Глава 3 Первый поход в цирк
Прошло много времени с момента двойного убийства за свою жизнь. Череп одного убитого урода послужил нам с Юмико отличным трофеем, благодаря чему другие воспитанники нас расспрашивали о данной вещи с величайшим интересом. Мы отшучивались как могли, говоря, мол, это был подарок от учителя Биологии за отличные работы на уроках и активное участие в школьной жизни интерната, что на самом деле к нам никак не относилось. Юмико лгала, что этот череп был ее подарком от покойной бабушки, которая держала у себя различного рода экспонаты, связанные с телом человека. Все эти личинки охотно верили в версию Юмико, так как они думали об отсутствии наших знаний в области Биологии, в чем они и оказались правы.
Когда я смотрю на этот череп, во мне пробуждается чувство ненависти и дикого презрения, так как он ранее принадлежал одному из убийц китайского торговца. Однажды Юмико ударила меня по голове, когда увидела этот череп в желтых пятнах и отдающим запахом мочи, однако мне было смешно и я заливался мощным хохотом. Никогда не ссал на мертвого, особенно на его череп, но я абсолютно настойчив на том, что эта мразь такого и заслуживает. Пусть захлебнется в соке ненависти лимонного оттенка. Меня дико радует тот факт, что те два убийства так и остались загадочными, точнее говоря, они были загадочными для воспитанников, воспитателей и обычных граждан. Нас задолбали с Юмико постоянные проверки со стороны дружинников и полицейских, поскольку слух о возможном серийном убийце еще не утихал, мы также надеялись на успешное отношение со стороны сверстников и воспитателей, но те продолжали гнуть свое.
Я больше не рыдал в подушку после очередного акта унижения, вместо этого я практически не снимал бинты со своего лица, таков был мой протест против этой идиотской системы. В 1891 году я в кои-то веки посетил цирк, мне дико нравился процесс выступления со стороны артистов на арене. Мое чувство энтузиазма мгновенно усилилось, когда я заметил что Юмико села вплотную ко мне и я почувствовал теплоту во всем теле. Мы попали в цирк благодаря мастеру Такуме, который в тот же день дал нам с Юмико денег на билеты, как же это было увлекательно, словно этот цирк - один большой дом с благополучной атмосферой, в котором не будешь чувствовать себя дерьмом изо дня в день.
Однако слушателя попрошу не думать, что мастер Такума поступил с нами чересчур щедро. Юмико проявила инициативу, предложив своему дяде поработать нам у него в мастерской и тем самым получить немного денег в качестве вознаграждения. Разумеется, мы узнали о предстоящем цирковом выступлении еще каких-то пару недель назад, в этом помогли висящие на стенах зданий афиши, которые распространялись словно грибы после дождя. Все это время мы убирались в мастерской, а также помогали Такуме-сану с продажей оружия, благодаря чему мы Юмико не голодали, ибо еда у мастера была в разы вкуснее по сравнению с тем дерьмом, которым нас кормили в приюте.
Пожалуй я отброшу свое печальное повествование о суровой жизни в приюте, ибо слушателю уже не терпится узнать о нашем с подругой походе в цирк. В то самое райское место, где тебе всегда и все рады, несмотря на какие-либо проблемы. Цирк располагался довольно далеко от приюта, поэтому мастер Такума в дополнение к покупке билетов дал нам денег на проезд через повозку. Рикша оказался вполне толковым человеком, которого звали Юдзо, но мы с Юмико сохраняли скромность и не стали томить его нелегкой жизнью в детдоме. Водитель практически весь путь рассказывал истории о своей жизни, начиная любящей полной семьей и заканчивая жестокой гибелью своего сына. По его словам это был молодой парень по имени Кодзи, который был найден расчлененным как порванная кукла. Он лежал в вязком болоте, полном кишащих москитов, из-за чего помимо трупного окоченения на его теле были видны алые не то пятна, не то волдыри, которые словно цветы украшали неживую и залитую кровью вперемешку с тленным ядом поляну. Юдзо-сан до сих пор не понимает, кто мог сотворить столь чудовищный поступок с его сыном, однако у него имелись некие догадки, что это могли сотворить те же бандиты, которых мы когда-то давно видели и скорее всего во всей это местности орудовала целая банда. Гребаные потомки ниндзя, сначала ваши предки проливали кровь, а теперь вы следуете по их собачьим следам! Я успокоил Юмико, поскольку такое повествование загоняло ее в тревогу и депрессию.
