Глава XXXIII
После кровавой победы.
На "Альбатросе" постепенно заканчивается сражение.
Корсарам уже почти некого убивать.
Большая часть команды "Альбатроса" героически попры- гала в море.
Эти отважные моряки достаточно уже навоевались за свой жиденький грог.
Родригес, которому удалось-таки превозмочь чернокожего неприятеля, поспешил в трюм, где хранились бочонки с порохом.
Он не собирался живым отдавать свой прекрасный корабль в руки пиратов.
Смело поджег он бикфордов шнур от одного из бочонков, после чего мужественно прыгнул в море.
Между тем бикфордов шнур догорел до самого конца, однако порох по-прежнему не взрывался.
Самое большее, он слабо свистел или шипел.
Порох в бочонках был весь промокший от крови, которая при массовых убийствах на палубе просачивалась сквозь пол в каюты и склады.
Вместо намокшего пороха в трюме начали взрываться другие бочонки.
В них содержалось тяжелое кровавое вино с виноградников князя Рудибанеры.
В этом вине было столько спирта, что, когда он загорелся, весь корабль запылал как пакля.
Хотя была ночь, этот пожар позволял всё видеть, будто днем.
В одной из кают на горящем "Альбатросе" спит сном праведника тайный соглядатай за отцами Бруно и Игнатием,бывший морской разбойник дон Драбанто.
Он проспал всё плавание "Альбатроса", хорошо зная, что оба иезуита, за которыми ему поручили следить находятся на корабле в безопасности.
Проспал даже и массовые убийства на корабле, и только лишь дым пожара горящего судна его пробудил.
И его каюта уже постепенно наполнилась языками пламени.
Он, однако, как бывший пиратский капитан, остался совершенно спокойным и медленно вылез из постели.
Спокойно зажег он керосиновую лампу, чтобы разглядеть то, что он на себя надевает, натер всё тело лурдской водою, чтобы дьявол не имел к нему доступа, зажег трубку и, медленно покинув свою каюту, направился на палубу.
Вокруг него все уже было охвачено дымом и яростным огнём,и мачты, почти совершенно обуглившиеся, рушились с высоты вниз.
На "Альбатросе" давно уже не было людей.
Пиратский корабль медленно начал отплывать от этой развалины.
Вдруг среди сполохов огня явился дон Драбанто, коему огонь не причинял никакого вреда, ибо он был мокрый от лурдской воды, и в спокойствии перешёл с "Апьбатроса" на пиратское судно.
Удивленные пираты в ужасе смотрели на то, как на их корабль лезет огненное чудовище.
Некоторые в испуге отбегали прочь, и лишь несколько отважных корсаров преградило ему путь.
Дон Драбанто с величайшим хладнокровием отвесил каждому из этих корсаров по паре пощёчин.
Вдруг на него набросился с топором в руках капитан корсаров.
Это был страшно сильный малый ростом без малого два с половиной метра.
Дон Драбанто, не теряя хладнокро- вности рассудка, спокойно вынул из кармана перочинный нож и перерезал канат, натянутый над головой.
Вследствие этого на капитана пиратов, находившегося уже в трёх шагах от дона Драбанто, обрушилась тяжёлая рея.
Пират зашатался, что использовал дон Драбанто и элегантным жестом выбросил его через палубу.
Пираты были в восторге от подобного беспримерного мужества и отваги.
Потому они тут же начали прославлять его как своего нового капитана.
Дон Драбанто принял своё избрание так, будто бы оно само собой разумелось.
Твёрдым взором он оглядел корсаров и приказал им выстрои- ться в шеренгу на палубе.
Когда они выстроились, новый капитан заорал на них страшным голосом:
— Молитесь, несчастые!
Пираты послушно пали на колени и принялись молиться.
Дон Драбанто знал, что тем самым окажется на хорошем счету у иезуитов Бруно и Игнатия,которых он увидал на корсарском корабле в качестве пленников.
Они перелезли на пиратское судно с горящего "Альбатроса", и пираты не обратили на них внимания, поскольку они постоянно бормотали какие-то молитвы.