2 ГЛАВА. «Территорию мы себе забираем...»
На следующий день.
— Ну че, вот оно. — говорит Кащей, заворачивая по заезжанной дороге к одному из гаражей.
На улице темно. Позднее время окрашивало ночное небо в миллионы различных звезд. Уличных фонарей на территории не было, лишь свет фар автомобиля освещало путь.
Припарковывая автомобиль рядом, четверо парней выходят. Все одеты в спортивные костюмы. Вахит, вылезший последним, выскакивает с пакетом в руках. Небольшой презент в виде двух бутылок водки позвякивали в нем.
— Все помнят, че делаем? — спрашивает лидер, получая в ответ кивания головой. — Умницы мои. Пойдемте.
Кащей ведет своих ребят к гаражным дверям. Из помещения доносятся громкие голоса и еле слышная мелодия. Мужчина хватается за дверь, на что та была наглухо закрыта. Шикая себе под нос, он начинает долбить кулаком в нее.
После пары секунд бездействия, дверь резко открывается. На пороге стоит парнишка, который тут же пропускает «желанных» гостей внутрь.
— Ну здарова, Андрейка. Неприлично так гостей встречать. — говорит Кащей в грубой манере.
— Да че ты, Кащей, а вдруг не вы бы пришли. Сам должен понимать, безопасность должна ведь присутствовать. — отвечает лидер Разъезда, подавая руку мужчине в знак приветствия.
— Да кроме нас, никто бы не сунулся сюда. — проговаривает лидер, жмя руку и присаживаясь на уготованное место за небольшим столом. — Ни одной души, ни одного фонаря тут нет.
Присутствующие посмеиваются. Разъездовские быстро здороваются с Универсамовскими. Некоторые парни вскакивают со своих мест, чтобы услужливо посадить за стол пришедших старших.
Вахит передает пакет со спиртным одному пареньку со словами: «сам разберешься, че с этим делать». На что паренек лишь выуживает водку и ставит на стол.
— Ребятки твои, молодцы. — начинал Андрей, командуя рукой своим ребятам в организации «поляны». — Вчера моих хорошо отмудохали. Некоторые в больничку даже обращались.
— Ты про хомутки что-ль? — на веселе спрашивает Кащей, хватая со стола маринованный огурец. Андрей кивает, попутно давая указания своим. — Че есть, то есть. Начинать же надо было как-то.
Под суетливые голоса носящихся вокруг людей, Валера оглядывает помещение. Пошарпанные железные стены, разбросанные по углам покрышки шин, которые играли роль стульев. Мигающая лампочка на натянутом шнуре, то и дело, мигала через раз.
Туркин лишь в своей голове радуется, что Универсамовский подвал во много раз был лучше. Но и он не был идеальным. Потребуется еще много средств и сил вложить в его обустройство.
По команде лидеров, остальные за столом поднимают стопки, чокаются и выпивают горькую жидкость.
В это время, пока гаражное застолье было в разгаре, по территории улиц Разъезда «гуляла» скорлупа Универсама. Но и не только скорлупа, а также супера были в их компании. Большая часть парней была в гаражной зоне, где могло в любой момент подоспеть подкрепление в лице юных мальчиков Разъезда.
— Надо бы и нам к вам набег устроить. Да и к Первакам заскочить. — говорит с воодушевлением Андрей, начиная щелкать семечки. — С эффектом неожиданности.
Кащей переводит взгляд на него, оглядывает и посмеивается с его слов. Этот смех подхватывают и его парни, на что голоса Разъездовских в помещении смолкают.
— Думаешь, сможете сделать такое? С эффектом неожиданности прям? — снова смех Кащея в помещении. — Да не получится уже это.
— Почему не получится? — интересуется лидер Разъезда.
— Ну, смотри, — начинает Кащей, складывая свои руки на стол. — ты ведь уже сказал об этом, эффекта неожиданности уже не будет. Так ведь, парни? — интересуется он у своих ребят, получая от них согласие. — Это было во-первых. А во-вторых, — делает секундную паузу лидер, вглядываясь в глаза Андрея и меняя свой голос на тон ниже. — нет вас больше.
В гараже вновь слышится хохот Универсамовских. Лидер Разъезда бегает беглым взглядом от своих парней на парней Универсама. Андрей лишь взглядом показывает своим ребятам, чтобы были на стороже.
