Глава 5. Белые тюльпаны
Ставим звезды и
делимся своим мнением в комментариях или анонке в тгк: Фиска пишет🐈⬛ (https://t.me/esexxsx)
всех люблю!!!
___________________________
Проснуться в обнимку с Туркиным оказалось неожиданностью. Я лежала, уткнувшись носом в его плечо, и чувствовала, как его рука обвивает мою талию, прижимая к себе. Тепло его тела, ровное дыхание, легкий запах табака и чего-то родного — всё это создавало ощущение безопасности, которого я не испытывала очень давно.
Я попыталась аккуратно высвободиться, но во сне он только крепче прижал меня к себе, что-то бормоча.
— Ну отпусти, — прошептала я, — дай на кухню схожу.
Он открыл глаза. Зеленые, сонные, с поволокой — и от этого взгляда у меня внутри всё перевернулось.
— Ну полежи еще немного, — его голос был хриплым со сна, и он смотрел на меня с таким щенячьим выражением, что я чуть не растаяла.
— Мне завтрак готовить надо, — напомнила я, стараясь, чтобы голос звучал твердо.
Он вздохнул, разжал объятия, и я выскользнула из кровати, чувствуя, как холодный воздух комнаты обжигает кожу, нагретую его теплом.
На кухне уже сидели Зима и Лиса. Вахит что-то увлеченно рассказывал, размахивая руками, а рыжая слушала с ироничной полуулыбкой.
— О, хозяйка пришла! — оживился Зима. — Мы есть хотим!
Я молча отвесила ему подзатыльник, на что он только рассмеялся.
— Сейчас приготовлю, — вздохнула я, доставая из холодильника яйца и колбасу.
Параллельно поставила чайник и уже хотела попросить кого-нибудь открыть дверь, как вдруг раздался настойчивый стук. Турбо, который как раз вышел из комнаты, опередил меня и распахнул дверь.
— Анфи... — начал Марат, но его перебил пронзительный женский голос:
— Валера!
Света влетела в прихожую и повисла на шее у Турбо, как будто они не виделись вечность.
— А ты что тут делаешь? — пролепетала она, стреляя глазками.
— Свет, уйди, — Валера попытался отстраниться, но она вцепилась в него мертвой хваткой.
Я вышла в коридор, облокотившись плечом о косяк. На мне была только длинная футболка, и я чувствовала на себе взгляды, но мне было плевать.
— Добрый день, — сказала я ледяным тоном, глядя исключительно на брата. — Вы чего тут забыли?
— Я за парнем пришла вообще-то! — Света сложила руки на груди, вставая в позу.
— Не тебя спрашивали, — отрезала я, даже не повернув головы. — Чего забыли, Марат?
— Она приперлась, — начал оправдываться брат, — спрашивает, где Валера. Я сказал, что дома нет... Ну а потом она так наезжать начала... Я и ляпнул, что он тут.
— Идиот, — выдохнула я и отвесила ему звонкий подзатыльник. — В следующий раз чтобы никому мою квартиру не разглашал. Понял?
— Света, — вдруг сказал Турбо, и в его голосе было что-то такое, что все замерли. — Мы расстаемся.
— Что? — блондинка побледнела. — В смысле?
— Мы расстаемся, — повторил он твердо. — Проваливай.
— Но...
— Если ты сама этого не сделаешь, — перебил он, — это сделает Анфиса. И уж тут я ничем не помогу.
Света всхлипнула, и из ее глаз потекли слезы. Она смотрела на Валеру с такой обидой, будто он предал всё, что было между ними. Но я знала: между ними ничего и не было. Просто удобство.
— Тебе не ясно сказали? — мой голос сорвался на крик. Я чувствовала, как внутри закипает ярость. — Съебалась отсюда!
Света вылетела из квартиры, даже не обернувшись. Я проводила её взглядом и выдохнула:
— Шаболда ебанная.
Развернулась и ушла на кухню, чувствуя, как дрожат руки. За мной потянулись остальные. Марат, Лиса, Зима — все расселись за столом, ожидая продолжения завтрака.
— Так че, вы голубки, встречаетесь? — протянул Зима с улыбкой до ушей.
У меня вилка выпала из рук и со звоном упала на пол.
— Зима, ты че, идиот? — выпалил Турбо, и я поняла, что он прочитал мои мысли.
— Ну так вы в обнимку вместе спали, — не унимался Вахит, делая глоток чая. — Я просыпаюсь, думал на Анфису наступил, а ее нет. По комнатам смотрю — а там вы!
Он хлопнул себя ладонью по коленке, и Марат зашелся смехом, поддерживая друга.
Я молча продолжила готовить, но кожей чувствовала чей-то взгляд. Обернувшись, встретилась глазами с Валерой и невольно улыбнулась. Он ответил тем же.
