Я выбираю тебя

Я проснулась раньше Тани.

Часы показывали почти семь.

За окном уже разливался мягкий утренний свет. Тонкие лучи солнца осторожно пробирались в комнату, ложились на пол, на стены, на край кровати. Всё вокруг казалось тихим, чуть сонным, будто день только собирался начаться.

Слышно было лишь размеренное тиканье часов.

Я лежала, глядя в потолок, и поймала себя на знакомом ощущении, в гостях мне всегда не спится.
Неважно, насколько поздно я легла.

Как будто сам воздух чужой.
Не даёт полностью расслабиться.

И ты уже проснулся, а дальше некуда деться, кроме как искать, чем занять себя в этой ранней тишине.

Я осторожно поднялась с кровати, стараясь не задеть одеяло и не разбудить Таню.

Но, бросив на неё взгляд, не удержалась.

Она спала, раскинувшись, с приоткрытым ртом, а вчерашний макияж предательски размазался, оставляя тёмные следы под глазами.

Контраст с её вечерней «идеальностью» был настолько неожиданным, что у меня вырвался тихий смешок.

Я тут же прикрыла рот рукой, но было поздно.

— Ну ты че-е-е... — протянула Таня, не открывая глаз, лишь сильнее зажмурившись.

— Тсс... спи-спи, — шёпотом ответила я и на цыпочках направилась к двери.

В коридоре было прохладнее.

Я быстро нашла ванную и, включив свет, взглянула на себя в зеркало и невольно усмехнулась.

Картина была не лучше.

Остатки вчерашнего макияжа, чуть растрёпанные волосы...

— Красотка, — тихо пробормотала я себе под нос.

Мы вчера слишком увлеклись экспериментами и благополучно забыли всё это смыть.

Я умывалась, приводя себя в порядок, и невольно улыбалась, вспоминая вечер.

Смех. Музыка. Лёгкость.

Как будто это было маленькое убежище от всего остального.

Когда я закончила и переоделась, в комнате всё ещё царила тишина.

7:30.

Таня даже не пошевелилась.

Я подошла ближе и осторожно коснулась её плеча:

— Эй, Тань, вставай уже.

Она только сильнее зажмурилась и пробормотала:

— Отстань... я хочу спать...

— Таня, уже половина восьмого. Сегодня не выходной.

Она с трудом открыла глаза, посмотрела на часы — и резко нахмурилась:

— Что?.. Уже?

Таня тяжело вздохнула и снова уронила голову на подушку:

— Ты иди... я подойду позже. Мы же часа три спали, максимум...

Я чуть помедлила:

— Ты вообще сегодня будешь в универе?

— Главное, чтобы я была на дискотеке... — пробормотала она, почти не шевеля губами.

Я невольно улыбнулась, но тут же вспомнила:

— Кстати... я вчера забыла сказать. Сегодня у меня не получится пойти.

Эта фраза подействовала лучше любого будильника.

Таня резко села, окончательно проснувшись:

— Это почему ещё?

— У мамы сегодня ужин. Гости дома.
Я пожала плечами:
— Я даже в универе только до обеда. Сейчас за запиской к ней иду.

Таня опустила взгляд, задумалась.

— Это плохо... — тихо сказала она. — Мы должны пойти, Поля. Нужно что-то придумать. У нас получится.

Я покачала головой:

— Прости. Не в этот раз.

Она ничего не ответила сразу, только нахмурилась, явно уже прокручивая в голове варианты.

Но я понимала: сегодня — никак.

Я быстро попрощалась и, не давая ей времени начать уговаривать заново, вышла из квартиры.

Дверь за мной тихо закрылась.

И вместе с этим будто закончилась та маленькая, тёплая ночь, в которой всё казалось проще..

***

День дальше покатился по привычной колее.

Дом. Мама. Записка. Пары.

Всё — как будто по сценарию, в котором я уже давно играю свою роль.

Таня появилась только ко второй.
И сразу было видно, настроения нет.

Она села рядом, но почти не шутила, не комментировала преподавателя, не пинала меня под партой. Только слушала вполуха и иногда уходила в себя.

Я смотрела на неё и чувствовала укол вины.

Вчера мы смеялись, строили планы, выбирали платья...
А сегодня как будто кто-то выключил свет.

Жалко было её.

Да и себя тоже, если честно.

В обед я быстро попрощалась с ней и направилась в магазин, чтобы докупить недостающие продукты.

Дальше всё закрутилось:
салаты, нарезка, готовка, уборка.
«Поля, принеси», «Поля, подай», «Поля, аккуратнее».

Сегодня я была и прислугой, и частью интерьера.

Экспонатом.

Мама никогда не упускала возможности продемонстрировать, какая у неё «примерная дочь».

Я ловила себя на том, как автоматически улыбаюсь, киваю, выполняю и внутри от этого только сильнее сжимается.

Эх... как же мне хотелось поменять этот вечер на другой.

На музыку. На шум. На свободу.

