Лебедь без крыльев

Амир
Алкогольное опьянение — состояние, возникающее в результате чрезмерного употребления алкогольных напитков и сопровождающееся нарушением работы внутренних органов и систем.
При попадании в организм незначительного количества этилового спирта повышается настроение и расслабляются мышцы.
Больше чем Стаса и его тупые шутки, я ненавижу пьяных людей. Особенно пьяных женщин. Они намереваются залезть тебе в рот, как соленая вода в море. Хотят позвонить и плакать в трубку, поехать к тебе домой и забыться на ночь. Пьяные люди-честные люди и только за это можно потерпеть. Алкоголь стал нормой для людей. Он упорядочивает мысли, расслабляет от всех тягостей жизни и полностью, не задумываясь убивает чувства стыда или смущения. А вместо них приходят грусть, любовь, симпатия. У всех есть разная степень опьянения и она зависит от определенных действий, которые совершает человек выпив спиртное. Но только некоторые знают меру, а кто-то нет. Мне никогда не доставляло удовольствие бегать за пьяной женщиной, следить за ней, вправляя мозг. Но во всем есть исключения, не так ли?

Стоя перед двумя шатающимися фигурами, которые, кажется, держались вертикально только за счёт взаимного отталкивания, я чувствовал не гнев, а ледяную, знакомую усталость. Саша, его лицо искажено яростью, уже сорвал голос.

— Вы вообще думали своими головами?! Стас, я к тебе обращаюсь в первую очередь! Какого хера ты вообще пьяный за руль сел?!

— Ты был пьяный?

Максим чуть отшатывается от Стаса и удивленно на него смотрит, своими искренними, стеклянными глазами.

— Ты тоже.- парировал Стас. Они переглянулись и фыркнули, пиная друг друга коленками.

— Вам смешно?! — рёв Саши заставил даже меня внутренне сжаться. — Когда мы подъехали Максим чуть в реку не упала! Ты должен был следить за ней! Почему о вашем пьянстве мне сообщает сам главный менеджер отеля? А?!

я устало тру переносицу, пока Саша срывает глотку. За этот день я узнал слишком много. Слишком. Ругать её сейчас было бессмысленно — иногда нужно напиться в хлам, чтобы пережить следующий день. Но Стас... Стасу завтра не поздоровится. Выпить — ладно. Но тащить её в клуб? В её состоянии?

— Он, видимо, с нами хотел.

протяжно, с паузами между словами, изрекла Максим. Новый приступ смеха скрутил их обоих. Её пьяный, мутный взгляд на секунду зацепил мой, будто извиняясь. В нём не было ни огня, ни озорства. Только пустота. Как два красивых, разного цвета осколка стекла.

— Саш, перестань. Они тебя не понимают и завтра забудут этот разговор. Поговорим когда протрезвеют.

Саша неудовлетворенно кивает и грубо берет своего брата за руку, таща его к своей машине. Мы остаемся наедине и она больше не смотрит в мои глаза. Максим тихо стоит и шатается, переступая с одной ноги на другую.

— Пойдем в клуб.

пьяные глаза находят мои. В них нет ничего, алкоголь убил тот маленький огонек, который я мог в них разглядеть. Свет фонаря отражается в ясно голубом как небо и цветуще зеленом как поляна глазах. Но больше в них нет ничего. Никакого света или частички отдаленных эмоций, что я так с трудом разбираю. Это странно. Когда всю жизнь мог понять внутренность человека лишь взглянув в его глаза, а одна проблема на мою голову лишь взглянув на меня может съесть мои внутренности.

А я не вижу в ее глазах ничего. Нет эмоций, чувств. Мне сложно разобрать врет она или нет. Это жутко.

— Нет, мы пойдем в отель.

сказал я, и в моём голосе неожиданно для меня самого появилась та самая, опасная мягкость. То, что я должен был обдумать в одиночестве. Жалость? Нет. Что-то другое. Инстинкт, заставлявший оградить, спрятать, а потом... потом крепко обнять. Может я просто ее хочу? Нет, то чувство совсем другое, оно скоротечное, а это что-то новое более зыбкое.

— Не, не, я туда—указательным пальцем правой руки, она показывает на клуб,—а ты туда.—а другой рукой в обратную сторону. Одним шагом я сокращаю расстояние между нами и заваливаю Максим себе на плечо, как мешок с картошкой. И иду в сторону машины.

