полно студентов. И когда он пробегал мимо четверокурсников, его посетила здравая мысль. — Мораг! — Услышав голос внештатного профессора ЗоТИ, девушка резко обернулась. — Можешь передать всем, что занятия сегодня не будет? С Гермионой что-то случилось — надо её найти. А урок проведём в субботу утром, хорошо? — Не став ждать подтверждения, он быстро скрылся. И, добравшись до мало кому известного тоннеля, нырнул внутрь, достал Карту Мародёров и начал лихорадочные поиски. Любимую он нашёл через несколько минут и оказался сбит с толку. Интересно, что она делает в одиночку наверху Астрономической башни? Ладно, это он выяснит позже — когда убедится, что с Гермионой всё в порядке. Чтобы спланировать самый короткий маршрут, понадобилось несколько секунд. Правда, теперь, когда он убедился, что из замка Гермиона никуда не делась, можно не нестись сломя голову. Но единственная поблажка, которую себе позволил, — теперь скорость варьировалась от небыстрого бега до очень быстрой ходьбы. Поднявшись наверх и открыв дверь, он осторожно выглянул на площадку. Правда, предосторожность оказалась излишней — Гермиона сидела, прислонившись к парапету и обняв руками колени. Лица он не видел — она опустила голову, поэтому его заслоняли волосы. Но и без того стало ясно — случилось что-то ужасное. Поэтому Гарри поспешил к девушке и в первую очередь её обнял. И когда она никак не отреагировала, снова запаниковал. — Гермиона? Милая, что случилось? — в его голосе отчётливо прозвучали нотки отчаяния. Однако любимая не ответила. Аккуратно взяв её за подбородок, Гарри приподнял голову, чтобы взглянуть ей в глаза. Покрасневшие, с опухшими веками, но самое ужасное — совершенно пустой взгляд. — Гермиона! Солнышко, пожалуйста, поговори со мной! Ты меня пугаешь! — Такое ощущение, будто девушка только сейчас сообразила, что уже не одна. Ну хоть какой-то признак жизни, однако для Гарри он стал проблеском надежды. — Ми, всё хорошо. Пожалуйста, вернись ко мне! Расскажи, что случилось! В глазах Гермионы мелькнула боль, и Гарри словно кинжалом в сердце ударили. — Ушли, — прохрипела она абсолютно незнакомым голосом. — Кто ушёл? — спросил он настолько мягко, насколько сумел. И снова эти неживые глаза, из которых потекли слёзы. — Мои родители. — У Гарри округлились глаза — слух его не обманул? Точно? — Чтобы отвлечь Министерство, Пожиратели смерти напали на семьи магглорождённых. Они хотели, чтобы авроры и стиратели памяти были заняты. Они нашли и убили моих родителей. — Губы несчастной девушки продолжали шевелиться, однако не издавали ни звука. Внезапно она вздрогнула всем телом, а потом рухнула в его объятия. Выйдя из близкого к кататонии состояния, Гермиона снова ощутила невосполнимую утрату, и теперь её трясло от рыданий. А в его мантию вцепилась так, что ещё и кожу под ней прихватила — наверняка синяки останутся. Больно, конечно, только сейчас ему глубоко наплевать. Держа любимую в объятьях, он тщетно пытался понять, как такое могло случиться. Откуда Пожиратели вообще знали, где искать? Но даже если им каким-то образом повезло найти Грейнджеров, там же защита стояла! А Добби и Винки получили приказ в случае нападения немедленно их эвакуировать! Возникло ощущение, будто ему на голову вылили ведро ледяной воды. Однако вскоре ему на смену пришла ярость. — Добби! Винки! — рявкнул Гарри. Увидев недовольного хозяина, появившиеся домовики опасливо съёжились. Тем более, их позвали холодным и жестоким голосом — вон, даже Гермиона поперхнулась рыданиями. — Как вышло, что Грейнджеры мертвы?! Я же приказал при первых же признаках нападения спасать их! — прищурившись, буквально прошипел Гарри. Горе Гермионы он чувствовал словно своё собственное, но лучше уж так, чем проклятьями швыряться. Его холодная ярость здорово напугала домовиков, однако у Добби таки достало храбрости возразить: — Простите, хозяин Гарри, но мы не понимаем. Грейнджеры всё ещё живы. Они в спрятанной палатке хозяина Гарри. Добби и Винки перенесли их туда, как и приказал хозяин Гарри. После его ответа в Гаррином мозгу