Гости начали собираться ближе к вечеру.

В большой гостиной накрыли богатый стол, тяжёлый от блюд.
Разнообразие закусок, горячее, десерты... и дорогой алкоголь, который мама выставляла с особым удовольствием.

Запахи стояли густые, почти осязаемые.

Но сильнее всего перебивали всё духи тёти Люды.

Сладкие, тяжёлые, душные, казалось, она вылила на себя целый флакон.

— Ой, Полечка! — она тут же схватила меня за щёку и с силой ущипнула.

Я дёрнулась, но она уже переключилась на маму, будто ничего не произошло.

Я осталась стоять, потирая лицо и натянуто улыбаясь.

Гостей было человек восемь, не считая нас с мамой.

Звон тарелок, гул голосов, смех, всё смешалось в один плотный шум.

Когда все расселись, дядя Никита поднялся с бокалом:

— Дорогая наша, Елена Николаевна...

И в этот момент — звонок в дверь.

Мама коротко посмотрела на меня.

Я поняла без слов.

Пока за моей спиной продолжался тост, я открыла дверь.

На пороге стоял мужчина. Высокий, лет сорока пяти.

— Это пятая квартира? — спросил он, уже вытирая ноги и уверенно заходя внутрь.

— Да, — ответила я, быстро отшагнув в сторону.

Чёрное пальто, галстук, дорогой одеколон... и тонкий запах сигарет.

В этот момент из гостиной вышла мама.

— Ой, Виктор, здравствуй! — она потянулась к нему, и он, не стесняясь, крепко прижал её к себе и поцеловал в щёку.

Я замерла.

Слишком... близко.

— Знакомься, Полина, — мама обернулась ко мне, вдруг заметно смутившись. — Это Виктор Анатольевич, мой коллега... ну и...

Она замялась.

— Ну и?.. — я нахмурилась, уже чувствуя, к чему это идёт.

— Ну и, вполне возможно, твой будущий отчим, — закончил за неё мужчина.

Словно ножом.

Меня накрыло резким, почти физическим отвращением.

Мама засмеялась, а он, играючи, сделал вид, что кусает её за шею.

— Ну Витя! — она стукнула его по плечу, смеясь. — Перестань!

Я стояла и чувствовала, как внутри поднимается волна неприязни.

Но сдержалась.

— Ясно... — коротко сказала я. — Я тогда пойду к себе? Голова немного болит.

— Да-да, иди, Полиночка, — отмахнулась мама. — Взрослые отдыхают.

Высокий мужчина как-то подозрительно посмотрел на меня, и в его взгляде было что-то неприятное.

Я развернулась и ушла.

Желая как можно скорее убраться отсюда.

В комнате было тихо.

Часы показывали 19:30.

Через десять минут начиналась дискотека.

А я должна была сидеть здесь.

Когда могла быть там.
С Таней. С музыкой. С жизнью.

Никогда не думала, что когда-нибудь так сильно буду желать сходить на дискотеку..

Я села у окна.

За стеклом начинал срываться мокрый снег с дождём.

Серый вечер, расплывающийся в огнях фонарей.

И вдруг...

У подъезда мелькнул силуэт.

Я прищурилась.

Таня.

Она вышла под фонарь, подняла голову, всматриваясь в окна.

Я резко распахнула окно и помахала ей.

— Выходи! — крикнула она.

И достала из пакета... моё платье. Аккуратно завернутое в плёнку.

Сердце ударило быстрее.

Я замерла.

Это плохая идея.

Разум говорил чётко и холодно.

Но внутри уже что-то зажглось.

Дыхание сбилось, ладоши вспотели.

В груди зародилась чувство: всё или ничего.

И я решила.

Я дала Тане знак ждать и закрыла окно.

Затем вышла из комнаты.

Теперь задача была одна: пройти мимо гостиной незамеченной.

Голоса стали громче, смех раскованнее. Взрослые уже выпили.

Это играло мне на руку.

Я дождалась момента... и быстро проскользнула мимо двери.

Сердце стучало где-то в горле. А пульс громыхал в ушах.

Я замерла на секунду.

Никто не окликнул.

Я быстро обулась, схватила с крючка тёмно-коричневое пальто и уже взялась за ручку двери..

— Полина.

Голос мамы прошёл по телу, как разряд.

Я зажмурилась.

Всё.

Медленно обернулась.

— Ты с кем? — спросила она, стоя в дверях гостиной.

Секунда.

Решение.

— С Серёжей.

Я сама удивилась, как спокойно это прозвучало. Как легко я соврала.

Мама посмотрела строго... а потом её лицо смягчилось, расплылось в довольной улыбке:

— Всё правильно, деточка. Слушай маму.

И она ушла обратно к гостям.

Я осталась стоять, не до конца понимая, что сейчас произошло.

Но ждать было нельзя.

Пока она не передумала.

Я выскочила за дверь и почти бегом спустилась вниз.

К Тане.

И впервые за весь день всё снова начало складываться так, как нужно мне.