— Похищают! Извращенец, отпусти! Помогите!

она завизжала, забилась, её кулаки и пятки отчаянно лупили по мне. Безумно хочется закрыть ей рот рукой и заставить молчать и в ту же секунду хочется разговаривать с ней обо всем на свете. Моих губ касается легкая улыбка. Слова этой девушки меня забавляют и будто заставляют смеяться, а еще злят, прося ответить на них тем же.

— Поздравляю, красотка, ты — первая жертва, — процедил я, крепче прижимая её ноги, и со всей силы шлёпнул её по заднице. Раз. Другой.
— Ты совсем больной?! — новый визг. Новый шлепок.
— А это — чтобы следила за языком.
Она выла, извивалась, один раз даже умудрилась болезненно впиться зубами в бок. Но я не отпустил. Дойдя до машины, я открываю заднюю дверцу и запихиваю туда Максим.

— Отпусти меня! Я свободный человек и имею права идти куда захочу!

сев на водительское сидение мои глаза находят зеркало заднего вида, в котором видно вырвающуяся из ремня девушку, которая считает, что держу ее я.

— Ты свободный человек, прошедший в клуб без паспорта. Может ты несовершеннолетняя? А свободным несовершеннолетним людям можно идти куда угодно до одиннадцати часов вечера. А в клуб и до одиннадцати нельзя.

— А что?Ревнуешь?- она будто попала в точку, даже не целясь. Это мысль приходит в мою голову впервые. Но я не сколько ревную, сколько боюсь за ее сохранность. Она маленькая, слабая девочка, но язык у нее заточен, а умение выводить людей и делать сумасшедшие вещи у нее прокачено до максимума и выше. Кто-то посмотрит на нее и перекреститься, а кто-то решит оторвать ей язык и засунуть в задницу.

— А если так?— она уже не смотрела на меня, её энергия била через край. Маленькие руки метались: открывали-закрывали окна, махали водителям соседних машин, она то орала про похищение, то слащаво улыбалась прохожим. Я ехал сюда, ожидая проблем, но не такого цирка.

— Твоя дурацкая машина слишком скучная, — заявила она после минуты относительного затишья. Я видел в зеркале, как её пальцы — изящные, быстрые — рыскают по карманам огромных шорт, роняя фантики. Ищущие новую забаву.

— Ты когда-нибудь бывал на свадьбах?- самые странные вопросы в самое не подходящее для этого время, может задать либо умалишённый, либо Максим.

— Да.- мой короткий ответ и улыбка сделали свое дело. Яркие светящиеся от блеска глаза смотрят на меня с интересом и жадностью.

— Круто! А я никогда не была, но читала в книгах и в фильмах видела! Там так красиво. А еще весело и о боже! Я очень хочу побывать на свадьбе! Прямо сейчас!

— Что?- мой вопрос был скорее риторическим, потому что он ее не отрезвит и точно не остановит.

— Со свадьбой!- руки Максим нащупывают в кармане не большой цилиндр и крутят его в разные стороны, как когда в детстве делаешь крапивку глупому ребенку из соседнего двора, чтобы он отстал от тебя. И оглушительный щелчок, а потом куча конфети разного цвета. Блестящие бумажки летят вниз, падая и оставаясь в запутанных волосах Максим.И я рассмеялся. Искренне, до слёз. Не было ни злости, ни раздражения. Была только абсурдная, чистая радость от того, что этот сгусток хаоса просто существует и взрывает скучный мир вокруг себя цветной мишурой. Она была как самый сильный, самый запретный наркотик. Одна доза — и ты обречён искать её снова, потому что всё остальное становится серым и пресным. Да, я, кажется, окончательно спятил.

— И у кого же свадьба?

— А ты не знаешь!? Стас поженился сегодня на... Да черт знает как ее зовут, но брачной ночи у них не было, невеста сбежала.

два дьявола сошлись вместе и решили уничтожить все живое на земле. Нет, двух сумасшедших я не выдержу, придется убить Стаса.

— От него даже невеста сбежала.- беспристрастно замечаю я, а ее приятный заразительный смех, заставляет смеяться и меня.

