Таинственное убийство. (16+) [ЗАВЕРШЁН]

За год до этого она составляла еще одно завещание — на этот раз в пользу подсудимого.

Свидетели утверждают, продолжал мистер Шин Гу, что именно подсудимый отнес кофе наверх в тот злополучный вечер. Ночью он пробрался в спальню матери и уничтожил завещание, составленное накануне, после чего — по мысли подсудимого — вступало в силу завещание в его пользу. Арест последовал после того, как инспектор Ён Ин обнаружил в комнате мистера Кима флакон со стрихнином, который был продан в аптеке человеку, выдававшему себя за мистера Мина. Теперь пусть присяжные сами решат, требуются ли еще какие-нибудь доказательства вины этого человека.

Этими словами мистер Шин Гу закончил свое выступление, вытер пот со лба и не спеша, сохраняя достоинство, удалился.

Поначалу свидетелями выступали те, кто уже давал показания на дознании.

Первым вызвали доктора Сын Мина.

Все знали, что сэр Хан Бо никогда не церемонится со свидетелями, выступающими против его подзащитных.

Вот и на этот раз он задал всего два вопроса — но каким тоном!

— Доктор Сын Мин, если не ошибаюсь, стрихнин действует очень быстро?

— Да.

— Тем не менее, вы не можете объяснить, почему смерть наступила только утром?

— Не могу.

— Спасибо.

Мистеру Лу Чанги был предъявлен флакон с ядом, найденный в комнате Джуна, и он подтвердил, что продал его «мистеру Мину». Стараниями сэра Хан Бо мистер Лу Чанги вскоре признал, что не знал мистера Мина лично, никогда с ним не разговаривал, а видел всего несколько раз, и то мельком.

Выступивший затем мистер Мин утверждал, что не покупал яд и тем более не ссорился со своей женой. Несколько свидетелей подтвердили его показания.

Садовники рассказали, как подписались под завещанием. Затем выступила Чхве.

Верная своим хозяевам, она категорически отрицала, что из-за двери доносился голос Джуна. Напротив, она могла поклясться — хозяйка разговаривала со своим мужем Мин Юнги.

Услышав это, Джун чуть заметно улыбнулся. Он-то знал, что зря старается верная Чхве — защита не будет отрицать его разговор с матерью.

Слово взял мистер Шин Гу.

— Скажите, в июле на имя мистера Хосока приходила бандероль из фирмы Луи?

— Не помню, сэр. Может, и приходила, но мистер Хосок в июле часто уезжал из усадьбы.

— Если бы бандероль пришла в его отсутствие, что бы с ней сделали?

— Ее бы оставили в комнате мистера Хосока, либо отправили вслед за ним.

— А что бы сделали вы?

— Я? Наверное, положил бы на стол в холле. Только это не мое дело, за почтой следит мисс Джису.

Джису как раз выступала вслед за Чхве. Ее спросили, помнит ли она о бандероли на имя Хосока.

— Может и была какая-то. Много почты приходит. Всего не упомнишь.

— Значит, вы не знаете, послали бандероль мистеру Хосоку в Тэгу или оставили в его комнате?

— В Тэгу ничего не посылали? Я бы запомнила.

— Допустим, во время отсутствия мистера Хосока на его имя приходит бандероль, которая впоследствии исчезает. Вы бы вспомнили о ней через некоторое время?

— Вряд ли. Я бы подумала, что ее кто-нибудь убрал. Чтоб на виду не лежала.

— Кажется, именно вы нашли этот документ (мистер Шин Гу показал уже знакомый нам с Сухо листок), не так ли?

— Я.

— Как это произошло?

— Полицейский из Тэгу, который помогает следствию, попросил его поискать.

— И где он лежал?

— Э…Э… на шкафу.

— В комнате подсудимого?

— Да, кажется.

— Вы сами его там обнаружили?

— Да.

— Тогда вы должны все помнить точно.

— Да, в комнате подсудимого.

— Так-то лучше.

Служащий фирмы Луи подтвердил, что от мистера Хосока приходил чек и письмо, в котором он просил выслать ему черные батинки, что и было сделано 28 июня. К сожалению, письмо не сохранилось, но есть соответствующая запись в регистрационном журнале.

Сэр Хан Бо подскочил к свидетелю и спросил, глядя ему в глаза:

— А откуда, молодой человек, пришло письмо?

— Из Сеула.

— Почему вы так считаете?

— Я… я вас не понимаю.

— Как вы можете утверждать, что письмо отправлено из Сеула? Может быть, вы специально изучали почтовый штемпель?

— Нет, но…

— Значит, вы не знаете, откуда отправлено письмо!

— Сэр, мне кажется…

— Молодой человек, вы обязаны говорить не то, что вам кажется, а то, в чем вы уверены! Письмо могли отправить откуда угодно, например, из Ульсана, не так ли?

Свидетель обескуражено кивнул, и мистер Хан Бо с видом победителя возвратился на место.

Затем была вызвана служанка Мин Ой. По ее словам, уже лежа в кровати, она вспомнила, что закрыла входную дверь на засов, а не на ключ, как просил мистер Ким. Спускаясь вниз по лестнице, она услышала шум в западном крыле здания. Мисс Мин Ой прошла по коридору и увидела мистера Джуна, стоящего у двери в комнату миссис Ким.

Сэру Хан Бо понадобилось всего несколько минут, чтобы совершенно запутать бедную служанку. Казалось, она была готова отречься от своих показаний, лишь бы не отвечать на вопросы этого ужасного человека!

Последней в тот день выступала Лин Ю. Она сказала, что еще накануне воскового пятна на полу в спальне не было, и подтвердила, что видела, как Джун взял кофе и отправился наверх.

После окончания судебного заседания я вызвался проводить Сон Джу. Она возмущалась речью прокурора, который, по ее словам, специально исказил все факты, чтобы оболгать ни в чем не повинного Джуна.

— Ничего, — попытался я успокоить Сон Джу, — завтра будет иначе. Джуна, несомненно, оправдают.

Миссис Ким о чем-то задумалась и вдруг тихо сказала:

— Но в таком случае… нет, нет, это не Хосок… не может быть!

Я промолчал, но слова Сон Джу навели меня на грустные мысли.

Встретившись с Сухо, я спросил, к чему, по его мнению, клонит мистер Хан Бо.

Сухо улыбнулся.

— Да, ловко этот Хан Бо выгораживает своего подзащитного.

— Вы думаете, он действительно верит, что убийца — Хосок?

— Хан Бо? Да он вообще ни во что не верит! Его задача — запугать свидетелей и присяжных с тем, чтобы в создавшейся неразберихе подозрение пало на обоих братьев. Тогда станет трудно решить, кто же из них убийца.