Как только мы отдали нужную сумму рикше и вышли из повозки, перед нашим взором оказалось достаточно большое и очень красивое здание, вокруг которого толпились взрослые с детьми, на чьих лицах отдаленно была видна радость и гармония. Я заметил как Юмико начала радоваться, даже сильнее чем я, несмотря на то, что сама впервые посетила такое место как цирк еще в раннем детстве. Была слышна игра уличных музыкантов, чей азарт не знал границ, они весело зазывали прохожих на представление. Зайдя в здание, напоминавшее палатку для гигантов я ощутил себя частью этого цирка, ведь на мне тоже было кое-что выделяющееся, что отсутствовало у множества остальных прохожих. Несмотря на смену обстановки, мне все равно чувствовалось себя некомфортно, некоторые из детей имели совесть посмеиваться, стоило им взглянуть на меня, ибо на мне были все те же бинты с кепкой. Благо моя подруга Юмико была рядом и держала меня за руку, как только мы переступили порог огромной палатки.
Немного подождав начала представления мы с Юмико купили леденцы, к счастью они были гораздо дешевле, чем в обычных прилавках, да и в обычной жизни мне часто приходилось думать о борьбе за выживание, нежели о каких-то сладостях. Однако должен признать, что местное амэдзаику меня порадовало куда больше, ибо в деревне таким искусством по изготовлению карамели владели крайне позорно и безразлично. Приобретя билеты, мы с Юмико направились в сторону зала, где вот-вот должно было начаться представление. Нас встречала огромная толпа зрителей, по смеси разговоров от разных людей было ясно, что все ожидали нечто грандиозное. Как только лампы в зале погасли, правда кроме одной, на манеж вышел в меру упитанный человек, носивший джентльменские усы и солидного вида очки, которые на удивление скрывали его глаза. Он с огромным энтузиазмом поприветствовал нас, зрителей, тем самым объявив что само шоу будет крайне необычным, чем просто выступление обыкновенных фокусников или гимнастов. Как я узнал от Юмико, это был глава самого цирка «Red Cat Circus», труппа которого гастролировала по всей Японской империи. Свет единственной горящей лампы падал исключительно на почтенного толстяка, от которого исходило чувство таинственности, что меня на удивление притягивало, словно в нем был заложен дар гипноза, как и у других цирковых фокусников.
В ушах раздался бурный всплеск аплодисментов, что дало сигнал на начало представления, дети всеми силами насвистывали в адрес толстяка, демонстрируя этим свое счастье. Как только глава цирка удалился, на арену вышел худощавый молодой парень, на котором был фрак изысканного вида. Артист наглядно демонстрировал фокус с превращением игральных карт в красивые цветы, что он делал достаточно виртуозно. Я заметил как от удивления у Юмико открылся рот, но глядя на это я был доволен, потому что прекрасно понимал, что ее удивление содержало восторг. Однако как ни странно, столь сильного удовлетворения от происходящего я не ощущал, похоже чувство радости во мне отчасти атрофировалось из-за постоянной тревоги и издевательств. Тем не менее, я чувствовал лишь успокоение в этом цирке.
Следующим артистом оказался дрессировщик с послушным медведем, второй судя по всему не выражал каких-либо присущих ему инстинктов или эмоций. Такое ощущение, что цирковые животные являются аналогом чудовища Франкенштейна, согласного на любые действия, тем самым не имеющего собственного мнения, поскольку для меня дрессировщик и Виктор Франкенштейн одного поля ягоды. Меня не покидало беспокойство, что этих животных по возможности подвергали пыткам, если те не подчинялись шоу-программе. В один миг вновь всплыла та самая сцена ужасной пытки воском в моей памяти, из-за чего я чуть не выронил из рук купленные леденцы. Медведь то и дело удерживал равновесие на большом шаре, что отражало веселые покатушки, заставляя зрителей заливаться хохотом, при этом сам номер сопровождался веселым духовым звучанием со стороны циркового оркестра. Дрессировщик носился по арене с каким-то предметом, напоминающим лоскут ткани, а медведь катился на шаре за бегуном, что выглядело так, словно этот выскочка нарочно дразнил лесного жителя, чтобы тот его поскорее сожрал.
Юмико меня отвлекла от мрачных мыслей, сказав что ей еще никогда так не было весело. Это я понял сразу же, как только она залилась звонким и одновременно детским смехом вместе с остальными. Пока она наслаждалась номером, я подумал о дальнейшем исходе событий, изменится ли что-то в лучшую сторону, как только мы покинем это место, на что я сильно надеялся. Я для себя наконец-то понял, что у меня появилась особая миссия, защищать Юмико от каких-либо проблем любой ценой, даже если меня искалечат до полусмерти. Самоубийство в такой обстановке не будет считаться спасением. Как для меня, такое действие может совершить лишь сломленный духом человек. Но человек ли Токкуриджи на самом деле, этот вопрос обязан решить именно ты, слушатель. Хруст леденцов звучал как классическая мелодия, созданная Шопеном или Бетховеном, но сама мелодия создавалась моей дорогой подругой. Вдруг я почувствовал, как она нежно опустила свою голову мне на плечо, благодаря этому я залился краской, однако из-за бинтов этого нельзя было увидеть. Как только моя верная спутница прижалась ко мне сильнее, я ощутил прилив энергии в нижней части живота, вследствие чего я испытывал то же самое, что и при прочтении «Сто двадцать дней Содома». Юмико, почувствовав мое облегчение, начала нежно ерзать, сидя на моем колене и тем самым тихо смеясь.