— Представляешь, даже она!- подтверждая мои слова, Максим довольно кивает, а я заезжаю на стоянку и паркуюсь. Исчадье ада с подозрением смотрит на отель и парковку, явно недовольная тем, куда мы приехали. Открыв дверцу и вытащив ее наружу, мы проходим по дорожке выложенной камнем и стеклянные двери открываются перед нами. Людей почти нет, что меня и радует. Лебеденок плохо стоит на ногах, поэтому я крепко держу ее за тонкую талию. Увидев нас, одна из более старших сотрудниц отеля, начинает быстро идти в нашу сторону, буквально сгорая от гнева и пыхтя.

— Амир Маратович, это возмутительно!- из-за злости, женщина явно стала меньше меня боятся, но от одного моего взгляда, она решила остановится чуть дальше. Будто стоя перед хищным зверем хочет сохранить дистанцию, как некую предосторожность, чтобы успеть убежать.

— Я с вами солидарен.- Жертва хищника расслабляется, поняв что ее сейчас не загрызут, наивно сокращая расстояние.

— Правда?

— Конечно, я просил принести ужин в номер, а вы проигнорировали, как я еще должен реагировать?- женщина растягивает недовольную улыбку, пытаясь понять, она вообще то сейчас слышит?

— Ужин не принесли в номер, потому что ваши..- она смотрит на висящую на моей руке Максим и жмурится от отвращения- друзья...устроили пьяный дебош и распугали нам всех горничных!- Я наклонил голову. Травоядное создание решило показать свои зубы, но забыло, что перед ней стоит хищник.

— А как они могли не напиться если делали это на голодный желудок, потому что вы не выполняете просьбы клиентов?- хищник с обычной жестокостью вцепляется зубами в шею жертвы, не давая и пискнуть. Это бесповоротный аргумент- атака. Кровь, хруст костей и бормочущая бред Максим. А она хищник или жертва?

Она то, что правит хищником в теле жертвы.

— Амиир, я хочу помыть голову уже..- более громкий бред и толчки, принуждающие обратить на себя внимание.

— Сейчас пойдем, подожди.

— Нет, сейчас нужно!- громкий всхлип и пустые глаза.

— Пусть ваши друзья перестанут так себя вести! Они портят репутацию отеля!- жертва не сдохла, она подала голос и мне пришлось на нее зарычать.

— Ваша гребаная репутация держится на одном видео. Или ваш директор забыл, как трахал малолетку?- и без того тонкие губы управляющей сомкнулись в нить, и стали смотреть сквозь меня. Куда-то назад, где происходит что-то более интересное нашей перепалки.

— Она в фонтане.- Вдруг сказала она сквозь зубы.

Я замер. Сердце на секунду упало в пятки. только через несколько секунд до меня доходит, что Максим не держится за мою руку и управляющая говорит о ней.

— Нет..- я стою и не оборачиваюсь, до сих пор надеясь, что это не так.

— Да.- Я повернул голову. И увидел картину, от которой у меня свело скулы. Она стояла в фонтане посреди холла. Небольшой, декоративный, но всё же. Вода струилась с мраморной чаши, омывая её с головы до ног. Она покачивалась, иногда поскальзываясь на мокром дне, а вокруг в неуверенной позе топтался охранник, не зная, то ли вытаскивать, то ли вызвать полицию. Капли стекали по её лицу, с ресниц, по шее. Мокрая чёрная майка прилипла к телу, откровенно обрисовывая идеальные, упругие округлости груди без намёка на нижнее бельё. Даже в этом нелепом, пьяном состоянии она двигалась с поразительной, кошачьей грацией.
Первой волной накатила ярость. Потом — понимание: этот кошмар только начинается. Её вес, количество выпитого... Она не трезвела. Она погружалась глубже.

Быстрыми шагами сокращаю расстояние и решаю, сначала по-хорошему вынуть ее оттуда. Меня она совершенно не замечает, да она никого не замечает.

— Максим, давай ты вылезешь, мы сейчас пойдем в номер и ты помоешься там?

это скорее план наших дальнейших действий, а не миленькое предложение у которого есть варианты ,,нет,, и ,,да,,. Девушка сначала не доверчиво на меня оглядывается, а потом ее улыбка показывает мне, что она выбрала свой вариант ответа, хотя я даже не давал выбирать.

— А ты достань!