будто переключатель сработал. И, похоже, не только у него. — Мои... мама и папа ещё живы? — неуверенно поинтересовалась Гермиона. Перестав рыдать любимому в плечо, она приподняла голову, чтобы получше разглядеть Добби. Тот нерешительно кивнул. — Да, мисс. Они в порядке и спрятаны. — Взгляд Гермионы заметался между Гарри, Добби и Винки, прежде чем глаза закатились под веки, и она обмякла. К счастью, Гарри успел её подхватить, не дав упасть на каменный пол. Правда, чувствовал себя последним идиотом. Ну чего ему стоило сначала спокойно спросить? А он поспешил с выводами и наорал на собственных домовиков. Разве они заслужили?! — Добби, Винки, простите, пожалуйста. Мне надо было просто спросить, что случилось, а не кричать на вас. Просите, чего хотите, — он искренне попытался извиниться. Домовики переглянулись. — Не стоит, хозяин, — мягко заметила Винки. Однако Гарри покачал головой. — Стоит. — Увидев, как неловко домовикам, он решил действовать по-другому. — Можете немного подумать, чего хотите, но я настаиваю. А сейчас можете мне ещё кое с чем помочь? — Услышав, что снова могут принести пользу, малыши заметно воодушевились. — Винки, можешь забрать из моей спальни сквозное зеркало? Гермиону я собираюсь отвести в Выручай-Комнату, можешь принести зеркало туда? — Сделав книксен, эльфийка исчезла. — Добби, пожалуйста, найди Сириуса и попроси у него сквозное зеркало. А потом отнеси его Грейнджерам. Объясни, как им пользоваться, и передай, что скоро мы с ними свяжемся. Если Сириус начнёт задавать вопросы, скажи, что потом я всё объясню. — Кивнув, домовик тоже исчез. Вздохнув, Гарри взглянул на потерявшую сознание Гермиону, которую так и не выпустил из объятий. Чтобы всё получилось, понадобилось немного магии, но уже вскоре он аккуратно держал её на руках. И сразу же направился к лестнице. Хорошо, что через седьмой этаж можно быстро добраться до Комнаты! Как ни странно, дверь напротив картины с танцующими троллями появилась, прежде чем Гарри до неё дошёл. А когда ещё и сама перед ним распахнулась, он мысленно поблагодарил Хогвартс. Правда, на сей раз Комната выглядела непривычно — в частности, взамен тренировочной площадки обнаружилась кровать. Подойдя к кровати, Гарри осторожно опустил на неё Гермиону. А когда выпрямился, у него за спиной раздался хлопок. Обернувшись, он увидел Винки, которая протягивала сквозное зеркало. — Спасибо. — Снова сделав книксен, эльфийка пропала. А ему оставалось только ждать, пока любимая очнётся. Конечно, можно чарами воспользоваться, но не стоит. Кажется, сознание Гермионы «погасло», когда попыталось осознать, что её родители по-прежнему живы. Вот и не стоит ему мешать. А то если привести её в чувство раньше, чем нужно, и навредить можно. Поэтому Гарри терпеливо ждал. А спустя несколько минут появился Добби и сообщил, что Грейнджеры получили зеркало и ждут «звонка». Делать пока всё равно нечего, поэтому Гарри принялся за домашнее задание. Правда, мало что успел — со стороны кровати донёсся тихий стон. Конечно же, он сразу поспешил туда. Гермиона и впрямь очнулась и, судя по выражению лица, пока не поняла, где она и как тут очутилась. — Гарри? — смотрела она так, словно он в любой момент мог исчезнуть. — Я здесь, — ответил тот, усаживаясь на край и кладя руку ей на колено. Гермиона тут же её схватила. — Кажется, мне приснился жуткий кошмар. Я заснула за домашним заданием или что-то в этом роде? — впрочем, судя по тону, не слишком-то она в это верила. — Нет, Ми, — ответил Гарри как можно мягче. — Ты не пришла на уроки, а потом я нашёл тебя на Астрономической башне. — Наверняка Гермиона вспомнила, как там очутилась, поскольку начала бледнеть. — Мои родители? — она явно опасалась услышать ответ. — Добби и Винки успели их забрать. Я просто ждал, когда ты очнёшься. Теперь можешь с ними поговорить. — Гермиона взглянула на него как на последнего глупца. — Добби принёс им сквозное зеркало Бродяги. Так что сможешь сама убедиться, что они не пострадали. — Теперь девушка заметно приободрилась и сразу же подвинулась, чтобы