Глава I
Возвращение Фрагонарда и счастливый конец.
Разговор обоих был прерван радостным зевком и потягиванием огромного пса, которым в действительности был до сих пор спокойно спавший Тарзан.
Собеседники, поглядев друг на друга, многозначительно улыбнулись, поскольку поняли, что приходящее лицо весьма этому псу приятно.
По другому и быть не могло в этом волшебном подвале: третье лицо ворвалось к Пасеке и Мастеру прямо через окно, не повредив при этом ни одного стекла.
Учтиво поглядел на вновь пришедшего Пасека и глубоко ему поклонился, не желая невежливостью допустить греха против Духа святого.
И Мастер молча ожидал, когда к нему сей вновь пришедший обратится первым.
Тарзан приветствовал возвратившегося хозяина с необычайной радостью.
Фрагонард возвращался прямо с холма Богдалец, на котором к вечеру уснул, и где ему приснилась вся история об исповедовавшейся проститутке, из которой в конце концов вылупилась Мистика.
Этот сон был столь реальным, что Фрагонард, пробуидившись, инстинктивно оглядывался вокруг, в поисках следов кого-нибудь из проституток, вырезанных апачами, когда он находился с Кларою у нее наверху.
Однако, не обнаружив никаких следов крови, самое большее - куски шерсти, которые, однако, имели своим происхождением козу, которую вчера гонял Тарзан, он пошел домой, рассуждая по дороге о делах небесных и твердо решив разбить гранки набранного Пасекой его глупого романа и приняться за работу более достойную и лучшую, "Еретическую "
Потому он был радостно удивлен, когда, придя домой, обнаружил набранное Пасекой кровавого романа.
Держа трубку в достаточном удалении от своих губ, Пасека ожидал похвал Фрагонарда.
Однако Фрагонард не обращал на него ни капли самого малейшего внимания, его взгляд уперся в окровавленный пол.
Глубокий вздох сопутствовал его наблюдениям, и слеза сочувствия несчастным читателям романа Пасеки покатилась у него из глаз.
Кровь сия свободно текла из уже готовых листов Кровавого романа, и было ее, наверное, уже не меньше четырех ведер.
В печали смотрел Фрагонард на совершенные Пасекой печатные проказы и страшился ужасных последствий в самом ближайшем будущем.
Из-за этого ужасного литературного продукта все переворачивающиеся в гробах писатели-патриоты могли внушить духу какого-нибудь астрально изгнанного розенкрейцера, чтобы тот ночью пришел и отвесил Пасеке пару пощечин.
Подобная астральная пощечина сегодня не была бы ничем странным, поскольку в наше время в нашем народе есть немало людей, которые способны на подобные дела при помощи методов и пути "Kerning & Соmp", не говоря уже о новейшей исламской мистике, при помощи которой адепт способен за 36 часов стать махатмой.
Мастер разделял опасения Фрагонарда, что учитель с Выглидки после прочтения им романа разбавит водой посылаемое Пасеке вино, а аптекарь из Брно порвет бланк перевода, посредством которого он хотел было послать Пасеке деньги - ради того,
чтобы не поддержать в Пасеке склонности к еще большим оргиям фантазии.
Один лишь Пасека оставался вполне спокоен и напевал про себя свою любимую песенку:
Katr sind gar bose Tire, besonders die vpn Schnaps und Biere.
Наконец, ему надоело пение, и он, обратившись к нише, вытащил из
нее человеческую.
Эта рука держала в пальцах горшок с домашним сыром и принадлежала Пасеке.
Он принялся усердно отлеплять сыр от горшка, нимало не опасаясь того, что какой-нибудь отставший кусок эмали мог бы принести ему заболевание менингитом.
Поместив затем рядом в набор еще одно найденное им в сыре клише, он промолвил:
—
Мне кажется, мои дорогие, что на дворе уже кукарекают петухи, и что давно уже пора отправляться
спать.
Против этого предложения невозможно было возразить ничего конкретного, и потому оно было большинством голосов принято.
И
действительно: семимильными шагами уже близилось утро и горизонт понемногу светлел, поскольку хоть и лениво, но без отдыху вперед шло время, отправляя своим движением в море забвения государей божьей милостью, виллы министров-социалистов, лекции Чапека Норберта, бурю красной революции и кружки собирателей экслибрисов.
Прежде чем они легли, Мастер, как яростный пропагандист девиза “пять минут ежедневно укрепляй здоровье”, предложил пред сном провести упражнения для укрепления духа.
Этот метод, служащий для поддержания здорового состояния души, до сих пор мало известен и ожидает своего Шимсы, чтобы тот в будущем его распропагандировал.