Я потянулся за её рукой, она вывернулась, поскользнулась и с громким всплеском шлёпнулась в воду. Началась сюрреалистическая борьба. Не за жизнь, а за остатки моего самообладания и репутации заведения. Она уворачивалась, смеялась хриплым смехом, падала, я наваливался, хватал скользкое тело, и мы оба, мокрые с головы до ног, хохотали, как полные идиоты. Её движения были невероятно лёгкими. Наконец, мне удалось схватить её за талию и закинуть через плечо.

Я прошёл мимо администратора, чьё лицо было маской немого шока, неся на плече оглушительно орущую и брыкающуюся принцессу хаоса. Дойти спокойно до номера нам тоже не получилось. Максим пела, царапалась и пыталась выбраться. Вместе с нами в лифт зашел не молодой мужчина лет сорока. На голове уже были проплешины, свидетельствующие о том, что он столько уже насмотрелся, что волосы повыпадали, но видимо еще не все, поэтому ему не посчастливилось попасть в один лифт с пьяной Максим. Его полуседые усы, которыми он будто бы гордился-вызывали отвращение. Обычно, я стараюсь держать от себя подальше таких людей- они тщеславны и часто врут, поэтому и прикрывают рот усами. Я стоял чуть впереди него, ближе к дверям, а он позади. Максим, удобно устроившаяся у меня на плече, решила что ей нужно еще кого-нибудь вывести из себя.

— Опачки, здравствуйте, а вы случайно не знаете какие полы лучше всего подходят для балетного зала?- ее пьяный голос насторожил мужчину, его слегка передернуло от вытянутых гласных и нашего внешнего вида.

— Девушка, вы что-то перепутали, я не занимаюсь полами..- Максим недоверительно хмыкнула.

— Зачем вы мне врете!

— Максим, успокойся, завтра найдем тебе полы.- я решил встрять в разговор, хотя единственное, что меня тогда волновало-это полуголое, мокрое создание, прислоняющееся теплой грудью к моей спине.

— Нет, а чего он врет?!- она пнула меня ногой, за что получила шлепок. Чувствую до момента пока она протрезвеет, ее задница превратиться в попу макаки.

— У вас усы.- констатирует она.

— И что?- непонимающе изогнул бровь ее собеседник, который уже негодует куда ему от нее деться.

— Значит вы строитель. Ну так что, что с полами?- лифт остановился, а это означает, что цирк закончен и главного клоуна сейчас выведут за шкирку.

— Мужчинаа..меня похищает извращенец, помогитеее...- на данное заявление, бедный мужчина схватился за перила у зеркала и косо посмотрел на меня. Наверное и вправду был похож на похитителя, но меня это абсолютно не смущало.

— А ваши усы прелестны! Знайте, усики-это пропуск в тру..- она не успела договорить, потому что двери лифта закрылись, а я успел притянуть ее за талию так, что теперь мы смотрели друг-другу в глаза и полностью прижимались телами, а одной рукой я успел закрыть язве рот.

Запах спирта дурманит голову. Горячее дыхание девушки мягко касается ладони, обволакивая ее теплом. Обстановка накаляется, будто кто-то разжигает костер между нами, безжалостно закидывая в пламя моральные принципы, чувства и эмоции вместо пален. С волос капает вода, ручейком стекающая вниз.. А внизу, она будто тает от моего тепла. Из-за мокрой одежды я могу чувствовать безупречные рельефы ее тела. Глаза разного цвета страстно и одурманивающе смотрят в мои, будто пытаясь найти в них хоть чуть-чуть морали. Пухлые, мягкие губы докасаются до моей ладони, а запах, сладкий запах девушки морочит голову и пьянит. Хочется дотянутся, убрать ладонь и один раз попробовать ее на вкус. Наверное она сладкая, даже притарная, но с кислинкой. Да, точно с кислинкой, а после рот вяжет и просит еще, я в этом уверен. И я бы поцеловал. С радостью попробовал бы на вкус, но она решила по-другому. Большие глаза нашли сзади меня кого-то более интересного, думаю, что если бы она была не пьяна, то они бы загорелись. Но алкоголь не дает права на эмоции, он их сжирает, запирая в клетке.

— Невеста нашлась! Продолжаем свадьбу!- я оборачиваюсь и вижу, как из комнаты для персонала выходит девушка узбекской внешности, которая услышав крик Максим, заметно испугалась и вжалась в стену.

