Глава седьмая
В этот день приёмная министерства внешней разведки могла похвастаться несколькими удивительными сценками.
Сперва окружённая сановниками королева, выходящая из зала заседаний, столкнулась здесь с церемониймейстером, который спешил к махийским дипломатам, чтобы утрясти какие-то нюансы по поводу парадного бала в честь встречи принцессы – в качестве жеста дружбы этот бал планировалось стилизовать под придворные празднества Махии.
Чуть позже уже уходящий церемониймейстер столкнулся с входящим епископом, братом королевы, который пришёл к махийским же дипломатам с целью обсудить с ними, как устроить во дворце представителя Махийской церкви, чтобы принцесса могла без проблем отправлять свои религиозные обряды. В меру посплетничав о принцессе, райанцы разошлись.
Спустя минуту из зала заседаний вышел князь – всё это время он продолжал скандалить, один против всего штата дипломатов. Победить эту гидру ему не удалось, поэтому вышел он в самом скверном расположении духа. Забирая у дежурного свою шпагу, он заметил на стойке незнакомую саблю и остановился. Оружие всегда было его первейшей страстью, поэтому, пресекая любые поползновения дежурного защитить этот объект, князь с удовольствием взял саблю в руку и принялся разглядывать её, то пробуя пальцем остроту лезвия, то осторожно колупая рукоять.
– Положь на место! – вдруг раздался сердитый голос за его спиной. – Не твоя цацка, франтик!
Это грозная пиратка закончила составлять своё послание и направлялась к Канлару, чтобы получить своего гонца. Вольное обращение с её саблей она восприняла как прямое оскорбление, и только данное главарю обещание быть сдержанной удержало её от немедленного вызова наглеца на поединок.
– Ваша? – дружелюбно переспросил князь, и не думая отпускать понравившийся клинок.
– Порежешься, франтик, – не ответила пиратка, вырывая у него своё оружие.
Дежурный приглушённо ахнул: князь едва успел отдёрнуть руки, лишь чудом избежав ранений.
Залихватски рассмеявшись, троюродный весело уведомил:
– Ты только что чуть не спровоцировала войну, девочка.
Пиратка зашипела как рассерженная кошка и сквозь зубы процедила:
– Эка цаца!...
– Вообще-то, официальный наследник престола, – обаятельно выгнул бровь князь.
По правде говоря, он был всего лишь вторым в очереди на трон – после своего отца – но, поскольку отец несколько лет назад официально передал ему дела их ветви, то, до рождения детей у королевы, он и впрямь носил звание наследника.
Пиратка скривилась так, будто увидела нечто донельзя неприятное, потом изумлённо захлопала ресницами и потрясённо спросила:
– Это чё, ваша королева настолько старая, да? – и с ощутимой завистью резюмировала: – Ну нифига себе как хорошо сохранилась!
Рассмеялся не только князь, но и дежурный.
И возвращающийся от махийцев епископ, который услышал последние фразы.
– Нет, мадемуазель, – просветил он пиратку, – его светлость всего лишь кузен её величества.
– От кузена слышу, – привычно огрызнулся князь.
Епископ хмыкнул и вышел.
Айде-Лин в кои-то веки лишилась дара речи: запуталась в родственных связях королевской семьи.
– Ты-то хоть не кузен? – с надеждой вопросила она дежурного.
К её ужасу, и дежурный, и князь – оба глубоко задумались.
Где-то далеко в предках дежурного затесался королевский бастард, но вычленить степень родства у них сходу не получалось.
– Троюродный дядюшка? – неуверенно предположил князь.
– Это если по бабке Жанне, – почесал в голове дежурный. – И вроде как четвероюродный?
Дело в том, что бабка по женской линии тоже приходилась бастардом кому-то из двоюродной ветви позапрошлого царствования.
– В общем, не кузен, – удовлетворённо заключил князь, который и сам уже успел обогатить древо королевского рода парой неофициальных ветвей.
Выражение лица пиратки не поддавалось прочтению. Посмотрев на неё пару секунд, князь повернулся к дежурному и спросил:
– Есть у вас тут махийские сабли?
В министерстве внешней разведки имелась неплохая коллекция разномастного оружия из разных стран.
– Пять штук! – воодушевился дежурный. – Парадная, абордажная, церемониальная... – принялся перечислять он.
– Абордажная пойдёт, – уверенно заключил князь, разглядывая оружие Айде-Лин. – Мадемуазель, – изысканно поклонился он ей, – жду вас через пять минут здесь же, во внутреннем дворике. Вы ведь не откажете мне в уроке пиратского фехтования?
Пиратка смерила его презрительным взглядом:
– Не боишься, франтик? – князь изобразил лицом невозмутимость. – А войной грозить не будешь, если покровлю? – князь отрицательно помотал головой, откланялся и пошёл за саблей.
Айде-Лин дёрнулась было в кабинет заседаний, но её прервал вскрик дежурного:
– Куда?! – обернувшись, она получила уточнение: – Саблю, мадемуазель. Там его величество.
