5 глава
Драко сидел в своём кабинете, взгляд застывший на распечатках с уликами по делу. Всё складывалось не так просто, как он ожидал. Казалось, что кто-то искусно плетёт паутину лжи и интриг, а главным действующим лицом был... Гарри Поттер. Да, именно он. Имя, которое когда-то символизировало свет, теперь казалось теневым призраком, наводящим мрак на их дело.
Он откинулся на спинку кресла, тяжело вздохнул и провёл рукой по волосам. Как же всё запуталось. Если бы Гермиона знала об этом раньше — она могла бы по-другому подойти к стратегии защиты. Но тайна должна оставаться секретом, пока не придёт время.
Драко взглянул на часы. Вечер. Самое время отвлечься. Он надел пальто и направился в любимый бар, где обычно находил утешение в шуме и ароматах виски.
За барной стойкой уже сидел Забини — старый друг и верный соратник, с которым они делили немало сложных моментов.
— Малфой, — закивал Забини, заметив его, — ты опять погружён в проблемы?
— Как всегда, — усмехнулся Драко, садясь рядом. — В этом деле больше загадок, чем ответов. И Поттер тут совсем не тот, кем кажется.
— Гарри? Ты всерьёз думаешь, что он замешан?
— Думаю. И это может всё изменить.
Забини молча налил Драко стакан. Тишина заполнила пространство между ними, и в этом молчании зрела буря, готовая вырваться наружу.
— Надо быть осторожным, — тихо сказал Драко, поднимая стакан. — Игра только начинается.
———
Вечер медленно растекался по залам особняка Грейнджеров. В кабинете Гермионы горел лишь один тусклый свет — свеча, едва освещающая аккуратный письменный стол, на котором лежало её письмо. Она тихо сидела, подперев голову рукой, и взгляд её блуждал по узорам тёмного дерева.
В дверях появился Мэттью — её отец. Он не спешил, словно боясь нарушить зыбкую тишину, но глаза его выдали тревогу.
— Опять не спишь? — тихо спросил он, подходя к окну.
Гермиона не сразу ответила. Внутри неё всё ещё билась тревога и сомнение.
— Я написала тебе письмо, — наконец сказала она, — есть кое-что, что меня не отпускает. В деле Малфоя... что-то не сходится.
— Ты думаешь, Гарри — замешан? — отец не стал скрывать удивления.
Она кивнула, не отводя взгляда от окна, где вдалеке мерцали огни города.
— Это неожиданно, но я не могу просто так это игнорировать. Что-то в его поведении, в этих мелочах — слишком много совпадений.
— Если это правда, — вздохнул Мэттью, — тебе предстоит идти по тонкому льду. Но ты всегда умела держать равновесие.
Гермиона улыбнулась слабой улыбкой, но глаза её остались серьёзными.
— Мне нужно твоё доверие, отец. И понимание, что я сделаю всё, чтобы докопаться до истины.
— Ты его уже имеешь, — сказал он, кладя руку ей на плечо. — Но помни, иногда правда дороже всего.
Они стояли в тишине, ощущая, как ночь медленно укутывает особняк, готовясь к буре, которая вот-вот начнётся.
——
Особняк был тих. Даже для дома, где привыкли молчать. Драко сидел в кресле у камина, в руках — хрустальный бокал с виски. Огонь потрескивал, отражаясь в стекле, как будто насмехался.
Он устал. Не от дел — от чувства, что всё разваливается в той части мира, которую он ещё мог контролировать.
Никаких свидетелей. Никаких очевидных ошибок. Только факты, искусно состряпанные кем-то, кто знал, как устроен этот мир. Кто знал, что именно Малфой станет идеальной мишенью. Привычной. Удобной.
Он отпил и медленно облокотился о подлокотник. В голове, будто на сцене, разыгрывались разговоры — сухие реплики адвокатов, туманные намёки Финча, пустые отписки из Министерства. И Гермиона.
Он видел, как она смотрела на него в офисе. Как будто пыталась понять, где заканчивается его правда и начинается его ложь. И он сам не знал.
Он выругался себе под нос, поставил бокал и потянулся к пергаменту. Никто бы не подумал, что Малфой — из тех, кто пишет письма. А уж тем более ночью, пьяный.
Но Гермиона Грейнджер не была просто адвокатом.
**"Грейнджер.
Ладно. Я думал подождать с этим, но ты же всё равно полезешь в самое грязное, ты всегда лезешь. Так что, может, хоть раз ты прочтёшь, что я напишу, а не что тебе там нашепчет твой мозг-аналитик.
Я не знаю, на кой чёрт ты решила защищать меня. Серьёзно. Я думал, ты сделаешь пару жестов, убедишься, что я виноват — потому что, признай, это звучит логично — и спокойно отойдёшь. Но нет. Ты копаешь. И это пугает меня сильнее, чем сам суд.
Потому что ты копаешь так, как будто веришь. А я не уверен, что заслужил это.
Этот бардак с артефактами — не моя рук. Если ты веришь хоть одному слову, то поверь этому. Я не идиот. Я не стал бы играть с тем, что может разрушить мою компанию, даже если бы хотел поквитаться с Министерством.
(Хотя, честно, иногда хочется. Особенно после пары бокалов виски.)
Ещё кое-что. Поттер.
Что-то с ним не так. Он смотрит на меня, как будто видит призрак прошлого, и в этом нет обычного раздражения. Что-то ещё. Может, он запутался. Может, кто-то водит его за нос. Но ты должна быть осторожна.
Не верь на слово. Даже если это он. Даже если это ты.
Всё. Хватит. Это уже не письмо, а исповедь.
Уничтожь его. Лучше сожги. Не хватало ещё, чтобы оно попало в архив."
— М."
Он перечитал, хмыкнул. Слишком много. Слишком лично. Слишком откровенно. Но отправил.
Пусть читает.
Пусть знает.