— Хватит на сегодня знакомств!- я почти прорычал это, отчего Максим с удивлением посмотрела на меня. В ее глазах не было и капли страха, хоть любой другой человек от такого тона уже давно бы забился в истерике. Может даже Стас. Как она может за минуту вызвать столько ярких эмоций, хотя я столько и за месяц не испытываю? Она успела рассмешить до боли в животе, поставить в неловкое положение, потом разозлить так, что волосы не только на голове зашевелились, возбудить до посинения паха и потом разозлить еще сильнее. А сейчас я стою и смеюсь как дурак, потому что теперь ОНА закрыла своей маленькой ладошкой мой рот. Это невыносимо!

Невыносимо чарующе! Я никогда не встречал таких женщин! Просто чудо природы!
Чудо, которое иногда просто хочется задушить!

А дальше меня ждало то, чего я боялся больше всего- алкогольное отравление. За весь день она почти ничего не ела, поэтому когда из нее полностью вышел весь алкоголь и блевать было нечем, то она начала просто задыхаться от приступов тошноты. Около часа я поил ее водой и активированным углем, держал волосы, пока она ели стояла на коленях и обнимала унитаз.

— Я.. я больше не могу...- хрупкое тело расслабляется и падает в мои руки. Я бы не мучил и отпустил, но ей будет только хуже. Она еще не протрезвела и я вижу как ей плохо. Аккуратными движениями ставлю ее на колени, придерживая одной рукой за живот.

— Пожалуйста, скажи а..-Максим уже от безвыходности открывает рот и я засовываю ей два пальца, до того момента, пока ее опять не начинает выворачивать наизнанку. Самое странное то, что я не брезгую ее от слова совсем, а она до сих пор, обнимая унитаз выглядит привлекательно и даже... сексуально? Нет, я не фитешист, просто она слишком красивая и уверенная в себе, поэтому даже алкоголь или рвота не могут ее испортить. Когда стало ясно, что организм очистился, я помог ей подняться и подвёл к раковине.

— Нет, нет..- она отмахивает мои руки.

— Не хочешь умываться?

— Я хочу помыть голову... и вообще хочу помыться.

да, она аккуратная и видно, что следит за своим внешним видом. Но чтобы в таком состоянии? Сомневаюсь, что она завтра вспомнит про то, что я сейчас помогу ей. Да и я не собираюсь приставать. Одним движением закрываю крышку унитаза и сажаю на него до сих пор пьяное чудовище. И пока я снимал ей шорты, бестия решила снять топ и перед моими глазами открылось зрелище на шикарную грудь и девушку, запутавшуюся в своей же футболке. Глаза сами тянутся к тому, что обычно скрывается под одеждой. И мой взгляд находит то, от чего мурашки идут по коже. Это не приятные мурашки, наоборот. На груди девушки есть шрамы. Это не родимые пятна, нет. Скорее ожоги. Три не больших круглых ожога, от времени побелевших и выгоревших. Как-будто в нее спички бросали. В голову лезут разные мысли и вспомнив сегодняшний разговор, меня передергивает.

— Я монстррр..рраа..- Мокрая футболка прилипла к ней, она не смогла снять ее полностью и начала рычать и изображать чудовище, громко смеясь.

Во мне должно было что-то ёкнуть. Сжаться от жалости, закипеть от ярости. Но внутри была только тишина. Ледяная, тяжёлая тишина. Она и вправду была прекрасна. И эти шрамы, оставленные каким-то нелюдем, не портили её. Они делали её реальной. Хрупкой. И бесконечно, до боли желанной. И это осознание было страшнее любой ярости.

Я потянулся к полотенцу, чтобы укрыть её, но взгляд снова скользнул ниже. Розовые трусики в горошек. И на них... чёртова кошка, игриво изогнувшаяся. Это была насмешка. Последний, отчаянный бастион её дурацкой, непобедимой натуры.
Почему я всё ещё на это смотрю? — пронеслось в голове. Но ответа не было. Был только этот взрыв контрастов: боль и шутка, уязвимость и вызов, прошлое и настоящее. Всё вместе. Вся она.

Это ведь просто трусы и вообще, почему я до сих пор о них думаю!