— Ты прибухнул что-ли слишком или че? Че значит нет нас больше? — повышая тон своего голоса и вскакивая с места, шипит Андрей.
— То и значит. Последние минуты правите вы тут. — так же шипит Кащей, тоже поднимая свое тело с места. — Никаких шуток тут нет.
— Да ты ахуел… — последнее, что говорит Андрей, перед тем как его кулак летит в Кащея.
Двое лидеров вцепляются в друг друга. Универсамовские вскакивают со своих мест, беря по одному Разъездовского на себя. Кащей бьет по лицу Андрея, отчего тот теряется на мгновение и летит на стол. Старенький и дряхлый стол под тяжестью мужчины складывается пополам.
Вова хватает одного из старших, налетая на него. Точными и сильными ударами, он попадает по лицу, отчего у оппонента начинает яркими струйками течь кровь из носа и рта.
Вахит не отставал от остальных. В суматохе он бегает взглядом по помещению в поисках какого-нибудь предмета. Его взгляд останавливается на монтировке, которая аккуратно стояла возле одной из стен.
Парень подбегает к ней, хватая в свои руки и оборачивается. «Ну че, суки, доигрались!» — кричит он на помещение, но его слова были лишь несравнимым звуком в криках остальных. Зима подбегает к одному из Разъездовских, замахиваясь монтировкой и попадая одному в затылок. Парень, что не ожидал этого, произносит громкий крик и валится на пол. Вахит в предвкушении движется дальше.
Валера бил сильно. Его кулаки месили лица чужих, после чего их лица напоминали свежеприготовленный фарш.
Кащей, что был в довольно выигрышном положении, прижимает к полу Андрея, начиная придушивать оппонента. Видя, как Андрей пытается отпихнуть его руку и глотает жадными глотками воздух, он начинает посмеиваться.
«Ну че ты, давай сука, старайся!» — лишь это Кащей мог кричать в лицо другого лидера. Андрей подхватывает момент и скидывает руку со своего горла, крича хриплым голосом своим: «Быстро за подмогой!».
Один из старших выбегает из гаража. Валера выбегает следом, но пару секундная разница дает понять, что бежать за ним нет смысла. Валера набирает полную грудь воздуха и кричит: «Марат!».
Из темноты переулков выбегают Универсамовские. Марат вместе с Никитой и скорлупой перехватывают старшего, начиная забивать руками и ногами. Но длилось это пару минут. После ребята поволокли старшего обратно в гараж.
Сейчас в помещении была тишина, прерываемая некоторыми жалобными вздохами Разъездовских. Чужаки были разбросаны по всему помещению. Кто-то просто сидел и молчал, а кто-то не сдавал попыток отстоять свое, крича нецензурные слова в сторону Универсама.
Особо буйных, Марат и Никита повязывали веревкой. А кому-то и вовсе, повязывали импровизированный кляп из веревки на рот.
На лицах всех присутствующих не было и живого места. Множество ссадин, гематом, разбитых бровей и губ. Универсамовские выглядели более менее прилично, в отличии от Разъездовских.
Вахит хватает пачку сигарет, что валялась на полу. Передает сигареты по очереди Универсамовским, попутно поджигая всем. Он делает затяг и замечает, как на фильтре остается след крови.
— Ну че, вот значит как поступаем… — говорит Кащей усталым голосом, поднимая один не сломанный стул и усаживаясь на него. — Территорию мы себе забираем и нет больше вас.
Снова проносятся жалобные возгласы, отчего Кащей приказывает завязать рот остальным. Марат и Никита следуют указаниям. Андрей, что сидел с пустым взглядом, лишь начинает нервно посмеиваться.
— Не боишься, что когда-то ответить за это придется? — интересуется Андрей, не поднимая своего взгляда.
— Универсам не ссыкуны. Если надо будет, то и ответим за это. — говорит Кащей, вставая со стула. — Своей улице сами передадите что нет вас?
Все чужаки молчат, а Кащей продолжает:
— Значит передадите. Ну а, до более больших масс, мы и сами донесем. До скорого, Андрейка.
Универсамовские выходят, отправляя скорлупу и суперов по домам. А четверо ребят рассаживаются в машину и мчат к себе в подвал.
