12 глава
Свет пробивался сквозь тяжёлые шторы ленивыми золотыми полосами. Он касался разбросанной одежды, пустого бокала и светлой кожи, на которой ночная страсть уже оставила свои отметины.
Гермиона лежала, прижавшись спиной к груди Драко. Его дыхание было размеренным, рука лежала на её талии — спокойно, будто так и должно было быть всегда. Она впервые за долгое время не чувствовала ни напряжения, ни страха, ни тревоги. Только усталость и тихое, почти невозможное тепло.
— Ты проснулась, — пробормотал он хрипло, уткнувшись носом в её волосы. — Надеюсь, ты не планируешь превратиться обратно в ледяную королеву и сбежать на рассвете?
Гермиона хмыкнула:
— Уж прости, но я не носила титул королевы даже в школьные годы. Я была, скорее, злой библиотекаршей.
Он приподнялся на локте и посмотрел на неё сверху, волосы растрёпаны, глаза всё ещё сонные.
— Злой? Нет. Самой раздражающе умной — возможно. Но даже тогда... — он протянул, лениво обводя пальцем её плечо, — в этих твоих свитерах с высокой горловиной, я подозревал, что под ними скрывается нечто неприлично интригующее.
— Малфой, — вздохнула она, прикрывая лицо рукой. — Не начинай. Ты же сам умолял, чтобы я не возвращалась к ледяной версии себя.
— Именно поэтому я предпочёл сказать "интригующее", а не "вызывающее эрекцию на уроке трансфигурации". Хотя... — он усмехнулся, — тут уже поздно что-то скрывать, правда?
Она повернулась к нему лицом, приподняла бровь.
— Ты хочешь сказать, что тебе я нравилась ещё в школе?
Он притворно закатил глаза.
— Не льсти себе, Грейнджер. Мне нравилось выводить тебя из себя. Это давало мне ощущение контроля... которого, к слову, у меня, оказывается, никогда и не было.
— Ага. Вот откуда и вся твоя школьная злоба. Подростковый краш. Так и знала.
— Назови это ещё раз "крашем", и я покажу тебе, как взрослые волшебники решают конфликты.
Гермиона рассмеялась — не сдержанно, не нервно, а искренне. Её смех разрядил воздух, оставив только утреннюю лёгкость. Она дотянулась до его щеки и провела пальцами по линии скулы.
— Ты всё равно был невыносим.
— И всё же ты спишь в моей постели.
— Один раз. Мы были пьяны. Был стресс. Всё это крайне непрофессионально.
— О, без сомнений. Давай прямо сейчас позвоним в Министерство магии и признаемся в преступлении страсти при отягчающих обстоятельствах.
Она покачала головой, всё ещё улыбаясь.
— Ты не изменился. Всё такой же саркастичный мерзавец.
— А ты — всё такая же Грейнджер. Только теперь мне не хочется от тебя защищаться. Хочется... остаться.
Его голос стал мягче, ирония — тише. Гермиона посмотрела в его глаза — в этот раз не настороженно, не оценивающе. Просто — открыто. И в этом взгляде было нечто опасное.
Она придвинулась ближе и прошептала, почти касаясь губами его уха:
— Тогда постарайся не облажаться. У меня нет времени на мужчин, которые не умеют быть честными.
Он вздохнул, сцепив пальцы на её спине.
— Это была угроза?
— Это был аванс, Малфой.
⸻
Гермиона всё ещё чувствовала его запах на своей коже, когда встала с кровати и натянула одну из рубашек Драко. Просторная, тёплая, она пахла виски, дымом и чем-то, что теперь казалось ей родным. Он всё ещё лежал, прикрыв глаза, позволяя себе редкое мгновение покоя.
Но оно длилось недолго.
— Нам надо работать, — сказала она, подходя к камину. — Предварительное слушание уже через два дня. Мы не можем позволить себе... — она бросила на него взгляд, — ...расслабляться.
— Я бы сказал, что мы просто разогрелись, — пробормотал он, садясь. — Но если ты хочешь снова быть деловой мисс Грейнджер — я весь внимание. Где мои досье?
Гермиона подавила улыбку и протянула ему аккуратно собранную папку.
— Я просмотрела документы, которые Полли перепроверила по линии артефактов. Есть свидетельские показания, которые не были представлены в первом разборе. Мастер, который зачаровывал артефакт, отказался от подписи. У нас есть возможность использовать это как зацепку.
— Ты хочешь допросить его?
— Уже договорилась. Завтра мы едем в Грейвенхолл — он живёт под защитой Министерства. Сказал, что появятся детали, которые ранее "попросили не упоминать".
Драко пробежался глазами по страницам, его лицо менялось — от раздражения до опасной, холодной сосредоточенности.
— Они пытались обойтись без публичного суда. Давили на изготовителей. Типичная игра Министерства. Им было нужно моё имя, связанное с чем-то грязным.
— Или имя твоей семьи, — уточнила Гермиона, усевшись на диван. — Это не о тебе. Это о том, чтобы напугать других. Показать, что даже Малфои не вне системы.
Он замолчал. Минуту. Другую.
— Я никогда не думал, что скажу это тебе, но... — его голос стал ниже, — ...я рад, что именно ты со мной в этом.
Она подняла на него взгляд. Тот самый, который раньше означал "не подлизывайся", но теперь — больше терпение и лёгкая тень привязанности.
— Я ещё не решила, с тобой ли я. Или просто рядом. Пока это одно и то же.
— Прекрасно. Тогда не будем путать рабочие вопросы и личные. До обеда.
— После обеда?
Он прищурился:
— Может, снова нарушим протокол.
⸻
Позже, в особняке Грейнджеров
Стук пера. Гермиона сидела за своим письменным столом, в руке — старое перо с тонким серебряным наконечником. Бумага перед ней была исписана не досье, не протоколом. Записка.
Малфой,
Завтра мы снова в деле. Не вздумай напиться.
Если хочешь, можешь прийти пораньше — мы кое-что не обсудили в наших "допросах".
G.
Она сложила лист, приложила палец к краю и активировала магическую печать. Сова уже ждала на подоконнике. Когда письмо взмыло в небо, она поймала себя на том, что улыбается.