Глава 10. Ревность, горячий кофе и попытка не убить бывшего
Есть вещи, которые не меняются. Например, моя способность вляпываться в проблемы, как в свежевыкрашенные лавочки.
Или умение Галыгина ревновать так, что хоть кричи: «Это просто курьер с пиццей, черт тебя побери!»
Утро начиналось хорошо. Слишком хорошо, чтобы быть правдой.
Он завтракал в одних шортах на моей кухне, жевал бутерброд с колбасой и выглядел таким... домашним, что у меня чесались руки срочно ему в этом признаться.
Но я ограничилась взглядом через кружку кофе.
— Что так смотришь? — спросил он, улыбаясь так, как будто знал, что я мысленно уже нарисовала на нём фартук и подпись "Лучшая домохозяйка года".
— Проверяю, не галлюцинация ли ты.
Он ухмыльнулся:
— Могу доказать. Практически научным методом. В кровати.
— Ты что, учебник физики на ночь читал?
Прежде чем я успела получить продолжение шутки, в дверь позвонили.
Классика.
Я, закутавшись в его рубашку и выглядя как крайне подозрительный представитель домашнего хозяйства, пошла открывать.
И... пожалела об этом сразу, как только увидела на пороге Его.
Не Галыгина.
Не курьера.
А Его с большой буквы «Б» — бывшего.
— Варя... — начал Он, с таким выражением лица, будто прибыл спасать меня от дракона.
— Ты чего тут забыл? — сухо спросила я, цепенея.
— Я... хотел поговорить. Всё исправить.
Боже, дай мне силу не заорать прямо в глазок.
Галыгин подошёл за моё плечо и замер.
Голый торс. Хмурый взгляд. Ощущение грядущего апокалипсиса.
— Кто это? — голос у него был таким холодным, что в воздухе понизилась температура.
— Эээ... это... — я замялась.
— Я её бывший, — бодро вмешался Незваный Гость, протягивая руку. — Андрей.
Галыгин даже не подумал её пожать.
— Бывший, значит? — медленно переспросил он. — Бывший здесь что-то забыл?
Андрей занервничал.
Я — захотела испариться.
Кофе в моей руке — начал остывать.
— Слушай, давай без театра, — вздохнула я. — Ты ушёл. Два года назад. Без объяснений. Без звонков. А теперь внезапно появился и решил... что?
Андрей бросил на меня страдальческий взгляд:
— Я осознал, что потерял.
Галыгин скрестил руки на груди, и мышцы на его плечах заиграли так выразительно, что я всерьёз задумалась — может, Андрей сам свалит от страха?
— Потерял, говоришь... — протянул он. — А теперь нашёл только чтобы снова потерять?
Я кашлянула, пытаясь остановить этот конкурс токсичной мужественности.
— Ребята, может, вы... ммм... не будете меряться альфа-статусами в моём коридоре?
— Я не меряюсь, — невинно сказал Галыгин. — Я утверждаю территориальные права.
Андрей побледнел.
Я тоже. Только от другой причины.
— Варя, ты с ним серьёзно? — выдохнул мой бывший.
— Нет, — фыркнул Галыгин. — Она просто любит, когда я мою за ней посуду в одних шортах.
Я подавилась смешком.
Андрей, кажется, на секунду поверил, что это правда.
— Ладно... — он отступил к выходу. — Если что — я рядом. Варя, подумай.
И с этими словами — исчез.
Галыгин закрыл дверь ногой, медленно повернулся ко мне и прищурился:
— Подумай, да? Подумай?!
— Галыгин, ты сейчас похож на человека, который собирается вызвать его на дуэль.
— О, у меня для него лучше. Запарковать его физиономию в ближайшую стену.
Я расхохоталась. Настолько громко, что он растерял всю свою мрачность и ухмыльнулся.
— Я серьёзно.
— Ты... ревновал.
— Конечно ревновал, — буркнул он. — Ты моя.
МОЯ.
Это слово легло на кожу, как тёплый плед.
Я шагнула к нему, встала на носочки и прошептала в его ухо:
— Галыгин, если ты ещё раз так скажешь... я испорчу тебе репутацию.
— Как?
Я ухмыльнулась.
— Приду к тебе на работу с табличкой "Украла сердце директора и горжусь этим".
Он расхохотался, подхватил меня на руки — и уже через секунду мы снова были в объятиях. Только теперь между нами не было ни обид, ни недомолвок. Только жар и уверенность в том, что ревность — это не страх потерять.
Это страх не успеть сказать: "Ты мне нужен".
И в этот раз я точно знала: он останется.
А я — тоже.