Финал
Есть странная магия в моментах, когда всё не идёт по плану.
Например, ты думаешь, что у тебя будет уютный вечер с сериалом и мороженым.
А получаешь — любовное признание, кольцо и кое-что покрупнее...
— Ты уверен, что это платье нормальное? — спросила я, натягивая на себя очередное творение дизайнерской мысли.
— Оно отлично, — хмыкнул Галыгин, присев на край кровати и глядя на меня с таким выражением, как будто я лично спустилась с небес.
Я скептически посмотрела в зеркало.
Платье сидело... ну, как могла сидеть ткань на животе, который уверенно шёл вперёд меня.
— Я похожа на арбуз, завернутый в ленту, — простонала я.
— Самый красивый арбуз в мире.
Я бросила в него подушкой. Он ловко поймал её и, смеясь, встал.
— Пошли. У меня есть планы.
Планы, говорил он.
Прогулка, говорил он.
Ага. Ловушка века.
Через полчаса мы шли по парку. Он держал меня за руку — аккуратно, как будто я была хрустальной вазой на ножках.
Народ расступался перед нами, восхищённо поглядывая на моего личного телохранителя в джинсах и куртке.
— Куда мы идём? — подозрительно спросила я.
— Сюда, — сказал он, вдруг останавливаясь перед маленьким кафе.
На его вывеске красовалась надпись: "Место, где сбываются мечты."
Я прищурилась:
— И что, ты решил, что моё место — рядом с кофе и чизкейком?
— Почти.
Он повёл меня внутрь.
Кафе было украшено шарами, цветами и табличкой "Даже если твой живот больше, чем у меня бицепсы — ты всё равно моя богиня."
Я всхлипнула от смеха и нежности одновременно.
— Ты это всё... для меня?..
— А для кого ещё?
И тут он встал на одно колено.
Прямо посреди кафе.
Прямо перед десятком незнакомцев, которые в один момент замерли, как в плохом американском фильме.
Он достал маленькую коробочку.
Открыл.
И я увидела кольцо. Простое. Тёплое. Настоящее.
— Варвара Алексеевна, — сказал он самым серьёзным тоном, от которого у меня защекотало в животе (и не только от ребёнка), — согласитесь ли вы официально стать моей женой, матерью моих детей и причиной, почему я улыбаюсь каждое чёртово утро?
Я захихикала сквозь слёзы:
— Я уже, кажется, мать твоего ребёнка.
— Так давай закрепим успех! — ухмыльнулся он.
Я рассмеялась и кивнула.
— Да! Конечно, да!
Кафе взорвалось аплодисментами.
Кто-то заиграл на укулеле.
Где-то уронили тарелку, но даже это звучало как праздничный аккомпанемент.
Он надел кольцо мне на палец — а потом встал, обнял меня аккуратно (чтобы не раздавить нашего пузожителя) и прошептал:
— Теперь ты официально моя. На все сто.
— Я и без кольца была, — буркнула я, прижимаясь к нему. — Но так даже круче.
Вечером, лёжа на диване, обложившись подушками и чипсами, мы пересматривали детские комбинезоны в интернете.
— Это или это? — спросил он, показывая два варианта: с надписью "Папина гордость" и "Мамина слабость".
Я фыркнула:
— Нужно делать двойную надпись: "Мамина слабость, папина гордость".
— И добавить сноску: "Причина наших бессонных ночей".
Мы расхохотались.
А потом он положил руку мне на живот, почувствовал лёгкий толчок — и замер.
Улыбка на его лице в тот момент стоила всех свадеб и всех кольц в мире.
— Он сильный, — прошептал он. — Или она.
— Или оба, — подмигнула я. — Кто знает, может там двойня?
Он побледнел.
Я рассмеялась.
И подумала, что иногда жизнь всё-таки знает, что делает.
Даже если тебе кажется, что ты просто вляпалась в череду катастроф.
Потому что в итоге...
ты оказываешься в объятиях человека, который носит тебя на руках.
Пусть даже — вместе с пузиком размером с маленькую планету.