Тарелки с яичницей были поданы, чай разлит. А я забралась на подоконник, закурила и уставилась в окно, где медленно кружились снежинки.
— Анфиса, — Лиса обернулась ко мне, и в её голосе послышалось беспокойство. — Ты че опять начинаешь?
— Что? — не поняла я.
— Ты голодовки свои опять начинаешь? — тихо спросила подруга, и Валера насторожился.
— Нет, просто не хочу, — ответила я максимально сухо, стараясь пресечь расспросы.
— Второй день просто не хочешь? — Турбо отставил кружку. — Давай я тебе приготовлю что-нибудь?
— Там в холодильнике еды нет, — я продолжала смотреть в окно. — Я вам последнее доготовила.
Повисла тишина. А потом я почувствовала, как сильные руки подхватывают меня за талию и через секунду я уже сижу на коленях у Валеры.
— Ты чего делаешь? — ахнула я, пытаясь слезть, но его руки держали крепко.
— Ешь мое, — он пододвинул ко мне свою тарелку и сделал глоток чая, наблюдая за мной.
— Я не хочу, — попыталась я снова высвободиться. — Тебе есть надо.
— Какие страсти, — усмехнулся Марат. — Ешь, Анфиса, давай.
Под взглядами всех присутствующих я молча взяла вилку и начала ковыряться в тарелке. Валера довольно улыбнулся, и ребята продолжили разговор, как будто ничего не случилось.
Турбо снова куда-то ушел, даже не объяснив. Мальчиков мы отправили в магазин за продуктами — сегодня у «Универсама» не было сборов, и можно было провести день спокойно.
Мы с Лисой остались вдвоем и решили заняться уборкой. Рыжая терла пыль, я мела пол. Из старенького магнитофона тихо играл Наутилус — «Я хочу быть с тобой».
— Анфиса, — Лиса остановилась с тряпкой в руках, — а тебе этот бешеный нравится?
Я замерла, опершись на веник.
— Когда маленькая была, он мне нравился, — ответила я осторожно. — Но сама понимаешь, мне десять, ему шестнадцать. Сейчас... не знаю.
— Ну ты светишься рядом с ним, — Лиса внимательно смотрела на меня. — Видно даже, как трясешься за него. Не то что с Ильей...
Она осеклась, поняв, что ляпнула лишнее.
Веник выпал из моих рук. Я медленно сползла спиной по стене, садясь на пол. Воспоминания нахлынули с такой силой, что перехватило дыхание.
— Любимый, ну я уберу сейчас, — блондин тащил меня за руку в другую комнату, сжимая запястье до синяков.
— Ты опозорила меня перед пацанами! — прошипел он, и удары посыпались на мое тело, свернувшееся в маленький комочек.
___
— Илюш, мне больно... — я смотрела на него сквозь слезы, а он стоял надо мной с ножом.
— Ты заслужила это, никчемная шавка! — его глаза горели безумием. — Как тебя вообще мать терпит? Ах да, она же сдохла!
Лезвие оставляло глубокие порезы на моих ногах, и я кричала, но звука не было.
___
— Ты посмотри на других девушек! — орал он, швыряя меня на пол. — Они все худые, а ты как слониха!
— Милый, я похудею, — выдавила я из себя перед тем, как провалиться в темноту. — Обещаю...
— Анфиса!
Я вздрогнула и открыла глаза. В дверях стоял Валера с букетом белых тюльпанов. Увидев меня на полу, он мгновенно всё понял, отложил цветы и подлетел ко мне.
— Лиса, твою мать! — рявкнул он, опускаясь рядом. — Что тут происходит?
— Это я дура! — рыдала подруга. — Мне не надо было говорить про него!
Турбо бросил на нее короткий взгляд, который ясно говорил «потом объяснишь», и повернулся ко мне.
— Анфиса, — он заглянул мне в глаза, пытаясь поймать фокус. — Сколько тебе лет?
— Семнадцать... — выдохнула я, чувствуя, как истерика отступает, сменяясь тупой усталостью.
— Лис, воды неси! — скомандовал он, и рыжая метнулась на кухню. — Анфиса, ты где живешь?
— Казань, — я сделала глоток воды и начала успокаиваться, ощущая, как его рука гладит меня по голове.
— Вот, все хорошо, — шептал он. — Тихо, маленькая. Я рядом.
— А теперь давай, — Валера сидел напротив нас за кухонным столом, сложив руки на груди. — Про кого говорить не должна была?
Лиса открыла рот, чтобы ответить, но входная дверь распахнулась, и в квартиру ввалились Зима с Маратом и Айгуль.
— Опа, Турбо, — Вахит заглянул на кухню и увидел букет на подоконнике. — Ты че тут с ними делаешь?
Он схватил цветы и начал пафосно приближаться к кудрявому.
— Любимый, это мне? Спасибо, я тебя так люблю!
— Зима, ты че, конченный? — Турбо отбивался от него под общий смех.