* * * * *
Солнечное и теплое утро освещало пустые дворы. Но только этого теплого света не хватало в подвале Универсама. Еще с вечера, пару Универсамовских упивались победой. А четверо старших еще и были в предвкушении новых автомобилей.
Поэтому сейчас, на очередных сборах на хоккейной коробке была собрана скорлупа, которая находилась в ожидании старших.
Из подвала, прикрывая руку от яркого палящего солнца, выходит Кащей. Следом за ним, Адидас старший, Зима, Турбо, Шпала, Адидас младший и Пальто.
Старших приветствуют громкие возгласы скорлупы, отчего Кащей ухмыляется. Как же ему нравилось это. Заходя за перегородку, он дает указ суперам, чтобы все возгласы прекратились.
— Тишину словили. Старшие стоят перед вами. — с некой агрессией произносит Марат, останавливая бесчисленный поток криков.
— Ну че, родненькие мои, — начал Кащей, выдерживая небольшую паузу. — нет больше Разъезда!
Снова поток радостных возгласов проносится по двору. Скорлупа начинают хватать и обнимать друг друга. Каждый из них был рад, что Универсам занимал все большие позиции и территории среди других группировок Казани. Но радость продолжалась недолго, снова Марат останавливает их.
— Порадовались и хватит. На районе передадите, что Универсам и Первогоровские это сделали. — продолжает Кащей, запуская свои руки в карманы штанов.
— А Перваки причем тут? — интересуется Марат, переводя взгляд на старших.
— Потому что в Хомутки мы вместе играли. — отвечает за Кащея Вова, пресекая своим взглядом брата.
— И че что вместе? Вчера мы их разбомбили, а не они. — нервно проговаривает младший, не отступая от завязывающегося спора с братом.
— Марат… — так же нервно говорит Вова. — в дела старших не вмешивайся. Если сказали что с Перваками, значит с Перваками.
— В смысле не вмешивайся? Мы улица. Мы вместе одно дело решаем.
— Как поднимешься на ступень выше, тогда и будешь че-то решать.
Марат от слов брата стоит в ступоре и хлопает глазами. Такой наглости с его стороны он точно не ожидал. Парень переводит взгляд на молодых, лидера, и видит лишь холод. Как же Марат ошибался насчет «единомышленников».
— Ну че, спор окончен? — с усмешкой говорит Кащей, продолжая говорить скорлупе громким голосом. — Сегодня мы…
Но он обрывает свои слова, видя, как к подвалу подъезжает 6 желтых автомобилей. Глаза лидера загораются, как и глаза остальных ребят.
— Супера, тренировку организовываем. — говорит мужчина, выдвигаясь за пределы хоккейной коробки.
Следом за ним выходят и остальные трое ребят. Скорлупа и супера лишь в недоумении смотрят как из автомобилей выбираются Перваки. Все пары глаз устремляются на происходящее.
Равиль, что аккуратно стоял возле своего Хаммера, лишь дожидается подоспевших Универсамовских. Он жмет руку Кащею и остальным. Его старшие поступают точно также.
— Как и договаривались, Равиль. Вчера мы Разъездовских разнесли. — говорит Кащей, оглядывая новенькие автомобили.
— Знаю. С самого утра пол Казани на ушах стоит. — говорит Равиль с усмешкой, смотря на Универсамовских.
— За четыре дня управились. — подает голос Турбо, стоящий поодаль от остальных.
— Это похвально. Быстро бы так никто не смог. — переводя взгляд на Турбо, проговаривает Первогоровский лидер, продолжая. — Вы свою часть выполнили, теперь и наша.
Лидер взглядом показывает своим ребятам, чтобы те передали ключи от автомобилей. Четверо парней без вопросов делают это действие, и уже в руках Кащея мило позвякивало четыре связки холодной стали.
— Машинки новые. Думаю, сами разберетесь, кому какую. — продолжал Равиль.
Кащей с широкой улыбкой на лице передает по связке своим ребятам. Универсамовские лишь с благодарностью их принимают, разглядывая и накручивая их в своих руках.
— Территория полностью ваша. Никаких прав на нее не имеем. — говорит Кащей.
— Это хорошо… — тянет Первак, делая секундную паузу. — Ну че, до скорого тогда.