Гарри устроился рядом. Подняв зеркало на уровень глаз, тот произнёс: — Сириус Блэк. На мгновение зеркало потемнело, а дальше в нём появились обеспокоенные лица пары стоматологов из Кроули. И Гарри почувствовал, как, получив весомое доказательство, что родители живы, любимая прижалась к нему покрепче, — Мама! Папа! Вы живы! — ахнула она, выхватывая у него зеркало. Кажется, смогла бы, ринулась к родителям прямо сквозь артефакт. Быстро её обняв, Гарри поднялся с кровати и бросил заглушающие чары — пусть семья поговорит без свидетелей. — Конечно, милая, — откликнулась Хелен. — Эти странные человечки быстро нас вытащили, прихватив фотографии и семейные реликвии. Всё как мы обсуждали. А почему ты думала, что нас не спасли? — Перед обедом меня вызвали в кабинет директора. И он сказал, что вчера вечером Пожиратели смерти уничтожили защиту, которую он поставил на наш дом. А они с Орденом появились слишком поздно и никого не успели спасти. Дом сожжён дотла, а вы... вы мертвы. — Взяв паузу, Гермиона вгляделась в знакомые лица, словно до сих пор не до конца верила своим глазам. Представив, какой кошмар пережила дочь в последние несколько часов, Хелен прикрыла рот ладонью. Ричард сразу же её обнял, утешая только ту из своих девочек, до которой сейчас мог дотянуться. А попутно продолжил рассказ: — Внезапно на улице появились несколько странно одетых парней и начали заколдовывать наш дом. Но эти два маленьких эльфа появились в мгновение ока и сказали, что надо немедленно уходить. Кстати, ты знаешь, что Гаррина палатка размером с дом? Внутри, по крайней мере? А вот как нас сюда перенесли — будто сквозь садовый шланг протиснули. — Вспомнив это ощущение, он вздрогнул. — А потом этот маленький парень и его жена успели вытащить почти всю библиотеку. Только вот куда спрятали — понятия не имею. Мы же заранее сказали, какие вещи для нашей семьи самые важные, вот они и забирали их в первую очередь. А когда перестали появляться с нашими вещами, мы поняли, что нашего дома больше нет. Стараясь собрать картину воедино, потрясающие мозги Гермионы работали на полную катушку. — Но как домовики вообще узнали, что вы в опасности? — спросила она. Маловероятно, что Добби и Винки дежурили возле дома, ожидая нападения. — Они сказали — что-то сделали, когда ставили защиту, — ответила Хелен. — Как это срабатывает — точно не знаю. А вот что я знаю совершенно точно — надо от всей души поблагодарить твоего парня. Когда он тут рухнул на пол, я, конечно, закричала, но похоже, у него была причина зайти так далеко. — Погодите, Гарри рухнул на пол? А что с ним случилось? — с каждой минутой Гермиону всё больше сбивало с толку. Бросив на неё нечитаемый взгляд, мама начала рассказывать, как Гарри появился в Кроули в поисках её дочери и как поделился магией с эльфами, чтобы те установили мощную защиту. К концу истории Гермиона бросила быстрый взгляд на Гарри, который, похоже, полностью сосредоточился на эссе. Поэтому немного отвлеклась. Пришлось, слегка покраснев, попросить маму повторить последнюю фразу. — Я говорю: как думаешь, почему Гарри об этом не рассказал? — терпеливо повторила Хелен. Гермиона только фыркнула. — Для него это слишком напоминает хвастовство. Да и голова у него тогда болела совсем по-другому поводу. Помнишь, я писала, как тот мальчик поил меня зельями? — Дождавшись, когда в глазах родителей мелькнёт понимание, она продолжила: — Так вот, одно из них заставило меня возненавидеть Гарри. Я вела себя как последняя стерва! Да я бы ему даже рот раскрыть не дала! А потом это наверняка вылетело у него из головы. — Грейнджеры дружно замолчали — каждый вспоминал, что произошло. — И всё равно не понимаю, почему Гарри решил зайти настолько далеко, — призналась Гермиона после небольшой паузы. — А это было до того, как директор установил свои чары? Её отец пожал плечами. — Понятия не имею. Мы и не видели, чтобы твой директор бросал чары на наш дом. Вот и не знаем, когда он это сделал. Гермионе словно кусок льда в желудок упал. — Потому что он ничего и не делал. Первое, что