После выступления первых артистов с животными, на арену снова вышел толстый джентльмен, на этот раз он объявил о новых артистах, которые буквально недавно вступили в его цирк. На арену вышла странная женщина в кимоно, ее платок покрывал всю голову, что выглядело слегка нелепо, только макияж украшал ее внешность. Затем циркачка развязала пояс своего кимоно, после чего из ее глубокого выреза выползла змея, которая со всем азартом проявляла свою ужасающую натуру. Ее медленные, но жуткие движения заставляли публику прийти в оцепенение, даже Юмико резко дернулась, заметив длинную рептилию. Зрители успели заметить, как эта женщина задрала подол кимоно, из которого успел вылезти болтающийся словно шланг угорь. В отличие от змеи он полз немного быстрее, что снова заставило публику нехило испугаться.
Затем случилось то, чего я никак не ожидал. Уважаемый глава цирка попросил выйти на арену добровольцем одного из всех присутствующих. Циркачи видели что далеко не каждый хотел выйти на арену и заодно столкнуться с этими ползучими тварями, которыми руководила женщина в платке. Для этого толстяк решил сделать выбор добровольца самостоятельно. Мне не хотелось, чтобы в таком извращенном номере участвовала Юмико, ибо ее психическое состояние при виде рептилий стало неуравновешенным. Выбор пал на меня, похоже джентльмена заинтересовала моя необыкновенная внешность.
Спустившись на арену я был заинтересован, нежели взволнован, я думал что если это пытка, то после горячего воска меня ничем больше не удивить. Толстяк сказал, что мой вызывающий вид вполне может украсить его цирк, стоит лишь проявить желание вступить к нему и иметь какие-либо навыки в гимнастике, так как мое тело довольно гибкое. Женщина попросила меня снять рубашку, дабы угри и змеи не сковывали мое тело своими движениями. К счастью, под рубашкой была белая майка, однако она была слегка грязной, что заставляло чувствовать себя неловко. Как только две змеи и два угря стали исследователями моего тела, я неожиданно почувствовал себя звездой, поскольку зрители сильно восхищались моей выдержкой, особенно Юмико, однако она смотрела на меня испуганным взглядом. Цепкие твари обволакивали мое тело целиком, в связи с чем я вспомнил наказание в виде связывания веревками, но черт, это было в разы приятнее, кожа каждой рептилии была холодной и упругой. Женщина с толстяком смотрели на происходящее как на нечто блаженнное, словно бог видит добродетельный поступок ребенка. Я все понял, это место словно параллельная реальность, где все, что напоминало мне о наказаниях в приюте, погружало меня в экстаз. Эти змеи, эти угри, они такие сладкие, как и их хозяйка...
После столь мерзкого и одновременно возбуждающего номера я вернулся на место зрительного зала. Было видно что моя дорогая красавица чувствовала себя в шоке, она прежде еще ничего не видела, и в то же время Юмико выдавливала из себя неловкую улыбку, объяснив это тем, что она была поражена моей смелостью. Следующим номером было выступление одного гиганта, который с мастерством глотал лезвия катан и кинжалов, что меня заинтересовало еще сильнее, ведь как это можно глотать лезвия, при этом ничего себе не поранив? Похоже этот цирк полон загадок, ответ на которые знает лишь труппа артистов и их глава.
Время пролетело довольно быстро и незаметно, как только закончилось представление, зрители стали покидать зал, обмениваясь впечатлениями. Я заметил что не все дети были довольны, кто-то из них плакал после увиденного, а кто-то дрожал и ничего не мог сказать. Несмотря на сильные эмоциональные переживания, Юмико все же была довольна, но больше всего ей понравилось мое участие на арене. Как только мы покинули огромную палатку, на улице начало смеркаться, что к великому сожалению намекало нам на возвращение в тот самый идиотский дурдом со всеми моральными и физическими пытками. Возвращаясь обратно с Юмико, я вспомнил слова упитанного джентльмена, который верил, что я смогу присоединиться к его актерской команде. Однако я не спешил с решением, поскольу если мне будет суждено вступить туда, то с наибольшей вероятностью я потеряю лучшую подругу, а как тебе уже известно, дорогой слушатель, ей без меня не справиться. Помимо всего этого, я вспоминал о красивой женщине со змеями, ее зловещая, но заманчивая красота не имела границ. Спустя пару дней я узнал имя главы данного цирка, его зовут господин Араси.