Равиль пожимает руки парням и усаживается в свою машину. Его подопечные следуют этому же примеру. Два хаммера Перваков отъезжают от подвала, оставляя четверых наедине.
Парни смотрят, как Хаммеры скрываются за поворотом, и после этого начинают кричать от радости. Адидас и Кащей вцепляются в друг друга, приобнимая за плечи. Турбо и Зима тоже сливаются в объятиях, прыгая на месте как дети.
По очереди, парни нажимают на сигналку и видят, как мигают фары автомобиля. Каждый из них усаживается за руль и начинают оглядывать салон.
За этим занятием, они не замечают как подоспевают Никита и Марат. Шпала движется к автомобилю Турбо.
— Откуда у вас машины эти? — интересуется младший.
— За хорошее поведение дали. — ехидничает Валера, приглашая рукой Шпалу в салон. — Садись.
Никита открывает пассажирскую дверь и усаживает свою пятую точку в мягкое кресло.
— Ну а если серьезно? — спрашивает Шпала, оглядывая салон.
— Давай поднимать этот вопрос не будем. — говорит устало Валера, рассматривая множество кнопочек на приборе управления. — Меньше знаешь, крепче спишь.
— Хорошо, со мной можешь не поднимать. Вот только со скорлупой придется. — также устало проговаривает Никита, переводя глаза на Валеру. — Никто не в радости от этого.
— А когда-то мнение скорлупы было значимым? — интересуется Туркин, откидываясь на спинку кресла. — Если бы мы всегда обращали на это внимание, давно бы весь Универсам по пизде бы пошел.
Никита усмехается, переводя взгляд и видя за окном, как Марат ругается с Вовой. Он крутит в своей голове, что с приходом большей власти поменялось и взаимоотношение в группировке.
С каждым днем Универсам казался не местом, где парни могут чувствовать себя под защитой и где каждый мог почувствовать себя нужным. А местом, где давно потерялась дружба, где давно люди выбирают для себе личную выгоду.
— За год все так поменялось. И вы все поменялись. Ищите лишь выгоду для себя. — тянет Шпала, не сводя взгляда за окном.
— Хочешь сказать, ты бы так не хотел?
— Не хотел.
— Не ври. Все тут за личной выгодой. — говорит Валера, оглядывая рядом сидящего. — Хочешь, можешь и дальше строить из себя доброго мальчика. Но когда-нибудь придет время, когда ты сам пойдешь на все для себя.
— Не будет такого никогда. — на тон выше произносит Никита, инстинктивно сжимая свои руки в кулаки. — Я для улицы стараться буду, а не только для себя.
— Ты еще маленький и многого не понимаешь. — спокойно говорит Туркин, ведь хотел правильно донести свои слова. — Я стараюсь ведь не только для себя, но и для Вики, для тебя, для улицы в конце концов.
afisha.yandex.ru
— Для меня? Для улицы? — усмехается Шпалов. — И как же, Турбо? Че-то замечены только ебанные Хаммеры. Это так ты стараешься для всех?
— Не забывай с кем базаришь щас. — шипит Валера, пресекая недобрым взглядом Никиту.
Шпалов лишь фыркает, закатывая глаза. Туркин выжидает паузу и продолжает:
— Стрясти машины с Перваков это только начало. Дальше будет больше. Скоро и вас, суперов, подтянем в дела.
— Такими делами заниматься, лично я не буду.
— Щас такими словами не разбрасывайся. — снова шипит Турбо. — Хочешь и дальше пробеги устраивать и скорлупу тренировать? Поверь мне, дело то еще хреновое. О будущем своем думай.
Никита призадумывается на пару минут. Начинает взвешивать, все за и против. «Будущее, будущее… Да главное чтобы оно просто наступило. И желательно бы хорошим. А для хорошего придется стараться… Значит где-то и мне придется че-то делать для своей выгоды. Кажется, Турбо в чем-то и прав…» — крутил в голове свои мысли парень.
— Надумал хоть че-нибудь? — интересуется старший.
— Надумал… — отвечает младший, хватаясь за дверную ручку. — Для Вики старайся, но щас я не буду че-то решать. Поживем, увидим.
Турбо лишь усмехается, провожая взглядом уходящего на хоккейную коробку Никиту. Сам же парень заводит двигатель и уезжает в своем направлении.