— Так, Айгуленька, — я взяла себя в руки и указала на подругу. — Это Лиса.
— Приятно познакомиться, — Айгуль мило улыбнулась, но в её глазах мелькнуло любопытство — она явно заметила мое состояние.
— А ты чего с вещами? — с испугом спросила я, заметив сумку в руках брата.
— А щас за столом всё объясню, — выкрикнул Марат, выходя из ванной. — Женщины, вы чего? А нам поесть приготовить?
— Щас домой пойдешь, — закатила я глаза, но направилась к плите.
Макароны с сосисками, овощная нарезка — скромно, но сытно. Ребята расселись кто где, стульев на всех не хватило.
— Анфиса, ты ешь тоже, — прошептал Валера мне на ухо, и мурашки побежали по коже.
Я лишь метнула на него недовольный взгляд, но положила себе немного, для вида.
— Лис, сядь на подоконник, — сказала я, видя, что подруга не знает, куда приткнуться.
— Короче, — начал Марат, уплетая макароны, — Вова сказал, что берет нас в деревушку отдохнуть.
— А как мы поедем? — спросила я, ковыряясь в тарелке.
— На двух машинах. На нашей и с Дино, — брат откинулся на спинку стула и довольно вздохнул. — Пища богов! Дай бог тебе здоровья, сестренка любимая!
— О господи, подлиза, — усмехнулась я. — А когда едем?
— Завтра в час.
Пять пар глаз уставились на Адидаса младшего.
— Ну а что? — пожал он плечами. — Вот я Айгуль сюда сразу и привел.
Вечер прошел за разговорами и смехом. Я смотрела на этих людей — на Марата, который не отходил от Айгуль, на Зиму, который пытался шутить с Лисой и получал от нее острые ответы, на Валеру, который украдкой поглядывал на меня, — и чувствовала что-то, чего не испытывала. Они были мне как семья. Раньше, в детстве, и сейчас.
Я тихо слезла со стула и прошмыгнула в комнату — нужно было собрать вещи. На дно сумки легло оружие, сверху — теплая одежда.
— Маленькая, ты чего ушла? — Валера вошел без стука, как к себе домой.
— Да вещи собрать хочу, — я копалась в ящике, перебирая свитера.
— А про кого Лиса говорила? — осторожно спросил он, и я застыла, чувствуя, как время остановилось. — Маленькая?
— Илья, — выдохнула я после долгой паузы. — Бывший молодой человек. Глава Жигалинских.
Я помолчала, собираясь с силами.
— Бесконечные избиения, унижения... Шрамы остались.
Я подняла футболку, обнажая узкую талию, где красовался длинный неровный шрам.
— Ему всегда стыдно за меня было. Что я не такая, как остальные девушки.
Скупая слеза скатилась по щеке, и я быстро смахнула её, разозлившись на свою слабость.
— Ты ж моя маленькая, — Валера шагнул ко мне и осторожно обнял, будто боялся спугнуть. — Он перед тобой на коленях стоять будет. Слово пацана.
Идиллия длилась недолго. В комнату влетел Зима с вопросом:
— А где нам всем спать?
Пришлось идти на кухню, решать жилищный вопрос.
— Я голубков привел, — широко улыбнулся Вахит и тут же получил подзатыльник от Лисы. — Так, кто где спит?
— Я диван разложил! — крикнул Марат из зала.
— Ты как его, нахуй, разложил? — я была в недоумении. На моей памяти этот диван не раскладывался.
— У волшебников свои секреты, — самодовольно улыбнулся брат, и из зала донесся хохот.
— Ну значит, вы с Айгуль спите тут, — я ткнула пальцем в разложенный диван, — а ты на полу, — мой палец указал на Зиму.
Тот скорчил обиженную мордашку, но спорить не решился.
— А мы вместе получается? — шепнул Турбо, и в его голосе явно слышалась улыбка.
— Мне деваться тупо некуда, — закатила я глаза, но внутри что-то затрепетало.
— Анфиса, а можно я с Зимой поболтаю немного? — ко мне подлетела Лиса, пока я докуривала на лестничной клетке.
— Конечно, я что, запрещаю? — улыбнулась я.
Рыжая запрыгала от радости и убежала в комнату, а я, докурив, поплелась спать.
В комнате было темно. Кудрявый уже мирно сопел, разметавшись по кровати. Я легла на самый край, стараясь не потревожить его, но мускулистая рука тут же нашла мою талию и притянула ближе.
— Спокойной ночи, — прошептала я в темноту.
— Сладких снов, маленькая, — ответил он так же тихо, и его дыхание согревало мою шею.
Я закрыла глаза, чувствуя тепло его тела и защиту его рук. Впервые за долгое время мне не снились кошмары. Только снег, белые тюльпаны и зеленые глаза, которые смотрели на меня с нежностью.