Скрипнув зубами, пиратка передала саблю и отправилась в зал.
Не успели фехтовальщики уйти на задний двор, как в приёмную вышел Канлар – где благополучно столкнулся с княжной.
– Ваше величество! – радостно присела в реверансе та. – Я ищу брата...
– Он давно ушёл, – нахмурился Канлар.
Дежурный промолчал, потому что его не спрашивали, а высказываться первым ему было не по регламенту.
– Как жаль! – печально воскликнула княжна, но тут же приободрилась: – Возможно, тогда мне могли бы помочь вы?
– Весь внимание, – приподнял брови Канлар.
Подхватив короля-консорта под ручку, княжна аккуратно увлекла его в небольшую гостиную, оглянула напоследок коридор, по которому они пришли, и прикрыла дверь.
Левая бровь Канлара сделала более чем выразительное движение вверх: ситуация складывалась весьма компрометирующая.
– Ваша светлость? – озвучил он своё недоумение.
– Я хотела поговорить о моём женихе, – лучезарно улыбнулась княжна.
– Вы определились? – обрадовался Канлар.
– Да, – княжна скромно опустила глазки. – Я выбрала ниийского принца.
Радостное выражение быстро сошло с лица короля-консорта, после чего он почесал себе лоб и хмуро поинтересовался:
– Вас ведь не переубедить, да?
Невинный и скромный вид княжны не был способен ввести его в заблуждение: хваткость этой невзрачной особы после истории с фрейлинами стала очевидна.
– Это будет трудно устроить, – признал Канлар.
Ниийского принца даже королеве не сватали, что уж говорить о её троюродной сестре, младшей из своей ветви, – точно не ровня.
– Я знаю, – скромно улыбнулась княжна, – поэтому у меня и есть к вам дело, в котором вы могли бы помочь, чтобы повысить мои шансы на этот брак.
– Я весь внимание, – повторил Канлар, делая приглашающий жест рукой.
– Я хочу передать принцу письмо, – нежным голоском уведомила девушка. – Но боюсь, что мой человек не сумеет сделать этого, потому что его не пропустят к его высочеству.
Король-консорт смерил её весёлым и удивлённым взглядом:
– Поправьте меня, если я не так понял, – с почти восхищённым изумлением попросил он. – Вы предлагаете мне выделить своего человека, чтобы он, не зная, что за письмо вы написали, помог вашему человеку вручить это письмо его высочеству за спиной у ниийского короля?
Княжна улыбнулась в высшей степени очаровательно, даже её обычно невыразительное лицо стало казаться хорошеньким.
– Именно так, ваше величество, – сладко подтвердила она.
– И что заставило вас думать, что я на это пойду? – хмыкнул Канлар, сложив руки на груди.
Первоначальным планом княжны был шантаж. Она намеренно выловила короля-консорта наедине, чтобы поставить его в двусмысленное положение, и предполагала угрожать ему оглаской и скандалом.
План и сейчас, несмотря на все риски, было чудо как хорош, но проскользнувшее за его удивлением лёгкое восхищение заставило её сменить тактику и попытаться договориться миром, если можно было этим словом назвать её намерения.
– Я сделаю так, чтобы пограничные войны у Рьона закончились, – гордо сказала княжна.
Канлар изобразил лицом недоумение:
– Звучит самонадеянно!
– Я знаю, как это сделать, – не сдавалась княжна.
Хмыкнув, он признал сам с собой, что она его заинтересовала, опустился в кресло и предложил ей присесть.
– Рассказывайте, – велел он ей с нетерпеливым жестом и получил вежливое недоумение в ответ. – Не думаете же вы, – вернул он ей это вежливое удивление, – что я буду помогать вам вслепую?
Взвесив все за и против – минута колебаний не укрылась от его глаз и вызвала у него уважение – она решилась открыть карты.
По её замыслу, она планировала выйти замуж за младшего сына ниийского короля и тем самым решить вопрос с неясной принадлежностью спорных земель, находящихся между рукавами Рьона. То Ниия, то Райанци пытались отвоевать их себе, только для того, чтобы через год сойтись в военном споре снова. При удачном браке, в котором райанская королевская фамилия сочетается с ниийской, эти земли отдадут новоявленным супругам, что прекратит все споры.
– Восхитительно! – поаплодировал ей Канлар. – И как вы планируете убедить ниийского короля?
Княжна улыбнулась:
– Этим займётся принц.
– Хм! А как вы планируете убедить его высочество?
– Вот для этого мне и нужно моё письмо, – скромно ответила княжна. – У меня есть прекрасные женские аргументы, которые вам, ваше величество, я не озвучу.
Интрига прошла как по нотам. Канлар был слишком восхищён дерзостью плана и самой задумкой, чтобы отказать. Он обещал посыльному княжны сопровождающего, который сможет открыть двери в покои принца, и, когда княжна удалилась, пробормотал себе под нос с совершенно таким же выражением, какое ранее использовала в отношении этой же особы его жена:
– Всё-таки пятая в очереди!