В отличие от упражнений, укрепляющих телесные члены, в этих упражнениях духа руки вперед вытягивала воля, по швам их клали чувства, приседала рассудительность, ноги врозь расставляла память, потягивалась образность и наклоны делала мораль.
Непосвященный не способен даже в грубых чертах оценить результаты подобных ежедневных, успешно проводимых упражнений, полагая, что они способны в лучшем случае привести тех, кто их выполняет,
лишь на Богницкую Олимпиаду.
Такие упражнения могли проводиться где угодно, даже в кабаке за кружкой пива. Человек, выполнявший их регулярно в течение некоторого времени, впоследствии был способен к великолепнейшим мистификациям с собственным рассудком.
В конце концов, он мог размышлять о самых невероятных представлениях человечества, не удивляясь им ни на йоту.
Под влиянием сей душевной физкультуры он, в конце концов, начинал верить, что человек по природе добр, что сто пролетариев лучше, чем один Батя, что бог един в трех лицах и что римский папа непогрешим.
Этим путем можно было бы мечтать об идеях, о которых до сих пор никто не мечтал, видеть события, которых никогда не было и не будет, а также читать рукописи ненаписанные и книги неизданные.
Здесь как раз и содержалась та самая настоящая магия, мир чудес, о котором человечество мечтало веками.
Магия без участия демонов и дьявола.
Магия без помощи каббалы и заклинаний.
Магия для каждого, без различия политических и религиозных убеждений.
Это были воплотившиеся в реальность шабаши средневековых ведьм, с современными образами в фантасмагориях, достигнутых без намазывания пупков, без помела и ступы.
В нашем подвальном помещении происходили особо замечательные шабаши, благодаря неуправляемой фантазии всех троих присутствующих.
Безудержная и до похабства низкая образность Пасеки, эстетический художественно-пространственный бред Мастера и полет фантазии в абстрактных представлениях Фрагонарда создали в подвальной каморке столь густые мысленные волокна, что они своей реальностью пугали и подавляли физические чувства.
Можно было в них разглядеть и окончание романа Пасеки, развязку напряженнейших и интереснейших сцен.
Там был Родригес, прибывший как раз в тот момент, когда Кубова с Игнатием таскали из ямы ящики с сокровищами, убийство Игнатия, отплытие с острова Гонолулу, Родригес в Испании ищет Марию, схвачен инквизицией, помогает бежать комиссару-оборотню, в камере пыток встречается с масоном с чердака морга.
Куба, которому помогают сообщники-фальшивомонетчики, выдает себя за Курта, угрозами заставляет молчать отца Бруно, тот знакомится с Кубовой и выдает ее замуж - как пропавшую княжескую дочь - за Курта, коим является Куба
Все вместе играют интриганские роли и комедии друг перед другом.
В эти представления своими пальцами вмешивается Эльзевира, беспалая любовница, и помогает освобождению графа Портмона из тюрьмы, дабы тот мог заказать у Мастера украшение своего гроба еще ранее, чем умрет от руки барселонского масона.
Подброшенный сын из главы Х. в семье овцепаса, которая столь обеднела, что, когда не могла, как иные соседи, хотя бы раз в год завалить и разделать кабанчика, заваливала для утешения уличную уборную, становится наконец наследником сокровищ с Гонолулу.
Советник Егер, поднимающийся бесстрашно однажды вечером по ступеням к ужасному замку и не чувствующий, что утром он будет спускаться по ним же как хладный труп, вовремя оказывается спасенным от костра инквизиции известием о том, что сберкасса святого Вацлава разорилась, иезуиты лишились своих сбережений, инквизиция уничтожена в силу недостатка топлива.
В воздухе еще было множество подобных красивых концов, однако всеблагое и всемудрое Провидение небесное, бдящее над несчастными читателями сей книги, не допустило того, чтобы Пасека нашел еще хоть листок чистой бумаги.
В конце концов: Пасека мог быть вполне доволен своей романной абракадаброй, поскольку знал, что подобный книжный кирпич, весом едва не в килограмм, в братстве святовахаловском разойдется на раз-два.
Закурив в честь проделанной работы гаванскую сигару из Бразилии, привезенную Фр. Прохазкой из Подебрад, он с удовлетворением еще раз проглядел в уже готовом романе кучу за волосы притянутых друг к другу приключений, бородатых анекдотов и горы чудовищ и трупов; поскольку, однако, Мастер и Фрагонард, желая отправиться спать, готовились пробраться в Пасеку, он более не мешкал и твердой рукою набрал:
Этот
роман,
сатирический
и гротесковый,
был завершен в
октябре 1924 года.
Эту
к
нигу,
с 11 старыми
и 68 оригинальными
гравюрами, набрал
без рукописи, напечатал
в течение восьмисот часов
и издал в 17 экземплярах
Йозеф Вахал, резчик по дереву
во Вршовицах, дом 648.