узнаёшь про такую защиту — чтобы её установить, понадобится разрешение хозяина дома. Иначе защита попросту не удержится. Если вы не видели директора, значит, никакой защиты он не ставил, — к концу монолога её голос ощутимо дрожал. — Значит, хорошо, что твой парень об этом позаботился, верно? — Хелен явно пыталась разрядить обстановку. В ответ её дочь слегка улыбнулась. — Я же тебе говорила: чтобы понять, насколько он особенный, понадобится время. Помнишь? — мягко напомнила она. В знак согласия Хелен просто кивнула. После этого разговор окончательно перешёл в категорию «Светская беседа», причём Гермиона изо всех сил старалась его затянуть — очень уж хотела остаться с родителями подольше. Однако когда её пустой желудок обиженно заурчал, Хелен потребовала, чтобы она немедленно чего-нибудь съела. Неохотно согласившись, девушка быстро попрощалась. А закончив разговор, откинулась на спинку кровати и устало прикрыла глаза. Это был долгий и выматывающий день, поэтому не помешает отдохнуть. Но когда открыла глаза, взгляд упал на Гарри, который по-прежнему работал не покладая пера. Почувствовав, как губы сами собой изгибаются в улыбке, она поднялась и подошла к нему. Почувствовав мягкое прикосновение к плечу, Гарри несколько удивился. А подняв голову, увидел улыбавшуюся Гермиону. Впервые за последние несколько часов настроение скакнуло на отметку «Хорошее». А стоило ему выпрямиться и отложить перо, как любимая забралась к нему на колени и горячо поцеловала. Мало того — несколько мгновений спустя её язык дал понять, что просит его «впустить», а руки, «пробежавшись» по нему вниз и вверх, сначала зарылись в его волосы, а затем вообще забрались под рубашку. Поэтому когда он наконец-то сумел вдохнуть, далеко не сразу сообразил, на каком свете находится. Но тут Гермионин желудок снова громко пожаловался. — Винки! — позвал Гарри, пока Гермиона изо всех сил старалась не покраснеть. — Можешь принести нам чего-нибудь поесть? Сделав, как обычно, книксен, эльфийка исчезла. Однако спустя всего лишь несколько мгновений вернулась с двумя полными тарелками и снова пропала. К удивлению Гарри, Гермиона притянула себе одну из них, даже не пытаясь встать с его колен. Собрав при помощи палочки домашние задания в аккуратную стопку, он взял вторую. Что ж, если после такого тяжёлого дня любимая желает поесть у него на коленях — на здоровье! Когда они закончили трапезу, Гермиона по-прежнему ни капли не намекала, что хочет подняться. Но при этом прикусила нижнюю губу. Значит, о чём-то напряжённо размышляет. — Гарри? — робко спросила она. — Да, Ми? — А можно сегодня мы останемся здесь? — поинтересовалась та, глядя на него с опаской. — Я... не хочу оставаться одна. — Можем, конечно, — откликнулся Гарри и, подхватив её на руки, направился к кровати. Присев, оба сняли мантии. В такие моменты они радовались, что выросли в обычном мире, и потому под школьной формой носили привычную одежду. Свернувшись калачиком, Гарри почувствовал, как Гермиона крепко к нему прижалась. И тут же выяснилось, что про сон можно забыть — любимая начала целовать его в шею. И когда добралась до жилки, где бился пульс, у него вырвался судорожный вздох. — Ми? — Она и впрямь этого желает? Оставив в покое шею, Гермиона повернула его на спину и буквально оседлала. А блеск самых прекрасных на свете карих глаз он видел даже в темноте. — Сегодня ты спас мою семью. А когда я думала, что потеряла родителей, был рядом. Ты... ты... — впервые в жизни Гермиона Грейнджер не могла подобрать слов. Поэтому просто наклонилась и снова от души его поцеловала. — Пожалуйста, Гарри? Чтобы убедиться, что любимая действительно не против, он снова заглянул ей в глаза. Похоже, так и есть, поэтому, положив одну руку ей на затылок, второй погладил её по боку. И начал «возвращать» её недавние ласки настолько нежно, насколько мог. Неудивительно, что к тому моменту, когда оба заснули, познакомились друг с другом гораздо ближе, чем ещё накануне. Правда, до конца не добрались, ну и что? Зато впереди ещё немало приятного и интересного.